Текст книги "Не сказка (CИ)"

Автор книги: Ника Летта

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

Откуда такое предположение, если я не смотрю в ту сторону? По своему опыту сужу, между прочим. Мне этот звук очень хорошо знаком, испытала на собственной шкуре.

– Лорд… здесь засада!

Начинают мельтешить в поисках выхода мятежники.

Да? А где?!

Едва себя не выдала, хотела голову поднять, чтобы увидеть, где омоновцы местные.

– Так просто нас не выпустят. Берём заложников! Хватайте по змеёнышу, они наш единственный шанс выбраться отсюда!

– Один не спит!

Закричал тот, что поднял меня за грудки. Всё же вычислили, ироды. А всё почему? Потому что дёрнули слишком сильно, вот я и крякнула.

– Фает…

Передают меня с рук на руки. Воротник формы сейчас станет для меня удавкой. Пришлось открыть глаза, смысла притворяться уже нет. А красноволосый дракон тем временем сам себе задаёт вопрос:

– Почему он не вырубился?

– Смотрите, у него артефакт рода Маарц!

– Змеёнышшшш…!

Отшвыривают меня от себя. Падаю на спину и, приподнявшись на локтях, вижу, как в меня летит сгусток магии красного цвета. Благо на мне амулет Даарда – он невидимым щитом отбивает удар.

Правда, по закону подлости, а точнее – с моим везением, магический сгусток рикошетом сбивает сталактит на потолке прямо надо мной.

Говорят, перед смертью вся жизнь проносится перед глазами. Нагло врут. Время просто застывает.

Я словно в замедленной съёмке наблюдаю, как на меня обрушивается острый шпиль…

ГЛАВА 46. Я ПРЕДАЛ ТЕБЯ НЕ НАПРАСНО

– Не быть тебе императором! – крикнула в сердцах маленькая эльфийка зарвавшемуся молодому принцу. Этот глупый мальчишка растоптал её цветы, а она так старалась их выращивать.

– А вот и стану, а вот и стану! – пищал в ответ мальчик лет четырёх.

Тогда никто не обратил внимания на детское восклицание. Гувернантки лишь обменялись понимающими улыбками – мало ли что в сердцах могла сказать малышка.

– Ваша светлость, будьте снисходительнее к маленькой тае, вы ведь такой великодушный.

– Да! Я такой! – демонстративно выпятив хилую грудь, прогнусавил принц.

– Да какой он император! Вон даже сопли вытереть себе не в состоянии… – стояла на своём шестилетняя Риона.

– Прекрасная Риона, не стоит так грубо разговаривать с его светлостью… – мягко посоветовала мудрая гувернантка, аккуратно вытирая нос злобно поглядывающему на девочку мальчишке.

– Не быть ему императором! – упрямо повторила девочка и, подхватив край юбки, удалилась, гордо задрав носик.

Прошли годы. Десятилетия.

Время нынешнего императора подходило к концу. Когда настал момент передачи трона, артефакт рода выбрал бастарда. Законнорождённый сын остался не у дел.

Разочарованный наследник, после месяцев самобичевания и череды возлияний, вспомнил о давно забытых событиях…

Он давно вырос. Дочь советника – тоже. Она уже обрела хранителя и обзавелась потомством.

В сердце принца поселилась тьма.

Не имея достаточных доказательств, он начал расследование. И вскоре его подозрения подтвердились: многое из того, о чём говорила эта «святая добродетель», сбывалось.

С этого момента участь высокородной эльфийки была предрешена.

Прекрасную Риону с великодушным сердцем убили на глазах у сына.

– Обещай мне… никому… не рассказывать о своём… даре. Никому… – захлёбываясь кровью, шептала эльфийка, из последних сил прижимая к себе семилетнего мальчика.

– Какой дар, мама? – плакал белокурый ребёнок, пытаясь остановить кровь. – Мамочка! Не оставляй меня! Ма-ма-а!

– Он скоро проснётся… ты поймёшь… Главное – молчи… Рука, до этого державшая пухлую щёку, бессильно опала.

Принц был отомщён, но и это не принесло ему удовлетворения. Разум, затуманенный безумием, жаждал новой жертвы. И нашёл её.

