Текст книги "Проданная под венец (СИ)"

Автор книги: Наташа Фаолини

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 16 страниц)

43.

Подхожу ближе к картине, пытаясь прикоснуться пальцами к блестящему холсту, но ноги подкашиваются. Смотрю на свое прошлое, из которого меня так безжалостно выдернули.

Я не ошибаюсь. Это та самая картина. То же платье, моя прическа и сияющие глаза, в те времена я была самой счастливой, потому что все еще была ребенком, но уже считала себя взрослой. У меня не было денег, но было все, о чем может мечтать ребенок.

После того дня наше общение с Сарой и Николеттой сошло на нет, они были на несколько лет старше меня и быстро вышли замуж, мы виделись еще несколько раз, но с тех пор их интересовала семья и дети, а меня все еще пугало одно упоминание замужества.

Я не смогла выкупить эту картину у художника, но ее забрал Даркас. Он привез мое изображение на Север. Мы встретились задолго до свадьбы, а я... даже не вспомнила его.

То была мимолетная встреча, он был всего лишь эпизодом, обычным прохожим, но все эти года Даркас помнил. Шли годы, маленькая Джози росла, он сам боролся за ее жизнь, он был совершенно один. И у него была эта картина, все пять лет он приходил сюда и помнил меня.

А я не помнила его.

– Но что это значит, Тагрос? – спрашиваю хрипло и отхожу в сторону, не свожу взгляда с изображения, словно оно может начать двигаться и напасть на меня, как призрак прошлого.

Воображаю, как Даркас приходил сюда, смотрел, представлял, как я изменилась за это время. Зачем? Как часто? Он помнил обо мне каждый день или только вспоминал время от времени?

Почему тут картина с моим изображением, а не первой жены Даркаса? Их столько связывает. У них общий ребенок. В конце концов, когда-то он все же выбрал ее, женился, а я была всего лишь незнакомой девчонкой.

– Он привез картину сюда пять лет назад, по возвращению из столицы. Лорд искал на Юге Марию, верил, что она все еще жива, но в тот день прекратил поиски.

Перестал ждать ее возвращения.

– Но почему Велла сказала, что ответы здесь, если тут всего лишь мое изображение?

Хватаюсь руками за голову, не веря в то, что вижу и слышу. Я – ответ на то, что происходит с Джози? Немыслимо, ведь она родилась задолго до нашей встречи.

– Всего лишь? – хмыкает Тагрос. – Первые несколько дней Даркас не выходил отсюда, не спал и не ел, понадобилось время, чтобы все пришло в норму, но он так никому и не объяснил, что случилось.

– Почему? – спрашиваю и на глаза наворачиваются слезы.

Столько вопросов, я готова задавать их часами, но мне нужны ответы Даркаса.

– Не знаю. Он никогда не объяснялся, но я могу его понять, я и сам часто приходил сюда, у этого места особая аура. Приходил, когда был здесь, а не в столице, – от тона голоса Тагроса остается горький привкус.

Кажется, что он отвечает через силу и хотел бы поговорить совсем о другом.

– И ты был в столице, Тагрос?

– Я жил неподалеку от вашего дома. Даркас поручил мне перехватывать письма, читать их и возвращать, так он и узнал, что вас собираются насильно выдать замуж за кого-то постороннего.

– Он подстроил свое появление, – качаю головой, не понимая, что на самом деле чувствую...

Хотя нет, знаю. Даркас обманул всех, чтобы жениться на мне, но где бы я была сейчас, если бы не он? На самом деле мне все равно, он может обманывать меня и окружающих хоть тысячу раз, но это не изменит моих чувств.

Он врал ради себя, но тем самым спас и меня.

Наконец-то все встало на свои места.

Слышу скрип половиц – Тагрос подходит ближе, сокращая между нами расстояние и единственное чего мне хочется – отойти.

– Леди Лайла, вы верите в любовь с первого взгляда?

