Текст книги "Мечты сбываются (СИ)"
Автор книги: Наталья Машкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц)
Глава 11.
Дарос сумел пережить расставание. Потихоньку, день за днём. Сам удивлялся потом, как сумел.
Очень помог дед Арса. Он попросил его о личной встрече, не через самого Арса. Не хотел, чтобы его дружба с внуком как-то влияла на решение старого дракона. Просьбу передал лорд Виг, приятель опального вельможи. Скривился насмешливо, но согласился стать посредником между ними.
Даросу было глубоко и прочно плевать на то, в какой мере он своим поведением подтвердил теории старого интригана. Лорд Виг разулыбался: понял, что был прав, насчёт пары наследника. И тут же резко перешёл на крайне серьёзный тон, и заставил Дара заподозрить его в том же безумии, что, так или иначе, сопровождало каждого дракона в возрасте. Виг, кажется, и тут раскусил его. Кивнул:
– А что ты думал? И у меня есть отклонения, куда же без них? Не всякому достаёт силы оставаться цельным, как старине Лиму! Он уникален. Как, вероятно, и ты,– вдруг тепло улыбнулся ему.– Только что пережил такое и при этом не убиваешь направо и налево, не плюёшься огнём, не ненавидишь весь мир только за то, что тебе плохо!
Глянул на него с симпатией, открыто:
– Ты взял лучшее от обоих своих родителей и станешь отличным королём. По сути, свою проверку на вшивость ты уже прошёл. И, надо признать, сделал это блестяще! На моей памяти вас только и было двое таких. А потому правильно, что ты идёшь за советом к Лиму. К кому как не к нему?..
Ответ лорд Виг принёс ему уже на следующий день и ещё через два дня Дарос приземлился на широком дворе родового замка Криспов. Лорд Лим Крисп встречал его лично и с ходу заявил, что ни сын, ни внук не появятся здесь до завтра, а значит гость просто обязан остаться с ночёвкой. Дарос вежливо промолчал. Видно будет.
Не прошло и получаса, как Дарос понял почему старика Лима так любят окружающие, и почему его с таким позором удалил от двора его собственный дед. Лорд Крисп был настоящим. Добрым, весёлым, открытым и при этом вспыльчивым, резким. Похожим на... Раста?
Значит драконы и оборотни реально могут быть похожи? Открытие было удивительным. А потом Дару пришло в голову, как здорово было бы свести вместе Раста и Лима. Что бы из этого вышло?
– Фейерверк! И Ариста поучаствовала бы. И молодняк оборотней!
Стало тепло на душе и последняя неловкость испарилась. Обязательно нужно познакомить дракона и оборотней! И сына Лима позвать, не только Арса. Он переживает об отце. Не подаёт вида, но все эти оговорки... Отец, видно, сдаёт, а каково сыну наблюдать это, Даросу не нужно рассказывать. Сам пережил, ещё ребёнком.
Лорд Лим вёл себя как примерный хозяин. Показывал хозяйство, развлекал беседой, накормил вкуснейшим обедом и в душу не лез. До само вечера. Когда, после ужина, он усадил Дара перед пылающим камином, все драконы любят открытый огонь, всучил в руки стакан с чем-то ядрёным и прямо спросил, зачем он явился.
Дарос попросил старика о клятве неразглашения. Было неловко. Но Лим, как ни странно, не удивился и не обиделся. Был даже доволен:
– Правильно, значит, мой внучок тебя оценивает. Умён и осторожен. Он, правда, добавляет при этом много чего ещё, вроде доброты, верности и преданности дружбе. Но это мы опустим, как малозначимое. Так ведь, дракон?
Тон его был насмешлив, но глаза лучились теплом и признательностью. Ведь только постоянное заступничество Дароса позволило Арсу выбраться из глухого угла, где он был бы обречён прозябать, и позволило проявить себя.
– Твои требования совершенно законны и обоснованы,– успокоил его лорд Лим.– Особенно зная нрав твоего дядюшки, умения его палачей и то, что именно ты, мой мальчик, любимая игрушка и жертва нашего короля.
Лим принёс клятву и выжидательно уставился на него. А Дар завис. Что рассказывать? Как обрисовать свою проблему чётко и не вдаваясь в то, куда соваться было до сих пор просто невероятно больно?
***
– Мне нужен от тебя, высокий лорд, совет. Прошу прощения, что вторгаюсь в личное, но судя по тому, что я слышал, ты, единственный, кто перенёс потерю пары и при этом...