А вдруг проклятый дар передался наследнику? Тогда назревающий переворот может рухнуть. Он задумал великие дела, и ничто не смело встать у него на пути.

***

Слова матери сбылись. Дар предвидения проснулся в маленьком эльфёнке спустя три года – в экстремальных условиях, в тот самый день, когда Итоя Хортара по приказу принца пытались утопить.

Судьба сделала свой ход.

Яростно отбивающегося мальчишку из семьи дипломатов запихнули в мешок. Момент был выбран удачно: в случившемся легко можно будет обвинить драконов. А когда настанет звёздный час принца, эти чешуйчатые уже не станут вмешиваться в дела эльфов.

Мешок, внутри которого вместе с ребёнком лежал камень, сбросили с мостовой. Болезненный удар тела о воду. Ещё секунда – и кислород в лёгких закончится. Но вдруг рывок снаружи.

Его пытаются вытащить?

Первое соприкосновение рук – и перед ним вспыхивает череда ключевых событий из будущего своего спасителя.

Их крепкая дружба.

Рождение страны, в наведении порядка которой они оба примут участие. Встреча змайса с необычной человечкой. Вмешательство богини тьмы в судьбу друга – и он, эльф, сам приложит к этому руку.

Их дальнейшая ссора друг с другом… Подавление восстания. А затем – счастливая жизнь друга с прекрасной эльфийкой.

Новый рывок – и их обоих вытаскивают на берег.

И сразу новый поток видений. Это было соприкосновение с их будущим третьим другом. Его восхождение на трон. Встреча с истиной. На заре правления огненного змайса, при передаче трона младшему наследнику, – война миров. А затем объединение всех рас под эгидой рода Огненных змайсов…

Правда, последнего он уже не увидит.

Потому что именно ему суждено будет поменяться местами с истинной императора и оказаться в другом мире. В совершенно другом мире.

Мире без магии…

Но чтобы все эти события сбылись, сегодня должно произойти то, что он увидел в тот миг, когда впервые прикоснулся к иномирянке, – размышлял ректор Академии Предтечи, наблюдая за тем, как в лабиринт спускается команда зелёных змайсов вместе с нынешней сэйрой Маарц, чтобы пройти испытание.

НАСТОЯЩЕЕ

Он всё просчитал. Специально убрал зеркало перехода из комнаты Виктории и приказал перенести его на крышу самой высокой башни. Заранее вычислил, сколько времени понадобится ха Сфашу, чтобы преодолеть расстояние между поместьями, и перекрыл все возможные ходы и выходы.

Оставалось дело за малым – отвлечь Даарда и комиссию, дать заговорщикам время проникнуть в грот.

– Уважаемые, поскольку почти все команды уже прошли испытания, давайте выпьем и дадим остальным участникам передохнуть…

Советник императора при словах эльфа напрягся, недобрым взглядом окинув фигуру Итоя.

Члены комиссии переглянулись между собой, окинули взглядом растрёпанные остатки предыдущих команд и, согласившись с доводами ректора, направились к выходу.

– Да… вы правы. Раньше чем через два часа они всё равно не закончат, нам здесь делать нечего. Не помешает также отправить остальных участников в медицинский корпус – лекарям там будет проще работать.

Лекари, перебинтовывающие эльфов, драконов и гоблинов (эти – особенно нервные пациенты), вздохнули с облегчением. Похватали свои чемоданы и невесть откуда появившиеся носилки, погрузили особо пострадавших и направились в целительский корпус. Остальные, постанывая, шли следом.

Последними зал перед входом в лабиринт покидали бывшие друзья.

– Что ты сссзадумал?.. – прошипел Даард, придерживая Итоя за локоть.

– Ничего. Просто передохнуть, – слукавил эльф, криво улыбаясь и вырывая руку из крепкого захвата. – Ты идёшь?

– Иди. Я чуть позже приссссоединюсссь…

Даард ни на йоту не поверил бывшему другу, но вынужден был согласиться и идти со всеми – иначе их разногласия стали бы достоянием общественности, что сейчас было недопустимо.

– Как хочешь… Я пошёл.

Стоило Итою выйти, как советник повернул голову к одной из колонн, подпирающих свод потолка.

– Ползссси сссюда, – махнул он рукой командиру оперативной группы, скрывавшемуся в тени. – Докладывай.

