Текст книги "Драконья няня (СИ)"

Автор книги: Наталья Фирст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

– Как же, как же! – взгляд дракона стал куда менее откровенным. Он оглядел свои владения, чуть поколебался в раздумьях и указал куда-то вглубь зеленых дебрей. – Тогда я предложу вам чудное местечко. Пойдемте, вам понравится.

Меня увлекли по дорожке вдоль зеленых живых шатров, меж стволов вековых лип, мимо поющих струй фонтана и привели в совершенно волшебное местечко. От посторонних глаз его с трех сторон надежно скрывала высокая шпалера, увитая цветущей белой розой. Четвертая сторона выходила на лес и высокий куст краснолистника.

В воздухе плыл дивный медовый аромат. С неба сияло золотое солнце. Где-то в вышине пела неугомонная птица.

– Нравится? – лукаво спросил хозяин.

– Очень, – призналась я.

– Тогда устраивайтесь. Вот вам меню.

Он протянул мне внушительный альбом. Следом вручил перламутровое перо.

– Звать никого не надо. Если выберете блюдо, просто поставьте количество в кружочке рядом с названием. Беспокоить вас никто не будет. Блюдо появится само вот здесь.

Дракон указал на большой хрустальный поднос, стоящий на столе.

– Тут же появятся и приборы.

Я хотела восхититься, но меня опередили.

– И да, юная леди, скажу вам по секрету – эта книженция, – он постучал пальцем по кожаному переплету, – заколдована. Стоит только потереть картинку с изображением блюда, как вы почувствуете его запах.

Мужчина замер в ожидании восхищенных ахов, я не стала его расстраивать.

– Удивительно! – мне не трудно было это сказать. В драконьем ресторанчике и правда все меня удивляло.

– Но это еще не все. В конце альбома есть пустой лист. Если чего-то не сможете отыскать в самом меню, напишите там свое пожелание. Я постараюсь его выполнить. Как придет Лотар, я провожу его сюда. Приятно отдохнуть, прекрасная леди.

Не дожидаясь моего ответа, дракон поклонился и ушел.

Я взяла в руки меню, положила перед собой, открыла первую страницу и поразилась красоте картинок. Блюда на них казались настоящими. И первое, что я сделала, потерла картинки пальцами. Запах стряпни моментально перебил аромат роз. Рот мой наполнился слюной. Я бегло пробежала глазами по первым листам, не стала искать для себя экзотики, а выбрала знакомую похлебку с яичными клецками.

Потом добавила к ней отвар из облепихи с мятой и на время отложила меню в сторону. Мне еще предстояло ждать моего дракона. И до его прихода совсем не хотелось наедаться досыта.

Едва альбом коснулся столешницы, как раздался мелодичный звон. На подносе появился мой заказ. Я снова удивилась, уже самую малость, придвинула к себе тарелку и взялась за ложку.

Суп был вкуснейшим, и я едва не зажмурилась от удовольствия. Но тут краем глаза уловила темную тень, возникшую из-за шпалеры. Решила было, что это Лотар, хотела улыбнуться, но не успела.

Все произошло почти мгновенно. Одна мужская ладонь грубо закрыла мне рот. Во второй я увидела синий огонек кристалла забвения. Знакомый голос зашептал на ухо:

– Ну что, дорогая, нагулялась? Пора домой.

Мне даже не дали время, чтобы испугаться. Ладонь с кристаллом коснулась моего лба, и мир погас.

Глава 12
Навязанное венчание

Очнулась я совершенно неожиданно. Пришла в себя и не смогла открыть глаза. Виски нещадно ломило. Во рту стоял привкус железа, щедро смешанный с горечью. Я попыталась шевельнуть рукой и не смогла. По всему телу была разлита невероятная слабость.

Наверное, я застонала. Рядом тут же раздался чрезмерно заботливый голос:

– Дорогая, ты пришла в себя? Как я рад.

Этот голос я хотела слышать меньше всего. Еще меньше мне хотелось чувствовать прикосновения этого человека. Только противиться пока не было сил.

Гордон слегка приподнял мою голову и ткнул в губы чем-то холодным.

– Пей, – сказал он. – Здесь лекарство от кристалла забвения. Этот бездной проклятый кудесник что-то напутал. Он обещал, что кристалл усыпит тебя на час, а ты проспала почти пять.

