Текст книги "Мой кавказский отчим (СИ)"

Автор книги: Нина Северова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 44
София

Я предполагала, что они появятся на свадьбе, поскольку Александр партнёр Аслана по бизнесу. Но прямо не спрашивала, надеялась, что всё-таки Разумовские пропустят наше торжество.

Аслан подаёт мне руку, выхожу из машины придерживая подол платья. Погода сегодня хорошая, считаю, это добрым знаком.

– Ты как принцесса, – Богдан подходит первым и приобнимает меня за плечи.

– Спасибо.

Аслан сжимает талию, кажется, ему тоже неприятны эти гости.

Александр молча смотрит и улыбается. В его взгляде слишком много эмоций, на которые у меня нет ответа. Папа оказывается рядом и хмуро смотрит на мужчин.

– Дмитрий, рад тебя видеть, – Богдан подаёт руку папе и тот сразу её жмёт.

– Взаимно, – отрезает.

Неправда. Папа всегда дружелюбен и сразу спрашивает у человека как дела. Сейчас ему некомфортно и это меня расстраивает. Свадьба для всех, кроме нас.

Церемония в ЗАГСе проходит спокойно. Меня и Аслана засыпают поздравлениями и объятиями. Приехало человек сорок и все с букетами. Нам пришлось пересесть в машину Шахида, потому что Дауд погрузил часть цветов к себе в салон и сесть там негде.

– Ну все, Байсарова теперь, – Аслан крутит обручальное кольцо на моём пальце. – Моя жена, – улыбается.

Шахид смотрит на нас в зеркало заднего вида и довольно хмыкает.

– Всё ещё надеюсь, что воспитаешь этого дикаря, совсем от рук отбился, – смеётся.

– Договоришься и врежу тебе, – Аслан толкает брата в плечо.

Закатываю глаза. Напоминают племянников моих. Те вечно дерутся, потом мирятся, потом ругаются и так по кругу. Наверное, у мужчин это с возрастом не проходит, да?

Кладу голову Аслану на плечо, закрываю глаза. Разговор со свекром ещё на фоне тревожит, но я в большей степени – успокоилась.

Мы выбрали кольца из белого золота. На смуглой коже Аслана выглядит особенно красиво. Он настаивал на камнях и гравировке, но я переубедила. Мне хотелось классики. Так что наши кольца самые простые.

– Жена, – проводит губами по виску.

– Будешь теперь так меня называть? – поднимаю голову.

Аслан счастлив, вижу это по взгляду. Морщина на лбу практически разгладилась и он будто стал моложе. Муж. Мой. Грудь сдавливает чувство глубокой нежности и привязанности. Теперь мы будем всегда вместе. Спать в одной кровати, завтракать, гулять. У нас есть Халид. Семья.

Притягиваю мужа за шею, касаюсь губами, но не как всегда. Это признание. Мы теперь одно целое и я хочу, чтобы он это почувствовал также, как и я.

Аслан тихо стонет в поцелуе, сжимает мою руку и да, он всё понял.

Шахид прокашливается и мы отрываемся друг от друга.

– Извините, голубки, но мы приехали, – сияет своей белоснежной улыбкой.

Аслан недовольно поджимает губы и проводит пальцем по моей щеке. Кожа сразу горит.

– Придется держаться до брачной ночи, но я почти готов уехать прямо сейчас.

– Меняем маршрут? Могу подкинуть с ветерком, если так не терпится, – Шахид поворачивается к нам.

– Не выводи меня, Шах. Слишком много болтаешь сегодня, – Аслан опять бузит.

– Пойдёмте, гости уже подъезжают, – выхожу из машины первая.

В ресторане всё украшено всевозможными цветами. Мы выбрали черно-белое оформление зала, выглядит очень стильно. За столом жениха и невесты висит растяжка с надписью «Байсаровы Аслан и София».

В зале много небольших круглых столов. Гостей рассаживали по принципу, если знакомы, то могут сесть рядом. Моя семья расположилась отдельно, к ним не хотелось никого подсаживать. Но во время торжества, Шахид пересел к моим и они оставшееся время проводили вместе и весело.

Анвар Зелимханович сидел вместе с Разумовскими. Учитывая, что они практически на нас не смотрели, наверное, решали очередные дела. Да, самое подходящее время и место.

