Текст книги "Звенья Академии Драконов. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Оксана Гринберга

сообщить о нарушении

Текущая страница: 29 (всего у книги 34 страниц)

На это я вспомнила о том, как увозили в лазарет заплаканного Томаса, и сделала все, чтобы не озвереть. Приказала себе успокоиться и Нерис тоже угомонила, хотя понимала, что время для забав прошло.

Неро не шутил. Вот и мне тоже перехотелось.

– Наивно думать, что я на такое соглашусь или же вы сможете меня заставить. И вообще, с моей идентичностью все в полном порядке, – отозвалась я. – Она уж точно не принадлежит горстке сомнительных революционеров, одержимых жаждой драконьей крови!

– Видишь ли, Джойлин, ты непременно это сделаешь, – заявил Неро. – Даже если тебя там не будет.

– Ах вот как! – протянула я, начиная догадываться.

– Мы проследим, чтобы на месте взрыва, до которого осталось всего ничего, нашли отголоски Людской магии. Кое‑какие артефакты это устроят. Учитывая то, что в ТалМирене, а уж тем более на Приесте такой обладает Джойлин Грей, то выхода у тебя будет всего лишь два. Либо ты примыкаешь к нам и становишься героиней сопротивления, взорвавшей лазарет с богомерзкими драконами…

– Либо… – улыбнулась я.

– Либо сядешь в тюрьму, из которой не выйдешь уже никогда. И в Аллирию тебя тоже не вернут. Насколько мне известно, договора о возвращении преступников между нашими странами нет.

На это я допила кофе и поставила чашку на стол.

– То есть бомба уже заложена? – спросила у него.

– Мы с товарищами об этом позаботились, – кивнул Неро.

– Как быстро она взорвется?

– Через несколько минут. Но ты этого не узнаешь, потому что сейчас ты пойдешь со мной, – спокойно произнес революционер. – Отправишься в безопасное место, где подумаешь над своей идентичностью.

На это я посмотрела ему в глаза, а затем позвала Нерис.

Время игр подошло к концу.

Но Неро от меня не отставал и тоже кое‑кого позвал. Махнул своим подельникам, и те отлипли от окна и двинулись к двери, явно собираясь прийти ему на помощь.

Рассудили, что, лишив Джойлин Грей магии, им понадобятся трое – о, уже четверо, потому что появился еще один со стороны барной стойки, наверное, карауливший запасной выход…

Ну да, нужны четверо, чтобы ее связать и похитить. Доставить в место, где у меня будет время подумать над своей идентичностью, пока они взорвут от моего имени лазарет.

Только вот я тоже была не одна.

В тот момент, когда Неро кинулся ко мне, а официантка за барной стойкой завизжала, зовя на помощь охранника (но я знала, что тот не придет, потому что революционеры заранее обо всем позаботились)… Так вот, я ударила по Неро боевым заклинанием.

Нет, била не слишком сильно, хотя мне этого хотелось, а Нерис бормотала в голове, что надо его прикончить.

Он мне нужен был живым и способным вести внятный диалог.

А изумление в его глазах стало для меня отличной наградой, потому что из «о, мой победитель!» Неро моментально превратился в побежденного. Завалился на пол, а сверху на него упал еще и соседний стол, тогда как я запечатала заклинанием входную дверь.

Ну, чтобы вбежавшие в нее революционеры никуда не делись.

После чего…

Тут я обнаружила, что в меня летит нож. Брошенный рукой того, кто находился возле барной стойки – похоже, он собирался решить проблему с моей идентичностью радикальным образом.

А привычной защиты на мне не было, потому что она исчезла из‑за артефакта на шее Неро. Тут уже я прошляпила!

– Нерис! – воскликнула я, понимая, что мне понадобится вся ее магия, и очень много.

И еще то, что я могу и не успеть…

Но нож в меня так и не воткнулся. Отскочил от бронированной темной чешуи, моментально покрывшей мои руки и грудь, потому что Нерис спасла нас даже быстрее, чем успела сделать я.

Наверное, это было интересное зрелище – чешуйчатая Джойлин Грей, – которым так никто и не насладился.

У меня не было на такое времени.