– Не сбрендил?– предельно прямо и закончил Лим его мысль.
Дар снова завис. Осторожно кивнул. Пожилой вельможа спокойно смотрел на него:
– Насколько я вижу, ты тоже неплохо справляешься. И "раздвоения" я в тебе почти не вижу.
– Ты это видишь? Как?..
Лим задумчиво уставился на огонь:
– Ну смотри. Когда мы что-то признаём в себе, то начинаем видеть это в других, если оно там, конечно, есть... Я пережил то время, когда осознал, что есть я... и ещё один я. Постепенно грань между нами стёрлась. То же самое я вижу в тебе. Ты слышишь собственного дракона и даже договариваешься с ним. Ведь так?
Дарос чуть отвлёкся на важное:
– Получается, что мой дядя?..
– Ещё один осознающий себя?– снова закончил его мысль Лим.
Покивал головой:
– Думаю, да. И думаю, что по дороге принятия себя и собственной сущности он ушёл далеко вперёд, чем ты или я. Иначе он просто не выжил бы. Он был слабым ребёнком, странным. Собственный отец презирал его. А братья любили. Он был безмерно привязан к обоим.
– И убил обоих!– не выдержал излияний старика Дарос.
Тот хмыкнул:
– Мы с тобой ступаем на хрупкий лёд, юный Дарос. Я не потребую от тебя клятву только потому, что уверен, если твой дядя и решится убить тебя, то пытать тебя не будут. Армос слишком привязан к семье.
Дар не успел вставить своё замечание в ответ на это возмутительное утверждение, как Лим продолжил свою мысль:
– Не только твой отец, Дарос, обладал непредвзятостью и имел друзей в самых разных кругах и слоях... И ты, я слышал... Но и я. И уже очень давно. И друзья мои верны мне до сих пор, как и я им, впрочем. Так вот. Я знаю совершенно точно, что король не убивал своих братьев. Мало того, он всячески пытался спасти обоих.
– Не верю!
– А ты послушай. И проверь по своим каналам. Ты знаешь, что к убийству Олиха король не причастен. Нет! Арс ничего и никогда не говорил мне. Мой идеалистичный внук никогда не обходил свою клятву. Хотя мог бы... Я знаю это из своих источников. Конечно, намного меньше, чем знаете вы, но достаточно.
Дар постарался вынести пронзительный взгляд старика как можно более бесстрастно, а тот по-доброму улыбнулся на его потуги:
– Вижу, что ты согласен с моими выводами по поводу смерти брата. Идём дальше. Я знаю, что убийства отца Олиха не было. Он просто не вынес потери пары и не пожелал пойти по пути Варга. Он устроил себе самоубийство так, как потом, пусть и спонтанно, удалось его сыну. Почему убийцу не нашли? Тут всё просто: условием сделки было то, что талантливому парню, решившемуся помочь дракону, помогли уйти в другой мир. В техногенный, насколько я знаю.
– А отец?– просевшим голосом спросил Дар.
– Варг не просто сходил с ума. Его дракон умирал. Поэтому он и жрал так много и без разбору. Вторая ипостась инстинктивно пыталась притоком свежих сил остановить процесс, но делала только хуже. Армос перевернул континент в поисках решения и кто-то из тёмных колдунов подсказал ему, что продлить жизнь можно только если убить дракона окончательно. Контролируемо.
Лим замолчал. Дарос с силой сжал зубы, чтобы не застонать. Вспоминать то время было просто невозможно.
– Армос тянул до последнего. А потом решился и устроил то судилище. Почему? Решал сразу множество задач. Продлял брату жизнь и одновременно наказывал его за смерть их общей пары. Упрочивал своё положение. Ведь именно тогда все окончательно поняли, что для короля нет табу. И полностью брал под контроль тебя. Ты триста лет не мог думать ни о чём, кроме своей вины. Ведь так?.. Ну, и подарок тебе сделал. В своём духе. Чтобы тебя убить теперь, нужно очень и очень стараться. Резерв просто аномальный. Ты не знал?
Нет. Дар никогда не задавался этим вопросом. Ему что, в академию магии было идти и замерять собственный резерв? Он всегда видел, что он больше, чем у остальных, и воспринимал это как само собой разумеющееся. А уж после той казни ему и вовсе стало не до самолюбования. Он силы свои ненавидел долгое время и воспринимал украденными.