Когда прошли первые пару часов и атмосфера напряжения немного спала, мы с Асланом выходили к гостям и коротко старались пообщаться с каждым. Некоторых людей я видела впервые, а других только по телевизору. Были депутаты, владельцы местных заводов, крупные застройщики ЖК. Я понимала, что сейчас это важно для Аслана и надо надеть маску, и радостно со всеми обниматься. Но это выматывает, из меня будто выжали все силы.

– А теперь танец невесты и ее отца, – весело проговорил ведущий.

Папа взял меня под руку и мы танцевали под вальс Евгения Дога из фильма «Мой ласковый и нежный зверь». Папу накрывали эмоции и я не выдержала. Сорвалась на слёзы.

– Тише, дочь, ну чего ты, – спрашивает, а сам плачет.

– Не знаю. Будто прощаюсь с родителями, – кладу голову на грудь.

– Ну, у тебя начался новый этап в жизни. Мы никуда не делись же, – гладит по волосам. – Родительский дом всегда твой, София. Мы всегда рядом, чтобы не случилось.

Киваю, но слезы продолжают капать. Цепляюсь взглядом за Александра, он смотрит на нас и вытирает глаза. Почему-то сейчас его стало жалко. Наверное, ему неприятно это видеть. И вся наша история ещё не решилась до конца. Не хочу сейчас думать об этом.

Букет невесты поймала Нарифат и дядя Ахмад сразу перестал быть весёлым. Не знаю, как он будет выдавать её замуж, но реакция была смешная.

– Устала? – Аслан спрашивает через часа три.

– Да, хочу уже домой, – признаюсь.

Гости веселятся, уже наступила та пора, когда жених и невеста не нужны, все отдыхают сами по себе.

– Мы поедем домой, – мама подходит к нашему столу и кладет руку на мою.

– Вам понравилось? – спрашиваю. Это не та свадьба о которой я мечтала, и знаю, что родителям тоже было некомфортно.

– Да, особенно рулетики из баклажанов, – смеётся.

Аслан встаёт, когда подходит папа. Они жмут руки и папа приобнимает Аслана за плечи. Что-то шепчет ему на ухо и тот кивает. Секреты уже свои? Но я рада, что они сдружились.

– День был длинный, пора отчаливать. Ещё Зорьку покормить на ночь, – папа целует меня в лоб.

– Я тебя люблю, папочка, – говорю ему на ухо.

– Я тебя тоже, – улыбается.

Прощаемся с гостями. Ресторан оплачен до десяти утра завтрашнего дня. И компания особо пьяных людей остаются танцевать.

На выходе нас догоняет Александр. Выглядит трезвым, но грустным.

– Поздравляю, молодежь, – улыбается. – София, может всё-таки пообедаешь со мной на неделе?

Аслан напрягается, но молчит, только чуть сильнее сжимает ладонь.

– Да, на неделе можно, – поджимаю губы.

– Отлично, я позвоню.

Наверное, стоит дать этим отношениям шанс на существование. Хотя бы изредка можно видеться. Но не в их домах.

– Куда мы сейчас? – спрашиваю уже в машине. Дауд снова за рулём.

– Домой, – Аслан спокойно отвечает. – К нам домой, любимая.

В голове проскальзывает мысль, что Аслан жил в этом доме с Мариной. И… они спали в одной постели. Неприятно. Мы будем жить в той же комнате?

– Почему напряглась? – подносит к губам мою руку.

– Ты в этом доме жил с Мариной.

Мужчина замирает на секунду. Проводит губами по костяшкам и прикусывает безымянный палец.

– Да. Переедем.

– В смысле?

– Не проблема поменять дом, София. Если тебе там не нравится.

– Я не знаю, нравится мне там или нет. Я просто не хочу, чтобы… Ну, чтобы мы спали в той же кровати. Это перебор.

– Я не спал с ней в своей спальне. Никогда. А тебя приведу именно туда, потому что именно в той комнате место моей жены. Рядом со мной, всегда.

Вздыхаю с облегчением.

Подъезжаем к дому уже глубокой ночью. По пути я успела уснуть, но в тесном платье всё же неудобно.

– Что ты делаешь? – вскрикиваю от неожиданности, когда Аслан резко подхватывает меня на руки.

– Несу на руках свою жену, это же очевидно, – хмыкает.

