Текст книги "Бывшие. Теперь я (не) твоя (СИ)"

Автор книги: Оксана Лебедь

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

5

Анна

Сижу за столом, невидящим взглядом смотрю в монитор компьютера, не могу сосредоточиться на работе. Перед глазами Артём. Он сильно изменился, возмужал, прошло пять лет, а он словно стал старше на все десять. Взгляд стал тяжёлым, исчезла задорность и беззаботность, но, может, мне это показалось.

Как можно было встретить из пяти миллионов мужчин именно того, кто дружит и знаком с Артёмом? Какие были шансы встретиться нам вновь, за сотни километров от родного города?

Всё ещё кожа покрыта мурашками. Прошло пять лет, а я как сейчас помню надменный взгляд его матери в кафе, в голове всё ещё звучит её голос. Да и Артём был не лучше – его слова так больно ранили меня, но даже спустя время он всё ещё верит этим фотографиям. Почему мне всё ещё обидно? Почему всё ещё хочется доказать свою невиновность?

Как же мне было сложно забыть Артёма, начать новую жизнь. Как так получилось? Серёжа – замечательный мужчина, и мне с ним очень хорошо. Это первый мужчина, с которым я начала встречаться после разрыва с Артёмом. Всё было как-то не до любви. Я не могла больше доверять мужчинам, но Серёжа оказался другим. Он так красиво ухаживал, встречал после работы с цветами, заботился, дарил подарки. Даже этот пакет с обедом, который стоит нетронутый у меня на столе, говорит о многом.

Что мне делать? Расстаться с Серёжей? Артём пять лет назад разрушил мою жизнь, но теперь я этого не позволю! Я ни в чём не виновата, и мне нечего бояться или стыдиться. А для Серёжи будет прекрасная проверка: если он так же, как Артём, поверит чьим-то словам, а не мне, то нам нет смысла продолжать отношения. Даже хорошо, что Артём появился именно сейчас, пока наши отношения не зашли так далеко и я не познакомила его со своей дочерью.

– Ань? Ты идёшь?

Я вздрагиваю и поднимаю голову, моя коллега Ирина, улыбаясь, смотрит на меня. Обычно я первая бегу домой, мою дочь Милу забирает старенькая соседка Вера Степановна. Она говорит, что ей в радость проводить время с моей дочерью, ведь её собственные дети почти не навещают. Вера Степановна не берёт с меня ни копейки, и поэтому мне неудобно задерживаться на работе.

Смотрю на часы и в ужасе хватаю сумку: уже пять минут как я должна была бежать на остановку. Следующий автобус только через двадцать минут. Я должна успеть.

– Забылась, – вскакиваю с места и бегу к выходу. – До завтра!

Как я могла забыть про время? На ходу прощаюсь с охраной и выбегаю из банка. До остановки шагом десять минут, если я побегу… На каблуках в двенадцать сантиметров… Может, всё-таки успею.

Не сводя с остановки взгляда, поворачиваюсь и тут же врезаюсь в мужскую грудь. У меня нет времени рассматривать, кто это, не отвожу взгляд от своей цели, огибаю прохожего и начинаю движение дальше.

– Извините, – кричу на ходу, но тут меня резко отбрасывает назад, кто-то дёрнул за локоть. Жгучая боль в руке.

От возмущения набираю полную грудь воздуха. Если я сейчас опоздаю из-за этого, я его убью. Дёргаю локоть, но мужчина не отпускает.

– Да вы что, тво… – поднимаю взгляд и каменею. Прямо передо мной стоит Артём, челюсть сжата, сверлит меня гневным взглядом, нахмурив брови. В горле образуется ком, я не могу говорить. Артём тоже молчит, только пристально смотрит, его взгляд медленно проходит по моему лицу и останавливается на губах. Внутри появляется жар, дыхание обжигает и сушит губы.

– Что тебе надо? – я не слышу собственного голоса, всё тело покрывается мурашками.

Артём медленно наклоняется ко мне, я чувствую его запах, тепло кожи. Меня бьёт нервная, лёгкая дрожь, как в тот день, когда мы впервые поцеловались. Тогда я так нервничала, что чуть не упала в обморок. Сейчас я тоже не чувствую собственных ног.

