Текст книги "Мечты сбываются (СИ)"

Автор книги: Наталья Машкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 24 страниц)

Глава 7.

Праздник отгремел далеко за полночь. Семейные пары и парочки разбрелись. Арса увели двое сыновей Раста под предводительством Артисты так, как вчера самого Дароса. «Увели», это сильно сказано. Скорее, утащили, сгибаясь под тяжестью мощного тела дракона. Он так набрался, что сам идти не мог.

Разговор разбередил обоих. Дарос, наоборот, почти не пил, сидел в уголке и мрачно поглядывал на девушек, которые иногда пытались приблизиться к нему. Этих говорящих взглядов хватало, чтобы они поняли: им тут не рады. Они шли дальше веселиться со сверстниками, а Дарос продолжал своё наблюдение. Ему нравилось. Само ощущение семьи, общности. Было так утешительно погреться у костра, пусть и чужого, счастья, что ему не нужна была ни выпивка, ни компания.

До тех самых пор, пока Раст не вытащил его из тёмного угла, не усадил за стол рядом с собой, и не всучил ему в руки стакан с каким-то огненным пойлом. Дарос даже поперхнулся после первого глотка.

Раст был доволен, словно Дар сделал ему комплимент. Похлопал по спине:

– Старик мой гонит и настаивает. Говорит, семейный рецепт и передаст он мне его перед тем, как решит отправиться за Последний порог. Пока, слава богам, молчит.

Девушки споро убрали остатки пиршества со столов и ушли, оставив их совсем одних. Только неяркий свет светильника на столе немного разгонял темноту вокруг. Раст потянулся:

– Мы с Аристой, когда женили младшего, думали, что всё, отдохнём. Глупцы! Забыли своих родителей. Самое тяжёлое только начиналось! Сначала невестки и дочери регулярно уходили к нам, под крыло к Аристе, чтобы проучить молодых да дурных мужей. Мне приходилось сначала бить пьяные морды, трепать их, если оборачивались, а потом поить ещё , вытирать сопли и учить жизни и тому, как нужно обращаться с жёнами... Потом пошли внуки. Теперь они выросли и вот-вот начнётся следующий виток...

Вопреки своим жалобам, старый оборотень выглядел и говорил мечтательно. Дар понимал его. Разве это не счастье? Да ещё и с любимой!

Раст будто услышал его:

– Я начинаю бояться... Поверишь ли?..

Поверить было трудно потому, что в молодые годы Раст слыл сущим отморозком, который о страхе и не слыхивал. Да и сейчас... Он просто ловчее прятал собственное бесстрашие. Не изменился ни на йоту. Что собственно и делало его лучшим из переговорщиков. Нельзя идти к слетевшему с катушек преступнику, если ты хоть немного боишься. Они, как звери, чуют.

– Да, боюсь... Что Ариста уйдёт первой. Я же развалюсь. Совсем. Сразу. Стыдно будет перед родными. Но сделать я ничего не смогу и не захочу. Без неё... Она-то будет жить ради детей столько, сколько боги позволят. Но тоже будет тосковать... Вот и не знаешь, как лучше... Наверное, в один день.

Раст насмешливо хмыкнул, наверняка, над собой, и продолжил:

– Я ведь влюбился сразу. Вёл себя как дурак. Обходил её десятой дорогой, чтобы не спалиться. Она на меня и не смотрела. Я так думал... А потом она спровоцировала меня... Вздумала целоваться с каким-то дурнем, да при мне! Потрепали мы тогда друг друга знатно. А потом она хорошо так прикусила меня за шею и, пока я приходил в себя, прошептала, что у меня остались только сутки для того, чтобы собрать мозги в кучу и посвататься к ней. Иначе выйдет замуж за первого встречного.

