332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Наталья Козьякова » Есть ли жизнь после свадьбы (СИ) » Текст книги (страница 15)
Есть ли жизнь после свадьбы (СИ)
  • Текст добавлен: 19 декабря 2020, 23:30

Текст книги "Есть ли жизнь после свадьбы (СИ)"


Автор книги: Наталья Козьякова






сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Глава пятнадцатая. Сновидения

Всю ночь я кружусь в воспоминаниях, перемешавшихся в моем сне самым причудливым образом. Я смотрю на все со стороны, и я же восхищенно оглядываюсь по сторонам, рассматривая огромный танцевальный зал. Рядом со мной мои(бабулины) подруги. Хрупкая, нежная Софи, и яркая, привлекающая всеобщее внимание к себе и подругам Асиль. В моем сне она брюнетка, с алебастровой кожей и острым взглядом. Мы стоим у стеночки, не решаясь броситься в водоворот всеобщего веселья.

– Смотрите, смотрите, девочки! – толкает нас под руки Асиль. – Видите трех друзей? Виконты Сезарион Чесский, Танион Тарский и граф Андре Тишинский. Моя двоюродная сестра говорила, что юноши только – только окончили столичную академию, и теперь вернулись в Браск. Виконт Тарский – весьма перспективный жених. Если мне удастся обратить на себя его внимание – у-у-м-м-м! Софи, Софи! Перестань так на него пялиться. Это неприлично! Я первая его выбрала! Я тебе не прощу, если ты перейдешь мне дорогу. Софи!

Но Софи не слышит. Её огромные голубые глаза устремлены на высокого, стройного юношу с темными волосами и жгучими карими глазами. Гремит музыка, и вот уже Софи улетает в глубину зала в объятиях сильных рук.

Асиль тоже кто-то приглашает на танец, а я не свожу взгляда с Андре Тишинского. Он, кажется, меня совсем не замечает. Жаль, что я не такая яркая, как Асиль.

Бал в самом разгаре. Софи и Танион не размыкают рук, возвращаясь ко мне лишь на минутку – в перерывах между танцами. Яркое платье Асиль мелькает то тут, то там, а я танцую мало.

– Прошу прощения, леди, – склоняет передо мной голову виконт Аодре Тишинский. – Позвольте пригласить вас.

Я поднимаю голову, и понимаю, что пропала. Утонула в глубине его темных глаз. Неужели я влюбилась? Неужели вот эта нежность и восторг, что захлестывают сейчас мою душу и есть любовь? Но ведь так не бывает! Или бывает?

Картинка меняется. Теперь я вижу Аксинью вместе с Софи и Асиль в роскошном доме, и с трудом признаю в нем имение Тарских. Так вот каким было оно когда – то! Не понимаю – почему Асиль так злится на Софи? Ведь Танион с первых минут знакомства не смотрел ни на кого, кроме неё. Как можно утверждать, что Софи отбила его у Асиль?! Да, Асиль, в отличие от меня и Софи, родовита, но ведь это еще ни о чем не говорит! Танион сам выбрал Софи из множества дебютанток.

– Леди Сина, не желаете ли прогуляться по саду?

Подтянутый щеголь Андре протягивает мне руку в черной кожаной перчатке. Первый день нового года выдался таким ясным и солнечным, что глазам больно от света. Мы неторопливо идем по расчищенной дорожке в глубину сада. Где-то там прячется беседка, но до нее мы не доходим. Останавливаемся чуть в стороне от остальных гостей, но на воду.

– Леди Сина, могу ли я надеяться? – голос виконта звучит взволнованно. – Сегодня мой друг объявит о своей помолвке, и я хочу быть следующим. Согласитесь ли вы стать моей невестой?

Он говорит что-то еще, а у меня замирает сердце. Хочется закричать от счастья, но я лишь выдыхаю шепотом: "Да".

Картинка вновь сменяется. Теперь я вижу себя (Аксинью?) в тот самом кабинете. Она сидит в кресле напротив отца и счастливо кивает головой в ответ на вопросы.