Он останавливается в нескольких сантиметрах от моего лица. Я не могу себя контролировать, взгляд сам опускается на его губы. Мне кажется, я всё ещё помню, как сладко и страстно он целуется. Сколько лет прошло, а я всё так же беззащитна перед Артёмом. Всё моё нутро жаждет, чтобы он прикоснулся к моим губам, я хочу вновь ощутить его поцелуй.

– Чтобы ты исчезла из моей жизни, – цедит он и словно окатывает меня ледяной водой. Весь дурман спадает с меня в одну секунду. Как я вообще могла поддаться воспоминаниям? Это какое-то помутнение! Дёргаю рукой, но Артём удерживает меня на месте, так близко, что я чувствую тепло его тела, его запах, но теперь меня воротит от него. – Чтобы ты исчезла с лица земли. Чтобы больше не портила никому жизнь.

– Что? – дыхание перехватывает от возмущения. Со всей силы толкаю его в грудь, и Артём отшатывается на пару шагов. – Это ты появился в моей жизни! Я уехала! Сбежала, бросив всё, оставив тебя далеко в прошлом! Но ты здесь! Ты припёрся в этот город! Встретился с другом, с которым не общался сколько? Год? Два? Три? Для чего? Чтобы найти меня? Что тебе надо?

– Не льсти себе, – усмехается он и осматривает меня с ног до головы. – Ты думаешь, ты особенная?

– Нет! Я обычная! Такая же, как все для тебя, просто проходная девка: переспал и забыл! Выкинул и пошёл к следующей.

Говорю, и самой больно от этих слов, нос предательски щиплет. Я хотела задеть чувства Артёма, ведь я видела, как он относился ко мне и думала, что он любит, но, похоже, сделала больно только себе.

Артём сжимает челюсть, опускает голову, часто дышит, словно пытается подавить в себе какие-то сильные эмоции. Но вдруг резко хватает меня за оба локтя и притягивает к себе.

– Я любил тебя! Сука! Я любил тебя! – кричит он мне в лицо, весь красный от злости. Я в шоке смотрю на него, и он резко прижимается к моим губам своими.

Эта секунда блаженства, словно весь мир исчезает, в теле появляется лёгкость, я как будто парю далеко над своим телом, а потом, словно камень, падаю и возвращаюсь в реальность. Вся напрягаюсь, сжимаю губы и толкаю Артёма в грудь. Он отстраняется от меня, смотрит затуманенным взглядом. Плюю, вытираю губы, хочу избавиться от его вкуса.

– Придурок! Ты что делаешь? – воплю, делаю шаг и влепляю ему пощёчину. Голова Артёма дёргается в сторону, и он не торопится её возвращать, принял мой удар и никакой реакции. Во мне кипит такой сильный гнев, я хочу так много высказать этому маменькиному сыночку, но слов так много, что они смешиваются в кучу. – Ты… Ты…

Часто дышу, не могу подобрать подходящее слово, зажмуриваюсь на секунду и, открыв глаза, прохожу мимо Артёма. Меня всю трясёт, так и хочется развернуться и сказать ему что-то колкое, мерзкое, такое, чтобы он даже не думал приближаться ко мне.

Стою на светофоре, прилагаю все силы, чтобы не повернуться и не посмотреть на бывшего. Считаю секунды, и тут подъезжает мой автобус. Ещё пятнадцать секунд. Я осматриваюсь по сторонам, замечаю краем глаза Артёма – он быстрым шагом идёт в мою сторону. Сердце начинает бешено колотиться, цифры на светофоре меняются крайне медленно, время словно останавливается. Часто дышу, загорается красный для машин, мой автобус как раз останавливается перед пешеходом. Делаю вдох свободы, чувство облегчения, всего несколько секунд – и я буду в безопасности.

Вместе со всеми людьми начинаю движение, но меня резко отбрасывает назад. Я даже опомниться не успеваю, как вновь вижу лицо Артёма перед собой. Он держит меня за предплечья.

