Текст книги "Драконья няня (СИ)"

Автор книги: Наталья Фирст

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)

Глава 22
Исповедь

У меня все получилось! Сердце буквально пело от радости. У меня вновь все получилось! Как же это прекрасно. Я стирала кляксу за кляксой. Медленно, упорно. Черные пятна спорили со мной, не хотели отправляться в небытие. Но моя магия, моя мощь повелительницы драконов была сильнее. Пусть медленно, пусть совсем по чуть-чуть, но она побеждала.

Я поливала сиянием эфирное драконье тело, терла, скоблила, растворяла тьму. Та сдавалась, испаряясь без следа. А мне вдруг в голову пришла забавная идея, и я, не прекращая работы, спросила:

– Лотар, как все это выглядит для вас, для тех, кто не может видеть потоки магии?

– Весьма необычно, – тут же ответил дракон. – Кажется, что крылья Лео омывают нереально-бирюзовые водяные струи. Только на землю не попадает ни капли. Вода словно стекает вниз и сразу исчезает.

– Хм, – я от души плеснула в особо упорную кляксу и, когда она начала поддаваться, продолжила, – никогда не думала, что мою магию видно обычным зрением тоже.

– Это выглядит очень красиво, – восхищенно проговорила леди Глория.

– Красиво? – на этом слове Лео встрепенулся, изогнулся и попытался заглянуть себе за спину, нечаянно сложив одно крыло.

– Не вертись! – выпалили мы с его матерью хором.

Львенок встал, как вкопанный, только продолжил бурчать:

– Думаете, мне не хочется посмотреть?

Мы все ощутили его обиду. Мальчика стало жаль. Конечно, ему тоже хотелось все увидеть своими глазами.

Я чуть отвлеклась и сказала:

– Жалко, что Лео нельзя все это показать.

– Почему нельзя? – удивился Лотар. – У меня есть специальные артефакты. Для уроков покупали. Чтобы маэстро Симон мог записать для мальчиков лекцию.

– Правда? – я сама не знаю, как это у меня вырвалось. – Никогда о таких не слышала!

Лотар улыбнулся.

– Если ты чуть-чуть повременишь с лечением, я принесу. Они у меня в кабинете.

– Лорд Лотар, – мать львенка просительно сложила на груди руки, – мы с Лео вам очень благодарны. А если вы в последствие позволите нам забрать артефакт, чтобы и мой супруг мог посмотреть…

Она не договорила, уставилась на дракона умоляюще.

– Непременно заберете, – заверил тот. – Для семьи такие моменты очень важны.

Глаза у женщины неожиданно увлажнились, и она поспешила заверить:

– Вы так добры. Не сомневайтесь, мы оплатим, сколько бы это ни стоило.

Обескураженный Лотар замахал перед собой ладонью:

– Что вы, леди Глория, не нужно денег. Пусть это будет моим подарком вашей семье.

– Спасибо.

Прозвучало это так трогательно, что сама едва не прослезилась.

* * *

Не прошло и часа, как рыжий дракон легко взмыл вверх. Лео ловил здоровыми крыльями потоки воздуха, парил над верхушками деревьев и кричал, что было сил:

– Я лечу! Мама, Джулиана, вы видите, как я умею?

Мы смотрели на него с земли и восхищались. Столько счастья было в этом вопле, столько радости.

На крыльцо с шумом высыпала стайка мальчишек. За их спинами встала мужская фигура, приложила ладонь козырьком к глазам и тоже уставилась ввысь.

– Ну вот, – раздался расстроенный голос, – опять мы все пропустили!

Я с легкостью узнала Блейза и почему-то почувствовала себя виноватой.

– Не волнуйся, – Лотар похлопал ладонью по футляру, где лежал магический запоминающий кристалл, – если хочешь, мы вполне можем после обеда собрать мальчиков в библиотеке и все им показать.

– Хочу! – Я сначала выпалила, а потом засомневалась. – Если леди Глория не против.

– Что вы, – ответила женщина, – разве можно? Пусть посмотрят. Я и сама с удовольствием вспомню, как это было.

