Текст книги "Выжить. Вопреки всему (СИ)"

Автор книги: Ольга Кобзева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 19 страниц)

Глава 25

Дорога в горы заняла три дня. Орхис не стал разрезать пространство и перемещаться мгновенно, друг хотел, чтобы я запомнила эту дорогу и могла найти его дом, дом его стаи.

Это были чудесные три дня. Почти вся дорога пролегала над лесом, но и над морем мы тоже пролетали. Орхис опускался так низко, что задними лапами касался воды, обдавая нас обоих легкими брызгами. Охотился, на полном лету ныряя под воду и хватая там крупную рыбину. Я визжала как сумасшедшая, чем раззадоривала его еще больше. Орхис прекрасно чувствовал мое состояние и точно знал, что я не боюсь, что я счастлива!

На ночь не останавливались. Орхис летел все дальше, а я дремала прямо на его спине. Специальные сидения вполне позволяли немного отдохнуть.

Последний участок самый глухой. Не знаю, как именно шэрхи попали в этот мир, но местечко для их проживания нашлось очень уединенное. Мы миновали длинную полосу пустыни, сменившуюся степью с редким низким кустарником, а вот сразу за степью началась горная гряда, тянущаяся на несколько километров в даль.

Горы было видно издалека, но только подлетев ближе, я сумела оценить их красоту в полной мере. Приблизившись поняла, что это не классическая горная гряда, как я ее себе представляю. Эта горная гряда, раскинувшаяся в долине реки, представляла собой не непрерывную цепь, а несколько десятков отдельно стоящих скал. Высотой от двухсот-трехсот метров до нескольких тысяч. Орхис с гордостью показывал мне место, где родился и вырос. Птеродактиль пролетал над горами, громким криком оповещая о своем прибытии.

Нам навстречу вылетали десятки шэрхов. Они поддерживали крик Орхиса, паря рядом с нами. Шэрхи радовались возвращению Орхиса. Игриво толкались боками, пролетали рядом с нами, и сверху, и снизу, кружили вокруг. В какой-то момент шэрхов вокруг стало так много, что всех их невозможно было окинуть взглядом.

Мы пролетели вдоль реки, час или даже больше понадобился на то, чтобы Орхис показал мне всю долину. А потом… состояние друга резко изменилось. Его источник завибрировал часто-часто, Орхис был безумно взволнован. Сложив крылья, друг ринулся к земле. Там, неподалеку от входа в пещеру на земле лежал молодой шэрх.

Орхис опустился на землю, выстилая крыло, чтобы и я могла спуститься вниз. А сам не спускал глаз с молодого птеродактиля. Тот заволновался, поднялся на задние лапы, шагнул в нашу сторону.

Орхис что-то проклекотал, молодой шэрх нагнул голову вбок и тихо откликнулся.

Да это же его птенец! – наконец дошло до меня.

Многие шэрхи кружили поблизости, наблюдая за развитием событий, кто-то приземлялся рядом. Я отошла в сторонку, давая этим двоим познакомиться, с трепетом наблюдая, как Орхис подступает ближе к своему птенцу. Но вот и он сделал шаг навстречу. У меня слезы на глаза навернулись. Удивительные создания!

Как, ну вот как можно считать их неразумными? Какой сволочью нужно быть, чтобы напасть на шэрха, откладывающего яйцо или находящегося в гнезде?

Птеродактиль, ставший мне другом, остановился в шаге от молодого шэрха. Тихий клекот, понятный только им двоим. Такой знакомый наклон головы у второго. Орхис рывком сократил разделяющее их расстояние и боднул молодого головой. И тот зеркально повторил этот жест. Меня едва не оглушили крики кружащих поблизости шэрхов. Стая радовалась вместе с сородичами.

Поздним вечером, разведя костер и жаря на нем пойманную Орхисом рыбу я размышляла. О многом, но больше всего о том, как приняла стая возвращение Орхиса. Каждый опустился на землю и повторил тот самый жест. Кому-то Орхис позволил прижаться к своему лбу, от других были просто приветственные кивки и клекот. Всем своим нутром я чувствовала радость каждого шэрха в стае. Чувствовала их отношение к Орхису.

