Текст книги "Арестантка: Путь на Броссар (СИ)"

Автор книги: Нина Вайшен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 26 страниц)

18.2

–  Это Рассел, –  обрадовалась Мадлен.

Дверь с шипением открылась, и к нам вошёл рыжеволосый мужчина лет тридцати пяти, примерно ровесник Сантьяго на вид:

–  Майор Родригес! –  дрожащим от волнения голосом завопил Рассел и подскочил к Сантьяго, протягивая ему руку. –  Я даже не поверил, когда Мадлен сказала, что это вы!

Помедлив пару мгновений, майор пожал ему ладонь.

–  Это я, – сказал он. –  И мне нужна твоя помощь… звание какое у тебя, Рассел?

–  Я был капралом, –  смущённо ответил тот.

–  Мне нужна твоя помощь, капрал. На станции намечается серьёзная диверсия СИБ, –  по-военному отчеканил Сантьяго. – Есть информация, что это происходит в районе Шебутной лаборатории.

Он уже, не жалея себя, расхаживал. Мадлен дала ему футболку и потёртую куртку от рабочей робы. Если не знать, то и не угадаешь, что корпус Сантьяго был располосован три часа назад. И вылечен чуть ли не древними инструментами  и просроченными медикаментами. Что уж говорить про антисанитарные условия. Главное, правда, чтобы Сантьяго не перестарался, демонстрируя, что выздоровел.

– Там странные парни шляются, – брезгливо сказал Рассел. – Смотрят на нас сверху вниз.

–  Очевидно, что это люди из Сиб, –  вставил я.

–  А вы…. ты… Ласейрас, что ли?

–  Его брат-близнец, –  сказала Мадлен. Я никому не раскрывал своей личности кроме мальчишки, что сюда меня и привёл. Всё равно, пока я на станции, нужно поддерживать легенду, что Трой мёртв.

–  Что-то он никогда не рассказывал о брате –  усомнился Рассел.

–  Он его стыдился, –  ухмыльнулся Смарт.

Главное, не теряться. А то моя маленькая ложь может запороть всё дело.

– Не стыдился он меня, – скучающе отозвался я, будто уже сотый раз сталкиваюсь с таким недоразумением. – Нас просто разлучили в детстве.

– Да, ещё на Глизе, где Ласейрас родился, – твёрдый тон Сантьяго на корню пресекал любые возражения. – Диего с нами.

Пожалуй, это даже смешно. У меня уже третье имя. Жил себе двадцать три года Троем. Потом стал Крис, теперь Диего. Надеюсь, что я сам не забуду, как меня зовут.

– Ты проведёшь нас в Лабораторию? Возьмёшь его, – Сантьяго кивнул на Смарта. – Скажешь, что нового химика привёл. А мы прокрадёмся следом, рассмотрим всё со стороны.

– Наверное, смогу, – сказал Рассел. – Химиков не хватает. Скажешь, что работаешь с фрамием.

– Да! Просто обожаю работать с фрамием, из него лучшие фейерверки получаются, – веселился Смарт.

– Выдвигаемся через час, – решительно ответил Рассел.

Мадлен едва уловимым движением взяла его руку. Снова блеснуло серебром кольцо. И я почувствовал уверенность, что всё будет хорошо. В самой тяжёлой и безвыходной ситуации появлялся яркий луч надежды. Я с упоением подумал о встрече с Принс. Захотелось надеть на палец Принс кольцо.

«Ты станешь моей женой?» – мысленно спросил у неё я.

Ответ выбирать за Принс не стал, но мною овладело кипучее воодушевление. У нас получится предотвратить эту диверсию, спасём людей, а потом встретимся с Принс, и я спрошу. Спрошу.

Жаль, у меня кольца нет, и я даже не знал, где его взять. Но всё это такие мелочи. Обязательно найду, если нет, попрошу у Смарта сделать.

Да, я чувствовал себя слепым на минном поле, где любое движение опасно, но чувствовал нить, за которую мне нужно держаться, чтобы выбраться. Моя Принс. Она должна стать моей невестой, и не в каком-то походном варианте, а в настоящем. Чтобы никто больше не говорил, что Принс невеста Сантьяго.