– Вот и славно, – подытожил Лотар, а потом сложил ладони у рта и прокричал, – Лео, спускайся, пора обедать!

Удивительно, но драконенок даже не подумал спорить, и оранжевая молния метнулась вниз. Туда, откуда недавно начался ее полет.

* * *

В честь такого праздника Люсия расстаралась на славу. На десерт нас ожидал прекрасный торт. В белоснежной пене взбитых сливок, между алых островков клубники горели три свечи, щедро украшенные понизу листиками мяты.

– А почему свечек три? – тут же влез с вопросом неугомонный Арно.

Кухарка довольно улыбнулась и погладила его по голове.

– В честь тебя, твоего брата и Лео. У вас, мои любимые, почитай второе рождение.

– Значит, нам можно дунуть? – заинтересовался Астор.

– Конечно, – ответил дядюшка Оскар, – только, давайте, сразу втроем. И непременно загадайте желание.

Лица мальчишек моментально стали загадочными, они таинственно переглянулись, поймали взглядами меня, Лотара, и загасили огоньки.

Мне стало жутко интересно, что за желание загадали сорванцы. Только спросить об этом я не решилась.

Чуть позже мы пили вкуснейший чай, болтали ни о чем, ели торт. Потом Лотар отвел всех в библиотеку, рассадил кругом возле трех сдвинутых столов, в самый центр которых поставил коробочку с кристаллом, открыл крышку. За это время артефакт пропитался густой бирюзой. Он сиял и пыхал по сторонам яркими искрами.

Мальчики тут же замерли, замолкли. Я смотрела не отрываясь, как уверенные драконьи пальцы коснулись сияющей поверхности, услышала, как губы произнесли заветное слово: «Память!»

Вверх от кристалла взмыло белое облако, зависло в метре над столом и сразу рассеялось, оставив вместо себя гигантское подобие мыльного пузыря. Уже в его стенках, как в переливчатом зеркале, появилось изображение. Во дворе интерната у фонтана стоял небольшой оранжевый дракон, а по его крыльям текли бирюзовые струи магии.

– Ух ты! – этим возгласом Блейз за всех высказал восхищение.

Дальше все смотрели молча, завороженно.

Жаль, что мы с Лотаром не смогли все увидеть до конца. Дверь отворилась, на пороге появился дядюшка Оскар.

– Лотар, Джулиана, – позвал он, – выйдите сюда. Вы мне нужны.

Мы поднялись, стараясь никому не мешать и выбрались в коридор. Уже там дракон спросил:

– Что-то случилось?

Дядюшка Оскар кивнул.

– К нам прибыл лорд Ардуэй.

* * *

Кто бы мне сказал, почему я так переполошилась? Я ждала эту встречу, знала о ней. И вдруг поняла, что отчаянно боюсь. Боюсь услышать правду. Боюсь узнать нечто такое, что окончательно перечеркнет мои надежды. Боюсь, что рассказ отца все испортит. Хотя куда уж хуже?

– Спасибо, Оскар, – кивнул Лотар. – Где ты его разместил?

– В гостевой.

Старый дракон протянул вперед ладонь. И я увидела ключ.

– Возьми. Дверь я, как ты и просил, запер.

Лотар тут же спрятал ключ в карман, а после шагнул вперед и порывисто обнял воспитателя. Я впервые видела от него такое проявление чувств к старику.

Дядюшка Оскар ответил на объятия, отечески похлопал Лотара по спине:

– Ступай, мой мальчик, ступай. И да помогут вам Небеса!

Пожелание это было весьма своевременным. Я повторила его про себя и решительно двинулась к нужному кабинету. Почти сразу за спиной послышались торопливые шаги – меня нагнал Лотар. Бок о бок с ним шел и дядюшка Оскар.

Я попыталась выкинуть из головы все лишние мысли. Они мешали, искажали реальность. А мне сейчас был просто необходим ясный разум.