Раст хохотнул и потёр шею, словно помнил ещё тот укус:

– Я побежал к её родителям сразу, как только оклеймался немного и смог обернуться. Представь! Ночь, я весь в крови и в драной одежде. С самой блаженной улыбкой на лице!.. Её родители были мудрыми, да и за нашими хождениями друг вокруг друга, как оказалось, давно и с азартом наблюдали все. Ставки делали, когда до нас дойдёт!.. Она оказалась умнее меня. А я, кажется, так и не выпал из того самого состояния счастья, в которое провалился, как в омут, тогда. Всё идёт рядом: дети, служба, какие-то проблемы и радости. Но всегда есть только она...

Чтобы не вздохнуть, как барышня, Дарос хорошо так приложился к своему стакану. О преданности оборотней друг другу ходили легенды. Ничего нового он не узнал. Снова больно... Ну и что?

– Вы ведь тоже оборотни!– внезапно прищурил хитрый глаз Раст.– А что? Двухипостастные, крупные оборотни! И вести себя вы должны так же, как мы. Так почему не ведёте?

Дарос внутренне застонал. Знал же, что Раст – хитрец и никогда, ничего не делает просто так. Разнюнился! И что ему, спрашивается, нужно? К чему он ведёт, уже и так понятно.

Старый оборотень сидел вперившись в его лицо и, похоже, читал как книгу. Поднял руки ладонями вперёд:

– Ну нет! Ариста мне ничего не говорила и не сказала бы. Она – скала и никогда не выдаст тайну. Даже мне!

Хихикнул вдруг. Сложил руки и приложил к груди, видимо копируя собственную внучку:

– Это же удивительно! Разбираться, хранить тайну друг от друга и одновременно прийти к одним и тем же выводам... Воистину, боги благословили меня парой!

Восхищённо рассмеялся. Дарос почти обиделся. Но только почти. Что сказать, молодцы. Оба. Буркнул:

– Аристу бы к нам. На твоё место!

Раст развеселился ещё больше:

– Нет, мой мальчик! Она может заметить многих: меня, Виста с его шпионами. Она ему такую сеть выстроит, что главы разведок соседних государств плакать будут. Ну, и к дознавателям можно. Ей и пытки не нужны. Расколет под орех любого!

Дар расхохотался. А ведь правда! Оборотница сказала ему только одну фразу, и он готов: признал всё. Даже рассказывать не пришлось. Сама догадалась! Только кивать и подтверждать. Продышался после смеха:

– А серьёзно. Привлеки её хотя бы внештатным консультантом. А?

Раст покачал головой:

– Не знаю. Моя кошечка свободу любит. Но внештатным можно. Да, и дочкам с невестками пора научиться со своими проблемами разбираться самим,– чуть задумался и протянул мечтательно.– Со мной рядом будет!

Замолчали. Дарос знал, что не пожалеет о своём предложении. Ариста – бриллиант. И сколько ещё таких? Пусть немного, но они есть. Взять ту же Кирию...

Наверное лицо его изменилось потому, что Раст заговорил серьёзно:

– Сначала я, признаться, не понимал. Но потом сообразил, что никакой гоблин не парень. Совсем недавно... Хоть он никогда не вёл себя как мои свистёлки... Логика другая, не мужская. И не типично женская... Но раз ты забрал его и теперь тебя так плющит, значит, точно девка была. И как пряталась ловко! Тело-то точно мужское, не иллюзия. Не иначе, как Хранитель помог!

Дарос молчал. Расту и не нужно было. Все ответы и подтверждения он читал на лице Шефа сам:

– Хранитель, значит, вписался за девчонку? Ясно. Но навыки-то, навыки! Неужели, и правда, Варг воспитал? Что, да?! Вот дела! А с другой стороны, объяснимо. Дел девчонка могла наворотить немало, если бы не была такой же не от мира сего, как Азарк! Как она прибила старика Аркоса! Мгновенно. Воистину, Убийца драконов! Неужто так хороша?

Дарос не смолчал. Кто знает, как повернётся жизнь? Раст верен, он постарается помочь Кирии, если вдруг её снова принесёт сюда, а его самого уже не будет. И Дар, осторожно подбирая слова, выдал:

– Их примерно трое на континенте: главы гильдий и она. Хотя... думаю, что она опаснее.