Я посмотрел на него. Это же я его вытащил, вытянул из бездны просто по наитию, на упрямстве, что не могу допустить его смерть. Я ведь даже не знал, куда бежать и что делать. А теперь мы стоим здесь, и надежда появилась не только у меня, но и местных пиратов. Как будто моё слепое упрямство изменило судьбу. Но ведь изменило же!

~3112~

Когда я сказала Винсенту, что отец вышел на связь и хочет его обменять, он едва не подавился картошкой, которой его угостил Матео.

– Ты шу…шутишь?! – воскликнул он на всю кухню.

– Нет. Через час вылетаем на место встречи.

– Какие-то переменчивые настроения у твоего отца, – Матео похлопал по спине всё ещё кашляющего Винсента.

– Думаю, что у мистера Ареса Лякрияна были сложности, с которыми он смог справиться, – из-за моей спины раздался приятный голос Гомера.

Я обернулась и на несколько секунд застыла. Меня почему-то завораживала его галантно убранная за спину рука. Это не выглядело по-военному, как я привыкла. Слишком расслабленно, своевольно, живо. Он был собран, но собран не по вбитой дисциплине. Просто ему доставляло удовольствие убирать руку за спину. Да и вообще он будто наслаждался каждым своим движением.

– Вы пришли перекусить? – с интересом улыбнулась я.

– Да, Альдо попросил эту милейшую даму проводить меня сюда, – он указал на Кали, которая пришла с ним.

– Накорми гостя, Матео, – сказала Кали и кинула прямой взгляд на него. – Приказ полковника.

На самом деле мне всё больше бросалась нарочитая грубость Кали по отношению к Матео. Если она таким образом хотела, чтобы он осознал, что между ними всё кончено, то это перебор. Он и так всё понял с первого раза.

– А почему вы такая невежливая? – словно услышав мои мысли, сказал Винсент.

Отошёл уже немного. Помылся, осмелел, с Матео поладил.

– Прости, а тебе кто слово давал? – Кали наклонилась к Винсенту, практически дыша ему в лицо.

Он слегка отшатнулся, но испуганным не выглядел.

– Простите, я не знаю вашего имени Мисс, чтобы спрашивать разрешения говорить, – улыбаясь ответил он.

Кали застыла, видимо, переваривая пассаж.

– Кали меня зовут, – выдохнула она, оставила Винсента в покое и обратилась к Матео: – Накорми гостя, сделай одолжение. Мне нужно поспать.

– Конечно, я всех одену, всех накормлю, – смеясь сказал Матео и отправился к Примавере, разогревать овощи для Гомера.

Кали вышла из кухни.

– Подождите, что это за гость без гостинца? – улыбнулся мне Гомер, доставая из сумки шесть небольших кубиков. – Эти пищевые картриджи подойдут и для вашей модели кухонного робота.

Я осторожно взяла из его рук кубики:

– Что это?

– Эксклюзивный обед на круизных кораблях Империи. Филе индейки, запечённый картофель, салат с корейской морковкой и чизкейк на десерт.

Мне очень хотелось спросить что такое чизкейк. Судя по названию сырный пирог. Слюны во рту прибавилось.

– И всё это в одном картридже? – спросил Матео.

– Да, – Гомер мягко улыбнулся. – Это уже не новая разработка, но довольно дорогая, поэтому используется только для претенциозных круизов.

– Бывал я на таких круизах. Пышно, но скучно, – вклинил Винсент. – Отец действительно меня заберёт?

– А что, ты уже и не против остаться? – Матео ухмыльнулся, засовывая картриджи в аппарат. – Не такие уж мы и террористы?

Винсент задержал взгляд на Матео, потом перевёл на меня:

– Сложно сказать, но… моё отношение к вам точно изменилось. Вы не такие уж и дикари, которыми вас считают у нас.

– Ну и среди вас находятся хорошие люди, – сказала я, думая про себя, считаю ли Винсента хорошим. Наверное, нет. Мне казалось, что я давала ему это звание авансом.

– Я считаю, что это важный поворотный момент, – с каким-то возбуждением сказал Гомер. – Здесь и сейчас меняется история.

