Текст книги "Изменить судьбу. Пекло для истинного (СИ)"
Автор книги: Наталья Буланова
Жанры:
Магический детектив
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 19 страниц)
Я бегу к книжной лавке, гудящей от посетителей.
Зазыватель стоит у входа и громко кричит:
– Вышел новый том “Путешествия Ланиэля”. В этот раз сбежавший из дома аристократ чудом спасается от убийц, посланным дядюшкой, и остается без денег в пустыне Матфи. Сможет ли он выжить? Спешите узнать сами!”
О, помню-помню. Кажется, писатель выпустил пять романов, которые гремели на всю империю, а потом вдруг перестал писать истории и пропал, так и бросив своего героя где-то в море во время шторма. Помню, гомон недовольных в книжных лавках стоял невероятный. А потом нашли шестой томик, и продали его на аукционе за целое состояние.
Но сейчас мне не до пропавших писателей! Нужно быстрее найти Руни. Что там за мужчина с ней разговаривает? Уж не убийца ли поджидал ее?
Не нужно было никуда выходить! Походила бы с синяком, не сходила бы на свидание – подумаешь. Зато жива бы осталась. А тот извозчик дождался бы и снова пригласил, если бы Руни ему действительно нравилась.
Я поворачиваю за книжную лавку, но там никого нет. Небеса!
В груди все леденеет.
– Госпожа! – слышу я голос Руни позади, и резко оборачиваюсь.
Моя служанка стоит, как ни в чем не бывало, и смотрит на меня. Я бросаюсь к ней, стискиваю ее в объятиях.
– Госпожа, вы чего?
– Испугалась за тебя. Скажи, с каким мужчиной ты говорила? Кто это был? Он тебя обижал? Хотел увести?
Руни смотрит на меня так, словно у меня выросли рога:
– Так это Баррис был. Он догнал меня сказать, чтобы я зашла в лавку приврав и купила перец.
Лавка приправ? Как раз в переулке рядом с ней и была тогда найдена Руни. Нам туда никак нельзя.
Я оборачиваюсь и ищу глазами Натана. Он прекрасно знал нашего управляющего, но испугал меня, не назвав его по имени. Наверное, чтобы побольше точно монетку дала. Натан, кстати, вырастет и станет богатым купцом уже в двадцать. У парня настоящая деловая жилка.
– Ладно, идем на болота. – Я хватаю Руни за руку, боясь потерять.
Он сначала пытается неловко вернуть свою руку, смущаясь:
– Госпожа, увидят же. Не поймут…
– Плевать. Я тебя больше не потеряю, – говорю я уверенно.
Город мы преодолеваем легко лавируя в толпе. Лес встречает нас воздухом, полным эфирных масел и запаха зловонного дерева, которое испортит любую прогулку. Наверное, именно поэтому у нас в городе фраза “прогуляться по лесу” несет значение чего-то не очень приятного.
– Здесь совсем по-другому дышится, да? – Я втягиваю носом воздух, набирая полную грудь, а потом закашливаюсь от того, как щиплет нос, словно я стою рядом с кухаркой, что режет лук.
Руни счастливо смеется:
– Спасибо, госпожа, что делаете это. Я очень хотела пойти на свидание.
Руни опускает взгляд, и ее щеки загораются красным даже под фингалом.
Она так рада. Может, не зря я всю эту вылазку затеяла? Просто надо не выпускать Руни из виду и быть осторожной, прожить этот день и жизнь наладится.
Найти зловонные деревья у начала болот не составляет труда – надо просто идти по ужасному запаху. Мы с Руни уже не выдерживаем и зажимаем носы, а пока доходим до самих деревьев, глаза у нас слезятся и становятся припухлыми, словно мы плакали ночь на пролет.
– Вот он! – Я показываю на черный нарост на развилке дерева.
Ствол зловонного дерева был тонким, но крепким. Все его ветви находились ближе к верхушке, поэтому добраться до гриба оказалось не так легко.
– Госпожа, вставайте на мои плечи! – Руни присаживается на корточки перед деревом, обхватывает его руками.