Лицо Раста вытянулось:

– Да ты что! Хотя... с другой стороны, я знаю, что папаша твой любил водить дружбу с наёмниками, орками, колдунами и прочей шушерой. И собирал их фишки. Видел я пару раз, как он справлялся со своими врагами... Мог и девчонку научить, если упорная и материал подходящий.

– Исключительный. И воля исключительная.

Раст помрачнел:

– Понял я тебя, Шеф. Помогу ей, если появится тут снова. Только и ты не вздумай крылья по-глупому складывать. Как папаша твой... Борись!

– Борюсь!– грустно улыбнулся Дар.– Скоро к королю пойду и... посмотрим, чем там кончится.

Лицо старого оборотня сделалось суровым, замкнутым. Отвердело:

– А чем может кончиться? Только смертью одного из вас. Это ясно было с тех пор как ты родился и он объявил тебя наследником. Почувствовал соперника. Вопрос времени, когда он ударит по-настоящему. И время это наступит вот-вот.

Дар криво усмехнулся:

– Для того и маячки прицепили? Как только умудрились? Ведь я ничего не чуял!

– И не почуешь!– отрезал Раст.– Ни ты, ни другие. Зато мы всегда будем знать, где ты, и как с тем подземельем под дворцом уже не выйдет. Это, по сути, тоже была попытка... И уже не первая. Ты же понимаешь? Сдох бы там в безвестности с аколитом на шее, а для народа придумали бы что-нибудь!

Дарос, конечно, понимал. И Раст резко сменил тон на шутливый:

– Зато смотри, как хорошо. Ты закрылся у себя, а мы и не волновались. Жив, на месте. До поры, до времени, конечно. Потом задумались, что же с нашим Шефом приключилось? Признавайся! Сбежала от тебя девочка?

Вгляделся в лицо Дароса и безудержно расхохотался. Даже по коленям себя хлопал не в силах остановиться. И всё пытался спросить. Получалось отрывочное:

– Как?.. Как можно было?.. Сильнейший! Начальник Тайной Канцелярии!

Последнее, видимо, веселило его больше всего. Дарос, подняв брови, наблюдал за безудержным весельем. Наконец, оборотень отсмеялся, вытер слёзы, выступившие на глазах:

– Ну? Рассказывай! Ну же, Дарос, не кочевряжься, расскажи о своём позоре! Ты же знаешь, что я никому!

Он, конечно, знает. И то, что клятва, принесённая друзьями ему лично, не позволит вытянуть из них ничего даже под пытками. Тем не менее, было... стыдно?

Дарос забил на этот стыд:

– Сначала она внушила мне чувство превосходства, чтобы я потерял бдительность. Потом отравила, не опасно, только обездвижила. Пока состав не подействовал, я... активничал, и она вырубила меня приёмом, которым, по её словам, могут владеть, кроме неё, только главы гильдий. Ну а после "просто". Она вытянула из меня магию, построила межмировой портал и ушла домой.

Сказать, что Раст был шокирован, значит, ничего не сказать:

– Межмировой? Но ведь это...

– Да. Она какая-то там правнучка той самой Альбы Трисмегис. И теперешняя глава Ковена, хотя не знаю, что там от него осталось.

Раст выпучил глаза:

– А к Варгу она пошла, чтобы...

– Отомстить. Олих забрал и выпил её старшую сестру.

– Потому она и убила его!

Дарос поморщился:

– Нет. Там всё сложнее. Олих любил сестру Кирии, да и она, вроде бы... Он и с ума сошёл после её потери. И сам шёл к пропасти семимильными шагами... Он много убивал. Это её родной мир и она не могла остаться равнодушной... Да и Варг попросил закончить его мучения...

Дар поколебался несколько мгновений, но, всё же продолжил. Раст должен знать. Знатный оборотень. Если что-то случится с ним самим, его свидетельство будет иметь вес.