– Да что тебе надо? – воплю я, быстро бросая взгляд на светофор, всего десять секунд – и мой автобус уедет. Кручу плечами, пытаясь высвободиться. – Ты же хотел избавиться от меня! Вот он шанс! Отпусти меня! Мне надо домой!

– К дочке торопишься?

Всё тело парализует, каждая мышца защитно напрягается, пальцы на руках немеют. Ошарашенно смотрю на Артёма. Он знает, что я родила от него дочь? Поэтому он вернулся? Хочет забрать её? Но как? Серёжа… Нет, он не знает, кто отец моей дочери, и вообще не знает, что я знакома с Артёмом. Может, и Артём не догадывается? Но я понимаю, что скрыть дочь не получится.

– Не твоё дело, – фыркаю я, но больше не дёргаюсь, стою, смотря в глаза Артёму, и слышу среди шума от машин, как проезжает автобус. – Да блин! – я с силой дёргаюсь от Артёма. Теперь я опоздаю домой, если повезёт, то приеду прямо перед тем, как Миле надо будет ложиться спать. – Всё из-за тебя! Какого хрена ты припёрся? Из-за тебя я опоздала на автобус! Да что тебе надо? Приехал защитить Серёжу от меня? Так иди и расскажи ему всё о нас! Расскажи, как твоя мать… – я затыкаюсь, чуть сгоряча не проговорившись о её предложении взять деньги и сделать аборт. – Тебя не должно волновать, куда я тороплюсь и к кому! Но если для тебя это так важно, то из-за тебя я опоздала на автобус и теперь вернусь чёрт знает во сколько домой! А там ждёт МОЯ дочь! – я кричу, внутри появляется отчаяние. Вспоминаю, как Артём стоит передо мной с этими фотографиями, как его мать кидает деньги на стол. Я не жалею, что родила дочь, но мне было очень сложно, даже несмотря на поддержку родителей. Все мои мечты были выброшены в мусорку, а теперь, когда я начала восстанавливаться и идти дальше, вновь появляется Артём. – Всё из-за тебя! Ты разрушил мою жизнь! Всего несколько часов, а ты уже успел испортить мне день.

Мне так хочется заплакать, чувствую своё бессилие перед всей этой ситуацией. Отворачиваюсь, часто моргаю и смотрю, как вдалеке едет мой автобус.

Прикладываю руку ко лбу и выдыхаю. Успокаиваюсь, несмотря на Артёма. Чего я так разнервничалась? Вызову такси и доеду до дома. Вера Степановна с Милой, если бы что-то случилось, она бы позвонила мне и предупредила.

Но словно кто-то услышал мои мысли, мой телефон звонит, на экране имя соседки.

– Да, Вера Степановна, – какое-то нехорошее предчувствие появляется внутри, и тут слышу всхлипывания. – Что случилось? – Анечка, милая. Прости меня, пожалуйста… – пока она это говорит, у меня перед глазами проносятся различные события, воображение рисует такие страшные кадры, что кожа покрывается мурашками, а по спине пробегает холодок. – Мы после садика зашли в парк, который возле дома. Мила пошла играть на площадку… – Что случилось? – я уже с трудом дышу, у меня паника. – Мила, кажется, сломала руку. Мы едем в девятую больницу… – Мамочка, – на заднем фоне появляется жалобный стон дочери. – Больно.

Я в ужасе представляю свою дочь, её заплаканное личико, а меня нет рядом. Слышу, что Вера Степановна даёт трубку Миле.

– Зайчик, я скоро буду. Ты приедешь, а я уже там. – Быстрее, – я с трудом разбираю, что она говорит из-за всхлипов, Мила вновь начинает реветь в голос. – Всё будет хорошо. Я сейчас приеду, не плачь, моя хорошая. Мамочка скоро будет, – внутри всё сжимается, я сейчас сама заплачу вместе с дочерью. – Хорошо-о-о, – она отдаёт телефон обратно Вере Степановне. – Прости, я не знаю, как так получилось… – Успокойтесь, – произношу я, не хочу, чтобы Вера Степановна винила себя. Это ребёнок. Мила очень активная и лезет, куда не надо. Не хватало ещё, чтобы с Верой Степановной сейчас что-то случилось из-за переживаний. – Я скоро приеду, и вы ни в чём не виноваты. – Прости меня, Анечка. – Всё нормально. Мне надо такси вызвать. – Хорошо, – она скидывает вызов, и я начинаю тыкать в телефоне дрожащими пальцами, открываю приложение. Время ожидания такси – двадцать минут.

