Текст книги "Энтропия (СИ)"

Автор книги: Пальмира Керлис

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 13

Следующие три дня слились в череду лекций и практических занятий. Однообразие было не хуже и не лучше любого другого однообразия – с поправкой на привыкание к новому миру. И новому телу! В принципе Ксара ощущалась вполне родной, разве что требующей косметического ремонта. Никакой диссоциации я не ловила просто потому, что не «попала», а «переместилась». Да и любое тело – лишь сосуд, временное пристанище. Это было как пересесть из одной машины в другую: руль на месте, педали тоже, едем дальше.

Настоящим испытанием стала контрольная работа по теории магии, устроенная Ллойдом Игриваром в среду. Пять вопросов, письменные ответы, полчаса на все. Я могла бы написать так, что меня заподозрили бы в гениальности. Или в списывании. Ни то, ни другое мне не подходило. Пришлось балансировать: отвечать общими, но верными фразами, не углубляться в детали, избегать ссылок на законы магии, которые здесь назывались иначе. Чувствовала себя актрисой, играющей дурочку.

Результаты вывесили в холле днем позже. Я получила четверку. Ровно то, что надо! Ксара-хорошистка. Не выскочка, но и не бездарь. Время блистать еще настанет.

На лекции по истории я впервые увидела карту мира. Огромное полотно растянули на доске – преподаватель, сухонький старичок Винсент Барроу, прикрепил его кнопками. Пять крупных континентов, один мелкий, океаны, моря, горные хребты. Валория или Валорийская империя раскинулась на юге самого большого материка и была весьма внушительной по размеру.

Руководила ею династия Иллудор – маги-менталисты, чья власть держалась не только на наследном праве, но и на умении прощупывать мысли, внушать волю и вовремя замечать заговоры. Императору Эдвину Иллудору и его супруге Кассандре было под семьдесят лет, но освобождать трон многочисленным отпрыскам они не торопились. В академиях эти отпрыски не обучались – сидели на домашнем обучении с лучшими наставниками. Законным претендентом на престол значился сорокалетний старший Рион, у которого, в свою очередь, было двое сыновей двадцати и восемнадцати лет. Вот бы с ними где-нибудь познакомиться!

Но самым интересным был Совет магов – орган, состоящий из представителей именитых родов. Они имели полномочия оспаривать решения императора и даже продвигать свои. Попасть в Совет могла только знать. Интересно, чей папочка или дед из студентов туда входит? Увы, этой информации на лекции не дали, а спрашивать при всех я поостереглась.

Главной моей отрадой были практические занятия в экранированном зале! Я раздувала искру дара методично и осторожно, хотя могла бы и ускориться. Но хаос не прощает спешки, это вам не огненными шарами шмалять. Необходимы терпение, точность и еще раз терпение. Искра росла в задуманном темпе, однако Тадеус Крайт и так был впечатлен, разочек буркнул:

– Для новичка прогресс слишком быстрый.

– Много пропустила, – ответила я незамутненно. – Наверстываю.

Он не стал придираться. Эх, позаимствовать бы из зала артефакт домой. Но уже выяснила – нельзя. А на свой нужна солидная сумма.

В столовой я сидела с Арианой или одна. Не к заучкам же или аутсайдерам подсаживаться! Это было бы признанием низкого статуса. А фиг им всем. Я не изгой, а временно безродная хаоситка с грандиозными планами.

Подначки и «комплименты» сыпались все дни, как из дырявого ведра. Студенты соревновались в остроумии, особенно когда по академии разлетелись слухи о моей работе в бутике. Одни отпускали шуточки про «торговку платьями», другие презрительно шептались, третьи демонстративно обходили стороной. Моя дорогая кузина Илона выдала: «Хорошо, что ты больше не позоришь наш род». Можно подумать, будь у Ксары доступ к деньгам Мунхартов, она пошла бы в продавщицы! Логика, ау.