В доме тишина, все спят. Надеюсь, не разбудили никого. Аслан несёт меня в спальню, ногой закрывает дверь. Осторожно опускает на пол и я вижу опасную улыбку, от которой тело электризуется.

Мужчина смотрит в глаза чуть склонив голову к плечу. Красивый. Желанный. Любимый.

Мой.

От его взгляда кожа плавится, щёки горят, и хочется прикрыть наготу, хотя я всё ещё в платье. В молчании Аслана – охота. Он хищник, который выжидает, прежде чем напасть. Тело дрожит, покрывается мурашками.

– Боишься? – спрашивает лениво.

– Предвкушаю.

Аслан усмехается и медленно тянется к застёжке на моём платье.

Глава 45
Аслан

Я смотрел на Софию будто в первый раз. Цеплялся за каждый изгиб её тела, клеймил губами каждый миллиметр бархатной кожи. Мне было мало. Настолько мало, что когда она отдавала всё, я просил ещё.

Было в этой близости что-то такое, что навсегда останется в памяти. В ощущениях. Тело сводило судорогой, мышцы напрягались, кожа кололась мурашками. Я держал и боялся ослабить хватку, чтобы София не исчезла как мираж.

Я буквально поклонялся своей жене, как богине, которая обратила взор и сделала меня своим рабом. Тот, кто всегда подчинял себе, продавливал и ломал – стал пленником добровольно.

Мне хотелось отдавать и отдаваться. Я не оставлял себе ничего, а полностью погружался в ее удовольствие. Пил хриплые стоны, ловил каждый вдох и тонул в зелёных глазах.

– Аслан, – звала сквозь слёзы, когда ощущения были яркими, на грани помешательства.

– Люблю тебя, – признавался вновь и вновь. Целовал, кусал, зализывал и наполнял.

Мы были полностью мокрые. Простынь скомкалась и прилипала к телу. София меня не отпускала, прижимала бедрами и обнимала за шею. А я вдыхал наш запах и прижимался сильнее.

От лёгких поглаживаний по спине я практически мурчал как кот. Всё принадлежало Софии. И душа, и тело. От осознания, что мы женаты, навсегда вместе, что именно она – моя, я дрожал. Эмоции накрывали лавиной и я искал утешение в нежных поцелуях.

– Всё хорошо? – спросила проводя носом по шее.

– Конечно, – поднял Софию на руки и отнес в ванную.

Не было сил долго мыться, но мне нравилось как поддается прикосновениям совершенно измотанное ласками женское тело. София была как пластилин, из которого я лепил наше тихое счастье.

Уснули моментально. Как и в моих мечтах, в объятиях друг друга, укрытые одним одеялом.

* * *

Голова тяжёлая после вчерашнего праздника и долгого сна. Привстаю на локтях и не нахожу Софию в кровати. Куда опять сбежала? Вряд ли далеко. После этой ночи, я думаю, ей сложно ходить.

Спускаюсь в столовую и вижу картину, от которой оставшийся лёд в моей душе трескается.

София и Халид сидят за столом, завтракают и… разговаривают. Не замечают меня, поэтому я просто наблюдаю и стараюсь дышать.

– У тебя было платье принцессы, я такие видел в мультике, – Халид смотрит на жену в полнейшей заинтересованности.

– Да, но как в мультиках я бы не смогла ходить в нем долго. Одного дня достаточно, – улыбается.

– Почему?

– Там корсет, а в нем неудобно сидеть и есть. Можно только стоять.

– Папа тоже был красивый, – хихикает.

– Да, папа был как модель с обложки женского журнала, – они опять смеются.

Халид ест кашу, сам. Это же целое дело накормить его.

– Ты же навсегда с нами, да? – сын перестаёт жевать.

– Навсегда, – София проводит рукой по темным волосам, – И с тобой, и с папой.

Халид бросает ложку и прыгает к Софии в объятия. Я слышу, сын плачет. Она обнимает его, гладит по голове и что-то говорит успокаивающее.

У меня разрывается сердце от этой картины. Мой мальчик. Мой сын, который при живом отце недолюблен. Теперь всё будет по-другому. Теперь нормальная семья.

– Доброе утро, – говорю мягко и присаживаюсь на корточки перед сыном.

София улыбается мне, в глазах слёзы.