* * *

Мы не сразу отправились в гостевую комнату. Для начала Лотар завернул в свой кабинет. Он даже не подумал прикрыть дверь, и я увидела, как дракон открывает сейф и достает оттуда пузатенький саквояж.

Мне тут же представилось, что весить такая ноша должна невероятно много. Только Лотар понес его легко, почти играючи. Мне стало интересно:

– Там золото?

– Да, – подтвердил дракон. – Плата графу Ардуэй за правду.

И приподнял свою ношу высоко, подтверждая древний миф о невероятной драконьей силе.

У дверей гостевой комнаты Лотар остановился, отомкнул замок и вернул ключ своему воспитателю.

– Оскар, – сказал он, – запри и не смей открывать, пока тебя об этом не попрошу я сам или леди Джулиана.

Старый дракон сжал ключ в кулаке, кивнул и пожелал нам напоследок:

– Идите, мои дорогие, и пусть вам сопутствует удача.

На этой ноте и мы и зашли внутрь. Я быстро огляделась. Отец был один. Он уже сидел за столом и заметно нервничал. При виде нас граф слегка оживился.

– Добрый день, лорд Лотар. Здравствуй, Джулиана.

Вид его был настороженным, испуганным, без намека на теплоту и радость встречи. Он скользнул по мне глазами почти равнодушно. Я же наткнулась на этот взгляд, как на ледяную стену, и невольно отпрянула назад. За что, папа? За что?

Впрочем, сегодняшний день обещал дать ответы на все вопросы. А, значит, не стоит торопить события. Лотар протянул мне руку, помогая занять кресло, после уселся сам.

– День добрый, лорд Ардуэй, – начал он совершенно официально, – я не буду спрашивать, легким ли был ваш путь. Мы с вами здесь не для этого. Ведь так?

Отец наклонил голову на бок, приподнял вопросительно одну бровь, а потом кивнул.

– Прекрасно.

Лотар опустил ладони на стол и подался вперед.

– Я предлагаю слегка пересмотреть нашу сделку.

Отцу последнее заявление не понравилось, он резко вскинулся:

– Мы с вами договорились о плате! На меньшую сумму я не согласен!

Я заметила, что дракон едва сдержал злую усмешку и натянул на лицо маску доброжелательности.

– Помню, помню, – сказал он почти ласково. И в его словах прозвучало любопытство кота, следящего за мышью. – Никаких уменьшений. Наоборот, я хочу удвоить сумму.

– Удвоить? – жадность в душе графа боролась с осторожностью. – С чего бы вдруг такая щедрость? Ни за что не поверю, что вы делаете это из одной лишь любви к моей дочери!

– Что вы, – подыграл ему дракон, – причем здесь любовь. Я хочу, чтобы вы надели вот это.

На столе появился уже знакомый мне браслет.

* * *

Граф глянул на него подозрительно и даже не подумал коснуться. Наоборот, спрятал руки под столешницей.

– Для чего?

– Если на вас будет этот браслет, мы с Джулианой сможем позже подтвердить ваши слова. Отец нахмурился. Я видела, что он сомневается. Наконец, в глазах блеснула искорка торжества:

– Я надену это за тройную сумму и не золотым меньше.

– Глупости, – Лотар откинулся на спинку кресла и сцепил ладони в замок. – Лорд Ардуэй, я и так иду вам на встречу, зная ваше бедственное положение. Если вы откажетесь, я просто приглашу нотариуса и свидетелей. И в этом случае выплачу вам сумму, оговоренную ранее.

– Но-о-о, – начал отец.

Лотар его перебил:

– Вот здесь, – он поставил на стол саквояж, – удвоенная сумма. Если вы не наденете браслет, получите половину. Если наденете – все это будет вашим.

Я с любопытством наблюдала за отцом и поражалась, что никогда не замечала в нем алчности. Точнее, не хотела замечать. Любовь мне застила глаза. Сейчас лорд Ардуэй был мне неприятен. На его лице то мелькала тень страха, то появлялась маска вожделения. Это длилось недолго. Жадность победила.

Граф сам взял браслет и надел на запястье.

– Довольны? – бросил он зло.