– Я хочу, чтобы ты остался здесь, – прошептала другу, смаргивая слезы.

Он опустился рядом после полета со своим птенцом. Надолго друг меня не оставлял, но я прекрасно понимала, что он хочет побыть с птенцом вдвоем. Им не нужно было говорить, просто быть рядом. Ощущать ветер, колышущий перышки, видеть одни и те же звезды, рассекать пространство крыло к крылу. Орхис не закрывался от меня, я чувствовала его радость, чувствовала умиротворение и безмятежность. Орхис впервые со дня нашего знакомства излучал довольство и спокойствие. Он был дома.

– Твое место здесь, Орхис, – слезы все же полились у меня по щекам, я просто не сумела их сдержать. – Твое место здесь, – повторила, уговаривая скорее себя, чем его.

Друг прижался на миг к моему лбу своим, а после вытянул шею и проклекотал что-то довольно громко. На его крик к нам стали слетаться шэрхи. Они приземлялись рядом, вскоре заполонив всю огромную поляну перед пещерой моего друга. Орхис показал, что это его стая, он и правда был их вожаком. Его птенец вырос, вскормленный сородичами, Орхиса не было рядом. Но теперь мой друг понимал, что должен остаться и позаботиться о них в ответ.

Два дня я провела в горах в окружении шэрхов. Все они слышали меня и понимали. Каждый из них! Я дала имена многим, не всем, но очень многим, тем, кто сам этого хотел. Орхис ревновал к каждому по отдельности и ко всем вместе, но он понимал, что такой контакт с его лиашши идет на пользу сородичам. Птенец Орхиса – Шайри, он сам выбрал это имя, именно он решил отвезти меня обратно.

– Я буду скучать! – прошептала, гладя мягкие перышки Орхиса, стараясь запомнить выражение его глаз, это удивительное теплое чувство единения, когда друг трется о мое плечо клювом.

Изо всех сил я старалась не плакать. Видела, Орхису мой отъезд дается не менее тяжело, чем мне.

Сидение закрепила на спине Шайри. Орхис боднул птенца, клекотнул последние наставления, снова потерся о мое плечо клювом и вдруг прижался лбом к моему.

Орхис показывал дни, которые мы провели вместе, передавал мне эмоции, что испытывал от общения со мной, делился любовью и тоской.

– Я люблю тебя, – прошептала, стирая соленые дорожки. – И буду скучать. Я очень буду скучать!

Вскочила на Шайри, и шэрх взмыл в небо. Издал громкий, оглушительный крик, под стать родителю, прежде чем разрезать пространство клювом.

Я не сливалась с ним источником и не показывала место, куда хочу попасть. Мне лишь оставалось наблюдать за действиями птеродактиля. Сильного, очевидно. Возможно даже более сильного, чем Орхис. Шайри выпал где-то посреди моря. Мне сложно было понять, пролетали мы эти места или нет. Дезориентированная неожиданным переходом, пыталась проморгаться и осмотреться по сторонам.

Открепила ремень и перебралась ближе к шее шэрха. Прижалась, стараясь слиться с ним источником, стараясь почувствовать Шайри, как чувствовала Орхиса. Птеродактиль не противился. У нас не было того единения, как с моим другом, вынужденным остаться со стаей, но контакт точно был. Шайри летел в нужную сторону, более того, оказывается, он уже бывал в этих местах.

Дорога заняла чуть больше суток. Дважды мы останавливались на вынужденный привал. Более молодой, Шайри уставал сильнее Орхиса, а мою шакти принимал частично. Для восстановления ему нужен отдых, хорошее питание и воршики. Однако, как и все юные создания, самоуверенности этому шэрху было не занимать. Так, он разрезал пространство еще дважды. На малые расстояния, не то, что его родитель, но все же заметно сокращая наше время в пути.