– Давай лучше ты.
– Да вы что, госпожа? Нельзя! Да и легче вы. Давайте. Вы же меня выручаете.
Не очень хочется мне так делать, но выхода нет. Лестницу сюда не принести, по веткам не забраться. Значит, придется лезть с помощью Руни. Если встану ей на плечи – как раз достану до гриба.
– Вот. – Руни протягивает мне небольшой ножик, вытаскивая его из тканевого сапожка под туфлю.
– Ой, а я и не подумала чем срезать будем! Ты молодец.
У меня что-то голова была совсем не тем забита.
– Он у меня всегда с собой.
Всегда с собой? Но при Руни не нашли никакого оружия в тот день.
Я смотрю на крохотный складной нож слишком долго.
– Госпожа…
– Да-да, лезу!
Я снимаю туфли, остаюсь в тканевых сапожках и кое-как пересиливаю себя, чтобы встать на плечи Руни. Она удивительно легко привстает, еще и меня подбадривает:
– Все хорошо, госпожа. Давайте.
Я поднимаю руки вверх:
– Достала! Режу.
Гриб оказывается тверже, чем я ожидала. Или нож тупой? Но мне приходится порядочно повозиться, прежде чем отделить его от ствола.
Но какая же была Руни счастливая, когда я протянула ей гриб на земле.
– Спасибо, госпожа! Век не забуду. Я хочу купить вам в благодарность ваши любимые жареные каштаны.
Я раньше никогда не могла отказаться от них, могла съесть мешок. Но после смерти Руни я не могла и штучки в рот взять.
– Пошли домой. Не хочу сегодня каштаны.
– Вам нехорошо, госпожа?
Совру, чтобы мы побыстрее оказались дома и Руни не думала о том, чтобы заглянуть куда-то.
– Что-то голова закружилась. Пойдем домой? – Я хватаю ее под руку.
– Хорошо. – Руни с тревогой на меня поглядывает.
Мы возвращаемся довольные и счастливые. По дороге смеемся, вспоминаем детские проделки, когда разница в статусе была не так ощутима, как сейчас, и даже проходим через ворота для слуг непойманными.
Сказав маме, что Руни достала тот самый гриб от синяков, мы еще час возимся на кухне с его варкой.
Когда Руни пьет отвар, я вижу, как оранжевый диск солнца медленно опускается за горизонт. Еще чуть-чуть и этот день пройдет.
Руни отбегает в уборную, стоящую отдельным зданием. Ее так долго нет, что я беспокоюсь и выхожу на ее поиски.
Но тут вижу управляющего Баррис:
– Баррис, ты не видел Руни?
– Я отправил ее за перцем.
Что? Нет! Только не это!
– Я же предупредила кухарку, что перца сегодня не будет.
Можно было, конечно, отправить другого слугу, но что, если в том переулке другая наша служанка погибнет? Я не стала рисковать.
– Господин будет лютовать. Он хотел сделать примочки с перцем, потому что у него очень сильно разболелась нога. – Баррис непоколебим.
Он и понятия не имеет, под какой удар направил свою любимицу.
– Нет-нет-нет! – Я бегу прямо к главному выходу из поместья.
– Эйви! – Кричит в спину мать.
– Эйви! – Басит отец сбоку.
Но я бегу со всех ног, ведь каждая секунду может спасти Руни жизнь.
Глава 9
Сердце колотится в груди, выбивая ритм моего отчаяния. Ноги сами несут меня по знакомой дороге к лавке приправ.
Я плюю на то, что на мне домашнее платье, что волосы развеваются на ветру седыми прядями, что родители кричат мне вслед. В голове стучит лишь одна мысль: «Только бы успеть!»
Переулок, где в прошлой жизни нашли Руни, был коротким и грязным, пропахшим застоялой водой и крысиным пометом. Его зажимали между собой глухие стены складов. Сюда редко заходили люди, особенно с наступлением сумерек. Именно это и делало его идеальным местом преступления.
