Текст книги "Проданная под венец (СИ)"

Автор книги: Наташа Фаолини

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

52.

Даркас выглядит почти также, как я его и запомнила. Растрепанные черные волосы, острый взгляд, небрежная черный камзол, смотрящийся на нем, как на лорде, даже когда он уже не лорд. Такой же. У меня никогда-никогда не было шансов перед ним.

Он смотрит на меня с тем же выражением, как при первой нашей встрече, словно я ворвалась в его жизнь и все перевернула одним прикосновением и даже просто тем, что существую. Он всегда хорошо себя контролировал, но такой шок скрыть невозможно. Ступор, сменяющийся смирением.

Мы смотрим друг на друга несколько прекрасных мгновений, папа что-то говорит, но голос его доносится как из-под толщи воды.

И вдруг выражение лица Даркаса меняется, в глазах с вертикальными, драконьими зрачками появляется непонятный отблеск. Он делает шаг ко мне и ошарашено выдыхает:

– Лайла...

Я всхлипываю, зажимая рот ладонями. Испуг и неверие.

– Ты меня помнишь? – шепчу, чувствуя на языке соленый привкус слез.

Грохочущее сердце едва не разрывает ребра. Он назвал мое имя, но как это возможно?

Даркас хватается за волосы и выдыхает через стиснутые зубы, дыхание становится тяжелым. Кажется, ему больно.

– Нет, – хрипит и мотает головой, от его бархатного голоса даже сейчас по коже бегут мурашки, – ваш отец... я слышал, как он назвал вас по имени.

На скулах Даркаса проступают желваки, он зажмуривается и качает головой, словно пытаясь что-то стряхнуть, пошатывается и едва не падает, словно пьяный человек.

– Даркас! – я хватаю его за руку, помогая устоять на месте, кожа там, где наши ладони соединяются становится очень горячей.

– Ты его знаешь, Лайла? – слышу голос отца.

– Да, пап, это... это мой друг.

– Не знал, что ты дружишь со взрослыми мужчинами. Матери это не понравится.

– Мне уже двадцать лет, отец! Помоги довести его до дома.

– Ты собралась волочить его к нам домой?

– Ему плохо, помоги, прошу тебя, – бормочу дрожащим голосом, не в силах справиться со слезами.

В голове звенит одна мысль – нужно помочь Даркасу, нужно его спасти, потому что все это по моей вине. Он снова страдает потому что мы встретились.

Но в этот раз я хочу быть рядом до последнего момента, пока он сам не скажет, что не нуждается во мне.

Отец хмурится, но подхватывает Даркаса за второе плечо. Он бормочет что-то в бреду, я несколько раз слышу свое имя.

Благо, до нашего семейного гнездышка нужно пройти всего несколько кварталов. Я едва не спотыкаюсь на ступенях, когда Даркас едва слышно стонет:

– Я люблю тебя.

Он сказал это мне или слова все-таки предназначались для Марии? Кого он видел перед собой в этот момент? Для кого бы ни предназначалось его признание мое сердце начинает биться быстрее.

Отец позволяет уложить Даркаса в одну из старых гостевых спален. По безумному стечению обстоятельств именно эта комната раньше была моей, тут мы провели вместе первую ночь, я на постели, а он на полу.

Я сижу на кровати рядом с ним и смотрю на мужественное лицо, убираю со лба слипшиеся от пота пряди волос. Он больше не говорит, только хмурится. Иногда на его щеках появляются и исчезают чешуйки, будто всего пара шагов отделяют тело от превращения.

Кем стал Даркас теперь? Остался ли он тем же мужчиной, в которого я по уши влюбилась?

Дверь за моей спиной приоткрывается и в комнату входит мама.

– Это он? – спрашивает тихо, остановившись неподалеку от нас.

– Да, – мне нет смысла скрывать правду, для родителей и так все очевидно. Я привела его сюда, я смотрю на него так, как смотрела всегда.

Впервые за все эти дни я чувствую себя ожившей.