К моему дому прибыли впотьмах. Шайри тяжело опустился, от усталости едва не задевая забор вокруг моего скромного жилища. О том, что людей, которые живут поблизости не стоит пугать или как-то им вредить я попросила Шайри заранее. Долго ему показывала картины того, что его ждет в Горло, старалась передать свое отношение к людям, к альшарам. Рассказала о трухе, о том, что шэрхи живут там, чтобы не доставлять беспокойство людям. Про адланрак и зипун… старалась ничего не упустить, чтобы даже случайно не допустить ситуации, когда Шайри или мирные ирашцы окажутся в опасном положении.

Прибыв среди ночи, я не ожидала никого застать в домике. Единственный, кто мог тут быть – Жарих. Парнишка получил мое разрешение на пребывание в любое время. И уж никак я не ждала, что на шум выйдет… Трис.

Страж не выглядел заспанным, по его виду можно было судить, что он готов к дороге. Чуть позже обратила внимание на крэка, привязанного за домом.

– Что ты тут делаешь? – опешила я, касаниями успокаивая Шайри, почувствовавшего мое волнение и тут же ощерившегося.

– Привез послание, – кивнул страж, подходя ближе. – Что это за шэрх? Где твой?

– Орхис не мой шэрх, он – мой друг! Это – Шайри, птенец Орхиса.

– А Орхис?

– Остался в горах со своей стаей.

– Он ведь ее вожак, так? – догадался Трис.

– Верно, – подтвердила с грустью. – От кого послание?

– От меня. Хотел сообщить, что еду в столицу, к дяде. Поехали со мной, Алисана! – беря меня за руку попросил Трис.

Глава 26

– Поехали со мной! – снова попросил он, видя, что не спешу давать согласие.

А я молчала, обдумывая. На самом деле, я скучала по этому мужчине. Пока мы были в горах, у меня было достаточно времени обдумать его предложение, как и то, что испытываю к нему. Любви в моем сердце нет, но он мне нравится. И как человек, и как мужчина. Только вот… готова ли я следовать за ним? Достаточно ли этого, чтобы связать с ним свою жизнь?

– Ксантр, – обратилась, намеренно используя первое, личное имя, – я дождусь тебя здесь. Ты ведь едешь, чтобы освободиться от обязательств, окончательно получить прощение, верно?

– Ты знаешь?

– Хали Ораш рассказал мне, что ты отбывал наказание у эфета.

– Я был молод и глуп, Алисана. Несколько оборотов не принадлежал сам себе, вынужденный служить Даорсаху. Многие темные я жалел о тех необдуманных словах и поступках, что заставили дядю наложить такое наказание, но они привели меня в итоге в Горло. Повстречав тебя, я больше ни о чем не жалею! Ведь не будь я на службе эфета, не встреил ту, которую почувствовало мое сердце.

– Сердце? – усмехнулась. – Или источник, Трис?

– Поначалу и я думал, что только мой источник чувствует твою шакти и откликается на нее, но теперь точно знаю, что и мое сердце тоскует в разлуке. Я хотел бы никогда не разлучаться, Алисана. Хотел бы провести жизнь вместе!

Трис держал меня за руки, говорил с жаром, явно ожидая не той реакции, что я могла дать.

– Я не беден, – продолжил он со значением. – У дяди нет наследников и, вполне возможно, именно мне предстоит стать следующим повелителем Ирании. Все это я хотел бы разделить с тобой.

Именно эти слова оттолкнули меня, заставили отшатнуться.

– Только представь, сколько всего ты сумеешь изменить, став спутницей повелителя! – соблазнял Трис.

– Нет, я не поеду в столицу! – ответила резко, брезгливо считая, что Трис хотел меня купить. Соблазнял рассказом о своем происхождении и благосостоянии. – Езжай один.

– Что я сказал? – понял, что обидел по моему лицу. – Алисана, я тебя чувствую, но видит Великая Мать, не понимаю! Любая на твоем месте была бы рада стать спутницей наследника повелителя, но ты неизменно холодна. Ты словно все еще в горах, так далек твой взгляд.

– Ксантр, ты меня не знаешь, – подняла на него глаза. – Имеет ли для тебя значение, что у меня уже мог быть мужчина в Острожье? Что я могла быть близка с другим?