– Ну, если он тебе и в самом деле так приглянулся, – гудит Гордей, – я за тебя рад, дочка. Если захочет породниться, я возражать не буду. Только ты помни – он аристократ. По молодости лет жизнь в другом свете кажется. Знаю, что ты глупостей не натворишь, однако, про осторожность не забывай. Год – другой у тебя в запасе имеется, присмотритесь друг к другу.

Аодре уезжает в столицу – заканчивать обучение. Оказывается, он сильный маг – природник, и у него срок обучения больше, чем у друзей. Танион обладает лишь толикой водной магии, и не стремится к продворной жизни, а Сезарион и вовсе не любит суету и редко появляется в обществе. К тому же у него есть давно сговоренная невеста. На прощание Аодре подарил мне золотой медальон. Такой изящный, на длинной золотой цепочке. А внутри – наши портреты. Кажется, я и в самом деле люблю его!

Мой сон заканчивается картинкой веселой свадьбы. Андре и Сина следуют за новобрачными в свадебном кортеже, множество веселых лиц мелькает вокруг, и день наполнен светом и счастьем…

Я сажусь на постели, бережно прикрывая одеялом разметавшегося рядом ребенка. Вспоминаю лицо его деда, Таниона Тарского, увиденное во сне глазами моей бабули. Артур похож на него гораздо сильнее, чем Тариэл. Тут и артефактов не нужно, чтобы определить родство.

Однако, что ж это было ночью? Неужели у меня так проявился еще один дар? Слишком уж реальным оказался мой сон. Вплоть до вкусовых и звуковых ощущений. А еще меня зацепил образ этой Асиль. Что-то уж больно знакомой показалось мне выражение хищного внимания на её лице. Такое чувство, что я уже встречала эту девицу…

– Лелюшка, Артур не у тебя ли?

Это нянюшка заглядывает в спальню. Я киваю, и встаю. За окном серый осенний рассвет. Что-то грустно мне после этого видения…

Сегодня день наполнен домашними заботами и хлопотами. Ни Роксидион, ни Андре в гости так и не заглянули, чему я была безмерно рада. Все же от чужих тайн устаешь не меньше, чем от физической работы. А мы с Артуром уже давно не оставались вдвоем, и малыш загрустил. Наверное, поэтому и пришел ко мне ночью.

Мы позавтракали в кухне, под воркотню нянюшки. Оно, конечно, молодой господин должен приучаться кушать в столовой, как и положено, но в кухне теплее и уютнее, плавают вкусные запахи, а блины можно подхватывать прямо со сковородки, сворачивать фунтиком, перекидывая с ладошки на ладошку, макать в сметану или в варенье, отправлять в рот и запивать молоком.

– Настоящие блины только так и надо есть, – убежденно говорит Артур. Иеремей, притулившийся в уголке, сокрушенно качает головой, но молчит. Он выглядит намного лучше, чем в первые дни в нашем доме. Видно, отогрелся в тепле и заботе. Тут же прячется Дигги, которому перепадает блин – другой: из-под стола доносится радостное чавканье.

– Ты не увлекайся, – грожу пальцем сыночку. – Собаку нельзя кормить блинами, иначе у него будет болеть животик.

Что такое больной животик, Артур уже хорошо знает – переел как-то свежей ягоды. Лита пожалела подопечного, принесла тайком в детскую большую миску. Теперь Артур слушается безоговорочно. Дигги может скулить сколько угодно, но блинов не получит.

– А потом мы пойдем гулять? Мам, да? Гулять?

Хмарные серые тучи расползлись по небосводу, растаяли под настойчивыми солнечными лучами, и день выдался по-осеннему прекрасным. Прохладным и золотистым, наполненный шелестом осыпающейся листвы. Её еще не так много, основной листопад приходится на второй осенний месяц, но первый осенний букет мы набираем быстро. Сворачиваем на дорожку, ведущую к пруду…

И нос к носу сталкиваемся с его сиятельством Тариэлом.

Его сиятельство не один: на левой руке висит невысокая леди в теплой синей накидке и шляпке в тон удивительно синим глазам. Она что-то радостно щебечет, но граф, похоже, занят своими мыслями. Однако разминуться нам не удается.