– Чёрт, – я осматриваюсь по сторонам. Думаю, что делать. – Куда тебе? – удивлённо смотрю на Артёма, я вообще забыла, что он здесь. – Я отвезу.

Я мнусь, кусаю губу. Такси приедет нескоро, до метро бежать два квартала, на автобусе долго. Артём – это лучший вариант сейчас, но принимать его помощь совсем не хочется.

6

Может быть, есть ещё какой-то способ? Дышу часто, мысли в голове путаются. Мне кажется, может случиться что-то страшное, если я сейчас же не окажусь рядом с дочерью.

– Ну? – Артём равнодушно смотрит на меня, словно мы просто старые знакомые и он как будто только что не обвинял меня во всех смертных грехах. – Я как понял, тебе срочно куда-то нужно? А ты стоишь и тратишь время впустую? Не набивай себе цену. Я второй раз предлагать не стану.

Он разворачивается и уходит. Я растерянно смотрю ему вслед, испытывая гнев и ненависть. Меня злит, что даже, предлагая помощь, Артём не упускает случая поддеть и оскорбить меня.

– Стой! – крик сам вырывается из меня. Артём останавливается, но даже не оборачивается. Я быстрым шагом подхожу к нему. – Извини. Мне срочно нужно в девятую больницу.

На секунду лицо Артёма меняется: появляется какая-то тревога, озабоченность, а затем оно вновь становится равнодушным.

– Что там? – он даже не смотрит на меня.

– Моя дочь сейчас едет туда, – я сглатываю, слова даются с трудом. – Я должна быть там как можно скорее.

– Сколько ей?

– Что? Какое это сейчас имеет значение? – я нервно смотрю на Артёма, но он всё ещё словно не замечает меня.

– Сколько ей? – с нажимом повторяет он и поворачивается ко мне, смотрит свысока, пряча за равнодушием что-то другое.

– Недавно исполнилось четыре, – врать и увиливать нет смысла: Артём может всё узнать у Серёжи, если захочет. С опаской смотрю на бывшего, уверена, он догадается. Что тогда будет?

– Кто её отец?

От его вопроса холод пробегает по спине, кожа покрывается мурашками. Я не хочу говорить Артёму, что он – отец моей дочери.

– Это не важно, – отворачиваю голову, не могу смотреть ему в глаза. – Просто помоги мне, пожалуйста.

Но он дёргает меня за локоть и разворачивает к себе: моё лицо оказывается в неприличной близости от его.

– Её отец – я?! – кричит Артём, и моё сердце замирает; становится жарко, дышать сложно.

– Нет! – также криком отвечаю я и уверенно смотрю ему в глаза. Артём несколько секунд изучает моё лицо, пока не убеждается, что я говорю правду, и только после этого отпускает локоть.

Он выдыхает и вновь принимает невозмутимый вид.

– Поехали, – говорит Артём, кажется довольный моим ответом, уверен, что я не солгала. Хотя я действительно сказала правду: у моей дочери нет отца.

Артём нажимает на брелок, и в нескольких метрах от нас отзывается чёрный гелендваген.

– Спасибо, – я с облегчением выдыхаю, хотя понимаю, что это не конец: Артём просто так от меня не отстанет и дорога будет долгой.

Мы подходим к машине; Артём даже не пытается быть галантным, сразу садится за руль. Я обречённо вздыхаю и, открыв дверь, сажусь рядом с ним.

Артём поворачивает ко мне мобильник: на нём открыты карты, и введён адрес девятой больницы.

– Эта? – спрашивает он.

Я киваю. Он заводит машину, и мы отъезжаем. Я смотрю в окно, обняв себя руками; мне неуютно рядом с бывшим. Воздух в машине какой-то колючий. Мне кажется, мы едем очень медленно: время тянется, часто останавливаемся на светофорах, и движение плотное.

