Текст книги "Куба. Родина или смерть. Cuba. Patria o мuerte (СИ)"

Автор книги: Наталия Климова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)

Глава 24 Романтика

Они поднимались всё выше, и небо становилось всё ближе. Климат здесь был особенно влажным, почти всё время моросил дождь. По всей дороге стояли в дозоре воины, которые отправляли звуковой сигнал, опережая приближающихся. Дальше племя встречал уже другой дозор. Было решено, что сообщение с прибрежной деревней будет постоянным, и вместе они придумали сигнальный свист, который напоминал язык канарских гуачей. Индейцам очень нравилась эта задумка, и они быстро разработали систему сигналов, которые передавались вверх и вниз. На ночь племя устроилось в удобной сухой пещере, которую заранее подготовили для ночлега. Там были матрасы, набитые волокном хлопкового дерева, и их первые новые тканые хлопковые одеяла, где-то наверху, в другой пещере их дожидались другие одеяла, сшитые уже из меха, который они Выменяли на встрече вождей. Сидя у костра, Валя задумчиво смотрела в ночь. Где-то кричала сова, небо разрезали летучие мыши. Эта какофония отличалась от привычных звуков и запахов прибрежных джунглей. Рядом сидел Уама и тоже задумчиво вглядывался в ночь.

– Уама, у тебя есть сомнения? Мы меняем историю и саму жизнь племени. В горах будет холоднее и совсем другой климат, люди могут болеть, это непривычно.

– Я об этом думал. На подветренной стороне горы, по другую сторону от моря, климат более сухой и здоровый. Да, не так жарко, но для будущего народа это лучше. Тебе должно понравиться в долине.

Воспользовавшись тем, что они одни, Валя решила спросить своего вождя о том, что ее волновало:

– Скажи, тебе вообще не интересно, что было после твоей гибели?

– Я ничего не помню из своей жизни, воспоминания обрывочные и, наверное, профессиональные. Думаю, я что-то строил. Всё, что я помню хорошо, это афганское племя, в котором очнулся. Я даже не знаю своего имени. Тот мир мне чужд, я мало что помню.

– Но ведь ты помнишь историю, географию и всё, что тебе помогает?

– Помню, каждый раз это как листать страницы книги…

– А семью ты помнишь?

– Нет.

А Валю не оставляло желание найти те самые изображения мужских ладоней, которые так поразили ее в прошлой жизни, не скажешь же Касику, что там она нашла знак из своего прошлого.

– Скажи, а ты бывал в пещере, где находится идол Гран-Семи? Я была в ней. В моё время идол был распилен на части и вывезен в Америку. Это такая горячая пещера с первобытными рисунками на стенах.

Уама задумался, современное название ничего ему не сказало...

– Я проходил там инициацию. Это священное место для таино. Зачем тебе туда? Это далеко.

– Правительство Кубы до сих пор добивается возвращения идола. Многое из того, что тогда нашли американцы, исчезло. Мне хочется это увидеть.

– У тебя для этого вся жизнь впереди. Сходим туда вместе, когда мне нужно будет там говорить с духами.

Следующая ночь была уже на перевале. Горная ночная прохлада поразила индейцев, привыкших к влажному теплу. Небо простиралось так низко, что казалось, оно здесь соединяется с горами. Хотелось протянуть руку и дотронуться до мерцающих звёзд – так это близко.

Спустя два дня они достигли своего нового дома. Тут всё было другое: и климат, и ландшафт. Во всей красе перед ними лежала их долина, шумела река, звенели сосны. Как обещал им их вождь, дождь испарился, и сияло солнце.

Уама объяснял Валентине: – Смотри: влажный тёплый воздух поднимается от глади океана, но путь ему преграждают горы, и вода изливается на эту сторону гор. Воздух, который достигает вершин, более прохладный, и он, наоборот, обогревается, опускаясь в долину.

– Сезон дождей всё равно будет ужасным?