– Убийство Олиха ей будет невозможно вменить. По древнему закону, он сам оправдал её перед смертью. Запись её воспоминаний об этом в моём сейфе. Следующее, что тебе стоит знать: мой отец принял Кирию в род в качестве младшего члена семьи. Наш родовой кинжал у неё всегда с собой. И последнее: она надела на руку мой браслет. Артефакт подтвердит это.

Полностью оглушённый новостями, Раст спросил негромко:

– Так вы... женаты?

И смотрел на Дара, как на буйно помешанного, словно прикидывая как получше защитить от него собственную семью. Оно и объяснимо. Драконы, потерявшие пару, всегда опасны. Особенно, в первое время. Потом они или погибают, или перегорают и становятся пусть и безумцами, но в чётко ограниченной сфере. В остальном же, считается, что с ними можно иметь дело. Хотя, так думают далеко не все.

– Жалеешь, что впустил меня в дом?– спокойно спросил Дар.

– Нет,– твёрдо ответил Раст.– Тебя растили оборотни и я необъяснимым образом чувствую тебя. Это удивительно, но ты в норме. Страдаешь, но адекватен.

Чуть помолчал и с нажимом задал вопрос снова:

– Ты же понимаешь, что мне нужно знать, чтобы представить её интересы, если понадобится? Вы женаты?

– Нет,– со значением посмотрел на него Дарос.– Она ушла до того, как мы подтвердили брак.

Раст схватился за голову, прикрыл глаза:

– Боги! Да, она идеальная ловушка для тебя! Пара, но не жена, и не обладает неприкосновенностью. При этом приёмная дочь Варга и по законам чести, то должен беречь её. Преступница, с очень шаткой позицией для оправдания.

Старый оборотень открыл, наконец, глаза и посмотрел на Дара. Глаза были звериными, жёлтыми, зеркалили свет. И такими же жестокими, безысходными были его слова:

– Похоже, что у вас почти нет шансов. Я знаю Армоса. Он чувствует подобные вещи. Он найдёт её рано или поздно... Гораздо быстрее, чем сможешь ты. И, когда это произойдет, гуманнее будет убить её, чем позволить пройти всё то, что он для неё приготовит.

Глава 8.

Перед тем как отправиться к королю, Дарос забрался на самую высокую террасу, какая была во дворце. Никто не посмел помешать ему, никто не стал бы тревожить.

Это место было для него не только родовым гнездом, но и домом. Тут он жил первые годы жизни, пока отец не озаботился тем, чтобы поселить сына в одном из принадлежащих ему замков, окружив крайне пёстрой компанией из солдат, наёмников и семей всех, по сути, основных рас их континента.

Это было мудро. У гномов, орков, оборотней разных видов родственные узы чтились крайне высоко. Раз мальчик стал приёмным сыном для одной семьи, то его принимали как родного все. Это не просто научило его понимать их, но и помогало в жизни и в работе. Он был своим всюду, даже в гильдиях. Об этом не знали даже самые близкие. Та среда ценила скрытность превыше всего.

Но и это место продолжало оставаться его домом. Он часто гостил здесь в сопровождении своих опекунов. Правда, только неженатых. Дядя ненавидел семьи. Дарос любил. Об этой его слабости знали, к счастью, только те, кто работал с ним на "чердаке". Они никогда не злоупотребляли. Но если нужен был срочный отпуск или любая помощь, к нему обращались смело. Знали, что не будут в тягость.

Дворец был его домом. И до сих пор мог бы быть. Король постоянно настаивал, чтобы племянник жил рядом, обещал выделить целое крыло и носа туда не показывать. Дарос не согласился бы никогда. И не только из-за близости дяди, его фаворитов и шпионов. Дома были Кастор, Ивонна. Постоянно приходили другие его "родители", их дети, внуки. Пусть он и держался от них всегда немного особняком, но это не значило ровно ничего. Он любил их. Сейчас, когда он вернул домашних назад, он хотя бы мог находиться дома. А с косой рядом, ещё и спал.