– Вполне.

Лотар снял со стола саквояж и вернул на пол.

– А теперь главное, – сказал он с недоброй усмешкой, – забыл вас предупредить – этот артефакт видит ложь.

– Что-о-о?

Отец взревел, схватился за запястье и принялся стягивать браслет. Я наблюдала за этим с живым любопытством. Он сопел, пыхтел, стал красным от злости. Когда ничего не вышло, практически закричал:

– Кто дал вам право?

Лотар спокойно сложил руки на груди. Я закусила от обиды губу. Ну папа, ты и подлец.

Граф Ардуэй, поняв, что никто не собирается освобождать его от артефакта, звонко бахнул древним металлом по столу:

– Снимите с меня это! Немедленно! Иначе я…

Лотар оперся прямыми пальцами на край стола и чуть приподнялся:

– Вам что-то не нравится, граф?

Фраза была почти невинной, но прозвучала неожиданно угрожающе. Отец моментально притих, злобно зыркнул из-под насупленных бровей.

– Все! Все не нравится! Я не давал разрешения!

Дракон откинулся обратно на спинку кресла.

– Лорд Ардуэй, я никак не возьму в толк. Вы собирались нам лгать?

– Нет! – вместо спокойного ответа получился нервный визг.

– Тогда чем вы так возмущены? Если планировали говорить только правду, то и артефакт не сможет вам ни коим образом навредить. Расслабьтесь. Можете не сомневаться, после нашего разговора, я вас освобожу.

Лотар пружинисто поднялся, пересек комнату с грацией кота, готового к броску и открыл шкафчик, стоящий возле стены. Очень скоро на стол встала пузатая бутыль с золотистым напитком и два бокала.

Мне достался вопросительный взгляд, я ответила на него отрицательным жестом, за что получила полную обожания улыбку.

Лотар неспешно разлил по бокалам жидкое золото, указал пальцем:

– Выпейте граф. Успокойте нервы.

Отец испуганно покосился на напиток. Спросил подозрительно:

– Что там? Небось, драконье зелье?

– Не гневите Небеса. Никаких зелий. Клянусь.

Лотар поднес бокал к лицу, вдохнул аромат, расплылся в довольной улыбке и отхлебнул. Отец схватил свою порцию и опрокинул в глотку залпом. А после припечатал толстым донышком по столу.

– Спрашивайте!

Дракон бросил на меня взгляд, интересуясь, кто первым задает вопрос. Я жестом уступила это право ему. И он решил начать сразу с главного:

– Откуда у Джулианы драконья кровь.

Отец вздохнул, чуть прикрыл глаза.

– Не знаю.

Я замерла, ожидая немедленной кары за ложь. Но Мерило правды не пробудилось ото сна. Не понятно, как такое могло быть, только отец сказал правду. Лотар изумился тоже.

– Не знаете?

Отец покачал головой.

– Извольте объясниться!

Новый взгляд, брошенный на браслет, был жалок. Граф Ардуэй набрал в грудь воздуха и выпалил на одном дыхании:

– Я понятия не имею, какая кровь течет в жилах Джулианы.

* * *

Вот это откровение! Я вскочила с кресла и принялась мерить комнату шагами – десять до окна, десять обратно. Если отец не знает, кто у меня в роду, значит, он мне вовсе и не отец? А кто тогда?

Мужчины молча смотрели на мои метания. Лотар – с жалостью, граф – с испугом. Я чуть успокоилась, вернулась на место и жестом велела любимому продолжать. Задавать вопросы сейчас было выше моих сил.

Дракон не споря спросил:

– Как Джулиана попала в вашу семью. Я хочу знать все до мельчайших подробностей.

Лорд Ардуэй недовольно поморщился, бросил просящий взгляд на бутыль, не дождавшись реакции, вскочил сам и наполнил себе бокал до краев. А после выпил одним глотком. Мы ему не мешали.

Граф на миг замер, восхищенно крякнул, подлил еще, но сразу пить не стал.

– Для того, чтобы вы меня поняли, лорд Лотар, придется чуть отступить в прошлое.