Бросаю на Тагроса быстрый взгляд. Он смотрит на меня. В темных глазах бушует пламя, черты лица заострились. У него тоже много вопросов.

И от этого взгляда хочется сбежать, потому что есть вопросы, ответы на которые я знать не хочу. Может, потому что догадываюсь, но если эти слова прозвучат, то мне придется предстать перед ними лицом к лицу.

Тагрос красивый мужчина, он благородный завидный жених, приближенный лорда Севера. Но он не мой и все его достоинства не вызывают той бури, которая случается со мной, стоит Даркасу зайти в комнату.

– Я должна вернуться к Джози, – говорю быстро и иду к выходу, оставляя Тагроса позади без ответа.

В моих словах нет смысла, потому что никакой другой любви в моей жизни больше не будет. Я сделала свой выбор не у алтаря, когда ответила «да», когда вынуждена ‘была выйти за Даркаса, но сделала его позже.

Быстро спускаюсь по ступеням и понимаю – что-то не так. Чувствую повисший в воздухе мрак и безысходность, на языке появляется землистый привкус горечи.

Оставшуюся часть пути я пробегаю. Сердце колотится где-то в горле, вместе со звуками половиц, прогибающихся под ногами.

Только бы успеть...

Дверь в комнату, в которой заперлись Мелека и Джози настежь распахнута. Изнутри доносятся крики.

44.

Я подбегаю к двери, сердце колотится уже где-то в горле, потеющими ладошками я сжимаю платье. Шум из комнаты усиливается, теперь можно разобрать и мужские голоса.

Наемники. Они все-таки пробрались во дворец. Не просто вломились, их кто-то впустил, я уверена – они тут не случайно... моя семья наверняка планировала это как запасной вариант. У них не получилось выкрасть меня и весь сценарий сосредоточился на маленькой Джози.

Через нее можно навредить Даркасу, потому что он любит дочь больше всех на свете. Он сделает что угодно лишь бы вернуть ее.

У самой двери кто-то зажимает мне рот рукой и оттаскивает к стене. Я пытаюсь отбиться, брыкаюсь, но слышу шипение Тагроса.

– Тише! Нам надо уйти.

Слезы наворачиваются на глаза. Я кошусь на свет от факелов, танцующий на полу напротив комнаты. Он быстро мелькает, почти в такт звону металла, пока мы прячемся в тени. Там что-то происходит, а маленькая Джози даже не может себя защитить. Она там медленно умирает.

Слышу отчаянный крик Мелеки. Моя сестра там совсем одна сражается за Джози, ей наверняка тоже очень страшно, но зная свою сестренку как никто другой я уверена – она не отступится до самой смерти.

Мелека всегда любила маленьких детей, она стала бы прекрасной матерью, но сейчас, боюсь, она готова отдать жизнь за мою падчерицу, а в итоге все равно ничего не изменится.

Где же Даркас?

Я пытаюсь ударить Тагроса по ноге, но он перехватывает меня за талию и силком прижимает к себе. Его руки такие сильные, что я чувствую себя безвольной куклой, не могу даже пошевелиться.

– Я спрячу тебя, а потом вернусь, идет? – тихо шепчет он.

Будет слишком поздно. Джози уведут, а она и без того умирает прямо сейчас! Время как всегда на исходе и у меня нет времени, чтобы волноваться за себя.

Нужно тянуть время и дождаться возвращения Даркаса.

Я всхлипываю и медленно киваю.

– Договорились, – выдыхает Тагрос, убирая ладонь с моего рта.

В этот момент я кусаю его за палец и выворачиваюсь, толкаю Тагроса и вбегаю в комнату.

– Нет, Лайла! – слышу его крик.

В спальне погром. На полу валяются разбросанные предметы, кто-то бросил у шкафа факел и ножки мебели покрылись язычками пламени.

Прикрываю нос и рот рукой от дыма и иду дальше. В углу, возле кровати с маленькой Джози сжалась Мелека. Она размахивает ножом во все стороны и кажется маленьким обезумевшим кролем, защищающим своего детеныша.