Неро пытался прийти в себя и выбраться из‑под стола. Два революционера дергали дверь, передумав меня захватывать, а в их сторону уже летело заклинание Молота.

Не привыкшая к драконьей магии, я немного перестаралась. Силовая волна врезала этих двоих в дверь, порядком по ней размазав. А потом они осели на пол, хотя до этого я услышала треск костей.

Но утверждать наверняка не могла, потому что девица за барной стойкой вопила так, словно тут убивали ее, а не меня.

– Да сколько можно! – воскликнула я, но затем решила, что запечатать ей заклинанием рот будет довольно негуманно с моей стороны.

Хотя она и вела себя негуманно по отношению к моим ушам.

К моему огорчению, последний революционер успел сбежать. Нерис тотчас же предложила кинуться за ним в погоню, потому что я уже набросила на тех двоих, что лежали, стоная, у дверей, связующие заклинания.

«Не сегодня, – сказала я ей. – У нас нет времени ловить революционеров по улицам Приеста».

– Не визжи! – повернулась к официантке. – Иначе с тобой будет то же самое.

Блефовала, но мне нужны были мои уши.

Затем я подошла к Неро.

Заклинание, придавившее его к полу. Еще одно, после чего я принялась усиливать давление. И делала это так долго, пока он не захрипел.

– Бомба, – напомнила ему. – Где именно вы ее установили?

Лазарет находился в трехэтажном здании недалеко отсюда. Но как мне ее найти и обезвредить, если она может взорваться с минуты на минуту?

– Да пошла ты… драконья подстилка! – с ненавистью отозвался он.

– Вообще‑то, я и сама дракон, – сообщила я ему. – Так что ты, Неродий Трасс, совершил эпический провал, за что и поплатишься. Но у тебя есть возможность поплатиться за все в добром здравии, а не с переломанными конечностями.

Еще одно заклинание, и Неро захрипел. Давление продолжало прижимать его к полу.

– У тебя мало времени, – сказала я ему. – Минута; может, чуть больше. После этого грудная клетка не выдержит, обломки ребер проткнут твои легкие, и ты, скорее всего, задохнешься в собственной крови. А я с радостью посмотрю, как ты сдохнешь. Ведь я дракон, и такое в моей натуре – мучить людей.

Тут я тоже блефовала, но Неро этого не знал. Зато он ненавидел драконов и ожидал от них, то есть и от меня, ответной ненависти.

– Хорошо, – наконец с трудом пробормотал он. – Останови это, и я тогда…

– Времени у тебя почти нет, – предупредила я.

– Первый этаж… – прохрипел он. Кажется, из его рта пошла кровь, на что я испугалась и немного ослабила заклинание. – Первый этаж, кладовая… Бомба там… Но она сейчас взор…

Дальше я уже не стала слушать.

Побила портал – да, с помощью магии Нерис, – наплевав на то, что будет делать Неро, хотя и крикнула напоследок, чтобы официантка сейчас же вызвала жандармов.

Промахнулась мимо координат, потому что опыта с драконьей магией у меня было мало, а это все‑таки Высшее заклинание.

Тут к моим рукам полилась привычная Людская магия, и я пробила следующий портал уже куда нужно. Как раз ко входу в лазарет, куда час назад заносили на руках маленького Томаса.

«Может, позвать Аэрна?» – спросила у меня Нерис, на что я споткнулась, тем самым едва не угодив в портал головой вперед.

«А что, так можно было?!» – спросила у нее изумленно.

Помощь Роэна мне бы сейчас не помешала.

Хотя, конечно, если он успеет, ведь мне нужно было как можно скорее найти и обезвредить бомбу, которую революционеры спрятали в кладовой на первом этаже лазарета.

«Зови», – сказала ей, хотя сама была уже на пороге лазарета.

– Вам сюда нельзя, мисс! – загородил мне дорогу пожилой охранник на входе.

Сам он оказался из людей – наверное, из местных, – потому что солдат нигде не было видно.

– Бомба, – сказала ему. – Мне сообщили, что внутри бомба, и здесь сейчас все взорвется! Зовите скорей подмо…

Затем посмотрела на то, как он улепетывал, бросив свой пост, даже не дослушав, что я хотела ему сказать. Кажется, помощи от него не дождаться, решила я.