Когда он это говорил, я почувствовала пряный запах мяса и печёного картофеля. Моё обоняние, привыкшее к пресным запахом, сходило с ума от восторга. Я застыла, упиваясь ароматом. Как же он был хорош. От этого и слова Гомера стали казаться верными, вескими, правильными. Всё меняется.

Я подумала о Трое. Мне не хватало его здесь за столом. Я надеялась, что вскоре мы окажемся вместе. Разделим радости и трудности этих перемен, в конце концов, они начались с него.

18.3

Родеус был маленьким. Кратеры усеивали поверхность планетки. Мы с Альдо, Винсентом и Кали спускались в челноке к одинокому холму, куда полчаса назад приземлился корабль Ареса Лякрияна. На смотровом экране раскинулась безжизненная пустыня, состоящая из белой как мел пыли. Атмосферы здесь почти не было, притяжение в разы уступало стандартному. Судно слегка вибрировало в такт работе двигателя. Летело мягко.

– Где корабль отца? – дрожащим от волнения голосом спросил Винсент.

– Вот там, чёрная точка, видишь? – указала я в смотровой экран.

Я повернулась к имперцу, вгляделась в его радостное лицо и почувствовала волну гнева. Скоро я увижу Ареса. Руки заныли, будто их снова сковывали наручники, во рту всё пересохло, словно он раскрыт фиксатором. Смогу я держаться достойно, когда увижу ублюдка, что приказывал мне вырывать зубы? Злость подсказывала, что я должна была вернуть Аресу сына беззубым, а ещё возможно и без языка, чтобы месть была удовлетворена сполна.

Нет. Мне бы не доставило радости вырывать Винсенту зубы. Не хочу этого. Я теперь другая. Не озлобленная арестантка с Пегаса. А кто?

Наш корабль приземлился, вздымая пыль. Какое-то время смотровое окно челнока заполонили переливы белоснежной взвеси. Когда она улеглась, я увидела стоящий рядом челнок начальника ВАД. Черная сфера с мигающими огнями, производящая устрашающее впечатление.

Мы оставили Винсента в основном модуле с Кали и вышли с Альдо в грузовой. Когда дверь в наш корабль открывалась, и я увидела Ареса, меня до кончиков пальцев пронзил страх. Пусть он был в гермошлеме скафандра, я хорошо помнила его внешность. Чёрные волосы, чёрные глаза, ухмылку, вспоровшую лицо.

«Продолжайте, пока она не заговорит», – из памяти звучал гремучий бас, обещающий новые муки, новую порцию соли на изувеченных дёснах.

Чтобы вырваться из плена воспоминаний, мне не хватало кого-то рядом. Я даже оглянулась, ища. Карлоса. Он ведь всегда знал, как правильно себя вести. Но как-то всё реже всплывали в голове его фразочки. Чтобы он сказал, увидев, как я напялила нашу форму из старых запасов и встречаю Ареса Лякрияна, чтобы отдать ему любимого сыночка? Сказал бы, что я зря рискую. Имперцы только обманывают.

Точно. Я решила действовать так, как считаю нужным сама. Придирки и сомнения сейчас абсолютно ни к чему, а чаще я слышала от Карлоса их.

Трой бы сказал, что я делаю всё, как надо. Это немыслимо грело душу. Я представляла его руку в своей руке. Вспоминала тепло между ладоней. Сейчас нужно держаться за это.

Я снова взглянула на Ареса. Прошлое в прошлом. Сердце только гулко стучало. Громко. Казалось, что комната была наполнена стуком, и все слышат его.

Начальник ВАД нажал на переключатель гермошлема и стекло растаяло скрываясь в воротнике скафандра. И я чётко уловила. Увидев меня, Арес тоже испугался. Он слаб. Уничтожь. Рука опустилась на бластер. Твою мать, как я хотела отомстить за своё унижение, за свой траханный страх, за боль. Арес издевался надо мной почти до агонии. Я выла от боли, когда его люди вырывали мне зубы. Я умоляла о пощаде. Он раздавил меня, как чёртову букашку.

«А я что, твою мать, должна его простить?» – мысленно спросила я у Троя. – «И ему должно сойти с рук то, что он сделал со мной?».

Я улыбнулась назло бессильному гневу, что ещё копошился внутри. Назло ненависти, ползающей под кожей точно трупные чёрви. Я жива, я совсем этим справилась.

