Текст книги "????Скандальный магазинчик брошенки, или Развод с драконом (СИ)"

Автор книги: Ольга Коротаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

Тут моя помощница лукаво усмехнулась, и я тоже заулыбалась в ответ. Всегда говорила, что в любой скромнице таится чертёнок. Пелли, хитро сверкая глазами, продолжила:

– Всё из-за вашей волшебной подвязки! Представляете? На меня все смотрели… Все! Некоторые молодые люди улыбались, а иногда даже подходили спросить имя. За один день я услышала от мужчин столько приятных слов, сколько не получала за всю жизнь!

– Это прекрасно, – посмеиваясь, кивнула я и оставила при себе информацию, что подвязка совершенно обычная без капли магии. – Но при чём тут Дом алых лент?

– Так я к тому и веду, – Пелли переступила с ноги на ногу и, подавшись ко мне поближе, шепнула: – Диг сказал, что у него тоже есть дела на базаре, и направился со мной. Когда я торговалась со скупщицей, указывая, что цена слишком низкая, она заявила, что украшения краденые.

Я возмущённо нахмурилась:

– Что? С чего она взяла?

– Заявила, что я выгляжу как женщина, у которой никогда не будет таких украшений, – обиженно протянула Пелли.

Было видно, что слова скупщицы сильно уязвили её.

– Даже если это и правда, не стоило кричать об этом на всю улицу, – пробурчала камеристка себе под нос.

Но тут же встрепенулась и продолжила:

– Тогда Диг отозвал меня в сторону и шепнул, что в Доме алых лент принимают красивые украшения за хорошую цену. Многие драконы отдают туда фамильное золото, когда наступают тяжёлые времена, потому что всегда можно забрать украшения, вернув деньги.

– Похоже на заём под залог, – беззвучно пробормотала я.

– Только… – Пелли захлебнулась эмоциями и боязливо вжала голову в плечи.

– Говори смело, – подбодрила её.

– Те женщины будут носить украшения, пока они находятся в Доме алых лент, – прошептала камеристка, поглядывая так, будто ожидала удара.

И я ударила.

В ладоши!

– Какая же ты умная и находчивая! Как же мне повезло с помощницей! Клянусь, ты не пожалеешь. Что же до гадких слов той скупщицы, не переживай. Когда наш магазинчик начнёт приносить прибыль, я буду платить тебе за аренду твоего дома столько, что ты будешь ходить в золоте и шелках. Придёшь на базар и поднимешь нахалку на смех!

Пелли испуганно выпучила глаза:

– Платить за дом? Хотите его купить?!

– Только если захочешь его продать, – серьёзно кивнула я. – Но зачем тебе продавать курицу, несущую золотые яйца? Пока мы на мели, но вскоре обсудим сумму, которую я буду отдавать тебе каждый месяц за то, что в твоём доме открыт мой магазин.

– Не нужно, – она замотала головой. – Что вы? Я же…

– Знаю, – перебила её и благодарно пожала руку. – Пелли, это магия денег. Чтобы они приходили, их нужно отдавать и всегда платить за чью-либо работу столько, сколько она стоит. Тогда всё вернётся сторицей. А если не заплатишь, то потеряешь больше. Поэтому не отказывайся, пожалуйста. Мы обязательно будем процветать. И я, и ты!

– Леди… – её губы задрожали, а глаза наполнились слезами. – Госпожа…

Зажмурившись, она зарыдала от счастья, голося на пустую улицу:

– Хо-зяй-ка-а-а-а!

P.S.

Мирельда была так зла, что не смогла поехать сразу домой. Что толку? Там не было Талинра, а слуги насмешливо шептались за спиной любовницы. Казалось, стоит выгнать старуху, как жизнь наладится, но почему же после долгожданной победы не отпускает чувство тревоги?

– Это всё из-за ребёнка, – убеждала себя женщина. – Я стала слишком эмоциональна!

Мирельда велела извозчику отвезти её к дому отца. Хотелось хоть немного побыть там, где не нужно изображать из себя воспитанную леди. Отпустив повозку, женщина повернулась к воротам, но остолбенела при виде высокого светловолосого лорда, опирающегося на трость.

– Ирель? – тонко улыбнулся мужчина. – Говорят, ты выходишь замуж за лорда Драконар?

