Текст книги "Трон (СИ)"

Автор книги: Ольга Войлошникова

Соавторы: Владимир Войлошников
сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

– Ты, как всегда, сразу к делу?

– А чего тянуть кота за всякое? Раньше начнём – глядишь, ещё выпьем с тобой на коронации твоего наследника.

Фракс в задумчивости помолчал, вздохнул:

– Ты прав. Возвращайся в мои покои. Я сейчас распоряжусь. Убирай это… – скомандовал он (видимо, Густаву, поскольку иллюзия мигнула и пропала).

Знакомыми коридорами я шёл в опочивальню. И перед глазами словно оживала история. Неприятная, кровавая и страшная. Это потом менестрели и прочие всякие барды растащили куски тел, закрасили кровь, лютиков разных поверх насыпали…

* * *

…Гусёнок взмахом руки отправляет в неровный строй гвардейцев волну огня. Радужно переливаются щиты. М-да, жидковато получилось. Подвыдохся Гуся. Я прикрываю нас крыльями от ответного залпа королевских магов. Больно, Нижние вас задери! Метаю в них удачно подвернувшийся стул. Из-за портьеры мне на спину с ножом в руке бросается подросток. Встряхнувшись сбрасываю его, и так же, как и стул, отправляю в полёт в гвардейцев. Истошный крик прерывается смачным хрустом, когда топор перерубает живой снаряд. Зато в открывшуюся щель Эрвингель вбивает арбалетный болт. Удачненько…

* * *

А сейчас портьеры на месте, оплавленные плиты заменили на новые. А может, просто оттёрли от копоти и крови? Кто их знает. Картины, позолота, Двери узорчатые. Красота. Тишина.

Всё-таки мне не давало покоя отсутствие народа. Где слуги? Где горничные, наконец? Словно вымерли все.

С этими мыслями я дошёл до королевской опочивальни. Ну, хоть тут стража есть, и пара секретарей за столами сидят, бумаги перекладывают.

– Нижайше прошу проходить, сударь. Его величество ждёт! – кланяется один.

Прошёл.

* * *

Ещё бы меня не ждали!

С момента моего отсутствия в опочивальне короля появился огромный стол с картой. Около него суетился Густав.

– Вот смотри, Нитон! Вот тут было три деревни, – потыкал он в пометки по-птичьи сухим пальцем.

– Было?

– Моровое поветрие, знаешь ли. Такая неприятность… – Гусёк искоса посмотрел на меня. – Мор мы купировали, но возвращаться на прежнее место крестьяне не спешат. Суеверия, понимаешь ли.

– Ты бы тоже не спешил, если бы единственной защитой от неприятной смерти было слово королевского мага, – не смог не подколоть старика я.

– Это не только слово! Это… – воздел он палец, потом увидел мою ухмылку и скомкал оправдание: – Гад ты всё-таки, Нит!

– Не гад, а демон. Ты давай-давай, про деревеньки рассказывай.

– А что рассказывать? Три деревни. Дома ещё крепкие. Поля, лес, речка извилистая. Даже болото есть. Идеальное место для охоты.

– Ага. На меня.

– Но ты же согласился, Серый!

– Согласился, согласился, не ори. Через сколько предлагаете объявить о появлении ценного, – я хохотнул, – ингредиента?

– Мы планировали, что через три дня. Ты как раз туда доберёшься, – ответил Густав, переглянувшись с Фраксом.

– Как раз когда доберусь? – протянул я. – Тогда объявляй сегодня, часа через три.

– Но, как? – промямлил Гусёнок. – Туда же только по тракту почти сто километров, да ещё отворот…

– Если Нитон говорит сегодня, значит сегодня! – перебил его король. – Старый демон научился новым трюкам! Расскажешь потом, Серый?

– Потом – расскажу! – улыбнулся я.

Если оно будет, это «потом».

– Я не поняла! – с таким воплем распахнулась малозаметная угловая дверца, и в комнату стремительно влетела давешняя тощая бабёнка. – Фраксин!!! Почему опять⁈

– Познакомься, дорогой друг, устало шевельнул пальцами в сторону этой дамочки король. – Моя благоверная супруга, королева Кольвин.