«Ты уже позвала Аэрна?» – спросила я у Нерис.

«А что такое бомба? – поинтересовалась моя драконица. – Никак не могу ему объяснить».

– Нечто невероятно опасное, так что поскорее уже объясняй! – пробормотала я, забегая в здание.

И тут же замерла. Потому что передо мной была лестница, уходившая наверх, – и довольно крутая, – а еще она же вела вниз.

Кажется, в погреб.

Я задумалась, что можно считать первым этажом: тот, который второй, или тот, который подвал?!

Решив, что мне все‑таки наверх, ринулась по ступеням, прикидывая, что я знала о бомбах.

Выходило, что особо и ничего. Порох засыпали в крепкую форму – например, железную, для верности. Затем поджигали фитиль – если в простом варианте, – после чего: ба‑а‑ах – и все взрывалось!

Если в сложном, то ставили часовой механизм.

Если с применением магии, то заклинание, которое в определенный момент должно будет поджечь запал. Но в итоге огонь добирался до пороха, после чего происходил все тот же самый ба‑бах.

Учитывая уровень владения магией фанатиками‑революционерами – они ею не владели, но могли раздобыть артефакты, что отлично продемонстрировал Неро, – то я могла предположить, что они установили нечто простое, но от этого не менее смертоносное.

Такое, что могло причинить множество бед и разрушений – снести половину лазарета, например, погубив как больных, так и персонал.

Ну и меня заодно.

Но так как Джойлин Грей не собиралась заканчивать свою жизнь на Приесте, то я накинула на себя довольно много защитных заклинаний. Хотя понимала, что этого может не хватить.

Тут Нерис еще и добавила от себя чешуи.

Уж и не знаю, что в итоге получилось, но, стоило мне взбежать по лестнице и очутиться в длинном коридоре, в который выходило множество дверей… Так вот, первая встреченная целительница уставилась на меня, выпучив глаза.

– Драконам сюда нельзя! – очнувшись, замахала она на меня руками. – Уходите! Здесь Пепель…

– Бомба! – перебила я. – Быстрее, нам нужно действовать! Выводите отсюда больных!

– Но… куда выводить? – растерялась она.

– Да куда угодно! – рявкнула я, а затем уставилась на вышедшего из ближайших дверей молодого целителя.

Тот, к счастью, вовсе не впал в прострацию при виде чешуйчатой Джойлин Грей.

«Аэрн тоже не знает, что такое бомба, но они скоро будут», – сообщила мне Нерис.

Я моргнула, а затем сообщила целителю, что мне нужно как можно скорее найти кладовую на первом этаже. Пусть он немедленно меня проводит, иначе…

Если я буду бегать по коридору, дергая все двери подряд, то это закончится плохо.

Хотя не факт, что сейчас закончится все хорошо.

И он меня проводил – кинулся по коридору, а я поспешила за ним. Сзади, к моему облегчению, тоже забегали и принялись кого‑то и куда‑то переводить. Судя по голосам – подальше от кладовой, которая оказалась в дальнем конце коридора.

– Что мы ищем? – спросил целитель, стоило нам зайти внутрь в небольшое помещение, заставленное стеллажами и заваленное коробками и ящиками.

Свет в помещение попадал через окно, выходившее, к моему облегчению, на пустырь.

– Ты ничего не ищешь, – заявила ему, – а мне нужно найти бомбу. Наверное, это будет ящик или же… То, чего здесь не должно быть!

И почти сразу это увидела – припрятанное в углу за одним из стеллажей. Здоровенный черный шар, скорее всего из чугуна, размером с лошадиную голову.

Из него торчал тлеющий фитиль, а эта конструкция стояла еще и на бочке.

Вероятнее всего, с порохом. А почему бы и нет? Охрана в лазарете все равно условная, и протащить сюда можно даже дрессированного слона.

Но это было далеко не все.

Магия, причем Людская – я ее сразу же ощутила.

Защитное заклинание с примесью стихии Огня, какое‑то время назад активировавшее фитиль, а теперь не позволявшее его затушить. Сложные плетения, подпитывавшие тлеющий шнур, – напрасно я недооценила революционеров!