Молодая женщина выпрямилась и, стараясь, чтобы голос не дрожал, гордо ответила:

– Верно!

Улыбка блондина превратилась в жёсткий оскал:

– А жених знает, что ты носишь моего ребёнка?

Глава 19

Итак, нам нужны клиентки!

Всю последующую неделю я потратила на то, чтобы составить список замужних дракониц, которых когда-либо встречала леди Драконар. Для этого пришлось как следует покопаться в памяти этой скромной женщины.

Увы, жила Серебрена замкнуто и всё время проводила в ожидании своего неверного мужа. Он был центром её вселенной и единственной радостью в жизни.

Как печально!

Глядя на своего супруга, эта женщина не замечала мира вокруг. Она не любовалась цветами, если рядом не было Талинра, не наслаждалась едой или прогулками. У меня возникало ощущение, что жизнь замирала, пока женщина оставалась без этого мужчины.

Серебрена могла целый день смотреть в окно, чтобы не упустить момента и радостно встретить супруга. А потом всю ночь проплакать в подушку, потому что от Талинр отмахнулся от неё, как от надоевшего пса.

– Это ужасно! – простонала я и уронила кусок угля на исписанный лист.

– Не получается рисунок? – подняв голову от шитья, спросила Алиса.

Когда пробралась в наш дом, эта рыжая девушка с обрезанными волосами была похожа на растрёпанную дикую лисичку, но за несколько дней, наполненных тёплой едой и спокойным сном, она перестала вздрагивать при каждом стуке, что возникал от сквозняка.

Отложив шитьё, девушка поднялась и разочарованно протянула:

– А-а-а! Вы всё ещё переписываете имена. Это бесполезно, хозяйка. Никто из этих леди и дверь нам не откроет.

– А зачем нам стучаться в их двери? – усмехнулась я и покачала головой. – Мы будем совершенно случайно сталкиваться на прогулке. То тут, то там…

– А потом? – деловито прищурилась Алиса.

Я пожала плечами и неопределённо взмахнула кистью руки:

– Станем болтать обо всём на свете до тех пор, пока эти леди сами не попросят показать им наши товары.

– А они попросят? – недоверчиво уточнила девушка. – Сами?

Я покровительственно кивнула и с нажимом ответила:

– Да они умолять будут. Вот увидишь!

И снова уткнулась в лист. Голова уже гудела от попыток вспомнить имена и фамилии тех, с кем Серебрена общалась до замужества, поэтому через несколько минут я сдалась. Посмотрела на Алису и, вытянув шею, поинтересовалась:

– А как у тебя дела?

– Вот!

Она гордо продемонстрировала пояс для чулок из фиолетового кружева, которое нам прислала госпожа Эггер. Я взяла за основу тот ужас, который был надет на мне, но на выкройке нарисовала высокие арки от ленты к ленте, которые должны будут удерживать чулки. А потом поручила Алисе, чтобы та исполнила мою задумку.

– Неплохо, – похвалила девушку, проводя кончиками пальцев по изделию. – Швы ровные, плоские. Каёмку аккуратно обработала, молодец. Как тебе самой? Нравится? Ты бы такое надела?

– Вместо обычного пояса – нет, – честно ответила она и довольно заулыбалась. – Но с той вещицей, которую вы мне подарили, да.

– Ты очень смелая, – мягко сказала я и кивнула, указывая в сторону окна. – Пелли каждый раз готовится упасть в обморок, когда предлагаю примерить плавочки.

– Зато она не снимает подвязку, что вы подарили, – шепнула Алиса и поднесла ладонь ко рту, будто сообщала великий секрет. – Даже на ночь!

– Вбила себе в голову, что подвязка волшебная, – весело рассмеялась я и покачала головой. А потом ещё раз внимательно осмотрела пояс. – Вот здесь добавь бантики. Возьми ленты солнечно-жёлтого цвета. И тут подправь, а то шов в этом месте топорщит ткань.

– Хорошо, – кивнула она и с кротким видом уселась обратно за работу.

Минуту я наблюдала за девушкой, поражаясь, за что с ней так жестоко обращались. Спокойная, работящая, умелая. Золото, а не помощница! Впрочем, каждая семья несчастна по-своему. Как-нибудь Алиса сама расскажет о своей беде.