– Отец переживает.

– Я знаю.

– Но он позвал лекаря для этого мужчины.

– Спасибо, – быстро киваю.

– Он дракон?

– Да.

– Все-таки женат? – допытывается мама.

– Я не спрашивала.

– Можно посмотреть, – мама склоняется над Даркасом и заворачивает рукава его камзола, – брачного браслета нет, должно быть, его сердце свободно.

Мама подмигивает мне и переводит взгляд на Даркаса, пока я ошарашено смотрю на его руки. Они с Марией так и не поженились или уже успели расстаться.

– Лайла, – слышу тихий шепот и наблюдая за тем, как рука Даркаса поднимается.

Он очнулся. Наши взгляды встречаются. В его глазах столько всего, что разобраться невозможно, но я бы окунулась даже в бездну неизвестности, если бы там был он. Кажется, мы бы так смотрели друг на друга целую вечность, если бы матушка не нарушила тишину.

– Ну, оставлю вас ненадолго, но если что, я за дверью и в любой момент могу войти!

Когда дверь за ней закрывается, Даркас начинает говорить и только тогда я осознаю, что все это время не дышала.

– Я помню тебя, – срывается с его губ.

Сердце спотыкается и разочарованно притихает.

– Да, мы встретились несколько часов назад на улице.

– Нет. Мы поженились, но это было не здесь.

– Да, – горячо шепчу и на глазах выступают слезы счастья, – я тоже это помню.

Он приподнимается, берет меня за руку и переплетает наши пальцы. Под ребрами сладко содрогается душа, я плачу и улыбаюсь.

– У меня появилась метка, – говорит он и отстраняется, чтобы снять камзол, берется пальцами за первую пуговицу на рубашке.

– Так, не раздеваться! – ворчит мама со стороны коридора.

– Я сейчас ему как дам! – слышу вскрик отца.

– Так! Утихомирься, а то я тебя сейчас утихомирю! – бурчание мамы стихает, и мы с Даркасом слышим возню и отдаляющиеся шаги.

Даркас дергает плечом и убирает пальцы от пуговиц.

– Метка означает, что ты моя истинная, – он смотрит на меня с такой нежностью, что забываю, как надо дышать. Чувствую, как вспыхивают щеки и сердце наполняется теплом.

Последние недели были беспросветным мраком, но сейчас эта комната наполнена лучами солнца. С самого первого дня без него все теряло смысл, каждой частичкой души я тянулась к нему. И сейчас ничего не изменилось.

– Что еще ты помнишь, Даркас?

– Только тебя.

– А Джози, с ней все хорошо?

– Кто такая Джози?

Душа холодеет и падает в пятки.

– Твоя дочь.

– У меня нет детей.

– Нет... – я вскакиваю на ноги и отхожу в сторону, закрывая лицо руками, ноги едва держат, я хватаюсь за стену. Кажется, в кожу вонзаются тысячи морозных иголок, теперь становится по-настоящему трудно дышать.

Что я наделала? Почему не могла исправить все по-другому?

Я делала все для нее, надеялась, что вместе с Даркасом они будут счастливы, но в конце концов сотворила мир, в котором ее нет. Судьба, как и подобает главной злодейке, всегда что-то забирает, но в этот раз она могла отдать забвению тысячу других вещей, а не ни в чем не повинного ребенка.

– Лайла, все хорошо, – руки Даркаса мягко опускаются на мои плечи.

– Прости меня, прости, что сделала это с вами. Ты очень ее любил. Больше всех на свете, хоть и не помнишь этого.

– Но я помню тебя, – он снова берет меня за руку и переплетает наши пальцы, заставляет смотреть в глаза, – может, момент неподходящий.

– Что ты делаешь? – округлившимися глазами смотрю на то, как он опускается на одно колено.

– Мне все равно что произошло, все равно, почему я забыл. Теперь я помню и больше не хочу терять ни секунды. Лайла Эккер, ты станешь моей женой? Снова.

53.