Но если это и был артефакт, то он находился внутри сосуда с порохом, и так просто его оттуда не достать и не уничтожить.

– Окно, – сказала я самой себе, понимая, что распутать заклинание и выковырять артефакт у меня нет времени.

Для этого нужно как минимум минут пять, а то и больше, тогда как оно… Фитиль уже почти истлел, и все взорвется в любую секунду!

– На окне защита, – произнес позади меня целитель. – Нужно погасить фитиль.

Я качнула головой, затем вскинула руку – и целителя вынесло в коридор вместе с дверью в кладовку. Это была моя ему благодарность – иначе мне его было не защитить.

Еще одно заклинание – и стекла вылетели наружу вместе со стоявшим на них защитными плетениями, заодно прихватили и оконные рамы. Я же вцепилась в бомбу – тяжелая, зараза! – подбежала к окну и выкинула ее наружу.

Она взорвалась, кажется, даже не долетев до земли.

И взрыв был такой силы, что я истратила все, что у меня имелось в резерве из магии, и все, что было у Нерис, пытаясь обуздать разрушительную мощь черного пороха. Не дать взрывной волне разрушить часть здания, а огню добраться до окон и попасть в палаты.

И пусть это было сильнее меня и Нерис, но я сопротивлялась как могла. Боролась с огненной стихией из последних сил – забирала у себя, забирала у своей драконицы, сняла с себя всю защиту. И даже чешуя исчезла, потому что обессиленная Нерис, кажется, упала в обморок.

А потом и я…

Вернее, сперва я не удержалась на ногах, а потом на меня что‑то грохнулось с верхних полок – и это оказалось довольно болезненно. Попало по голове, а еще по плечу, а затем, кажется, чем‑то острым разодрало руку – какими‑то медицинскими склянками.

После чего…

– Мы справились, – сказала я Нерис, хотя вряд ли она могла меня услышать, валяясь в отключке.

Вот и я, справедливо рассудив, что ее решение мне подходит, тоже потеряла сознание.

Глава 6

А потом я пришла в себя.

Но, будучи коварной от рождения, а еще наученная годами выживания в Сером Квартале, открывать глаза не спешила и признаков жизни тоже не подавала.

Лежала, пытаясь понять, где я нахожусь и что вокруг меня происходит, а уже потом решать, опасно ли это для меня или нет. А заодно как мне поступать дальше.

Я прекрасно помнила об угрозах Неро обставить свои делишки таким образом, что у меня не останется другого выхода, кроме как примкнуть к их сомнительной революции с противными моей природе методами.

В них входило не только распространение смертельной заразы, но еще и взрывы в лазаретах.

За такое я бы лично шла по следу всех этих революционеров, а потом пробовала на них всякие разные заклинания!

Преимущественно боевые.

Но мое давнее знакомство с Неро могло серьезно мне аукнуться, и сейчас я справедливо опасалась… Пыталась понять, уж не очнулась ли я в тюремной камере, куда меня поместили за пособничество преступникам?

Заодно лишили магии, после чего…

Хотя нет, магия со мной была. Людская; правда, от резерва, растраченного в попытке обуздать взрыв, остались лишь воспоминания. Драконьей я тоже не ощущала – Нерис пока еще не подавала признаков жизни, хотя я отчетливо чувствовала ее присутствие в собственном сознании.

Также моего носа касался тонкий запах лекарственной мази, а я еще ощущала привкус целительской магии и тугие бинты на правой руке и предплечье. Голова тоже побаливала – судя по всему, в той кладовой, когда я выкинула бомбу в окно, мне серьезно досталось.

А еще я чувствовала, что лежала на мягкой кровати, укрытая одеялом. Моего лица и глаз касался рассеянный свет, и все это вместе не тянуло на каземат.

Заодно и не походило на лазарет, потому что до меня долетали голоса. Кто‑то разговаривал неподалеку, но при этом я словно слышала их через стенку.

– С ней все в порядке, – устало отвечала кому‑то Каролина Майерс. – Не волнуйтесь, с мисс Грей все хорошо, и ее жизни ничего не угрожает. Да, как только она очнется… Вернее, как только ей станет получше, думаю, она ответит на ваши вопросы.