– Халид, – кладу руку ему на поясницу, ребенок дрожит, захлёбывается в рыданиях. – Ну, иди ко мне, – беру сына на руки, сажусь на стул.

Я никогда не проявлял нежность к нему. Только указы, приказы и недовольства. Плохой из меня отец, да. Точнее, я отец, но не папа. Наблюдая за Димой и его отношениями с детьми, я понял, что мне надо учиться быть родителем.

– Прости, я не… – Халид начинает оправдываться, но я просто прижимаю его к груди. Он всё ещё плачет, а я качаю сына как маленького.

София уходит на кухню и через пару минут возвращается с тарелкой и чашкой. Ставит передо мной, кладет завтрак и наливает кофе. Моя идеальная жена.

– Хочешь в город сегодня съездим? – спрашиваю, когда Халид успокоился. – Погуляем.

– И с Софой? – переспрашивает.

– Конечно, без нее теперь никуда, – улыбаюсь, но чувствую вину.

Кивает. Вытирает глаза и слезает.

– Я… могу доесть? – смотрит на свою тарелку.

Господи боже. Он так меня боится?

– Разумеется. Остыло, наверное. Давай погреем, – поднимаю голову и вижу Расиму в дверях столовой. Женщина скромно улыбается и на мой кивок забирает у сына тарелку. Через пару минут приносит теплую кашу, которую Халид с удовольствием доедает.

Что-то сломалось. Изменилось. Всё теперь будет по-другому.

– Одевайся. Минут через двадцать поедем, – говорю сыну.

В спальне София не задаёт вопросов о том, что было за завтраком. Обнимает меня за талию и я чувствую в этом поддержку.

– На улице тепло, можно полегче одеться, – открывает шкаф.

– Да. Только…

– Собрать волосы? – хитро улыбается.

– И это тоже.

– А что ещё?

Я уже забыл, что хотел сказать. Колдовские глаза снова припечатывают. Моя жена. Это наше первое утро.

– Аслан? – подходит ближе, смотрит в самую душу.

– Я не знаю, – тяну жену ближе, надавливаю на скулы и снова ставлю метки своими поцелуями.

Глава 46
Аслан

Мы приехали в парк, в котором я не был… А был ли я здесь вообще? Не помню.

Выходной день, толпа людей. К счастью, Халид не просился на карусели, там битком. Мы прошлись вдоль длинной аллеи и возвращались к машине.

София всю дорогу держала Халида за руку, а он с горящими глазами заглядывал ей в лицо. Я шёл чуть позади и любовался. Моя жена и мой сын.

– Время обеда, – София приобняла меня у машины. Наконец-то вспомнила про мужа.

– Куда поедем? – касаюсь губами макушки. Как же пахнут медовые волосы.

Халид смотрит на нас с интересом и лёгкой улыбкой. Да, сын, всё может быть и так.

– Халид, что хочешь поесть? – спрашивает.

– Суши, – сын опускает голову.

– Значит, едем в суши-бар, да? – София смотрит с улыбкой и я опять теряюсь. Отвезу вас куда угодно, только скажи.

– Да. Но ты не любишь рыбу.

– Съем что-нибудь другое, не проблема, – встаёт на носочки и целует в щёку. Безобидно же всё. Никакой пошлости, но почему так хочется закрыться наедине?

Наблюдаю за ними в зеркало, Халид жмется к жене, кладет голову ей на колени. София гладит его по волосам и обнимает. Где мой мальчик, который до этого сторонился любого контакта? Есть ли шанс, что он поправится?

Они хорошо ладят. Смеются, разговаривают. Мне нравится слушать их щебетание. Не напрягает. Раньше, я психовал практически от любой болтовни.

В кафе мы были похожи на нормальную семью. Сидели рядом, держались за руки.

– Что будет дальше? – спрашивает София, когда Халид отошёл в туалет.

– Ты о чем?

– Ну… чем мне заниматься? Вряд ли ты отпустишь меня работать к папе, – пьет сок из трубочки. Смотрю как Софа обхватывает пластик губами и представляю совершенно другое.

– Никакой работы, – смаргиваю наваждение. – В этом нет необходимости. Если хочешь помогать родителям – это одно, я только «за». Но не ради денег.