Королева, впрочем, не обратила на его слова никакого внимания, остановившись у стола и нервно притопывая туфелькой:

– А ты, мэтр Густав⁈ Как ты мог допустить столь вопиющее нарушение… – она верещала, а я, совершенно ошарашенный, тем временем из-за её спины изобразил Фраксу вид длинного равномерного бревна от плеч до задницы и ткнул пальцем в эту крикушу – типа, что это такое, дружище???

Я ж знаю, он всегда фигуристых любил. Чтоб и талия была, но при этом жопа так жопа! Чтоб не всякое кресло ей обрадовалось. И сиськи – чтоб на каждую по две ладони. А ладони у Фракса – натуральные медвежьи лапищи, ну вы понимаете.

А это что???

Эта пантомима в сочетании с моей перекошенной вопросительной рожей произвели даже на короля некоторый живительный эффект. Он поёрзал и неловко пожал плечами, мол – понимаешь ли, любовь зла…

Да уж…

– И что вы там друг другу показываете⁈ – нервно взвизгнула Кольвин, заметив королевские телодвижения.

– Интересуемся, сударыня, чем ты так недовольна, – негромко сказал я. И когда она, привычно истерически разевая рот, повернулась ко мне, добавил: – Я Нитон Габелот, Серый демон.

Рот захлопнулся. Резко, даже как будто со щелчком.

Королева Кольвин стрельнула глазом в сторону Гуська и вышла, не проронив больше ни слова. Ну – значит, сказала всё, что хотела.

07. ПЕРЕД СНОМ

Нитон

Мы ещё немного посидели вместе с королём и архимагом. Нектар у Фракса был – закачаешься! Истинно королевский! А потом я откланялся. И две пары глаз сверлили мне спину, когда я уходил.

Итак, во что я в очередной раз ввязался? Хотя-я, да какая, к хвостам собачьим, разница? Действительно – никакой. Мне сейчас предстояло другое решить. Гораздо более важное – какими дорогами я пойду на место охоты, верхними или нижними?

Верхними – спокойнее, но тогда я лишусь своего прикрытия. Они такие болтушки все поголовно! Плюс, как я знаю, у некоторых из них могут быть ко мне вопросы. Опять задержка получится… А нижними – опаснее. Хотя-я… Да пойду нижними!

* * *

Когда я выпал из красного дымящегося портала, у меня не хватало трёх зубов на верхней челюсти и слегка подкоптилось крыло. Не критично, в общем-то, учитывая, сколько сэкономил времени. Я решил сегодня переночевать в Суматохе, это так необычно называлась одна из деревенек. Жаль не заехал сюда, когда она была полна жителей. Смешной народ, наверное, тут жил. С таким-то названием… А сейчас?

Пыльные смерчики гоняют мусор по деревенской площади, пустые окна домов и карканье ворон. Ну этим-то магические запреты побоку. Им, да ещё вон серой полосатой кошке, что столбиком уселась на заборе и щурит в меня свои зелёные глаза.

Я «огляделся». Действительно – никого. Из двуногих прямоходящих, предположительно наделённых разумом.

Но я почему-то думал, что остальной живности будет больше. Всё-таки – плановая медицинская эвакуация от мора. Тут тебе и забытые собаки или кошки, тут и в суматохе улетевшие курицы… Однако – почти ничего. Словно крестьяне методично собрались, погрузились на телеги и отчалили королевским порталом. Ага. Стали бы на них тратить свиток в сотню золота… Думается – нет. А значит – что? Значит, на своих двоих уходили? И куда?

Я прошёлся по деревне. Времени ещё навалом. Можно осмотреться. Я подошёл к очередному дому. И тут меня осенило – стёкла! Где стёкла? Домина глядела на белый свет пустыми, чёрными окнами. Это что, жители даже рамы выставили да с собой вывезли?

История с мором и эвакуацией трёх зажиточных деревень становилась всё интересней и интересней. Надо на погост наведаться. Если здесь серьёзная болячка с косой прогулялась, значит, будут свежие могилы. Но не сейчас.

Сейчас я был настроен выбрать, где остановиться, покушать, почитать, пока светло. Эти Нижние – такие затейники… Зря, что ли, я этот гримуар спё… позаимствовал? А вот нечего было этой дамочке в меня огнём плевать! Я же не виноват, что прямо в спальню попал! Да и ушёл почти сразу, могла бы так не возмущаться.

