Текст книги "Выжить. Вопреки всему (СИ)"

Автор книги: Ольга Кобзева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 19 страниц)

Глава 49

Дарш все еще спал в покоях Марона, что, думаю, и заставило обоих остановиться.

– Ты хотела о чем-то попросить, – напомнил мужчина, тяжело дыша.

– Да. – С трудом отстранилась, собираясь с мыслями. – На Лаоре при трухе живет один паренек – Роднис. Он не может полноценно двигаться, давняя травма. Я подумала… ты не мог бы его найти? Твой дар… возможно, ты способен ему помочь… Марон, что? Почему ты так смотришь?

– Алисана, – Марон закрыл глаза, качая головой. – Моя валиси, ты можешь попросить о чем угодно, и что я слышу? Твоя просьба снова не для тебя. Ты просишь о бравине-калеке!

– Он был добр ко мне, – пояснила неуверенно. – Неплохой парнишка. А еще мне кажется, он одарен Великой Матерью, может чувствовать шэрхов, как и я. Он живет при трухе, помогает за еду и крышу над головой. Роднис говорил, что совершенно не боится шэрхов! – тараторила торопливо.

– Я его найду, – прервал меня Марон. – Если этому бравину можно помочь, клянусь – я это сделаю. Кого еще мне излечить, чтобы сделать мою валиси счастливой?

– Марон, ты делаешь очень много, я благодарна и… счастлива. Мне пока непросто, многое изменилось, но ты… я рада, что ты рядом. Спасибо!

Слов любви я пока не готова была произнести. Не уверена еще до конца в том, что чувствую. Но могу утверждать однозначно – с Мароном я не боюсь. Я уверенна в нем. Он дает мне почувствовать себя нужной, не ограничивает ни в чем, поддерживает любое начинание, выполняет всякую просьбу.

Заснула в итоге, лежа головой на коленях сидящего на полу мужчины. Марон не потревожил. Так и спал сидя, откинувшись головой на кровать, на которой спал Дарш. Утром проснулась от тихого разговора двух альшаров. Марон и Дарш строили планы на день. Открыла глаза, потянулась. Первое, что увидела – искрящиеся любовью глаза мужчины, который всю ночь держал меня на руках.

– Светлого дня, моя валиси! – опустил голову в намеке на поклон Марон.

– Мама, а можно Орхис нас покатает? – с кровати кубарем скатился Дарш. – После завтрака! Папа может куда угодно открыть проход, но на Орхисе так весело! Это же лучше, чем просто шагнуть вперед! Ну скажи папе, что лучше на Орхисе! – затараторил он.

– Папа может быть занят, – ответила неуверенно, отслеживая реакцию Марона.

– Хорошо, маленький вымогатель, – рассмеялся альшар. – Полетим на Орхисе. Но тогда и мама с нами.

– Куда полетим? – Выпрямилась, потягиваясь.

– На Льёрг. Это совсем небольшой остров, но у меня там важное дело.

– Прости, что не дала отдохнуть, – намекнула на вынужденную позу мужчины.

– Это была лучшая ночь в моей жизни! – Марон поднялся следом за мной. Притянул к себе, не стесняясь Дарша, коснулся уголка губ своими. – Буду счастлив проводить так каждую.

Горящий взгляд глаза в глаза заставил бабочек в животе вспорхнуть и начать нервно летать в поисках выхода. Марон понимающе хмыкнул, ловя прыгающего вокруг нас Дарша.

Мальчик совершено не помнил прошлой жизни. Принял те объяснения, что ему дали. Могу с уверенностью заявить, Дарш счастлив! Уверен в том, что мы его родители, что жил здесь все время. В первые дни я искала в нем признаки души из другого мира. Просто не могла ничего с собой поделать! Присматривалась, прислушивалась к каждому слову, только и ждала оговорки, но нет. Если душа Дарша и сменилась, то на душу, точно не помнящую прошлого. Оно и к лучшему.

– Иди сюда, маленький непоседа! – опустилась на колени, притягивая горячего со сна мальчишку. Обнимая, прижимая к себе. – Значит, хочешь покататься на Орхисе? – уточнила, трогая маленький носик. – А почему именно на нем?

