Текст книги "Мечты сбываются (СИ)"

Автор книги: Наталья Машкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 24 страниц)

Глава 17.

А дальше всё было обыденно. Армос сам переложил Киру на носилки. Сдёрнул с кровати простыню и всучил её в руки одному из драконов. Каждый из них знал свою роль и следовал ей спокойно, без слов: кто за кем идёт, кто и как прикрывает короля. Видно было, что подобные «вылазки» не в новинку никому из пятёрки драконов.

Армос выглядел сейчас так, каким видела его Кирия раньше: кусок льда, презрительный, чуждый эмоций, привязанностей. На него было просто страшно смотреть. И Кира не смотрела. Пока драконы, следуя установленному порядку, не попытались взяться за носилки.

Король зарычал глухо, страшно:

– Не сметь!

Драконы отшатнулись. Больше, за всё время, что они были рядом, даже не взглянули на Киру. Хорошо знали своего властелина и то, что один взгляд на ведьму будет стоить им головы, в прямом смысле слова. Король недвусмысленно дал им понять, что для него она перешла в категорию "моё", а с этим шутки плохи. Может быть, они и поглядывали на неё искоса, но только тайком. А, вероятнее всего, просто впитывали само ощущение присутствия рядом столь сильной ведуньи. Оно пьянило получше вина. И взгляды не нужны.

Король понимал это и злился. Инстинкт собственника разгорался. Ему уже хотелось спрятать своё сокровище подальше, чтобы никто не просто не отобрал, у него попробуй отбери, а и не дышал в её сторону. Но эти идиоты нужны ему, чтобы сделать дело.

Горечь подступала к горлу Армоса, когда он думал о том, что за "дело" предстоит его псам. И он старался не думать. Подумает тогда, когда всё будет кончено, и отступить назад уже не получится. Тогда он будет скорбеть, накажет кого-нибудь, сделает что-то такое, от чего ему станет легче. А пока не время. Убийство того, кого вырастил, и считаешь сыном, ребёнка твоей пары, невыносимое бремя. Он никогда не пошёл бы на это, если бы боги не дали ему самому шанс обрести пару. Противостоять этому искушению он просто не мог. И не сможет.

– Ничего не изменишь, сколько не сожалей,– скорбно подумал Армос и открыл портал. Носилки поплыли за ним. Драконы прошли следом.

Вышли они на широкой поляне в лесу. Нарушая всякую логику и здравый смысл, там уже стояло роскошное кресло и столик с напитками – место, с которого драконий король собирался смотреть на убийство племянника.

Драконы, ни слова ни говоря, стремительно побежали куда-то по просеке.

– Поле невдалеке. Там они его и встретят,– прокомментировал Армос, накрывая поляну прозрачным колпаком.

– Иллюзия и щиты,– поняла Кира. Дарос не увидит и не почувствует их теперь.

– Ты что, даже не поговоришь с ним?– спросила драконьего короля.

Тот ответил, как ни странно, печально:

– О чём говорить, Кирия? Того, что случилось, не изменить. Ни он, ни я не отступимся. Так что, смерть одного из нас, только вопрос времени. Зачем тянуть? Он почувствует тебя и придёт туда, где его ждут.

– Четверо на одного!

– А что делать? Сильнейший в поколении! Это обязывает.

– Ты мог сразиться с ним сам, ведь ты не слабее! Это было бы честно!

Армос хмыкнул:

– Это видишь ты, ведающая. Они, нет. Для всех я середнячок... И, да. Я не стану рисковать. Я, знаешь-ли, сегодня испытал то, что не испытывал ни один дракон уже тысячелетие как. Энергообмен! Таким, каким он задуман богами. И он прекрасен, доложу я тебе. Да ты и сама знаешь!– искоса глянул на неё.– Разве могу я отказаться или рисковать? Это у тебя есть выбор: он или я. Ни у меня, ни у него выбора нет.

Кира мучительно пыталась придумать аргументы, что заставили бы его передумать, ведь время стремительно уходило. И тут услышала... Нет, почувствовала, что Дарос уже тут.