– Значит, ты была беременна, когда встречалась со мной? – задумчиво произносит Артём, словно говорит вслух свои мысли, а не спрашивает меня, и я решаю молчать. Не поворачиваюсь, лишь сильнее сдавливаю предплечья. – Или сразу после залетела? А? Отвечай! Что сказать нечего?

– Не твоё дело, – отрезаю я.

– Отец тот, что на фотографиях? Ты ведь говорила, что он директор крупной фирмы? Не смог купить тебе даже квартиру в Москве? Приходится снимать?

– А я смотрю, ты уже в курсе всей моей жизни, – резко поворачиваюсь и смотрю на Артёма, сжав челюсть. Лучше бы мы ехали в неловком молчании, чем он открыл свой поганый рот.

– Серёгу не заткнуть, когда он говорит о тебе, – усмехается он с отвращением. – И что он нашёл в респешке? Может, ты уже отточила навыки в постели? Со мной-то была неповоротливым бревном. Хотя ты пыталась строить из себя мисс-невинность.

Злобно сверлю его взглядом. Как хочется ударить его чем-то тяжёлым, чтобы он замолчал и исчез из моей жизни навсегда. Это была ошибка садиться в машину вместе с ним. Было глупо думать, что он может вести себя нормально. Слушать всю дорогу его оскорбления я не намерена.

– Останови машину, – сдержанно произношу я и отворачиваюсь от Артёма, хватаюсь за ручку двери, чтобы выскочить, как только он затормозит.

– И не подумаю, – отрезает он.

– Что? – дёргаю ручку, чтобы открыть дверь. Скорость небольшая, движение плотное. Я уверена: Артём сразу остановит машину, как только увидит, что я настроена решительно. Но слышу щелчок замка – он заблокировал дверь.

– Ты никуда не пойдёшь, пока мне всё не объяснишь! Я любил тебя! Любил как умалишённый! Ты для меня была всем, а ты… – он морщится, сглатывает. – Я был для тебя запасным вариантом или тот мужик был запасным? Ты вообще ко мне хоть что-то испытывала? Я тебе хоть немного нравился? – в ярости бьёт он по рулю. – Блядь! Я ведь реально думал, что нашёл особенную, ту, которой нет дела до денег и статуса! Ты так хорошо играла! Зачем, блядь, ты всё это делала? Зачем?

Я уже вижу больницу; слушать крики Артёма невыносимо. Его слова рвут душу на части, бьют по ушам. Кажется, ещё секунда – и я зареву. Мне так больно слышать каждое его слово – это оскорбление. Я любила его и была искренняя, а он так пренебрежительно относится к моим чувствам.

Закрываю уши, опускаю голову и зажмуриваю глаза.

– Останови машину! – из меня вырывается такой сильный крик, что я не узнаю собственный голос.

Артём выворачивает руль; машина резко дёргается в сторону, и я чуть не бьюсь головой о стекло. Но тут же он нажимает на тормоз, и я подаюсь вперёд – ударяюсь лбом о панель.

7

Артём

– Аня, – вскрикиваю я, от ужаса перестаю дышать, секунда превращается в целую вечность, на автомате рука дёргается к ней, но я замираю, одёрнув себя.

Аня поднимает голову, со стоном трёт место удара.

Обратно откидываюсь на спинку сиденья, двумя руками сжимаю руль, стискиваю челюсть, смотрю прямо перед собой. Всё тело напряжено, делаю всё, лишь бы не посмотреть на Аню.

Чувствую её взгляд на себе. Знаю, как она сейчас смотрит: её глаза полны осуждения и презрения.

– Чей это ребёнок? – это не тот вопрос, который сейчас меня волнует.

– Ты чуть не убил меня. – Я вижу её лишь краем глаза, не хочу, чтобы Аня поняла, что я беспокоюсь о ней. Но я больше не могу держать себя. Вдруг ей нужна помощь? Всё из-за меня… Она заслужила это! Удар по голове – даже не половина той боли, что она причинила мне!

Я всё же быстро бросаю на неё взгляд. Мельком, лишь на секунду. Но этого достаточно, чтобы моё сердце сжалось, и меня всего начинает трясти. Под кожей словно сотни иголок. Слова прощения застывают на губах, опускаю голову, чувство вины жрёт изнутри.