Придушив любопытство на корню, я прошлась вдоль столика, на котором были аккуратно разложены наши первые модели, и пересчитала подвязки. Даже в самые сложные времена меня успокаивал обычный товарный учёт. Перебирая красивые дамские вещички, я чувствовала себя девочкой, которая играет в любимые куклы. Придумывает модели, обшивает и одевает их, ощущая истинное счастье.

– Красота! – Глаз радовался бантикам и кружевам. – Мы готовы к первой встрече.

Я вернулась к письменному столу и просмотрела бумаги со списками. Какую из этих леди я точно узнаю, встретив на прогулке? Выбрав имя, сложила лист и убрала в карман, а потом направилась на улицу.

– Обед ещё не готов! – заметив меня, поспешно сообщила Пелли.

Она склонилась над коробом с углями, на котором стояла наша единственная кастрюлька. Из дома выскочила Алиса с тяжёлым утюгом в руках и поспешила к камеристке:

– Накидай мне щипцами углей. Надо разгладить шов.

Я же решила немного пройтись, чтобы разогнать кровь после длительно сидения, как взгляд наткнулся на яркий шарик в траве.

– Солнечно-жёлтый, как наши ленты, – я присела и коснулась пушистой головки цветка. – Похоже на одуванчик.

Сорвала соцветие и заметила, как стебель обильно выделил густой белый сок.

– Хм…

Помнится, раньше я выкапывала корни одуванчика, мыла и натирала на мелкой тёрке, чтобы выдавить сок. Если этот сок поставить в печь на пару часов, получался натуральный каучук. Я делала из него прыгающие шарики, чтобы детям было весело. А что, если попробовать пластинки? Будут ли они тянуться? Можно ли использовать в белье? Узнаю лишь опытным путём.

Глава 20

От мыслей об удобных резинках меня отвлёк весёлый голос Пелли:

– Хозяйка, обед готов!

Услышав это, Алиса пулей вылетела из дома и уселась прямо на крыльце. Протянула руки и нетерпеливо сжимала и разжимала пальцы, пока не получила свою тарелку.

Девушка напомнила мне Нину. Моя вторая дочь была такой же юркой и непостоянной. В детстве она могла часами тихо играть с куклами, а потом вдруг подскочить и носиться по дому с колготками на голове, издавая при этом клич индейцев.

Даже позже, когда подросла, непосредственность и спонтанность остались при ней. Нина прилежно училась, но после школы превращалась в разрушительный ураган энергии. Мне приходилось улаживать проблемы, которые возникали с недовольными соседями.

«Ваша Нина сломала велосипед моего Толика!»

То, что при этом дочь умудрилась научить сына-увальня соседки держаться на велосипеде, ни слова.

«Нинка снова испачкала мои простыни! Скажите ей не трогать бельё, которое сушится на улице»

О том, что моя дочь спасла из водостока котёнка и, завернув в простыню, отнесла к ветеринару, соседка упустила из виду.

Такой была моя вторая дочь. Добрая и шебутная! Поэтому никто не удивился, когда её выбрали для программы обмена студентами. Скрепя сердце я отпустила своего ребёнка в чужую страну, но вернулась из США уже другая Нина.

С того дня я ни минуты не переставала жалеть о своём решении.

Может, поэтому так хотелось защитить Алису? Её робкие проявления непосредственности были очень похожи на те, что Нина начала показывать лишь спустя месяцы после возвращения домой.

– О чём вы так глубоко задумались? – полюбопытствовала Пелли.

Вынырнув из воспоминаний о прошлой жизни, я грустно улыбнулась и сообщила ей:

– После обеда доедем до королевского парка. В это время там много прогуливающихся. Может, удастся встретить леди Голдри? Помнится, раньше это было её любимое место.

Повернулась и обратилась к Алисе:

– Хочешь поехать с нами?

Девушка подавилась кашей и закашлялась.

– Разве ей не опасно покидать этот район? – заволновалась Пелли. – Вдруг Алису узнает?..

