Текст книги "Небесная лагуна (СИ)"

Автор книги: Олег Князев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Лёву и Корсакова не нужно было уговаривать. Они уже совсем замёрзшие мигом забрались на заднее сидение такси. Шура сел вперёд.

В такси было тепло и хорошо, как друзьям не было тепло и хорошо со вчерашнего дня. Играла приятная музыка, водитель вёл машину уверенно. Короче, здесь бы жить да жить, но всё хорошее кончается. За окном показался весёленький фасад казино "Лагуна". Корсаков уже с тяжёлым сердцем хотел выходить, но Шура, наверное, решил продлить удовольствие. Он указал на джип, стоящий у входа:

– Видишь джип? Поедем за ним.

– Обязательно поедем, но для начала с вас пятёрка.

– За что?

– Я доставил вас в пункт назначения казино. За дорогу до этого пункта назначения с вас пятёрка.

Шура усмехнулся правильности таксиста, но спорить не стал, а вытащил из кармана купюру.

– Держи сотню, и на ближайший час ты наш. Договорились?

– Желание клиента – закон! – спокойно приняв деньги и положив их на панель приборов, сказал водитель.

– Слышь, друг, а тебя как зовут? – поинтересовался Лёва.

– Крикун Александр Петрович. Водительский стаж двадцать пять лет. Таксистом работаю почти столько же. Ещё вопросы?

– Никак нет, Александр Петрович.

В это время из дверей казино вышел Логинов и сел в джип за руль. Машина двинулась, а за ней следом и такси с неуловимыми мстителями на борту.

– Шура, а ты откуда знал, что Логинов куда-то поедет? – удивился Корсаков.

– Лёва сказал, – спокойно ответил Шура.

Корсаков вопросительно посмотрел на Лёву.

– Яблоко! – пожал плечами Лёва. – Кроме того, это естественно. Если Марина вернулась к Логинову, то по идее должна вернуть деньги, которые вместе с вами вынесла из казино. Значит, Логинов с Мариной или без неё должен поехать в отделение связи, где лежат деньги, и забрать их. Отделение связи открывается в десять. Значит примерно в это время, учитывая образ жизни Логинова, он должен выйти.

– Потрясающе!

– Ничего необычного. Простые размышления.

Джип, а за ним и такси проделали немалый путь по городу, прежде чем оказались на хорошо знакомой Корсакову улице Калиновского. Джип остановился у обочины. Такси встало неподалёку. Когда Логинов вышел из машины и направился к серенькому неприметному зданию, Шура открыл дверцу.

– Шеф! Я надеюсь, вы нас подождёте? – обратился он к таксисту.

– Оплачено! – спокойно ответил Александр Петрович.

Шура кивнул и вышел. Лёва с Корсаковым, как им этого ни не хотелось, тоже вышли. После тепла салона такси, Корсакова передёрнуло от морозного воздуха, который тут же пробрался во все потайные места под одеждой.

Друзья почти бегом последовали за Логиновым. Тот вошёл в двери с табличкой: "Минское городское отделение связи N...". Шура следом за ним взбежал по обледенелым ступенькам, дождался Корсакова и Лёву и открыл дверь. Друзья вошли. Логинов стоял к ним спиной возле занимающего всю стену арсенала небольших ящичков с кругляшами замков, доставая из кармана маленький ключик. С двух сторон маленького коридорчика находились двери. На одной из них значилось, что именно за ней и есть почта, а другая дверь была без вывески.

Шура, не долго думая, подошёл к Логинову и выхватил из его руки ключ.

– Добрый день!

– Какого чёрта? – обернулся Логинов. Но, увидев Корсакова, на миг онемел.

– Ба-а! Какие люди! И что дальше? – Логинов осмотрел сопровождающих Корсакова Лёву и Шуру. – А это кто такие? А-а! Наверное, те самые психи, которые хотят моей смерти. Напрасно, кстати. Я вовсе не хотел никого убивать там в больнице. Это получилось случайно. Уж извините!

– Возможно! Но мы к вам сейчас по другому поводу.

– По какому же? Хотите снова меня ограбить?

– Деньги, конечно, вещь соблазнительная но... – Шура поболтал в воздухе ключиком и кинул его в протянутую ладонь Логинова. – Дело в том, что у нас есть одна кассета, которую мы хотели бы обменять на небольшую услугу с вашей стороны.

– Какая ещё кассета?

– Это запись убийства крупного предпринимателя, президента одной известной вам компании, Шамилова Сергея Викторовича.