– Сашшш… как вы и приказывали, все подходы к гроту под наблюдением с самого начала соревнований. Десятка бойцов уже внутри. Ни один червь не проползёт…

– Этого мало. Усильте наблюдение. В случае чего – докладывать мне немедленно. Даю добро на любые действия в экстренной ситуации. Артефакт им всё равно не достать. Ваша прерогатива – вытащить сейру Маарц живой и невредимой.

– Сссэйру… Маарцссс? – ошалело переспросил служивый, только сейчас осознав, в насколько тяжёлую ситуацию они все попали.

Если хоть один волос упадёт с головы сейры советника – им не жить.

Даже если сам Маарц не тронет их лично, сам факт потери хранимой ляжет дамокловым мечом на семьи всей группы захвата. Советник не пощадит никого – вырежет всех, от стариков до младенцев.

– К-кк-как она туда попала?.. Её сссхватили?..

– Самый щуплый студент в зелёной команде и есссть сссэйра Маарцссс, – прошипел Даард.

Он долго колебался, стоит ли посвящать посторонних в их маленький секрет, но безопасность Вики была важнее. И что-то ему было неспокойно.

Змайс в возрасте отшатнулся.

Воистину, советник Маарц – самый расчётливый и жестокий змайс из ныне живущих на Элтаэ. Даже император не сравнится с ним в жестокости.

Подключить к опасной операции величайшее сокровище – хранимую…

Посторонних к играм не допускают. Только студентов.

Значит, сейра Маарц уже какое-то время училась в академии для мальчиков…

К каким аргументам прибегнул советник, чтобы уговорить благородную саю жить среди невоспитанных червей?

А участие в боях?.. Без физического и ментального давления здесь точно не обошлось.

Святотатство.

Даже для него, одного из командиров тайной канцелярии, подобное было немыслимо.

– Есссть. Прерогатива ясссна… – щёлкнул хвостом и отполз, пытаясь сообразить, как донести до подчинённых, в какую бездну они угодили.

Даард прекрасно понимал, какие мысли сейчас роятся в голове командира. Удовлетворённо проурчал и направился в кабинет Итоя, где собрались члены комиссии.

Теперь группа захвата шкуру с себя снимет, но Виктория вернётся живой.

И невредимой.

Прошёл час с того момента, как последняя команда спустилась в лабиринт.

Браслет на руке Даарда завибрировал.

Предатели объявились. Наконец-то.

– Прошшу меня просстить… – сорвался он с места, устремляясь к гроту.

– Что происходит? – загомонили члены комиссии.

– Думаю, нам потребуется помощь… – произнёс ректор Академии Предтечи и исчез в зеркале перехода.

– Да что случилось, в конце концов?! – не выдержал один из четверых. – Кто-нибудь вообще понимает, что происходит? С чего это они оба так засуетились?

Самый спокойный из экзаменаторов подошёл к зеркалу, внимательно его осмотрел и после короткого молчания тяжело вздохнул.

– Думаю, произошло нечто из ряда вон выходящее.

– С чего ты взял? Это обычные соревнования, ничего серьёзного произойти не могло.

– Я не могу ошибаться. Координаты главной резиденции рода ха Сфашей известны всем…

После этих слов члены комиссии на секунду замолчали. Каждый просчитывал возможные варианты событий и их последствия.

Все участники – потомки великих родов.

Если хоть с одним из них что-то случится…

Не придя ни к чему, они разделились. Одни устремились к главным воротам лабиринта, другие – в целительский корпус.

Тем временем Даард уже преодолевал последний коридор. На скорости влетая в грот, он увидел, как падает Вика – и в неё летит магический сгусток.

Группа захвата в это время хватала предателей, яростно отбивающихся, и не замечала, как сталактит, сбитый рикошетом, срывается с потолка… И падает прямо на его хранимую.

– Не усссспеваю… – пронеслось в голове советника, когда он стрелой рванулся к лежащей на земле Виктории.

ГЛАВА 47. КОГДА ЛЮБИШЬ. ВМЕСТО НЕЕ

ПОМЕСТЬЕ США СФАШЕЙ

На этой неделе в Академии должны были начаться игры. Вика постоянно выглядела утомлённой, и это ему не нравилось.