Но в голосе у целительницы мне послышалось сомнение.

– Мисс Майерс, вопрос от «Вестника Приеста», – пробасил незнакомый мужчина. – Вы уже слышали, что мэр города собирается наградить мисс Грей за столь смелый поступок? Насколько стабильно состояние нашей героини, и сможет ли она присутствовать на приеме в ее честь в мэрии?

– Никаких комментариев! – ответил за Каролину и за меня Хайрек. – На этом все! Прошу вас, господа журналисты!.. Уже поздно, поэтому покиньте территорию лагеря.

Но уходить они не собирались.

– Журнал «Садовый календарь Приеста». Правда ли это, что из пациентов лазарета никто серьезно не пострадал от взрыва? – протянул женский голос.

– Да, это правда, – отозвалась Каролина. – Мисс Грей успела как раз вовремя.

– Говорят, что жандармы взяли двоих злоумышленников и что мисс Грей сама их и задержала, – тут же вклинился «Вестник Приеста».

– Уходите! – вновь вступил в разговор недовольный Хайрек. – Все, время вопросов истекло!

– «Свободная Людская Газета» – прощебетал заливистый девичий голосок. – Скажите, был ли смыл спасать всех тех драконов в лазарете, рискуя собственной жизнью, если они все равно умрут? Лекарств у вас нет, и тем самым мисс Грей лишь продлила их агонию…

– Вон! – воскликнула Каролина. – Немедленно! Убирайтесь отсюда!

А затем, кажется, она убралась сама, потому что я услышала, как целительница, всхлипывая, пробежала мимо палатки, в которой, получалось, я и находилась.

Оставшийся Хайрек гневным голосом заявил, что если журналисты сейчас же не покинут территорию лагеря, то он будет вынужден призвать на помощь гвардию. А те уже применят силу, чтобы их отсюда выставить.

Тогда‑то я и открыла глаза. Пошевелилась, а с моих губ сорвался – клянусь, это не специально! – стон. И в ту же секунду надо мной навис Роэн со встревоженным, даже застывшим лицом.

– О Боги, Джой! – воскликнул он, и в его голосе я услышала слишком много всего…

Облегчение, радость, надежду – все то, что указывало, насколько сильно я ему небезразлична.

– Как же ты меня напугала, – добавил он, а затем сделал то, что казалось совершенно естественным в данный момент: потянулся к моим губам, собираясь поцеловать.

И я тоже сделала именно то, что было вполне естественно: закрыла глаза, думая насладиться заслуженным поцелуем. Потому что была хорошей девочкой и спасла весь мир…

В смысле, отдельно взятый лазарет в городе Приест, но и для этого мне тоже пришлось постараться.

А еще я задержала двух преступников и немного пострадала после взрыва, из‑за чего теперь лежала в одноместной палатке (как раз успела разглядеть) в лагере целителей, к которому мы с Роэном были приписаны добровольцами.

Меня хотели видеть журналисты, но Хайрек их прогнал.

Кажется, мэр Приеста тоже не отказался бы меня увидеть, и я ничего не имела против, если бы его тоже прогнали.

Но награду пусть он все‑таки мне вручит.

Желательно деньгами.

А еще я подумала, что Нерис до сих пор в отключке, а когда очнется, то примется сокрушаться, что снова пропустила, как нас с ней поцеловали. И тогда‑то я ей скажу: «Кто слишком долго валяется в обмороке, тот пропускает все на свете, включая поцелуи»…

В этот момент я поняла, что меня до сих пор так никто и не поцеловал. Хотя если взять расстояние, разделяющее нас с Роэном, а затем прикинуть скорость, с которой он его сокращал…

И я открыла глаза.

Поморгала, уставившись на стоящего рядом со мной Роэна, а заодно и на вошедшую в палатку Каролину, которую я и не сразу узнала. Потому что на ее лице оказалась странная конструкция, похожая на привязанную ко рту и носу маленькую подушечку.

– Маска, как мера предосторожности, – пояснила она, и ее голос через подушку прозвучал сдавленно. – Тоже одно из изобретений Соргена. Нет подтверждений, что это работает, но лучше так, чем никак.