– Прости… – тихо выдыхаю я себе под нос.

– Что? Прости? – она усмехается. – Серьёзно?

Резко поворачиваюсь к ней. Чёрт! Что со мной происходит, когда я смотрю на неё? Эта буря эмоций, одна сменяет другую. Кажется, ещё секунду назад я полыхал от гнева на неё, она растоптала меня, уничтожила, а теперь смотрю на неё и сгораю от желания поцеловать, словно что-то невидимое тянет меня к ней. Не могу оторвать взгляд от её губ. Во рту появляется сухость.

Опускаю взгляд на её грудь – Аня тяжело и часто дышит. Сжимаю ещё крепче руль, кажется, что я вот-вот сломаю его. Я должен… должен. Чувствую, как моё дыхание становится горячее.

Отворачиваюсь, меня трясёт от дикого желания. С трудом отпускаю руль и нажимаю на кнопку. Щелчок – и дверь разблокирована. Кладу руки обратно на руль, фокусируюсь только на своих действиях.

– Проваливай, – отворачиваюсь от Ани, что угодно, лишь бы больше не видеть её.

Но Аня не выходит, даже не шевелится. Ощущаю её взгляд на своём затылке.

– Что? – я не отвечаю, тяжело дышу, чувствую её запах, он проникает глубоко в меня. Голова начинает кружиться. Задерживаю дыхание. Я бы заткнул себе уши, чтобы не слышать её, но боюсь отпустить руль. Я сам себя уже не контролирую. Что она со мной сделала?

– Ты больной! – Аня дёргается, борется с ремнём безопасности.

Время тянется. Как же я хочу, чтобы она свалила, оставила меня навсегда. Зря я вообще решил встретиться с ней и поговорить. Столько времени прошло. Ребёнок явно не от меня, и почему-то от этого понимания внутри появляется какая-то грусть. Нет, я бы не хотел ребёнка от шлюхи, но что это за чувство? Мне нужно уехать, свалить из этого города и больше никогда её не вспоминать. Я смогу жить дальше.

Больше не могу находиться с ней в одной машине. Поворачиваюсь к Ане, кладу руку на её плечо и прижимаю к креслу. Не смотрю на неё, даже не дышу, просто делаю то, что должен: отстёгиваю её и, вернувшись на своё место, отворачиваюсь.

Аня тут же открывает дверь.

– Я уезжаю сегодня, – произношу я с болью внутри. Меня всего передёргивает от этих слов. – Ты больше меня не увидишь.

Поворачиваюсь, смотрю на Аню. Она замерла с открытой дверью, сглатывает. Я так пристально смотрю на неё, что мне кажется, я вижу все изменения в ней, даже как кровь пульсирует по её венам.

– Я очень рада, – произносит она и выходит из машины, хлопает дверью.

Смотрю ей вслед. Она забыла меня. Живёт дальше. Ребёнок, новый мужчина, работа. Уехала из нашего города и устроила новую жизнь. Живёт так, словно у неё не было прошлого, словно меня не существовало в её жизни. Меня злит, что у неё всё хорошо, пока я сгораю от ненависти, пока ищу её в каждой женщине, что встречаю. Она так изменилась… Может, теперь у нас бы всё получилось? Ведь ей больше не нужен спонсор, она не гонится за деньгами. Это понятно, ведь Серёга не так богат, обеспечен, но небогат. Не сможет дать ей то, что могу я. Наверное, теперь она поняла, что рядом должен быть не мешок с деньгами, а просто хороший и верный мужчина.

В голове тут же появляются картинки: как мы гуляем по парку, едим мороженое, я держу за руку нашего ребёнка, а впереди бегает её дочь... Даже не смей думать об этом! Я останавливаю разбушевавшуюся фантазию, завожу мотор, и машина срывается с места.

Я научусь жить. Женюсь на первой встречной и начну новую жизнь. Без неё! Она больше не будет мне мешать!

Я не разбираю, куда еду, просто давлю педаль газа в пол, а в голову продолжают лезть всякие мысли вперемешку с воспоминаниями.