– Я не хочу отдаляться от них. Да и хозяйство – это уже привычка. Мне нравится этим заниматься, – улыбается.

– Софа, ещё раз: если хочешь ездить к родителям каждый день и заниматься делами, я не против. Карту я уже сделал тебе, пользуйся. И водитель будет.

– У меня есть деньги, – краснеет.

Вот оно, что. Стесняется тратить мои деньги? Очень мило, но для кого я зарабатываю их?

– Ты моя жена, помнишь? – показываю пальцем на ее обручальное кольцо. – Моя женщина не нуждается ни в чем, потому что у нее всё есть. Привыкай, София. И деньги тратить, и подарки принимать, и дорого одеваться. Всё, что у меня есть – всё для вас. Мне одному не надо. Так что, – замолкаю, когда Халид возвращается. Футболка мокрая на животе, опять руки об себя вытирал.

Сын замечает мой взгляд и переминается с ноги на ногу.

– Я не смог дотянуться до сушилки.

София бросает на меня хмурый взгляд, будто отчитала. А я ничего не успел сказать, только посмотрел. Но мне нравится, что она защищает Халида.

Не люблю азиатскую кухню. Я консерватор и предпочитаю нашу национальную еду. Но сын ест с таким удовольствием, решаюсь всё-таки дать второй шанс роллам. Ну, нормально. Пойдет, чтобы поесть один раз и забыть.

Вернулись домой к вечеру и я очень хотел побыть с женой наедине. Весь день мы посвятили Халиду и я рад этому. Но зверь во мне хочет порцию ласки, иначе начинает клацать зубами.

– Устал? – София придерживает Халида за плечи.

– Да, хочу спать. День был… много всего, – мальчик улыбается.

– Сейчас у тебя каникулы, можем почаще выезжать в город, если хочешь.

– Хочу. Если папа разрешит, – Халид вопросительно на меня смотрит.

– Папа вам всё разрешает, не надо отпрашиваться каждый раз. Одно условие, гуляйте с кем-то из охраны. Наверное, Мурада приставлю, – провожу рукой по бороде.

Халид улыбается, а София целует его в щеку.

– Отдыхай.

Наконец-то заходим в спальню, где я могу распускать руки. Держался весь день.

– Эй, – София практически возмущается, когда я валю ее на кровать.

– Мне полагается вознаграждение, – снимаю с жены свитер.

– Какое ещё вознаграждение? – сопротивляется.

– За терпение. Мне нужен законный поцелуй, – закидываю ее руки наверх и сжимаю запястья. Дышит тяжело, грудь вздымается. Смотрю на красивое нижнее бельё, едва проглядывающие ребра. Мне нужно всё и прямо сейчас.

– И поэтому раздеваешь? Свитер не помешал бы, знаешь ли, – улыбается.

– Всё мешает, всё лишнее, – набрасываюсь.

Сегодня нет вчерашней нежности. Только дикий голод, который нужно утолить, иначе случится катастрофа. Тело дымится, мы снова горим. Эмоции, ощущения. Всё наэлектризовано.

Мы становимся одним целым. София обхватывает меня так крепко, что из груди вырывается рычание. Она выгибается, просит ещё и кто я такой, чтобы отказывать? Ловлю каждую реакцию, касаюсь везде, чтобы усилить её удовольствие.

София метит меня укусами, царапает спину ногтями, тянет за волосы. Мне нравится эта игра контрастов. Милая и ласковая с одной стороны, но с другой – дикая страстная натура, под стать моему темпераменту.

Фокус только на жене. На зелёный глазах и приоткрытых губах. Не даю возможности вдохнуть и прийти в себя, вбиваюсь с такой силой, что еле контролирую себя.

– Можно? Пожалуйста, – кладу руку ей на низ живота и чувствую, как стреляет поясницу. Хочу, чтобы она родила мне девочку. Пожалуйста.

– Нет, – отодвигается. Стреляю на простынь, в глазах темнеет и сверкает одновременно. В ушах шум. В груди… разочарование.

Тяжело дышим. Пот стекает по носу и капает на Софию. Мокрые, уставшие.

– Почему? – спрашиваю почти шепотом.

– Ты знаешь ответ, – садится к изголовью кровати.

Знаю. От этого ещё дерьмовей.