Растрепанная, в своем белоснежном платьице, с красным от слез и дыма лицом, она рычит что-то через зубы, смотря на врагов из-под бровей.

Несмотря на весь шум Джози так и не пришла в себя. Она стала выглядеть хуже: волосы слиплись на лбу, губы покрылись корочкой, ресницы дрожат.

Наемники в черных одеждах с тканями, прикрывающими лица обступили Мелеку. У каждого в руке по выкрученному лезвию и наверняка все они искусные убийцы.

Такие люди выживают только посредством убийства других, а конкретно эти нелюди не побоялись взять заказ на дочь лорда Севера.

Осмотревшись я хватаю с пола отломанную ножку стула и со всей силы замахиваюсь, ударяя наемника сзади по голове. Он пошатывается и заваливается на бок.

По крайней мере, одного я смогла вывести из строя.

Второй поворачивается, таращится гневными карими глазами и хватает меня за руку, толкая в сторону Мелеки с такой силой, что едва получается устоять на ногах.

– Лайла, – всхлипывает сестра, но ножа, направленного на наемников, из дрожащих рук не выпускает, – что нам делать?

Тянуть время. Ждать прихода Даркаса. Но в голос этого не говорю.

– Зачем вы пришли? – выкрикиваю, обращаясь к их главному.

На его лице ткань, но готова поспорить, что сейчас мужчина ухмыляется. Подходит ближе и хватает пальцами за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

– А ты симпатичная, как для бабы. Не стой на пути и останешься живой. Нам нужна девчонка, все равно умрет, проклятые живут мало, если вообще живут, – он кивает на Джози, кожа которой покрылась черными линиями.

Я поджимаю губы. Да что он вообще может знать?

– Кто вас прислал? – говорю уверенным голосом ни на секунду не испугавшись, потому что на кону стоит безопасность девочки, которую я уже успела полюбить.

– А ты как думаешь? – слышу голос за спинами наемников.

Мужчины в черных одеждах расступаются и из дыма выходит Алек. Он не переоделся в одежду для сна, остался в том же костюме, купленном на деньги Даркаса. Он знал. И сейчас очень горд собой.

– Как ты мог? – сиплю. – Она ребенок!

– Твой муженек не оставил выбора, она не шел навстречу нашим условиям! —слышу истеричный голос матушки, шурша платьями она выходит на свет, – Мелека, быстро подошла ко мне! – говорит тоном, полным властности.

– Ни за что! – шипит сестра, ее всегда нежный голосок сейчас переполнен гневом. —Только попробуйте подойти. Лорд скоро вернется, и вы все ответите!

– Схватить их! – выкрикивает Алек, и наемники бросаются вперед. Первой хватают кричащую Мелеку.

Кажется, что столкновения не избежать, но тут перед нами вырастает высокая фигура. Дракон в боевой ипостаси. Он когтями убивает наемника, схватившего Мелеку и закрывает нас спиной.

– Тагрос! – выкрикиваю облегченно.

– Сиди на месте! – бормочет раздраженно и смотрит на Мелеку. – Все хорошо?

Она быстро кивает.

– Будь осторожен, – шепчет сестра и заливается румянцем, отводя глаза в сторону.

– Как трогательно, – ухмыляется Алек и берет саблю у одного из наемников. —Говорят, что драконы непобедимы, но я перешерстил всю столичную библиотеку в поисках средства против этих тварей!

– Такого средства нет, – с достоинством отвечает Тагрос, – наша регенерация во много раз быстрее человеческой. Можете нападать вместе, в итоге я все равно выкарабкаюсь, а для вас это конец!

Я замечаю, что пока Алек отвлекает внимание, сбоку к Тагросу подкрадываются, чтобы ранить.

– Слева! – выкрикиваю.

Дракон реагирует быстро, но в этот момент Алек бросает саблю вперед, лезвие пролетает несколько метров и со звуком, который я теперь никогда не забуду засаживается Тагросу в грудь.