...

Для ночёвки выбрал я дом предполагаю, что местного старосты. Почему так решил? Слишком добротные хоромы. Даже богатые, я бы сказал. И печь шикарная, в ярких изразцах. Скинул свои нехитрые пожитки и вышел ставни закрыть. Никакой в этом особенной нужды не было, но не люблю я вот это – пустыми окнами на четыре стороны светить. Закрылся, набрал поленьев из-под навеса – отчего бы и не воспользоваться, когда деревеньку всё одно в руины превратят, пока меня ловить будут, а мне приятно? А ну и что, что лето! Жар костей не ломит, особливо мне. И сегодня особенно хотелось.

Есть что-то правильное в большой деревенской печи. Запах, ощущение тепла и уюта. В господских замках через одного – камины. Помпезно, но уже ощущение не то. А тут бывшие хозяева знали толк в уюте. Жаль будет и этого дома, и этой печки. Впрочем, то всё потом будет, а сегодня – спокойный вечер.

Так, размышляя, пока пёр в дом охапку дров. И, перешагнув порог, споткнулся о кошку. Ну как же без этого? Чтоб о кошатину-то не споткнуться!

Поленья с грохотом полетели на пол, я в сердцах помянул при колена предков наглого хвостатого недоразумения, а эта морда мохнатая, вывернувшись из-под ног, спокойно прошествовала и запрыгнула на лавку у стола. И смотрит на меня зеленющими глазищами. Мол – ну что, жрать будем? Вот уж наглость – второе счастье. И, видимо, не только для разумных.

Подсобрал дрова и затопил печь. Сел, повесил над столом свет, потом , достал походную посуду, еду. Можно было бы и без этого обойтись, но зачем? Если есть возможность побаловать себя, грех отказываться.

И, конечно же, как вершина сибаритства – кофейник. Сложная конструкция из маленькой магической жаровни и серебряной ёмкости под кофе. И главное – все правильные ложечки и небольшая меленка в комплекте. Всё, чтобы усталый путешественник ни в чём себя не ущемлял и мог пить свежий кофе буквально везде. Я купил это чудо на каком-то пропахшем солью и пряностями приморском базаре лет уже двадцать назад и не уставал себя хвалить за покупку.

Хотя торговец попался тот ещё. Заметив, что мне поглянулся наборчик, он принялся его расхваливать, клянясь, что сие чудо разыскали особые отчаянные добытчики в самой заколдованной сокровищнице самого глубокого подвала самого зачарованного из дворцов Сахриба, и потому ему (досточтимому купцу) пришлось отвалить за него целое состояние. Но мне, так и быть, он готов уступить его за какие-то жалкие десять золотых монет.

Десять золотых не являлись для меня затруднением, но дело ведь было в принципе! Поэтому я расхохотался и сказал, что мне жаль славный налаженный торговый бизнес уважаемого человека, но дела, похоже, пошли совсем плохо, раз он начал верить всяким проходимцам. Я сам был во дворцах Сахриба неоднократно, и из любопытства осмотрел множество его помещений, включая подвалы. И могу уверить, что в тех подвалах располагается примерно то же, что и подвалах современных дворцов – кладовые, наполненные лишь пылью от давно истлевших продуктов, да комнатушки уборщиков с вёдрами и швабрами. Но даже вёдра для мытья полов из дворцов Сахриба выглядят более древними и таинственными, чем этот набор, поэтому – из чистого сочувствия – я готов купить его за пару серебряных монет.

Торговец восторженно прицокнул языком и ответил мне новой и хитрой тирадой, сбавив цену на один золотой.

Я возразил не менее витиевато, согласившись чуть повысить…

После третьего захода мне было предложено присесть и выпить прохладительного щербета, после восьмого появились основательные кушанья. Мы ели и препирались чуть не час. Под конец торговец от восторга закатывал глаза, уверяя меня:

– Вай ме, дорогой друг! Никто так уже не умеет торговаться! Люди забыли вкус к настоящему торгу. Так редко встретишь понимающего человека!

В итоге я забрал набор за одну монету и получил в придачу пару мешочков отличного кофе. Разошлись мы вполне довольные друг другом, а кофейничек с жаровней ни разу меня за эти годы не подводили.