– Сколь угодно глубоко, любезный граф, отступайте хоть до момента сотворения мира.

Выпитое подействовало на отца удивительно умиротворяюще. Он откинулся на спинку и покровительственно улыбнулся.

– Что вы, дорогой зятек, так далеко не нужно. Я хочу вам рассказать о своем браке с леди Ардуэй.

Он вновь потянулся к бокалу, но раздумал на полпути и убрал руку.

– Дело в том, что мой род практически разорен. Договоренность о браке Джулианы с Гордоном Брейтом, отнюдь, не первая попытка исправить положение. Моя будущая супруга тоже не имела титула. У нее были другие достоинства.

– Деньги? – спросила я, хоть это и так было понятно.

Отец подтвердил с довольной улыбкой:

– Много денег. За ней давали огромное приданое. Я не мог упустить такой шанс.

Лотар нахмурился:

– Я рад за вас, но причем здесь Джулиана.

– Не спешите, молодой человек. Дослушайте до конца.

Сказано это было так, что я заранее решила – мне правда не понравится.

– Так вот, – продолжил граф. Если вы знаете наши законы, то должны помнить – приданое остается собственностью жены и ее рода. Если Небеса окажутся немилостивы, и супруга скончается, на оставив потомства, все деньги необходимо вернуть. Все!

Последнее слово «отец» выделил особо, потом замолк, выбил пальцами дробь по поверхности стола.

– И? – подтолкнул его Лотар.

– И, – повторил тот горько. – Случилось непредвиденное. Сусанна не повезло – роды случились крайне тяжелые. Сначала умерла она сама, а через сутки и новорожденная девочка. Благо, в тот момент мы были не дома. За месяц до родов я уговорил ее отправиться на воды. Дескать, горный климат полезен для здоровья! – он неожиданно зло усмехнулся. – Как в воду глядел.

– Очень предусмотрительно с вашей стороны.

Голос Лотара исполнился сарказмом, но граф принял его слова за похвалу.

– Что делать, мой мальчик. Жизнь учит просчитывать все на шаг вперед.

– И как вы вышли из этой ситуации?

– Легко! – в этом слове уже прозвучало неприкрытое бахвальство. Лорд Ардуэй буквально лучился довольством. – Пришлось обратиться в ближайший приют. Там, как по заказу, нашлась здоровенькая новорожденная девочка. Такая же беленькая, как и Сусанна.

– И вам ее отдали? – удивился Лотар.

– Деньги, мой дорогой, – отец для наглядности потер большой палец об указательный. – Деньги решают все! Я не стал скупиться.

Дракон обескураженно крякнул, чем вызвал новый поток словоизвержения.

– Я сообщил тестю о смерти супруги. А после вернулся назад с ребенком.

Граф победно замолк, выждал миг и вопросил патетически:

– Вот и скажите мне, разве я был не прав? Кому от моей лжи стало хуже? Джулиана получила семью. Я – капитал. Всем было хорошо.

Я с любопытством глянула на браслет. Слова «отца» показались мне настоящим кощунством. Но мерило правды не проснулось. Граф считал свои слова абсолютной истиной. Удивительно, но он не врал.

И тогда мне захотелось сказать ему гадость.

– Интересно, – я не смогла скрыть язвительности в голосе, – куда же подевались деньги леди Ардуэй? Я так понимаю, сумма была немаленькой?

Отец состроил кислое лицо, но солгать не рискнул. Вместо этого ответил витиевато:

– Милая моя доченька, дух человеческий, к сожалению, несовершенен.

Лотар откровенно хохотнул:

– Я могу тебе ответить на этот вопрос. Дело в том, Джулиана, что граф у нас – игрок. Он сначала промотал капиталы своего рода, а потом и приданое жены. Он и тебя вместе с титулом проиграл…

– Проиграл? – я поняла, что сил не осталось даже на удивление.

– В покер, – договорил Лотар. – Поэтому так и стремился довести твое замужество до конца.

– Да как вы смеете! – возмущенно вскинулся «отец».