– Вот так-то! Животным, чтобы не тосковали, дают какую-нибудь одежду хозяина. И могучий дракон не далеко ушёл!

Дарос грустно подтрунивал над собой, как вдруг почувствовал присутствие кого-то рядом.

– Кого это принесло?– подумал он и неспешно обернулся.

Удивился. Очень. Лорд Виг был единственным из высоких лордов, кто был против приговора, вынесенного отцу. Он прямо возражал против него и так и не утвердил, хотя существовало негласное правило, что подобные решения Собранием Высоких лордов принимаются единогласно.

Все думали тогда, что не только карьере, но и свободе, а, может быть, и жизни Вига пришёл конец. Ничего подобного! Король только заметил, что среди продажного стада нашёлся единственный честный дракон и осыпал семью Вига милостями. Быть может, ему было приятно, что хоть кто-то защищал брата. Пусть и от него самого. Кто поймёт Армоса?..

На Дароса Виг никогда не обращал ни малейшего внимания. Тем удивительнее было его появление здесь и сейчас.

– Чем обязан?– спросил его Дар довольно прохладно, после того как поприветствовал.

Лорд Виг отнёсся к его грубости на диво спокойно. Усмехнулся:

– Да вот, увидел тебя на террасе и стало интересно, о чём можно думать в таком месте? Не трудись объяснять, я уже понял.

Что Дарос понял, так это то, что его втягивают в разговор. Отказать себе в небольшой отсрочке перед походом к королю, не смог:

– И о чём же я думал, высокий лорд?

– О том, понравится ли тебе тут жить, когда станешь королём. О, не трудись отказываться! Я уже забыл и вопрос, и ответ. Но,– лорд Виг хитро́ блеснул глазами,– скажу тебе так. Понравится или нет, а выхода у тебя всё равно нет. Ибо скоро из вас двоих останется один. И для нас всех будет лучше, если это будешь ты.

Изменнические речи! Думать, что дракон делает это по указке короля, чтобы втянуть его в заговор, а потом триумфально раскрыть, не приходилось. Виг никогда не пошёл бы на подобное. Тогда зачем? Так и спросил:

– Отчего ты, любезный лорд, так неожиданно обеспокоился моей судьбой, если ранее и взглядом не удостаивал?

Виг оборвал его излияния:

– Брось обижаться и сыпать изысками! Хочешь, спрашивай прямо. Да, я и так отвечу! Потому и не смотрел, чтобы не доставлять лишних страданий. Я же видел, как тебя перекашавало при виде меня. Вина убивала тебя. А я был тем, по твоему мнению, кто не сломался под влиянием Армоса. В отличие от тебя самого.

Дарос скептично вздёрнул бровь:

– И ты не винил меня?

– Я что глупец, винить юношу? Король вёл тебя всё то время. Как быка на бойню! Запачкал тебя, лишил самоуважения и воли к сопротивлению на триста лет... Будто бы я не знаю Армоса! Варг был обречён с самого начала.

– Почему?

Старый дракон подошёл ближе к краю террасы. Дарос за ним.

– Твой дед был сильнейшим в поколении, как и ты. И жестоким королём. Не таким, как Армос. Он говорил и действовал прямо... Он презирал старшего сына, считал его бракованным и требовал, чтобы Варг ещё при его жизни бросил Армосу вызов и убил его. Я сам был свидетелем того, как он в присутствии всех своих сыновей и двора кричал, что Варг или убьёт Армоса, или тот убьёт его, причём подло и чужими руками. Так и вышло...

Виг помолчал, задумавшись, а потом продолжил:

– Я не просто так пришёл сюда. Ты должен знать, чтобы правильно оценивать то, что видишь. Поэтому я расскажу тебе историю... О сильнейшем в поколении, который защищал и любил своего более слабого брата. О том, как он встретил свою пару. И о том, как оказалось, что пара у братьев одна на двоих...