Он пошатывается, хватаясь за рукоятку и вытаскивает лезвие из ребер, с громким звоном откидывает его в сторону. Кажется, что все силы разом покинули сильное тело.

Мелека бросается к нему и помогает осторожно опуститься на пол. Слезы градом стекают по ее покрасневшим щекам.

– Знаешь, что такое цветок Анорелии, дорогая сестра? – фыркает Алек. —Тропическое растение, из которого делают яд такой быстрый, что даже самая хорошая регенерация не успевает спасти раненного.

– Ты чудовище!

Я подползаю к Тагросу и дрожащими руками зажимаю рану, из которой сочится кровь. Мелека рядом раскачивается из стороны в сторону, обнимая плечи руками.

В этот момент на улице раздается гром с таким оглушительным звуком, будто небо упало на землю, особняк сотрясается несколько раз и огонь перебрасывается на другую мебель.

Путаясь в юбках, мама бросается к окну и выглядывает на улицу. Вскрикнув, она зажимает рот руками.

– Эти твари... их там сотни! – тараторит перепугано и задергивает штору, но я успеваю заметить, что небосвод стал ярко-алым.

– Что ты несешь?! – Алек отталкивает женщину, которая нас родила в сторону и прилипает к окну.

С его губ срывается звук, похожий на кряхтение, отскакивая к выходу как ошпаренный, он кричит:

– Убейте этих дур, а девчонку забирайте! Надо сваливать!

Алек бежит к двери, но не успевает выскользнуть в коридор – в проеме появляется огромная окровавленная фигура с кожистыми крыльями и толкает Алека в сторону, брат пролетает несколько метров и ударяется об стену, повалившись на пол без единого признака сознания.

Наклонившись, дракон заходит в маленький проем. Он стал намного больше, чем во все те разы, когда я видела его перевоплощение.

Кажется, сейчас в Даркасе намного больше звериного, чем человеческого. Глаза стали абсолютно желтыми и светятся, как раскаленный метал. Его руки и лицо покрылись чешуями, ботинки исчезли, а вместо ног снизу выглядывают когтистые лапы.

Он смотрит прямо на меня. А я на него.

– Ты пришел, – всхлипываю.

45.

Все секунды застревают в этом моменте, и я почти вижу спотыкающийся поток времени, кажется, что все часовые механизмы в мире теперь работают нехотя, словно через силу.

Мне хочется, чтобы все остановилось здесь, потому что дальше будет только хуже.

Джози умирает, а Тагроса ранили ядовитым клинком в сердце. Скоро жнец времени заберет то, что считает своим. Жизни дорогих мне существ.

Наемников слишком много, Даркас силен, но преимущество на их стороне. Чтобы выжить загнанные в капкан люди в черных одеждах попытаются ранить Даркаса.

Всего один порез и яд на их клинках распространится по венам моего мужа.

Да, мне хочется, чтобы все остановилось здесь, чтобы в нотках дыма не появился запах смерти. Чтобы все остались со мной.

Даркас, Джози, Тагрос. Мама, забившаяся в угол с безумными глазами. Плачущая Мелека, дергающая меня за руку и пытающаяся что-то кричать.

Я не слышу ее. Глаза застилают слезы, соленый привкус на языке.

А потом, насмехаясь надо мной, время ускоряется, как барабанящие по крыше капельки дождя, когда Даркас срывается с места и бросается в гущу.

Я слышу крики, рычание, звон метала, чувствую во рту вкус пепла. Даркас ранит одного из наемников когтями, и алая кровь веером разбрызгивается по стенам.

– Не дай себя ранить... – едва выдавливаю из легких, голос звучит тихо и сдавленно.

Даркас не слышит меня.

Я должна предупредить его... должна...

– Не дай себя ранить! – кричу так громко, насколько могу.

Он поворачивается ко мне, на секунду наши взгляды встречаются и во взгляде мужа я вижу то, что мы оба должны друг другу сказать. Наконец-то прошло время недомолвок. Если бы только у нас было больше времени...