Вот и сейчас я достал из мешочка пригоршню зёрен, смолол их, и вскоре по горнице поплыл потрясающий аромат. Теперь ещё молока. Да. Я тот самый извращенец, который любит кофе с молоком.

Кошка подобралась поближе и принялась с намёком греть мне бок, равномерно урча.

– О! Конечно, как же без тебя? – Она ткнулась мне в локоть лобастой головой и требовательно мявкнула. – Да щас, не толкайся!

Набулькал в глубокую тарелку молока, положил рядом кусок мяса. Полосатая первым делом принялась за молоко, с урчанием заработав языком. Всегда было интересно, как они умудряются мурчать и пить одновременно. Этой удавалось с блеском.

А потом раскрыл нижний гримуар. Ну что вам сказать, чтение оказалось весьма забавным, хотя и абсолютно бессмысленным.

Многостраничная писанина о похождениях демонического лорда и его шашнях с небесными (и не только) вертихвостками вызывали поочерёдно то истерический смех то желание придушить талантливого автора. Или как минимум перенести его… да хотя бы вот в эту деревушку, чтобы он не нёс такой откровенной чуши. А то у него в книжке май, а славные селянки отправляются в поле жать, мечтая встретить легендарного-легендарного героя и провести с ним незабываемую ночь в стоге пшеницы. Каков полёт мысли, однако!

Ко второй половине гримуара автор расписался и вошёл в окончательный раж. В его глазах все мы, жители срединного мира, вернее, наши жительницы – поголовно выступали в роли коварных соблазнительниц и вообще крайне нехороших злодеек. Интере-есно. Скромный демон и агрессивные и нахальные девушки нашего королевства! Каково́! И конечно, страшная тень злодея-короля над страной. Это, наверное, автор так Фракса прописал.

Одним словом, впечатлён я остался по самое не могу. Повесил стража над коньком крыши и завалился спать. Могу и не спать, но, опять же – зачем себя ограничивать в банальных удобствах? Да и гримуар почти кончился. Не с кошкой же остаток ночи разговаривать.

* * *

Эмми. А точнее – Таня

Вина было немного, полкружки. Я цедила его и смотрела на начинающее розоветь над лесом небо.

Мне было до ужаса обидно. Из-за Нитона, понятное дело. Обещал вернуться и вот так… слинял. Не то чтобы я как-то рассчитывала на наше дальнейшее совместное житие, но… Но поговорить напоследок мог? Или хотя бы записку написать. Понятно, что обидки мои были совершенно иррациональными – какая записка безграмотной деревенской девчонке? А для него я именно такой была. Девчонка, которую он по доброте душевной спас от костра.

Воспоминание о помосте и цепях облили меня липким ужасом. Я пришла в себя… точнее в это тело именно там. Он как раз поднимался по ступеням. Надо полагать, в этот миг Эмми как раз отдала местным богам свою многострадальную душу. Но тех нескольких минут чудовищной боли и леденящего страха мне хватило, спасибо.

Кажется, это было где-то севернее, если принять во внимание, что во время нашего пути сюда закат опустился по правую руку, а восход встал по левую. Если на северах они все такие отбитые, то я бы лучше уехала ещё куда подальше на юг. Хотя на югах могут быть свои заморочки… Господи, как бы что-нибудь узнать получше об этом мире? Желательно чтоб не на уровне сплетен и рассказов о псоглавцах.

Учителя нанять? Могу ли я себе позволить такое с теми запасами золотых монет, что у меня остались? Вряд ли Нитон за ними придёт, не бросать же здесь.

Руди загонял скотину во двор и запирал ворота. Я тоже закрыла окно на ночь. Надо будет, наверное, и дверь как следует запереть…

С этими мыслями я вернулась к столу, нашла миску с золотыми… в которой оказался ещё и сыр! Жирный такой, маслянистый, нарезанный кусочками, оплывающими по краям. И теперь это перемешалось и слегка слиплось, крандец!

Первым побуждением было вытряхнуть содержимое миски в блюдо побольше и тут же рассортировать, добавив к золоту монеты из сумки. Но тут я вспомнила непосредственную разговорчивость моего «братца» и унесла миску и сумку в спальню, поставила на полку в один из шкафов. Разберу, как он уснёт.