Но я не тушевалась. Вовсю зазывала всех в «Лунный шелк», расписывала новые коллекции – у меня все-таки процент. И ведь приходили! Поглазеть и отпустить ехидные комментарии. Но развлечение было платным. Только одна третьекурсница перемерила половину магазина и сбежала с пустыми руками. Жлобина.

Вечером в четверг меня едва не хватил удар. В бутик заявилась библиотекарша – худая, как жердь, и очень ушлая. Ткнула пальцем в мое платье на витрине. Совсем опухла! Конечно, я убедила ее, что оно ей не пойдет – «чересчур молодежное и легкомысленное, вам бы постатуснее». Она купила другое – тоже кружевное, с более приличным декольте, за три золотых. Процент капнул, а платье мечты осталось дожидаться меня.

Работа в «Лунном шелке» была забавной. И мне не было стыдно. Даже бодрило! Стоять за стойкой в форменном платье с бейджиком, отсчитывать сдачу, заворачивать покупки в шуршащую бумагу – в этом было что-то медитативное. Копить деньги увлекательно. Когда у тебя все есть, это уже не то. Нет особой радости в том, чтобы получить что угодно по щелчку пальцев. Добиваться куда занятнее.

Сегодня я дорабатывала вечернюю пятничную смену. За окнами давно стемнело, за окнами зажглись магические фонари. В бутике было тихо – лишь шорох шарфов, которые я перекладывала на полке, да едва слышное гудение охранных чар.

Колокольчик звякнул и… на пороге возник Матс Винтер! Пшеничный ледяной красавчик-блондин. Увидев меня, он несколько опешил.

– Привет, – сказал обескураженно, подойдя ближе.

– Добрый вечер! Разве до вас не дошли слухи, что я тут работаю?

– Слухами не интересуюсь. И давай на ты.

– Давай, – легко согласилась я. В конце концов, мне положено исполнять капризы покупателей. – Что хотел?

– Мне нужен такой же пиджак, как этот. – Матс кивнул на свой. – Или такой же костюм. С таким же пиджаком.

Я обошла стойку и оглядела клиента. Костюм сидел безупречно, ткань была дорогой, цвет – глубокий синий, почти черный. На правом борту не хватало пуговицы, торчали нитки.

– У тебя оторвалась пуговица, – отметила я, указывая на пропажу.

– Именно.

– И все?

– Этого достаточно. Я не могу ходить в костюме без пуговицы.

Ничего себе! Покупать новый костюм из-за одной-единственной пуговицы. Вот это уровень обеспеченности. Или беспечности.

– Подожди здесь, – велела я и ушла в подсобку.

В ящике среди катушек бусин, крючков и прочей мелочи нашлось искомое. Маленькая синяя пуговица с серебристым ободком – точь-в-точь как те, что на его пиджаке. Лежала вместе с запасной фурнитурой. Повезло.

Я вернулась с иголкой и катушкой ниток.

– Снимай пиджак.

– Зачем? – Матс нахмурился.

Зачем-зачем… Будем совокупляться в экстазе прямо в бутике, ага.

– Пришью пуговицу.

– Ты умеешь?

– Представь себе. Не бойся, сделаю в лучшем виде.

Помедлив, он снял пиджак и протянул мне. Я уселась на край стойки, вдела нитку в иголку и принялась за работу. Стежки ложились ровно, один к одному.

– Готово. – Я отдала ему пиджак.

Матс осмотрел мою работу и надел его. Пуговица вросла идеально, будто всегда там была.

– Сколько с меня?

– Нисколько. Это же ерунда.

– Так не пойдет, – произнес он твердо.

– Ну тогда будешь должен.

– Так тем более не пойдет.

Не любит долги, понятно.

– Тогда приходи завтра на вечеринку, – придумала я. – Сочтемся.

– Как именно?

Вот зануда!

– Да ничего такого. – Я закатила глаза. – Покажешь мне клуб или угостишь коктейлем. Расслабься. Чего ты такой напряженный?

Матс чуть опустил плечи – ровно на полсантиметра.

– Извини. Привычка всегда быть бдительным.

– Как у будущего главы рода?