Даркас быстро кивает и выбивает у наемника из рук саблю.

– Лайла! – слышу истошный крик.

Поворачиваюсь медленно, словно окутанная миражом дурмана. Мелека склоняется над кроватью Джози, горькие слезы срываются с ее подбородка и моментально впитываются в одеяло.

– Лайла, – сестра снова выталкивает мое имя между судорожными рыданиями, -Джози не дышит!

Я вскакиваю на некрепких ногах, тело ведет в сторону, грохот собственного сердца перекрывает все остальные звуки. Шатаясь, я подхожу к маленькой девочке, которая за столь непродолжительное время смогла стать родной, словно это я ее родила.

Будто это я носила ее под сердцем девять месяцев, я заботилась, я была с ней каждую секунду ее недолгой жизни, я была ее мамой.

Дрожащими руками хватаю детскую руку, опутанную черными нитями проклятия.

Пульса нет. Умиротворенное миловидное лицо. Ей больше не страшно и не больно.

– Нет, – всхлипываю, голос кажется чужим.

Сердце пронзает неистовой болью, оно обливается кровью, вырывается из грудей и разбивается, как старый фужер. Дикая боль, от которой хочется кричать.

Холодеющее запястье в моей руке.

Я не могла этого допустить, но допустила. Снова. Проклятие победило Джози и раздавило меня, стерло в порошок любые надежды, как обычно и делает зло, питающееся любым добром, забирающее самое светлое, что есть в существовании и без того наполненным кромешной тьмой.

– Мы еще не проиграли, – шепчу, прижавшись к ее лбу, – помнишь, Джози? Всегда иди за мной.

Закрываю глаза и смахиваю веками слезы. Тянусь к потоку времени интуитивно, словно делала это уже сотни и тысячи раз. Я хочу быть всесильной и ради Джози стану. Я переверну время снова и, если понадобится, положу этот мир на лопатки.

Коридор с дверями моментально появляется перед глазами. Дорога ведет вперед, но мне не туда.

Дыра в стене позади находится на том же месте. Я быстро перешагиваю на ту сторону. В царство прошедшего времени, того, что уже произошло когда-то и больше никогда не повторится.

Нахожу одну из дверей, ведущую в комнату Джози несколько недель назад. На улице вечер, она сидит за столом и что-то рисует, ухватив карандаш кулачком.

Не сдерживаю улыбки. Джози сосредоточенна, свободной рукой смахивает со лба мешающуюся прядь, размахивает ногами в синих колготках и белых домашних туфельках.

Подхожу ближе и всматриваюсь в бумагу. Это Даркас. Она рисует отца, окруженного розовыми сердечками. Сверху неуклюжая надпись: «папуля».

– Джози, – я зову ее и пытаюсь взять за руку, но ладонь проходит сквозь стол, – что?

– выдыхаю растерянно.

Пытаюсь снова и снова, зову по имени, хватаю за плечо, но ни разу не получается прикоснуться к ней. Я словно привидение, бестелесное существо. Джози не видит меня, не чувствует. Не реагирует.

Раздается щелчок. Хлопнула дверь. Я поворачиваюсь и замечаю у выхода женщину. Мудрые зеленые глаза смотрят на меня, длинные черные волосы разметаются во все стороны из-за поднявшегося в комнате потустороннего ветра, необычное платье струится по телу.

Она вскидывает запястье и рукав из свободной ткани скользит к локтю.

– Мы уже виделись с тобой однажды, – ее сильный голос исходит отовсюду, будто звучит в моей голове.

– Да. Вы – мое прошлое воплощение.

– Зачем ты здесь, Лайла?

– Я должна спасти ее, – перевожу взгляд на Джози, переместившуюся на кровать с двумя куклами.

Она не замечает нас, Джози счастлива проживать свое детство. Тут она еще не подозревает какое будущее ее ждет.

– Сейчас мы находимся в ее воспоминаниях, – прошлая я тоже подходит ближе и слабо улыбается, остановившись перед Джози, – однажды мы уже все изменили, второй раз вмешиваться в судьбу живого существа не позволено. Даже нам.

– Неужели я должна оставить все так? Нет. Должен быть способ.

– Девочке суждено умереть. Есили не от проклятия, то от рук собственной матери.

– Мария... вы знаете где она?

Женщина кивает.

– Ты тоже знаешь. Это записано здесь, как и любое событие, произошедшее когда-либо, в зависимости от того, чьи воспоминания ты хочешь посмотреть.

Она взмахивает рукой, и обстановка меняется. Уютная комнатка Джози на втором этаже блекнет, и мы оказываемся на улице, у кромки Темного леса. Все вокруг белым-бело, но на небе светит яркое полуденное солнце.

– Что вы хотите мне показать?

Ответ уже не нужен, когда я вижу молодую женщину, бегущую к нам по снегу. Она очень красива: темные вьющиеся волосы, стройная фигура и глаза... такие же, как у Джози. Это ее мама Мария.

Она пробегает мимо, не заметив нас, сжимая в руках сумку с вещами и украдкой оглядывается, словно боясь попасться.

– Четыре дня после родов. Мария оставляет мужа и дочь по собственному желанию.

Она выбрала день, когда мужа не будет дома.

– Почему? – спрашиваю хрипло.

– Девочка родилась проклятой, Мария знала, что это значит и не собиралась заботиться о ней, хотя и любила. По-своему.

– Но как она могла так поступить с ней... и с Даркасом?

– Она была обижена на Даркаса. Мария родилась в богатой семье, она много лет изучала историю и обладала давно утраченными знаниями.

Мы наблюдаем за тем, как из леса выходят несколько измененных и идут к перепуганной Марии. Она кричит, пытается отбиться, роняет сумку и с хрустом падает лицом в снег. Монстры тянут ее в лес.

– Мы не поможем ей? – непроизвольно делаю шаг вперед.

– Через несколько минут она станет чудовищем. Ей некуда возвращаться. Ее уже никто не ждет.

– Чудовищем? Она все это время была измененной?

Вот почему Даркас так и не нашел ее. Мария все это время была ближе, чем он думал.

Прошлая я не отвечает. Мы принимаемся ждать. Наблюдаю за тем, как солнце постепенно скрывается за набухшими облаками, начинается снегопад, температура воздуха падает, но холода я не чувствую.

Время тут бежит быстрее, чем в реальном мире и вот уже вечер...

Из леса появляется женщина с выкрученным туловищем, огромный нарост на ее плече похож на вторую голову, одежда превратилась в лохмотья, волос на голове почти не осталось. Всю ее привлекательность поглотил лес.

Взгляд блеклых глаз чудовища устремлен на дом. Она рычит и брыкается, направляясь к светлым окнам.

– Это она... все это время она пыталась быть ближе к Джози. Я видела ее множество раз, – эхо моего голоса разносится по округе.

– Мария хотела забрать Джози с собой, сделать дочь такой же. Навсегда остаться вместе, таким образом никто бы не забрал у нее ребенка.

– Она хотела убить собственную дочь?

– В извращенном мозгу любви не зародиться. Она стала чудовищем и зациклилась на Джозефине. Мария всегда хотела быть матерью, но, когда родилась проклятая девочка поняла, что все ее старания напрасны.

– Она же сама ее и бросила!

– Потому что хорошо знала историю. Мария знала, что драконы уже сотни лет не встречали своих истинных. Это понятие кануло в небытие. Но помимо того она знала, что если где-то в мире уже родилась истинная дракона, то все дети этого мужчины от других женщин будут обречены на смерть от проклятий.

Сердце начинает стучать быстрее. Так значит...

– Вы истинная пара. Именно потому что Даркас оказался первым драконом за сотни лет, у которого есть истинная пара... именно поэтому Джози проклята.