Пару раз он порывался встретиться с советником, но понимал – надежда отговорить Маарца тщетна.

Конечно, существовал вариант похитить её. А дальше что? Прожить всю жизнь в тайне? Самому принять участие в играх? В качестве кого?

Варианты были. Но ни один из них не подходил, от этого он ходил чернее тучи.

Был только один способ хоть немного оградить её от опасности, и он воспользуется им сегодня. Это хотя бы немного примирит его с происходящим.

Ощущение бессилия угнетало.

Ей всё равно придётся пройти через эти хасовы игры. Возмутительно.

Но он не смел огорчать женщину, в которой души не чаял. Не делился своими мыслями – наоборот, изо всех сил старался её отвлечь. Развлечь. Увести от тяжёлых дум.

Пару раз водил её на горячие источники – когда она была слишком измотана даже для прогулок.

– Уже рассвет?.. – сладко зевнув, спросила его ненаглядная.

Как же ему хотелось, чтобы солнце в этот момент не поднималось… не отнимало те крохи времени, которые принадлежали только им.

– Я что, уснула прямо тут? Прости…

– Ничего страшного. Мне понравилось смотреть, как ты спишь… Её улыбка и блеск глаз будут преследовать его весь день. – Готов любоваться вечность.

– Пора одеваться и идти… «Как же не хочется», – читалось между строк. – Даже не верится, что скоро всё закончится.

– Мне тоже. Береги себя. Обычно игры не опасны, но мне не нравится, что ты можешь столкнуться с кем-то из участников. Сразу сдавайся – даже если это повлияет на результат команды. Твоя задача – не победа. Помни об этом, хорошо?

Нежный поцелуй. Прощание.

Ничего… перед самими играми он ещё увидит её.

Не увидел.

Кто-то устроил диверсию в дальнем поместье. Сотни отравлений обычных змайсов.

Работы оказалось слишком много – вытаскивать пострадавших с того света, погружаясь в теневую сторону эфира. Разбираться в причинах. Проверять всё на магическое вмешательство.

Кому могло быть выгодно уничтожение такого количества народа?

Всю дорогу его не покидало щемящее чувство дискомфорта в груди. Мысли всё время возвращались к Академии. Точнее – к одной ученице Академии Предтечи.

Но одной диверсией дело не ограничилось. Очаги заразы вспыхивали один за другим, пока не стало ясно: всех пострадавших связывает одно – родник, снабжавший водой земли ха Сфашей.

Кто-то целенаправленно пытался уничтожить целый род.

Но зачем?

Кто-то хочет устроить геноцид целого рода, истребить их? Это было невыгодно никому. Их услугами пользовались многие кланы и гнёзда. А теперь, в сложившейся ситуации, придётся отзывать своих с работы. Клан важнее. У многих здесь семьи…

Нелепо.

И именно это наводило на мысль – кто-то очень не хочет, чтобы он покидал свои земли.

Из глубины души поднималось нечто тёмное. Его клан… его народ… старики, женщины, дети. Некоторых спасти не удалось. Ткачихи судеб уже вплели их души в ткань первозданной материи. Для вершителей судеб – это лишь средство поддержания равновесия.

А для него – те, за кого он нёс ответственность.

В разгар работы Сеичи ха Сфаш резко остановился, сжав рукой грудь. Многие участники спасательной операции отшатнулись – эманации смерти, исходившие от их главы, пугали.

– Г-глава… у в-вас кровь… – прохрипел самый смелый. Его личный помощник.

– Шшшто?..

Тон и взгляд обещали смерть за сам намёк на слабость.

– В-вы… ухо поранили… нужно обработать…

Он уже хотел отступить, но, присмотревшись, замер.

– Это… след от укуса?..

Минута тишины.

– Ссссс… – и белый змайс срывается с места.

Его перестали волновать дела клана, подчинённые справятся без него. Сейчас ему нужно зеркало перехода. Срочно. Нет – немедленно.

Рана на ухе жгла – значит, к Вике применили исцеление. Но не до конца. Это приводило в ярость ещё сильнее.

Он лгал себе, когда думал, что смирился.

К хасу советника. К хасу императора. Плевать он хотел на «неизбежные последствия соревнований».