Я залетаю по ступеням в лавки приправ и хватаюсь за шершавый дверной косяк. Дышу ртом глубоко и часто, а в боку колет острой иглой. В меня ударяет яркий запах специй, и дикое желание чихнуть щиплет нос. И тут я вижу ее! Руни, живая и невредимая, деловито перебирает на ладони черные перчинки, перекатывая их пальцами и принюхиваясь с довольным видом.
Жива! Я успела!
У меня ноги подгибаются от облегчения, и я чуть не падаю. Грудь, что до этого сжимали тиски надвигающейся беды, отпускает.
Я делаю шаг вперед, но замираю от озарения.
А что, если преступник не случаен или судьба коварна? Что, если нападение может повториться в другой день?
Сейчас у меня есть шанс подглядеть тех, кто, возможно, хотел напасть на Руни.
Я прячусь у выхода за старой дубовой бочкой и жду, пока она не выйдет. Буду держаться рядом с ней, чтобы в нужный момент не дать ей свернуть в опасный переулок или подойти плохим людям.
Мне нужно понять кого опасаться. Я должно знать его в лицо и посадить в тюрьму, чтобы больше не бояться за Руни.
И почему я сразу не сообразила захватить с собой слуг? Сейчас бы послала одного за смотрящим. Одна я мало что могу, но попробую. Не хочу бояться каждый день, что судьба-злодейка отнимет у меня Руни.
Поэтому, когда Руни выходит из лавки специй, я тихонько пристраиваюсь за ней. Знаю, что она по натуре неподозрительна, мало смотрит по сторонам и вряд ли меня заметит на расстоянии пяти шагов. Особенно когда она увлечена поеданием горсти орехов, которые торговец всегда дает бонусом к большой покупке.
– Руни! – Я слышу мужской голос справа.
И я вижу того самого возничего, который пригласил ее прогуляться по улицам в праздник Полноводной реки. Того, кто стоял в стороне и горевал о потере во время похорон.
Руни сначала радостно машет ему рукой, а потом, словно спохватившись, прикрывает рукой синяк и уходит в сторону, отвернувшись. Я-то знаю, что она скрывает лицо по причине стеснения из-за ушиба, а вот он нет.
Возничий бросается за ней следом, расталкивая толпу, и тут меня прошибает холодным потом догадка. А что, если преступник – это он?
Во рту разом пересыхает, а в груди холодеет
Мне становится так страшно от этой мысли, что я со всех ног нагоняю Руни, хватаю ее под руку, чувствуя под пальцами грубую ткань ее платья. Я увожу ее на другую улицу. Оборачиваюсь и вижу, что парень застыл посреди улицы и смотрит нам вслед.
– Госпожа? – Руни дергается от неожиданности, когда я ее хватаю.
– Это я, не переживай, – нервно улыбаюсь я, а голос даже самой кажется фальшивым.
А у самой в голове крутятся взрывоопасные мысли и предположения.
Неужели, это возничий так разозлился, что Руни убегала от нее, что поймал и уволок? Доказательств у меня нет, но совпадения слишком подозрительное.
– А что вы тут делаете, госпожа? – Руни пугливо смотрит на меня. – Что с вами? Что-то случилось в поместье?
В ушах стучит бешеный ритм испуганной души, а в голове такая куча мыслей и предположений, что я не сразу нахожусь с ответом:
– Нет, все в порядке. Просто решила прогуляться.
– Идем гулять? – Руни косится на меня, и ее глаза сужаются от подозрений.
Она очень хорошо меня знает и видит мое встревоженное состояние.
– Нет, идем домой, – твердо говорю я, а потом бросаю взгляд на лицо Руни: – А твой синяк уже лучше. Отек почти пропал.
– Но фиолетовый круг остался. Я сейчас даже сбежала от Кайла.
– Кайла?
– Ну да, помните, я говорила о парне, что работает возничим и…
– Поняла, – обрываю ее.
Значит, подозреваемого зовут Кайл. Если он, и правда, убийца, то Руни лучше не встречаться с ним на празднике.
– Тебе не показался он странным? – спрашиваю я, и язык обжигает кислый привкус тревоги.