Она не закончила мысль, но я и так догадалась, что добрая женщина имела в виду жестокого мужа, от которого сбежала наша юная помощница. Мне же не хотелось, чтобы девушка вела жизнь затворницы. Уверена, что ей самой тоже не терпелось глотнуть воздуха свободы. Поэтому предложила:

– Ты притворялась мальчиком. Даже волосы не пожалела, рискуя репутацией! Но я сделаю так, что ты действительно будешь выглядеть, как мальчик. Забинтую грудь, добавлю объёма плечам. Но самое главное – вот эта деталь!

Продемонстрировала ей то, что в нашем мире узнали бы с первого взгляда. Удивлённая девушка позволила надеть на себя маску для лица, которую я сшила для неё.

– Что это? – растерянно спросила Алиса.

– Буду говорить всем, что у моего слуги аллергия на пыльцу, – охотно пояснила ей. – Поэтому на улице ему приходится носить такую повязку. Тебе удобно?

Алиса покрутила головой, будто думала, что маска упадёт, а потом ответила:

– Наверное… Непривычно.

– Леди, вы невероятно находчивы! – восторженно воскликнула Пелли. – Я бы не смогла придумать ничего подобного.

Я оставила правду о том, что всё было придумано до меня, при себе. И поторопила помощниц, ведь нам предстояло долгое время идти пешком, чтобы покинуть улочку, а после ещё необходимо найти наёмный экипаж.

Добирались до самого популярного парка столицы мы не меньше двух часов. Заплатив извозчику, я огляделась, решая, с какой из множества дорожек нам начать, как вдруг услышала голос, смутно показавшийся знакомым:

– Серебрена? – И тут же прозвучало громче: – Леди Драконар!

Прогуливающиеся пары начали останавливаться, оборачиваться и эмоционально переговариваться, глядя в нашу сторону. Я догадалась, что всеобщее оживление произошло из-за меня, ведь в этом мире мало кто разводился. Но теперь осознала, что даже не предполагала, насколько сильным будет осуждение общества.

Обыватели рассматривали меня с брезгливым любопытством, от которого по спине поползли колкие мурашки. Будто это я изменила, а не Талинр! Мы привлекали всё больше внимания, люди собирались в группы, и Пелли, испуганно вжав голову в плечи, прошептала:

– Леди… Может, уйдём?

На миг меня посетило такое же трусливое желание, но я поджала губы и выше подняла голову:

– Нет. Если сбежим, будет много хуже. Люди невероятно жестоки к слабым и беззащитным. Нам придётся показать силу, чтобы выжить.

– А если силы нет? – тихо уточнила Алиса.

– Тогда изобразим её, – твёрдо ответила я и обернулась, глядя на ту, что нарочно прокричала моё имя во всеуслышание, и с преувеличенной радостью воскликнула: – Голдри? Какая приятная встреча!

Мне не впервой обнимать врагов. За долгую жизнь приходилось часто наступать себе на горло и улыбаться тем, кто мечтал вонзить мне нож в спину и не скрывал этого. Не все битвы можно выиграть, действуя открыто. Чаще всего это скрытая борьба, похожая на сложную партию в шахматы. Эта женщина явно затаила на меня обиду, но она мне нужна. Очень нужна!

Поэтому я стремительно подошла к растерявшейся Голдри и пожала ей руку, показывая, как счастлива видеть. А после посмотрела на спутника леди, который стоял, опираясь на трость, и произнесла:

– Прошу прощения, господин. Я так давно не виделась с подругой…

При этом слове Голдри застыла изваянием.

– …Что забыла о манерах. Должно быть, вы?..

– Лорд Дромир Каладор, – представился высокий светловолосый мужчина. – Супруг леди Голдри Каладор.

P.S.

Финвальд постукивал кончиками пальцев по столу и в который раз перечитывал договор о разводе лорда и леди Драконар.

– Господин Лунарис, – подобострастно обратился слуга. – Его величество ожидает вас.

Разрываясь между желанием защитить Серебрену от участи брошенной жены и странным тянущим чувством в груди, Финвальд ответил:

– Да, да. Уже иду.

Решительно поднялся и, свернув свиток, положил в шкатулку. Отодвинув её, взял другую и направился к выходу, но замер и, развернувшись, поспешно вернулся к столу. Цыкнув, снова направился к двери.

– Вас что-то беспокоит? – слуга посмотрел так, будто не узнавал своего господина.