Кого я вижу перед собой?

Человека, когда-то причинившего мне боль.

Не то.

Кого я вижу перед собой?

Мужчину, который пришёл безоружным на корабль врагов. Отца, чьи глаза испуганно озираются в поисках сына. Я выдохнула, чувствуя, как гнев отступает. Чтобы Арес мне ни сделал, это в прошлом. Сейчас на кону большее, чем моя личная месть.

– Где Винсент? – спросил Арес, стараясь смотреть на Альдо.

– Говори с ней, – сказал тот, показывая на меня. – Она здесь главная.

Альдо сказал это так, что между моих лопаток прошла волна мурашек. Я главная. Да. Я сильная. Я другая. Я не рабыня своего прошлого. Если бы Альдо слышал мой поток мыслей, он бы посмеялся.

– Винсент здесь, – спокойно сказала я. – С ним всё в порядке.

Я открыла окошко двери в основной шлюз, там торчала рожа Винсента. Он, видимо, пытался подслушать, что мы говорим.

– Видите, мистер Лякриян.

Он подошел к двери, внимательно взглянул на сына. Облегченно вздохнул:

– Спасибо...

От его благодарности я чуть было не захлебнулась в новой волне злости. Но быстро успокоила себя. Хотелось высказать Аресу, что пусть в задницу засунет свою благодарность, но я умудрилась остаться внешне невозмутимой.

– Мы надеемся на что-то большее, чем спасибо, – сказала я, переглянувшись с Альдо.

– Да, вот, – он протянул мне круглый носитель данных. – Здесь коды свой-чужой. А проверка на Альфа Центавра уже инициирована.

Арес медленно открыл свой планшет, показывая голограмму документа, внизу светилась надпись «Отправлено».

– Документ выглядит подлинным, – Альдо почесал бороду. – Сколько продлится проверка?

– Месяц, возможно полтора, – сказал Арес, всё ещё не отрывая взгляда от Винсента. – Там действительно есть проблемы. Пока проверка будет идти, корпорации придётся умерить аппетиты.

– Хорошо бы полтора, – добавила я. – Винсент ваш единственный сын?

– Сделаю, что смогу, – как-то проблеял Арес, широко открыв глаза. – Да, единственный. А что?

– Ничего, просто вы рискнули всем, притащившись сюда ради сына, – как-то совсем расслабившись, сказала я. – Раньше имперцы никаких пленных не обменивали.

– Времена меняются. Мне удалось обойти систему.

Я нажала на кнопку, отрывая дверь, и Винсент вышел к нам. Он смотрел на отца виновато, подошёл к нему. Лицо Лекрияна вдруг с какого-то легко встревоженного превратилось в такое радостное, что вот-вот треснет слезами. Арес был настолько рад видеть сынка, что даже не злился. И я почувствовала, что совсем не испытываю к нему ненависти.

Винсент через несколько мгновений отстранился от отца и подошёл ко мне.

– Спасибо, что открыла мне глаза и сохранила жизнь. Трою тоже передай мою благодарность, – он смущённо улыбнулся. – Если разрешишь, я хотел бы тебя обнять.

Мне захотелось рассмеяться. Ох уж эти имперские обычаи, но с другой стороны так мило, когда они спрашивают. Вспомнилось, как Трой спрашивал, можно ли меня взять на руки.

– Обнимай, если у вас это считается достаточно приличным, – усмехнулась я. – И тебе после этого не нужно будет на мне жениться. Я занята.

– Обниматься можно, – сказал он, обнял совсем невесомо и шепнул. – Я найду способ вам помочь.

– Только сюда больше не суйся, не все добрые, как мы, – так же тихо ответила я.

Мы разошлись. Винсент ушёл к отцу, встал за его спиной. Арес протянул мне руку, и я секунд десять думала, прежде чем её пожать. Мне всё равно было чудовищно сложно. Преодолевая себя, я пожала его ладонь.

Он завис, разглядывая моё лицо, о чём-то серьёзно думая.

– Ты восстала из пепла, как феникс. Моё уважение, Принцесса. – сказал Арес.

– Мисс Принс Гонсалес, – поправила его я.