Сколько? Сердце мое застучало от ужаса. Пять часов! Это значило, что мы почти приехали домой.

– Пей, сразу станет легче.

В нос ударил крепкий запах полыни, на губах появилась влага. Я невольно сделала глоток и прислушалась к ощущениям. По венам побежал холодок. Пульсация в висках стала тише.

– Пей еще, – велел мой жених, – станет легче.

Я послушно выпила почти половину и отвернула лицо, спасаясь от жуткой горечи. Впрочем, Гордон больше и не настаивал.

– Вот и умница, – промурлыкал он, помогая мне сесть, – хорошая девочка.

Я с трудом разлепила глаза и тут же зажмурилась вновь. Свет закатного солнца был невыносим. Он жалил до боли.

– Где мы?

– Скоро будем дома, – успокоил меня Гордон. – Уже въезжаем в город.

Я с трудом приподнялась, едва приоткрыла веки и сквозь ресницы глянула в окно. Там проплывал пригород столицы. Усталые горожане решали последние дела. Где-то совсем рядом орал петух.

В голове пронеслось: «Нет! Не хочу! Надо бежать. Попытаться вырваться на волю». Я стиснула зубы и постаралась ничем не выдать свои мысли.

Гордон о чем-то говорил, пытался целовать мои пальцы, притворно вздыхал, костеря горе-чародея, но я его не слушала. Меж полуопущенных ресниц смотрела в окно. Смотрела и ждала, когда появится городская стража. Я точно знала, что в это время она обходит улицы вечерним караулом.

Ждать пришлось недолго. Случай представился почти сразу. Экипаж чуть пропетлял по узким улочкам пригорода и выехал на южную площадь. Здесь я у видела первый караул.

Народа на площади было не в пример больше, возница притормозил экипаж, пустил лошадей медленным шагом. Я быстро распахнула дверку, выскочила на брусчатку и прокричала:

– Помогите! Меня похитили!

Служаки тут же окружили меня, задвинули за спины. Старший вытянул руку в сторону остановившейся кареты и приказал:

– Немедленно выйдете! Иначе…

Гордон и не думал противиться. Он неспешно ступил на подножку, потом и вовсе спустился вниз.

– Помилуйте, о каком похищении идет речь? Я жених этой леди. Она едет со мной на законных основаниях.

– Ложь! Он похитил меня против воли! – вновь заверила я.

Голос стражника налился металлом.

– Сэр, извольте объясниться!

В душе моей появилась надежда. Я облегченно выдохнула, глянула на Гордона и тревожно застыла. Его улыбка не понравилась мне вовсе.

Гордон протянул служителям закона пухлый конверт и проговорил:

– Господа, я сожалею, но леди слегка не в себе. Это моя невеста. Джулиана Ардуэй, дочь старого графа. Там в конверте бумаги, переданные мне ее отцом. А также мои документы. Все заверено в магистрате у мага. Чин по чину. Можете проверить.

Один из стражников принял конверт, бросил на меня сочувствующий взгляд и обескураженно крякнул. А Гордон между тем продолжал:

– Леди Джулиана еще не достигла совершеннолетия и не может отвечать за себя. Я везу ее домой по распоряжению отца.

– Помогите… – прошептала я, теряя последнюю надежду. – Меня хотят выдать замуж. Насильно!

Я сделала шаг назад, но тут же была остановлена твердой рукой и сникла. Стражник вытащил из конверта бумаги, бегло перелистал, пробежался глазами по тексту, приложил для верности заговоренный перстень.

И кольцо, и бумаги засветились золотым. Мне не хуже присутствующих стало ясно, что это значит. Стражник протянул конверт обратно Гордону, коротко кивнул.

– Все чисто, можете ехать.

– Пойдем дорогая, – мой ненавистный жених с довольной улыбкой протянул мне руку.

– Я не хочу!

Чужая рука подтолкнула меня в спину. А укоризненный голос проговорил:

– Ступайте, леди, не стоит позориться. Не заставляйте волочить вас силой.

Из глаз моих неукротимым потоком хлынули слезы, я гордо задрала подбородок и направилась карете.

* * *

Гордон преувеличенно учтиво подал мне руку. Пока я усаживалась в карету, он ласково улыбался. От этой улыбки меня пробирал мороз по коже. Было ясно, что ничего хорошего она не сулит.