Король наблюдал за ней:

– Ты, и правда, чувствуешь его! Так что же этот идиот не закрепил вашу связь?

Кира, которая вся уже была там, где был тот, кого она любит, сквозь зубы ответила:

– Он давал мне выбор, в отличие от тебя!

– Это глупо!– возмутился Армос.– Пара всегда примет и простит, даже если что-то произошло слишком поспешно. Отражения же!

– Это вы так думаете, ненормальные! Моя сестра не простила и довела дракона до того, что он убил её. Хотя могла бы прожить много лет. И твой племянник умер вслед за ней,– ощерилась Кира.– Так что, нет, дракон! Мы не забываем и не прощаем!

Закрыла глаза. Плевать, что там думает драконий король! Смотрит ли он на неё! Она остатками своей магии пыталась почувствовать, что происходит "там".

Резко открыла глаза. Бешеный многоголосый рёв разорвал воздух. Значит, уже обернулись. Сшиблись. Четверо на одного! Как? Как ей выдержать эту беспомощность? У неё не осталось ничего!

– Чего!– как-то обиженно полыхнул огонёк у сердца.

Он не был больше весёлым. Сердитым, колючим, да! Жгучим!

Кира поёжилась, так кололо и жгло внутри:

– Прости! Я не хотела обидеть. Но у меня нет сил, чтобы помочь ему! Нет сил! Ничего, кроме тебя!

– Я! У тебя есть я! Доверься!

Сейчас, когда решалась судьба Дароса и её собственная, Кира сделала бы что угодно. Куда уж тут разговору с голосом в собственной груди или голове! Она согласна на безумие, на помощь богов, на что угодно!

– Что угодно!– ответила она огню внутри себя. Что угодно, если ты можешь помочь ему!

– Доверься! Верь!

– Верю!– твёрдо, без доли сомнения ответила Кира.

Ей ли не верить? Сколько чудес видела она в своей жизни? Страшных и прекрасных? Она сама была чудом. Пусть бабушка и Любава правы и мечты завели её далеко. Разрушили её жизнь. Но они показали новые горизонты. Вина за смерть сестры всегда будет с ней. Но что касается себя, она не жалела. Нет! Горизонты, мечты стоят всего! Полёт в облаках в лучах закатного солнца стоит всего! Границы? Они только в нас самих! Она не замечает их, упраздняет ради мечты. Она знает, что любое чудо возможно, если верить и идти ему навстречу. Она верит, всем сердцем. Она заплатит цену за мечту. Снова! И не пожалеет. Никогда!

Сама ошеломлённая силой своих чувств и огня, полыхнувшего в ней, Кира на мгновение забыла где она, и что происходит. Что с ней? То, что она несла про себя только что так похоже на клятву... Кому и в чём она поклялась?..

– Не имеет значения. Ничего не имеет значения, кроме веры и надежды. Пусть её дракон, лучшая её часть, будет спасён!

Огонь внутри, набирающий силу так быстро, что Кира испугалась бы, если бы не была сейчас вся в другом, ответил ей уже не смешным, писклявым голосом. Он звучал глубоко, мощно, как рокот. Как что-то глубинное, что рождалось или пробуждалось в ней:

– Будет спасён! Верь! Чувствуй! Доверяй себе!..

Что там ещё говорил внутренний голос, Кира не услышала. Армос встал с кресла и обеспокоенно тряс её за плечо:

– Что с тобой? Плохо? Может быть, увести тебя?

– И не дать мне и тебе насладиться убийством моей пары?– ядовито ответила Кира.

– Ведьма!– выплюнул дракон и уселся назад в кресло.

Был он мрачным и Кира спохватилась. Она будет унижаться и просить пока будет надежда. Пока драконы не взлетели в воздух. И максимально просительно, умоляюще попросила:

– Остановись, Армос! Отзови их. Умоляю! Это ведь преступление! Против собственной крови!

Дракон хмуро глянул на неё:

– Закон оправдает меня. Потому, что это и есть закон.