Как там говорил Арс? Колокол судьбы? Сейчас он сам почувствовал его. Всё, что рассказал ему Лим, было правдой. И всё соответствовало характерам трёх братьев: скрытность младшего, буйство среднего, хитрость и нестандартность старшего.
А потом мысль пошла дальше. Если он благодаря "подарку" дядюшки стал ещё более аномальным, чем был, то какой же резерв у Кирии, если она выпила его почти досуха и, грубо говоря, "не подавилась"?
Старик посматривал на него временами, но не мешал думать. Прервал молчание только через несколько минут:
– Ну, теперь ты расскажи мне, юный Дарос, куда пропала твоя пара? Непохоже, что ты убил её. Чувства вины по этому поводу я в тебе не замечаю.
Дар буркнул неловко:
– Сбежала.
Знал же! Знал, что реакция будет именно такой! Он уже начал привыкать к тому, что больше всего их веселит тот факт, что девчонка умудрилась сбежать от начальника Тайной Канцелярии.
– И как?– отсмеявшись положенное время и всё ещё весело блестя глазами, спросил его старый дракон. Преувеличенно заботливо.
Дар огрызнулся, как подросток:
– Может быть ты мне и расскажешь, высокий лорд? Что там говорят твои источники?
Лим развеселился ещё больше:
– Мои источники говорили только то, что появился некий умелец, который шалил без спроса и крайне заинтересовал обе гильдии. Они безмерно желали побеседовать с ним. А тут девочка оказалась! Ей крупно повезло, что ты нашёл её первым и прикрыл!
– Думаю, что повезло не ей, а этим вашим источникам!– ядовито процедил Дар.– Она бы изящно прикончила обоих глав, объединила гильдии, наконец, и стала бы силой, с которой пришлось бы считаться королям!
– Расскажи!– азартно блестел глазами Лим.
И Дарос, слово за слово, рассказал. Всё. Они много смеялись в ту ночь. Много выпили. Погрустили о том, что их пары не с ними. И согласились с тем, что пары у них были уникальными и под стать им самим. Лим тоже рассказал о своей. Говорил о ней, как о живой. С тёплым, трепетным светом в глазах. Дарос не выдержал и спросил, не мучает ли его то, что его ребёнок убил, в итоге, его обожаемую Риму.
Старый дракон не вспылил. Покачал головой, смотря в огонь, как смотрят вдаль, видя там далёкие горизонты:
– Это было только её решение. Всегда и во всём. Я никогда не принуждал её ни к чему. Она сама пришла ко мне в первый раз, и потом. Что касалось меня, то меня больше устроило бы сдохнуть от воздержания, чем причинить ей вред. И я держался. Долго. Пока она сама не забралась ко мне в постель. Тогда я, конечно, не устоял. Как я мог бы?.. И ребёнка она хотела сама. Больше жизни. И я позволил ей. Хотя были у меня мысли опоить её тем самым составом тайно. Да что там мысли! Я и попытался. Только она же ведьмой была, почувствовала и пригрозила, что проклянёт себя чем-нибудь этаким, а мне придётся наблюдать. Я и смирился...
Молчал, всё так же глядя в огонь, словно в прошлое. Тяжело вздохнул:
– Нужно было не держать её рядом с собой. Такого искушения, как пара рядом, не выдержит ни один дракон... Твоя ведьма мудра, мой мальчик. Она спасла вас обоих... Что бы ты сделал, если бы встретил её снова?
– Ничего бы не успел,– ответил Дар устало.– Мы договорились, что моя драконья часть забирает контроль, как только видит, что человеческая слетает с катушек. А дракон никогда не причинит ей вреда. Скорее умрёт сам.
Лим покрутил головой восхищённо:
– Мудро и необычно!.. Не зря ваша семейка всегда была самой: сильной, безумной, талантливой...
Рассвет уже заглядывал в окно, а они всё ещё сидели у камина, уставившись на прогоревшие угли.
– Ну, как ты?– спросил старый дракон.
– Лучше!..– удивлённо ответил Дар.
Лим потянулся к его руке, похлопал по ней ободряюще:
– Так то, мой мальчик. Не прячься от воспоминаний больше. Помни. Они несут не только боль, но и радость. Так мы становимся ближе к тем, кого любим... А от пары дракону не уйти никуда и никогда. Прими эту часть себя, со всей её болью и радостью и никогда не потеряешь себя. Станешь только сильнее.