Едва закрылась дверь и тронулся экипаж, как вся показная учтивость слетела с лица моего жениха. И он почти без размаха ударил меня ладонью по лицу. Совсем не больно. Нет. Просто зло, унизительно.

Так меня никто и никогда не оскорблял. Я прислонила к пылающей щеке ладонь и поняла, что не в силах удержать слезы. По лицу бежало два соленых водопада. Я ругала себя, приказывала перестать и не могла. Это было выше моих сил. От обиды, от беспомощности, от горя. Неужели моя жизнь закончится вот так? Неужели мне придется до конца дней терпеть рядом с собой этого человека? Эту бездушную самовлюбленную скотину.

Гордон словно решил подтвердить правоту моих мыслей:

– Прекрати эту комедию! На меня не действуют дамские слезы. Можешь приберечь этот фокус для других.

Он достал из кармана платок и швырнул мне лицо. Слезы мои побежали еще сильнее. Гордон вновь размахнулся, но в последний момент удержал ладонь. Зато прошипел издевательски:

– Джулиана, душа моя, не зли меня! Радуйся, что я готов закрыть глаза на все твои фокусы, на твой блуд и принять тебя обратно. Ты хоть понимаешь, что опозорила весь свой род?

Я покачала головой. Хотелось спросить: «Чем? Чем позорила? Тем что решила работать?» Но я не открыла рта. Гордону мои слова были не нужны.

Впрочем, и ему самому надоел этот монолог. Он закинул ногу на ногу, сцепил ладони в замок на колене и отвернулся к окну. Больше до самого дома моего отца он не произнес и слова.

Я тоже смотрела в окно и думала, как же быть? Почему судьба так не справедлива? Почему наградила меня магией, которая совершенно не действует на людей? Почему я бессильна перед этим подонком? Почему?

Все бесконечные почему остались без ответа. Слезы мои потихоньку иссякли. А в глубине души появилась надежда. На то, что ко мне примчится мой дракон и спасет меня из рук злобного принца.

Я даже заулыбалась от этих мыслей. Какая все же странная получилась бы история. Сказка, где все наоборот.

Я тихонько покосилась на Гордона. Из груди моей вырвался горестный вздох. Что поделать, если в моей сказке дракон оказался куда благороднее принца.

* * *

К дому мы подъехали уже затемно. В окнах горел свет. Сам отец разгуливал возле ворот, отмеряя пять шагов то влево, то вправо. В руке он держал фонарь. Мне совершенно не хотелось с ним говорить, но я себя пересилила:

– Здравствуй, папа.

Он только поджал губы.

– Ступай к себе, Джулиана, мы позже поговорим.

К себе? Так просто? Я вдруг представила, что никто не мешает мне сбежать вновь. Потому возблагодарила Небеса и почти бегом припустила в дом.

В спину мне донеслось:

– Гордон, как все прошло?

– У драконов без проблем. А в городе она пыталась сбежать. Должен вам сказать, вы были правы, когда решили подготовить все документы.

Ах вот как? Значит, это была идея моего любимого батюшки? Отец тут же подтвердил:

– Я слишком хорошо знаю дочь, мой мальчик. Она просто так не успокоится.

– Ничего. – Я прям увидела, как Гордон усмехнулся. – Подержим ее под замком. Не будет же она вечно бунтовать. Когда-нибудь угомонится. А чтобы избавить ее от иллюзий, завтра же утром устроим венчание.

– Завтра? Утром? Ну уж нет. И не мечтайте… – буркнула я себе под нос, от злости с грохотом захлопывая дверь.

Из коридора рванула к себе в спальню, желая не терять время даром. Вошла внутрь комнаты и замерла. Окна встречали меня новехонькими решетками.

– Папа!

Я развернулась на месте, но успела только заметить, как закрылась дверь.

– Папа!

Я бросилась на белую створку, застучала по ней кулаками, ударила ногой. И услышала, как щелкнул замок. Я угодила, как мышь в мышеловку. Так глупо, так нелепо. Теперь мне оставалось только ждать утра и молить Небеса, чтобы Лотар успел. Чтобы не опоздал с помощью. В том, что он придет за мной, я почему-то не сомневалась.

