Текст книги "Мой кавказский отчим (СИ)"

Автор книги: Нина Северова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)

Глава 15
Аслан

Спускаюсь в столовую, завтрак уже накрыт. Халида ещё нет. Ему выезжать в школу через сорок минут, а надо ещё поесть. Вечно копается утром.

Сажусь за стол, наливаю кофе. Предстоит длинный день, куча встреч, обо всём надо договориться. Есть вещи, которые надо решать лично. Шахид не всё может разрулить. Это и хорошо и не очень. Всегда надо быть на коротком поводке с бизнесом, контролировать.

Но есть в этом тяжёлом дне и прекрасное. Моя София. Теперь не только отчёты Дауда. Теперь можно узнать напрямую.

Сейчас семь утра. София не спит с пяти. Она каждый день встаёт так рано, кормит животных, потом готовит завтрак и наводит порядки в доме. Я могу в любой момент подключиться к их камерам на территории и увидеть, чем она занята. Да, подглядываю. И, нет, мне не стыдно.

Набираю сообщение «Доброе утро, малышка. Как ты спала?». Отправляю.

Вот не пацан же, а колбасит. Такое чувство, что впервые ухаживаю за девушкой. Хотя… Впервые, да. Я никогда не дарил цветы, не водил на свидания. Подарки делал женщинам, с которыми спал. Но это была формальность, мне самому было насрать понравится или нет. Это просто плата.

С Софией же хочется другого. Удивлять, стараться. Оберегать.

Как там говорят? Влюбленный волк уже не хищник? Наверное. Но пока дело не коснется его женщины. Тогда хищник превратится в карателя и никого не пощадит.

София отвечает через восемь минут. Долго.

«Доброе утро. Хорошо. Не сплю уже часа два. Как ты?».

А как я? Хочу тебя рядом и всё. Чтобы просыпаться вместе, садиться за стол, куда-то ездить, разговаривать. Хочу всё. И желательно сразу.

– Доброе утро, отец, – заспанный Халид наконец-то появляется в столовой.

– Доброе. Проспал?

– Да, извини, – садится напротив.

– Ешь быстрее, скоро выезжать.

Сын кивает и тянется за бутербродами.

Возвращаюсь мыслями к Софии. Не хочу пока Халиду говорить, что она скоро появится в доме в статусе моей жены. Сын точно обрадуется. Но не буду заранее его эмоционально напрягать.

«Думаю о тебе всё время. Как освободишься, позвони. Я приеду».

Но даже если и не позвонит, я всё равно приеду. Сегодня, завтра и всегда.

* * *

В ресторане, где встречаемся с Разумовским, ни души. Заведение принадлежит его семье и они всегда здесь устраивают шумные семейные посиделки. Но когда дело касается бизнеса, ресторан закрыт для всех, кроме участников встречи. Никаких посторонних глаз и ушей.

– Добро пожаловать, Александр Богданович уже ждёт вас, – администратор провожает меня и Шахида к столу.

Что мне нравится в этом ресторане, что весь персонал здесь работают, а не ищут приключения на заднее место. Девушки одеты нормально, никаких декольте и коротких юбок. Все вежливые и понятливые. Знаю, что Разумовский платит им почти в четыре раза больше, чем на рынке. Поэтому нет текучки и ненадежных людей.

– Аслан, Шахид, – Саша встаёт и жмёт нам по очереди руки.

– Сразу к делу? – откидываюсь на стуле.

– Да успеем с делами разобраться, – улыбается.

– Верно. Документы всё равно все готовы, осталось только подписать.

– Что за девушка вчера с тобой была, Аслан? – Саша наливает воду в стакан.

Сжимаю кулаки до хруста. Шахид заметно напрягается.

– Что за интерес к моей женщине, Разумовский?

Саша смеётся и поднимает вверх ладони.

– Успокойся. Просто… она очень красивая. Лицо как у ангела. Я подумал, что эскорт. Хотел… Ну, неважно. Извини, – протягивает руку. Эскорт, блядь⁈ Учитывая, что Саша только с такими и возится, как он не смог отличить нормальную девушку от шлюхи?

– На первый раз прощаю. В следующий раз получишь по морде, – жму ладонь.

Шахид выдыхает. Он знает, что в гневе я себя не контролирую. И бесполезно пытаться меня вразумить, я могу переломать.