Руни поворачивает ко мне голову и выражение лица становится мечтательным:
– Он такой классный. Красивый, интересный, а еще он очень смешной.
Ее глаза блестят влюбленностью. О, нет! Эта упрямится точно рванет на праздник Полноводной реки навстречу опасности.
___ Дорогие мои, на две мои новинки открылись подписки по минимальной цене, чтобы поблагодарить тех, кто со мной с самого начала (потом будет повышение и дешевле даже со скидкой не будет):
🐲Случайная жена генерала драконов: https://litnet.com/shrt/8ept
❤️🩹Оборотень по объявлению. Зверь без сердца: https://litnet.com/shrt/umJI
Глава 10
Три дня проливных дождей становятся для жителей города радостью и благословением небес. Это значит, что засуха закончилась, обмелевшая речка снова полна пресной воды, а с полей скоро можно собирать хороший урожай.
В эту честь был и назван 17 день этого месяца – праздник Полноводной реки.
Не знаю, как природа умудрялась быть такой точной, но это повторялось из года в год. Только количество дождливых дней и интенсивность выпавших осадков всегда были разные.
В прошлом году, если мне не изменяет память, дождь поливал стеной, но всего сутки. Обычно я просто умирала от скуки, если это длилось дольше, но в этот раз я несказанно радуюсь этим трем дням передышки.
И не отпускаю Руни от себя ни на шаг.
Эти три дня я мучаюсь сомнениями и всячески пытаюсь отговорить Руни от свидания с Кайлом. Теперь, вспоминая его лицо на похоронах, она мне не кажется больше потерянным, а подозрительным.
Он появился в тот час, когда Руни погибла в прошлой жизни. Он бросился преследовать ее, и, неизвестно, что случилось бы, если бы я не вмешалась.
Нет, я не могу рисковать!
Но сколько бы раз я не заводила разговор со служанкой, все было тщетно…
– Руни, мне кажется, тебе не стоит идти завтра на праздник с этим Кайлом.
– Но почему, госпожа? Синяк уже прошел, – глаза Руни тут же наполняются слезами.
Я про себя вою. Как же сложно-то!
– Не из-за синяка. Просто у меня плохое предчувствие. Очень плохое. Поверь мне, пожалуйста.
Руни смотрела на меня с немым вопросом. Она привыкла мне доверять, но сейчас ее собственное счастье перевешивало.
– Госпожа, это всего лишь предчувствие. А я… я так ждала этот праздник. Это мое первое свидание. Кайл мне так нравится. Он такой добрый! Даже стишок мне посвятил. Очень красивый и романтичный, про солнце и луну.
– Он же возничий. Знает грамоту? – Мое тело тут же напрягается.
Слуги и сочиняют стихи? Это что-то новенькое.
– Говорит, его господин к нему очень добр, как и вы ко мне. Вы же меня тоже научили чтению и письму. Разве плохой человек стал бы сочинять стихи?
Еще как бы стал, если нужно было заманить жертву в ловушку.
Я смотрю в красные, припухшие от непролитых слез глаза Руни и понимаю – сбежит, даже если запрещу. Даже если привяжу – найдет способ вырваться. Она у меня такая.
Что же делать? Если навяжу условие, что я тоже отправлюсь с ней под прикрытием, тайно, то она вся скривится и надуется. Не захочет, чтобы ее первое свидание портили.
И я ее понимаю – сама бы не захотела.
Молодую девушку, перед которой маячит перспектива весело проведенного праздника и первой любви совершенно ничего не будет слушать.
Я сама себя так же вела, когда познакомилась с Искандером. Не слушала ни одного довода родителей. А ведь они говорили, что он кажется им подозрительным, а я лишь глаза закатывала про себя.
Даже убегала из дома, когда отец один раз запер меня и не пустил на свидание с ним. Так что я прекрасно понимаю, что девушку, у которой сердечки в глазах, в чувство словами не привести и не привязать.
Хотела бы я отсидеться дома и не пойти на этот праздник Полноводной реки, но придется. Переоденусь в одежду служанки, надену маску, что продают в лавках на ярмарке и прослежу за ними.