– Замечательно! Я тут причём?

– Мы думали, что вам интересно было бы её посмотреть. Там в главной роли одна девушка по имени Марина.

Логинов завёл глаза к потолку и застонал. Друзья переглянулись. Такой реакции они не ожидали.

– Значит это она. – Логинов, прищурившись, вгляделся в лицо Шуры. – А вы не блефуете?

– Я не в том положении, чтобы блефовать, – сказал Корсаков. – Вообще-то мы были уверены, что это ты убил Шамилова, а потом и Есению вместе с Антоном.

– Хочешь сказать, что и Есению с Антоном убила Марина? – Логинов усмехнулся. – Вот уж в это я не поверю. Она, конечно, не ангел, но...

– У нас нет никаких доказательств этому, но это... – Шура вынул из кармана и покрутил кассетой перед носом у Логинова, – ... это прямая улика, указывающая на Марину как на убийцу своего брата.

– И чего же вы хотите?

– Мы хотим обменять эту кассету на свободу Аркаши.

– Какого ещё Аркаши? ...А-а! Аркаша – это тот каратист? А он что несвободен?

Корсаков недоуменно посмотрел на Лёву.

– Его арестовали вчера, – ответил Шура. – Хочешь сказать, что ты не в курсе?

– А почему я должен быть в курсе?

– Но это ведь с твоей подачи его арестовали. Его обвиняют в ограблении казино.

– Ну, вообще-то правильно обвиняют, но... я тут не причём. Я с ментами не связывался по этому поводу.

– Как?!

– Неужели вы думаете, что я хотел бы, чтобы и Марину вместе с вами замели? Нет! Это вовсе не моих рук дело. Я вас искал, но искал своими силами.

– То есть, Марину ты не стал бы подставлять?

– Нет, конечно! Я в чём-то сам был виноват тогда, она просто взбесилась на меня и решила таким образом отомстить. Думаете с ней такое в первый раз?

– Значит, грабить казино, это у неё привычка такая?

– Я не об этом. Просто часто она бывает неадекватной в своих поступках. Но... я её за это и люблю.

– Но Аркашу-то, всё-таки арестовали, – ничего не понимая, сказал Корсаков. – За что же тогда?

– Ну, мало ли за что. Он у вас парень резвый, мог и ещё что-нибудь натворить.

– Да нет! – задумчиво произнёс Лёва. – Его арестовали как раз за ограбление, а заявление об ограблении подала хозяйка казино. Марина.

– С чего ты взял? – спросил Логинов.

– С того, что Сеню тоже пытались задержать. Значит, как раз за ограбление. А раз ты не заявлял в милицию, значит, это сделала Марина. Больше некому.

– Допустим! Но это ничего не меняет, – сказал Шура. – Константин...

– Евгеньевич.

– Константин Евгеньевич является главным свидетелем по этому делу, а по-совместительству ещё и хозяином ограбленного предприятия. И наше предложение остаётся в силе. Мы вам кассету, а вы забываете об ограблении.

– Интерсно, а откуда у вас эта кассета?

– О-о! Это целая история. И как я полагаю, Марина и устроила это ограбление в казино только ради того, чтобы добиться нашего расположения, чтобы быть с нами двадцать четыре часа в сутки. Прощупать, что знает Сеня и Аркаша. И ей, надо признать, очень повезло. Нам попала в руки прямая улика в деле об убийстве Шамилова. Марина пыталась выкрасть кассету, но ей это не удалось.

– Может хватит разговоров? – прервал Шуру Корсаков. – Мы хотим только освобождения Аркаши. В противном случае...

– Да знаю я, что будет в противном случае! – вскричал Логинов. – Ох, Марина-Марина! Что за дура! Так она значит, из-за кассеты за вами увязалась. А я уж подумал, что она и правда влюбилась в этого Аркадия. – Логинов обернулся и внезапно ухмыльнулся зло: – А я освобожу вашего Аркашу. Не из-за кассеты даже, а просто чтобы он своими глазами увидел, как он обломался с Маринкой. Поехали!

Логинов уверенно вышел из дверей, за ним Корсаков, Лёва и замкнул процессию Шура.

Логинов по своим каналам быстро выяснил, где держат Лясина. Тут же перезвонив в отделение, где тот пребывал, Логинов объяснил следователю, что произошла досадная ошибка. Что ограбление – вовсе не ограбление, а просто друзья решили пошутить, разыграть хозяйку казино Марину. А она восприняла всё за чистую монету и заявила в милицию.