– Я просто надеюсь, – он вдруг притянул меня ближе к себе, и я чуть не выхватила бластер, но он продолжил шёпотом: – Что прошлое не помешает нашему  дальнейшему сотрудничеству. Расстановка сил должна измениться, и нам лучше быть на одной стороне.

Он вложил мне в руку сферический передатчик.

– Используйте только в крайнем случае. До встречи, – произнёс Арес, и они с Винсентом, когда тот надел скафандр, вышли из нашего челнока.

Я довольно глядела им в след. Для кого-то эта история уже закончилась хорошо. Это радовало. Я покрутила передатчик в ладони.

– Ты справилась на отлично, – сказал Альдо и едва заметно улыбнулся.

Глава 19. Жена Гектора

~Трой~

– Мы этого хмыря не знаем, Рассел, – голос начальника смены утопал в шипении, гудении и щелканье, что доносилось из открытых дверей научного отдела лаборатории. – Нам левых здесь не нужно.

Все эти звуки вибрировали внутри моей черепной коробки, скребли по натянутым от напряжения нервам. Мы с Сантьяго, сидя на корточках, прятались поодаль, между ящиками и стеной, покрытой ржавчиной. Прямо над нашими головами проходила оранжевая разграничительная линия. Она пульсирующе мерцала.

В сектор Лаборатории нам попасть удалось, но мы застряли перед дверью в научный отдел. Охраны – человек десять, одетых в чёрную броню, с какими-то нервно-собранными лицами. Казалось, только взгляни – взорвётся и начнёт палить. Некоторые из них стояли у двери, другие патрулировали коридоре.

Местные ли это пираты или переодетые имперцы? Больше они походили на первых, конечно.

– Сэр, нам же не хватает специалистов, – настаивал Рассел. – Вы…

– Вы пытаетесь увеличить энергоëмкость фрамиевого диска? – спросил Смарт, вслушиваясь в какофонию звуков из Лаборатории.

– Что?! – взволнованно спросил начальник смены и тут же ткнул пальцем в Рассела. – Ты ему сказал?

– Да какая разница, сейчас рванëт, – со скучающим видом пробормотал Смарт и спрятался за край наличника двери.

Только он успел это сделать, как по ушам резанул пронзительный писк, затем оглушительный грохот смел его, и взрывной волной из дверного проёма Рассела с начальником смены откинуло к противоположной стене коридора.

Запахло каленым металлом. Сантьяго кивнул в сторону входа. Выбираясь из-за контейнера, я обтерся о ржавую стену спиной, рыжая крошка осыпалась мне штаны. Воспользовавшись покровом дыма и суетой охранников, мы прошмыгнули поближе. Скользнули внутрь, прячась рядом с дверью.

– Откуда ты знал? – спросил отряхиваясь начальник смены.

– По звуку узнал установку Ланцет, кое-что подглядел за вашей спиной, – Смарт развёл руками. – Чтобы удержать жар фрамия в узде, ему нужен ошейник получше, чем микроволновое излучение.

– Какой? – спросил начальник смены, пропуская Смарта вперёд.

– Не спешите мистер…

– Тренс.

– Ого, мистер Тренс! Прям улей! – воскликнул Смарт, и его голос окрасился едва заметным металлическим объёмом, отражаясь от стен. – Масштабное у вас производство.

– Да, мы в последние годы расширились, – ответил Тренс. – Рассел, ты свободен.

Рассел остался на рабочем месте у серверов обработки данных. Нужно отдать ему должное, он волновался по пути сюда, но когда мы оказались в лаборатории, вел себя, как опытный обманщик.

– Так, какой у тебя опыт? – спросил Тренс у Смарта.

Мы с Сантьяго прятались между рядов огромных контейнеров и всякого наваленного на них хлама. Каких-то деталей роботов, металлических цилиндров, поршней. Рабочие в защитных шлемах разбирали завал ближе к центру помещения. Там, венчая наведенный взрывом бардак, посреди разрушенного гермопластикового куба стоял безрукий робот.

Синеватый дым вился поверх красноватых отблесков. В лаборатории кипела работа, взрывы здесь, видимо, считались рабочими моментами. То и дело мелькали тени, гремели басовитые голоса, но никакой паники не было. Сантьяго заглянул в один из контейнеров.