– Будущий глава рода – мой старший брат Айк. Он на пять лет старше.

Выходит, этот средненький. Реальной власти у него нет и не будет. Но все равно в теории через него можно попасть в род. Не в смысле выходить замуж – просто чтобы оценил мои таланты и замолвил словечко.

– Так что, – улыбнулась я, – до встречи завтра вечером?

– Если приду в клуб, то встретимся.

– Уж приходи.

Он кивнул, развернулся и вышел. Пусть только попробует не прийти!

К десяти явилась Мариза – проверить, как прошла смена. Мы вместе пересчитали чеки, сверили выручку. Все сошлось. Она уже собиралась паковать монеты, но я ее остановила:

– Хочу платье с витрины. Можно мне его по себестоимости?

– Ты пока на испытательном сроке, – напомнила Мариза. – Не положено.

Я приготовилась спорить, но она махнула рукой.

– А, бери. В случае чего, скажем хозяину, что я купила. Давно тут работаю, мне положена скидка.

– Ты чудо! – Я сжала ее в объятиях так, что Мариза охнула. – Просто чудо!

Я метнулась к витрине, сняла платье с манекена. Оно легло в руки, как живое – теплое, легкое, неуловимо пахнущее развратом. Кружево дивно переливалось в свете ламп, ну красота-красотища.

Заодно я взяла туфли из подсобки – те, что час назад вернула покупательница из-за небольшой потертости сбоку. Она была почти незаметна, а туфли моего размера. Черные, стильные, на каблуке! Наконец-то. Еще я прихватила кожаную классическую сумку с проблемной застежкой – та защелкивалась лишь со второго-третьего раза. И нижнего бельишка – симпатичного, с кружевными вставками. На нем экономить нельзя. Отсчитала я за все шесть золотых. Четыре с половиной за платье, еще полтора – за туфли, сумку и белье.

У меня осталось почти два золотых. Нормально, жить можно.

Мариза, глядя на мои свертки, спросила:

– На вечеринку собираешься?

– Да, завтра. В клуб «Бездна». Близ академии, в восемь вечера.

– Это не так уж близко. – Она покачала головой. – Минут десять на магомобиле. А пешком – весь час.

О, а такси тут есть?

– Хочешь подвезу? – предложила вдруг Мариза. – Прямо до клуба. У меня магомобиль.

– Ты серьезно?

– Абсолютно. Буду ждать тебя на выезде из кампуса в половине восьмого.

– А можно в половине девятого?

Ну кто приходит на вечеринки ровно в назначенное время? Точно не я. Хаос, знаете ли, не является по расписанию. Я должна войти эффектно, с опозданием.

– В восемь, – заявила Мариза, – дальше у меня свои планы.

– В восемь так в восемь.

– Обратно доберешься сама.

Да непременно как-нибудь доберусь.

Я взяла пакеты с покупками и вышла в ночь. М-м-м, что будет завтра, что будет… Скорее бы!

Глава 14

Субботнее утро плавно перетекало в обед, а я все еще лежала в кровати, пялясь в потолок. За окном чирикали птички, вдалеке слышался гул голосов – студенты жили своей жизнью, а я наслаждалась редкой возможностью никуда не спешить. За дни лекций, практик и вечерних смен я вымоталась настолько, что вчера рухнула в кровать, как подкошенная.

На спинке стула, переливаясь в лучах полуденного солнца, висело оно. Платье мечты. Черное кружево мерцало, словно подмигивало: «Надень меня, надень скорее!» Я потянулась в кровати, хрустнув позвонками.

– Подождешь, – сказала я платью. – Текущая версия мышиной Ксары для тебя совершенно не годится. Сначала – доработка.

Юбка свесилась со спинки еще нетерпеливее. Я слезла с кровати и первым делом натянула отчищенное темно-зеленое платье. Со стиркой уже разобралась: на цокольном этаже общежития имелась прачечная. Сдаешь мешок с грязным бельем – через день получаешь пакет с выстиранным и выглаженным. Как в отеле. Надеюсь, у них там стиральные машины, а не тазики с досками.