– Это немыслимо! Я ни за что не отдам ее в лапы какому-то там... дракону! – слышу выкрик отца, стоя под дверью гостиной, в которой закрылись папа с Даркасом.

Конечно, я сказала Даркасу «да», не могла по-другому, все, о чем я могла думать с тех пор, как увидела его – он. Да и до этого тоже. С самого первого дня нашей свадьбы. Мужчина, уже однажды ставший моим мужем и занимающий все мои мысли единственный, кого я хочу видеть рядом с собой.

Я видела переживание в его глазах, такое сильное, будто в зеркало смотрела. Он боялся, что я откажу, но напрасно. Разве истинные пары могут жить друг без друга?

И как только я ответила согласием увидела на его лице самое счастливое выражение. Даркас расслабился, выпрямился и поцеловал меня. Тот поцелуй окончательно разморозил мою душу, вывел из спячки, в которой я находилась последние недели.

Боже, как же я его люблю.

Это означало, что теперь нужно получить согласие отца. По всем правилам Даркас с самого начала должен был добыть одобрение главы семьи, перед тем, как делать мне предложение. И если раньше папа с легкостью согласился продать меня за кругленькую сумму, то теперь я стала его единственной и самой любимой дочерью.

Мы с мамой напряженно переглядываемся, пытаясь вслушаться в уверенный и тихий голос Даркаса, отвечающий разъяренному папе, но, в отличие от главы семейства, его слова не слышны по всему дому.

– Не волнуйся, – мама отводит меня в сторону и приобнимает за плечи, – я с ним поговорю, он передумает. Ты же знаешь, папа очень тебя любит.

– Знаю, – выдыхаю и качаю головой, – я тоже люблю... его.

– Это я уже поняла. О ком бы из них двоих сейчас ни шла речь.

Никак не привыкну насколько папа теперь меня любит. Это сильно контрастирует с его прежним отношением. Не могу сказать, что мне это не нравится, такая отцовская любовь очень... мила. Я всегда мечтала, чтобы он был таким.

Оглядываюсь на дверь комнаты, как раз в тот момент, когда она приоткрывается и в коридор выходят папа с Даркасом, обнимаясь за плечи. Мой бывший и одновременно будущий муж на голову выше папы, шире в плечах. Весь воздух высасывается из легких, когда вижу его искривленные в улыбке губы, хоть и целовала их всего двадцать минут назад.

– Чувствуй себя как дома, сынок, – хохочет отец, похлопывая Даркаса по спине.

Смотрю на маму и понимаю, что у нее такое же ошарашенное лицо, как у меня.

Мужчина, которого я безумно люблю сотворил очередное чудо. А разве с ним могло быть по-другому?

– Но до свадьбы видеться вы будете только в моем присутствии! – папа качает указательным пальцем.

И исполняет свое предостережение. Даркас приходит к нам в гости каждый день, но рядом с нами всегда кто-то шныряет, не давая нормально поговорить.

Каждый раз я засматриваюсь на него и сердце пропускает удары, кровь шумит в ушах, как морской прибой. Все предметы и люди в комнате перестают существовать, и даже его костюмы... не они украшают его, а Даркас украшает все, к чему бы ни прикоснулся.

Когда он снимает свой пиджак, я вижу, как рубашка очерчивает мускулы его рук, безупречную твердость живота. Даркас все еще дракон и Темного леса уже нет, но он все также заботиться о своем теле, чтобы оставаться сильнейшим. Он никогда полностью не полагался на свою магию.

Этими руками он мог бы свернуть шею кому угодно или... обнимать меня ими, держать за ладонь, как уже делал много-много раз.

Не верится, что он снова станет моим.

– Я хотел бы познакомить тебя со своими друзьями, Лайла, – говорит Даркас, покосившись на моего отца, решившего именно сегодня протереть сервизные чашки, стоящие за стеклом в гостиной, – но так как господин Эккер очень ревностно относится к вопросу твоей безопасности...

Папа прокашливается в кулак.