– Через неделю у меня юбилей, приходите, – откидывается чуть назад, когда официантка приносит заказ. – Будем здесь же. Народу много соберётся, но все свои. Алишер тоже обещал быть.

Грёбаный Алишер. Лакомый кусок для всех, кто хочет работать с иностранцами. Потому что его семья контролирует почти все каналы из страны. А те, которые не курирует, они уже наши. Так мы и начали с корейцами работать. Но никому об этом знать необязательно.

– Придём, – Шахид улыбается. Он любит такие мероприятия, потому что всегда там цепляет баб. Как будто в будни этого не делает. Да и вообще у него проблем с этим нет. Молодой, горячий. Я тоже таким был, но сейчас всё изменилось. Стараюсь не думать, сколько мне на ручном режиме придется выживать.

– Ну, теперь к делам? – Саша достает ручку из папки.

– Да, поработаем.

* * *

Время три часа дня. София ничего не пишет и не отвечает на мои последние двенадцать сообщений. Я злой как черт.

Посмотрел по камерам, она в своем огороде. Ходят туда-сюда с отцом. И раз не отвечает, подозреваю, что телефон остался в доме. Работает, малышка моя. Я рад, что она не белоручка. Но со мной ей надо будет только быть счастливой и улыбаться. Всё остальное я сделаю сам. И если сейчас она хочет мнимой свободы, ну хорошо. Пусть привыкает к мысли, что у нее есть мужчина. Я обещал ждать месяц – сдержусь. Изломаю себя, сойду с ума, но сделаю, что пообещал.

– Не хочешь в зал заехать? – брат постукивает по передней панели.

– Хочу, если всю дурь из меня выбьешь, – сжимаю руль.

– Как получится, – хмыкает. – Не хочешь мне ничего рассказать?

Не хочу. Но надо.

– София будет моей женой через месяц.

– Женой⁈ – Шахид хватает меня за руку, – Она же твоя падчерица или как это правильно называется. А Марина?

Блядь.

– Марина живёт отдельно почти месяц. Заебала меня злить и провоцировать. Как родит, заберу ребёнка. Мать из нее никакая, так что, проблем не будет, – бросаю на брата быстрый взгляд.

– Ты зверь, чтобы детей у матери забирать? А София? Она же вообще молоденькая для тебя.

Начинается морализаторство.

– Шахид, она отдала Софию своему брату и тот её удочерил и воспитывал. Я ещё не говорил об этом с Софией, но был свидетелем разговора. Марина появлялась в жизни дочери несколько раз. Понимаешь? Несколько раз за почти двадцать пять лет. Мой ребенок вряд ли ей нужен.

Достаю из бардачка бутылку с водой. Мне плевать на общественные нормы и как наши отношения выглядят для людей. Но София ещё сомневается и это меня беспокоит. Впереди разговор с её отцом, и я могу пойти нахрапом и просто забрать её. Или украсть и не позволять видеться с семьёй. Но я не хочу таким быть. Для Софии семья – это жизнь. Она сломается. А я никогда себя не прощу за это.

– София в курсе, что у тебя на нее планы? – Шахид берет бутылку из моих рук, открывает и протягивает обратно.

– Да. Я дал ей месяц привыкнуть к мысли, что она моя. Потом заберу, – выпиваю половину за три глотка.

Шахид молчит. Он знает, что бесполезно что-то говорить. Я всё решил. София моя и точка.

– Если ты будешь наконец-то счастлив, я только рад, Аслан.

Улыбаюсь. Мой брат – моя опора.

– Спасибо, родной. Я влюбился как сопляк. Даже цветы заказал сегодня. Первый раз, блядь.

Шахид заливается хриплым смехом. Он, в отличие от меня, умеет красиво ухаживать. Цветы, сюрпризы и прочая муть. Женщины такое любят. И после того, как он дарит им звёздное небо, они раздвигают ноги и он ловит оргазмы до звёзд из глаз. Не осуждаю. Это просто факт.

Заходим в зал. Шахид повёрнут на спорте, у него самые навороченные тренажёры, самые лучшие тренера и самый качественный инвентарь. Внутри всё сделано с умом, разделено на зоны. Много душевых кабин и два вида сауны.