* * *

Ночь прошла в тревожных метаниях. Мне толком не спалось. Все время виделась тьма. Она смотрела на меня из завоеванных мраком углов, из окна. Витала под потолком.

Я догадалась свернуться на кровати калачиком и укрыться с головой одеялом. Тьма расстроенно отступила, но легче не стало. В голове звучал голос Гордона: «Не стоит откладывать, завтра же утром устроим венчание».

Утром. Утром? Утром!!!

По щеке вновь побежал соленый ручеек. Губы зашептали, как молитву:

– Лотар, спаси меня! Спаси! Без тебя я погибну…

Забыться удалось только к самому утру. Что снилось мне, я не помню. Да и снилось ли хоть что-нибудь. Только проснулась я с опухшими от слез глазами и больной головой.

Стрелки показывали три часа до полудня. В доме царило странное оживление. Сквозь дверь слышались чужие голоса, торопливые шаги. С каждым новым звуком надежда на спасение таяла, разбивалась о ледяное равнодушие реальности. Мне хотелось вернуться обратно в интернат. К Лотару, к дядюшке Оскару, к беспокойным мальчишкам. Но кому было дело до моих желаний.

Обо мне все словно забыли. Жаль, ненадолго. Скоро за дверью раздал цокот подкованных сапог. И я прекрасно знала, кому эти шаги принадлежали.

Гордон распахнул без стука дверь, глянул на меня без капли интереса и процедил сквозь зубы:

– Ты почему не одета?

Я натянула до подбородка одеяло и ответила твердо:

– Я никуда не пойду.

– Тебя никто не спрашивает, – усмехнулся он.

Потом резко шагнул вперед, оказался у кровати, схватил одеяло и дернул его на себя, вырывая из моих рук.

Я замерла от неожиданности. Подобного поведения я не ожидала ни от кого. Это было верхом невоспитанности. Это было постыдно. Это было ужасно неприлично.

– Я не пойду! – прокричала я, стараясь ладонями прикрыть тонкую ткань на груди.

– Пойдешь.

Безжалостная рука схватила мое запястье.

– Пойдешь, – повторил Гордон, а я вдруг углядела на его лице довольную улыбку. – Не хочешь одеваться, я потащу тебя так. Можешь позориться, дело твое, мне не жалко.

Он дернул меня за руку и стащил на пол. А я… Я не смогла ему сопротивляться. У меня попросту не хватило сил.

* * *

Гордон выволок меня в коридор. В какой-то момент я изловчилась и смогла укусить его за руку. Правда, быстро об этом пожалела.

Меня тут же швырнули на пол, щедро одарили оплеухой, потом еще одной и еще. Гордон опомнился лишь тогда, когда мой рот наполнился соленым, по лицу потекла горячая струйка, а на белый хлопок рубашки упала алая капля.

– Достаточно? – спросил он зло. – Или объяснить еще?

– Н-не н-надо, – едва смогла вымолвить я.

Губы нещадно болели, но это было не главным. Куда больше меня страшила та легкость, с которой мой драгоценный жених утратил человеческий облик.

Он вынул из кармана платок и брезгливо отер руку. После тем же платком промокнул мне лицо.

– Поднимайся, Джулиана, и не смей перечить. Иначе придется вновь тебя наказать. Ты же не хочешь, чтобы мне это понравилось?

Я покачала головой и послушно поднялась с пола.

– Куда идти?

– В зал для приемов. Там нас уже ждет храмовник, – Гордон растянул губы в притворной улыбке и добавил глумливо: – дорогая.

Я пошла. Босые ноги ступали по паркету. Голым плечам было зябко. Гордон этого словно и не замечал. Он топал следом. Даже звук его шагов вызывал во мне омерзение.

* * *

В зале для приемов все было родным, знакомым с детства. Но сейчас эта комната, да и весь дом целиком казались мне чужими.

Там меня действительно ждали. Кто-то передвинул под окно с видом на ворота стол. Рядом стоял незнакомый мужчина, облаченный в одеяние храмовника. При виде меня он не пошевелил даже бровью. Оформление браков со строптивыми девицами было для него делом привычным.

Кто их вообще спрашивает, этих девиц – хотят они замуж или нет. Всем известно, что женский пол лишен разума, по крайней мере до совершеннолетия. А, значит, думать и решать за них должны мужчины. И как можно быстрее, чтобы не появилось желание вырваться на волю.