– Был мужчина? – Трис нахмурился. – В Жахжене, верно? – уточнил он. – Не стану лгать, это имеет для меня значение, но не такое, чтобы отказаться от тебя, Алисана. Я готов простить и смириться.

– Простить? – выгнула брови в удивлении я. – За что простить? За то, что меня продали в этот лагерь, а я посмела выжить? Езжай, Трис, – отняла ладони. – Легкой дороги. Поговорим, когда вернешься.

– Снова отталкиваешь. Неужели я опять сказал не то? – расстроился он.

– Езжай, – только и могла повторить я.

– Постараюсь вернуться как можно скорее. И вот тогда ты поедешь со мной, Алисана! Повелителю ты отказать не сможешь!

С этими словами, больше похожими на угрозу, Трис отвязал крэка и уехал в ночь. Несколько минут я еще смотрела ему вслед. Перед поворотом мужчина обернулся. Я не могла видеть выражение его лица с того места, на котором стояла но, уверена, Трис победно улыбнулся.

Устроив Шайри так, чтобы он никого из соседей не напугал утром, снова проговорив инструкции по поведению в городе, ушла в дом.

На столе, прямо посередине, нашелся голубоватый плотный лист, густо исписанный мелким почерком. Трис в свойственной ему манере сообщал, что едет к дяде в столицу. Сожалел, что не повидался со мной перед дорогой. Просил еще раз обдумать его предложение. Но большая часть письма была посвящена подробному рассказу о его владениях и доходах. Упомянул страж и о перспективе стать следующим повелителем. Итак, я убедилась в своей правоте, это не был порыв, Трис и правда хотел купить меня.

Горько. И обидно. Он совсем меня не знает и не стремится узнать.

Порой я сама себе удивлялась. Ну вот откуда такая принципиальность? Чем плохо выйти замуж за наследника повелителя крупнейшего государства. За богатого, одаренного мужчину, которого еще и тянет ко мне. Чего мне еще нужно?

В прошлой жизни, возможно, мне этого хватило бы. В прошлой жизни, возможно, я бы согласилась на его предложение. Но теперь, получив второй шанс, поняла, что жизнь может быть коротка, слишком коротка и уж точно непредсказуема. Тратить ее на нелюбимого, на пустое существование я не хочу. А чего хочу?

Этой ночью я размышляла как раз об этом. Чего хочу именно я? Еще пару недель назад я бы ответила, что хочу спокойствия и размеренности. Хочу не переживать о куске хлеба на столе, хочу заниматься чем-то, что приносило бы мне удовлетворение и радость.

Семья… хочу, но боюсь.

А теперь… теперь мне этого мало. Я хочу помочь несчастным бравинкам, кому сумею. Хоть немного облегчить им существование, ведь жизнью их быт не назовешь! Именно существование. Спасти, кого сумею. Да, я буду сотрудничать с эфетом и спасу столько несчастных, сколько смогу!

Сон навалился неожиданно, утром не могла бы вспомнить на каком этапе размышлений он меня сморил, но главное я помнила. И это решение приносило радость. Решение непростое, опасное, но однозначно верное!

Проснулась, когда солнце было уже высоко. Едва выйдя из домика, заметила Жариха, Шайри не пускал подростка к дому. Шэрх не нападал, он просто расправил крылья и периодически издавал угрожающий клекот. Жарих, весь бледный, стоял, прижавшись к ограждению. Как и еще несколько моих соседей, коих я заметила чуть позже.

Бегом слетела по новым каменным ступеням, бросаясь к парнишке. Обняла, гладя по голове.

– Испугался? Прости, моя вина. Шайри, это друг! – сообщила шэрху. – Мы ведь договорились вчера, что ты никого не станешь трогать.

– Он не трогал, – вступился Жарих дрожащим голосом. – Просто не пускал.

– Иттани Ораш, – срывающимся голосом позвал сосед, – попросите вашего питомца пропустить нас. Агнита уже, верно, на работу опоздала. А я шел к молочнику, но тоже, думаю, вряд ли почтенный Одельсар меня дождался.