Следователь сказанное воспринял на удивление спокойно. Он только выматерил хорошенько Логинова, пообещал ему самому устроить пятнадцать суток ареста за отвлечение работников милиции от неотложных дел и велел приготовиться уплатить штраф.

– Без проблем, начальник! Заплатим. – При этом он зло обернулся на Корсакова. – Когда можно будет заехать за Лясиным?

Следователь велел ехать немедленно, иначе через полчаса они его могут и не застать. И ещё попросил больше так не шутить. Иначе в следующий раз он не будет столь снисходительным.

– Вы уж нас простите, ради бога! Мы подъедем сейчас, дождитесь нас обязательно!

Однако следователь уже кинул трубку. Логинов со злостью захлопнул крышку мобильника.

– Вот позорище-то! Ну, Маринка! Она у меня каждый цент отработает. Поехали! У нас есть полчаса.

Логинов запрыгнул в джип, а друзья поспешили к такси. Таксист спокойно ждал.

– За джипом! – сказал Шура, садясь рядом с водителем.

– Я понял. Музыку включить? – заведя мотор, спросил Александр Петрович.

Шура кивнул. И под завывания Таркана машина двинулась следом за джипом Логинова.

39. Скрипачка

– Здорово, братела! – выйдя из отделения, накинулся Аркаша на Корсакова, обнял его и, сияя улыбкой, стал трясти словно грушу. – Я знал, что вы меня не кинете.

– Здорово! Как можно. Только о твоей свободе и думали двадцать четыре часа в сутки. Как ты?

– Нормально! Приставать ещё не начали.

– Ну и отлично!

Аркаша отпустил Корсакова, пожал руки Лёве и Шуре и обернулся к подошедшему следом Логинову.

– Значит, прижучили всё же тебя, дружище! Правильно, не связывайся с психами. Я, конечно, не ожидал, что так скоро это случится.

Логинов стоял, засунув руки в карманы.

– Кассету! – тихо сказал он.

Шура, вздохнув, вынул из внутреннего кармана кассету и протянул Логинову.

– Жаль расставаться, но уговор дороже денег.

– Это та самая? – спросил Аркаша, провожая взглядом кассету, которую Логинов взял, положил во внутренний карман пиджака и снова засунул руки в карманы.

– Она!

– Что ж! Как опытный бизнесмен предлагаю обмыть удачную и взаимовыгодную сделку, – сказал Логинов и, не ожидая ответа, пошёл к джипу. – Если вы не против, конечно.

Друзья переглянулись.

– Ну что, Аркаша, не хочешь обмыть своё освобождение? – усмехнулся Шура.

– Обмыть...? – Аркаша задумался на миг. – А что я согласен. В "Лагуне"? – крикнул он вслед Логинову.

– Конечно! Марина, наверное, по тебе соскучилась. – Логинов сощурил глаза.

– Я тоже так думаю. – Аркаша круто развернулся и первым пошёл к такси. Корсаков, поскальзываясь на снегу, догнал его.

– Может не надо?

– Чего не надо? Надо, Сеня, надо! Тем более у меня к Маришке пару вопросов.

– Это она убила Шамилова. Мы смотрели кассету.

– Я понял, – сказал Аркаша, садясь в такси. – Садись давай! Видишь, другу не терпится с женщиной пообщаться. Всё же в тюряге был. А там с женщинами напряжёнка.

– Придурок! – усмехнулся Корсаков и сел рядом с Аркашей. Третьим на заднее сиденье на этот раз втиснулся Шура, а Лёве пришлось сесть вперёд. Такси тронулось.

Прибыв к местному "кусочку Лас Вегаса", как его окрестил Аркаша, такси уже смело, а не так как до этого встало почти вплотную за джипом Логинова.

– Я вам ещё нужен? – спросил таксист. – Если нужен, то платите за стоянку, оговорённый час прошёл.

– Нет, друг, спасибо! – ответил за всех Аркаша. – Я думаю, мы здесь задержимся.

Швейцар, увидев выходящих из такси Аркашу и Корсакова, открыл в изумлении рот и на всякий случай сунул руку за пазуху, где в кобуре покоился его "ТТ".

– Спокойно, это со мной! – махнул ему рукой Логинов, проходя мимо.