Пожалуй, я даже найму четверых крепких мужчин, чтобы шли вслед за сладкой парочкой и, если что, спасли Руни. И сама буду рядом, потому что и наемники могут подвести.
Я поймаю убийцу при помощи их, посажу его в тюрьму и буду спокойна за будущее Руни.
В прошлом отец вытащил меня на праздник, потому что я была слишком убита горем. Он встретил старых друзей там, они сели за столики с уличной едой, а мне стало скучно, и я отпросилась пройтись. И тогда столкнулась с Искандером.
Он поймал меня, когда я оступилась. Мы встретились взглядами, и я помню, как застыла от его очарования. Он был статен, безумно обаятелен и обладал магнетическим голосом. Помню, как зажгло тыльную сторону руки, за которую он меня поймал. Как проявилась метка истинности, навсегда определив мою печальную судьбу.
В этот раз я всячески буду избегать места, где мы встретились. Я буду не в красивом платье и плаще с мехом, как в прошлом, а в дешевой одежде слуг. На такую меня красавчик Искандер даже не взглянет.
Главной загадкой всю жизнь для меня оставался факт, как так получилось, что деньги потеряла не только моя семья, но и его. Как так вышло, что он делал мне дорогие подарки, сам ходил в одежде из элитных тканей, а на момент свадьбы стал беднее монаха.
Сколько раз потом не спрашивала Искандера, он сразу приходил в ярость, и я с годами перестала поднимать эту тему. В конце концов, я вышла замуж по любви, а он был моим истинным. Вместе мы крепко встали на ноги, и я считала, что счастливо состаримся.
Пока он не пустил стрелу мне в сердце.
Теперь я буду обходить его десятой дорогой. Совершенно ясно, что нам лучше не встречаться. На празднике Полноводной реки я буду в маске, дешевой одежде и вооруженная знанием держаться от Искандера подальше.
Моя главная цель – никогда не касаться его в этой жизни, чтобы не проявилась метка истинности.
Но это потом. А пока мне нужно подумать, что взять с собой из средств защиты на случай, если наемники окажутся бестолковыми. И что продать, чтобы выручить деньги на их найм.
Раньше я не могла расстаться ни с одной вещью из подаренной бабушкой шкатулки, но теперь я смотрела на все эти золотые шпильки, браслеты и сережки с холодным расчетом.
В прошлой жизни я продала все это после свадьбы со слезами на глазах, понимая, что нам нужно как-то жить. Вооруженная знаниями об открытии дел, которые почерпнула за годы жизни у отца, я смогла продать полуразрушенный дом – наследство Искандера от почившего отца, дополнила своими деньгами и положила начала гончарному бизнесу, который потом стал известен на четыре округа.
И сейчас я смотрела на эти вещи без единой слезинки в глазах. Смотрела как на ресурс, которым могу воспользоваться и выгодно продать.
Мне предстоит спасти Руни, спасти родителей и выяснить, кто же их подставил.
Столько дел! Поэтому, как только наступает рассвет дня праздника Полноводной реки, я беру золотую шпильку и перелезаю через забор поместья.
____ А пока Эйви нанимает четырех удальцов для спасения Руни, приглашаю в мою БЕСПЛАТНУЮ историю по миру истинных пар:
Оборотень по объявлению. Отпуск со зверем
Глава 11
Утренний город был окутан влажной дымкой. В воздухе витает запах мокрого дерева, земли и свежей выпечки, которую скоро будут продавать уличные торговцы, крича о свежести так, что из поместья слышно.
В свои прежние восемнадцать я никогда бы не смогла нанять громил по двум причинам: первое – не знала бы, где их взять, и второе– струсила бы, побоявшись за свою репутацию и, вообще, иметь дело с плохими людьми.
Но стрела в сердце лечит от многих страхов и быстро стряхивает ненужную шелуху, расставляя приоритеты.
В свои почти сорок я с чем только не имела дела. Наши лавки и теснили конкуренты, играющие по-черному, и пытались закрыть чиновники, которым показалось, что мы мало сыпем им на лапу уважения. Один раз нашу гончарную мастерскую разгромили, ничего не украв, а в другой – подсыпали в смеси золу.