– Убийство близкого?

– Убийство того, кто ещё может претендовать на твою пару. Ты не знала?

– Нет... Разве такое возможно?

– Сильных драконов мало, ведьма. Сильных ведающих тоже. Не единожды бывали случаи, когда парность бывала множественной...

– Вам давался выбор?– изумилась Кира.

– Нам, нет,– отрезал дракон.– Выбор давался вам.

– И вы лишали нас его...

– Сильнейший получал пару. А другой должен был умереть. Он всё равно не успокоился бы. Трагедия бы только ширилась. А так, наименьшая жертва.

– Но это же... чудовищно! Поэтому ведьмы ушли?

Армос внезапно расхохотался тем самым смехом "драконьего короля", неприятным, высокомерным, пробирающим до печёнок:

– Вы выродились, ведьма! Ты даже не знаешь собственную историю! Что ж, это справедливо! Ошибусь ли я, если предположу, что и мать твоя, и бабка прожили столько же, сколько и люди? Может быть, чуть дольше? Сестру твою мы не берём. Там Олих, несдержанный глупец, постарался!

Кира промолчала. Не скажет она этому упырю, что он прав!

И не надо. Он сам понял и невыразимо ядовито продолжил:

– Это и твоя судьба была бы. Стала бы ты Безумной Кирией, живущей где-нибудь на выселках и сходящей с ума от того, что то, чему ты и названия не знаешь, бушует а тебе. Жажда мести погнала тебя к Варгу и посмотри! Ты теперь Кирия Не Признающая Границ – пара двух сильнейших драконов и самая сильная колдунья континента! Не только ведающая... Да-да, дорогая! Я ведь тоже видел тебя, когда целовал, не только ты. Тебе, должно быть, до сих пор мерзко вспоминать меня и мои преступления. То ли дело я! Я встретил кого-то столь же уникального, как сам. Дракон, обладающий дарованиями ведьмака, что может быть более жалким?! Так думал мой отец. Я превратил это в силу. Я и тот, и другой. Но и ты тоже! Ведьма, почти драконица. Ты не просто уникальна. Ты сокровище для нашей погибающей расы!

– Именно это имел ввиду Варг, когда говорил, что мне нельзя попадаться драконам!– тоскливо подумала Кира.

А внутри полыхнуло злобой:

– Хватит бояться, таиться. Будь собой!

И Кира не подвела. Скривилась в улыбке, глумливой и злой:

– И что, дракон? Не думаешь ли ты, что кто-то заставит меня рожать, если я того не пожелаю?

– Посмотрим! Позволь рассказать тебе пару поучительных историй об этом, пока наши друзья обмениваются любезностями на земле!

Улыбки Киры стала ещё более злобной:

– Расскажи мне лучше, дракон, о моей прабабке Альбе Трисмегис, которая ушла от своей так называемой пары, увела сестёр и поставила вас на грань выживания! Думаю, что интересно и поучительно уже то, что вы, дракон, до сих пор болтаетесь на этой грани!

Армос расхохотался:

– Ты прелестна! Даже ломать стыдно! Такой образчик самомнения достоин того, чтобы его увидели и запомнили многие: женщина не знающая своего места!

– Ведьма, дракон! Не женщина! Думаю, что тот, кого она оставила с носом понял разницу?

– О, да! Разницу понял не только он, но и все, кто остался без жён, дочерей, подруг и любовниц. Эта сука выкосила наше общество под корень. Осталось только несколько ведающий, беременных мальчиками. Знаешь, что сделали они после того как родила последняя из них? Нет? Они дружно покончили с собой. Все! И мы остались без женщин. Совсем. Целая нация! Ни одного ребёнка за четыреста лет, пока эта сука не умерла и не спало её заклятье! Только тогда мы поняли, куда они ушли. И начался этот кошмар со смотринами...