Глава 12.
Примерно через полгода после ухода Кирии Дарос понял, что он выкарабкается. Нет, мучился и страдал он так же. Да это, наверное, и останется с ним навсегда. Но он понял также, что боль не мешает ему жить. Может быть, даже помогает.
Он стал лучше, сострадательнее. Терзаясь собственной болью, он вдруг увидел её в других. И понял, что многим может помочь. С его-то возможностями! И, видя потом просветлевшие глаза существ, получивших новую надежду или поддержку и помощь, которая для него не стоила почти ничего, он чувствовал, что боль его тает, на время, под этим светом, как снег под солнцем в мире Кирии.
Дядюшка смеялся, что он заделался филантропом, а он флегматично отвечал, что в его ситуации самое время думать о душе и пытаться умилостивить богов для того, чтобы те готовили для него местечко получше и новое воплощение поудачнее. Ведь долг кровью с него могут потребовать в любой момент.
Он вообще легко относился к будущему и понял, что совсем перестал бояться Армоса. Любил? Да. Сочувствовал? Тоже. Но и понимал, чего стоят улыбки и расположение короля. Не зря же он держал его теперь как можно ближе к себе. И официальная причина у него была: церемония наречения Дароса наследником престола состоялась, и теперь король на полную катушку использовал возможности племянника. Правда, то-ли жалел его, то-ли имел какие-то другие мысли, но поручения давал выматывающие, но, так сказать, на благо общества. С убийствами, интригами, картинными разоблачениями, которые он так любил, король легко справлялся сам с помощью своих фаворитов. Тем более, что те любили это ничуть не меньше, чем он сам.
Когда Дарос, восстановивший плотину, или остановивший гибельный шторм слышал, как счастливые люди славят короля, а следом за ним и его самого, он понимал, что стал ещё на один шаг ближе к могиле. Армос не терпел конкурентов. Не потерпит и его. Так зачем же он позволял ему стать тем самым конкурентом в глазах народа и знати?.. Видно, для того, чтобы оправдать в собственных глазах скорое устранение племянника. Ведь вменить участие в заговоре он ему не мог.
Хоть можно сказать, что заговор-таки был, зрел и ширился. Причём, практически, без его, Дароса, участия. Аристократия, купечество да и военные вконец измученные дикими выходками короля, а главное, его немотивированной жестокостью, объединились и выдвинули его на передний край. Вернее, попытались выдвинуть.
Как он узнал об этом? От лорда Вига и от отца Азарка. Лорд Аркос явился как-то к нему и потребовал, чтобы его взяли на службу. Отказать родственнику Дарос не смог, но честно предупредил, что высокому лорду будет унизительно работать на должности подай-принеси, а ничего другого он в силу отсутствия у него опыта, на первых порах предложить не сможет.
Лорд Аркос воззрился на него с непередаваемой смесью благоволения и насмешки и прямо заявил, что после того унижения, что он перенёс за последнее время, когда вскрылись преступления его отца, он смог бы преподавать дисциплину "Как не потерять самоуважение в сложных условиях". И добавил, что так поднаторел в этом, что даже чистильщиков общественных уборных столицы смог бы, если понадобится, вывести в люди.
– Попробуй!– подумал Дарос и взял лорда на службу.
На "чердак", конечно. Но на самую ужасную, нервную и неблагодарную должность делопроизводителя. Никто не выдерживал на ней дольше недели. Опытные секретари сваливались с нервным срывом, оборотни уходили в запой, который волшебным образом завершался, как только они узнавали, что уволены с этой адской должности.
В обязанности делопроизводителя входила координация действий отделов по каждому делу и соблюдение порядка и сроков расследования. Говоря простым языком, к нему стекалось море бумажек и он должен был следить, чтобы они были поданы вовремя и правильно оформлены.
Можно ли заставить ищеек правильно что-то оформить? А вовремя? А надавить на них? Множество "нет" на эти и на другие вопросы. И как быть? Никак! Работа эта была похожа на хождение по замкнутому кругу. И окрестности этого круга напоминали кошмар самого отъявленного безумца.
Лорд Аркос быстро понял это. Явился к Даросу уже на следующий день и прямо спросил, есть ли у него хоть какие-то права и полномочия на этой должности, и есть ли обязанности у его служащих? Дарос усадил его у себя в кабинете с чашкой кофе, а сам скрылся в архиве.