Я имела дела с самыми разными подлыми и добрыми людьми, а сейчас я в молодом теле с опытом жизни человека, прожившего вдвое больше.
Я шла в бедную северную часть города, закутавшись в самый простой и поношенный плащ из гардероба служанки, с глубоко надвинутым капюшоном, скрывавшим мои белоснежные волосы.
В руках у меня был небольшой сверток с золотой шпилькой в виде распустившегося цветка и нефритовым браслетом. Первый был настолько эффектный, что надеть его значило кичиться богатством. Так и лежал бесполезный, красивый и дико безвкусный.
Он-то и пошел в расход первым. А вот браслет я взяла на всякий случай, если нужно будет открыть нужный рот или дверь. Кто знает, как работала служба наемников в мои восемнадцать. Я-то имела с ними дело уже в зрелом возрасте.
Помню, как рыдала над разбитыми черепками в гончарной мастерской, а мимо проходил старый продавец фруктов. Он протянул мне персик и сказал:
– Госпожа, не оставляйте их безнаказанными. Они почуят силу и вытворят что похуже.
На что я ответила:
– А что я могу? Муж сказал, что у нас нет никаких доказательств, что это сделали конкуренты. Что даже суд их оправдает за недостаточностью улик.
– А вы уверены, что это они?
– Да они этого даже не скрывают! – Я показываю ему на печь, где написано, что, если не закроемся, они разнесут все лавки в городе. Вчера Гаральд Лоф кричал Искандеру эту фразу в лицо, когда мы выиграли контракт на поставку посуды во все таверны “Кривая нога”.
Помню, как старик тогда протянул мне белое перо и сказал:
– Госпожа, идите в книжную лавку “Моя муза”. Там есть те, кто может проучить за деньги.
Помню, как передала Искандеру наш разговор со стариком и как он высмеял меня. И я тогда пошла сама, ни на что особо не надеясь.
Показала перо продавцу книг, и тот отвел меня через сеть тайных коридоров в комнату, где я и познакомилась с главой гильдии наемников.
Я никогда не видела его лица из-за маски, но прекрасно помню, что его левая рука не до конца сжималась в кулак. Похоже, из-за поврежденных сухожилий.
Но, несмотря на это, от мужчины веяло аурой опасности, силы и влияния. То, как он двигался, как сидел, как ходил – все это накрепко засело у меня в голове.
Он мне даже снился, и эти сны были такими неприличными, что я просыпалась с красными щеками и чувством вины перед Искандером.
Глава гильдии наемников просил называть его кратко – Редом. И всегда обращался ко мне уважительно.
Поэтому сейчас я не так боялась, стуча в дверь книжной лавки и пряча перо в рукаве. Конечно, я понимала, что их могло там еще не существовать, но не ожидала, что меня пошлют через дверь куда подальше.
– Открытие через два часа! – гаркнул мужчина через деревянную преграду напоследок.
И я в отчаянии достала перо из рукава и просунула кончик в щелку двери, особо ни на что не надеясь.
Тишина на той стороне длится несколько долгих секунд, и потом я с облегчением слышу, как дверные запоры отворяются.
Но стоило дверям открыться, как меня схватили за плечи и затащили внутрь так, словно я была преступницей.
Хлопок – дверь закрылась. Я погрузилась в темноту, запах книг и чернил. не видно ничего из-за закрытых ставней, и лишь тонкая полоска света дверной щели подсказывает, что на улице теплится рассвет.
– Кто такая? – грубый мужской голос пугает, но я креплюсь – сжимаю сверток в руках, напоминая себе, что отступать нельзя.
– Мне нужны музы.
– Кто тебе нужен?
– Музы. Или ваш глава гильдии.
Я распутываю узелок свертка и протягиваю в темноту нефритовый браслет:
– Вот, возьмите.
Глаза потихоньку привыкают к темноте, и я вижу множество стеллажей под потолок и внушительную мужскую фигуру человека, говорившего со мной.