Здесь я с самого начала не ждала найти сочувствия. У меня оставалась лишь одна надежда на отца.

– Папа!!! – я почти прокричала с порога.

Разбитые губы слушались плохо. В уголке рта вновь появилась капелька крови, и я машинально ее слизнула.

Отец бросил на меня быстрый взгляд, на миг в его глазах появилась жалость – вспыхнула и погасла. Лицо его вновь стало каменным.

Зато храмовник вдруг поморщился:

– Прикройте ее. Не дело это, весь срам наружу.

Я гордо задрала подбородок вверх. Срам, говорите? Это не мой срам, а ваш. Я сюда пришла не по своей воле.

Отец быстро стянул сюртук, не приближаясь швырнул в меня и приказал:

– Прикройся, бессовестная.

Я не стала ловить эту подачку, развела ладони в стороны, дождалась, когда сюртук упадет вниз и вновь скрестила руки на груди. Гордон сделал все за меня. Он нагнулся, поднял одежку, укрыл меня ей, застегнул пуговицу под подбородком, а после зашептал ласковым голосом:

– Снимешь – ударю. Поняла, дорогая?

Я невольно вздрогнула. Он уловил это и едва не замурчал от удовольствия.

– Приступим.

Храмовник взял со стола клятвенную книгу, раскрыл ее в нужном месте, обернулся к нам и принялся по памяти читать слова супружеской клятвы. Я его почти не слушала. Все во мне рыдало от горечи, от безысходности. Губы беззвучно шептали:

– Лотар, ну где же ты? Спаси меня!!!

Разум все отчетливей понимал, что чуда не будет.

Я совершенно пропустила тот момент, когда пришло время отвечать на вопросы.

– Да, – довольно произнес Гордон и ткнул меня кулаком в поясницу.

– Нет! – упрямо выпалила я и получила новый тычок.

Дальше так и происходило. На каждое «Да» ненавистного жениха я отвечала «Нет». Только без толку. Меня окружала каменная стена равнодушия. Никому не было дела до моего желания.

Незаметно клятва подошла к концу. Прозвучал и последний вопрос, тот, что стал для меня приговором:

– Готовы ли вы, сэр Брейт, взять в жены леди Джулиану, урожденную графиню Ардуэй?

– Да! – нетерпеливо выпалил Гордон. – И давайте уже заканчивать этот спектакль.

Храмовник недовольно поморщился, но продолжил:

– Готовы ли вы, леди Ардуэй, взять в мужья сэра Гордона Брейта.

– Нет! – изо всех сил закричала я. – Нет, нет и нет!

Храмовник лишь хмыкнул.

– Может быть хватит? – Гордон окончательно взбеленился. – Вы же видите, что леди Джулиана не в себе!

– Не спешите, молодой человек, – служитель Небес старался держать себя в руках, – остался последний вопрос.

Он обернулся ко мне, и я впервые увидела в его взгляде нечто, похожее на сострадание.

– Знает ли кто-то причину, по которой этот брак не может быть заключен?

– Нет такой причины! – Гордон утратил последние крохи самообладания.

– Что ж, – храмовник непритворно вздохнул, – именем…

«Вот и все!» – пронеслось у меня в голове. – «Теперь только в петлю».

Я прикрыла глаза и тут же услышала звон разбитого стекла. В зал ворвался утренний ветер, густо замешанный на запахах росы и цветов.

– Я! Я знаю такую причину!

Этот голос я уже не чаяла услышать. Лотар! Успел…

– И в чем же она заключается? – зло хмыкнул Гордон.

– Эта женщина – моя супруга.

Глава 13
Спасение

Супруга? С каких это пор? Я так растерялась, что едва все не испортила и не задала этот вопрос вслух.

Лотар оперся ладонями на оконную раму, легко подтянулся, перекинул ноги через подоконник и спрыгнул на пол возле стола.

– Супруга, – совершенно серьезно повторил он. – А что вас удивляет?

В воздухе повисла напряженная пауза. Первым ее нарушил храмовник:

– Ну знаете! – воскликнул он и резко захлопнул священную книгу. – От вас, граф, я такого не ожидал!

– Но погодите, – отец совершенно искренне прижал к груди ладони. – Я и сам…

Храмовник лишь взмахнул рукой и быстрым шагом направился к двери. Уже на пороге он обернулся и добавил зло:

– Денег я вам не верну. И да, в будущем можете не рассчитывать на мои услуги.