Работать по каталогам, составленным Кирией было просто и удобно, и он справлялся сам. Во-первых, не хотел впускать постороннего в то место, где столько времени провела его обожаемая пара. А во-вторых, не хотел, чтобы кто-то испортил дело в которое она вложила столько сил.
Он поднаторел в поисках, а потому довольно быстро вынырнул из архива с солидной стопкой должностных инструкций глав отделов, служащих и самого делопроизводителя. Сгрузил её на край стола. Аркос невозмутимо кивнул и налил ему кофе. Они недолго поболтали о малозначительных вещах и лорд отбыл на своё рабочее место со стопкой наперевес.
Нет! Как оказалось, Дар дал ему не кипу пустых, бесполезных бумаг, в которые никто и никогда не заглядывал, а настоящее оружие. Которым высокий лорд умел пользоваться.
– По праву рождения! По праву рождения только и можно быть одновременно и таким буквоедом, и полным отморозком, который не боится настроить против себя всех!– так рычал через несколько дней у него в кабинете Раст, перегнувшись через стол и нависая над ним. Правда, предварительно плотно закрыв дверь кабинета.
С теми же претензиями к нему пришли все начальники отделов и каждый высказал своё мнение о лорде Аркос. И если высказывания и угрозы Раста звучали грубо и предельно конкретно, то глава разведки лорд Вист, выражался не в пример изящнее. Но и угрозы его, пусть и завуалированные, звучали гораздо весомее. Дарос решил не вмешиваться, пока ситуация не угрожала жизни ни одной из воюющих сторон.
Через две недели Аркос потребовал у Дароса выделить на "чердаке" отдельное место для картотеки и он с лёгкой душой предложил ему забрать любой угол, но только с условием, что заниматься переделкой будет он сам. Лорд Аркос милостиво кивнул ему и удалился.
Стеллажи были готовы через два дня. Комната отдыха переехала в другое место и стала, надо признаться, гораздо более уединённой и уютной. Ещё через неделю Аркос потребовал двух секретарей, Дар предложил выбрать жертв ему самому.
И наблюдал потом умилительную картину. Как служащие отделов безропотно несут в картотеку бумажки. Секретари тут же проверяют их соответствие форме и срокам. И, если находят что-то, то отправляют провинившегося прямо в руки лорда Аркос, который сумел, кроме всего прочего, выделить место для отдельного кабинета себе любимому.
Одним словом, прошло чуть больше месяца, после его поступления на службу, как высокий лорд перетянул на себя все административные функции Дароса и Арса. Которые они, стоит признать, ненавидели и считали неизбежным злом. Как и большинство их коллег. Лорда Аркос ненавидели, наверное, все в департаменте, кроме начальника и заместителя. Они были благодарны. Он безмерно облегчил им жизнь.
А скоро достоинства налаженной административной машины оценили и остальные. Сроки соблюдались, бумаги не терялись, суды не писали им гневные письма по поводу того, что рассмотрение дел превращается в цирк, благодаря их отчётам.
К лорду Аркос шли теперь за решением неотложных вопросов, если это не касалось конкретно Шефа или его зама. И лорд, не теряя высокомерной мины и вальяжности движений, легко разруливал любые затруднения. Он словно жонглировал людьми, событиями, бумагами. Помнил всё и всех. Никогда не терял присутствия духа и пусть и снисходительной, но доброжелательности. Даже к последнему курьеру и поломойке.
Его стали уважать. А Дар понял, в кого пошёл мозгами лучший друг его пары. Азарк был гениален. Как и его отец. Он видел и оценивал всё. Делал стопроцентные выводы.
– Если бы у старика Аркос хватило мозгов привлечь сына к организации заговора, то он неминуемо увенчался бы успехом!
Так думал Дарос, в очередной раз попивая кофе с лордом Аркос. Тот искоса взглянул на него и негромко рассмеялся:
– И как ты, мой лорд, умудряешься успешно держать маску перед королём? Тебя же можно читать, как книгу! Нет. Я никогда бы не принял участие в заговоре. И нет. Меня никогда не привлекала возня при дворе. Мне хватало работы и так. Отец почти разорил нас. Мне рано пришлось повзрослеть и научиться ответственности. Восстановить семейное состояние и репутацию было нелегко, но я старался. Ради сына. Он появился у меня тоже рано. Первые же смотрины, и ребёнок. Я смотрел на него тогда и не знал, что мне с ним делать.