– Потому что он самый сильный, как папа! – важно заявил Дарш, вызывая у меня умилительную улыбку.

– Беги собирайся, – скомандовал Марон. – Скажи халишеру Дьяри, что мы все отправляемся на прогулку на шэрхах.

Дарш убежал, а я повернулась к мужу.

– Халишер Дьяри? Наставник? – пыталась вспомнить, кто это.

– Нет. Дьяри – его персональный страж. Дарша вчера пытались увести от наставника, – неохотно добавил Марон.

– Кто?

Невольно напряглась.

– Не все бравины рады изменениям, моя валиси, – с тяжелым вздохом сообщил Марон то, что я и так знала. – Видимо, они поняли, что на меня можно попробовать воздействовать не только через тебя, но и через Дарша. Негодяев схватили, но нельзя расслабляться. Дарш не может ходить без охраны.

– Ты так к нему привязался. Марон, я видела отношение бравинов к своим детям. Обычно, оно… более отчужденное.

– Тебя удивляет, что Дарш стал мне дорог?

– Не обижайся, – попросила, подныривая под руку, обнимая.

– Ты не в силах меня обидеть, – с улыбкой заметил альшар. – Дарш после обряда стал частью моего рода… как и ты, – добавил чуть неуверенно. – Он… Дай руку. – Марон положил мою ладонь на свое солнечное сплетение. – Вот здесь, чувствуешь? – Закрыла глаза, прислушиваясь. Чувствовала уверенный ток шакти. – Источник любого одаренного Великой матерью связан со всеми членами рода, Алисана. Я – глава рода Вайрантир. Ты – моя валиси, наши шакти переплелись, еще не до конца, но они уже связаны друг с другом. Когда в такой паре появляется ребенок, его энергия тонкой нитью переплетается с нитями родителей, становится словно бы частью обоих. Его боль – их боль, его радость – радость родителей. Неодаренный ребенок ощущается иначе, словно не является частью рода, поэтому таких детей легче оторвать от матери. Привязки нет, если не создать ее искусственно. Нить Дарша уже переплетена с моей. Ты этого еще не чувствуешь, потому что… наш союз не завершен до конца.

– Ты говоришь о физической близости? – смущенно уточнила.

– Я не стану тебя торопить, – Марон поднял мой подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. – Стану ждать столько, сколько потребуется.

– Марон, я не понимаю, – моргнула. – Но как тогда родители могут принести одаренных детей в жертву? Как это вообще возможно? Если они чувствуют такого голыша на уровне источника.

– Только после того, как приняли в род, – напомнил Марон. – Тех голышей, о которых ты говоришь, намеренно не принимали в род при рождении. Теперь это невозможно. Теперь каждый альшар должен принести новорожденного в храм Великой Матери для благословения, неважно, одаренного или же нет. Но раньше… этого правила не было.

– То есть новорожденный не является частью рода автоматически? – уточнила, хмурясь.

– Не является. Голыши редко рождаются с активным источником, чаще всего циниш начинает циркулировать по их телу через несколько оборотов после появления на свет.

– Как все непросто, – покачала головой.

– Все не так сложно, как ты думаешь. Идем, Дарш наверняка уже извелся.

Торопливо умывшись и сменив платье, присоединилась к Марону, проделавшему те же манипуляции. Вместе спустились в общий зал. Рука об руку. После непродолжительного завтрака вышли в сад.

Шэрхи, в основном, жили за пределами резиденции правителя, но неподалеку, в специальном лагере, выстроенном исключительно для них. Многие из тех, кого привел Орхис, охраняли места силы от недобросовестных альшаров. Таких извергов становилось все меньше, но все же еще были. И только Орхис никуда не улетал. Он облюбовал себе местечко неподалеку от входа. Там мы его и нашли.

Друг при виде нашей компании встрепенулся, потянулся сначала ко мне, после к Даршу, который, кажется никогда его не боялся, Дарш просто не помнил, что шэрхов нужно бояться, зато каждый день видел пример нормального взаимодействия с этими гордыми животными.