– Но зачем? – растерялась я. – Ведь я же…

Не договорила, потому что Каролина протянула Роэну две полоски, и тот засунул одну себе в рот, а вторую приблизил к моему лицу.

– Я сама, – сказала ему.

Поморщившись, вытянула руку – ушибленное плечо болело, а пораненная рука тем более, – и взяла одну, все еще пытаясь понять…

– Ты огромная молодец, – тем временем говорила Каролина. – Уж и не знаю, как тебе это удалось и почему эти мерзкие людишки…

– Потому что они фанатики, – отозвалась я, протягивая ей чистую полоску.

Вот и у Роэна была такая же.

– Вам придется делать эти тесты несколько раз в день еще двое суток, – произнесла Каролина, а затем поведала обо всем, что произошло после взрыва и моего падения в обморок.

Часть здания все‑таки обрушилась, и местами на меня. Но Роэн оказался рядом, моментально вытащил меня из‑под завалов и перенес в лагерь. После чего он вернулся к лазарету, где помогал целителям с пациентами.

– Хотя ты не должен был, – расстроенным голосом заявила ему Каролина. – Неужели ты не понимаешь, насколько это опасно?!

Роэн промолчал.

В общем, в лазарете все отделались кто легким, кто сильным испугом и парой небольших ушибов. Пациентов перевели в другое крыло, а о моей смелости и решительности рассказал всем молодой целитель по имени Арчи Кай, который и помог мне отыскать ту бомбу.

А еще официантка в кофейне – она тоже рассказала. Но сперва вызвала жандармов, и те увезли двух связанных мною горе‑революционеров в участок, где их и допросили.

Неро, к сожалению, все‑таки сбежал, как и еще один из преступников, успевший серьезно ранить охранника. Да так, что за его жизнь сейчас шла борьба.

Заодно официантка поведала, как меня тоже пытались убить, но я обездвижила троих, после чего улизнула от них через портал.

– Все было немного не так, – поморщилась я. – Я не сбежала, а отправилась искать бомбу.

– Расскажешь об этом жандармам, которые станут вести это дело, – заявила мне Каролина, а затем протянула темную склянку. – Обезболивающее, – пояснила она. – Выпей его, Джойлин! Травмы довольно неприятные, а тебе не помешает поспать этой ночью.

Посмотрела на Роэна.

– Пойдем со мной, – сказала ему. – Целоваться станете позже, если из вас никто не заболеет.

И ее голос прозвучал встревоженно.

– Я буду рядом, – улыбнулся мне Роэн. – В соседней палатке. Как видишь, мне тоже устроили карантин. Но если завтра к вечеру ничего не обнаружится…

– Все будет хорошо, – неуверенно произнесла Каролина, после чего ушла.

Роэн, на прощание прикоснувшись к моей руке, отправился за ней следом.

Я же, уставившись на колыхавшийся под потолком магический светлячок, долго размышляла о всяком разном. Например, о Роэне, который мог, хотя и не должен был, заболеть Пепельной Хворью.

Не должен был, потому что считал, что у него по какой‑то причине имеется иммунитет к этой заразе. А мог, так как возился с больными в лазарете, помогая переводить их в другое крыло, хотя никто его об этом не просил.

Ведь все целители – люди, которым Пепельная Хворь не страшна.

Вскоре ко мне пришли из лазарета. Принесли цветы – как оказалось, от того самого парня, Арчи Кея, которого я приложила магией, – надо же! А еще коробку со сладостями, которую мы съели, пока мне перевязывали раны.

К этому времени магия уже частично ко мне вернулась, и я удвоила собственные усилия, чтобы их затянуть. Но болело все отвратительно, и мне даже пришлось выпить микстуру, оставленную Каролиной.

Та заглянула меня проведать. В маске, конечно же.

Не приближаясь, протянула полоску, сказав, что с Роэном все в порядке.

Увидев, что со мной тоже, попрощалась до утра, посоветовав мне выспаться.

Она ушла, но тут проснулась Нерис, и мне нашлось о чем той рассказать. Я впервые, можно сказать, беседовала с кем‑то в своей голове, и это была вполне содержательная беседа.

А затем я сама не заметила, как заснула. И Нерис тоже – она любила у меня поспать.