Дракон прищурил глаза и многозначительно кивнул на браслет.

– Милый граф, попробуйте сказать, что это ложь. Ну же! Давайте!

Лорд Ардуэй замолк на полуслове и уселся на место.

– То-то же, – припечатал Лотар, – если уж говорить правду, то до конца.

Мне стало тошно. Чем дольше длилась странная исповедь, тем отчетливее я осознавала, что для этого человека, который всю жизнь представлялся моим отцом, я так и не стала дочерью. Он не испытывал ко мне никаких чувств. Для него я была всего лишь красивым товаром. И мне от этого стало горько. Вся жизнь, все надежды, все слова оказались обманом. В моем детстве было так мало хорошего! Разве что только учеба в академии…

Я горячо проговорила:

– Папа, объясни мне, а для чего ты отправил меня учиться? Если уж тебе было на меня наплевать, мог бы запереть дома до лучших времен! Зачем тебе это было нужно?

Граф Ардуэй возмущенно вскинулся:

– Как ты не понимаешь, Джулиана, я заботился о твоем будущем!

Не успели затихнуть последние слова этой пламенной тирады, как драконьи глаза не браслете полыхнули алым, а челюсти начали смыкаться, вонзаясь кожу.

Граф замер на миг и сразу заверещал:

– Снимите с меня это! Вы не имеете право!

– Смотри, Джулиана, – голос Лотара исполнился арктической стужей, – он все-таки солгал.

– Вижу.

Я вдруг почувствовала дикую усталость и поняла, что не испытываю к старику никаких чувств. Любовь к отцу исчезла без следа, а ее место в моей душе не заняла ни обида, ни ненависть. Внутри осталось лишь стылое, пустое равнодушие.

– Граф Ардуэй, – сказала я совершенно спокойно, – вы уже столько рассказали, нет смысла лгать по мелочам. Возможно, вы еще не поняли, что умеет этот артефакт. Тогда я вам объясню. Если вы еще хоть раз соврете, челюсти сожмутся сильнее. Сначала клыки проткнут вашу кожу, потом разорвут мышцы и сломают кости. А если вы и тогда не прекратите лгать – вовсе останетесь без руки.

– Вы не посмеете! – выкрикнул было этот жалкий человечишко, но сразу замолк, наткнувшись на ледяной взгляд дракона.

– Итак, – я неожиданно для себя усмехнулась, – зачем ты отдал меня в академию?

* * *

Граф Ардуэй уселся прямо, отставил руку с браслетом подальше.

– Я не обязан отвечать! – сказал он и зло сжал губы.

– Жаль, – соврала я, – значит, ты на всю жизнь останешься с этой штукой на запястье. Мерило правды невозможно снять, пока не окончен допрос.

«Отец» передернулся и глянул на меня почти с ненавистью. Я едва не шарахнулась назад, так страшен был его взгляд. А после посыпались проклятия:

– Твари крылатые, исчадия бездны! Да чтоб вы все сдохли, сволочи!

Я выслушала его до конца и повторила вопрос:

– Зачем?

– Чего заладила, дура? Неужели самой не понятно? Маги неплохо зарабатывают. Я же не знал, что мне подвернется этот надутый индюк Гордон Брейт. Этот помешанный на титулах болван. Если бы не удалось сбыть тебя с рук, я бы отправил тебя работать. Меня заверили, что у тебя редкий дар. Я надеялся, что ты заработаешь денег и погасишь мои долги! Не зря же ты все эти годы ела мой хлеб?

Он на миг замолк, а потом почти выплюнул:

– Поняла, доченька?

Глаза дракона погасли, и капкан ослабил хватку, подтверждая, что все сказанное – правда.

Граф Ардуэй облегченно выдохнул и потер запястье.

– Это все? – спросил он. – Или вы хотите узнать что-то еще?

Лотар сделал мне знак молчать и вступил сам:

– При ребенке были какие-то вещи?

«Отец» бросил на браслет испепеляющий взгляд и лгать не рискнул. Поэтому мы услышали правдивое:

– Были.