Дарш первым взобрался на Орхиса по крылу, даже не дожидаясь пока шэрх выстелет его до конца. Мне забраться на спину птеродактиля помог Марон, занимая место позади. Седло мы не использовали.

– Иди сюда, – позвала непоседливого мальчишку, крепко прижимая, удерживая.

Орхис клекотнул.

– Что?

Друг послал образ того, что хотел сделать. Птеродактиль предлагал взять Дарша в передние лапы. Неуверенно передала это мужчинам. По загоревшимся невероятным счастьем глазам сына поняла, что его теперь ни за что не отговорить от подобной затеи.

– Да, да! – запрыгал он на спине Орхиса. – Хочу! Хочу!

– Орхис его ни за что не уронит, – обернулась к Марону.

– Я знаю. И доверяю Орхису, Алисана, – говоря, Марон гладил шэрха по спине. – Доверяю и благодарен за верную службу.

Орхис поднял голову к небу, издавая громкий крик. Ему тут же вторили десятки шэрхов, услышавших своего предводителя.

Кажется, моя жизнь потихоньку налаживается. Я вдруг поймала себя на мысли, что больше не хочу никуда бежать. Что мне хорошо здесь и сейчас с теми людьми и альшарами, кто меня окружает. Осознала, что несмотря на сложности, которые мы обязательно преодолеем, я счастлива. Несомненно, счастлива прямо сейчас!

Глава 50

Неприветливый крохотный островок в окружении скал притягивал, манил. Сверху выглядел как темное пятно посреди моря. Камень и песок. С высоты полета шэрха я рассмотрела небольшое поселение на берегу. Наверняка, рыбацкая деревушка. Одинокие, покосившиеся домишки, местами едва ли не вросшие в берег – вот и все постройки Льёрга.

Однако и на Льёрге нашлось место силы, об этом предупредил Марон еще до вылета.

– Что за важное дело? – оглядывалась с недоумением, стоило Орхису опуститься на мокрый песок у самых скал. Место настолько неприветливое, насколько это вообще возможно. Хотя, когда нас всех обдало брызгами, невольно рассмеялась, видя, как Дарш прячется за Марона. Ветер разыгрался не на шутку, море разволновалось, с силой ударяя о скалы.

– Идем, – Марон подхватил Дарша на руки, двигаясь вдоль скалы прямо по воде, прижимая извивающегося мальчишку к груди.

Я топала следом, радуясь присутствию Орхиса, который мог бы поймать меня в случае чего.

Орхис, с любопытством вытянув шею, следовал за нами. Мы прошли метров двести, уровень воды стал уже доставать до бедра. Шли по узкой кромке, буквально сразу Орхису пришлось спуститься в воду по грудь, чтобы продолжать двигаться дальше.

– Тут скользко, осторожно, – предупредил Марон, оборачиваясь.

– Я заметила, – взвизгнула, как раз оскальзываясь. – Меня Орхис страхует, – благодарно ухватилась за подставленное крыло. Переглянулась с другом, клекотнувшим согласно.

Последние метров тридцать были практически непреодолимы, зато я, наконец, поняла, куда мы идем. Впереди скалы словно расступались, образуя широкий проход. Марон забросил внутрь Дарша и повернулся ко мне. Орхис успел первым. Подхватив за шиворотку, ловко забросил в проем между скал.

Марон запрыгнул следом. Одновременно с альшаром зажгли несколько светящихся шариков. С любопытством оглядывалась.

– Это заброшенный храм? Дарш, не отходи далеко, пожалуйста, – окликнула сына, с удовольствием принявшегося исследовать пещеру.

– Место силы, – уточнил Марон. – Не уверен, что здесь когда-то были служители Богини, слишком уж оно труднодоступно.

– У Богини есть служители? – обернулась с удивлением. – Но я не видела никого в храме Эришата, ну тогда, на церемонии.

– Великая Мать отвернулась от бравинов, Алисана. Перестала озарять своим благословением, служители… жрецы, они просто перестали рождаться.

– Марон, а как отличить жреца? Как понять, что альшар перед тобой служитель Богини?

– Они должны слышать ее, уметь распознавать знаки…

– Ильшари… – прошептала задумчиво себе под нос. Богиня говорила с ней. – Если это место силы, почему шэрх его не охраняет? – моргнув, перевела тему.

– Сюда непросто добраться, – пожал плечами Марон. – Я и сам узнал об этом месте совершенно случайно.

– Зачем мы здесь?

– Нужно кое-что проверить.

Правитель бравинов прошел вглубь. Ничто не мешало его движению. Пещера оказалась довольно глубокой. Никакого алтаря или чего-то подобного я не заметила. Честно говоря, совершенно недоумевала, что мы тут делаем.

Марон тем временем углублялся все дальше.

– Алисана, Дарш! – позвал он взволнованно.

– Давай руку, – подала сыну ладонь, следя, чтобы не споткнулся. Но это было нужно скорее для моего спокойствия, Дарш чувствовал себя уверенно, падать точно не собирался.

Однако сын послушно вложил свою ладошку в мою. Пришлось пригнуться, хорошо, что вовремя заметила широкий выступ на потолке. Сделав еще шагов десять, замерла, в восхищении глядя перед собой. Пещера вдруг стала шире, а перед нами раскинулось настоящее подземное озеро. Вода в озере светилась, голубоватые и золотые всполохи то и дело пробегали по воде.

– Что это такое? – подошла ближе к Марону, с не меньшим восхищением смотрящему на необычное явление.

– Есть одна версия, но пока не уверен, – качнул он головой.

Дарш вырвал ручку, подбегая ближе к воде.

– Стой!

Не успела. Сын уже запустил ладонь в воду. К счастью, ничего не случилось.

– Дарш, подожди, не трогай пока эту воду, – попросила сына, уводя в сторону.

– Посмотри на него.

Я уже и сама заметила. Линии на теле сына стали ярче, засветились так, как никогда до этого.

– Марон, что это за место? Почему мы здесь?

– Несколько темных назад мне было видение, сон… не знаю. Думаю, я говорил с Великой Матерью. Нет, я не жрец, точно, но… Она указала мне это место. То, что ты видишь очень похоже на источник энергии всего мира, Алисана. Думаю, любой альшар, окунувшись в эти воды, мгновенно сумеет восстановить свои силы.

С минуту я просто молчала, пораженная услышанным. Марон за это время обошел озеро по кругу, Дарш в припрыжку бежал за ним.

– Если это так, – наконец отмерла, – это место нужно охранять особенно тщательно, а лучше и вовсе держать в секрете. Ты хоть представляешь, какая борьба может начаться за обладание этим озером?

Я не обрадовалась тому, что узнала, скорее, испугалась. Огляделась по сторонам уже с меньшим восхищением. Только войны с Иранией и не хватало для полного счастья!

– Не бойся, – Марон подошел ко мне. – Это место существовало всегда. То, что Великая Мать указала нам путь к нему лишь говорит о ее особом отношении. Это честь для бравинов. Думаю, сюда не сможет попасть никто с дурными намерениями, даже уверен в этом!

– Искупаемся? – выпалил Дарш, разряжая обстановку.

– А давай!

Марон стал торопливо раздеваться. Оглянулась на Дарша – он по примеру отца тоже сбрасывал одежду.

Запнулась. Раздеваться при Дарше я не хотела, но воды озера… они манили, звали. Поэтому шагнула к воде прямо в одежде.

Первое, что почувствовала, когда шагнула в мягкую жидкость – тепло. Я словно погружалась в теплый золотистый песок, а не в воду. Сложное ощущение, неподдающееся описанию. Оттолкнувшись, поплыла. Вода сама держала меня на поверхности, как и Дарша, забравшегося следом.

Сын лежал на воде на спине, не делая ничего, чтобы удержаться, она держала его сама. Марон подплыл ближе. Обнял, переплетая наши руки и ноги.

– Обвиваешь меня своими сетями? – улыбнулась. – Заинтересовываешь все больше, чтобы и не думала сбежать?

– А ты думаешь? – нахмурился альшар. – Думаешь сбежать?

– Нет, – качнула головой. – Не думаю. Кажется, в этом месте можно заряжать артефакты, – перевела тему под горящим взглядом мужчины.