Здесь всегда в продавцах были крепкие парни. Местные госпожи и их слуги постоянно посещали магазин, чтобы пополнить библиотеку и посмотреть на продавцов. Но сейчас мужчина, что общался со мной в темноте, совсем не напоминал приветливых юношей-торговцев.
Моя рука так и остается протянутой к нему и держащей браслет.
– Взять ее, – раздается голос из глубины помещения, и я тут же его узнаю – глава гильдии.
Вот только… что? Взять ее?
Тут же из темноты ко мне протягиваются руки, и я визжу от страха. Рука разжимается, браслет падает на пол, и, судя по звуку, разбивается.
Мой рот накрывает чья-то рука, руки скручивают за спиной.
– Молчи, если хочешь жить.
Стоило руке отпустить мне рот, как на голову накидывают что-то темное, плотное, пахнущее древесными опилками.
– Пустите! Пожалуйста! – сопротивляюсь я, пока меня тащат, судя по всему, по потайным коридорам, по которым раньше я шла с гордо поднятой головой навстречу главе гильдии.
Мне с силой нажимают на плечи, куда-то притащив, и я падаю на колени.
– Кто тебя подослал? – раздается низкий и убийственно холодный голос главы гильдии.
– Н-никто. Мне просто нужна помощь.
Другой голос раздается чуть сбоку:
– Глава, не может быть. Мы только вчера решили про перо и про муз. У нас крыса, а наш враг хочет показать, что знает о каждом нашем шаге, вот и прислал девчонку.
Я слышу это и понимаю, как же я крепко оплошала. Я думала о том, что наемников здесь может еще не быть, или что они не поймут мой знак пером, но такой исход я даже предположить не могла.
Про перо и муз они придумали только вчера. О-о-о, нет!
____ А пока Эйви думает, как же выпутаться из столь сложной ситуации, приглашаю в свое бытовое фэнтези:
«Хозяйка хищного сада»
Глава 12
Холодный пот проступает на спине, а в груди леденеет. Я понимаю, что если подчиненные позволяют раскрывать тайны при посторонний, этот посторонний долго не проживет.
Для них я уже априори мертва.
Мешок срывают с моей головы, и я жмурусь от света сотни свечей. Все они стоят позади кресла главы гильдии, из-за чего я вижу только его устрашающий силуэт.
Холодное лезвие меча касается моего горла, и я застываю.
– Говори сейчас же, кто тебя подослал, и тогда умрешь быстро. Иначе устроим пытку тысячью порезами, и ты все равно признаешься, но будешь страдать, – шипит мне кто-то на ухо, судя по голосу совсем молодой, но злобный, как бродячая собака.
Меня начинает трясти от страха. Я не помню, чтобы они были такими жуткими. Здесь меня всегда встречали с большим уважением и даже следили за словами, что произносили.
Неужели, всему виной одежда служанки?
– Подождите! – Я смотрю в темные провалы глаз маски главы гильдии. – Я ни на кого не работаю, но я могу объяснить, откуда все знаю.
Меч чуть отстраняется от горла, и я могу дышать.
Фух, у меня есть временная передышка. Только вот что им сказать? Как объяснить, что я знаю о пропуске в виде пера и название наемников, которые они придумали только вчера?
Правду им говорить нельзя.
Может, сказать, что я оракул? Жрица?
Нет, опасно – еще сожгут на костре или еще что-то подобное. Потребует предсказать то, что я не помню, и потом точно устроят мне голову с плеч.
Нужно что-то достоверное, что можно доказать здесь и сейчас. Что-то, что не работает по заказу извне.
И тут меня осеняет.
– Я вижу вещие сны. Благодаря этому я уже спасла свою служанку от смерти три дня назад, но сегодня она пойдет с возможным преступником на праздник. Я хотела нанять вас, чтобы вы мне помогли. Я видела вас в своем сне.
Несколько секунд в помещении стояла оглушительная тишина, а потом сухой голос главы припечатал:
– Убить.
– Стойте! – кричу я, видя, как мужчина рядом замахивается мечом. – Я знаю, что вы любите кислые яблоки и ненавидите корицу. А еще у вас аллергия на блюда с османтусом.
Я выпаливаю эти личные факты, собранные за годы знакомства, на свой страх и риск.
– Стой! – приказ главы останавливает меч в секунде от моей смерти.
Глава медленно, угрожающе встает, и я затаиваю дыхание. Боги, двадцать лет назад он уже не был таким мускулистым. Сейчас в нем чувствовалась просто убойная молодость и сила. А еще резкость, которая, видимо, с годами ушла, уступив место сдержанности.
Глава делает два шага и медленно присаживается рядом со мной, чтобы смотреть глаза в глаза. Я плохо вижу даже маску на нем из-за света свечей позади него, но ему, должно быть, мое лицо прекрасно видно.
– И что же ты еще знаешь обо мне? – он спрашивает это так, что становится понятно – записал в число шпионок и готов придушить лично.
Неужели, я снова пошла по неправильному пути? Что же делать?
Нужно что-то срочно придумать, что он не сможет списать ни на шпионов, ни на предателей. Давай же, Эйви, думай! Вспоминай!
– Глава, – громко обращаюсь к нему, помня, что он всегда уважал уверенность в моем голосе: – Я докажу, что не вру. Что я правда вижу вещие сны.
Вижу скорее по его напряженной фигуре, что не была убедительна, поэтому тут же продолжаю, используя все воспоминания и детали в отношении гильдии, что у меня были и которые можно было безопасно назвать:
– Вот в том углу стоит статуэтка бога медицины. Если ее повернуть, то открывается ниша.
Может, и не стоит это упоминать при его подчиненных, но я хочу жить.
Глава поворачивает голову в сторону статуэтки, а потом снова направляет все внимание ко мне:
– Ты же понимаешь, что ты с такими знаниями по земле долго ходить не сможешь?
Не знаю, начинает ли он верить или нет, но если не смогу убедить, мне и так не ходить по земле. А я только-только второй шанс на жизнь получила. Не могу же я его так глупо упустить?
Все, что я сейчас выдала про главу и это место не доказывает, а только подставляет меня под удар. Нужно вспомнить что-нибудь другое.
Но, боги, двадцать лет прошло. Как тут упомнить?
– Это еще не все, – пытаюсь заинтересовать я его, судорожно перебирая в голове воспоминания и факты. – Скоро автор “Путешествия Ланиэля” пропадет.
Глава мгновенно и по-животному подбирается.
– И что же с ним случится?
– Не знаю. Но его так и не найдут даже спустя двадцать лет.
Не буду говорить про найденный шестой том и аукцион на него.
– Что еще знаешь? – Глава гильдии опускает подбородок к шее, смотрит на меня волком.
Нужно что-то такое, что можно будет проверить на днях, а лучше сегодня. Что же случилось тогда, когда я горевала о Руни? Что произошло еще в праздник Полноводной реки?
Если расскажу о пожаре на юге города в одной из лавок, еще скажут, что подельники подожгли. Нет, нужно что-то другое. Что-то, на что человек мало может повлиять.
– Знаю! – восклицаю я, и глава заинтересованно приподнимает подбородок: – Сегодня днем будет град размером с куриное яйцо. Пробьет крыши многих лавок, поэтому многие во время праздника будут натягивать ткань от солнца, вместо крыши. А! Еще одна градина попадет в голову вредному сыну мэра и он будет ходить со здоровенной шишкой на лбу.
Я так радуюсь, что складываю руки в молитвенном жесте, закрывая рот. Улыбка расползается по моему лицу против воли.
Я вижу, как глаза главы гильдии превращаются в две подозрительные щели.
– Ты же понимаешь, что это легко проверить?
– Да! Именно поэтому и говорю.
Глава резко поднимается и бросает своим подчиненным:
– Закрыть ее до вечера.
И тут меня на голову снова опускается мешок.
До вечера? Я же тогда не спасу Руни.
____ А пока Эйви молит небеса сейчас же надавать градом по голове главы гильдии, приглашаю в свою бытовую историю:
«Хозяйка чайной» 