Финвальд сам себе не узнавал.

Глава 21

Мы гуляли по парку и говорили о ничего не значащих пустяках, но я постоянно замечала, как давняя подруга Серебрены зло косится на проходящих мимо молодых девушек. Будто каждая была её личным врагом.

– Прошу прощения, я оставлю вас ненадолго, – вдруг обратился к нам лорд Каладор и указал на двух мужчин, беседующих в стороне. – Я должен обсудить важный вопрос с генералом Ногглом.

Он взял жену за руку, и коснулся губами её пальцев, а потом добавил:

– Смотрите на это, как на возможность поговорить с подругой в более непринуждённой обстановке, дорогая.

Кольнув её предупреждающим взглядом, отпустил руку помрачневшей супруги и стремительно направился к мужчинам, громко воскликнув:

– Генерал! Мне невероятно повезло встретить вас здесь!

– При чём тут везение? – пробубнила Голдри себе под нос. – Ты битых два часа его высматривал…

– Видимо, им нужно обсудить очень важный вопрос, – вскользь заметила я.

– Ага, – язвительно скривилась женщина. – Идти в Дом алых лент сегодня или завтра? Очень важный… Ах!

Будто очнувшись и вспомнив, что не одна, она резко повернулась ко мне и поспешила исправиться. Нарочито рассмеявшись, коснулась моего локтя и пояснила:

– Я шучу! У них давний спор. Дромир считает, что цвет парадной ленты, которой украшают мундир, должен быть синим, как небо. А генерал настаивает, что её нужно сделать алой, как кровь! Мой дорогой супруг иронизирует, намекая, что этот цвет вызывает совсем другие ассоциации. Только и всего!

Она так старалась скрыть свою болезненную и, скорее всего, не беспочвенную, ревность, что я не стала трогать больную мозоль этой женщины. Пока не стала. Но поставила себе на заметку, что муж Голдри частый гость Дома алых лент.

– Я всё хочу у тебя спросить…

Леди Каладор огляделась в поисках новой темы для беседы. Явно чувствуя себя не в своей тарелке, она указала на Алису и надменно спросила:

– Что такое странное надето на слуге?

Я улыбнулась, понимая, что женщина ищет возможность почувствовать себя лучше. Самое доступное для Голдри – это унизить или высмеять меня. Зеваки, собравшиеся вокруг, когда она выкрикнула моё имя, уже разошлись, поэтому давняя знакомая Серебрены сменила тактику.

– Почему ты позволяешь мальчишке носить подобное? – насмешливо обвинила она и припечатала для верности: – Ты всегда была странной.

Я же мягко поинтересовалась:

– Твоя тётя, леди Регелис по-прежнему летом не покидает дома?

Голдри растерянно моргнула, но всё же ответила:

– Да, она начинает задыхаться на улице, стоит распуститься цветам. Целитель утверждает, что ей вредит пыльца, но я считаю, что тётя хочет сохранить благородную бледность кожи.

– У моего слуги похожий недуг, – пропустив мимо ушей последние слова Голдри, объяснила я. – Если бы леди Регелис носила подобную повязку, то чаще выходила из дома. У нас есть маски для дам, украшенные кружевом и искусной вышивкой. Если посоветуешь тёте мой магазин, я дам и тебе, и ей хорошую скидку!

Голдри, казалось, впервые посмотрела мне в глаза:

– Что ты сказала? Магазин?

– Верно, – кивнула я и подала знак Пелли.

Камеристка торопливо достала из мешка одну из трёх приготовленных коробок. В каждую я положила готовую подвязку, а также мини-инструкцию, нарисованную от руки. Углем изобразила женский силуэт, отставленную ножку и руки, поправляющие подвязку. Её я вырезала из той же ткани и наклеила на лист.

На обратной стороне был адрес нашего магазина.

– Это подарок, – пояснила я, когда камеристка протянула коробочку Голдри. – В знак нашей дружбы и моего особого к тебе расположения. Прими, пожалуйста.

– Что там? – женщина с опаской посмотрела на коробочку.

– Берите, леди, – жарко прошептала Пелли. – Это волшебная вещица! Ваш мужчина чаще будет смотреть на вас, а не на других.