– Скорее всего, это так, – согласно кивнул Марон. – Знаешь, за последнее время я увидел столько одаренных детей, Алисана, что уже не беспокоюсь о будущем Острожья. Вскоре не будет никакой необходимости прибывать сюда для зарядки артефактов, маленькие альшары подрастут и будут делать это сами.

– Детей нужно обучать. Контролю, управлению. Большая сила – большая ответственность, – говорила банальности только чтобы не молчать.

– Халишер Трис оказался на удивление… сговорчивым, – подобрал нужное слово Марон. – Мы переписываемся. Трис обещал прислать несколько сильных альшаров для обучения наших мальков.

– Вы общаетесь? – переспросила удивленно.

Для меня это было новостью.

– Не без небольшого напряжения, – сообщил Марон. – Трису непросто признать поражение, но он понимает, что единственная возможность иногда видеть тебя – дружба и мир между пределами.

– Единственная возможность видеть меня? – переспросила ошарашенно. – Ты его шантажируешь? – невероятно удивилась, даже отстранилась, глядя на Марона с сомнением, нахмурившись.

– Жалеешь будущего правителя Ирании? – упрямо вздернул подбородок муж. – Может, – цокнул, – ты хотела быть с ним, а я помешал? Лишил возможности выбора?

Схлестнулись взглядами. Мой – недоуменный, обиженный. Его – упрямый, дерзкий.

Промолчала. Наша первая ссора после того обряда. Иногда лучше промолчать. Качнула головой, отгоняя необдуманные слова, способные навредить.

В несколько гребков достигла резвящегося Дарша, потянув его к берегу.

Слова Марона не могли не задеть, но в какой-то мере я его понимаю. Думаю, это неуверенность в моих чувствах заставила его произнести то, что он сказал. Выходит, сама же и виновата.

Пожалуй, пора дать мужу то, что ему нужно, наверное, я уже готова произнести те слова, которые он хочет услышать. Тем более, что моя душа кричит их ему каждый день. И лишь разум еще чего-то боится. Боится окончательно довериться, вверить себя в руки этого мужчины.

Не сразу поняла, что привлекло мое внимание на теле Дарша. Что-то определенно изменилось. И речь не о ярко-горящих узорах. Шрамы! Они пропали!

Все, до единого шрамы, оставленные теми извергами, пропали с тела мальчика, затянулись полностью! Вертела Дарша, рассматривая со всех сторон. Никаких сомнений. Озеро еще и живительное.

Похоже, это место все же нужно будет охранять, причем очень и очень тщательно.

Глава 51

После перепалки у озера Марон держался чуть отстраненно, и вся обратная дорога прошла в молчании. Дарш ощущал возникшее напряжение и тоже притих. Орхис, чувствуя мое состояние едва ли не лучше меня, старался поддержать, подбадривающе толкаясь головой. А я… обдумывала слова Марона. Ну надо же, он шантажирует Триса общением со мной! Повелитель во всем, во всех поступках. Прежде всего думает о подданных. Можно ли его осуждать за это?

По возвращении осталась с другом в саду. Орхис разлегся между раскидистых деревьев, вытянув шею. Меня подгреб поближе. Дарш убежал на занятия с наставником, Марона сразу же увлек один из приближенных альшаров, а я решила провести немного времени в праздности. Обдумать… многое.

Строила планы на будущее. Что-то мне подсказывает, Марон согласится на все, что предложу. А собиралась я предложить построить большой комплекс для одаренных детей, включающий в себя здания для совсем маленьких. Те, где они будут спать, кушать, играть. Там же нужно предусмотреть комнаты для наставников, кормилиц, нянь и прочих работников.

Еще должны быть школы, в которых обучали бы не только управлению шакти, но и грамоте. Школы нужно делать доступными, а в идеале и вовсе бесплатными для всех желающих, не только для наших воспитанников, – размышляла, глядя на солнце сквозь причудливый узор листьев. Программу обучения придется писать в соавторстве с альшарами. Может даже поручить разным специалистам по небольшой части. Разделить по дисциплинам на земной манер. И тоже неплохо бы предусмотреть здание наподобие общежития для тех, кто станет прибывать на обучение издалека. Кому негде жить.