Кто бы ни был виноват – хоть зелёный червь – он уничтожит их всех. Всех выкосит, сметёт с лица земли.

Наконец-то добрался до вожделенной цели. Перед ним зеркало перехода. Пас рукой – ничего. Ладно, у него есть координаты от зеркала, расположенного в кабинете эльфа. Вообще ничего, даже вспышки не было, что запрос был принят. Опять смена цели… зеркало в комнате Вики… Тишина… Усилил импульс. Так же глухо. В переход, находящийся в целительском корпусе, он также пытался попасть.

К хасу! Он просто ворвётся через портал… Импульс… другой… зеркало перед ним стало дрожать, а с той стороны никакого результата. Увеличивает мощность… и… дзинь – зеркало трещит по швам, разлетается на осколки.

– Хасс!.. – его всего трясёт, он ещё никогда не был в такой ярости. – Нессссите ещё!

– П-простите, глава… в этом поместье было только одно зеркало…

– Шшшшш…

До следующей точки, где должны были быть зеркала, – сутки пешего хода. Он добрался за несколько часов. Но результат был тем же.

После второй неудачной попытки все внутренности целителя стало обдавать холодком ужаса. Случаи с диверсиями, заманивавшие его всё глубже в его земли… Всё дальше от родового поместья… Слабые или трухлявые зеркала переходов…

Подозрения, возникшие на месте последнего очага отравления, стали набирать силу. Разветвлённые кусочки событий начали складываться в определённую картину…

Кому невыгодно, чтобы он попал в Академию? Кто имеет доступ ко всем зеркалам в Академии? Кто столкнул его лбами с советником?

Картина сложилась. Ответ на все вопросы был один.

Итой Хортар. Значит, отравления – его рук дело.

Но зачем? Какую игру ведёт друг советника? Что ему нужно? И как во всём этом замешана Вика?

Страх за неё оказался сильнее всего. Он только-только её обрёл, но даже не мог назвать своей в полном смысле этого слова…

Чешуя встала дыбом. Язык беспокойно ловил воздух. Черты лица всё меньше напоминали человеческие.

Рассвет нового дня встретили стаи всполошённых птиц, пролетевших над деревьями густого леса и громко клокочущих. Обычно в это время лес только-только просыпался. Сегодня же он наполнился тревогой.

Стрекот его обитателей был слышен на многие мили вперёд, предупреждая другие стаи, что в их сторону несётся нечто смертельно опасное, несущее угрозу.

В гуще леса, мимо любопытного глаза читателя, проносилось огромное тело белого змея, что сминало траву и сметало со своего пути неугодные кустарники. Хищники и прочие обитатели близлежащей территории успевали заметить только кончик хвоста нарушителя их покоя.

Когда на горизонте показались шпили его города – его настиг жар. Душераздирающий крик, разрывающий пространство.

– Потерпи… ещё немного… я скоро… – беззвучно умолял он, кого и зачем.

Он понимал – его не слышат. Но по-другому не мог, оставалось только ускоряться.

Стоило ему перевоплотиться и ступить на первую ступень парадного входа, как его накрыло. Было ощущение, что он захлёбывается невидимыми потоками воды, колени подогнулись… Хруст позвонков – и белый хвост вновь распластался у подножия лестницы. Руки вцепились в ступень, пока он пытался откашляться.

Когда эти хасовы соревнования закончатся? Когда они перестанут держать на волоске от гибели её слабое тело? Она ведь не змайс. У неё нет их регенерации. У неё вообще практически нет регенерации!

Несмотря на удушье, он упрямо полз вверх. Он обязан это прекратить. Куда вообще смотрел советник? Почему не держал её под защитой, на скамье запасных?!

Отпустило лишь тогда, когда к нему выбежала стража.

Но стало только хуже. Ярость, ненависть, отчаянье и страх порождают тьму в душе. Некогда белый змайс из-за притока тёмной энергии сереет. Зрачки наполняются первозданной тьмой. Сейчас он был способен на всё.

В нём не было ни капли понимания, ни капли сочувствия. Только безграничная жажда разрушения. Те, кто бросился ему на помощь, замерли – и тут же отпрянули, испуганные мощью, исходящей от главы.