Я пересчитала деньги. Полтора золотых и горсть серебра. После вчерашнего шопинга кошель похудел, но не критично. Бросив кошелек в сумку-авоську, я похлопала ее по серому боку и сообщила:

– Это наш последний совместный выход. Скоро ты будешь свободна.

Сумка промолчала, но я ощутила исходящую от нее волну облегчения. Еще бы – таскать в себе учебники, когда ты сплетена из ниток, то еще удовольствие.

Путь мой лежал в торговые ряды – избавляться от остатков денег с толком. Но сперва – в столовую. Желудок требовал еды, и немедленно.

Коридор был пуст, но едва я свернула к лестнице, как наткнулась на Гислейн и Лайзу. Они что-то обсуждали вполголоса у подоконника, но при моем появлении отлепились от него.

– Ты же не собираешься на сегодняшнюю вечеринку? – осведомилась Гислейн, и ее красные локоны воинственно подпрыгнули.

– Собираюсь!

– Не вздумай приходить, угребище, – процедила Лайза.

Зря она так. Ксара-то симпатичная, и фигурка у нее ладная. Просто упаковка пока страдает. Про макияж и говорить нечего – его просто нет.

– Похоже, Превсам стоит потребовать с гувернанток деньги обратно, – высказалась я. – За скверное воспитание.

– Ты кем себя возомнила? – Гислейн вспыхнула. – Вали на помойку, на которой тебе самое место!

– Разбираешься в помойках? – уточнила я.

– Да ты… – Лайза дернулась вперед, сжав кулаки.

– Ладно, – перебила Гислейн, кладя руку ей на плечо. – Кто эту чушку пустит в клуб? Охрана на входе развернет. У нее и платья приличного нет.

Они зашагали прочь, Лайза бросила на меня напоследок уничтожительный взгляд.

Платья, значит, нет. А сопоставить, где я работаю, эти девицы не в состоянии. Мозги куриные.

В столовой было людно – суббота, все расслаблены, никто не спешит. Я набрала вкусняшек на поднос и оглядела зал. За одним из столов сидел Деймор – мой дражайший кузен. Завидев меня, он ощерился и кинул на меня взор а-ля: «Только подсядь, компот на голову вылью». Я послала ему воздушный поцелуй, заставив поперхнуться, и направилась к другому столу.

Там в гордом одиночестве сидел лаэр Маркус Торн – преподаватель основ проклятий. Сосредоточенно поглощал суп, не замечая ничего вокруг. Я остановилась рядом.

– Лаэр Торн, позволите?

Он поднял голову, поморгал.

– Эра Ксара. Присаживайтесь.

Я поставила поднос и села напротив. Торн вернулся к супу, но я не намеревалась молчать.

– Что вы думаете насчет индивидуальной программы по магии хаоса? Лично для меня.

– Я малефик. – Он яростнее заработал ложкой. – А знаете, почему у нас нет ни одного преподавателя-хаосита?

– Потому что они все свихнулись?

– В точку, – мрачно подтвердил Торн. – Так что учите теорию, раз вам так угодно. И не пытайтесь повторить их судьбу.

– Так я и хочу теорию, – заверила я. – По энергии распада. Посоветуйте книги.

Они не особо были мне нужны – я сама могла бы написать парочку. Но требовалось знать, как магию хаоса воспринимают в этом мире. Что считается обыденностью, а что – запретным знанием.

Торн задумчиво пожевал губами.

– Поищите труды Элмара Кросса в библиотеке – он изучал хаос до того, как сошел с ума. И «Природу распада» Магнуса Фейна. Но его работы без разрешения декана не выдадут.

– Благодарю, – кивнула я, прикидывая, какими словами буду окучивать Павса.

Отобедав, пошла в торговые ряды. Солнце стояло высоко, брусчатка под ногами нагрелась, погода была отличная, солнечная. И не скажешь, что конец осени. Я нацелилась на косметическую лавку, которую приметила еще в первый день, но не решалась посетить по финансовым соображениям.