После чего наступило утро, но ничего хорошего оно не принесло.

Но об этом я узнала позже.

Первым делом ко мне в палатку – наверное, услышав, что я подаю признаки жизни, – явилась Каролина. Опять же в своей маске.

Поздоровавшись, она сказала, что я выгляжу уже значительно лучше, после чего сунула мне полоску для теста. Увидев, что со мной все в порядке, целительница сняла маску.

– Не думаю, что ты могла подхватить Пепельную Хворь, – сказала мне. – Нам рассказали о твоих передвижениях в лазарете. Контакта с заболевшими у тебя не было. Но на всякий случай ты сделаешь за сегодня еще пару проверок. Ну и работа сегодня и завтра для тебя отменяется.

Затем осмотрела мои раны, от которых почти не осталось следа, и с удивлением констатировала, что заживление у меня идет так же быстро, как если бы я была драконом.

– Повышенная регенерация, надо же! – добавила Каролина.

На это моя собственная драконица лениво шевельнулась у меня внутри, потягиваясь и просыпаясь, но мне…

Мне почему‑то не хотелось, чтобы о Нерис узнал кто‑либо из посторонних. Внутренний голос, выживавший вместе со мной на серых улицах Серого Квартала, уверенно заявил, что у нас есть козырная карта, которую лучше держать в рукаве.

Не показывать никому, пока не пришло ее время.

Даже той, кого можно было считать своим другом.

Поэтому я обратилась к Людской магии, простейшим заклинанием заглушая присутствие Нерис. После чего заявила Каролине, что и у магов из Аллирии есть свои небольшие целительские секреты.

– Как там Роэн? – спросила я, обрадовавшись, что мне больше не нужно носить бинты. Да и зачем, если от моих ран остались одни лишь тонкие розовые полоски, которые скоро исчезнут?

– Пока еще спит, – отозвалась Каролина. – Зайду проведать его чуть позже.

Я вызвалась ее сопровождать, подумав, что мы разбудим Роэна вдвоем, но сперва мне не помешало бы привести себя в порядок. Ну, чтобы он не испугался растрепанной Джойлин Грей и не решил, что жизнь ему не мила.

Учитывая, что я находилась на полукарантине – то есть руководители посчитали, что заболеть я не могла, но собирались продержать меня пару дней в лагере, желательно в отдельной палатке, – мне все же было дозволено отправиться в душ, находившийся под трибунами.

Куда я и ушла, прихватив принесенные Каролиной полотенца.

А когда вышла, перед этим высушив и расчесав волосы и переодевшись в чистое платье, купленное еще в Неринге, то увидела… Я ее сразу же узнала – это была мать маленького Томаса, и она о чем‑то отчаянно спорила с солдатами, остановившими ее на входе в лагерь.

Причем спорила настолько громко и настойчиво, что я слышала ее почти истерический голос.

– Я уже сделала две ваших проверки, – твердила она. – Видите, я совершенно здорова! Дайте мне еще ваших бумажек, я сделаю сколько угодно. Столько, сколько потребуется! Что вы от меня еще хотите? Кто сказал, что мне нельзя находиться на этой территории?! Почему это запретная зона? Я не уйду отсюда, пока не поговорю с той девушкой… Джойлин Грей – вот как ее зовут!

На это я, порядком удивившись – интересно, что ей от меня понадобилось? – направилась в их сторону.

Надо же, промелькнуло у меня в голове, когда я подошла. Вчера, растерянная из‑за первой встречи с Пепельной Хворью, я и не заметила, что у матери Томаса красивое лицо с изящными чертами.

Правда, кожа была совсем уж бледной, а глаза заплаканные, так что цвет их было трудно определить.

Сейчас казалось, что он красный.

– Пойдемте со мной, – сказала ей. – Во‑он туда! Все в порядке, – я попыталась я улыбнуться солдатам из охраны лагеря. – Ей можно со мной поговорить, раз уж она не больна. Да и я тоже здорова, меня уже выпустили из карантина.

Хотя это было не совсем правдой.

Наконец мы остановились возле трибун.

– Что‑то с Томасом? – спросила я. – Надеюсь, он не пострадал вчера во время взрыва?