В таких общежитиях тоже потребуется обслуживающий персонал, столовые, охрана… С ума сойти, сколько всего нужно!

Для более взрослых одаренных в Острожье есть академия. Одна единственная. Попасть туда могут только альшары – мальчики, обучение платное. Это стоит изменить, однозначно. Раз Богиня решила одарить бравинов своей милостью и пробудить дар в тех, у кого изначально его не было, значит, одаренных будет много. Одной академии недостаточно, нужно больше. А еще образование должно быть доступным. Это самое главное! Можно для начала вооружиться примером Ирании, где бесплатно обучают самых одаренных, остальные же, если тоже хотят учиться, вынуждены платить.

И я совершенно уверена, что девочек и мальчиков нужно растить, воспитывать и обучать вместе. Так и только так можно добиться того, что альшары станут наконец воспринимать девушек равными себе. Не сразу, возможно, что не скоро, но все же маятник можно качнуть в нужную сторону.

Все же пришлось вернуться к делам. Дети прибывали и прибывали, так что до вечера я занималась вопросами их временного обустройства на территории резиденции правителя. Меня слушали беспрекословно, что сильно облегчало работу. Да и Рариса научилась передавать мои распоряжения так, что ослушаться никому и в голову не приходило.

Марон куда-то отбыл, а я загорелась идеей подыскать место для будущих построек как можно скорее.

День Дарша расписан по минутам, в моем обществе юный альшар не нуждается. Мы видимся в течение дня, чаще всего во время еды и перед сном. Остальное же его время занято наставниками за небольшими исключениями, как сегодня утром.

Еще я то и дело вспоминала разговор о жрецах – служителях Великой Матери. Явный признак по словам Марона – Богиня с ними говорит. Так что я решила найти Ильшари, обсудить это с ней.

Девушка нашлась в детском крыле, она помогала кормить малышей.

– Ильшари, – позвала девушку, – мне нужно с тобой поговорить. Совсем недолго.

Один из голышей потянул вдруг ко мне свои ручки, просясь взять его. Не удержалась. Присев на пол, прижала ребенка к себе.

– Вот, это для него, – принесла одна из женщин мисочку с мягкой овощной пастой и ложку.

Боже, я впервые стану кормить ребенка с ложечки! Даже запаниковала вдруг. Так, Олеся, соберись! Ты – взрослая женщина и точно справишься!

Малыш охотно открывал рот, позволяя себя кормить, глотал и снова тянулся к ложке. Ложка за ложкой, так увлеклась, что и не заметила, когда миска опустела. Еда закончилась неожиданно для нас обоих. Малыш скривил губки, собираясь расплакаться, а я запаниковала.

– Он не наелся! – заявила девушке, разносящей миски с едой.

– Нет, нет, великая валиси, – с опаской отозвалась девушка. – Это Ихан, если его не остановить вовремя, съест слишком много и будет мучиться животиком. Того, что вы ему дали, вполне достаточно, поверьте мне.

– Извини, Ихан, но это все, – серьезно, пусть и с сожалением, заявила мальчику. Он понял. Пожевал губками, но плакать передумал. Схватил прядь моих волос, увлекшись наматыванием на свой пальчик.

– Ильшари, ты не хотела бы стать жрицей в храме? – не стала ходить вокруг да около, сразу обозначив тему разговора.

– Это невозможно, – качнула она головой.

– Почему же? Великая Мать говорила с тобой, значит, ты способна слышать ее. Разве этого недостаточно?

– Я – дева, великая валиси. Во все времена только альшары были служителями Богини!

– Вздор! Великая Мать явно показывает, что все, что происходит в Острожье ей нравится. Все изменилось, Ильшари. Раньше, возможно, дев было мало, они нужны были для пополнения рода бравинов, но теперь все иначе! Если ты чувствуешь связь с Богиней и хочешь ей служить, ничто не должно помешать тебе в этом! Я собираюсь облететь Эришат в поисках подходящего места для… детского дома, – решила не углубляться в свои планы. – Ты могла бы полететь с нами. Если хочешь, можем остановиться в главном храме Эришата, ты даже могла бы остаться там на время, если хочешь.