Внутри пахло ароматическим маслом, вдоль стен громоздились полки с баночками, склянками и коробочками. Мне навстречу выплыла продавщица – миловидная девушка в белом фартучке.

– Желаете что-то конкретное?

– Краску для волос, – просветила я. – Рыжую. Не морковную, а такую… мягко-огненную. Как осенние листья.

– Оттенок «медный закат», – оживилась она. – Или «искра». «Медный закат» помягче, «искра» поярче.

– Давайте «медный закат». Еще мне нужна подводка для глаз, черная, водостойкая. Тушь. Темно-красная помада. И духи – что-нибудь с резковатым, но богатым запахом. Из среднего ценового сегмента.

Продавщица забегала между полками, собирая заказ. Краска для волос – баночка с густой рыжеватой пастой и инструкцией на этикетке. Подводка – в стеклянном флакончике с тонкой кисточкой. Тушь – в брусочке, похожем на прессованную сажу. Помада – в золотистом тюбике. Духи – с десяток пробников. Перенюхав их, я выбрала крошечный флакон с контрастным букетом из бодрящих цитрусов, теплых специй и землистых пачули. Заодно прихватила со стойки с бижутерией, вполне прилично выглядящей, длинные серьги с тремя ярусами затейливых подвесок. Отсчитала деньги. Осталось жалких три серебрушки. Ай, на следующей неделе заработаю.

Затем я заглянула в магазин артефактов. За стеклянными витринами лежали браслеты, кулоны и кольца – концентраторы и защитные амулеты всех мастей. Я присмотрела браслет с крошечными кристаллами-накопителями. Почти как тот, что мы использовали на практических занятиях, только изящнее. Цена – двадцать золотых. А у меня гардероб не весь обновлен!

Вздохнув, я ушла. Ничего, будет и на моей улице праздник. Тем более насчет гардероба имеется одна идея…

Вернувшись в общежитие, я разложила покупки на столе. Краска, косметика, духи. Платье терпеливо ждало на спинке стула. Первым делом я отправилась в ванную.

Красить волосы в одиночку – то еще приключение. Я нанесла пасту, стараясь не пропустить ни одной пряди. Медная жижа пахла травами и немного щипала кожу. Я засекла время по маленьким песочным часам, которые нашла в ящике стола. Через полчаса смыла краску, высушила волосы полотенцем и вперилась в зеркало.

Из зазеркалья на меня смотрела совершенно другая женщина. Мягкий рыжевато-огненный оттенок шевелюры – не вызывающий, а глубокий, словно тлеющие угли. Глаза сразу заиграли иначе, будто ожили, засветились. Тон кожи стал казаться здоровее и благороднее. Даже черты лица прибавили в четкости и выразительности.

Вот, совсем другое дело!

Я с содроганием и восторгом извлекла из пакета новое белье. Бюстгальтер под такое платье не носят – вырез лодочкой открывал ключицы и плечи, и любая лишняя деталь испортила бы силуэт. Я надела вызывающе красные труселя, затем свою прелесть с витрины.

По бедрам скользнул прохладный шелк подкладки, кружево мягко обняло талию. А я хороша! Стройная фигурка с мягкими округлостями – все на месте, и грудь, и бедра, и талия, подчеркнутая поясом. Плечи – открытые, ключицы – точеные. Юбка-колокол спускалась до колена, а ниже обретала прозрачность на грани допустимой.

– Шикарно, – выдохнула я.

Платье в ответ довольно колыхнулось. Кажется, оно тоже было счастливо. Туфли я обула в последнюю очередь. Каблук был не слишком высоким, но достаточно, чтобы походка стала летящей. И было чем цокать, уи-и-и!