Напоследок он громко хлопнул дверью. От этого звука я и очнулась.

– Лотар!!! Я уже не ждала!

И ринулась к своему спасителю. Он лишь улыбнулся и вдруг увидел мои разбитые губы. Заметил под сюртуком алые пятна на белой ткани рубашки.

На миг я перепугалась. Дракон… Мой дракон! Лотар переменился. Он сузил глаза и гневливо сжал губы. Одним движением руки задвинул меня за спину и прорычал:

– Кто посмел ее ударить?

Мне было прекрасно видно, как внутри него проснулась, подняла голову хищная тьма. И я перепугалась еще сильнее.

– Лотар, не надо. Давай уйдем!

– Молчи! – оборвали меня. – Кто ударил мою женщину?

Я видела, как побледнел отец, как схватился за сердце и прислонился к стене и прикрыл глаза. Лотар был страшен.

Гордон выкрикнул с вызовом, но в последний момент голос его позорно дал петуха:

– Никто! Она сама упала! – и он машинально потер ладонью, костяшки другой руки.

– Сама? – взревел Лотар. – А я думаю, ты лжешь!

Тьма его окончательно пробудилась, обняла за плечи, зашептала в ухо. Это было плохо. Это грозило нешуточной бедой. Я сжала кулаки и позвала свою магию, собирая ее в ладонях, готовясь прийти на помощь, как только дело станет совсем дрянным. Мне было жутко от мысли, чем все может закончится.

А Гордон вдруг раздухарился не к месту:

– И что ты мне сделаешь? – выкрикнул он. – Здесь не ваше гнилое драконье королевство. Здесь правят человеческие законы! Я ничего не наруша…

Я упустила тот момент, когда Лотар сорвался с места. Впрочем, остальные не заметили его тоже. Вот только что дракон был здесь, прямо передо мной, и вдруг оказался возле Гордона.

Тьма над его плечом злобно ощерилась. Удивительно, но в этот раз я была на ее стороне. Мне так хотелось, чтобы хоть кто-то смог сбить спесь с этого мерзкого самовлюбленного хлыща – моего бывшего женишка. Мне так хотелось увидеть в его глаза страх. И это свершилось.

Гордон отчаянно побледнел, шарахнулся назад, но не успел. Лотар схватил его своей огромной лапищей за горло и оторвал от земли.

– Ты посмел ударить мою женщину! – вновь вырвался разъяренный рык.

«Мою женщину!» – шепотом прошептала я и почувствовала, как внутри разливается счастливое тепло. О Небеса, как приятно ощущать себя любимой.

Дальше все произошло в один миг. Лотар разжал ладонь и тут же ударил своего соперника кулаком в лицо. По губам, по носу. Кровь брызнула во все стороны, разлетелась мелкими каплями, орошая все вокруг.

Гордон шатнулся назад и, теряя равновесие, схватился за рубашку на груди дракона. Ткань жалобно затрещала.

Лотар этого не заметил, ударил еще раз, почти размаха, превращая красивые губы Гордона в кровавую кашу.

Поверженный мерзавец взмахнул руками и завалился навзничь. И я была бы счастлива, но в его пальцах кроме обрывка белоснежной ткани виднелся черный амулет Лотара.

Больше ничто не сдерживало тьму. Она встрепенулась и обрела свободу. Правда, совсем не так, как я ожидала.

* * *

Не было черного вихря, все сметающего на своем пути. Не бы мрака. Не погас внезапно свет.

Лотар вздрогнул, обернулся ко мне беспомощно и прошептал:

– Анна, беги!

А потом глаза его погасли, утратили разум. Все существо моего спасителя заполнила беспощадная тьма. Тело Лотара дернулось, исказилось, выгнулось совершенно невозможным образом и начало расти, превращаясь…

Я испуганно прикрыла рот ладонью и шарахнулась в угол. До этого мне никогда не доводилось видеть, как появляется дракон. Как вместо человеческой личины рождается истинная сущность.

Не стало медальона, и дракон, которого нет, обрел силу. Если крылья мальчиков были яркими, как полевые цветы, то этот монстр оказался аспидно-черного цвета. Он был полностью соткан из тьмы. Той самой, что тридцать лет ждала своего часа. И я поняла, с чем когда-то пришлось столкнуться Оскару.