–... я добился его позволения привести их сюда, – продолжает Даркас.

Дверь открывается и в гостиную, держась за руки заходят Тагрос с Мелекой.

Я невольно приподнимаюсь на ноги, уставившись на сестру и горячий напиток из чашки проливается прямо на юбку моего платья.

– Вы? – теряется Мелека... то есть, сейчас ее зовут Лили, уставившись на меня.

В этот раз ее существование не становится для меня неожиданностью, и я быстро беру себя в руки, пока встревоженный Даркас вытирает мое платье платком.

– Не обожглась? – волнуется он.

Когда его руки прижимаются слишком близко, кажется, что я чувствую их жар даже через ткань платья. Единственное, чем бы я могла обжечься – ты, Даркас. Но ты бы никогда не сделал мне больно специально.

– Нет, все хорошо, – я слабо улыбаюсь и перевожу взгляд на гостей, застывших у порога, – присаживайтесь, и извините меня за тот раз я... обозналась.

– Ничего, – Лили открыто улыбается, и я не могу отвести взгляда от ее сияющего лица, она совсем не изменилась, – я очень хотела посмотреть на девушку, сумевшую покорить сердце лучшего друга моего мужа, ведь до этого он был убежденным холостяком, – она кивает на Даркаса, – и совсем не удивлена, ваша красота еще в тот раз показалась мне исключительной.

Щеки опаляет жаром. Мелека всегда делала мне комплименты, а я до последнего считала ее лучшей среди нас двоих. Она была нежной, но стойкой, привлекательной, но уютной красотой, такой, что хочется смотреть и смотреть, потому что кажется, что при взгляде на нее в душе расцветают пионы.

– Вы намного красивее меня, Лили, – отвечаю смущенно.

Она широко улыбается и тянет Тагроса к дивану.

– Мы подружимся, – кивает она, – знаете, у меня тут совсем нет подруг, такое чувство, что они остались где-то в моей прошлой жизни, – хохочет Лили.

– У меня тоже постоянно возникает такое ощущение, – улыбаюсь я.

До самого вечера мы болтаем обо всем на свете и ни о чем одновременно. Даже Даркас с Тагросом не ведут настолько бодрый диалог, за считанные часы мы с Лили узнаем все друг о друге.

А ведь многое о ней я уже знала. Лили говорит мне то, что окончательно убеждает —я сделала все правильно.

Они с Тагросом истинная пара. И скоро у них будет малыш, о чем прямо намекает выпуклый живот Лили.

И вдруг я замечаю движение в окне. Там стоит красивая женщина в свободных одеждах, ее волосы карамельного цвета пышной волной спадают на плечи.

Кажется, ее вижу только я. Она выглядит очень знакомо, словно мы уже когда-то встречались.

Она улыбается в слабом свете заходящего солнца и вдруг весело подмигивает мне.

– Я сейчас, – говорю сипло и поднимаюсь с дивана, чтобы выбежать на улицу.

Когда я подбираюсь к тому месту, где видела ее – там никого нет, а солнце уже опустилось за горизонт.

54.

Тем же вечером, читая книгу уже в кровати я все думаю о той женщине, которую видела. Она показалась мне очень знакомой... эти волосы по цвету напоминающие кофе с молоком и выразительные зеленые глаза. Она отличалась от Эсмелины, и я не чувствовала с ней той связи.

Связь была другой.

Она была похожа... на меня? И очень напоминала ту статую в храме Литы.

Откидываю книгу в сторону и подхожу к зеркалу напротив кровати. Пристально разглядываю себя, когда слышу стук в дверь.

Родители давно спят, да и не стали бы стучать. Я с осторожностью открываю створку и застаю на пороге Даркаса с огромным букетом пионов. Кажется, там не меньше пары сотен цветов, но в руках высокого широкоплечего мужчины ворох не кажется таким большим.

Даркас в то же костюме, в котором приходил сюда с Тагросом и Мелекой. Похоже, он вообще не возвращался домой. Волосы его растрепались еще больше от ветра, бушующего на улице, но каким-то образом он стал только привлекательнее.