Дарос сначала онемел, а потом всё же выдавил из себя несуразное:

– Почему мне об этом никто?..

Виг и тут не дослушал:

– Потому. Ты думаешь, они афишировали такие сложные отношения? Будь они оборотнями, всё было бы проще. Заключили бы тройственный союз и жили бы счастливо. И дольше, чем получилось у твоей матери. Армос действительно трепетно заботился о ней и был бы более внимателен... Будь они просто аристократами, у них тоже был бы шанс договориться. Ведьма была непредвзятой и любила обоих. По-разному, но любила... Но при дворе, где каждое их действие разбирали, где сплетни и интриги разобщали... Может быть, когда-нибудь драконы смогли бы договориться и как-то утишить свой инстинкт собственника? Если бы у них было время... Но, как ты знаешь, "если бы" не случилось...

Дарос спросил севшим голосом:

– Между ними что-то было?

– Нет, конечно! Аста была бесконечно предана Варгу. И он доверял ей. Он, кстати, всегда знал о походах супруги к брату. Жалел его. Армос страдал и любил её по-настоящему. Она бы верёвки из него вила, но была слишком порядочна. Армос был в то время прекрасным королём. Золотые сто лет нашей истории! Которые потом обернулись пеплом...

– Так если ничего не было, может быть?..

– ...Я всё придумал?– иронично закончил фразу Виг.

Он всегда был таким: прямым и стремительным, как стрела, на свист которой было похоже его имя.

– Не всегда очевидное для того, кто может видеть, нуждается в доказательствах. Тем более, что сбор тех самых доказательств гарантированно обернётся для него гибелью. Тайны сильных мира сего имеют обыкновение убивать тех, кто к ним прикасается... Смотри, мой мальчик! Я буду "угадывать", а ты скажешь мне, ошибаюсь ли я. Или промолчишь об этом. Первое: Армос поставил тебе ультиматум и ты идёшь, чтобы отказать ему. Второе: ты решился-таки бросить ему вызов и бороться до конца. Третье: ты встретил свою пару.

Дарос держал лицо, но Виг увидел и довольно хмыкнул:

– Конечно, я "угадал". Слишком долго играю я в эти игры... Время наше заканчивается. Если мы дольше пробудем здесь наедине, нам припишут заговор!

Старый дракон негромко хохотнул:

– Что, в общем-то будет недалеко от истины... Слушай меня внимательно и помни. Армос убил Варга вовсе не из-за спора о власти, а потому, что тот не сберёг ту, кого король любит до сих пор, ведь пара это навсегда. Он, рано или поздно, убьёт и тебя. Третье: знай, я и старая знать поддержим тебя в борьбе за трон. Хватит нам уже безумия!

Склонил голову набок:

– Думаешь, не подбиваю ли я тебя на бунт против короны и для этого лгу? Спроси Армоса сам и посмотри на его реакцию. И главное,– Виг подошёл к Даросу вплотную, глаза в глаза.– Спрячь свою пару получше. Если догадался я, то тем более Армос. Он землю перевернёт, чтобы найти её. Кому как не ему знать, что пары – наша главная слабость!

***

Дарос вошёл к королю и, не дойдя до него, опустился на колено:

– Мой король!

Армос откинулся в кресле и молча рассматривал его какое-то время. Неспешно заговорил:

– Судя по твоему виду и поведению, ты подумал над моими предложениями. Решил принять первое и отклонить второе. Так?

Дарос низко опустил голову:

– Я не смею отказаться от первого и не посмею принять второе.

– Почему же?– криво улыбнулся король.

– Потому, что отказавшись от чести быть объявленным наследником, я оскорблю тебя и королевство.

– Допустим. А второе?

– Приняв его, я оскорблю тебя, мой король, ещё больше.

– С чего бы это?

Дарос склонился ещё ниже:

– Разве ты сможешь когда-нибудь оставить королевство тому, кто был рабом?