– Я прошу у всех вас прощения! Этот шэрх впервые в городе, его действия были направлены на мою защиту, только и всего. Он не хотел ни на кого нападать. Простите меня! – снова искренне попросила, оставляя Жариха и подходя к Шайри.

Шэрх успокоился, но на собравшихся все еще посматривал с тревогой.

– Они все здесь живут, Шайри. И ходят постоянно. Это не только моя территория. Ты – молодец, – шепнула тихо, зная, что он точно услышит. – Мне приятно, что ты меня защищал. Но здесь мне ничего не грозит, это не требуется.

Шайри я увела за дом. Будучи чуть меньше по размеру, чем Орхис, с трудом, но шэрх сумел уместиться на небольшой участке. Посадки Жариха, правда, немного пострадали, но отвести Шайри в труху прямо сейчас я не могла, да и не хотела. Это будет для него лишним стрессом. Пусть пока побудет со мной.

– Жарих, проходи, – когда Шайри был устроен, позвала парнишку. – Что ты тут делаешь? Разве эфет Даорсах не устроил тебя на обучение?

– Завтра первый день, иттани Ораш, – неуверенно подтвердил Жарих. – Только я не поверил сперва. Меня как к эфету вызвали, так и вовсе решил, что за то мясо, что Орхис приносил. Испугался жуть как! Но пошел. Вы ведь пошли, значит, и мне отвечать нужно! После помощник эфета мне грамоту на обучение выдал, да красчей до Фарлея. Я ж и не понял сперва. Спасибо, иттани Ораш! – Жарих явно хотел меня обнять, но стеснялся.

Тогда я сама первая шагнула к нему, крепко прижимая к себе.

– Ты – очень хороший человек, Жарих. Не дело прозябать подработками на рынке. У тебя светлый ум, который нужно обучать и тренировать. Уверена, ты станешь большим человеком, вот хоть бы и новым управляющим Горло, когда нынешний на покой уйдет!

Жарих весело рассмеялся в ответ на мое оптимистичное заявление.

Парнишка вскоре ушел готовиться к дороге в Фарлей. Он больше переживал за то, что оставляет маму с сестренкой одних, чем за то, как устроится в новом городе. Думаю, я не ошиблась с тем, на что потратить вознаграждение от Дорга Диарака.

На следующий день я все же отвела Шайри в труху. Идея жить отдельно от меня шэрху по душе не пришлась, но Орхис велел отпрыску меня слушаться, так что Шайри повиновался. Хэш и Хран были в порядке, как и малыш Сах. Все трое выглядели вполне довольными своей жизнью.

После разговора с Даркером и я успокоилась. Альшар наконец-то понял, что шэрхи могут быть друзьями, что добровольно они способны на много большее, чем под принуждением. Эту истину еще только предстоит донести прочим альшарам Ирании, но первый шаг, несомненно, сделан. После трухи путь мой лежал в управление. Следовало поблагодарить эфета за то, что он выполнил свое обещание по поводу Жариха и сообщить, что готова и дальше участвовать в экспедициях в Острожье.

– А как же хали Трис, Алисана? – со значением спросил эфет. – Не будет ли молодой Ксантр против такой рискованной операции?

– Я все еще свободна, эфет Даорсах. Мой опекун – хали Ораш, не против. Это все, что вам нужно знать.

– Вот как, иттани Ораш, – эфет выглядел довольным, он разве что руки не потирал. – Что ж, я вас услышал. Тогда готовьтесь, скоро вам предстоит повторить свой вояж.

Глава 27

Прошло несколько дней. Самых тоскливых за все время моего пребывания в этом мире. Я скучала по Орхису. Очень скучала. Тоска просто сжирала изнутри. Почти все свободное от учебы время проводила в трухе, хоть так заглушая тягостное уныние. Жарих уехал в Фарлей на учебу, Трис в столицу, эфет про меня словно забыл. Впервые за долгое время я была совершенно одна, предоставлена сама себе.