Опускаю голову вниз, чуть не плачу. Сейчас не время, да. Ещё куча проблем, которые надо решить. Но это не отменяет мечты о дочери.

В вещах на полу звонит телефон. Встаю на дрожащих ногах, тело ещё не отошло от оргазма. Поднимаю пиджак, достаю гаджет. Чувствую взгляд Софии на спине, поворачиваюсь. Всё хорошо. Я всё понимаю. Она права.

– Да?

– Аслан Анварович, – спокойный голос Абдуллы приземляет.

– Говори, – сажусь на кровать.

– Только что Анвар Зелимханович приехал к Марине на квартиру. Я подумал, вы должны знать.

Глава 47
Аслан

В голове миллион вопросов. Зачем отцу Марина? Они трахались? В груди неприятная тяжесть.

– Выведи камеры на мой ноутбук, – натягиваю брюки.

– Две минуты, – скидывает звонок.

Провожу рукой по мокрым волосам. Странное и очень плохое предчувствие. Ненавижу быть в неведении. Но сейчас я как будто стою у обрыва и вот-вот прыгну.

– Всё нормально? – София осторожно касается плеча.

– Да. Иди в душ, мне надо поработать, – встаю.

Она смотрит на меня с тревогой, но я не хочу ничего объяснять. Да и что скажу?

В кабинете включаю ноутбук, достаю пачку сигарет из ящика стола. Не нравится мне это всё.

Дым обжигает лёгкие, закашливаюсь. Давно не курил. Голова чуть трезвеет, но внутри ураган.

Хорошо, что додумался поставить камеры в её квартире. Не для подглядывания, а для контроля. Бог знает, что Марина ещё выкинет.

Включаю программу, через две секунды на черном экране появляется цветная трансляция с квартиры Марины. Девять камер в разных местах, девять окошек на мониторе. Вижу, что они в гостиной. Сжимаю кулаки. Приближаю ракурс и включаю звук.

Отец сидит в кресле как король. Марина же стоит перед ним как провинившаяся школьница. Какого черта происходит?

– Ну, деньги ты получила, что ещё надо? – отец смотрит на наручные часы. – Если ты опять меня из-за мелочи дернула, сама знаешь, какое может быть наказание.

– Мне хватило прислуживать у тебя на кухне. Так что засунь наказание себе в задницу.

С каких пор она так общается с ним?

Отец смеётся, но не весело. Опасно.

– Время, Марина. Говори.

– Помоги вернуть Сашу. Аслан отказался, надежда только на тебя.

– Зачем мне эти проблемы? – отвечает через минуту. – Марина, у нас был договор. Я свою часть выполнил, осталось дело за тобой. На этом всё.

– Анвар, пожалуйста, – Марина встаёт перед ним на колени и мне хочется блевать от этой картины. – Ты же можешь поговорить с Сашей.

– Нет. Твоя задача родить этого ребёнка и свалить из жизни моих детей. Я дал тебе то, что ты хотела. Если не выполнишь свою часть, я убью тебя. Поверь, Разумовский плакать не будет. Да и в целом, никто не расстроится.

Марина вскакивает и бьёт отца по колену. Он молча наблюдает за истерикой и через пару минут уходит из квартиры. Женщина плачет и выкрикивает проклятия.

Какой у них был договор? Какие деньги? Что у этих двоих вообще может быть общего⁈

Сразу звонит Абдулла.

– Аслан Анварович, ваш отец вышел из квартиры.

– Знаю. Наблюдай за Мариной, – бросаю телефон на стол.

Руки дрожат. Что-то происходит за моей спиной. И это «что-то» мне очень не понравится. Уверен в этом.

Марина продажная, я уже убедился. Но что она продала на этот раз? Да ещё и отцу? Подозрительно. Он к ней даже приехал.

Зачем?

Закуриваю новую сигарету, идёт легче. Я ещё ничего не знаю, но ощущение предательства. Мерзкое липкое чувство.

Без эмоций, Аслан. Завтра во всем разберусь, а сейчас нужно возвращаться к жене. Рядом с ней покой. Утро вечера мудрее.

Захожу в спальню, София стоит у окна и смотрит в телефон. На плечах накинуто полотенце, поверх лежат мокрые волосы. Жена поворачивается ко мне с лёгкой улыбкой и я почему-то раздражаюсь.