Чувствую, как жар разносится по телу и самым вероломным образом сгущается на щеках.

– Мне показалось, они очень похожи на тебя, – говорит он.

– Спасибо, – шепчу смущенно, – как ты вошел?

– Твои родители уже спят.

– Можно... можно было побросать камешки в окно, вдруг они тебя увидят? Папа разозлится.

Уголки губ Даркаса приподнимаются, он смотрит на меня с нежностью.

– Лайла, мне давно не двадцать лет, подростковые игры остались позади. С твоим отцом я сумею разобраться, хотя я очень уважаю его желание до последнего оберегать тебя.

Кажется, когда Джози вырастет ей тоже придется непросто с заботой отца.

Я туг же вспоминаю о Джози и сердце болезненно сжимается.

Он подходит ближе и протягивает мне цветы. От запаха его тела голова идет кругом. Аромат Даркаса почти не изменился: кожа, лес и... огонь. Он ведь дракон, который, к тому же, теперь обрел и свою первоначальную ипостась.

– Идем, – он кладет цветы на кровать и протягивает мне руку, – я хочу тебе кое-что показать.

Когда наши ладони соприкасаются, я чувствую, как мурашки разбегаются по всему телу. Словно в первый раз. Когда-нибудь будет по-другому?

Когда я рядом с ним, то каждый раз чувствую, насколько я младше него. Сколько лет разницы между нами? Десять? Пятнадцать? Теперь это не имеет никакого значения.

Мы истинная пара и судьба снова свела нас, но выбрал бы меня такой опытный мужчина, если бы не обстоятельства?

Я смотрю на его профиль, когда мы спускаемся по лестнице. Его большой палец оглаживает внутреннюю сторону моей ладони, и мы выходим на улицу.

Вокруг темно, только звезды освещают просторные улочки. В это время суток все уже спят, а мы с Даркасом куда-то сбегаем.

Сердце начинает быстрее качать кровь по венам. Еще с прошлой жизни мы не оставались вместе без моего отца или других людей рядом.

Даркас отпускает мою руку и отходит в сторону, становится невыносимо холодно.

Я вижу, как очертания его тела меняются в полутьме. Он увеличивается в размерах, чешуйки блестят под светом небесных тел. Даркас раскрывает огромные крылья, занимающие весь проулок и смотрит на меня желтыми глазами с вертикальными зрачками.

Передо мной дракон.

– Даркас... – выдыхаю восхищенно.

Он опускает голову и кивает на свою спину.

– Хочешь, чтобы я залезла?

Дракон кивает.

– Но ты стал таким большим, я не дотянусь.

Он опускает крыло на землю и смотрит на меня выжидающе, но с прежней нежностью во взгляде.

«Драконы не терпят всадников на своей спине», – вспоминаю строки из книги. -«Они убивают любого, кто им не нравится, но подобрался слишком близко, такова их звериная сущность. В некоторых случая исключениями становятся истинная пара дракона, если связь исключительно сильная, но известны случаи, когда драконы сжигали даже своих избранниц».

Я осторожно подхожу ближе и глажу крыло, чувствуя под пальцами твердую плоть.

Такую способны пробить, разве что, самые острые клинки.

Мне не страшно. Я знаю, что Даркас никогда не причинит мне вреда, с его драконом мы тоже встречались в прошлом, и тогда он мне не навредил.

Я быстро взбираюсь вверх, хватаясь за костяные перепонки на крыльях и усаживаюсь на его спину, схватившись за нарост на спине.

Дракон взмывает вверх. Первые несколько секунд я не могу дышать из-за ветра, бьющего в лицо, волосы развиваются во все стороны, кожа горит от холода. Я то и дело соскальзываю вниз, пока тело не окутывает слабое свечение магии Даркаса.

Он не даст мне упасть.