Комнаты стремительно погружались в сумрак. Я засветила свой «фонарик» и заставила его зависнуть над столом в большой комнате, как лампу. Собрала и кое-как свернула ткани. До шитья ли мне сейчас? С другой стороны, ясно же, что в мужских штанах тут щеголять не принято. Значит, придётся что-то сшить. Причём сшить до того, как на эту усадьбу найдётся покупатель – нужно же мне в чём-то ехать?

Прибежал Руди, остановился около стола, глядя, как я собираю швейное барахло.

– Хочешь кушать? – спросила я.

– Ещё кушать⁈ – обрадовался он. – Я сегодня уже ел три раза!

В этих словах было столько восторга, что мне стало жаль его почти до слёз. Поесть три раза – событие!

– Вот и ещё раз поедим, лишним не будет. И спать ляжешь, – я вдруг вспомнила, как в далёком моём детстве говорила бабушка и прибавила: – чтоб жир завязался.

Тут он заметил новый свет и глаза его вовсе округлились:

– Эмми! Как ты смогла⁈

– Вот смогла, – усмехнулась я. – И знаешь что, зови-ка меня Таня.

– Почему? – удивился он.

– Потому. В королевской бумаге так написано, – я шутя щёлкнула его по носу. – И ещё я не хочу, чтобы нас нашёл тот барон.

– Барон Хловдин! – воскликнул Руди.

– Да. И все остальные. Так что теперь я – госпожа Танвен Зарянка. Кстати, давай-ка мы и тебе новое имя придумаем. Как ты хочешь, чтоб тебя называли?

Руди почесал нос.

– Я не знаю.

– Ну подумай.

– А есть когда?

Я скосила глаза в сторону печки.

– Руки мыть? – сообразил он.

– Молоток! А потом мы сходим и выберем себе самую вкусную копчёную рыбу!

Всё равно всю еду с собой не потащим. Так что нефиг себя ограничивать!

* * *

А потом всё вышло даже ещё лучше, чем я себе гастрономически представляла. Руди действительно соображал, как растапливать эту огромную печку. Причём, как сделать так, чтобы не вся она разогрелась, а только варочная часть. И я наварила целую здоровенную кастрюлю компота – отнесу потом в кладовку, она там как на леднике отлично храниться будет, правильно? И днём в жару пить прохладненькое – самое то. Ещё я наварила картошки, нашла в кладовке масло, на вкус напоминающее оливковое, заправила. И выбрала рыбу, запах которой понравился мне больше всего.

– М-м-м! Обалдеть! – промычала я, отваливаясь от стола. – Не знаю, как она называется, но на вкус – просто божественно!

Нет, положительно съехать отсюда будет полезно – я же так разъемся до невозможности.

– А что такое «божественно»? – спросил Руди.

Я чуть не подавилась. Поспешно запила кусок компотом, прокашлялась.

– Слушай, а вот тот, в рясе, который мне приговор читал – он кто?

– Монах, – похлопал ресницами Руди.

– А такой напыженный, в золотой шапке?

– Это епископ, – братец, кажется, немножко испугался.

– А служат они – кому?

Испугался, точно!

– Ты что, Эмми?

– Во-первых, не Эмми, а Таня. Если ты не запомнишь, нас могут найти. А во-вторых, вспомни, Нитон сказал: от пыток люди могут многое забыть, даже имена родных и близких. Даже своё!

Вроде, немного успокоился.

– Хочешь ещё рыбки?

– Ага!

– Так кому служат епископ и монахи?

– Пресветлому Солнцу! – разбираясь с рыбой, пробубнил Руди с полным ртом.

– Ага… А ещё есть какие-нибудь… ну… святые? Или просвящённые? Светлые? – я перебирала варианты, пытаясь угадать.

– Просветлённые! Они помогают душам обращаться к Солнцу.

– А они… живые? Или уже умерли? – закинула ещё один пробный шар я.

– Они были в церкви на картинках.

Ага… Значит, посмертное почитание.

– Но в хижине у Медвежьего лога живёт старенький дедушка. И мама говорила, что он тоже просветлённый, хоть и живой.

Ну это тоже понятно. Так-так. Значит, присловья, связанные с божественным и тому подобное надо отменить. Фильтруем базар, Таня!

* * *

Потом мы в четыре руки навели порядок, я уложила Руди спать, забрала фонарик и пошла в спальню. Предстояло отлепить монетки от сыра и посчитать, сколько у меня всего капиталов. И ложиться спать. Деревенская жизнь «режима совы» не предполагает.

К «сырным» я прибавила монеты из сумки со специями, которые пока решила не распаковывать – всё равно скоро уезжать. Монеты я укладывала столбиками по десять штук на прикроватном столике (те, что из миски, обтирала тряпочкой). Всего получилось двадцать четыре столбика и ещё три монетки. Много это или мало? Вопрос вопросов. Всё зависит от того, редкий ли это здесь металл. Вон, в Древнем Египте, помнится, золото дешевле серебра было.

Я отложила десяток монет в маленький кошелёчек, остальные завязала в платок и поместила в сумку между баночками специй. Почему-то мне казалось, что так будет надёжнее.

Убрав сумку в шкаф, я решила расправить на кровати смятую простынь. Убрала одеяло… И вдруг по полу что-то зазвенело. Я живо обернулась, оглядываясь – ух ты, ещё две монетки! Странно, я же на кровать ни сумку, ни тарелку не ставила?

У Нитона выпали? Вроде, он в кровать одетым не ложился…

Не найдя этому здравого объяснения, я присовокупила монетки к маленькому кошельку и улеглась спать.

08. КТО ПЕРВЫМ УСПЕЛ, ТОТ БЫСТРЕЕ ВСЕХ И ОТХВАТИЛ

Нитон

Утро началось не с кофе, к сожалению. Вначале истошно заверещал страж, и я принялся судорожно одеваться. Принимать бой голышом – это, простите, моветон. Я же не наглая срединная баронесса из книжки!

А потом дом, который так мне понравился, одномоментно взлетел на воздух. Прям вместе со мной. Всё, что успел – в окно выметнуться вместе со вчерашней кошкой. И тут, придавая мне ускорения, неслабо так жахнуло! Лечу – натурально солома, ветром гонимая – а в голове всего одна мысль: это кто такой мощный? Мощный и бесцеремонный. Наглый даже, прямо скажем!

Унесло меня от гостеприимного дома и впечатало в канаву. Да ещё мусором всяким сверху присыпало. Полосатая кошондра, хвост ёршиком распушив, с диким мявом в кусты метнулась, а я остался лежать. Потому как – зачем суетиться, если можно не суетиться, правильно? Полагаю, в ближайшие секунды всё разъяснится. Труха вот только осядет… Нет, можно было б и поскорее, да только не хочется раньше времени себя выплеском магии обнаруживать, поэтому жду-у-у.

Минуты не прошло, обзор надо мной очистился до состояния «приемлемо». Лежу, созерцаю небеса. А там – красота! Несколько пегасов облака ломтями нарезают.

Пегас – скотина, в целом для войны не очень приспособленная. Слишком мало груза может нести. Если только посланников (желательно посубтильнее) да донесения какие перевозить. Да и вообще – слишком у него крылья здоровенные. И жрёт много. А тут, смотри-ка, штук пятнадцать насчитал. Это кто ж у нас такой богатенький?

Нет, понятно, что кто-то из Фраксовых отпрысков. Но кто конкретно? Впрочем, не всё ли равно.

Летучие лошади ринулись вниз. Я чуть приподнял голову, удачно скрываясь от них за кустиками чертополоха, а воздушная кавалерия принялась садиться прямо напротив разрушенного дома.

К сожалению, измятая растительность скрыла их от моего обзора, да и не сильно-то удобно из канавы наблюдать, так что пока пришлось ориентироваться на слух.

– И как теперь вы собираетесь достать тело демона? – требовательно вопросил молодой, звонкий голосок.

Ну что ж, радует, что они тут не просто развлекались, заклинаниями по деревеньке шмаляя, а с конкретной благородной целью – убить ничего не подозревающее существо ради овладения папашиной короной.

– Разобрать этот завал – время есть. Ни один из претендентов ещё не успел попасть в зону охоты. Мы первые.

Так-так, отвечает кто-то постарше.

– То есть, вы уверены, что он мёртв? – Ещё один голосок писклявый. Я почему-то думал, что в гонке за корону будут участвовать одни парни, а тут девок понагнали! – Вот так – просто «ба-бах», – продолжала ехидствовать девица, – одно заклинание – и всё, знаменитый Серый демон уничтожен?

Ух ты! Знаменитый! Неужто у меня есть свой сонм поклонников?

– Разберём завалы – увидим! – важно прекратила препирательства первая. – А пока, вместо того, чтобы трепать языком, лучше охрану организуй. А то желающих делом помочь как всегда меньше, чем поговорить…

Уж и критиковать! А сама-то тоже говорливая, коврижками не корми, дай язык почесать…

– Слушаюсь, моя принцесса! – уязвлённо ответила вторая пискля.

Ага! Значит, предыдущая командирша – одна из претенденток!

Я немного приподнял голову над краем канавы. Как, однако, удачно вдоль дороги полынь растёт, обеспечивает мне усиленную маскировку… Опа! А Фракс-то у нас – мужчина разносторонний. На деревенской площади с пегасов выгружались… эльфы!

Теперь понятно, почему пегасы – общая легковесность и тонкокостность эльфов были притчей во языцех. Но как людской король уломал эльфийскую королеву выдать за него какую-нибудь из своих дочерей? Это прямо вопрос. Чтобы бывший речной пират так мог в политику? Хотя почему я решил, что сразу замуж? Может, так – шуры-муры покрутил… Ну да это и не моё дело. Моё – не заиграться до такой степени, чтоб речь реально о риске для моей жизни пошла. Эльфы обычно – маги страшной силы. Вон как дому-то с одного раза поплохело.

Так что применю-ка я их же тактику. Нападу с неба. Летать для такого расстояния – слишком жирно. А вот прыгнуть – самое то!

Я так лягнул дно канавы, что вылетел, как камень из рогатки, и упал на стоящий посреди площади эльфийский отряд прямо с чистого неба.

Первых двух проткнул «Ответ».

Ещё одному я снёс голову когтями.

Уворачиваясь от огненной струи, нырнул за коновязь. Не будут же они своих же пегасов бить?..

Ага, щас! Магичка, истошно поливающая меня огнём, совершенно не заморачивалась! К небу взметнулись обугленные крылья! Три летающие коняшки вспыхнули живыми факелами и осыпались пеплом одномоментно. Остальные, оборвав привязь, с истошным ржанием ломанулись кто куда. Вот тебе и эльфийская любовь ко всему живому!..

Я рыбкой нырнул за длинную, полную воды выдолбленную колоду.

Время замедлилось.

А мысли понеслись лихорадочно, словно росчерки падающих звёзд.

...

Нет. Убить они меня не смогли бы.

Но! Как они так быстро меня нашли?

Да, «территория охоты на Серого Демона» была известна. Но она была очерчена довольно широко – три деревни, лес, покосы, поля, болото, в конце концов…

И тут на воздух взлетает одна единственная, совершенно конкретная изба.

Занимательно? Ещё как!!!

Магичка тем временем закончила формирование заклинания, полыхнувшего в её вытянутой руке ослепительным сгустком огня и скинула его в мою сторону.

Я накинул магический щит, наблюдая, как огонь охватывает колоду, как вода, находившаяся в ней, взрывается во все стороны облаком пара…

…Нда. Чистый фарс.

Правильно Гусёк сказал, пока мы нектар распивали – я стал частью легенд. И этого… как его… фольклора, о! Серый демон – известнейшая личность! Обо мне знают все от мала до велика. Разумеется, они «знают» меня, опираясь на театральные представления, где меня показывают очень мудрым, но слабым и… как бы это сказать?.. не склонным ввязываться в прямое боестолкновение, пусть так.

Благоразумная Осторожность – так повсеместно пели менестрели.

Трусость – так называли основное свойство Серого Демона в бродячих театрах рангом попроще. Напрасно Фракс думал, что я не смотрел похождения Великой Пятерки. Да я пару представлений сам поставил!

Как вы понимаете, в идее того, что Серый Демон был бесполезен в прямой стычке, прежде всего была выгода для самого Фракса. Ведь он должен был выглядеть самым героическим и брутальным персонажем. Зачем ему вспоминать чьи-то ещё когти, которые помогли ему взойти на трон?

Впрочем, сейчас это здорово играло мне на руку.

Эти эльфы, что прилетели по моё сердце – они явно основывали свою тактику на театральных постановках и прочих менструэльных песнях. Значит, что? Удивим их!..

...

Время снова ускорило свой бег.

Я сделал шаг вперёд в рассеивающихся клубах пара и медленно, с пафосом (эльфы очень ценят пафос) отвёл «Ответ» в сторону, остриём вверх.

– Вызываю вас! – запоздало, но лучше сейчас, чем позже… – Вызываю вас ВСЕХ! Сейчас же!

В ответ меня несколько раз облило огнём. Неприятно, но терпимо. Я уже говорил, что у эльфов очень сильные маги? Говорил. Так вот, если бы хоть один из них сосредоточился на своей стихии чуть дольше, чуть полнее, глядишь и смог бы… что-то изобразить. А пока? Неприятно – да. Даже местами чуть болезненно. Но для цели (меня) – совершенно не фатально. К общей досаде усердствующих.

Я уж думал, что мой призыв повис в воздухе, но нет.

– И-и-и!.. – с истошным воплем из-за ближайшей полуразрушенной избы выскочил… очевидно самоубийца. Отчаянно визжа, он добежал до меня, чтобы нанизаться на «Ответ» и разбрызгать красным вокруг. Я дёрнул копьё, стряхивая эльфёныша с лезвия, и вышел на бывшую деревенскую площадь. Прямо напротив разваленного дома старосты.

– И это всё? А где же великие победители Серого демона? Почему они прячутся посреди разрушенной деревни? Ну?

Надо завершить этот поединок как можно быстрее…

* * *

– Не реви! – я придерживал в вертикальном положении юную остроухую особу, которую ещё пару лет назад назвал бы без реверансов попросту соплюхой.

Стоять самостоятельно ей сейчас было трудно – мешало внезапное отсутствие ступни. Я, конечно, залечил её раны. Но держаться и двигаться без поддержки ей до сих пор было непривычно и неловко. А вернуть потерю – это с каких, извините, хвостов собачьих я должен с ней возиться? Вон, по слухам, на южном континенте есть особые знахари, пусть едут, ищут. Благо у эльфийской владычицы золота – хоть жопой… кхм. В общем, одно время я даже подозревал, что она из наших. Но нет, просто богатенькая баснословно. Да и преданных слуг – всем бы столько. Вот пусть и возятся.

А пока пришлось слегка шлёпнуть девицу по грязной щеке, чтоб хоть на время перестала выть и сосредоточилась на мне.

– Как вы нашли меня?

– А?..

– Как. Вы. Нашли. Меня? – чётко, по отдельным словам повторил вопрос я.

Она шмыгнула носом:

– Нас вёл Филариндейл.

– М-гм. И где он?

– Вон там. И… ещё… немного… вон та-а-а-ам!..

Нда, неувязочка получилась. Надо было наоборот: сперва спрашивать, потом бить. Или хотя бы бить не всех.

Эльфийка тем временем перекосилась лицом и принялась остервенело тюкать мне по груди своими кулачонками, завывая всё истошнее.

– Не реви, а оглянись! – встряхнул я за плечи возможную претендентку на трон. – Смотри! Что видишь? – Я приподнял эльфийку над полем недавней схватки.

– Они все, все, все мертвы! – сквозь лающие рыдания выкрикнула она.

– А почему? – мягким голосом спросил я.

Таким голосом должны искушать монахинь сладострастные демоны, а не говорить окровавленные дядьки в острое эльфийское ушко прямо посреди кровавого побоища. Только, кажется, она меня совсем не слушала.

– Почему ты не пожалел даже девушек⁉

О-о! Старая песня!

– Секунду. То есть вы, команда, из которой половина была девочек, явились сюда, чтобы убить и расчленить меня – и удивляетесь, что я посмел выступить против?

– Ты! Ты! Ты! – истерически завопила она, тряся посеревшими от пепла волосёнками. – Ты всех убил! Ты!

– Правда-а-а? – вкрадчиво проворковал я. – Неужели я?.. А не ты, которая привела их сюда? Прямо сюда. На смерть. Не ты?.. – я помолчал. – Оглянись. Они все погибли, чтобы ты стала королевой. Как тебе цена? Нравится?

Я бережно прислонил её к дереву. Медленно, ласково погладил по щеке.

– Хочешь заплатить ещё раз? Я отпущу тебя.