Аркос замолчал. Дарос не смог смолчать:
– Его любили все. Нельзя было не любить.
– И ты тоже,– усмехнулся Аркос.– Хоть и прятал свою приязнь. Азарк рассказывал мне, что у тебя было два любимчика: он сам, и тот гоблин... Это ведь он укокошил моего папашу? И как только сумел? Ведь гоблины слабы телесно...
Дар молчал. Аркос продолжил спокойно и расслабленно:
– Не волнуйся Шеф. Я видел дело. Вы состряпали всё безупречно. Но я ведь не идиот... Я искал Фингарда Фистельбуна и не нашёл его. Он словно испарился. С той самой ночи, как убили отца. Я хотел обеспечить парня раз уж ему, а не мне, удалось рассмотреть и покарать чудовище. Я буду молчать об этом, всегда. Но мне хотелось бы верить, что мальчик не пострадал за то, что был верен дружбе.
Дарос медленно ответил:
– Убийца твоего отца жив и на свободе. Это всё, что я могу сказать.
– Этого достаточно,– кивнул Аркос.– Я готов оказать ему любую помощь, но думаю, что парень пробьётся и так. Он очень талантлив. Очень. Наверное, в той же мере, что и Азарк... Сын говорил мне, что встретил родственную душу. Я, признаться, испугался, что он пойдёт не по той дорожке. А после решил, что каждый справляется с одиночеством как может...
Дар почти что промолчал, а потом посмотрел на убитого горем отца, вспомнил характер клятв, принесённых лордом, и не смог. Сказал отрывисто:
– Он был умным и добрым, твой сын. И тонко чувствовал. Он полюбил не мужчину. Под личиной Фина пряталась женщина. Молодая и прекрасная. Она тоже любила его как свою душу. Потому и отомстила, несмотря на риск. Не рви себе сердце, высокий лорд. Ты всё сделал правильно. Я не знал никого лучше, чем твой сын и думаю, что не узнаю.
Лорд Аркос бросил на начальника острый взгляд. Тысячи вопросов вертелись у него на языке, но он не задал их. Воспитание и понимание сути их жизни не позволили. Племянник короля и так сказал слишком много. Только для того, чтобы утешить его. Благородный до глупости!.. Как мог он не оценить и не ответить дружбой и глубокой преданностью?
Он и ответил. Если Арс был правовой рукой Шефа, то Аркос стал левой. И справлялся с этой нелёгкой ношей внешне легко. Дарос, правда, поинтересовался как-то, хватает ли ему времени и сил, ведь он так и продолжал вести все дела рода Аркос. Лорд рассмеялся и легко заметил, что больше ему всё равно заниматься нечем.
Дар принял эти слова как руководство к действию и на следующий же праздник напросился к Расту с родственником и Арсом. Оборотень бубнил, что ему вовсе не улыбается видеть Алубу ещё и у себя дома, но приглашение дал-таки.
Алуба – такое прозвище дали лорду Аркос в департаменте. Так звали самую ядовитую змею их мира. И самую красивую. Узоры и цвета на шкуре алубы могли заворожить самого утончённого эстета. Лорд Аркос действительно был таким: невероятно прекрасным, как и большинство знатных драконов, изящным и воспитанным, опасным и непредсказуемым.
А ещё молодым. Наблюдая потом, на празднике, как Арий горланит песни в обнимку с оборотнями Дар осознал, что он ведь ненамного старше его самого! Ответственность и раннее отцовство сделали его старше до поры, не позволили побыть молодым и бесшабашным.
– Нужно навёрстывать!– именно так Дар и расценивал его песни и пляски с молодняком оборотней. Танец мужчин-оборотней завораживал своей красотой и мужественностью. И Арий, расхристанный и разгорячённый, смотрелся там более чем гармонично.
Хотя и остался таким же занудой. Первым двум оборотницам, что имели несчастье сунуться к нему, он, уже находясь в изрядном подпитии, доходчиво и скурпулёзно объяснил почему таким юным и прекрасным девушкам не стоит связываться с таким как он. Оборотницы тут же разнесли сёстрам и подругам весть о том, что новый дракон столь же бесполезен, как и двое других.
Женщины оборотней смотрели на то, как драконы пили, смеялись, по-дружески болтали с их отцами и братьями и думали о том, что как же жаль, что такие красивые и хорошие мужики пропадают зря!