– Леди Апрелия! – приподнимает шляпу граф. – Вот кстати я вас встретил. Нам нужно поговорить. Где бы нам присесть…

Он оглядывается в поисках свободного места, а я начинаю размышлять: стоит ли беседовать в присутствии третьего лица. Артур, убежавший вперед вместе с Дигги и Иеремеем, внезапно выскакивает из кустов.

– Мама! Смотри, что Дигги… – и тут же отскакивает назад. Останавливается, наткнувшись спиной на вышедшего с другой дорожки лорда Андре.

– Милый, ты не представишь мне эту леди? – теребит Тариэла за рукав синеглазка, капризно надувая губки.

– Что? Нури, не до тебя сейчас, – отмахивается Тариэл от спутницы. – Сходи куда-нибудь, пока я поговорю со своей женой.

– С женой?!

А я вдруг понимаю, что это та самая леди Нурия, в покоях которой меня разместили в день свадьбы. Значит, дражайший супруг никуда не уехал, а вернулся в объятия любовницы. Что ж, не могу его за это осуждать. Во-первых, старая любовь не ржавеет, а во-вторых…

– Ты же сказал, что у тебя больше нет жены! – наливаются слезами прекрасные синие глаза леди Нурии. – Я ради тебя оставила милашку Граньера. Ты сказал, что свободен и богат!

Вот только ссор с оскорбленной леди мне и не хватает посреди парка.

– Леди, вы можете быть совершенно спокойны, – говорю я. – Его сиятельство свободен. Нас почти ничего не связывает. Лорд Тариэл, я думаю, что это не лучшая одея – беседовать в парке. Вы можете навестить нас у меня дома. Скажем, после обеда. Вас это устроит?

– Более чем, леди. А кто этот лорд, к которому жмется мой… Или теперь уже

ваш…

Голос графа полон ядовитого сарказма, а в глазах мечутся гневные искры.

– Это неважно, – улыбаюсь я самой доброй своей улыбкой. – Вы познакомитесь, если продете сегодня после обеда. Прощайте.

Я чуть склоняю голову, подхожу к лорду Андре изо всех сил держа спину прямой. Артур тут же вцепляется мне в руку обеими горячими ладошками.

– Мама, пойдем домой, – говорит он просительно. – Я устал.

– Пойдем, мой храбрый рыцарь, – обнимаю я ребенка, в который уж раз думая о том, что Артур обладает еще каким-то даром, кроме дара воды. Или это особенность детского восприятия мира – так остро чувствовать напряжение между взрослыми людьми? – Лорд Аодре, вы с нами?

– Да, Лели, – кивает лорд, странным взглядом провожая удаляющуюся по дорожке пару. – Это и есть граф Тарский?

– Он самый. Странно – Роксидион говорил, что он уехал в столицу. А на самом деле он в городе.

– Да, странно… Его аура не выглядит цельной. А такое случается, если на человека долго воздействовали ментально… Лели, а что ты знаешь о собственном муже?

– Лорд Андре, давайте вернемся домой, – вздыхаю я. – Не следует разговаривать о таком в людном месте. Да и реакция Артура…

Артур смотрит вслед брату-отцу с такой печалью, что у меня невольно начинает щемить сердце. Да что ж такое?! Сколько времени мы будем разгребать последсвия моего необдуманного брака?!

Глава шестнадцатая. И снова дневники

После обеда Тариэл так и не появился. Зато приехал его сиятельство Роксидион с громадным букетом солнечно – желтых цветов. В гостиной сразу стало празднично и уютно.

– Не смог удержаться, – сказал Рокси, вручая мне букет. – Леди Апрелия, вы так похожи на эти золотые шары! Правда, я не знаю, как они называются…

– Вот спасибо, лорд Роксидион! Это вы пытаетесь сообщить, что мне пора немного похудеть? – улыбаюсь я. Сам того не ведая, Рокси угадал: я люблю рудбекию. Особенно, когда на душе хмарно, как сейчас.

– Нет, что вы! Вы и так прекрасны! – тушуется Рокси и просительно смотрит на лорда Аодре. – Я имею в виду, что… черт, никогда не умел говорить комплименты… Леди Апрелия! Я просто хочу сказать, что вы сами – как эти золотые шары.