Я сделала вид, что не расслышала её слов и не заметила, как после них загорелись глаза Голдри. В конце концов, моя помощница лишь внушила себе это, хотя эффект от подвязки, разумеется, есть. Только не такой, как вообразила Пелли.

– А теперь я вынуждена попрощаться, – я улыбнулась Голдри, которая с нетерпеливым любопытством рассматривала коробочку, перетянутую красивой жёлтой ленточкой. – Была бы рада ещё поболтать, но у меня назначена встреча с господином Лунарисом.

На миг леди Каладор забыла даже о загадочном подарке. Расширив глаза, она ахнула:

– Ты встречаешься с канцлером?!

– Это деловая встреча, – поспешно пояснила я. – Как раз по поводу моего магазина.

– А-а, – она облегчённо перевела дыхание, но при этом почему-то стала выглядеть грустной.

– Ты хотела, чтобы я передала ему какую-то просьбу? – уточнила я, чтобы проверить догадку. И сразу предложила: – Не могу похвастаться, что мы в дружеских отношениях, но смею предположить, что господин Лунарис меня выслушает.

– Если так, – она замялась. Потом, торопливо оглядевшись, подалась ко мне и прошептала: – Спроси, не приходили ли в канцелярию какие-либо прошения за подписью моего супруга.

Тут же переменилась в лице и грозно сверкнула глазами:

– Только никому о моей просьбе не рассказывай!

– Разумеется, я сохраню эту тайну, – понятливо ответила я и как можно мягче улыбнулась: – Мы же друзья. И не важно, сколько лет прошло. Я всегда буду помнить, как ты выручила меня на балу дебютанток.

– Не стоит, – смутилась она, а я присела на миг в книксене, а потом встала и направилась дальше по дорожке. Но вдруг услышала голос Голдри: – Серебрена!

Обернулась и вопросительно посмотрела на женщину. Она глянула на меня так виновато, что, казалось, вот-вот извинится. Но лишь подняла коробку и поблагодарила:

– Спасибо за подарок.

P.S.

Тридцать три года назад

Голдри заглянула в комнату и, убедившись, что там никого нет, проскользнула внутрь. Тщательно прикрыла дверь, отсекая шум, доносящийся из большого зала, где собрались представители лучших драконьих родов, подбежала к столу.

С колотящимся сердцем она принялась быстро перебирать свитки в поисках того, где была записана её краткая биография.

«Где же?» – всё сильнее нервничала девушка.

Скоро будет представление дебютанток, и тогда все узнают о тайне Голдри. В свитке указано, что она провела год в путешествии, уехав с тётей в Аллию. Но каждый, кто видел в это время её в столице, поймёт правду.

Голдри была готова отправиться в Астралию, лишь бы никто не узнал о побеге из дома!

Но свитков было слишком много, и девушка едва не плакала от отчаяния, как вдруг кто-то чихнул, и всё пропало. И диванчики, и стол, и свитки, и шкаф, за которым, как оказалось, стояла другая девушка. Голдри узнала дебютантку из рода Фениксель.

– Что же делать? – испуганно пролепетала она.

– Бежать! – не веря своему счастью, выдохнула Голдри.

Глава 22

Когда мы вернулись домой, я вошла и упала в старое кресло.

– Не чувствую ног, – простонала, снова ощущая себя на все девяносто. – И рук. И языка… И мозгов!

Сама на себя злилась, потому что никак не могла остановиться. Надо было уйти из парка в момент, когда мы расстались с Голдри. Пусть давнишняя подруга Серебрены не отличалась добросердечностью и постоянно пыталась уколоть словом, будто таила давнюю обиду на что-то, с ней хоть какой-то диалог получился. Даже подарок взяла!

Но с той минуты, когда она поспешила к мужу, у меня ничего не получалось. Узнавая кого-то из прошлого Серебрены, я пыталась заговорить о погоде, но аристократки смотрели сквозь меня, а некоторые иронизировали, что им мерещатся странные звуки. Когда возвращалась к камеристке и Алисе, слышала, как смеялись вслед.

– Нет, ну где справедливость? – спросила у потолка. – Изменял Талинр, а расплачиваюсь я! Почему его считают героем, а на мне клеймо позора? Я не понимаю!