– Да, всё размокнет, тропа превратится в ручей, но когда-нибудь мы построим дорогу, опоясывающую горы. Я уже думаю о дорожном покрытии.

– Ты серьёзно? Это возможно? В сезон дождей мы будем почти отрезаны, а это долго.

– Инки строили свои дороги в похожих условиях. Это действительно возможно – создать свой бетон...

– А вообще, я хотел тебя попросить.

Валя вопросительно приподняла бровь...

– Спрашивай...

– Меня терзают мысли о железе. Без железа нет развития. Как переработать метеоритное железо, я знаю, даже как получить его из руды, представляю, но не знаю, где взять железо. Ты ведь ездила по Кубе, может, что-то помнишь? Это было бы чудо, если бы мы нашли руду.

Валя рассмеялась: «Ах, как романтично! Поговорим о каучуке и бетоне? Тебе повезло. Я точно помню, что в провинции Ольгин, в Моа, есть никелевый рудник».

Уама был в восторге: «Никель – это замечательно! Но где Моа?»

– А давай взглянем на нашу карту, – предложила Валя. – Это где-то совсем рядом, на востоке. Нам повезло. Правда, наша карта не охватывает тот участок. Но знаешь, что я помню. Мы ехали через Ольгин в Баракоа, была неплохая дорога, Хосе тогда сказал: «Вон там, совсем близко от берега, добывают никель».

Как же это романтично – никель и руда, всё для феминисток, о чём ещё поговорить с молодым мужчиной?

В долине закипела работа: люди разбивали поля для будущих посадок, строили новое мельничное колесо, готовили участки для новых построек. Они даже возвели запруду, чтобы содержать в ней рыбу про запас. Скучать было некогда.

Жизнь на новом месте потихоньку налаживалась, было переделано много работы. Внимательно обследовали все окрестности, нашли много полезных растений и посадили все семена, которые принесли со старых полей. Что и как здесь будет расти, нужно было ещё разобраться. Многое пока приносили на себе из старой деревни; каждый день туда и обратно шагал небольшой отряд. Мельничное колесо заработало, устроили несколько навесов, где измельчали камень и зерно. На берегу реки нашлась хорошая глина, пригодная для керамики. Одну из больших пещер приспособили для мастерских.

В один из тихих вечеров, после суматошного дня, Уама посадил Валю около костра, вручил ей тяжелую керамическую кружку с травяным чаем и сказал: «Нам нужно поговорить».

Валя улыбнулась. Вождь был таким взволнованным, если бы она не знала его несколько месяцев и они не были в средневековье, она бы подумала, что он собирается сделать ей предложение и у него где-то рядом спрятан букет.

– Слушаю вас очень внимательно, ваше величество.

Уама смутился.

– Это серьёзно. Вождь Локота хочет взять тебя в жёны.

Глава 25 Пакахонтес, две души

Валя закрыла ладонями лицо и расхохоталась.

– Он передал эту весть через Ди.

– А ты? Ты хочешь отдать меня в другое племя?

Уама покачал головой.

Она глубоко вдохнула, зажмурилась и, словно шагнув в пропасть, произнесла:

– Я, женщина, вышедшая из воды, хочу взять тебя своим первым мужем.

Валя осторожно приоткрыла глаза и посмотрела на своего вождя. Уама тоже смотрел на неё неотрывно.

– Ты знаешь, что ты чокнутая? Второго мужа не будет...

– Второй жены тоже не будет.

Валя прищурилась и с издевкой поинтересовалась:

– Второй жены тоже не будет. А если бы я согласилась? Что бы ты тогда делал?

– Я убил бы его на охоте, нечаянно.

– Как некультурно. Ты же цивилизованный человек! Но нам действительно нужно поговорить. Я не буду уступчивой покорной «Покахонтас».

– Прости, кем ты не будешь? – переспросил Уама.

Валя вздохнула. Она всё время забывала, что между ними ее долгая одинокая жизнь. Это история, кинофильмы, книги, музыка, сленг.

– Ты погиб при СССР, а я жила ещё 35 лет. В 91-м году Советский Союз распался, все республики стали отдельными странами, наступил капитализм. Покахонтас – это индейская принцесса из диснеевского американского мультфильма.

– Удивительно. Ты рассказывай мне иногда о тех 35 годах. Наверное, я бы всё-таки хотел знать, как ты жила.

Валя была очень даже не против, иногда ее прямо разрывало от желания рассказать что-то, но она думала, это не нужно ее вождю.

– Хорошо. А скажи, у нашего племени будут проблемы в связи с тем, что тот вождь останется без жены? Если он молодой и красивый, может, я ещё передумаю.

Уама улыбнулся:

– Не передумаешь, он старый двоеженец. Я думал позвать тебя в жены, но он меня опередил. Кстати, шаман будет очень доволен, он мне уже давно предложил взять тебя в жёны.

Вождь оказался романтиком, он дарил цветы и фрукты, водил на свидания в места с завораживающими видами и вообще был милым до безобразия. Валя недоумевала, а что, так можно было? Стоило только появиться жениху, и вот на тебе – откуда что взялось.

Они много разговаривали, между ними вдруг исчезла стена недоговоренностей и недомолвок. Но одна всё-таки оставалась, Вале нужно рассказать о тех загадочных знаках. Между ними буквально летали искры. Бывало ли такое между обычными индейцами, Валя не знала. Шаман посмотрел на это всё и решил поговорить с ними обоими, он привел их на вершину горы, откуда открывался вид на долину, и, посадив их рядом, уселся и замолчал. Они так сидели долго и молчали, он тоже молчал, до тех пор пока вождь не выдержал и спросил:

– Беике, ты хочешь что-то нам сказать?

Шаман нахмурился:

– А разве не вы мне должны что-то сказать?

Тогда Валентина решила всё взять в свои женские руки, потому что очень запуталось, и совсем непонятно, что в таких случаях делают индейцы.

– Беике, я хочу взять вождя Уаму в мужья.

Шаман лукаво улыбнулся, его страшно веселила вся эта история:

– Не переживай, если он откажется, я найду тебе другого мужа.

– Беике, я согласен стать мужем женщины, вышедшей из вод, – сразу же заявил вождь.

Старик вздохнул с облегчением: ну наконец-то, как дети малые! Но! Тут же добавил драмы, чтоб жизнь медом не казалась...

– Не забывайте, у женщины, пришедшей из вод, есть только один родственник – плачущий индеец. Нам нужно спросить его. Согласен ли он отдать сестру в жены.

Они переглянулись – нужно идти в старую деревню... Шаман кивнул и объявил своё решение:

– Я иду в прибрежную деревню говорить с плачущим индейцем, женщина, вышедшая из вод, идет со мной.

И они пошли. Шагать с Беике вниз было увлекательно; он часто останавливался, прикладывал руку к стволам деревьев и скалам. Его диалог с природой и духами никогда не прекращался. Шаман рассказывал обо всём вокруг.

Уама недаром хвалил шамана Беике, общение с ним оказалось невероятно познавательным. За эти два дня Валя узнала о самих таино больше, чем за все последние месяцы. В племени она всегда была в гуще событий: что-то решала, чертила, учила, делала, вспоминала. Всегда рядом толкалась кучка смешливых девушек и детишек. Сейчас они были вдвоем с шаманом, неспешно спускаясь с гор и говорили о душе.

Индейцы считали, что у людей есть душа. Человеческий дух – грешник, который за свои преступления послан в тело человека, как в тюрьму. После смерти душа отправляется в путешествие туда, где живут духи умерших предков; её ждут и встречают. Они верили в реинкарнацию и возможность неоднократного рождения в разных телах. Душа умершего человека может переселяться в насекомых, птиц или даже в деревья и скалы.

 Люди бывают пяти видов (гендеров): мужчина, женщина, мужчина с двумя душами, женщина с двумя душами и трансгендер. Каков из себя трансгендер, было непонятно. Потом Беике улыбнулся и сказал, что средний – это плачущий индеец. Валя аж подпрыгнула и попросила этого Пако не говорить.

 Разговоры о реинкарнации разволновали их обоих. Беике рассказал, что его жена переселилась в попугая, который жил очень долго около его хижины и повторял его слова. Он считал, что его внучка Ди и он сам имеют по две души, а собака Ди, которую она зовёт Плу, имеет душу её отца. Затем он посмотрел на Валю и спросил:

 – Как думаешь, у кого ещё в племени две души?

 Валя задумалась: можно ли что-то рассказать шаману? С другой стороны, он умен и явно на её стороне, и, возможно, не будет более благоприятного момента, чем сейчас.

 – Беике, я должна тебе признаться, у меня две души, и одна из них старая-старая.

 Шаман удовлетворенно кивнул:

 – Я знаю, девочка. У тебя взрослая, сильная, мудрая душа. Духи прислали тебя для того, чтобы ты вдохнула новую жизнь в мой народ. Сначала они прислали мальчика Уаму, а теперь тебя. Духи переплели ваши жизненные пути. Ты так ничего и не вспомнила?

 Валя отрицательно покачала головой:

– Пусто...

Они переночевали в пещере на половине спуска, индейцы, стоящие на своих постах, передавали деревенские новости, всё было спокойно. Под песню джунглей и вечный дождь так хорошо спалось, утром они вышли к тропе, которую Валя называла дорогой колибри, и к вечеру уже подходили к деревне. Еще за час до того, как показалась деревня, к ним прибежал огромный лохматый Плу, он радостно скакал вокруг Беике.

– Дед! – подбежала Ди.

Глава 26 Бетон

Ознакомительная информация.

Бетон – это строительный материал, который был известен издревне.

Современный бетон состоит из цемента, который является основным связующим веществом, и заполнителя, который может быть крупным или мелким. Также в состав бетона могут входить специальные добавки.

При смешивании с водой цемент вступает в химическую реакцию и образует прочную связь между частицами заполнителя, создавая монолитную структуру.

В древние времена состав бетонной смеси был иным.

Неизвестно, кто и когда впервые использовал бетон. Самая ранняя находка, обнаруженная археологами, – это бетонный пол толщиной 25 см, который был найден в посёлке Лепенски Вир в Сербии. Эту находку относят к 5600 году до нашей эры. В состав бетона, который использовался в то время, входили местные известковые породы и гравий.

По-настоящему бетон оценили древние римляне. Они использовали его повсеместно в строительстве зданий, акведуков, мостов и терм.

Вместо современного цемента в составе римского бетона использовался пуццолан. Это был пылевидный материал, состоящий из вулканического пепла, пемзы и туфа. Пуццолан в изобилии добывался на склонах Везувия.

Римский бетон был настолько прочным, что многие строения сохранились до наших дней, а некоторые даже успешно функционируют и сегодня.

Самый известный пример – Римский Пантеон, Храм всех богов. Несмотря на то, что Пантеон был построен во II веке нашей эры, его купол до сих пор остаётся самым большим неармированным бетонным куполом в мире. Вес купола составляет около 5 тысяч тонн. Само здание представляет собой ротонду, высота которой почти равна диаметру и составляет 42 метра.

Ввиду больших размеров здания, необходимо было минимизировать нагрузку на стены, чтобы конструкция не обрушилась под собственным весом. Для облегчения конструкции древние строители добавляли в бетон лёгкие материалы, такие как туф и пемза.

Толщина бетонного слоя у основания Пантеона составляет шесть метров, а в верхней части – всего полтора метра. Самым уязвимым местом с точки зрения инженерных расчётов является центральная часть купола. Здесь было применено оригинальное решение – отверстие диаметром девять метров, которое получило название «Око Пантеона».

Но важен и процесс создания бетона.

Исследования учёных из Массачусетского технологического института, Гарвардского университета и лабораторий Италии и Швейцарии показали, что римский бетон может восстанавливаться сам. Это происходит благодаря тому, что смесь готовили «горячим методом» с добавлением негашёной извести. В результате в бетоне есть активный источник кальция, и трещины, в которые попадает вода, заполняются карбонатом кальция.

Раньше считалось, что белые частицы негашёной извести – это результат плохого смешивания. Это объясняет, почему древнеримские сооружения были такими прочными.

Состав бетона и способ его изготовления могут меняться в зависимости от цели. Это, пожалуй, самое удивительное свойство материала, которое сделало его таким популярным.

Но после падения Римской империи масштабное строительство монументальных сооружений прекратилось. Средневековые замки строились из камня, и о бетоне забыли на долгое время.

История этого строительного материала не закончилась, он возродился, и сейчас невозможно себе представить улицы современных городов без бетона.

Глава 27 Пакт Рериха

Пако остался в старой деревне, он вполне уже освоился, запомнил пару слов из словаря таино, а после праздников чувствовал себя вполне уверенно. Его пощадили и не сказали, что прозвище «Плачущий» останется с ним до конца его дней. Верный своей жизненной позиции, он начал «окучивать» женщин. Вот только незадача, над ним нависла угроза женитьбы. Ему приглянулись сразу три девушки, и всё бы было хорошо, но ему объяснили, что придется как-то вкладываться, что-то добывать или делать… Просто петь и танцевать для личного счастья недостаточно. Потому как в суровой индейской жизни культура не прокормит.

Плачущий индеец пришел к вождю и попытался как-то обосновать свой статус, чтоб руководить и побольше благ, но было всё время не до него, и, главное, власть находилась только в одних руках. Он попытался взывать к Вале, но она его даже не поняла, у нее было планов громадье, она могла только озаботить новой работой, поэтому он решил остаться, чтоб не тащиться куда-то там и поменьше напрягаться. У Пако не было никаких умений и способностей делать что-то руками, пришлось учиться всему, иногда он ходил в дозор в прибрежный лес. Удивительно, но, уходя в горы, руководить деревней касик оставил Ди.

Пако очень надеялся, что сможет повлиять на Ди и даже очаровать ее своей харизмой, но не тут-то было. Девушка словно видела его насквозь и предупреждала все его манипуляции, прежде, до переселения в горы, она была с ним милой, как ему показалось, помогала ему во всем, решала его вопросы и отзывалась на все его просьбы. Когда он попытался в очередной раз добиться ее благосклонности и намекнул на блаженство… Она расхохоталась и произнесла имена девушек, которых он пытался также очаровать… Она ткнула пальцем в его грудь и назвала их имена: «Вайяна, Айлин, Морей?»

Пако оказался в довольно нелепой ситуации, когда его попытки очаровать Ди обернулись против него самого. Он ожидал, что его харизма и обаяние помогут ему завоевать ее сердце, но вместо этого столкнулся с ее твердостью и недоверием, это неприятно удивило его. Ди помнила о его предыдущих попытках завоевать других девушек, его вранье и желании жить за их счет.

Ее смех и упоминание имен Вайяны, Айлин и Морей стали для Пако холодным душем. Это подорвало его уверенность в себе, он задумался о том, как его видят окружающие его индейцы, а ведь он всегда считал их примитивными дикарями.

Пако был в недоумении: почему в деревне осталась управлять делами девушка, а его, белого образованного мужчину, низвели до уровня обычного индейца?

Испытывал вполне объяснимое чувство растерянности. Как образованный человек, он столкнулся с тем, что его статус в деревне оказался низким. То, что он считал своими преимуществами – образование, происхождение и обаяние, – оказались не значительными.

Как там Валентина говорила в их первый день на берегу?

– Индейцы не читают книг и не знают о пакте Рериха...

Вот только еще они не знают танго, Хулио Иглесиаса и «Битлз»… и всех благ цивилизации.

Ди было смешно смотреть на потуги Пако, его интересовал только он сам, его тело и его потребности, всё вокруг было создано для решения его проблем. Быть его подарком от духов и его волшебного камня, о котором он сочинял сказки, она не хотела. Она знала, что хочет мужчину, сильного духом, как дед или их вождь. Когда-то духи сказали Ди, что сердце и, главное, душа касика занята навсегда. А она была умной девушкой и никогда не стала бы биться головой о твердый камень.

Перед тем как уйти в горы, шаман сказал своей внучке: «Смотри внутрь себя, твоя сила теперь в твоих руках, ты нужна племени». Уама оставил ей чёткий план действий, который Дакота вырезала на её любимом дереве, как это когда-то делал вождь.

Самыми важными задачами были:

Охранять оставшихся людей племени от болезней, особенно стариков и детей, именно они большей частью и остались.

Беречь посаженные растения.

Следить за их маленьким производством.

И, конечно, наблюдать за берегом моря.

Пако не мог найти себе места. Его душа металась, как и он сам. К встрече вождей он едва успокоился. Тогда он сочинил мрачную страшную сказку о гибели королевы Анакаоны, проникшись ужасом тех событий.

Туристы рассказывали ему, что в Доминикане есть парк таино, где проходит представление, которое повергает всех зрителей в ужас и заражает ненавистью к испанцам, тут было то же самое. Но после того как эмоции схлынули, Пако опять погрузился в мутную меланхолию.

Племя ушло в горы, и Валя – единственный человек, который связывал его с прошлым, тоже ушла. Девчонка Ди командует теперь в деревне. Девушки, которых он хотел вовлечь в свои планы, не прониклись его харизмой: они не приносят ему фрукты, не вяжут рубашку, не устраивают его ночлег и не греют постель.

Сколько он себя помнил, о нём заботились женщины. Несколько встреч, разговоры о поэзии и его телеграм-канале, эзотерика, йога, монгольский буддизм, рассказ о книге, которую он якобы пишет, и контракте на неё в мексиканском издательстве, его якобы диссертация …

Женщина замечает, как он голоден, как ему холодно и как он одинок, погружается в туман его магического мистического соблазнения. Она сама купит ему дорогое термобелье, черную рубаху, любимые яблоки, бритвенный станок, оплатит аренду его квартиры, отведет в театр . Всё это было в его прошлой жизни, но как жить в этой индейской дикости?

Никому не нужны индейцы на Кубе и в Америке не нужны… Нигде не нужны! Угораздило же его схватиться за тот камень и за ту старую тетку. Пако уже не мог представить Валентину и ту пожилую женщину из метро одним человеком. Иногда он подумывал о том, чтобы уйти в горы и быть ближе к ней, но каждый раз вспоминал, как суетлива её жизнь. Нет, он не хотел участвовать в этом всем.

В прибрежную деревню вновь вернулся хаос, его принесла Валя. Нарушился привычный ритм жизни, всё закрутилось вокруг неё, как это было всегда. Пако, наблюдая за этой суматохой, с нетерпением ждал, когда она освободится и сама к нему придёт. Он считал, что женщина должна сама проявить интерес к его жизни, а не ждать напоминаний.

В голове белого образованного мужчины зародился план… Уама находится далеко в горах, а здесь, в прибрежной деревне, женщина-вождь может стать вождём, рядом с ней и он сам станет вождём. Эта мысль казалась ему замечательной. А потом он возьмёт ещё несколько жён, и их жизнь станет совсем счастливой.

Вечером пришли шаман и Валентина. Пако почувствовал какое-то волнение, что-то кольнуло в груди. Что-то было не так. Но наконец-то полилась испанская речь, это было как бальзам на его душу.

– Плачущий индеец, – обратился к нему шаман торжественно. – Женщина, вышедшая из вод, хочет взять себе мужа.

Пако почувствовал, как его сердце забилось от радости. Неужели его план начинает сбываться? Валя вспомнила о нём? Он станет вождём!

– Касик Уама согласился стать мужем женщины, вышедшей из вод. Ты, плачущий индеец, единственный её родственник, должен дать своё согласие.

Нет, это не могло быть правдой. Женщина сама выбирает себе мужа, а мужчина просто соглашается? И этот муж – совсем не он. Такого поворота событий он не ждал, это вообще не вписывалось в картину мира белого образованного человека.

Валя увидела, как буквально перекосило лицо ее «единственного родственника».

– Беике, мне нужно поговорить с плачущим индейцем, – сказала Валя.

Шаман молча ушёл. Он всегда знал, что Пако и Валя не были братом и сестрой, слишком уж они были разными. Казалось, что их объединял только общий язык.

– В чём дело, Пако? Почему ты так расстроен?

Пако вспылил: «Как можно быть такой бесчувственной и жестокой? Она ещё спрашивает!»

– Ты бросила меня и даже не поинтересовалась, как я жил всё это время? Я остался здесь один, с этими дикарями! Мне было так одиноко, мне пришлось ходить на охоту и рыбалку, меня чуть не съел кайман!

Валя рассмеялась: «Ты же сам захотел остаться, я звала тебя в горы с нами. Что здесь могло случиться? Крокодил не ловится, не растёт кокос?»

– Это не смешно, Валентина! Зачем тебе этот странный вождь Уама? Он же дикий, вырос среди дикарей. Выходи за меня. Вспомни, как нам было хорошо на берегу. – Плачущий индеец злился и недоумевал, как можно его променять на кого-то другого?

– Это смешно, Пако. Мы теперь такие же дикари, как и они. Что ты имеешь против самого себя?

Тут уж Пако затрясло! Они дикие, отсталые, тупые, только белые могут принести сюда цивилизацию, они сами ничто, вечно будут жить в джунглях, без бананов, кофе и молока!

Да вы расист, батенька! Валя часто слышала пренебрежительные нотки у ее друга Хосе по отношению к индейцам, он считал себя потомком атлантов и не хотел ничего помнить о своих индейских корнях. Когда испанцы приехали на эту землю, большей частью приехали они без своих женщин, взяли себе индеанок, и сейчас, наверно, редкий кубинец может похвастаться своей белой чистой кровью, несмотря на вечные разговоры о испанских наследствах и громких родословных. Вот и откуда это в них? Выросшая в интернациональной советской научной среде, Валя была лишена даже мысли о превосходстве одной нации над другой, так их воспитывали, так они жили всегда – в мире. Только после крушения СССР национализм и расовое превосходство выползли из той черной дыры, в которой были, но кубинцы, живущие в таком пестром этническом котле, откуда в них это преклонение перед белыми людьми?

Валя, наверно, впервые рассердилась на Пако. «Значит так, либо ты сейчас уходишь с нами в горы, либо тебе придется уйти летом, в октябре, когда, возможно, сюда придут испанцы, тебя здесь быть не должно. Я всегда относилась к тебе хорошо, но сейчас вижу – у тебя крыша поехала, без кока-колы и рома. Ты продашь нас всех за ту цивилизацию, в которой женщин жгут на кострах, а людей превращают в рабов. Тебе придется признать мой брак с вождем, иначе ты перестанешь быть моим родственником».

Образованный белый мужчина возжелал породниться с женщиной, вышедшей из вод. Быть в родстве с будущей женой вождя племени – это более чем почетно и выгодно. Но Пако продолжал быть Пако. Мысль о том, что он может стать вторым, любимым мужем у Валентины, затеплилась у него, он вынашивал эту мысль, лелеял ее, розовые мечты о налаженном быте, комфорте и всех возможных привилегиях грели его. Он решил пока затаиться и потихоньку реализовывать свой гениальный план вступления в элиту племени. Ведь не даром она когда-то сказала, что возьмет себе нескольких мужей. У него был шанс (ну, он так думал). Надо предложить ей встречаться тайно, включить всю свою ментальную магию и покорить. Я окуну ее в пучину страсти тантрического секса, и она не устоит! Точно не устоит! А мечты о нескольких женах он задвинул пока в дальний угол своего сознания.