Солнечная и радостная. Я просто жду не дождусь… Впрочем, об этом – потом. Будем читать дальше? Должны же мы узнать, что происходило в семействе Тарских.

– Кстати, о Тарских… Лорд Роксидион, а вы в курсе, что ваш друг все еще в Браске? Мы встретили его в парке, когда гуляли с Артуром. С ним была леди, невысокая такая, с синими глазами. Кажется, он называл её Нури…

– Тариэл в Браске?! Но ведь он совершенно точно сказал, что уезжает в столицу! Ничего не понимаю!

– Роксидион, вы можете устроить мне встречу со своим другом? – лорд Аодре задумчиво постукивает длинными пальцами по подлокотнику кресла. – В его ауре есть существенные прорехи. Такие остаются после длительного воздействия на ментал. Особенно, когда воздействие прекращается внезапно.

– Попытаюсь найти, – кивает Роксидион. – Говорите, он был с дамой по имени Нури? Скорее всего, это его бывшая содержанка. Последние два года она жила у него в доме. И по слухам, всерьез надеялась перевести отношения в официально признанный брак…

– Вот как? Что ж, это вполне может объяснить… Впрочем, утверждать что– либо сейчас я не готов. Надо посмотреть поближе… Лели, ответь мне на один вопрос: если граф Тарский изменит свое отношение к тебе, к ребенку, принесет свои извинения и предложит начать все сначала – ты согласишься еще раз простить его?

– Простить – пожалуй. А вот начать сначала… Нет, лорд Андре. Для этого надо испытывать к человеку хоть какие-нибудь чувства. А у нас их не было изначально. И как бы я не настраивала себя на любовь к графу, подсознательно буду ждать подвоха. Нет. Граф Тарский никогда не сможет пробудить в моей душе нежные чувства… Знаете, я еще с пансиона предпочитаю дружить с подобными людьми на расстоянии.

– Я тебя понял, Лели, – все так же задумчиво говорит лорд Аодре. – А теперь давайте посмотрим – что еще интересного есть в дневниках моего друга.

Интересными оказались самые последние записи примерно десятилетней давности.

" Софи больна. Она пытается подбодрить меня, уверяя, что ничего страшного с ней не происходит, всего лишь обычная простуда. Но я-то вижу, как угасает свет в её глазах. А все моя давняя глупость! Сын вырос негодяем. Женился на такой же беспринципной девице, жадной до денег и развлечений. Родил единственного сына и бросил его на нас. Приезжает, чтобы выклянчить немного денег. Нет, я бы выгнал его и признал бы наследником кого угодно, но Софи! Софи с такой укоризной смотрит на меня, что я молча выдаю некоторую сумму, и требую одного: не появляться в имении чаще, чем раз в полгода".

"Софи становится все хуже. Никто не в силах ей помочь! Я возил её в Браск, в столицу – никто не взялся за лечение. Зато в столице я узнал, куда уходят мои деньги. Мой наследник – игрок. Он за ночь спускает годовой доход с третьей части имения. Решено: надо срочно женить Тариэла. Он пока еще подчиняется мне, есть шанс, что из него получится более достойный наследник чем из его отца. Кстати, у нашего соседа, барона Кроста есть незамужняя дочь. Кроет намекал мне, что она станет наследницей всех его земель. Сыновей-то у него нет. И она влюблена в моего беспутного внука."

"Софи больше нет. Я остался один на этом свете. Светлейшая, неужели это – расплата за ту единственную ночь перед свадьбой? Только почему ты наказала меня, а не ту, которая опоила меня? "

Следующая запись в дневнике – через полгода после предыдущей.

" Был в Браске. Пытался убедить внука в необходимости женитьбы. Глупый мальчишка еще не понимает – как важно для человека иметь крепкую семью. Пока для него важнее посиделки с приятелями, встречи с девицами да шатания по новомодным кафе – концертам. Нет, я ничего не имею против, даже забавно: можно неплохо поужинать, и посмотреть представление. Но мне хватит одного гуляки.

Встретился с одним старым знакомым. Неплохой артефактор. Под пьяную лавочку он рассказал, как сделать крошечный такой артефакт. Если его верно настроить – можно ментально влиять на сознание. Мальчишка и не почувствует, что им управляют. Надо только спрятать подальше родовой артефакт. Он никогда не видел осколок камня провидения, но знает, что при его помощи можно определить принадлежность к роду.