– Груша или октагон? – спрашивает, когда выхожу из раздевалки.

– Октагон.

Шахид опытный боец. Рубится так, что его соперник выдыхается в первые пять минут. Но не я.

Мы боремся как буйволы, грыземся как львы. Ни он, ни я не даём слабину. И это ещё больше раззадоривает.

– Ты тяжёлый как слон. Надо похудеть, брат. Иначе раздавишь Софию своим весом, – Шахид тяжело дышит, когда я беру его в удушающий.

– Чё? Ты оборзел? – я аж растерялся. И, конечно же, брат воспользовался моментом и опрокинул меня на спину.

– Я сильнее и я выиграл, – лыбится довольный.

– Использовал моё слабое место, да? – лежу и снимаю перчатки. Шахид подаёт руку, хватаю и поднимаюсь. Хорошо поборолись. Теперь в душ.

Встаю под прохладные струи и жду, когда смоется пот. Закрываю глаза. Тело остывает, голова наконец-то успокоилась. Но душа ноет, хочу увидеть её. Целовал вчера столько и всё мало. Хочу ещё. Хочу всю.

Выключаю воду и оборачиваю вокруг талии полотенце. Мышцы приятно ноют. Шахид прошёлся по мне трактором, но тем и лучше. Поесть бы.

Достаю из пиджака телефон. София написала двадцать минут назад. Пока смска открывается, у меня начинает тревожно долбить сердце.

«Было много работы, извини, что не отвечала. Я освободилась, можем увидеться, если хочешь».

Да. Наконец-то. Самое время поклоняться своей принцессе.

Глава 16
София

Мы договорились встретиться через час у торгового центра «Космос». Нервничаю так сильно, что руки ходуном.

Специально выбрала нейтральное место встречи. Не хочу, чтобы папа увидел Аслана раньше времени. Станет задавать вопросы, на которые я пока что не смогу ответить.

Сегодня тепло, поэтому я надела бежевую водолазку и длинную коричневую юбку в мелкую клетку. С ботинками на каблуке будет хорошо смотреться. Волосы распустила, кажется, что так лучше. Смотрю на себя в зеркало. Да, неплохо.

– Ты не будешь с нами смотреть фильм вечером? – Сёма заходит в комнату.

– Нет, я сегодня гуляю вечером. Как я выгляжу? – поворачиваюсь к брату лицом.

– Красиво. Мне нравится, – улыбается.

Если Сёма сказал, что красиво, значит, это точно. Он единственный, кто говорит правду и то, что думает. Однажды мама приготовила суп из брокколи и мы все переживали ей сказать, что это очень не вкусно. И только один Семён выложил на чистоту. Больше такой суп мама не готовит.

На кухне суета, сегодня на ужин остался Ярослав. Рита, его жена, сейчас лежит на сохранении. Поэтому брат больше времени проводит у родителей. Говорит, без жены дома слишком тихо и ему не нравится эта тишина.

– Ты куда это собралась? – Ярик выходит из кухни и щурится. Светлые волосы взъерошены и торчат в разные стороны. Надо его подстричь, он уже просил.

– Гулять, – достаю ботинки из шкафа.

– С парнем?

С мужчиной. Почему-то мне кажется, что Аслан всегда был взрослым и серьезным, даже в более юном возрасте.

– Ну, можно и так сказать, – улыбаюсь.

– Папа знает?

– Нет.

– Почему?

– Потому что мы только познакомились и ещё рано о нем рассказывать, а знакомить с родителями, тем более, – сажусь на пуфик и завязываю ботинки.

– И мне не расскажешь? – Ярослав садится на корточки передо мной. – Софа, я бы не хотел, чтобы получилось как в прошлый раз.

Настроение сразу падает. Я понимаю, что брат из добрых побуждений говорит это, но кажется, сколько бы времени не прошло, они не оставят это в прошлом.

– Мне тоже. Но в этот раз всё… По-другому. Тебе не за что переживать.

– За что переживать? – папа заходит в дом и бросает на меня быстрый взгляд, – Не будешь ужинать?

– Нет. Поем в городе. Сегодня приду позже, хочу погулять с ребятами, – забираю у папы ветровку и вешаю ее в шкаф.

– Какими ребятами?

– Мы учились вместе на последних курсах. Решили встретиться, – беру ключи и завожу машину.