Она помотала головой.

– С ним все хорошо, – произнесла тусклым голосом. – Вернее, с ним все очень и очень плохо.

И заплакала.

– Мне жаль, что ваш сын болен, – расстроенно отозвалась я. – Но я слышала, что у детей все проходит значительно легче, и у него есть хорошие шансы.

Она покачала головой.

– Томас… Мне сказали, что он слишком слабый, а болезнь развивается совсем уж стремительно, так что прогнозы… Они плохие, мисс Грей! Его отец, хотя он и сильный, сейчас тоже при смерти. Но я не собираюсь сдаваться! – неожиданно резким голосом произнесла она.

– Это хорошо, – пробормотала я. – Сдаваться никогда нельзя. Но что вы думаете де…

– Им нужно лекарство, – перебила она. – Поэтому вчера вечером я сдала кровь. Я ведь не заболела, хотя все вокруг слегли. Значит, меня эта болезнь не берет и у меня есть…

– Иммунитет, – подсказала я. – Да, это хороший знак. – Хотя я уже много раз слышала, что из крови людей вакцину не сделать. Такое пытались получить на протяжении многих лет, и все бесполезно. – Уверена, в лагере все непременно проверят.

– Именно об этом я хотела вас попросить. Мое имя Эмбер Райз, и… Пусть они проверят мою кровь как можно скорее! Мне не к кому с этим обратиться, только к вам, мисс Грей! Не могли бы вы как‑то… на это повлиять?! У моего сына почти не осталось времени!

– Повлиять на то, чтобы поскорее проверили вашу кровь? – переспросила я. – Да‑да, конечно! Я… Я это сделаю. Сейчас же пойду и повлияю. Вернее, в лагере все начинают работать где‑то через полчаса, и я прослежу, чтобы вашу кровь проверили первой.

– Спасибо! – всхлипнув, отозвалась она. – А вы… Мисс Грей, вы уже сдавали кровь? Я слышала, что в Аллирии такой болезни нет.

– У нас ее нет, потому что в Аллирии не имеется драконов, – ответила я. – Но кровь людей из нашей страны проверяли много раз. Если бы из нее можно было сделать вакцину, то все драконы ТалМирена давно были бы здоровы.

– Вы правы, – печально сказала Эмбер. Затем попрощалась и побрела прочь.

Я посмотрела на ее опущенные плечи, после чего вернулась в лагерь, где отыскала Каролину. Она как раз собиралась к Роэну, и я напросилась пойти с ней, прикидывая, как именно поговорю с целительницей о просьбе Эмбер Райз.

Мне казалось, что с этим не возникнет проблем.

Потому что они возникли с другим.

Роэну тоже отвели отдельную палатку на отшибе лагеря, и он уже поднимался с постели, но при этом выглядел заспанным и немного усталым. Это я тут же списала на его вчерашние героические подвиги по разбору завалов.

– Вот, возьми, – протянула ему Каролина полоску Соргена, пока я с воодушевлением рассказывала, что со мной все в полном порядке.

И нет, я не заболела и, судя по всему, мне это не гро…

Но оборвала себя на полуслове, потому что Роэн вытащил изо рта полоску, и мы трое неверяще уставились на розовые разводы на бумаге.

– Демоны тебя побери, Роэн! – вырвалось у меня.

– Возможно, попался бракованный тест. Вот, возьми другой, – растерянно произнесла Каролина, но я едва ее слышала.

Кровь прилила к голове, к глазам и ушам. В них шумело, а зрение расплывалось.

Я поморгала, пытаясь поскорее прийти в себя, понимая, что вместе с кровью на меня накатило отчаяние. Такое, что даже Нерис сжалась в маленький комочек внутри меня, не понимая, что происходит.

Зато я, в отличие от моей драконицы, отлично все понимала.

Никакой это не брак, крутилось у меня в голове, потому что вторая полоска выдала похожий результат. И это вовсе не испорченная партия, хотя Каролина, отшатнувшись к выходу из палатки, сделала такое предположение.

А этот… этот идиот драконьего рода, решивший, что он бессмертный, неверяще уставился на свои полоски, показывавшие, что он все‑таки подхватил смертельную заразу!