Дракон делает несколько кругов над городом, а я, затаив дыхание, наблюдаю за прекрасной картиной родного города с высоты облаков и не могу сдержать детской улыбки. Улочки почти не изменились, вон там моя школа, там площадь, на которой проходят ярмарки... даже храм Литы.

Даркас подарил мне чувство полета, он подарил мне собственное будущее. Само его существование делает меня особенной. Без своего дракона я просто Лайла, девчонка из бедной семьи, но с ним я нечто большее, и в то же время просто женщина, которую любят.

Дракон садиться в горах, откуда открывается вид со стороны на всю столицу. Я спрыгиваю вниз, ноги дрожат, но я хватаюсь за плечо Даркаса, когда он превращается обратно в человека.

Он накидывает на мои плечи свой пиджак, и мы садимся на траву вместе. Я кладу голову на его плечо, и мы просто молчим, пока Даркас не нарушает тишину тем, что, кажется, тревожит его сейчас больше всего.

– Какой она была? – спрашивает.

– Кто?

– Моя дочь.

– Прекрасным ребенком, она любила нас также сильно, как мы ее, но тебя чуть больше, – я усмехаюсь, – называла тебя папочкой и много рисовала.

Рука Даркаса на моей талии сильнее сжимается. Он молчит, но я чувствую, как тяжело у него на душе. Даркас был прекрасным отцом и наверняка уже хочет детей, страшно не помнить, что уже когда-то стал папой.

С небосвода перед нами падает яркая звезда и я прикрываю глаза, загадывая желание. Никому его не скажу, пока не исполнится.

Немного сдвинувшись, ощущаю что-то твердое в кармане Даркасового пиджака.

Нащупываю внутри коробочку.

– Это браслет? – спрашиваю шепотом.

– Помолвочный. Помню, что прошлый раз так и не сделал тебе достойного предложения, просто приехал и забрал. Можешь обругать меня и ударить.

– Я уже ответила согласием.

Он берет коробку и открывает ее, повернув в мою сторону. Внутри я вижу браслет из белого золота невероятной красоты, инкрустированный драгоценными камнями.

Стоит целое состояние и с учетом того, что теперь Даркас не лорд, наверное, потратил на это все свои сбережения.

Мне все равно сколько у него денег. Пусть даже теперь мы будем жить в пещере или в шалаше.

– Лайла Эккер...

– Всегда, Даркас. Сколько бы раз ты ни спросил.

– Хорошо, – он кивает, надевая на мое запястье браслет, – знаешь, я уже урывками вспоминал тебя до нашей второй встречи, еще немного и нашел бы тебя сам. И найду даже в бездне.

Наши взгляды встречаются и чувствую его дыхание на своем лице. Его глаза сейчас кажутся темными – он не шутит. Я не могу оторвать от них взгляда.

– Даркас...

– Да?

– А где ты теперь живешь? Тогда ты был лордом Севера.

Он поднимает руку и указывает куда-то на столицу. На самое большое здание, размещенное на возвышенности.

– Дворец? Но почему там?

– Потому что теперь я королевский генерал.

Чувствую, как глаза округляются от удивления. Слов нет. Я ошибалась. У Даркаса на судьбе написано быть выдающимся. И на браслет он совсем... совсем не копил.

Генералом можно стать лишь за выдающиеся заслуги. До меня он снова прожил целую жизнь, наполненную столькими событиями, что мне вовек не разобраться, почему я снова оказалась достойной. Стала его истинной снова.

Неужели я чем-то его заслужила?

Он наклоняется и нежно меня целует. Сердце бьется в ребра, а поцелуй углубляется, я ощущаю его язык, мягкие губы, а там, где его рука стискивает талию, щекочущие мурашки разбегаются по телу. Под моей рукой его сердце бьется также быстро, когда я кусаю его нижнюю губу.

И я бы могла мечтать, чтобы этот момент никогда не прекращался, да только знаю, что с Даркасом каждый поцелуй будет таким. Он мой муж. Бывший и будущий.

– Я люблю тебя, Даркас... – шепчу, на секунду оторвавшись от его губ.