– Ну ладно. Если что, звони, я заберу тебя, – папа целует меня в лоб.

– Я на машине же.

– Мало ли.

В этом весь отец. Приедет среди ночи, отвезёт или заберёт. Накормит, напоит. В груди неприятное ощущение, что я его обманула.

Сажусь в машину, кладу сумку на пассажирское сиденье. Тревога какая-то. У нас ведь… свидание. Да уж, еду на свидание со своим отчимом. Каламбур.

Пока машина прогревается, достаю из внутреннего кармана сумки – подвеску, которую вчера подарил Аслан. Очень красивая. Одеваю, смотрю в зеркало, идеально подошла к водолазке. Хотя, наверное, такие украшения надевают только к роскошным платьям, но такого у меня нет.

В городе начинаются пробки. И мне не везде удается проскочить. Телефон вибрирует, меня сразу бросает в пот. Чувствую, что это Аслан. Смотрю на время, я не опаздываю. Открываю сообщение.

«Жду».

«Минут десять и буду на месте. Пробки начались».

Кладу телефон на колени и выруливаю на другую полосу. Чем ближе Аслан, тем сильнее я нервничаю. Надо успокоиться. Ничего ведь не случится страшного. Мы просто встретимся. В городе. С ним безопасно. Да, успокойся.

Делаю глубокий вдох. Медленно выдыхаю.

Подъезжаю к «Космосу» ровно через десять минут, как и обещала. Стоянка почти пустая, но один черный внедорожник выделяется на фоне других машин. Это точно он.

Аслан моргает фарами, и я паркуюсь рядом. Мужчина выходит из машины, ждёт, пока я отстегнусь и выйду. Боже, какой он красивый. Черный костюм, черная рубашка. Этот взгляд, который прожигает до нутра. Ну все, потекла от одного его вида, что ж такое-то!

– Привет, – вылезаю.

Аслан подходит ближе, наклоняется и целует. Опять этот напор, от которого у меня всё переворачивается. От него пахнет мужским гелем для душа и легким одеколоном. Я практически задыхаюсь.

– Теперь привет, – улыбается, но не отпускает.

Я молчу, у меня опять раздрай и Аслан это замечает.

– Слишком сильно? – смеётся.

– Да, ты прав, – провожу рукой по губам, кажется, даже припухли.

Аслан открывает мне пассажирскую дверь своей машины, помогает сесть. Внутри пахнет дорогой кожей. Панель вся в кнопках, всё подсвечивается. Мужчина садится, тянется назад и кладет мне на колени огромную охапку красных роз. Очень красивые и очень тяжёлые.

– Спасибо, – краснею до ушей. Опять эта неловкость. Наверное, я не умею принимать подарки?

– Не за что, это мелочи, – хмыкает.

Мы отъезжаем от торгового центра и попадаем в пробку.

– Куда мы едем? – спрашиваю и стараюсь не смотреть на Аслана.

– Ужинать.

И всё, никаких подробностей.

– Как прошёл день? – мне правда интересно, но когда задаю этот вопрос, чувствую себя максимально глупо.

– Нормально. Несколько встреч рабочих, потом с Шахидом боролись в октагоне, – забирает цветы с моих колен, убирает назад. – Дай руку.

– Поэтому у тебя ссадина на шее? – мужчина кладет мою руку себе на колено. Гладит сверху, переплетает пальцы. Его ладонь – кипяток.

Аслан поднимает бровь, будто не понимает, о чем речь. Провожу свободной рукой по полосе на шее.

– Болит?

– Нет, – мужчина заметно напрягается и я одергиваю руку. – Верни.

– Ты напрягся, поэтому…

– Могу показать ещё одно место, где я напрягся, София. Одно твое прикосновение и я уже готов, – улыбается какой-то хищной улыбкой.

Зависаю на секунду, не понимаю о чем речь. А когда доходит, меня снова заливает краской. Опять эти пошлости. Неловко, но приятно.

Мы подъехали к ресторану «Альфонс Муха». Я здесь никогда не была, но знаю, что тут отдыхают депутаты, предприниматели и все остальные, у кого хватает денег оплачивать счет. Сказать, что здесь дорого – не сказать ничего.