Оставался макияж. Я подбирала его битый час – красилась, стирала, красилась снова. Подводка норовила смазаться, тушь ляпалась мимо, помада ложилась то слишком ярко, то недостаточно. Но в итоге я добилась того, чего хотела: глаза стали казаться больше, губы – алыми и четко очерченными, скулы – чуть резче. Волосы я заплела в две нахальные косы, для контраста. Нацепила серьги, щедро плеснула на запястья духи, растерла. Пачули и пряности окутали меня терпким облаком, м-м-м…

В зеркале отразилась молодая, рыжая, каре-зеленоглазая бестия в черном кружевном платье.

– Ну здравствуй, – сказала я отражению. – Пойдем сеять хаос.

Отражение хищно улыбнулось.

Я положила в карман кошелек, приглашение на вечеринку и помаду – на случай, если придется подкраситься. Что ж. Вперед, веселиться!

В общежитии было пустынно – все, кто собирался на вечеринку, уже, наверное, отчалили. Зато в холле… Вахтерша Одеста за своей конторкой округлила глаза до размера чайных блюдец.

– Куда это вы собираетесь в таком виде? – выдавила она.

На оргию, куда же еще?

– На вечеринку, – сообщила я вслух. – В клуб «Бездна».

– Это… неприличный наряд… – Одеста прижала руку к груди.

– Ну и отлично!

Я даровала ей ослепительную улыбку и выплыла за дверь. Путь до выхода из кампуса был триумфальным. Прохожие оборачивались мне вслед. Еще бы! Кто-то шептался, кто-то присвистывал. Какой-то парень споткнулся о бордюр и едва не упал. Поймав его взгляд, я подмигнула. Он покраснел и ретировался за угол.

У кампусовых ворот меня ждала Мариза – на небольшой парковке. Она прислонилась к своему магомобилю – маленькому, обтекаемому, сияющему темно-вишневым боком. Никаких резких линий и углов – эдакая мыльница на колесах. Соседние магомобили были такими же гладкими, словно их вылепили из воска.

Завидев меня, Мариза присвистнула:

– А ты знала, что брать из бутика!

– Конечно, – ответила я степенно. – Это платье с самого начала было моим.

Она рассмеялась, и мы сели в магомобиль. Сиденья были мягкими, а панель управления – до смешного простой: руль, рычаг, несколько кнопок и магический кристалл, пульсирующий синим светом. Мариза коснулась кристалла, и машина плавно тронулась с места.

Кампус остался позади, замелькали городские улицы. Архитектура была схожа с академической, но менее готичная. Жилые дома попроще, магазины понаряднее, фонари вдоль улиц помассивнее. Магомобили попадались в основном маленькие, как у Маризы, но встречались и побольше. Все они двигались плавно и практически беззвучно, только колеса шуршали по брусчатке.

– Красивый город, – признала я.

– Это пригород, – отозвалась Мариза. – Столица в двух часах езды.

Ехали мы минут десять. Она болтала о пустяках – о погоде, о планах на выходные, пока в бутике работает Элиза. А я пялилась в окно и представляла себе столицу. У меня же там дядя Лори, стоит навестить…

Наконец магомобиль замедлил ход и остановился перед зданием из черного камня. За высокими стрельчатыми окнами пульсировал приглушенный свет, над входом сияла магическая вывеска. Название «Бездна» было выведено зловещим шрифтом и переливалось алыми огнями. У дверей дежурили двое охранников – здоровенные, широкоплечие, в черных костюмах. Сканировали взглядом каждого входящего.

Часы на приборной панели магомобиля показывали пятнадцать минут девятого. Мариза загасила кристалл и повернулась ко мне.

– Хорошо проведи время, Ксара.

– О, обязательно, – заверила я и выпрыгнула наружу.

Она помахала мне рукой и тронулась с места. Ее магомобиль влился в поток и исчез за поворотом.

Ночной воздух обволакивал теплотой и пьянил. Я поправила косы, одернула платье, хотя оно сидело идеально, и направилась ко входу. Каблуки приятно цокали по брусчатке. Охранники проверили мое приглашение, скользнули по мне оценивающими взглядами и не нашли ничего предосудительного. Один из них одобрительно улыбнулся.

Поднявшись по ступеням крыльца, я толкнула пружинистую дверь и вошла в «Бездну».