Этот дракон был живым воплощеньем ужаса. Он не мог служить ничему доброму. Разве может нести добро сгусток злобы и ненависти? Разве может быть во благо проклятие?

Страшный зверь, лишенный любви и сострадания, поднял голову, с первого взгляда никого не нашел и ударил лапой в стену под окном, разбивая в щебень и пыль древнюю кладку.

Дыра получилась воистину громадной – от пола до потолка. Сквозь нее стал виден сад с кусочком неба.

Я стояла, не в силах пошевелиться, и ждала что будет дальше. Черная туша надежно преграждала мне выход.

К счастью, дракон повернулся в другую сторону. И сразу увидел недвижимого Гордона и заверещал от обиды. «Дохлая» дичь была ему неинтересна. Новый взмах лапы – оглушенный мерзавец врезался в дверь и вместе со створкой вылетел в коридор. Темный зверь победно зарычал, щедро плеснув ему в след огнем.

Я затравленно обернулась, пытаясь отыскать отца, но вдруг осознала, что в зале его нет. Здесь вообще больше не было никого, кроме меня. Меня и того, кого мне так хотелось любить. Того, кто сейчас не помнил о человеческой леди по имени Джулиана.

И я в который раз за этот день ощутила безысходность.

* * *

Зверь обернулся и поймал меня глазами. В его взгляде не мелькнуло даже искорки узнавания. Там была пугающая черная бездна – омут без чувств и мыслей.

Дракон сделал шаг вперед. И время для меня вдруг замедлилось, почти остановилось. Я видела, как он открывает пасть, как ярко сверкают гигантские клыки, как когти огромной лапы рвут в щепки паркет, как…

Я не могу сказать, как это вышло, но моя магия сама вырвалась наружу. Она не стала спрашивать у меня разрешения и ждать, когда я вспомню о своем даре, тоже не стала. Все нутро взорвалось от едкой, безумной боли. Я открыла рот и с криком выдохнула заготовленное заклятие.

Потом со слезами на глазах и диким изумлением смотрела, как оно несется навстречу Лотару, как накрывает его бело-золотым туманом, как поглощает, втягивает в себя тьму.

Дракон вздрогнул, словно ударился в стену и замер. Облако обволокло, укутало его тонким покрывалом. Время замерло окончательно. Вместе с ним исчезли звуки. Я глядела не отрываясь, как растворяется тьма, как уступает место буйству красок.

Куда там крыльям мальчишек до эдакой красоты. Еще миг, и я перестала дышать от восторга. Вид появившегося из тьмы дракона был прекрасен – яркий изумруд, отливающий золотом. Само совершенство. Он впервые посмотрел на меня глазами полными любви и восторга. Чуть склонился и отступил.

Я рванула к нему, обхватила ладонями драконью голову и от счастья поцеловала. Пусть не человеческое лицо, а звериную морду, пусть. Мне было все равно. Я испытала такой восторг от этого поцелуя, что сама немного испугалась своих чувств.

– Лотар! Это ты?

– Джулиана, – прорычал он, быстро садись мне шею. – Нужно улетать. Тьма вернется, только я не знаю, когда.

Я и не подумала спорить. Лететь! Конечно, лететь. Подальше отсюда. Прочь от боли и унижений. Вон из этого дома.

Я обогнула дракона сбоку и вдруг поняла, что в узкой сорочке залезть на него не смогу. Если только задрать подол до самого…

Щеки мои покрыл неуместный румянец, и я беспомощно огляделась, пытаясь найти хоть что-то, чем можно разрезать ткань. На полу валялись куски разбитого стола, обрывки ткани и черный медальон. Его я подхватила в первую очередь, намотала для надежности шнур на запястье. Бросила взгляд на дыру в стене – на садовой дорожке сверкали осколки окна.

– Джулиана! – нетерпеливо взревел дракон. – Быстрее. Я не знаю, как долго продержусь.

– Погоди!

Я юркнула в прореху, появившуюся на месте окна, подхватила кусок стекла и щедро, почти до пояса, вспорола рубашку по бокам.

– Готово!