Внутри всё в темных приглушённых тонах. Черные столы с сиреневыми скатертями, темные кожаные стулья и диваны. Ощущение какой-то агрессии. Аслан вписывается в интерьер отлично, но я выгляжу странно, как белое пятно. Много столов занято, люди одеты в дорогую одежду. Меня никогда не волновал чужой кошелек, но я замечаю на себе любопытные взгляды, и это смущает.

Аслан ведёт меня за руку и его, кажется, всё устраивает. Наверное, он здесь не первый раз, потому что ориентируется хорошо. Садимся за небольшой стол с диванами, в углу зала, сбоку панорамное окно с видом на улицу.

– Здравствуйте, Аслан Анварович. Вам как обычно? – к нам сразу подошёл официант и чуть ли не начал кланяться.

– Нет. Принеси два блюда от шефа, рыбную и овощную нарезку, чай и потом десерт, – откидывается на спинку.

– Хорошо, приятного отдыха, – парень уходит.

Я рада, что Аслан сделал заказ и за меня, в том числе. Здесь очень неуютно и я бы не смогла выбрать.

– Расслабься, – Аслан закидывает руку мне за спину, утягивает к себе на плечо. – Вкусно пахнешь.

Невозможно рядом с ним расслабиться. Потому что тело реагирует не только на прикосновения, а даже на его запах, присутствие. Бабочки в животе сходят с ума.

– Собирай волосы, малыш, когда рядом посторонние мужчины, – наматывает мою прядь на палец.

– Почему? – привстаю.

– Потому что это только для меня. Твоя красота только моя, София, – взгляд серьезный.

– Хорошо. Сейчас с собой нет резинки.

Аслан улыбается и целует в лоб.

– На будущее.

Странные собственнические нотки, но спорить с ним, я думаю, бесполезно. Видимо придется включать женскую мудрость и идти на компромиссы. Так рассуждаю, будто уже согласилась быть его женой…

Нам приносят еду. Блюдо от шефа – это стейк с каким-то гарниром. Вкусно, но очень много и очень сытно. Я не съела даже половину. Рыбная нарезка выглядела красиво. Не люблю рыбу и морепродукты, поэтому я даже не притронулась. Аслан всё съел с удовольствием и его хороший аппетит почему-то порадовал.

– Какие планы на завтра? – проводит пальцем по моей щеке.

– Работа. Потом повезу Семёна в бассейн. И вроде всё, – смотрю на наши сцепленные руки и до сих пор не могу осознать, что это всё происходит на самом деле.

– Вечером приеду, – берет мою подвеску, крутит между пальцами. – Не снимай. Хочу, чтобы ты всегда носила мои подарки.

– Извини, но в огород и собирать яйца у куриц, я не буду в драгоценных камнях, – улыбаюсь.

Аслан смеётся. Даже странно, что мне надо объяснять такие вещи.

– Через месяц ты не будешь работать. Занимайся домом, если хочешь. Но никакой работы.

– Это дело моей семьи. Мне нравится работать.

– Да, но твоей семьёй стану я. И твой муж тебя всем обеспечит. Это не обсуждается, София, – хмурится.

– Я ещё не дала свое согласие.

– Формальность.

– В каком смысле?

– В любом. Ты уже моя, я просто дал тебе время осознать и перестроиться. Не сделаешь это за месяц, ну ничего. У меня большой дом, будешь примерять свою роль там.

– Аслан, так не получится. Если нет, значит, нет.

Мужчина кладет руку мне на шею, чуть сдавливает. Глаза блестят, губы приоткрыты. Настроение меняется за секунду.

– Для меня не существует слова «нет». Ни в чем. Я знаю, что ты сомневаешься. И понимаю это. Но ничего не изменится. Ты будешь моей женой через месяц и точка.

– Папа будет против.

– Возможно. Но всё равно отдаст тебя. Я умею убеждать, София.

– Не всё подчиняется только твоим желаниям. Семьи так не создаются. Нужна взаимность и чувства.

Аслан давит на моя скулы пальцами. Неприятно.

– Хочешь сказать, у нас нет взаимности? М? И если я проведу пальцем здесь, – просовывает руку мне под юбку, – Ты будешь сухая?

Сжимаю ноги и не даю ему прикасаться к себе там.

– Физическое влечение – это не то же самое, что душевная близость, Аслан. Я думала, что в своем возрасте ты это понимаешь.