Кира состроила нарочито жалобное лицо:

– Ах, бедняжки! Сейчас зарыдаю от сочувствия... к тем, кто век за веком убивал свои пары. Кто выродился по своей вине. Кто превратил заботу о выживании в массовые убийства! Что, нельзя было проверять уровень магии в девочках на этих смотринах, беречь их и отпускать, если им повезло и они не смогли зачать от вас? Нет! Вам нужно жрать! Жрать! Упиваться кровью и муками! Целый мир стенает под вашей пятой! Если бы они только знали, что страдают по нашей вине! Нас бы сожгли всех! За неделю! Потому вы никому не открываете тайну и ловите нас в мутной воде... Ловцы!

Это её "ловцы" прозвучало как самое отборное и грязное ругательство. Дракон взбеленился, вскочил, навис над носилками:

– Как удобно валить на нас вину предков! Я расскажу тебе о твоей прабабке, ведьма. Да! Она всё выбрала сама! Сидела бы тихо у себя в глуши и ничего этого не было бы! Нет! Она, не драконица, пришла и станцевала "танец выбора". На празднике, перед всем народом. Её чуть камнями не побили. Он, тот, кто вступил в танец с ней, заступился. Брат короля! Сумел отмазать безумную девку! Только вот созвучна она оказалась не только с ним. И более сильный забрал её. Убил собственного брата, во исполнение закона и ради мира в стране... А она готовила месть, притворялась. Родила сына. И ушла, беременная дочерью. Тот праздник "встречи весны", когда ушли все ваши, помнят до сих пор. Он проклят и запрещён!

– И что?– полыхнула Кира, как огонь, что уже пылал внутри. Твой дракон получил своё: потешил самолюбие, убил, как вы любите, получил сына!..

– Он убил брата, потерял дочь! И умер сам, как только сын немного подрос. Он любил её! А она сломала всё! Безжалостно!

Кира как-то разом "потухла". Не будет она глумиться над горем, даже если оно заслуженное. Тихо ответила:

– Нельзя принудить кого-то любить себя, дракон. И парность ничего не гарантирует. Каждый должен выбирать... Любой из нас и вас. И, если проиграл, то стоит просто принять поражение.

Кира не успокоила дракона, наоборот. Он разъярился:

– Ах, как высокопарно... и лживо! Тот, кого она бросила был королём! Когда он убил брата, разгорелась смута и погибли многие. А потом эта мерзавка сломала их всех! И его! Регенты рвали страну, пока их сын не подрос. Он был первым, кто посетил смотрины. И убил. Убивал. Много. Он мстил вам всем за то, что вы сделали с нами!..

Улыбнулся. Стал ещё страшнее:

– Мы родственники, очень дальние, дорогая. Пусть твоя кровь и разбавлена всяким дерьмом, мы посмотрим ещё, кто победит в этот раз: ведьма или дракон. Разве это будет не забавно? История повторится, но уже с совершенно иным исходом!.. Ах, смотри! Наши друзья взлетели. Значит, скоро всё завершится!

Глава 18.

И начался кромешный ад. Для Кирии. Она глаз не могла отвести от неба, где убивали её дракона. Вздрагивала от каждого удара, что доставался ему. Содрогалась от подлости, что творили те, четверо, нападая все вместе на одного. И умирала.

В прямом смысле. Её корёжило и ломало от боли так страшно, что иногда она не выдерживала и тихо стонала. Драконий король, кажется, относил её стенания только к тому, что проходило в небе и упивался. Ему казалось, что месть над ведьмами, сломавшими их, совершается сейчас. И Кирия ломается, чтобы навсегда стать покорной.

Кира, и правда, ломалась. Во всех смыслах. Физически, духовно, ментально. Ломалась её старая личность: страхи, маски. Новая "она" поднималась из глубин отчаяния, боли и решимости, собирая вместе куски старого. Ненужное, нещадно сжигая, полезное, цементируя и преображая во что-то новое.