– Что там? – спросил я.

– Капсулы с отработанным фрамием, – Сантьяго тихо закрыл крышку.

– Они здесь разрабатывают новое оружие?

– Да, – он сурово глянул на меня, как на надоедливую муху, будто я задаю глупые вопросы. – Раньше это была крошечная лаборатория, а теперь… целый завод.

– Может, имперцы не случайно обосновались здесь? – спросил я, и почувствовал, как всё спокойнее говорю об имперцах, как о чужих. – Что, если это их место?

– Какой ты догадливый, – уголки губ Сантьяго чуть выгнулись в подобие улыбки.

– Ну да, иначе откуда у них такие масштабы? Столько фрамия… Здесь нужны не кражи налётами, а налаженные поставки.

– Всë так, – Сантьяго посмотрел на меня, как на потешного юнца, но как-то не обидно, скорее будто я сдал экзамен, когда от меня этого не ожидали. – Но имперцы тут хорошо маскируются, пока не вычислил ни одного.

Сантьяго выглянул из-за ящика, посмотрел в сторону Смарта.

– Вы слышали про взаимодействие фрамия и виски? – спросил он у Тренса.

– Нет. А это чем отличается от взаимодействия с обычным спиртом?

– Конечно, отличается. А виски у вас есть? Сейчас покажу, – сказал Смарт. – Тиамин, содержащийся в нëм, взаимодействуя с фрамием вызывает интересную реакцию. Мой друг однажды пролил виски на капсулу с фрамием и…

Послушать, что он говорит, подтянулись ещё несколько лаборантов.

Я приподнялся и увидел, как какой-то тип в дальнем конце лаборатории разблокировал гермодверь, за которой кажется, был кабинет. И совсем не обшарпанный, как всё здесь. А… чистый, мне даже почудилось, что я увидел там цветок в вазоне на столе.

Тронул Сантьяго за плечо, чтобы он тоже увидел.

Тот показал мне жестами:

«Идём, пока лаборанты заняты».

Мы короткими перебежками, двинулись к двери. Я случайно толкнул плечом один из контейнеров, и с него на землю упал железный поршень. В ужасе я замер, осмотрелся, но в какофонии взрывов, треска и громкого голоса Смарта никто не обратил внимания. Только Сантьяго зло свёл брови к переносице.

Мы добрались до двери, её створки почти съехались, и Сантьяго подложил под самый низ кусок отломанной железной пластины, которую нашёл на полу. Дверь закрылась, но не до конца.

– Заказчик будет с минуты на минуту, – раздался голос сквозь щель. – Все готово к встрече?

– Да, сэр, – ответил второй чуть взволнованный голос. – По поводу станции всё решено окончательно?

– Окончательно, – повисла пауза. – Ты эвакуировал семью?

– Да, сэр, – прозвучало тихо вполголоса, что я едва расслышал.

– Хорошо, – кто-то зашагал к двери, и мы с Сантьяго нырнули к контейнерам.

Из кабинета в коридор вышел молодой мужчина, у него была аккуратно стриженная борода, ровные бакенбарды.

Сантьяго показал мне на пальцах, что мы следуем за мужчиной. Он ещё раз взглянул на Смарта, которому вынесли уже стакан виски:

– Что ж. Смотрите, – Смарт сначала коснулся губами краешка пластикового стаканчика, видимо, пробуя виски, а затем с игривой бравадой собрался зайти в один из прозрачных гермокубов для испытаний.

– Ты что сам будешь опыт ставить? – ошарашенно спросил Тренс.

– А чего мне бояться? Я знаю о фрамии всё. И он всё обо мне знает, – сказал он, покрутив во второй руке колбу с фрамием.

Начальник хотел было его остановить, но, видимо, взвесив риски, решил, что в случае чего будет только труп незнакомца, и не стал мешать.

– Он точно знает, что делает? – шёпотом спросил я у Сантьяго, когда мы сворачивали за угол.

– Да. Фрамий просто превратится пену.

– В пену? – спросил я, но Сантьяго грозно обернулся на меня, прижав палец ко рту.

Звуки разговора стихали, по мере того, как мы следом за мужчиной с бакенбардами отдалялись от научного отдела лаборатории.