Король неотрывно наблюдал за племянником, застывшим в довольно неудобной позе. Понятно же, что никакое королевство он никогда и никому оставлять не собирался. Он просто не мыслил так. Он собирался жить как можно дольше, за счёт королевства, жизней других, чего угодно. Для него не существовало будущего без него самого.

И Дарос, выросший рядом с ним, не мог не знать этого. Всегда знал и принимал правила игры: ты притворяешься наследником, но не претендуешь на официальное звание, не пытаешься посягать на управление государством и не замахиваешься на верховную власть, даже в мыслях. А, в ответ, тебе позволяют жить. Так что же изменилось, раз он решился нарушить правила? Да, Армос допускал, что он перегнул палку со своими требованиями, но и Дарос мог вести себя иначе: тянуть время, пока вся эта история не забудется.

Теперь же игра выходит на финальный виток. Отказаться от своих слов король не может, даже от сказанных приватно. Значит, он признает Дара наследником, и глупец примет гордое звание. Которое, в скорости, но не сразу, конечно, станет для него посмертным. Жаль мальчика, но что поделать. Сам виноват! Глупо подставился.

– Или его кто-то надоумил бросить вызов мне?.. Найду и покараю так, что небо с овчинку покажется! Лишить меня любимого племянника!

Армос сделал последнюю попытку образумить малыша. Нежно пропел ему, зная, что этот его тон пугает гораздо сильнее, чем любые угрозы:

– Ты же помнишь, что тебе придётся платить? И не только услугами на благо Короны?

Дарос ни секунды не медлил. Ответил без увёрток, не оставляя путей для отступления ни себе, ни королю:

– Я помню, что мне придётся платить кровью.

Жребий брошен!

Армос расцвёл улыбкой, гибко встал с кресла, стремительно и плавно подошёл к Даросу, рывком вздёрнул его вверх:

– Вставай, мой мальчик! Негоже наследнику унижаться.

Они смотрели друг на друга. Похожие и такие разные! Семейные черты были видны в обоих: красота, сила. На этом всё.

Они стояли друг напротив друга, как свет и тень. Король в светлом с головы до ног. Дарос в угольно-чёрном. Тонкий и изящный, один. Стройный, но с могучим разворотом плеч, другой. Лучащийся улыбкой и хмурый... Они смотрели друг на друга, и каждый видел то, что хотел и мог увидеть.

Армос видел в племяннике красоту Асты и несгибаемость Варга. Пусть король был тем, кто давно нарушил все законы, какие только были, и плевал на это. Но что-то болело у него внутри при виде этого лица и этих глаз. Он чувствовал, что когда свет погаснет в них, то и для него не останется больше света и надежды. А потому, пока он был тут, с ним, Армос, уже в который раз, прикоснулся к лицу, так похожему на тех, кого он любил.

Дарос видел того, кто несмотря ни на что вырастил его и любил, как мог. Дар рано постиг природу безумия, поражающего драконов, и видел его признаки в дяде. Прощал. И любил. А раз так, зачем скрывать?

Он перехватил руку короля у своего лица. Армос настороженно уставился на него, а Дар поднёс к губам и почтительно поцеловал эту руку. Обнял его ладонь своими. Это всё, что Армос мог позволить, он не терпел объятий. И признался в том, в чём должен потому, что это правда:

– Спасибо, что был мне отцом. Я люблю тебя, дядя. Ты ведь знаешь это?

Лицо Армоса исказила судорога:

– Конечно, знаю! Иначе прожил бы ты так долго!.. Но какой же ты непроходимый идиот, Дар! Я не стою ничьей любви! За что меня любить?!

– А разве любят за что-то? Я просто люблю тебя за то, что ты – это ты.

Армос с ужасом смотрел на племянника. Потом, будто в забытьи, прошептал бескровными губами:

– Именно так и говорила мне твоя мать. Только она добавляла, что я дурак, раз вообще задаюсь этим вопросом.

Король вырвал свою ладонь из рук Дара, отвернулся и глухо рыкнул:

– Уходи.