Она верила, ждала, преображалась. И страдала. Она сделала бы что угодно, чтобы прекратить это: обманула, убила. Особенно того, кто был творцом и вдохновителем кошмара! Поэтому Кира плакала, не таясь. Пусть драконий король видит и знает, как она беззащитна и беспомощна. Как раздавлена. Просила, умоляла остановить безумие и пощадить Дара. Унижалась и не стыдилась. Пусть празднует победу её враг! Пусть празднует...

А драконы стремительно носились в воздухе, слаженно нападая на одного. Дарос успешно отбивался пока. Цвет шкуры не позволял видеть мелкие ранения. Кровь казалась просто бликами огня на чешуе, но Кира знала, что он ранен. Могла точно сказать куда и насколько серьёзно.

Драконы тоже обзавелись ранениями. Двое зелёных, сиреневый и бирюзовый. Кровь и повреждения от зубов и когтей были видны на их шкурах гораздо лучше. Самым сильным и умелым был один из зелёных. Он и старался нападать так, чтобы впиться в самые уязвимые места: шею и основание крыльев. Остальные слаженно отвлекали Дароса, наносили ему более мелкие повреждения, пытались порвать крылья.

В какой-то момент, схватившись клубком с двумя драконами, Дарос резко упал вниз. Кира замерла, затаив дыхание. А через минуту облегчённо выдохнула: он снова поднялся в небо. Теперь вокруг него кружилось трое. Одного из зелёных уже не было.

– Хорошо,– обрадовалась Кира.– Погибший зелёный был середнячком. Но лучше, чем сиреневый. Этот самый слабый, но вёрткий. Бросается вперёд и ловко уходит из-под самого носа. В том, наверное, и состоит его задача.

– Не радуйся раньше времени, ведьма,– нагнал её холодный голос Армоса.– Даже если он убьёт этих четверых, я пойду и сам добью его. Хотя, вряд-ли мне придётся пачкаться. Он сильно ослаблен. Удивительно, что справляется до сих пор. Его выносливость приятно удивляет!

– Что ты сделал с ним?– практически прорычала Кира.

Армос любезно ответил:

– Кинжал "убийца драконов". Слыхала о таком? Выпивает силы дракона, как мы выпиваем вас, ведьм, когда захотим. Или тех несчастных, кого хватает только на один раз.

– Зачем?

– Чтобы он не помешал мне убить тебя сегодня. А, смотри-ка, обернулось всё иначе! Бывает...

Он был мерзок ей! Мерзок! Рассуждениями! Поступками! Резонами! Больной ублюдок, не знающий, что такое совесть! Отражение её души!

Мысль эта невыносимо горчила и приносила боль. И шла дальше:

– Неужели всё, что я творила с самого детства, было проявлением вот этого вот? Не жажда знаний, исследования, эксперименты? Неужели, я тоже психопатка, чья тяга к убийствам пряталась до поры до времени?

– Неужели!– твёрдо ответил внутренний голос и полыхнул возмущённо.– Есть большая разница между тем, чтобы бросать вызов миру и самой себе, и жаждой насилия!

***

Прогноз драконьего короля сбылся. Даросу не стало легче. Драконы слаженно нападали и меньше мешались под ногами друг у друга. А Дарос уставал. Это было видно не ей одной, но и Армосу. А Кира ещё и чувствовала отголосок мыслей Дара. Он готовился... умереть. Именно так. Забрав с собой как можно больше противников. Спокойно и скурпулёзно высчитывал свои шансы. Так же спокойно, как в начале выстраивал стратегию боя, рассчитывая на победу.

Это подкосило Киру, а вовсе не раны Дароса. И изменившийся рисунок боя подтверждал, что ей не померещилось. Дарос перестал щадить себя. Собственные травмы перестали иметь значение. Только ущерб, наносимый противнику. И у него получалось переломить ход боя, ведь нападавшие берегли себя.

– Долго это не продлится!– с отчаянием думала Кира.

– Нет!– то-ли соглашался, то-ли протестовал внутренний голос.

Ужас, первобытный ужас, как тогда, когда умирали Люба и Варг, затопил разум Киры. Она пыталась контролировать его. Боялась, вдруг и до Дароса "долетают" её эмоции. Вдруг он потеряется в этом кошмаре и пропустит удар. Последний...