– Великая Мать снова говорила со мной, – призналась девушка. – Она зовет меня, но… не уверена, что в храме меня примут.

– Так он пуст! Ты первая, кого Богиня призвала к себе на службу, Ильшари! Задумайся об этом.

И все же я решила прямо сегодня подыскать подходящее место. Еще не стемнело, на крэках ехать и опасно, даже несмотря на охрану, и долго. А вот на шэрхах мне не страшно ничего!

Орхис позвал несколько сородичей. Птеродактилей торопливо оседлали. Приставленные охранники волновались по поводу позднего полета, переглядывались между собой, но возразить ни один не решился.

Колоритной группой из трех огромных летающих зверей с восемью наездниками мы и отправились осматривать окрестности Эришата. Со мной на Орхисе полетела Ильшари, а на двух других сидели по трое охранников. Марон оставил для моей охраны самых одаренных и самых верных. Каждого он называл первым именем, что в местном обществе говорит о многом. Так что этим альшарам я полностью могла доверять.

Местное население на группу шэрхов в небе реагировало по-разному. Чаще всего, люди старались укрыться, особенно замечая, что шэрхи без адланраков на пасти. Но и боязнь гордых, очень умных зверей со временем должна уйти в прошлое. Даже не представляю, что могло послужить такому отторжению альшаров и шэрхов! Птеродактили сами тянутся к людям. Нуждаются в таком общении не меньше. Жизнь в горах, возможно, кому-то из них кажется единственно возможной, но многие охотно пошли за Орхисом, охотно поселились на островах Верхнего предела и охотно, без принуждения служат людям в обмен на уход и общение.

Эришат – крупный остров, наверное, самый крупный в Острожье. Застроена едва ли сотая часть суши. Большую часть острова занимают леса, конечно же, есть огромная полоса побережья, местами скалистая, но не везде. Городская застройка преимущественно двухэтажная, без окон, с потемневшими от времени и сырости стенами. Глиняная.

Отличным местом для будущего учебно-воспитательного комплекса мог бы стать участок на юге острова, – присмотрелась я. Летели низко и медленно. Приглянувшееся мне местечко в небольшом отдалении от города, но местность тут ровная, легко можно проложить дорогу. Территория громадная, лес чуть вдалеке. Здесь можно и шэрхов разместить, чтобы юные альшары учились с ними взаимодействовать, – планировала я.

Сделала знак спускаться. Орхис первым коснулся земли, вытягивая шею, издавая ставший привычным крик.

Спешившись, походила по выбранному месту, все осмотрела. Ильшари ходила за мной как привязанная. Думаю, девушка уже догадалась, что речь не только о детском доме, судя по осматриваемой территории. Один из охранников следовал за нами, держась на небольшом отдалении, но далеко не отходил.

– Могу ли я спросить? – не выдержал он, привлекая мое внимание.

– Конечно, – повернулась к мужчине. – Спрашивайте.

– Меня зовут Оранис, – запоздало представился альшар. – Что мы здесь высматриваем? Неужели в этих местах есть целебный источник? Или же скрытое место силы?

– Нет, – отрицательно качнула головой. – Мы здесь за другим. Вы должно быть уже слышали, халишер Оранис, что у детей, привезенных из лагерей, пробуждается источник.

– Слышал, – согласно кивнул он. – Великая Мать щедра в своей милости к бравинам. Острожье нуждается в одаренных, милость Богини поистине неиссякаема!

– Верно. Но ведь эти дети должны где-то жить, учиться управлять своим даром. Их так много, что и места для них нужно тоже много. А также для наставников, которые станут их обучать. Кормилиц и нянь, которые будут смотреть за самыми маленькими. Для охраны, которая не позволит никому повредить юным альшарам…

Мне так нужно было с кем-то поделиться своими мыслями и идеями, что я все ему рассказала. Вывалила все свои идеи, которые еще даже Марону не озвучила.

– Правильно я услышал, что вы хотите, чтобы вместе жили и проходили обучение и юные альшары и… юные девы? – оторопело переспросил мужчина.

К нам в это время уже прислушивались все стражники, которые прилетели со мной. И у каждого на лице читалось то же недоумение, что и у Ораниса.