Друзья прошли мимо швейцара вслед за Логиновым. Аркаша не удержался и толкнул того плечом. Лицо швейцара исказила гримаса презрения, но на явную грубость Лясина он более никак не отреагировал. Пройдя к гардеробу, Логинов коротко сказал дамочке с длиннющими ногами:

– Обслужите! – И пока блондинка обслуживала дорогих гостей, то есть брезгливо приняла их одежду, Логинов стоял, сложив руки на груди. Поднявшись по лестнице в игровой зал, Логинов прошёл к барной стойке, а Корсаков и компания облюбовали себе столик, за который и уселись все дружно.

Швейцар, оставив свой пост у дверей, тоже решил не отрываться от коллектива и поднялся в зал. Он на всякий случай подошёл к охранникам.

– Глядите в оба!

Охранники, сразу распознав в Аркаше костолома, что совсем недавно устроил драку в зале, бросили играть в бильярд и замерли у стола, ловя каждое движение пришедших. Швейцар же стараясь выглядеть спокойным, отошёл к Логинову.

– Что они тут делают?

– Не твоё дело.

– А эти двое кто с ними?

– Психи. Разве ты их не узнал? Уж тебе то нужно было их запомнить навсегда.

– Ну, хватит уже, Костя. Я же сказал, что случайно выстрелил.

– Случайно выстрелил, случайно попал, случайно убил.

– Подумаешь, какой-то псих! Кому он нужен?

Логинов вздохнув, посмотрел на швейцара и отвернулся к бармену.

– Шампанского и закусить!

Бармен кивнул и принялся за дело.

Оставленные без присмотра друзья, с интересом оглядывали зал, особенно Лёва с Шурой. Только Аркаша угрюмо глядел в одну точку, в глазах его читались разочарование, но вместе с тем волнение и какая-то решимость.

– О чём ты думаешь? – наклонившись к другу, спросил Корсаков.

Аркаша посмотрел на Арсения и опустил глаза и, кусая губы, ответил:

– Может не надо было сюда идти. Всё и так ясно...

– Ничего ещё не ясно. Логинов может говорить всё, что угодно, но Марина...

– Марина – убийца.

– Но ведь могли быть какие-то обстоятельства, что она не могла поступить иначе.

– Какие обстоятельства? Ты бы смог убить своего брата? – Аркаша поднял глаза к потолку. – Господи, как бы я хотел ошибиться!

Аркаша не ответил. В этот момент подошёл Логинов.

– Ну что, скучаем? – улыбнулся он. – Не скучайте! Это же казино. Здесь положено развлекаться и веселиться. Сейчас здесь пусто, но к вечеру здесь соберутся люди, которым хочется экстрима. Нет, не выиграть деньги. Все они здравомыслящие люди и понимают, что в казино удача очень призрачна. Они приходят сюда, чтобы пощекотать себе нервы. Поверьте, это приятно! – Логинов подошёл к одному из столов и крутанул рулетку. – Не хотите сыграть? Ах, извините, вам нечего поставить на кон? Ничего! Я дам в долг. Вы не берёте в долг? – удивился Логинов, видя, что друзья совершенно не проявляют интереса. – Скучные вы люди! Скучный ты человек, Аркадий! Поэтому Марина выбрала меня, а не тебя. Ты скучен, беден и слаб.

Аркаша с безразличием слушал обидные слова. Он явно чего-то ждал, точнее кого-то. Марину. И вот, словно услышав его душевные позывные, в зал через двери у бара вошла она. В шёлковом халате на голое тело и золотых туфлях на умопомрачительной шпильке. Никого не стесняясь и не боясь. Хозяйка казино. Полноправная и независимая. Только теперь Корсакову стало ясно, что на жертву она совсем не похожа. Марина вышла и застыла на месте, увидев гостей. Но её замешательство было секундным. Она покачала головой, ослепительно улыбнувшись, взяла на ходу с барной стойки бокал с шампанским и лёгкой неспешной походкой направилась к единственной в зале компании во главе с Логиновым. Тот, увидев её, пошёл навстречу, подхватил поданную руку и коснулся губами пальчиков.

– Вот и виновница торжества.

– Какая честь! Аркаша, ты на свободе?

– Что ж, Аркадий, обнимите свою подругу боевую.

– Это точно, боевую! – едва разжав зубы, проговорил Лясин, и уже громче добавил: – Фронтовую подругу.

Наступило молчание, в течении которого Аркаша сверлил глазами Марину, вовсе не собираясь её обнимать. Нарушила молчание Марина, очевидно, попытавшись разрядить обстановку.