– Останови это!– почти приказала она хриплым голосом и умудрилась сесть на носилках.

Страх, жар, ужас, желание защитить,– всё сплеталось в дикий коктейль, заставляя забыть о слабости, об игре с королём.

– Останови это, и я принесу тебе клятву покорности!– приказывала и угрожала она.

А король смеялся, испытывая небывалый триумф:

– Ты и так принесёшь её, ведьма!

– Никогда! Я отомщу тебе за него так, что ты будешь жалеть, что когда-то увидел свет!– хрипло рычала она, умирая.

А он весело смеялся:

– Это будет забавная игра. Но недолгая. Я поставлю кресло для тебя на дворцовой площади и прикажу убивать жителей. Сначала детей. Думаю, что их кровь не успеет дойти до носков твоих туфель, как ты уже согласишься. А потом все твои угрозы будут только приятной приправой к основному блюду. Даже алуба с вырванными зубами безопасна. Ты будешь моей личной алубой и наглядным примером триумфа справедливости! Наконец, через столько веков!

Кира слышала, конечно, дикие вопли драконьего короля, но смотрела не туда. В небо. Там Дарос допустил ошибку. Пока он отбивался от двоих, зелёный поднялся и напал сверху. Упал на Дара и сшиб его. Сцепившись оба дракона камнем рухнули с неба. Двое других ринулись следом. Добивать.

Король тоже видел. И безумно расхохотался, празднуя победу. Запрокинул голову и пропустил тот момент, когда Кирия полыхнула. Она успела изо всех сил закусить губу и не закричать. Кровь струйкой потекла по подбородку. Запредельная боль прошила всё тело. Как во время приступов, только во много раз сильнее. Зато магия вернулась. Тоже рывком, одним моментом, и много.

– Плевать на остальное!– подумала Кирия и начала действовать.

Даже если она залезла и черпает сейчас свои жизненные силы. Отлично! Что угодно! Она поклялась кому-то и он помог. Остальное: обстоятельства и цена не имеют значения! Конвульсии, сотрясавшие тело тоже не имели значения. Она переносила их молча, только сильнее закусывая губы.

Дракон отсмеялся и победно взглянул на Кирию. Ужаснулся. Бросился к ней. Испугался ещё больше. Она была горячей, как печка, с измазанным кровью лицом и закрытыми глазами.

Он схватил её за плечи, начал трясти, звать. Она открыла глаза. Он рванулся от неё прочь, но не успел... Она не просто вонзила кинжал в грудь королю, но и умудрилась провернуть клинок так, чтобы он застрял между рёбрами.

Волшебный металл потянул из Армоса силы, он пошатнулся. Ведьма слитным движением соскользнула с носилок и подтолкнула его к креслу. Он упал в него.

– Ты же понимаешь, что я вытащу его и тебе придётся плохо?– прорычал драконий король.

– Конечно!– спокойно ответила ведьма.– Поэтому я подарю тебе ещё один подарок.

Она, не теряя времени выхватила из пространственного кармана ошейник из аколита и застегнула его на шее короля.

– Теперь ты посидишь на месте и дашь мне завершить дела!

Она говорила и действовала спокойно, отточенными экономными движениями.

– Откуда?

– Подарки врагов,– скупо ответила.– А теперь подарки друзей.

Встала, замерла на пару мгновений. И снова начала перекладывать что-то в пространственном кармане. Достала нужное – пузырёк с зельем. Откупорила и выпила махом.

– Что это?– прохрипел король.

Кирия перевела на него глаза, горящие огненным штормом.

– Допинг.

– Тебе нельзя сейчас! Ты и так нестабильна.

– Поздно,– равнодушно ответила Кира.– Мне плевать, что будет. Даже если я умру. Но, только рядом с трупом своего последнего врага!

– Не смей идти туда!– закричал король, когда понял, куда она собралась.– Тебя убьют. Что ты такое по сравнению с драконами?!