Аслан замирает. Дышит тяжело. Сжимает мою ногу под юбкой. Смотрит так, будто я его задела и обидела, но вряд ли это возможно.

– Даже не представляешь, как я хочу этой близости с тобой. Но я… Не слишком мягкотелый, даже в таких вопросах. Чурбан неотёсанный.

Кладу руку ему на шею, тяну к себе. Аслан сразу целует, но уже не с таким бешеным напором. И у меня наконец-то появляется возможность отвечать ему. Бабочки в животе снова просыпаются, но летают по-другому. Будто сейчас всё не так. Нет добровольного подчинения, а есть обоюдная нежность. Аслан хрипло стонет и меня от этого звука подбрасывает. Он как дикий лев, который позволил себя приласкать. Опасно, но притягательно.

Мы бы целовались ещё долго, но у Аслана зазвонил телефон.

– Блядь, – упирается лбом в мой.

– Ответь, мало ли, – оставляю легкий поцелуй на губах и отодвигаюсь.

Аслан достает телефон, смотрит на экран и хмурится.

– Говори, – отвечает.

Допиваю чай и краем глаза замечаю, как он сильно сжимает кулак. Что-то случилось.

– Вези её в клинику, – сбрасывает звонок. – Блядь, – говорит уже тише и проводит рукой по бороде.

– Аслан?

– Марина упала с лестницы и у нее началось кровотечение. Дауд сейчас отвезёт ее в клинику.

О боже.

– Тебе нужно быть там.

– София…

– Ты можешь относиться к Марине как угодно, но ребёнок твой. Бросишь его в такой момент?

– Блядь, не так должен был этот вечер закончиться, – отпивает чай.

– Наверное.

– Извини, малышка, – тянется поцеловать. Но я отворачиваюсь. Сказка закончилась, разбилась о берега реальности. Я чувствую какую-то ревность. Или обиду. Не знаю. Но это неприятно. Хотя никто ни в чем не виноват. Ребенок особенно.

– София, пожалуйста, – кладет руку мне на плечо.

– Отвези меня до «Космоса», там пересяду в свою машину.

Аслан вздыхает, молча кивает. Подзывает официанта, быстро расплачивается.

Выходим на улицу, темно и холодно. Надо было одеться теплее. В машине едем молча. Аслан периодически поглядывает на меня, гладит по руке. Но мне не хочется отвечать. Знаю, что веду себя как дура, но неприятные эмоции пока что сильнее.

– Спасибо за ужин, – говорю, когда подъезжаем к торговому центру. Моя машина одиноко стоит, уже все разъехались.

– Мне жаль, что так вышло, – берёт меня за подбородок и поворачивает к себе.

– Мне тоже. Надеюсь, всё обойдется. Мне пора, – открываю дверь и выхожу. Аслан выходит следом, достает цветы с заднего сиденья и перекладывает их ко мне. Я уже и забыла о них.

– Спасибо.

Аслан закрывает дверь, подходит ближе. Нависает. Опять эта подавляющая энергетика.

– Чтобы ты не придумала себе, это ничего не значит. Ты единственная, София. Никого нет кроме тебя и не будет.

– Хорошо.

Аслан сжимает губы в тонкую линию. Злится. Открывает рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого целует. Кусает больно губы, обводит языком мой и прижимает к своему каменному телу. Держит нас на какой-то грани.

– Пора ехать, – отрываюсь первая.

– Завтра не отпущу тебя так рано, – проводит рукой по моим волосам.

– Посмотрим.

Сажусь в машину, поворачиваю ключ. Аслан садится в свою и не отъезжает. Наверное, ждёт, пока я тронусь с места. Отъезжаю почти сразу, хочу побыстрее уехать отсюда. Слезы катятся, как только сворачиваю с парковки. Тупая ситуация и моя реакция тоже. Я же всё знаю и все понимаю, но почему так расстроилась? Почему это больно? Бесит.

Домой не хочу ехать. Единственное место, где сейчас можно перевести дух – это озеро. Поеду туда.

Доезжаю до места минут за двадцать. Тишина. Открываю окно, не хочу выходить из машины. Просто сижу и смотрю на воду. В сумке вибрирует телефон. Аслан.

«Уже скучаю».

Радоваться бы, но почему-то только хочется плакать.