– Кто пишет, что ты так расцвела? – подхожу ближе и выхватываю телефон из хрупких рук.

София дёргается и отходит на шаг.

– Аслан, ты чего?

– Я спросил, кто пишет? – повышаю голос.

Снимаю блокировку и вижу переписку с Нарифат. Листаю вверх и понимаю, что там ничего нет. Ничего такого, что я бы мог расценить как предательство.

Какого хрена я творю? Придурок.

София не такая. Она моя жена, я должен защищать ее, а не… Поднимаю голову и вижу, что моя женщина смотрит на меня испуганным взглядом. Чувство вины сразу накрывает. Я не хотел. Я просто…

– Извини, – отдаю телефон обратно.

– Что случилось? Я разве что-то сделала? – спрашивает так тихо, что сжимается сердце.

– Ты ничего не сделала. Я вспылил по тупости, потому что… Неважно. Прости, любимая, – обнимаю жену за плечи, но она не обнимает меня в ответ. Прикрываю глаза. Почему всё так?

– Ты сорвался. На мне. Это неприятно и страшно, – София освобождается от моих рук и я чувствую холод.

– Я не должен был, да. Извини, – смотрю на нее и вижу в глазах слёзы. – Софа, я не хотел, правда.

Она кивает и берет с кровати фен. Собралась сушить волосы? Хочу прикасаться к ней.

– Давай помогу? – тяну руку, но жена отходит.

– Я сама, спасибо. Тебе, наверное, нужно в душ, – отворачивается.

Сжимаю зубы. Обиделась? Конечно. И правильно. Не настаиваю, чтобы не усугубить ситуацию.

В ванне включаю холодную воду, чтобы немного прийти в чувство. Странный разговор отца и Марины не выходит из головы. Очень всё подозрительно. А если бы я вообще не узнал об этих договорённостях, что тогда? Был бы ишаком, Аслан. Хотя ты и есть ишак.

Оборачиваю полотенце вокруг бедер и выхожу в спальню. Пусто. Софии нет. Фен лежит на тумбочке, рядом телефон. Зачем я взял его? Я бы не нашел никаких переписок с мужчинами или звонков. Идиот. Показал Софии, что не доверяю ей. И сорвался. Но она ведь ни в чем не виновата.

Нахожу в гардеробной домашние штаны и футболку. Иду в комнату Халида, знаю, что она там. Приоткрываю дверь, они спят обнявшись. София уткнулась носом в макушку сына, а он прижал голову к ее груди.

И радостно, и больно. Ещё одна картина из моих мечтаний. Любимая женщина любящая моего ребёнка. Они выглядят так хрупко, в груди разливается чувство собственничества. Мои. Нужно оберегать, любить, заботиться.

Сажусь на пол, упираюсь спиной в кровать. Если я срываюсь на свою семью и веду себя как дебил, зачем я им? Зачем им такой мужчина, которого приходится бояться? Не хочу быть как мой отец, но становлюсь на него похожим.

Привстаю, осторожно беру Софию на руки. Она просыпается и хватает меня за шею.

– Куда ты несёшь меня? Отпусти.

– В спальню.

– Отпусти.

– Нет.

Кладу Софию на кровать, она нервничает и как будто боится меня.

– Ты никуда не сбежишь, малышка моя, – укрываю одеялом и ложусь рядом. – Я был неправ и я извинился. Спать будем всегда вместе.

– Я не сбегала, а легла с Халидом. Это проблема? – спрашивает с вызовом.

– Не проблема, София. Но ты ушла к нему, потому что я напугал тебя. Я не хотел, само получилось. Мне жаль, пожалуйста, – провожу рукой по нежной коже, – Прости меня. Больше не повторится.

– Ты мне не доверяешь? Думаешь, я делаю что-то за спиной? Зачем тогда женился, если не уверен во мне?

Сжимаю переносицу. Какой же мудак достался этой чистой душе.

– Доверяю. На работе случилась проблема и я был на эмоциях. Ты не причем.

София молчит, смотрит мне в грудь. Прижимаюсь ближе, хочу чувствовать тепло и любимый запах. Засыпаем расстроенные, но вместе. Только так и никак иначе. Я исправлюсь, не хочу ранить ее. София не заслужила такого отношения.

Но сначала разберусь с отцом и Мариной. Завтрашний день будет… долгим.