– Что ж, раз обниматься не будем – может, выпьем... за встречу!

Марина щёлкнула пальцами, и бармен, кивнув хозяйке, тут же подхватил со стойки поднос с уже налитыми напитками и закуской и принёс на стол, за которым сидели друзья.

– А вот выпить я бы не отказался! – согласился Аркаша. Он без всякого приглашения потёр руки и ухватил с тарелки бутерброд с сыром. – Сто лет, кажется, не ел.

– Ты здесь совсем освоился, парень. Как у себя дома! – зло сказал Логинов.

– Да! Я и в тюрьме, и в окопе, и даже здесь чувствую себя превосходно.

Логинов и Марина тоже сели за стол. Со стороны могло показаться, что пятеро старых добрых друзей собрались посидеть по-хорошему в узком кругу.

– Что это ты всё о фронте да об окопах? – спросила Марина, кокетливо попивая шампанское.

– Ах, да! – Аркаша повозился в нагрудном кармане рубашки, извлёк и бросил на стол чёрно-белую фотографию. – Гляньте-ка!

Корсаков взял снимок, Логинов и Марина тоже с интересом наклонились посмотреть. На фотографии в полуоборот стояла женщина в камуфляжном жилете, в чёрном платке и с винтовкой в руках, лицо до глаз закрыто чёрным платком, на предплечье татуировка в виде нотного стана и скрипичного ключа на фоне какого-то герба.

– Кто это? – спросил Корсаков, взглянув на Аркашу.

– Это одна очень известная в своём роде снайперша. Я с ней познакомился в Чечне. Вы ведь знаете, что я был в Чечне наёмником?

– На чьей стороне?

– А как ты думаешь? Конечно же, не на стороне боевиков.

– Не знал, что у наших тоже были снайперы.

– Кто сказал, что у нас были снайперы?

– Ты же сказал, что познакомился с ней...

– Я сказал, что... – вдруг рявкнул Аркаша. – Моё знакомство с ней теперь навсегда со мной. Вот тут! – Аркаша ткнул себя пальцем в грудь. А для других, простых солдатиков знакомство с ней было последним знакомством в жизни! Они все мёртвые! Мёртвые, понимаешь?

Корсаков кивнул. Логинов взял фотографию у Корсакова, ещё внимательней всматриваясь в чёрные глаза снайперши.

– Обрати внимание на татуировку! Мы ей прозвище дали за эту татуировку – скрипачка.

– Почему скрипачка?

– Рассказывали, что оружие она в скрипичном футляре таскала.

Логинов побелел, подняв глаза от снимка, что не скрылось от глаз Аркаши.

– Ты не знал? – удивлённо спросил Аркаша, жуя бутерброд. Марина встала и отошла к игральному столу, сделав вид, что ей безумно интересно устройство рулетки.

– Где ты взял это фото? – спросил Логинов.

– Следователь, который меня допрашивал, ведёт дело об убийствах в театре.

– Капитан Зубко?

– Точно! Конечно же, он меня вспомнил. Я ведь тогда тоже в числе подозреваемых был. Помнишь, Сеня, там, в театре, когда Семёнову убили? – Корсаков кивнул. – Так вот!

– Что, так вот? При чём здесь эта снайперша?

– Извлеченная из тела Семёновой пуля, была проверена по базе данных, и было обнаружено, что выпущена она из винтовки нашей дорогой скрипачки.

– Значит, это она убила Семёнову?

– Я не сказал, что она убила, но убили Семёнову и... Антона из оружия скрипачки.

– Это мог быть, кто угодно! – подала голос Марина. Аркаша тут же отреагировал. Повернувшись к ней.

– Да! Это мог быть кто угодно. Но у меня такое подозрение, что была это именно скрипачка. – Аркаша повернулся к Корсакову. – Помнишь, Сеня, когда мы шли по коридору в театре, то столкнулись с женщиной?

– Да. Припоминаю. Кажется, она была в очках. Эти очки ещё...

– Слетели с неё при столкновении, а ты поднял их.

– Так и было.

– Что у неё было в руках?

– Скрипка!

– Скрипичный футляр!

– Что ж тут удивительного? Это же театр. Там и положено быть разным там...

– Да! Тогда я так и подумал. Точнее, вовсе бы не обратил внимания на это столкновение и на эту скрипачку, если бы... – Аркаша замолчал, глядя на Марину.

– Если бы что?

– У меня отличная память на лица. Стоит мне увидеть человека один раз, и я вспомню его лицо даже через десять лет. – Аркаша вызывающе смотрел на Марину. – Константин! Тебе ничего не напоминает эта татуировка? – Логинов в ответ молчал. – И мне напоминает! У нашей Маришки, у нашей дорогой Маришки подозрительно похожий шрам на плече. Не так ли? – Аркаша вновь обернулся к Марине. – Марина, помнишь, тогда я тебе говорил, что видел твою сестру? Та девушка в театре со скрипичным футляром. Это ведь была ты.

Марина молчала, но в её лице вдруг исчезла та уверенность, с которой она входила в зал, исчезла лёгкость в движениях. Всё её тело будто напряглось в ожидании обвинения. Она ждала этого обвинения уже давно, но от кого и когда оно прозвучит, до сегодняшнего дня было для неё тайной.

40. Последний бой

Логинов сидел, низко опустив голову. Казалось, что-то надорвалось в нём.

– Ладно, Шамилов, но и Антона, значит, тоже ты грохнула.

– Ты рехнулся? Зачем мне убивать брата? С чего ты взял-то?

– Может и Есению тоже ты?

– Что ты несёшь? – Марина не на шутку разозлилась. Красными пятнами покрылись её прелестные щёчки. Она залпом выпила шампанское. – Тебе шампанское что ли в голову ударило?

– Вот это мне в голову ударило! – Логинов вытащил из кармана кассету и поднял её над головой.

У Марины расширились глаза, но она взяла себя в руки и ... расхохоталась.

– Где ты это взял? ...Ах, теперь я поняла. Им удалось-таки тебя облапошить. Поэтому и Аркаша на свободе. Что они тебе сказали? Что на этой кассете? А я тебе скажу, что на этой кассете, – ничего! Она пустая.

Логинов глянул на Корсакова с обидой и вопросом в глазах.

– Я не понял!

– Ошибаетесь, Мариночка! – вступил в разговор Лёва. – Как раз на той кассете, что выкрали вы, ничего нет, а на этой...

Марина не верила. Она испытующе глядела то на Лёву, то на Корсакова.

– Это неправда!

– Правда, Марина! – добавил Шура. – Вы хотели подменить кассеты и подменили их, но не знали, что раньше вас это уже сделал Лёва. Он ведь у нас мастер интуиции, вы забыли?

– И, кроме того, ещё эта татуировка, задумчиво произнёс Аркаша. – Ты ведь и есть та самая "скрипачка".

– Да уж! Жалко я тебя тогда не убила, но ничего, всё можно поправить. – Марина вдруг выхватила откуда-то из-под полы халата маленький пистолет и навела его на Аркадия.

– Неужели, ты будешь в меня стрелять? – улыбаясь, поинтересовался Лясин.

– Не дури, Марина! Брось пистолет! – качая головой, попросил Логинов.

Но Марина не отреагировала на просьбу.

– Его нельзя не убить, Костя! Он знает меня. Понимаешь?

– Я тоже до недавнего времени думал, что знаю, – горько усмехнулся Логинов.

– Костя, они свидетели. Они могут сдать меня в любой момент, понимаешь?

– И что? Что мне сделать? Убить их всех? Ты совсем свихнулась.

Марина, тяжело дыша, ходила из стороны в сторону, держа на мушке гостей.

– Марина, отдай мне пистолет и успокойся! – Логинов поднялся со стула и направился было к ней. Марина перевела пистолет на него.

– Костя, ты сделаешь то, что я тебя прошу!

– Что я должен сделать?

– Ты знаешь.

Бармен за стойкой решил, что здесь становится несколько жарковато, и на всякий случай присел. Швейцар же, увидев, что Марина направила оружие на хозяина, стал подкрадываться к ней осторожно.

– Я всегда тебя прикрывал, но твои проделки становятся с каждым разом всё безумнее. Ты убила Сергея, Антона, а сейчас ты предлагаешь мне убить ещё четверых! Ты думаешь, я такой же сумасшедший как и ты?

– Ты не понимаешь! Меня посадят.

– Посадят – это мягко сказано, подруга! – прошептал Аркаша.

Логинов наступал на Марину, а она всё так же держа его на мушке, отступала к барной стойке.

– Марина, отдай пистолет! Не хватало ещё здесь стрельбы.

– Хорошо! Давай не здесь. Давай увезём их куда-нибудь...

– Я не стану никого убивать! – выразительно сказал Логинов и одним глазом подмигнул Швейцару. Но Марина уловила этот молчаливый знак и, резко повернувшись, выстрелила. Все, кто был в зале повскакивали. Швейцар рухнул на пол. Логинов бросился на Марину, но она ожидала и этот выпад, её локоть тут же вонзился Логинову в солнечное сплетение. Взвыв, Логинов загнулся и получил ещё и пистолетом по шее. Марина уже снова повернулась к залу и искала себе новую цель.

– Всем стоять!

Она отбежала в сторону от Логинова к бильярдному столу. Охранники уже тоже выхватили оружие и стояли на изготовке, втроём метясь в Марину. Логинов разогнувшись, поднял руку

– Не стрелять! – это относилось более к охранникам.

Логинов, превозмогая боль, снова пошёл к Марине.

– Мариш! Не надо! Ты же не такая. Зачем ты это делаешь? Брось пистолет, я прошу тебя! Пожалуйста! Не надо больше никого убивать.

Марина уже снова направляла пистолет на Логинова. Но в глазах её уже не было той решимости. По щёкам текли слёзы.

– Я не хочу в тюрьму!

Логинов подошёл к Марине совсем близко и взял её за руку.

– Марина, не нужно больше никого убивать! Слышишь?

– Я не хочу в тюрьму.... Я не пойду в тюрьму! – Она оттолкнула Логинова от себя. Тот послушно отошёл на шаг и встал, не зная, что делать. – Я не пойду в тюрьму! – Марина поднесла пистолет к виску.

– Не-е-т!– заорал Логинов и бросился на Марину, схватил её руку и стал выворачивать. Тут раздался второй выстрел.

Логинов и Марина застыли словно одна странная статуя. Потом Логинов медленно сполз по телу Марины вниз на пол. Марина проводила его взглядом, будто не сознавая, что происходит. Она опустила пистолет и упала на колени перед телом любовника. Логинов пошевелился и повернулся на бок. На груди его растекалось алое пятно. Марина подхватила голову Логинова, бросив пистолет на пол. Логинов поднял на неё мутные глаза, тяжело ухватился за рукав халата. Кровавые пузыри мешали ему говорить.

– Не... не убивай больше! Марина, не убивай больше никого! Обещай мне! Не уби..., – Логинов последний раз дёрнулся и испустил дух.

– Хорошо! Я не буду! Ты только не умирай! Костя, я же нечаянно! Я понарошку! Слышишь? Давай сейчас пойдём помоемся, и ляжем в постельку, да? – Марина гладила любовника по голове, по рукам, по окровавленной груди. – Весь испачкался. Но ничего – улыбалась она, – я постираю. И дырочку зашью. Всё будет хорошо у нас. Всё у нас будет. И свадьба будет, и детки. Мальчик и девочка.

Все присутствующие стояли как громом пораженные. Никто не бежал ни к бесчувственному швейцару, ни к Логинову с Мариной.

Из оцепенения всех вывела хлопнувшая дверь. В зал вошли двое, одним из которых оказался тот самый капитан Зубко. Он прошёл к склонившейся над трупом Логинова Марине и отпнул подальше пистолет. Однако девушка и не отреагировала. Второй вошедший остался стоять у входа.

Зубко присел возле Марины и пощупал пульс Логинова, но Марина откинула его руку недовольно.

– Здравствуйте, граждане! – поднялся Зубко и поклонился каждому в отдельности.

– Давно не виделись, – отвернулся от него Аркаша. – Какими судьбами?

Зубко прошёл к столу и сел.

– Ты думаешь, я совсем идиот? – противно заулыбался Зубко. – Понятно же было и ежу, – капитан взял со стола фотографию, – что ты узнал эту снайпершу. Я тебе потому и карточку с собой дал, чтобы ты повнимательней присмотрелся. – Он обернулся на сидящую без движения Марину. – Она? Хороша чертовка.... Однако опоздали мы немного.

– Да уж! – проворчал Лёва. – Она тут такое устроила. Скрипачка!

Охранники в это время пришли в себя и бросились к швейцару. Но, потрогав пульс, выяснили, что и он тоже мёртв.

– Умеет стрелять, – решил один из охранников.

– Точно в сердце, – подтвердил второй.

Аркаша сидел с опущенной головой.

– Это она убила Шамилова, Антона Корсакова, актрису эту... Всё она. Но зачем? Зачем она это сделала?

– Не знаю! – следователь вновь обернулся к Марине. – Зачем, Марина? – Марина не отвечала. – Молчит! – развёл руками капитан.

– Почему же! – вдруг подняла голову Марина. В её заплаканных глазах была полная пустота. Безвольно она обнимала своего любовника и была совершенно не похожа на убийцу. – Я расскажу! Слушайте, если вам интересно! Может, роман напишешь, – горько усмехнулась она, взглянув на Корсакова.

– Так-так! Помедленней, с расстановкой! – Зубко достал из кармана диктофон и поставил на стол.

41. Жили-были...

– Нас с братом родила цыганка. Будто бы, её звали Ниной. Но это не факт. Отец – русский. Откуда-то из-под Смоленска. Там, видимо, они и сошлись. Только это же позор – цыганке рожать от иноверца. Вот она и сбежала от всех сюда. Родила да и оставила нас в роддоме. Впрочем, родила – и на том спасибо!

Потом обычная детдомовская жизнь. Всё по расписанию, всё общее, всё напрокат. Инкубаторские! Не помню, как они познакомились, но, сколько себя помню, Сергей всё время дружил с Костей. Позже к нам в детдом перевели Антона. Мы его не любили. Он был хлюпиком и плаксой.

Мы окончили школу. Парней забрали в армию, а я пошла в училище. Тут в стране начались перемены. Точнее она развалилась. И развалились все наши планы. Настала новая жизнь. А новая жизнь требовала и новых жизненных планов. Сергей, Костя и Антон вернулись со службы. Брат и Логинов отправились на север, на заработки. Антон поступил в театральный. Я подала документы в институт. Да ещё в какой! В БГУ. Наивная! Кому я там была нужна! Кругом были блатные, с деньгами. А я? Приехала в город с рублём в кармане да с узелком на жердочке. В общем, меня не приняли. Вот тогда-то решила я, во чтобы-то ни стало, стать богатой. Чтобы со мной все считались, чтобы за своего принимали в самых высоких кругах. Тут-то и подвернулся мне один добрый человек. Звали его, не помню как. Предложил он мне работу за рубежом. Очень высокооплачиваемую. Я согласилась. Дура была, конечно! Умные люди предупреждали, но я решила попробовать. Тем более что, всё внешне выглядело очень цивильно. Загранпаспорт, виза, дорога проплачена, питание.

Меня и ещё с десяток других лохушек переправили в Турцию. Там нас пересадили в самолёт поменьше, скорее всего, транспортный. Паспорта у всех забрали ещё в Анкаре, будто бы для оформления регистрации, а назад так и не вернули. Я стала требовать паспорт у того араба с гнилыми зубами, что забрал паспорта, вернуть мой, но он расхохотался мне в лицо. В общем, выбирать нам не приходилось. И стали бы мы, наверняка, обычными проститутками, но самолёт наш сбили.

Очнулась я среди мёртвых тел. Никто даже не стонал. Я сама мало отличалась от мёртвой. Кажется, внутри у меня всё было отбито. Однако я очень хотела жить. Я выбралась наружу и поползла подальше от самолёта через лес, в который упал самолёт. Куда угодно! Лишь бы подальше.

Меня подобрали через два дня и привезли в лагерь генерала Мухаммеда. Здесь велась подготовка террористов-смертников, снайперов и просто боевиков для отправки в Чечню. Меня приняли за мусульманку. Конечно, я же черная. Выходили, а когда выяснили, что я русская, предложили работу. Я согласилась. Другого выбора у меня не было. Иначе – смерть.

Потом была Чечня. Скалистые горы стали для меня роднее матери. Только они оберегали меня и Коран. Через два года, проведённых мной в Чечне, на моём счету в швейцарском банке была уже кругленькая сумма. Но эти деньги дались мне очень дорого.

Я не помню всех убитых мной, но первого запомнила навсегда. Это был один лейтенантик. Совсем молодой. В такового я бы влюбилась. Я следила за ним долго в прицел, пока палец на спусковом крючке не свело. Я даже не поняла, что выстрелила. Винтовка дёрнулась, лёгкий хлопок, и лейтенант упал. Я помню, волосы мои тогда встали дыбом, я выронила винтовку и скатилась в ущелье. Меня долго рвало. Прибежала Инга – эстонка, окунула меня лицом в ручей, обмыла мои последние невинные слёзы и успокоила. Тогда я впервые попробовала кокаин. Инга сказала, что станет легче. И, правда, стало легче. Я стала убивать, не думая о солдатах как о людях. Они стали просто моими мишенями. Даже появился азарт – кто больше.