Одновременно с тем, я знала, что мне предстоит вернуться в Острожье. Что-то тянуло изнутри, звало обратно. Словно осталось на тех негостеприимных островах незавершенное дело, что-то настолько важное… будто нить натянулась и звенела от напряжения.

Этим утром открыла глаза с ощущением, что нить должна лопнуть. Проснулась, тяжело дыша. Сон не помнила, но вот ощущения… что-то родное, теплое. Меня будто кто-то звал. И правда звал, кстати. От ограды раздавался призывный крик и редкие хлопки. Наспех оделась, пригладила волосы и выглянула наружу.

За забором, не решаясь пройти внутрь, заметила незнакомца. Он тоже меня увидел, кивнул.

– Иттани Ораш, простите, что так рано, дело не терпит промедления.

– Входите, – махнула ему, переминаясь с ноги на ногу. Босиком на каменных ступенях стоять было не слишком приятно. – В дом не зову, – все же предупредила мужчину. – Подождите немного, я сейчас выйду.

Вернулась в дом, умылась, собрала волосы, зажгла печь, ставя на огонь чайник. Сразу в воду бросила горсть листьев и сушеных ягод – утренний сбор для бодрости. Только после этого вышла снова во двор, не забыв в этот раз обуться.

– Что привело вас ко мне? – настороженно рассматривала мужчину в дорогой одежде, с неизменным зипуном за поясом. – Вы пешком?

– Крэка поодаль привязал, – махнул он. – Поговаривают, что у вас шэрх без привязи и адланрака, не стал рисковать.

– Он в трухе, – пояснила неохотно. – Так что привело вас в такую рань?

Светило и правда едва показалось на горизонте.

– Мне нужно, чтобы вы привезли сюда, в Горло одного человека… девушку, – мужчина смутился. – Оплата будет щедрой, можете даже не сомневаться! – поторопился добавить он.

– Привезла откуда? Заниматься похищением я не стану! – заявила на всякий случай.

– Меня, очевидно, ввели в заблуждение, – поджал губы мужчина.

– Простите, но я не понимаю, с чего вы взяли, что я могу вам помочь, – развела руками. – Вам что, сказали, что я занимаюсь похищением людей? Кто посоветовал вам прийти ко мне?

– Я не могу назвать его имени, простите. Мне сказали, что вы можете слетать в Острожье, а главное – вернуться оттуда.

– Как раз перенести вас в Острожье мне по силам, как, собственно, и вернуть обратно.

Глаза незнакомца снова загорелись надеждой.

– Тогда вы можете вызволить одну юную деву, привезти ее оттуда!

– Я перенесу на острова вас, а после верну вместе с девушкой, – предложила такой вариант.

– Я с вами не полечу! – заявил незнакомец. – Мне нельзя появляться в Верхнем пределе.

– Тогда наймите тех, кто может, – пожала плечами.

– Сколько человек ваш шэрх может переносить одновременно?

– Зависит от крепления. То, что есть у меня рассчитано на двоих.

– За что же вы хотите получить красчи? – фыркнул мужчины, складывая руки на груди.

– Кажется, вы что-то путаете. Это вы пришли ко мне домой! Именно вы даже не представились, начав выдвигать требования! В конце концов, это именно вам нужна моя помощь, а не наоборот. Я же вас не звала и ни на что не уговариваю, и, упаси Великая Мать, ни к чему не принуждаю!

– Хали Доршс, – недовольно буркнул мужчина.

– Иттани Ораш, – кивнула в ответ, хотя он и так знал мое имя. – Итак, хали Доршс, правильно я поняла, что в Верхнем Пределе есть некая девушка, которая не может покинуть острова законно?

– Правильно, – буркнул гость недовольно. – Я в розыске в Острожье, иттани Ораш, – соизволил он предоставить хоть какие-то объяснения. – На островах осталась моя любимая. Ее отняли у меня. Мы пытались уехать, но Лариш сняли прямо с баракара, я ничего не мог сделать. Сам спасся только благодаря покровительству хали Альтариш, посланника Ирании в Верхнем пределе.

– Как же вы предлагаете мне ее разыскивать?