Вновь настала тишина.

– Лорд Ардуэй, чего вы добиваетесь? – Глаза Лотара опасно сузились, а голос стал вкрадчивым. – Вы хотите, чтобы я отдал браслету приказ сломать вам руку?

Граф покачал головой и поспешно продолжил рассказ:

– На шее у ребенка висел золотой медальон с вензелем. – Он увидел, что я хочу задать вопрос и дополнил сам: – Его у меня нет. Поймите, нам были нужны деньги! Мне…

Меня аж перекосило от этих слов.

– Неужели тогда тебе было мало денег моей матери?

И наконец окончательно осознала, что женщина, умершая двадцать лет назад, матерью мне вовсе не была. Лорд Ардуэй кисло хмыкнул, но промолчал.

Лотар открыл выдвижной ящичек под столешницей, достал оттуда дорожный писчий прибор, лист бумаги и подвинул все к графу.

– Сможете изобразить?

Тот вновь опасливо покосился на браслет и честно ответил:

– Не уверен, но попытаюсь.

И принялся довольно ловко орудовать пером. Я смотрела, не отрываясь, на переплетение завитков, в центре которых вырисовывались две буквы: «КД».

Граф закончил рисунок и поспешно пояснил:

– Я не знаю, что это значит. Честно.

Последние слова дракона не разбудили, значит им тоже вполне можно было верить. Лотар обернулся ко мне:

– Дорогая, у тебя еще стались вопросы?

Я молча покачала головой. Тогда мой любимый наклонился, поднял с пола саквояж и водрузил на стол. Ловкие пальцы отщелкнули замочек, крышка откинулась.

Я с любопытством заглянула внутрь. Саквояж до краев был заполнен кожаными кошелями-кисетами.

– Это ваше вознаграждение, лорд Ардуэй, как я и обещал.

Граф судорожно сглотнул, потянулся было к сокровищу, но отдернул руку и поднял запястье с браслетом вверх.

– Снимите с меня это, пожалуйста. Я же ответил на все ваши вопросы.

Лотар, казалось, проигнорировал его просьбу. Только улыбнулся и обернулся ко мне.

– Знаешь, Джулиана, – сказал он, – иногда я думаю, что некоторым людям лучше вообще не расставаться с «Мерилом правды». Это научит их быть честными хотя бы с собой. Потому как они настолько увязли во лжи, что перестали отличать вранье от правды.

Я краем глаза отметила, что граф стал бледным до зеленцы. И это согрело мою душу. И все же, не хотелось уподобляться ему.

Лотар меня понял по одному только взгляду. Он подошел к графу, коснулся пальцами браслета и завершил свою мысль:

– Жаль, что я пообещал снять с вас это после разговора.

Браслет сам раскрылся и упал дракону в ладонь.

– Вы свободны, лорд Ардуэй, можете идти.

Только уходить «отец» совсем не спешил. Страх в его глазах сменился алчностью. Дрожащие пальцы придвинули саквояж поближе, выудили из его нутра мешочек и развязали шнурок. Внутри блеснуло золото. На ладонь посыпались кругляши драконьих монет.

Граф выбрал одну и проверил на зуб.

– Настоящие?

Не знаю, чего в его вопросе было больше – удивления или восхищения.

Лотар моментально взъярился:

– Лорд Ардуэй, вы оскорбляете меня недоверием!

– Прошу прощения!

«Отец» поспешно ссыпал монеты в кошель, вернул его в саквояж и щелкнул замком, пряча сокровище.

– В мире столько обмана… – начал он и осекся.

– Мы только что убедились в этом, – холодно проронила я.

– Прости, Джулиана.

Граф, подхватил саквояж. Тот оказался слишком тяжелым, и мужчина едва сумел удержать его в руках.

– Вам нужна помощь? – спросил Лотар, не делая даже попытки подняться.

– Нет-нет, я сам.

– Как знаете.

Дракон снова глянул на меня и ободряюще подмигнул. А после повысил голос:

– Оскар, можешь отпирать. Граф нас покидает!