А то, что камень способен уничтожить действие управляющего артефакта, не знает никто. По крайней мере, здесь. Вот только о родовом камне ему Софи рассказывала. Значит, надо изготовить ему замену. Есть у меня подходящий камешек. "

" Пришлось поморочиться с артефактами. Все же знаний у меня не так много, но ничего, справился. Испытал пробный на старой служанке. Результат получился впечатляющий. И новый родовой камень вышел великолепно. Продемонстрировал его Тариэлу, показав, как по капле крови определить родство. Как раз и папаша его за очередной подачкой явился. Так что все удачно прошло. Труднее было вживить артефакт подчинения, но и тут обошлось. Надо только было крепко напоить парня. Теперь осталось подождать года два, чтобы он окончательно прижился, а уж потом действовать. Вот только вход в сокровищницу надо спрятать. Я все же не уверен, что Тариэл окажется достойным наследником, и не спустит все, что еще осталось. Хозяином всего состояния Тарских станет тот, кто сумеет сам, без единой подсказки, отыскать вход".

"Светлейшая! Только этой дурной бабы не хватало! Сегодня ко мне приезжала Асиль! С соболезнованиями по поводу смерти Софи. И тут же в лоб, мол, ты один, я одна. Сама Светлейшая велела нам сойтись и жить вместе. Все же у нас общий ребенок. Да и внук. Мы могли бы скрасить старость друг другу. А сама выглядит от силы на тридцать пять. Говорит, долго училась, стала довольно сильной магичкой, может и мне помочь: здоровье поправить, мужскую силу вернуть. Мол, ты же маг, а маги могут жить долго… Будто мне нужна эта жизнь без моей Софи! Асиль я выгнал, напомнив ей о клятве. И велел близко не подпускать к дому".

" Ездил в столицу. Там у меня еще остались кое – какие знакомые. По описанию узнали в Асиль леди Силену. Магичка средней руки, а вот аферистка еще та. Большинство скандалов в семьях аристократов не без её участия произошли. Последний, самый крупный, в семье герцога Н. После него леди пригрозили виселицей, но она исчезла. Я не стал сообщать о её местонахождении. Приберегу на будущее. Если вновь полезет ко мне или Тариэлу. Кстати, в Браске она известна, как леди Силла. Н-ну-ну. Надо бы переговорить с госпожой Аксиньей. Вот верная подруга моей Софи! Она столько сил вложила, чтобы продлить её жизнь, но увы! Уж если столичные светила оказались бессильны, что могла сделать простая целительница".

– Вот и все, что мы смогли узнать, – отложил в сторону последнюю тетрадь лорд Андре. – Еще бы знать – о каком артефакторе писал Танион. Неплохо было бы призвать к ответу этого самородка.

– Вряд ли мы его найдем, – с сожалением вздохнул Роксидион. – В нашем городе артефакторов раз – два и обчелся, да и те ничего сильнее магических светильников, да амулетов от дурного запаха не делают. К тому же, артефакт-то дед сам делал, судя по всему.

– А мне вот что интересно – почему у Тариэла магическая искра только после находки камня провидения проснулась? У Артура-то она похоже, с рождения.

– А вот тут как раз ничего необычного, Лели. Случается иногда такое, что искра как бы дремлет. Нужен сильный толчок, чтобы она зажглась. Видимо, находка камня проведения и стала таким толчком для Тариэла.

– А еще то, что мальчик оказался единокровным братом, – тихо добавил Роксидион. – Он хоть и не был привязан к родителям, но все равно, думаю, не ожидал такого от собственного отца… Погодите, а это что?

Он поднял с пола упавший из тетради листок, исписанный крупными буквами.