Не испугался только один нелюдь, находившийся в кабинете главы клана. Он знал, что Сеичи сша Сфаш придёт. Ожидал его появления с минуты на минуту, ведь всё, что происходило, было делом его рук.

– Что-то ты долго, глава-а-а… – лениво протянул Итой, вольготно расположившись в его кресле. – Смотри… так и опоздать недолго…

Договорить не успел.

Взмах руки Сеичи – и удавка из энергии сомкнулась на его шее. Никакого гуманизма. Никакой снисходительности. Только желание убивать. Тьма, исходившая от Сеичи, заставляла дрожать стёкла. Сгусток энергии всё сильнее сжимался на горле эльфа.

– Открой хасов переход, – прошипел целитель.

С эльфом, что посмел покуситься на тех, кто был под его ответственностью, он разберётся позже. А сейчас ему нужно к Вике.

– Как пожелаете… глава… – прохрипел ректор, открывая переход.

В его глазах не было ни страха, ни раскаяния. И это разъярило Сеичи ещё сильнее.

Прежде чем войти в открывшийся портал, он проверил координаты коридора, а после закипятил кровь эльфа, связав его руки и ноги по швам тёмной энергией…

Пусть горит изнутри, ощущая агонию. Так он не сможет убежать до его, целителя, прихода.

Сеичи исчез в переходе.

Но тьма не ушла. Наоборот – она сгустилась вокруг распластанного на полу тела. Быть орудием в руках богов – сомнительное удовольствие. Итой лежал, чувствуя, как агония пожирает его изнутри.

– Нет-нет… ты мне ещё понадобишься… – прошелестел голос из ниоткуда.

Он думал – это конец. Но, как всегда, когда дело касалось богов… он просчитался. В этот раз – богини тьмы и разрушения.

Пришлось открывать переход в свой кабинет. Поднявшись, он провёл рукой по шее и направился к лабиринту. Остался последний акт с его участием…

ГРОТ

Мимо советника проносится белый вихорь. Вспышка – и несколько огромных кристаллов с потолка обрушиваются вниз. Сеичи стрелой мчится вперёд, хотя понимает, что не успевает.

Удар.

Два тела, пронзённые насквозь сверкающим кристаллом. Его. И Виктории – под ним. Два взгляда. Две жизни. Они встретились в этот миг.

Пещерный грот вспыхнул белоснежным сиянием, ослепив всех, кто находился внутри.

Эльф зашёл в грот, когда Даард вытаскивал сталактит из распластанной на земле парочки. Судорожный вдох Виктории – и со спины Сеичи хлещет кровь.

– Ссспассси её… – прошипел советник, подавляя антипатию.

Он не знал, как подступиться. До дрожи в пальцах ему хотелось вырвать её из рук целителя.

Но он понимал: сейчас только этот белый змайс способен её спасти. И никто не заинтересован в этом больше, чем он.

Группа захвата старалась не смотреть на происходящее. Они поспешно уводили задержанных. Ситуация была непонятной. Щуплый змеёныш на руках у целителя…

Их командир утверждал, что этот «студент» – на самом деле женщина. Сэйра советника. В это трудно было поверить. Но если это правда… судя по поведению советника – правда.

Им лучше исчезнуть. И как можно быстрее. А если хватит ума – вместе с семьями покинуть страну. Потому что последствия их промаха будут… катастрофическими.

Стоять рядом с разворачивающейся драмой остаются некогда два друга.

– Сеичи… мне… холодно… – прошептала Виктория.

Кровь стекала с её губ.

– Тшшш… Вика… молчи… слышишь?.. сейчас… сейчас… я тебя исцелю… – шепчет целитель.

Дар откликнулся. Но не так. Вопреки его воле энергия устремилась к нему самому. Рана на спине начала затягиваться.

Он стиснул зубы, пытаясь перехватить потоки. Направить их к ней. Отдать ей всё. Но сила не подчинялась. Снова и снова возвращалась к носителю. К нему.

– Против магических законов не пойдёшь. Прервать исцеление носителя невозможно. Ты лишь теряешь время… Отпусти её.

На эльфе сошлись два взгляда. Ненавидящих. Это был единственный момент, когда белый и чёрный змайсы оказались по одну сторону.

– Ты сссзнал… что так и будет? – разъярённо прошипел советник.

– Она не принадлежит этому миру. Её смерть закономерна. Элтаэ не принимает чужих.

В этот момент взгляд Виктории стекленеет. Слова эльфа становятся приговором.

– Не посссзволю! – сорвался Сеичи, встряхивая безвольное тело.

Крик разорвал пространство. Их обоих накрыло коконом энергии. Свет – ослепляющий. Тьма – позволяющая увидеть.

Увидеть, как исчезают двое. Влюблённые.

Время для оставшихся бывших товарищей застыло. И сталактиты, которые зацепило магическим всплеском, начинают дрожать. Вспышка света сменилась тьмой.

Вне времени. Вне пространства.

– Отдай… Матушка Тьма… – раздался голос целителя.

Его дух сиял белизной, рассеивая мрак бесконечного загробного мира.

– Ты знаешь законы равновесия.

Голос прозвучал отовсюду и ниоткуда одновременно. Перед ним не было никого. Только тьма.

– Знаю. Я готов пойти вместо неё… в твои чертоги.

Он был готов на всё. Лишь бы вырвать Вику из смерти. Невидимый вихрь прошёл сквозь пространство, едва коснувшись его.

– Ты никогда не приходил ко мне. Тебе не интересно, что тебя ждёт?

– Это не имеет значения. Моя жизнь – взамен её.

Он неотрывно смотрел на белоснежную жемчужину, что содержала душу Виктории и висела в воздухе над его головой.

– Уверен?.. – прозрачная рука возникла из тьмы и легко подбросила хрупкую сферу.

Сердце Сеичи замерло. Одно движение – и её не станет.

– Уверен, Матушка Тьма… – он не отвёл взгляда.

Этот обмен был поистине опасным, ведь никому не известно, как с ним могла поступить богиня. Покой которой он посмел нарушить в жизненно важный для него момент.

– Да будет так.

Пауза, заставившая ритм его сердца сбиться, и богиня продолжила:

– Будешь хранить реку забвения три тысячи схождений звёзд Элтаэ.

На такой исход он даже не смел надеяться. Всё же его дар всегда шёл вразрез со стихией богини, и лишь в редких случаях он использовал свой дар для умерщвления.

– Принимаю, Матушка. – с учтивостью поклонился целитель.

Взмах призрачной руки – и окровавленный рядом с телами кристалл растворяется в воздухе. Два тела, соединённые смертью, разъединяются и плавно опускаются на землю.

Душа человеческой девушки, завязнувшая в пространстве и готовая отправиться на перерождение в свой мир, возвращается в тело. Тело белого змайса в этот момент в последний раз оплетает хвостом самое дорогое на этой земле.

Сияние в гроте исчезает. Тем, кто успел прийти в себя после слепящего света, открывается картина: лежащая на земле сэйра советника и белоснежный прах, в который превратился из ниоткуда взявшийся целитель.

Сам советник не мог ответить на вопрос, что он при этом почувствовал: сожаление, облегчение? Он просто поспешил оттолкнуть эльфа со своего пути и на ослабшем хвосте пополз к своей хранимой. Дрожащими руками поднял её лёгкое тело, не удержав облегчённого вздоха. Она жива.

О её ранении напоминала только рваная дыра на одежде в районе солнечного сплетения. Он унёс безвольное тело из подземного грота.

– Я ссс тобой посссже расссберусь… – шипит за спину, стремясь поскорее покинуть грот, пока там всё не обвалилось окончательно.

Никто не видит душу Сеичи, с тоской взирающего на эту картину, и тень богини, стоящую рядом.

– У меня такое чувство, что всё специально подстроено, – задумчиво проговорил целитель. Хоть он и был рад, что Виктория выжила, его не покидало странное ощущение: слишком легко прошёл обмен.

– Ты всегда был умным мальчиком, – не стала отпираться богиня.

– Но почему?.. – голос дрогнул. – Я не понимаю…

Осознание рвало изнутри. Ему предстояло уйти. Оставить ту, что пробудила его.

– Твоё появление в этом мире – моя ошибка.

Пауза вывела его из задумчивости и заставила прислушаться.

– Ошибка, которая привела к войне. Последствия пытались исправить через тебя. Через твою душу. Я не раз пыталась забрать тебя с Элтаэ. При рождении. В детстве. Ты каждый раз находил причину вернуться. Тогда я поняла: ты должен захотеть уйти сам. Только так твоя энергия покинет этот мир.

Сеичи медленно выдохнул.

– Значит… любовь.

Заставить меня уйти через неё. Хитро. Когда любишь – отпускаешь.

– Верно.

– Но… зачем я вам? – на этот раз в его голосе не было отчаяния.

Только желание понять.

– Потому что ты мой сын. Ты развил свои способности слишком быстро и продолжал их развивать. Ещё немного – и раскрыл бы их полностью. Чего допустить было никак нельзя, материя, из которой состоит Элтаэ, этого не выдержит…

СЫН РАЗРУШЕНИЯ, родившийся в семье целителей… У Создателя явно отменное чувство юмора.

Богиня тем временем продолжила:

– Твоя оболочка скоро стала бы не способна сдерживать огромное количество первозданной энергии. Так что лучше тебе уйти добровольно сейчас, чтобы сохранить то, что тебе дорого. Иначе весь Элтаэ превратится в пыль, и ты в любом случае её потеряешь.

– Темнейшая…

– Не переживай. Твоя первая любовь будет жить, я за этим прослежу. А сестра возглавит род. Это событие восстановит равновесие и баланс. На Элтаэ вновь наступит гармония. Простись с ней как следует.

Горло душил спазм. Невидимый хвост никак не желал отпускать желанную добычу. Возлюбленную, за которую он даже не успел побороться. И которая через несколько столетий уже не вспомнит о нём.

Но он всё же был благодарен Судьбе за то, что встретил её. И желал лишь одного – чтобы она была счастлива.

– Спасибо… – невидимый поцелуй в чело на секунду очнувшейся девушки и ласковое: – Прощай…

– Идём… – и оба растворяются в воздухе.

Дух Сеичи, успокоенный тем, что Виктория будет жить уходит. И не видит, как растворяется ее тело на руках у советника, стоило тому выйти за территорию лабиринта.

– Итооооой! – запрокинув голову к каменному своду во всю мощь лёгких закричал Даард.

Глава 48. РАЗРУШИТЕЛЬНАЯ

– Зачем так орать? Я позади тебя и отлично всё слышу, – приговорил Итой, выходя из лабиринта и отряхиваясь от пыли.

– Где она? – резко повернулся советник, наступая на эльфа. Черты его лица исказились.

Капитан группы захвата, отправив подчинённых, остался объясняться с комиссией и другими преподавателями. А увидев, в каком состоянии советник, посерел ещё больше. Значит, сэйру Маарц спасти не удалось, если обезумевший советник набрасывается на своего друга, избивая ректора Академии.

– Не знаю… – увернулся от первого удара Итой. – Послушай, это не так, в принципе, важно…

– Где онаааа? – шипит змайс, не желая ничего слышать. Каждый удар кулака сопровождается разрядом тока.

Зрелище, вызывающее сочувствие, а в некоторой степени и презрение у членов комиссии, не знающих, что чувствует привязавшийся змайс к своей хранимой, заставляло капитана испытывать противоречивые эмоции. Он не понимал советника, который отправил собственную хранимую на задание, и который сейчас сходит с ума от её потери. Истинно, высокородных простым змайсам не понять.

Некоторые змайсы-преподаватели, присутствующие в зале, услышав:

– Куда ты её дел? – бросали удивлённые взгляды на члена тайной канцелярии, но, увидев, как советник, выпустив когти на руках, целится в грудь ректора, подобрались и бросились спасать сая Хортара.

– Сашш Маарц! Сашш Маарц, придите в себя! – разнимали они сцепившуюся парочку.

– Верни её! – не желал сдаваться Даард, яростно отбиваясь от толпы и пытаясь достать эльфа. В ход шло всё: хвост, когти, магия.

– Не поможет, – прохрипел змайс в возрасте, один из членов комиссии. А увидев лихорадочный блеск в глазах советника, в которых не было и капли сознания, лишь яростная тоска зверя, бросил взгляд на капитана группы захвата. – Как там оказалась сэйра советника?

– Откуда?..

– Откуда узнал? Не первый век живу, мальчик… В любом случае… видимо, её спасти не удалось.