И обернулась. Лотар уже успел выбраться наружу. Он смотрел на меня странным взглядом, гребень на его голове горел алым. Я не стала задумываться о причинах таких перемен. Потом, все потом. Быстро подбежала, к моему спасителю, встала, как на ступеньку, на чешуйчатую лапу и ничуть не смущаясь перекинула ногу через шею.

– Держись! – скомандовал мой дракон и легким движением взмыл вверх.

* * *

Сверху дом, где я выросла, оказался крохотным, почти жалким. С двух сторон его теснили нарядные особняки. На их фоне он смотрелся, как бедная сирота. Мне было прекрасно видно, что черепица на крыше, потрескалась. Местами в ней зияли неряшливые прорехи. Разрушилась с одного бока труба. Мансардное окошко было наглухо заколочено досками.

Я вспомнила, как отец вечно жаловался, что не хватает денег на ремонт. На миг его даже стало жаль. Правда, жалость моя быстро растаяла, когда всплыли в памяти оплеухи Гордона.

– Нет уж, – прошептала я, – как угодно делите свои деньги и титул, но без меня.

– Джулиана, ты что-то сказала?

Голос Лотара в драконьем обличье звучал непривычно.

– Нет, ничего! – поспешила ответить я.

– Если захочешь что-то сказать, – эти звуки меня почти оглушили, – говори громче. Мне не слышно!

– Хорошо! – прокричала я в ответ.

И вновь глянула вниз. Лотар поднялся почти под облака. Здесь было прохладно, и у меня быстро замерзли босые ноги. А еще вдруг стало страшно – мне ни разу не доводилось смотреть на землю с такой высоты. Разве что на облачном мосту. От воспоминания я блаженно заулыбалась. Какой же удачный тогда сложился день.

Да и сейчас. Взгляд мой скользнул по отливающей золотом чешуе, задержался на крыльях и перешел на амулет, зажатый в кулаке.

«Только бы тьма не вырвалась наружу!» – мысль прозвучала как молитва. Я вновь собрала в ладонях силу и потихоньку влила в дракона. Он вздрогнул от неожиданности, но промолчал. Мне показалось, что этого слишком мало. Тогда я легла на шершавую шею, прижалась всем телом, лицом, обхватила руками и принялась по чуть-чуть, по капельке напитывать, наливать дракона светом.

Он шумно вздохнул и оглянулся.

– Не надо, Анна. Ты можешь ослабнуть. Пока еще тьма спит. Не надо. Нам хватит времени, чтобы долететь.

«Как скажешь», – подумала я и остановила поток. Правда, щеку от шеи не отняла. Так и осталась лежать. Изнутри, из сердца дракона шел жар. И я быстро пригрелась, расслабилась и затихла, потихоньку разглядывая что творится внизу.

Лотал почему-то не полетел напрямик. Путь его точно повторял тракт, пролегающий внизу. Там под нами стрелою неслось темное пятно. Я пригляделась и поняла, что это черный конь.

– Мрак волнуется, – пророкотал Лотар.

– Кто? – не поняла я.

– Мой жеребец. Видишь, скачет? Он у меня молодец, обязательно домой вернется.

Мне так не хотелось говорить, и я кивнула. А мысленно удивилась, что Лотар приехал за мной не на гномьем чуде техники, а на лошади.

«Наверное, на это были причины», – мелькнула мысль.

Вслух я ее высказывать не стала. От драконьего тепла, от усталости, от волнений меня разморило, я прикрыла глаза и не заметила, как задремала.

* * *

Не находите это странным, я первый раз летела на драконе и вдруг уснула. Удивительно. Еще удивительнее, как мне при этом удалось не упасть. И совсем уж чудно, что я проспала момент приземления.

Правда, сначала мне чудилось, что это сон.

– Джулиана, – звал меня шепотом знакомый голос. – Просыпайся, мы прилетели.

– Не хочу, – буркнула я, не открывая глаз.

– Ну и соня.

Чьи-то губы коснулись моих губ, и я почувствовала себя счастливой.

– Просыпайся!

Какой чудесный сон. Руки мои обвились вокруг чьей-то шеи. Щека прижалась к жаркому телу.

– Не хочу!

– Ну, как знаешь.

Раздался непонятный шум. Бр-р-р, что это? Почему мокро?

Я открыла глаза и на миг окаменела. Лотар держал меня на руках, а сверху на нас падали прохладные радужные струи.