Кирия вернулась к нему, схватила за шею, как он её раньше. Даже аколит не жёг сейчас, только приятно охлаждал. Зашипела злобно, слова со свистом вырывались изо рта:

– Заботишься обо мне, ты, убийца? И трус! Мне плевать кто я! Что я! Сколько проживу и как погибну! Ты посягнул на мою пару! На мою обожаемую пару! Думаешь, что-то другое имеет значение?!

Король с ужасом смотрел на руку Кирии. Её перевивали вены по которым бежало пламя, а по коже... бежала дорожка чешуи. И по лицу. По телу. Она вся сияла. И облик её колебался, размывался.

Она поняла что-то. Или нет? Встала, раскинула руки, свободно и широко, и произнесла своим и "не своим", глубоким, гулким голосом:

– Ведьма и почти дракон, говоришь?..

Громко расхохоталась, полыхнула и... обратилась. Стрелой рванула туда, где шла схватка.

– Словно всю жизнь летала!..– подумал потрясённый король.

***

А Кира торопилась изо всех сил. Её обожаемая пара! Он ещё отбивался, но слабел! Устал. Как же он устал! И как она сможет помочь ему? Она же не умеет!

Как только эта крамольная мысль пришла в голову Киры, она тут же дала крен. Испугалась. Выровняла полёт. Летела дальше и мысли летали в мозгу одна другой страшнее. Как она будет драться лапами, зубами? С таким телом? Да она запутается в собственных лапах!

Взмолилась:

– Прошу тебя, ты, моя драконья ипостась! Возьми контроль на время!

Она ведь хорошо помнила, каким мудрым и разумным был Сильнейший. И её ипостась не хуже. Вон, сумела выбраться изнутри. Шутка ли, первая драконица за тысячелетия!

Ужас прошил пониманием: если она выживет, ей грозят не просто большие, а гигантские неприятности...

– Сначала выжить!– подумала Кира и снова позвала "не Киру".

Та не отвечала. А потом пришла в голову разумная, насмешливая мысль:

– Ты что? Никогда же проблемами с психикой не страдала! Стоит ли начинать?

– Не стоит!– уверенно ответила Кира.– А как же?..

– Я это ты и есть. И ты никогда не разделяла меня с собой, в отличии от драконов. Ты же не творила того, что они. Зачем разделяться?

– Так ты всегда была?– поражённо воскликнула Кира и снова дала крена. Выровнялась.

– А почему ты думаешь, ты вела себя в детстве как типичный драконёнок, который пока не попробует всё, не успокоится?

– Так получается, мы все!..

– Вы их потомки. Конечно, в каждой из вас есть мы!

– Так почему?..

– Нужно верить и жить, как дракон, а не как раб. И чтобы пара берегла...

Пропасть разверзлась перед Кирой. Ей показалось, что вот-вот она ухнет туда. И не вернётся...

Захотелось закричать от боли и безысходности целых поколений. Но нельзя. Нельзя! Она должна появиться внезапно!

И Кира успокаивающе зашептала. Кажется, даже вслух:

– Мы подкрадёмся с тобой, моя девочка, и порвём их всех! Ладно, не всех. Но хоть кого-нибудь порвём. Как? Все эти лапы, хвост, усы! Как обходиться с ними? Как, как? Варг бы сказал что-нибудь, вроде: через... и добавил бы что-то непечатное. Вот и будем по не печатному, а не по науке! Дополнительные конечности – это же дополнительные возможности! Так? А сместившийся центр тяжести, новые уязвимые места и прочее... Будем решать по ходу дела. Как и разрабатывать новый рисунок боя. Выберем себе самого слабого и потренеруемся!..

– Ты опять в проблемы с психикой подалась?– спросил скептически внутренний голос.

Ответ у Киры был готов. Логичный ответ, не подкопаться:

– Когда страшно, разумные иногда говорят о себе в третьем лице, и это нормально! Не знала?

Внутренний голос молчал.

– Значит, согласна, что я нормальная. Просто, дракон!– удовлетворённо подумала Кира.