– "Старый глупец обыграл сам себя! Сдох, перебрав вина! И теперь я – полновластный наследник. Я, а не мой сын, размазня и слюнтяй! Пусть развлекается с Эсти – она хорошая шлюшка. И воспитывает собственного брата. Хотя я в этом и не уверен до конца, но почему бы не сделать девочке приятно. Вот только куда старик спрятал семейные реликвии и сокровища? Я уже обшарил все имение от подвалов до чердака. Жаль, у меня нет дара поисковика"…

Мы долго молчали, рассматривая стопку тетрадей на столе. Не знаю, о чем думали лорды, а я… Я думала о том, сколько грязи прячется порой под блестящей поверхностью. А еще о том, сколько зла может причинить зависть. Вот захотелось Асиль напакостить подруге – и сколько человек пострадало. Сам Танион, его сын, его внуки… И что-то мне подсказывает, что без происков этой самой леди Силены, Силлы, или как там её на самом деле зовут, не обошлось и расстройство свадьбы моей бабули.

– Лорд Андре, не могли бы вы сделать так, чтобы лорд Тарский все же покинул наш город? – спросила я, устав пялиться на стол. – Нет, не воздействовать на его сознание, или как это делается. Просто пусть он получит свои пятьсот тысяч, и едет куда угодно. В столицу, за границу, куда угодно, лишь бы подальше. И давайте сожжем эти тетради. Мне вовсе не хочется, чтобы Тариэл, прочитав все это, вновь схватился за пистолет. И тем более, я не хочу, чтобы Артур узнал такую правду о своем рождении.

– Не думаю, что уничтожить дневники – это верное решение, – ответил лорд Андре. – Когда-нибудь и Тариэлу, и Артуру придется узнать правду. Лучше всего было бы их спрятать. Но у меня сейчас нет ни одного тайника. Во всяком случае – в этом городе. А вот взять с вас еще одну магическую клятву о неразглашении я обязан. Вы не сможете рассказать об этих дневниках ни лорду Тариэлу, ни кому бы то ни было. Что касается Артура… Леди Апрелия, когда малыш подрастет и начнет задавать вопросы – у вас должна быть своя версия развития событий, адаптированная под восприятие ребенка. Но над этим мы подумаем. Сейчас же мне необходимо встретиться с Тариэлом. Надо найти и удалить это самый артефакт подчинения, пока он не причинил еще больше вреда.

– А вы действительно можете это сделать? – Роксидион с недоверием уставился на лорда Андре. Тот кивнул.

– Ломать всегда легче, чем создавать, – ответил лорд. – Кроме того, магические способности Таниона когда-то были мне хорошо знакомы. Не думаю, что он усердно развивал свои таланты, почти не выезжая из имения. В любом случае, мне все равно надо с ним побеседовать, раз уж я намерен купить имение Тарских.

– Хорошо… Тогда… Леди Апрелия, разрешите откланяться. Поеду искать нашего героя. Кажется, я догадываюсь, где он может быть.

Мы приносим магическую клятву – все трое, и Роксидион уезжает. Лорд Андре некоторое время пристально меня рассматривает.

– Лели, ты ничего не хочешь мне сказать? – наконец спрашивает он. – Я вижу, что тебя тревожит что – то, никак не связанное с Тарским.

В конце концов, а что я теряю? Лорд Андре пока что не сделал ничего непорядочного по отношению к нам всем…

– Лорд Андре… А вы не можете посмотреть мою ауру? Так, как вы сделали это с Тариэлом? Понимаете, бабушка говорила, что она каким-то образом заблокировала мои способности. Вернее, после свадьбы я получила её письмо. Она писала, что сделала это мне во благо. Мол, женщине иметь магические способности ни к чему. А еще меня беспокоит вот что: я совершенно не испытываю никаких чувств по отношению к мужчинам. Вы понимаете – о чем я? Я никогда, даже в ранней юности, не влюблялась. Тогда мне это даже нравилось. Девчонки в пансионе устраивали целые баталии из-за понравившихся юношей. Вздыхали по актерам нашего маленького театра. Переписывались с братьями подруг по пансиону, страдали… Не обходилось и без трагичных последствий. А я гордилась про себя, что меня не касается вся эта суета. Со временем стало настораживать. А сейчас… Я же вижу, что лорд Роксидион не просто так приезжает в мой дом. И не ради того только, чтобы утереть нос приятелю. Он делает какие-то попытки к сближению, а у меня… Может быть, этот блок и мои чувства заблокировал?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю