Текст книги "Изменить судьбу. Пекло для истинного (СИ)"
Автор книги: Наталья Буланова
Жанры:
Магический детектив
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)
Осторожнее, Эйви. Очень осторожнее.
Рядом с женихом стоит император. Он немного бледнее обычного и крепко держит в руке скипетр, внимательно выглядывая в толпе врага.
Император сам вызвался быть свидетелем из двух соображений. Первое – потому что считал себя старшим и близким Дейра. И второе – чтобы с первых рядом распознать Ройла в толпе.
У нас были предположения, что он подстраховался личиной высшего чиновника, которого хорошо знал. И мы уничтожили малейший шанс, чтобы Ройл выдал себя за Дейра через наплечник льва.
Император кивает мне, что означает – пока чисто.
Я делаю еще один шаг, ощущая, как тяжело бьется сердце. Пальцы отца на моей руке слегка дрожат, потому что он тоже предупрежден. Мы все ожидаем Ройла.
Вчера, когда Дейр вернулся с тайного совещания, его лицо было мрачнее тучи.
– Ройл перехватил моего человека. Ройл будет на церемонии. Но вот в каком обличье – неизвестно.
Но сейчас я понимаю, в каком, и мое сердце стучит в бешеном ритме.
У артефакта обнаружился один существенный недостаток – он меняет лицо, но не может изменить неуловимую мимику души.
Я поднимаю руку и накручиваю одинокий светлый локон на палец, а потом, как бы распутывая, показываю им на Дейра. Это наш условный знак, если я увижу Ройла.
И тут же замечаю, как император весь подбирается от удивления и опасности рядом.
Где же тогда мой Дейр? Как Ройл занял его место?
Я вдыхаю аромат ладана и свечей, но среди них нет того, что я ищу – запаха кожи, металла и чего-то дикого – моего истинного. Этим мужчиной у алтаря пахнет иначе. Дорогим одеколоном и чем-то перебродившим, как гнилые фрукты.
Я подхожу ближе, и жених протягивает мне руку. Я смотрю на его пальцы, воссоздающие мозолистые руки Дейра и шрамы на костяшках. Следы от ожогов на ладонях – память о битвах и той жизни, которую он прожил, заслужив прозвище Ходячая Смерть.
Я вкладываю свою ладонь в его, и меня передергивает от отвращения.
Но я улыбаюсь.
– Милый, – говорю я ласково, чувствуя, как слова обжигают горло. – Ты сегодня прекрасен.
– Ты еще прекраснее, – отвечает он голосом Дейра.
Но я слышу фальшь – как он произносит “еще” с легким придыханием, которого нет у настоящего Дейра. Мой истинный говорит коротко, рублено, как командир на плацу.
Император откашливается, и рядом с нами встает священник в рясе.
– Дорогие гости, – начинает император, и его голос слегка дрожит. – Мы собрались здесь, чтобы соединить судьбы...
Я смотрю на жениха и вижу, как его глаза – копия глаз Дейра, холодно смотрят на меня. И его рука тянется к карману.
Он хочет меня убить прямо сейчас и снова подставить Дейра? Неисправимый гад!
Но где же мой истинный? Я не верю, что Ройл смог с ним что-то сделать, ведь Дейр был готов к любой подлости. Но где же он?
Я кладу свою руку на его ладонь и слегка сжимаю.
– Милый, у тебя такие горячие руки, – шепчу я, чтобы потянуть руки. – Волнуешься?
Он поворачивается ко мне, и на одну короткую секунду я вижу в его глазах ненависть. Он сканирует зал, запоминая пути отступления после убийства.
Но выходы перекрыты. Солдаты Дейра в черных доспехах стоят у каждой двери. Я заметила их, когда входила. И теперь они, благодаря моему знаку, не спускают глаз с жениха.
– Обряд, – говорит император, – будет необычным. Мы проверим истинность пары прямо здесь, перед всеми.
Император тоже подготовился! Я про себя рукоплещу ему. Но где же Дейр?
Ропот проходит по рядам. Я слышу, как мама охает, как папа напрягается.
А жених бледнеет.
– Зачем? – спрашивает он, и в его голосе проскальзывает неуважение к императору. – Купель уже все подтвердила.
Настоящий Дейр никогда бы так не сказал.
– Купель подтвердила, – соглашается император. – Но новая традиция велит повторить ритуал перед бракосочетанием, чтобы никто не усомнился.
Я смотрю на жениха и вижу, как дергается его кадык, потому что он знает, что артефакт изменения не выдержит проверки. Не сможет симулировать истинную связь.
Мы все это понимаем.
Боковым зрением я вижу, что солдаты за алтарем меняются. Что-то в движениях одного кажется неуловимо знакомым.
Я наклоняюсь к жениху и шепчу:
– Ты проиграл, Ройл.
Его глаза распахиваются. Стеклянная маска трескается, и под ней проступает лицо старика – злое, перекошенное, с горящими ненавистью глазами.
– Ах ты тварь, – шипит он, и его рука тянется к кинжалу, спрятанному в рукаве.
____ Милый читатели, у меня классная НОВИНКА: «Счастливый развод госпожи-риелтора» 
Глава 86
Время замедляется. Каждая деталь врезается в память, словно ее выжигают каленым железом.
Пальцы Ройла смыкаются на рукояти кинжала. Его лицо кажется жуткой маской, скопированной с Дейра с пугающей точностью, но при ярких эмоциях она криво дергается.
Красивые черты лица словно трескаются, как старая фреска под напором времени.
Я отпрыгиваю назад, как мы договаривались с императором. А он выплескивает воду из источника в лицо фальшивого жениха.
Но старый вояка не потерял хватку – лезвие все равно касается моей шеи. Холод стали обжигает кожу, и я чувствую, как капелька крови собирается у ключицы.
Как он смог так быстро оказаться рядом со мной? Я должна была успеть! Какая-то магия движения?
– Тихо, племянница, – шипит он мне на ухо, и его дыхание пахнет гнилью и старым вином. – Одно движение, и ты отправишься за матерью Дейра. Знаешь, как она кричала, когда теряла двух своих детей?
Я не дышу, впрочем, как и сотни свидетелей превращения Дейра в Ройла под воздействием воды источника, снимающего любую магию.
Теперь план Ройла подставить Дейра провален, но я в опасности.
– Так же жалобно, как та Амелия, будешь кричать и ты.
Внутри меня что-то замирает от ужаса его одержимости, но я не боюсь. Я удивительно холодно мыслю и нахожу взглядом того солдата, который недавно сменил другого и показался мне похожим на Дейра.
Он замер в пяти шагах. Под плащем угадывается спрятанный львиный наплечник, но я даже через магию вижу его взгляд.
О, боги, его глаза пылают адским огнем!
Я никогда не видела его таким. В нем кипит ярость, которую он сдерживал многие годы.
Я понимаю, что он не успеет. Ройл перережет мне глотку быстрее, чем Дейр сделает хоть шаг. Я вижу это по его напряженным плечам, по тому, как он просчитывает дистанцию и все еще стоит на месте.
Слишком далеко. Слишком.
Мне нужно что-нибудь сделать.
– Сдавайся, Дейр, – Ройл улыбается, и я чувствую его слюну на своем ухе. – Или ты хочешь повторить судьбу своего отца?
Собор замирает. Я слышу, как кто-то из гостей ахает. Мама, кажется. Или Руни. Звуки приглушенные доносятся до меня отдаленно, словно я под водой.
– Помнишь, как он умирал? – продолжает Ройл, и в его голосе появляется маслянистое удовольствие. – Просто смотрел на тебя и не мог пошевелиться. Потому что я вколол ему яд прямо перед в твой день рождения.
Дейр словно весь превращается в лед.
– Ты врешь, – голос Дейра низкий, как рык раненого зверя. – Отец умер из-за остановки сердца.
– Которое я остановил, – Ройл смеется, и в этом смехе чувствуется безумие человека, который слишком долго держал правду в себе, и она отравляла его изнутри. – Твоя мать любила его! А меня? Меня она даже не замечала.
Он сжимает руку на моей талии, вжимая кинжал глубже. Острая боль пронзает шею. Еще капля крови стекает по ключице, исчезает за вырезом белоснежного платья.
– Я строил империю, – шипит Ройл. – Я был достоин ее. Не он!
– Ты не был достоин даже ее собаки, – цедит Дейр, и в его голосе чувствуется старая боль, которую он никогда не показывал. – Ты трус. Ты убил брата и двоих племянников. Уничтожил вещи матери, когда она отказалась простить тебя. Ты пытался убить меня двадцать лет. И все ради чего?
Он делает шаг крохотный шаг вперед, словно на эмоциях. Ройл не замечает этого – слишком увлечен разговором.
– Ради чего, Ройл? – голос Дейра становится тише и опаснее. – Чтобы стать тенью человека, которого ненавидишь?
– Я стану им! – Ройл рычит, и его рука дрожит от ярости. – Завтра император умрет, а его место займу я! Все меня поддержат. Весь народ! Я – великий герой. Великий генерал.
Возмущение проносится по собору, и Ройл замирает.
– Что? Не поддержите своего героя?
Дейр делает еще один крошечный шаг:
– Герои не держат нож у горла невинных дев. Отпусти ее и давай сойдемся один на один.
Он дергает меня за волосы, запрокидывая голову.
– Эта девка – никто. Проходной двор. Ты женишься на грязи!
Злость затапливает меня, как холодная вода тонущий корабль. Он и в прошлой жизни испортил мою жизнь, словно я ничего не значу, просто проходя мимо со своими злыми умыслами.
Я хочу нагрубить ему, поколотить, отомстить, но ничего их этого не могу сделать, если не хочу погибнуть тут же.
Я должна жить. Второй шанс дан мне не зря. Мне нужно лишь дать Дейру шанс спасти меня. Нужно отвлечь Ройла, коснувшись того, что цепляет его больше всего.
– Амелия любила тебя, Ройл, – вру я уверенным голосом. – Я видела тому доказательства.
Его хватка на мгновение ослабевает. Он замирает, а потом резко разворачивает меня к себе лицом, хватая за плечи.
– Что ты сказала?
Этого должно быть достаточно.
____
– У меня НОВИНКА по миру барсийцев на фантастическом акке: Из-за моего дара барсиец похитил меня. Теперь мы с ним заперты на биомеханическом корабле, который считают потерянным. “Йера для барсийца” Нея Амос
Барсийцы не берут пленных. Барсийцы не обращают внимания на землянок. Барсийцы не смотрят так, будто готовы сожрать тебя одним взглядом.
Этот – смотрит.
Он вырвал меня из кресла пассажирского судна, закинул на плечо и уволок на борт легендарного «Тристана». Теперь мы вдвоем заперты в живом корабле, который явно что-то замыслил.
Он говорит, я нужна, чтобы починить корабль. Я говорю, что сначала ему нужно починить голову.
ЧИТАТЬ ПРЯМО СЕЙЧАС: https://litnet.com/shrt/TWKx
Глава 87
Дейр бросается вперед с такой скоростью, что воздух свистит в ушах. Я не вижу его движения. Только чувствую, как исчезают руки Ройла, а потом слышу треск ломающейся кости.
Его правая рука перехватывает запястье Ройла. Левая бьет по локтю – резко, точно, с хрустом, от которого у меня подкашиваются колени.
Кинжал летит в сторону и врезается в каменный пол с мерзким звоном.
Меня подхватывают чьи-то крепкие руки. Император?! Он утаскивает меня за линию солдат, загораживая собой.
Я удивленно смотрю на его затылок, а потом снова на схватку, которую могу наблюдать между солдат.
– В порядке? – вопрос императора звучит глухо, словно издалека.
Я не отвечаю, потому что не могу оторвать взгляд от центра собора – жуткое неуважение, но мне нет до этого никакого дела.
Солдаты расходятся, образуя круг. В центре два злейших врага – дядя и племянник. Или это палач и мститель?
Ройл выхватывает из-за пояса второй кинжал. Изогнутый и светящийся чем-то ядовито-зеленым. Наверняка смазанный ядом, ведь Ройл никогда не играет честно.
– Не надейся, что я умру легко, мальчик.
– Я и не надеюсь, – Дейр медленно снимает с пояса свой меч.
Черный клинок, который выглядит так, словно убил всех врагов империи. Я вижу отражение огней на его лезвии.
И два врага сходятся.
Первая атака – Ройл бьет снизу, а Дейр уходит, отбивает, контратакует ударом в плечо. Ройл едва успевает пригнуться, его парадный плащ летит на пол, разрезанный надвое.
– Быстро, – цедит Ройл, отступая на шаг.
– А ты что-то медлишь, – Дейр наступает.
– Ну ты же мой племяш, – вдруг говорит Ройл – Как я могу?
Движения Дейра словно танец смерти – выверенные и экономные. Каждое может нести критическое ранение, но он медлит после слов Ройла.
А дальше идет серия выпадов такой скорости, что я не успеваю понять, достает ли кто-то до другого. Клинки свистят в воздухе, высекая искры, и в полумраке собора это выглядит подобно звездопаду.
Ройл тяжело дышит, ведь возраст берет свое. Его движения со временем становятся рваными, и он пропускает удары, которых раньше избежал бы.
Но меня не покидает ощущение, что Дейр давно мог его убить, но не делает этого. Наносит травмы постепенно, медленно увеличивая урон, заставляя Ройла выдыхаться.
То, как Дейр дерется, заставляет меня замереть в восхищении. Сила, техника и опыт сошлись в нем, и всем здесь понятно, почему его называют Ходячей Смертью.
– Знаешь, – говорит Дейр, нанося ложный выпад в голову. Его голос звучит спокойно, почти буднично, словно он не в эпицентре битвы, а беседует за чашкой чая. – Мама говорила, что ты пытался ее поцеловать, на похоронах отца, а я был мелким и подумал, что это шутка.
Ройл замирает на миг, и этого достаточно.
Дейр бьет ногой по его ребрам с такой силой, что я слышу треск. Ройл выдыхает, сгибается, но не падает.
– А знаешь, что она сказала перед смертью? Что лучше умрет, чем позволит прикоснуться к себе такому, как ты, – повышает тон Дейр.
– Она заплатила за это! – Ройл бросается в бешеную атаку.
Удары сыплются злым и хаотичным градом, но почти ото всех Дейр уходит. Он экономит силы, а Ройл их теряет.
Я замечаю, как дрожит рука старика. Как он сжимает кинжал уже не так уверенно. Как его дыхание сбивается, превращается в хрип.
– Ты убил ее, – Дейр наносит удар, и клинок входит в правое плечо Ройла.
Ройл яростно кричит, и его рука повисает плетью. Однако в глазах старика вспыхивает безумие обреченного, и я понимаю, что он только этого и ждал.
– Ты жив, потому что ты мой сын, – шепчет невероятное Ройл и второй рукой резко бьет вперед.
Я вижу как клинок входит в грудь Дейра, и он застывает на долю секунды, опуская взгляд на рукоять, торчащую из его тела. Потом поднимает взгляд на Ройла, и на его лице шок смешанный с изумлением.
– Вреш-ш-шь! – рычит он.
– Дейр! – крик страха за любимого вырывается из моих легких.
И наши взгляды на секунду встречаются. Я поражена, что на лице Дейра нет ни следа боли или страха, только отрицание. Неужели, он настолько привык к ранам?
Ударом ноги Дейр отшвыривает от себя Ройла, и тот все-таки падает на спину.
– Ты... – Ройл хрипит, пятная кровью белый мрамор.
Собор, который должен был стать местом нашего счастья, превращается в поле боя.
Дейр подходит вплотную и его меч упирается в горло дяди.
– Ты умрешь, Ройл, но не от моей руки. И больше никогда не будешь врать.
Старик смотрит на него снизу вверх, и в его глазах чистое бешенство.
– Я утащу тебя с собой в могилу, сынок! – рычит он.
– Ты будешь жить достаточно долго, – Дейр наклоняется, его голос становится тише, но я слышу каждое слово, – чтобы увидеть, как твое имя вычеркивают из истории. Как сжигают твои награды. Как твое имя втоптывают в грязь, а дети на улицах делают из тебя злодея и побеждают тебя деревянными мечами снова и снова.
Ройл хочет плюнуть в лицо, в душу, в саму память о матери Дейра, но Дейр опережает – бьет рукоятью меча в лицо.
– Это тебе за отца, – Один удар и кровь течет из разбитого носа, заливая седые усы.
Второй удар:
– За маму.
Глаз Ройла заплывает, но он не кричит. Начинает безумно смеяться, отчего становится страшно.
Третий удар:
– За Эйви и ее семью, которую ты посмел тронуть.
Коленные чашечки Ройла хрустят от удара.
Я смотрю на рану Дейра, из которой сочится кровь, и вижу, что Дейр заносит меч для последнего удара.
Он будет смертельным – это понятно по огню в глазах.
Я уже не помню, как оказываюсь рядом с ним. Моя рука ложится на его локоть, и я заглядываю ему в глаза. Они полны такой бездонной боли, что, что у меня разрывается сердце.
– Не бери на себя такой грех, Дейр.
Я знаю, что он будет мучаться от этого. Ведь сам сказал, что хочет Ройлу другой смерти, не от своей руки. Не мгновенной, а мучительной.
Хотя, как по мне, чем скорее злодей испустит дух, тем легче будет дышаться.
Дейр не двигается. Его меч все еще нацелен в горло Ройла. Старик снова смеется, только уже хрипло. Он не может спрятать страх смерти во взгляде.
– Пусть правосудие сделает свое дело, Дейр, – Я обеспокоенно смотрю на порез в рубашке, куда был нанесен удар. -Ты воин, а не палач.
Дейру нужно срочно оказать помощь. Кто знает, что за зеленое вещество этот злодей намазал на нож.
Дейр смотрит на мои седые волосы, которые, должно быть, порядком растрепались. На шею, на которой, должно быть, осталась тонкая красная полоса. И в мои глаза, в которых, наверное, сейчас отражается вся моя любовь и переживания за него.
– Ты права, – его голос звучит негромко, но твердо.
Дейр опускает меч, и у меня вырывается вздох облегчения. За алтарем открываются огромные двери – самый кратчайший путь на улицу. Место, где уже ждет магическая клетка для Ройла, приготовленная императором.
Когда стражники уволакивают Ройла, он вдруг перестает смеяться. Поворачивает голову, насколько позволяют раны, и смотрит на меня.
– Зря ты остановила его меч, девочка, – его голос звучит ужасающе ласково. – Я все равно заберу его с собой.
– Заткнись! – кричу я.
Но Ройл не замолкает.
– Знаешь, Амелия тоже думала, что сможет всех спасти. Тоже верила в любовь. А потом смотрела, как ее близкие умирают у нее на руках.
Я чувствую, как холод разливается по венам. Какой же он жестокий! У меня создается ощущение, что он оставил Дейра в живых, когда тот был совсем мальчиком, только для того, чтобы смотреть на его мучения.
Ройла вытаскивают через открытые двери, швыряют в клетку и закрывают.
– Чтоб тебя поразило молнией! – в сердцах кричу я, чувствуя боль Дейра, как свою.
И тут ясное небо пронизывает вспышка. Раздается такой хлопок, что все присутствующие вздрагивают или подпрыгивают.
Что это было?
Дейр обнимает меня, прижимает к себе. Я обеспокоенно заглядываю в его лицо, слежу за его взглядом и вижу клетку Ройла, по которой словно бегает молния. А внутри нее почерневшее тело самого отвратительного человека, которого я когда-либо знала.
Хоть когда-то небеса оказались справедливы!
Я прижимаюсь к Дейру и чувствую щекой мокроту. На черном плохо видно кровь, но она промочила грудь моего истинного.
Дейр не отрывает взгляда от клетки и словно не понимает, что ранен.
– Тебе нужен лекарь! Там еще непонятно что было на клинке.
Император поднимает двумя пальцами за рукоять смазанный зеленым клинок Ройла и отдает приказ:
– Срочно распознать вещество и создать противоядие!
И клинок тут же забирает один из солдат.
Дейр не обращает внимание на свою рану. Отпускает меня из объятий, наклоняется, берет плащ своего поверженного врага и молча вытирает кровь со своего кинжала. Скованно кланяется императору, а потом поворачивается ко мне.
– Ты в порядке? – спрашивает он меня так, словно у него немеет язык.
Я вижу, как его зрачки расширяются, а из руки падает плащ.
– Дейр! – кричу я. – Кто-нибудь! Лекаря! Срочно! Внезапно тыльная сторона моей правой руки начинает гореть. Я смотрю на метку истинности, и она пульсирует золотым светом в такт с сердцем Дейра, которое я сейчас чувствую даже на расстоянии.
Я обнимаю его, а он словно стоит на одной силе духа. А потом падает назад, будто даже в такой ситуации беспокоится о том, чтобы меня не раздавить.
Его подхватывают двое солдат, кладут на пол. Глаза Дейра медленно закрываются. Из толпы вырывается мама – бледная, с решительно сжатыми губами. Она падает на колени рядом со мной и молча начинает разрывать свою нижнюю юбку на полосы.
– Держи, – говорит она, протягивая мне ткань, и я впервые вижу в ее глазах не страх, а решимость.
Руни подбегает с кувшином:
– Вода из источника. Может, поможет?
Папа стоит как вкопанный, но его рука сжимает эфес меча – он готов защищать.
А император смотрит на меня с новым выражением, словно мы одна семья, переживающая за одного из членов.
Я смотрю на Дейра, лежащего с закрытыми глазами, с мокрым пятном, расползающимся по черной рубашке.
На его губах застыла та самая улыбка, от которой у меня подкашиваются колени.
– Ты не умрешь, – шепчу я, касаясь его щеки дрожащей рукой. – Я не позволю.
Метка все еще пульсирует на тыльной стороне руки.
И в тишине собора, где еще пахнет кровью и цветами, где император сжимает скипетр так, что трещит древко, где мама молча рвет свою юбку на бинты, где папа готов убить любого, кто приблизится...
Я клянусь себе:
– Даже если для этого придется вернуться в прошлое еще раз.
Я чувствую рядом с собой движением. Поворачиваю голову и вижу Корни. Он бледный, но напряженный, словно от его поступка зависит судьба мира.
Метка начинает едва мерцать, и я чувствую, что душа Дейра готова покинуть тело.
Неожиданно Корни сбивчиво начинает шептать мне на ухо:
– Госпожа предсказательница, вы можете спасти его. Приложите метку к ране и загадайте одно из двух – либо вернуть нашего главу, либо вернуться в прошлое до появления метки истинности. Она сработает только один раз.
Откуда он знает?
Впрочем, мне не нужно повторять дважды.
Глава 88
Я подношу правую руку к ране Дейра. Метка на тыльной стороне ладони пульсирует золотым светом, отдаваясь теплом в каждой клетке моего тела. Она словно живая, словно дышит в такт с его угасающим сердцем.
Я прижимаю ладонь к его груди. Хоть бы успеть!
– Я выбираю тебя, – шепчу я. – Здесь и сейчас. Я не хочу возвращаться в прошлое. Я хочу быть с тобой в этой жизни и в этой реальности.
Метка вспыхивает ослепительным светом. Он заливает все вокруг: каменный пол собора, витражи на окнах, лица застывших в ожидании людей.
Я чувствую, как тепло разливается от моей ладони, проникает сквозь кожу Дейра, входит в наши тела.
Мир замирает на один долгий миг, в котором нет места даже дыханию. А потом все снова оживает.
Краска жизни возвращается к лицу моего истинного, а его грудь резко поднимается. Пальцы, безжизненно лежавшие на каменном полу, дергаются.
– Дейр, – зову я, не решаясь поверить в чудо, которое сама же и сотворила. – Дейр, слышишь меня?
Он медленно открывает глаза. Щурится, словно не понимает, где находится, а потом его взгляд фокусирует на мне.
Уголки губ растягиваются в улыбке.
– Эйви... – его голос хриплый, словно он долго спал. – Ты в порядке?
Я смеюсь сквозь слезы, которые ручьем текут по лицу.
– Я-то в порядке. А ты? Как ты?
– Лучше всех, – говорит он, прикрывая на миг глаза, а потом резко распахивает их и садится. – Где Ройл?
– Его ударила молния.
Дейр кладет руку на место ранения, и на ладони остается красный след. Но в прорезь рубахи от кинжала видна лишь здоровая кожа.
Император делает шаг вперед, заслоняя нас от толпы взволнованных гостей. Мама зачем-то протягивает мне платок, и я передаю его Дейру.
Вряд ли его, конечно, сейчас волнует чистота рук, но он берет протянутую мной мещь.
– Что произошло? Я же был ранен, – Дейр смотрт на меня, а я опускаю взгляд на метку на своей руке.
Точнее, на то место, где должна была быть метка.
Дейр тут же хватает мою руку, а по толпе проносится шепот.
– Где она? Куда исчезла метка истинности? – Дейр, держа мою руку, переворачивает свою руку тыльной стороной вверх.
На ней тоже нет метки.
Значит, вот какова цена спасения – наша парность. Но я не жалею ни о чем.
Я поворачиваюсь с Корни, который сидит рядом на коленях и смотрит на главу с облегчением.
– Корни сказал, что метка может спасти тебя. Она дает выбор – вернуться в прошлое или остаться здесь и спасти тебя.
Дейр вопросительно смотрит на Корни, а тот пожимает плечами:
– Если бы Эйви вернулась в прошлое, метка бы вновь появилась.
– Но ты же сказал, что ей можно воспользоваться только один раз.
– Так и есть. Больше бы ты не смогла его спасти.
– Откуда ты все это знаешь?
Корни растерянно чешет затылок:
– Я много читаю.
И тут меня осеняет догадка. Я наклоняюсь к Корни и тихо спрашиваю:
– А ты, случайно, еще не пишешь?
Глаза парня становятся шире.
– Эм… да так… балуюсь иногда, – бормочет он. – Мне пора!
Я ловлю его за штанину, а он смотрит на меня и качает головой, будто умоляет не раскрывать его секрет. И я разжимаю пальцы, отпуская возможного создателя истории “Путешествие Ланиэля”.
И что-то мне подсказывает, что в том самом последнем томе, купленном с аукциона за баснословные деньги, Корни и описал этот способ спасения через метку. А Дейр применил, вернув нас в прошлое, но сам потерял все воспоминания.
Я ловлю на себе внимательный взгляд Дейра и ободряюще улыбаюсь. А он сгребает меня в объятия и шепчет на ухо:
– Если думаешь, что исчезновение метки изменит наши свадебные планы, то сильно ошибаешься.
Я сжимаю его в ответ крепко-крепко и шепчу:
– Не отпущу, даже если сам захочешь. Слишком дорогую цену нам с тобой пришлось заплатить, чтобы быть вместе.
– Плевать на метку, – Дейр зарывается носом в мою шею, и мама охает и отворачивается от подобной вольности.
– Плевать, – подтверждаю я.
Дейр мягко отпускает меня и берет мою руку, подносит к губам. Целует тыльную сторону ладони в место, где была метка.
Сзади раздается покашливание. Император стоит, сложив руки на груди, и на его лице сияет улыбка.
– Будем продолжать церемонию? – с задором спрашивает он.
Дейр так резко поднимается на ноги и тянет меня следом, что по толпе проносится ропот одобрения.
Я смеюсь, и в этом смехе растворяется последняя тяжесть прошедшего. Родители живы, Руни стоит неподалеку, а меня за руку держит самый лучший мужчина моей жизни. Точнее, всех моих жизней – прошлой и настоящей.
Дейр сжимает мою руку так крепко, словно боится, что я испарюсь.
– Продолжим, – обращается он к императору.
Обряд продолжается, но я не слышу слов, не помню, как повторяю клятву. Я смотрю на своего любимого и улыбаюсь, потому что я изменила свою судьбу.
Священник умолкает. Последние слова брачного обряда повисают в воздухе, и собор затихает на одну долгую секунду.
Дейр крепко сжимает мои пальцы и поворачивается ко мне. Его взгляд полон тепла, любви и обещаний счастливой жизни.
– Объявляю вас мужем и женой, – голос священника звучит торжественно и чуть дрожит от волнения. – Те, кого соединила сама судьба, да пребудут в любви и согласии до конца своих дней… Ой…
Он запинается, потому что это слова для истинных, к коим мы теперь не относимся, но император важно кивает.
Дейр наклоняется ко мне, и я вижу, как в его глазах пляшут золотые искры. Я видела их, когда он первый раз снял маску. Только тогда я думала, что это Ред.
Его губы касаются моих, и на одну секунду я слышу, как собор взрывается аплодисментами. Где-то справа мама всхлипывает и тут же начинает смеяться сквозь слезы. Руни хлопает в ладоши так громко, что звук разносится под сводами.
Император, стоящий рядом, одобрительно кивает и хлопает Дейра по плечу, как только тот отстраняется от меня.
Я опускаю взгляд на свою руку. Там, где ещё недавно светилась золотая вязь, сейчас лишь чистая кожа. Никаких узоров, никакой магии. Метка исчезла навсегда.
– Я не жалею,– шепчу я, и Дейр слышит.
Он подносит мою руку к губам и целует тыльную сторону ладони, туда, где раньше была метка. Его губы горячие, и я чувствую этот поцелуй каждой клеточкой. Каждым воспоминанием о том, что было и чего больше не будет.
– Я тоже не жалею, – отвечает он так, чтобы слышала только я. – Мне не нужна магия, чтобы знать, что ты моя, а я – твой.
На моих глазах тут же собираются слезы, и я часто-часто моргаю, чтобы не расплакаться.
Из толпы доносится чей-то возглас:
– Ура!
Я узнаю голос Корни. Он стоит в первом ряду рядом с Руни, и его глаза блестят от счастья. Я все еще помню наш разговор в старом подвале, помню, как он шептал мне слова спасения, и благодарность снова поднимается в груди теплой волной.
Дейр разворачивает меня к себе и целует меня снова так страстно, словно мы наедине в спальне. Долго, дерзко и глубоко, не обращая внимания на одобрительные крики.
Кажется, после случившегося нам простительна любая вольность. Мы ее заслужили. Выстрадали. Вымолили.
Его пальцы зарываются в мои волосы, и я слышу, как мама приглушенно охает где-то справа, а папа неловко кашляет, но никто не прерывает нас. Даже император терпеливо ждет, понимая, что этот миг только наш.
____
____
Дорогие читатели!
Приглашаю вас в горячую, захватывающую новинку “Неправильная суженая космических охотников”
🔥остро. горячо. соблазнение героини🔥
Я очнулась на космическом корабле с серебристыми линиями на коже и чужеродной энергией в крови. Теперь я – райфис, землянка, принявшая дар планеты Лиаф. И я не одна. На борту еще четырнадцать спасенных девушек.
Но это было спасением не ради блага. За похищением стоят женщины звездной системы Адарон, ненавидящих райфис. Их план: часть девушек продать на закрытом аукционе, остальных – отдать на опыты. Я – альви, подходящая в жены всем пяти видам рас Адарона, и носитель активного дара. Идеальный товар.
Мой единственный союзник на корабле – искусственный интеллект Лира. И с ее помощью я позвала на помощь единственного, кто может нас спасти. Александра – молодого правителя, и единственного мужчину райфис во всем Адароне.
ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ ТУТ: https://litnet.com/shrt/I4uW
Эпилог
Шесть месяцев спустя
Осенний ветерок забирается мне под юбку, стоит только выйти на порог восстановленного поместья Шорилов. Этот дом очень изменился. Сад заполнили пушистые гортензии и яркие астры, а молодые плодовые деревья через несколько лет будут радовать своими плодами.
– Госпожа, куда поставить вазу с аукциона? – спрашивает слуга, бережно снимая деревянный короб с тележки.
– Несите в гостинную в правом крыле. Я сама найду ей там лучшее место, – я показываю в нужном направлении.
А потом иду следом по коридору, на стенах которого висят портреты членов нашей семьи – моей и Дейра.
Мой муж встречает меня на полпути, с улыбкой смотрит на короб, который проносит слуга. На его лице мелькает узнавание:
– Где ты нашла любимую мамину вазу? Я думал, Ройл ее разбил.
– Урвала с аукциона Берли! Старый господин Отис соревновался со мной в ставках так, словно от этого зависела его жизнь.
– Да? И что же заставило одного из богатейших людей города все-таки тебе уступить? С его состоянием он мог торговаться вечность.
– Он узнал, что я жена Ходячей Смерти, – хитро улыбаюсь я.
Другой слуга проносит мимо большую деревянную шкатулку:
– Это же отцовский! Где ты его откопала?
– Не совсем отцовский. Воссозданный рукой мастера по эскизу, который я нашла в библиотеке.
Дейр замирает и смотрит на меня с такой нежностью, что я понимаю – усилия стоили того. Для него важно вернуть прошлое, которое растерзал Ройл. А мне приятно создать для нас дом, где нам двоим будет хорошо. Точнее, троим.
Рука Дейра ложится на мой живот, он наклоняется и целует меня в губы так, что звук шагов очередного слуги за спиной стихает.