– Хозяйка, не стоит так волноваться, – суетилась вокруг меня Пелли. – Вы ещё слабы, и…

Она ворчала, а я морщилась, но пока терпела. Никому не позволяла относиться к себе, как к маленькому ребёнку. Я привыкла сама указывать обязанности окружающим и быть во главе семьи и магазина. И мне было на руку, что камеристка «догадалась» о пробуждении драконицы.

Но женщина лишь говорила о переменах, но на её действиях это никак не сказалось. Пелли до сих пор считала, что я не в состоянии даже самостоятельно разуться. И когда она, продолжая сетовать на моё упрямство, наклонилась расшнуровать мне ботинки, я не выдержала и осадила её:

– Мне уже гораздо лучше.

И, помогая себе ногами, сняла обувь сама.

– Ах, почему вы никогда меня не слушаете? – Пелли встала руки в боки. – Я же говорила, что эти высокомерные леди и не посмотрят в нашу сторону! Чудо, что леди Каладор поступила иначе.

Она развернулась и направилась к кувшину с водой. В это время Алиса ловко подняла мои ботинки и метнулась к выходу, чтобы почистить их и поставить сушиться.

– При чём тут волшебство? – насмешливо спросила я у Пелли, которая намочила чистое полотенце и потянулась к моему лицу. Я перехватила влажную ткань и промокнула лоб и щёки, убирая пыль. – Голдри намеренно привлекла ко мне внимание, чтобы унизить. Уверена, после она жалела об этом, но приходилось терпеть, ведь сама начала. Кстати, ты не знаешь, за что она так ополчилась на меня? Насколько я помню, мы не встречались после моего замужества.

– Откуда же мне знать? – растерялась камеристка.

Алиса вернулась в дом и заметалась юркой белкой, раскладывая коробочки, которые так и не пригодились. Вручить удалось только один подарок, и я считала это неудачей.

– Хозяйка, – справившись с работой, Алиса подошла ко мне. – Спасибо!

– За что? – искренне удивилась я.

Девушка вынула из кармана маску и покрутила в руках.

– Впервые за долгое время я не пряталась. Да, на меня смотрели с недоумением… – Замолчала на мгновение, а потом выпалила с чувством: – Но это лучше, чем с жалостью!

Мы с Пелли затаили дыхание, потому что показалось, что Алиса на эмоциях откроет свою историю, но нет. Девушка спрятала маску в карман и снова широко улыбнулась мне:

– Спасибо вам! Кажется, я никогда не была так счастлива, как сегодня.

– Никогда? – растерялась я, не представляя, какой же страшной была жизнь рыжей непоседы, если простая прогулка принесла ей столько радости. – Как так?

Алиса смутилась и, пряча взгляд, торопливо опустила голову:

– Я пойду и… – замерла на миг, явно придумывая повод сбежать, а потом встрепенулась: – приготовлю ужин!

Схватив кастрюльку, поспешила к выходу, а я, глядя на захлопнувшуюся дверь, лишь головой покачала:

– Стоило только подумать, что день совсем не задался, а меня преследуют неудачи, как выясняется, что для другого человека это был самый счастливый день в жизни. Это… вдохновляет!

Верно, что моя задумка не удалась, а появление в общественном месте принесло лишь косые взгляды женщин и насмешки мужчин, но это не повод опускать руки. Ведь каждая неудача – это кирпичик будущего успеха.

А у меня ещё море идей!

Глава 23

Ночью я внезапно проснулась от того, что вспомнила о запланированном визите к канцлеру. Села на постели и посмотрела на тёмное окно.

– Да что же это? – проворчала, сетуя на себя. – Тело молодое, а склероз всё ещё при мне!

Конечно, Серебрена не такая юная, как Алиса, но всё же ей ещё рано забывать такие значимые пункты плана. Дома мне помогал сотовый, с которым я не расставалась, даже посещая спортзал или туалет. Полезные приложения были моими бессменными секретарями, напоминая обо всех важных встречах и грядущих событиях.

Здесь же такого девайса не было, а я так расстроилась своему провалу, что совершенно вылетело из головы намерение зайти в канцелярию и записаться к господину Лунарису на приём.

– Спокойно, – останавливая поток самокритики, урезонила себя. – Мы ещё ничего не продали. Успею всё оформить, как нужно.

И с этой мыслью легла на подушку, но сон не шёл. Покрутилась некоторое время, вспоминая события прошедшего дня, а потом сдалась. Поднялась и, накинув шаль, тихонько спустилась, чтобы не разбудить сладко посапывающих на полу Алису и Пелли.

Захотелось подышать свежим воздухом, и я, сунув стопы в ботинки, вышла на крыльцо, да так и застыла от изумлённого восхищения. Улица светилась приятным неоновым оттенком бирюзы, будто всё здесь было волшебным. Дома, заборы, деревья, – всё окружала мерцающая аура. Даже каждая травинка была охвачена сине-зелёным сиянием.

– Красота, – с чувством выдохнула я, но потом призадумалась. – Хм…

В памяти Серебрены ничего похожего не было. Дом Драконаров освещали дорогие артефакты, а улицу – стеклянные шары, наполненные бытовой магией. На улице Мёртвых мастеров я ночью ещё не выходила и даже в окно не смотрела, потому что, устав за день работы, спала без задних ног. Поэтому не знала, было такое свечение всегда или только сегодня появилось.

А ещё вспомнила странную магическую маску зеленоватого оттенка, в которой я впервые встретила канцлера. Может, её назначение – вовсе не маскировка? Как с повязкой из моего мира, которую я надела на Алису. Ей она помогла скрыть лицо, а той же леди Регелис облегчила бы дыхание.

– Ничем не пахнет, – удерживая шаль одной рукой, другую я вытянула вперёд, заворожённо наблюдая, как свечение медленно охватило и мои пальцы. – Может, радиация?

Это бы объяснило многочисленные смерти, произошедшие здесь. Какой-нибудь спонтанный выброс опасной магической энергии, о которой молчали власти? Но растениям она не вредила. Мне, судя по ощущениям, тоже. Чуйка говорила, что драконице Серебрене эта загадочная иллюминация нипочём.

А вот насчёт Пелли такой уверенности не было.

– Надо сказать девочкам, чтобы по ночам и носа на улицу не высовывали, – пробормотала я и повернулась, чтобы войти в наш магазинчик, как заметила движение у дома напротив: – Что это?

Казалось, свечение выдаёт очертания притаившегося в тени человека.

– Кто это там?

Решившись посмотреть поближе, тихонько спустилась по ступенькам и направилась к приоткрытой калитке. По дороге прихватила с ящика тяжёленькой утюг, который Алиса оставила остывать здесь, и выскользнула на улицу.

Обошла дом, что стоял напротив, желая подобраться к незнакомцу со спины. Застыла на миг, успокаивая себя:

«Ты дракон, Траяновна! Они сильные и непобедимые… А при случае чего, то и магией шарахнуть могут!»

«Шарахнуть» я могла по-взрослому. Так, что не останется ни вора, ни дома. И это придало мне смелости, поэтому я вышла из укрытия и, выставив утюг перед собой, негромко спросила:

– Что, приятель? Не спится?

Мужчина подскочил на месте и, глянув на меня, схватился за грудь:

– Леди! Я чуть в Астралию не отправился! Зачем так подкрадываться?

Я изумлённо приподняла брови, узнав в светящемся человеке канцлера:

– Господин Лунарис? – Но вместо логичного «Что вы здесь делаете?», радостно взмахнула утюгом и выпалила: – Я как раз хотела с вами встретиться, а вы пришли лично!

– Надеюсь, вы не намерены за это меня погладить? – он опасливо покосился на моё оружие.

Я рассмеялась и отрицательно покачала головой:

– Нет. Но я могу напоить вас чаем из трав и угостить вчерашним пирогом. Зайдёте?

Мужчина застыл на месте, только через несколько секунд проговорив:

– Это не самое приличное время для визитов к замужней даме.

– Поверьте, – по-доброму усмехнулась я, – подглядывать за женщинами в это время тоже не очень-то прилично. А ещё наверняка некомфортно! К тому же мне действительно есть, что с вами обсудить. Идём?

Помимо дела я хотела поговорить об этом свечении. Судя по виду, канцлер его совершенно не опасался. Во всяком случае, меньше, чем меня с утюгом.