– Я знаю, где она, – взгляд мужчины загорелся надеждой. – Лариш в лагере, в Жахжене. Она там не по своей воле, отец продал ее, продал мою Лариш!

Услышав ненавистное название, отпрянула. Жахжена. Даже не представляю, что должно случиться, что заставило бы меня вернуться туда.

– Вы в курсе, что это за место, хали Доршс? – спросила, откашлявшись.

– В курсе, – буркнул он в ответ. – Вы должны понимать, что времени совсем мало.

– Возможно, девушка уже… в тяжести, – посчитала нужным предупредить.

– Это неважно! – рубанул хали. – Она нужна мне любой.

– Хочу, чтобы вы знали, я ведь тоже в розыске на островах, хали Доршс. Более того, я тоже была в Жахжене, вернуться туда для меня означает слишком многое.

– Я хорошо заплачу! Я богат, иттани Ораш, но что значат красчи, если та, кому отдал свою душу в опасности! Дважды я нанимал баракар. Собирал команду, эти люди готовы были рискнуть. Только… в Жахжену можно попасть только с неба. Берег там крутой и обрывистый, пришвартовать баракар можно только в одном месте, хорошо охраняемом. Если вы там были, знаете, что представляет из себя это место. Лариш… будет бороться до конца! Я знаю, уверен в ней.

– Вы красиво говорите, хали Доршс, – покивала согласно. – Однако все ваши слова не стоят и выеденного яйца, если вы сами не решитесь на это путешествие. Спасать любимую чужими руками… это вас не красит, как мужчину, как альшара.

– И вы согласитесь довериться мне в полете? – удивился собеседник.

– Проходите, – все же пригласила альшара в дом. – Выпьем отвара, у меня есть лепешки. А после пойдем в труху. Вам уже доводилось летать на шэрхах, хали Доршс?

Мужчина помялся на пороге какое-то время, но все же вошел внутрь.

Разлила отвар по глиняным кружкам, одну передала гостю. Рассматривала мужчину с интересом.

– Расскажите мне о ней, – попросила, с удовольствием делая первый глоток. – Расскажите о девушке, что осталась в Острожье.

– Лариш, – выражение лица альшара стало мечтательным. – Прекрасна, как цветок ляйасы, покрытый каплями дождя! Я купил ее на десять темных, – качнул головой мужчина. – Я служу в управлении посланника Ирании на островах, – сообщил он деловым тоном. – Эта поездка не должна была продлиться долго, мне лишь нужно было привезти документы и отбыть обратно. Я не раз слышал разговоры про то, что в Острожье деву можно просто купить… знаю, меня не красит мой поступок, иттани Ораш, и мне за него искренне стыдно. Отец продавал Лариш, словно домашнюю оречу. Назначил цену, я заплатил. Лариш была так молода! Когда я узнал, что стану ее первым мужчиной… простите, иттани Ораш, – смутился мужчина. – Я отдал душу этой девушке почти сразу. Она… такая нежная, ранимая. Мою Лариш нужно оберегать и заботиться. Теперь мне уже невесело при разговорах о том, что любую деву можно просто купить. Варварство! Настоящее варварство.

– Но ее вы все же купили, – вернула я разговор в нужное русло.

– Да. Сначала на десять темных, после предложил Дархану, ее отцу, выкуп за Лариш. Он быстро смекнул, что может неплохо обогатиться. Я отдал ему все красчи, что были у меня с собой... Дархан меня обманул. Я и сам виноват, – опустил голову альшар. – Знал, конечно же знал, что бравинок не выпускают с островов, но все равно попытался ее вывезти. Лариш отняли у меня, а Дархан с берега кричал, что продаст дочь в Жахжену. Он наслаждался своей властью и моими страданиями.

Доршс искренне переживал, и именно это сыграло решающую роль.

– Если мой шэрх согласится лететь, я постараюсь вам помочь! – приняла решение, выслушав альшара, поначалу показавшегося мне заносчивым снобом. Возможно, такой он и есть, но девушку любит, это видно невооруженным глазом. К тому же, Острожье зовет меня, я и сама хочу вернуться.