Текст книги "Куба. Родина или смерть. Cuba. Patria o мuerte (СИ)"

Автор книги: Наталия Климова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 18 страниц)

Глава 44 Тьма

Тьма приближалась к райскому острову. Она ползла и кралась , словно змея, шипя и источая предчувствие смерти. Неотвратимо и безжалостно, словно черный туман над океанской гладью, она распространялась всё дальше, приближаясь всё ближе.

Скоро из разных уголков придут известия о всё новых кораблях и высадке всё новых и новых групп искателей приключений и богатства. Европейцы устремятся в Новый Свет. Какая-то неведомая сила пока оберегала Кубу от захватчиков, словно духи прикрыли их и все Антильские острова своим крылом.

Согласно историческим данным, первая волна завоеваний в Америке пришлась на 1492–1519 годы. В это время испанцы активно осваивали острова Карибского бассейна, особенно Антильские. Затем их завоевания переместились на материк. Сейчас, когда ход истории уже изменен, невозможно предугадать, что будет дальше и кто первым сюда придет – испанцы, португальцы или кто-то другой, но завоевание ближайших островов будет совсем скоро. Вероятно, следом за ними падет Навидад, став форпостом европейцев.

На большом совете всех кубинских племён собрались вожди и решили, что надо прекращать торговлю с соседними островами и с Новой Испанией из соображений безопасности. В любой момент рядом могут оказаться белые люди, надо изолироваться и готовиться к долгой обороне. Кроме всего прочего, говорили о возможных беженцах.

Пропаганда, которая велась последние годы, разнесла на все ближайшие островные племена вести о белом враге, индейцам по их сарафанному радио духи рассказали о коварстве и планах врага, о том, что их женщин будут брать насильно, заставят искать золото и работать за еду, даже если враг что-то пообещает и будет шантажировать сохранением жизни близких, нельзя верить, обманет и все равно убьет – индейцы для них только животные. Единственный выход – бежать или сражаться. Во время торговых поездок к соседям кубинские купцы (они же разведчики-штирлицы) рассказали, как и куда приплывать в случае появления больших кораблей белых людей и опасности.

Внутренний враг – самый опасный враг, и поэтому об отношении к беженцам на большом сборе был горячий спор… Его решил Уама:

– Мы будем принимать всех наших братьев и сестёр. Селить в одном месте, на западе острова, построим там большое поселение, будем брать с них клятву на верность, главное – всех проверять на благонадежность и учить жить на нашем острове… Это поручается Беике и Лаору.

И ещё, поскольку мы прекращаем торговать с соседями, нужно продумать, что и сколько теперь выращивать самим… Хлопок, арахис, авокадо… Это поручается Марии и Александру.

В последний раз сходив в торговую экспедицию во Флориду, Уама поговорил с Себастьяном Перейра: «Мы будем до последнего вдоха бороться, у нас нет выбора – Родина или смерть».

Себастьян недоумевал: «Вы хотите противостоять Богу и короне?»

«Это не наш бог и не наш венценосный король», – отрезал вождь. «Мы свободные люди и ими останемся или умрем ».

Пако, который переводил на испанский с языка таино и обратно, даже зажмурился на мгновение, он никогда еще не видел Уаму в таком гневе. Кубинец, мучительно переживший когда-то переосмысление себя как индейца, почувствовал ту же злость и ненависть к белому врагу. Он сделал над собой усилие и стал переводить дальше:

– А что для тебя, Себастьян, бог и корона? Тебе в твоей битве за выживание, ради спасения твоих людей, помогла чья-то голубая кровь? Твои благородные идальго много умеют и знают? Твой сумасшедший адмирал Колумб может что-то, кроме как кричать: «Индия, Индия!»?

Как только сюда придут европейцы, все твои благородные кабальеро вспомнят, что они знать, а ты, который их спас от голодной смерти, – грязь под их ногами. Испанская корона, которой ты дорожишь, вырождается. Короли поверили в свое божественное происхождение от Адама, царя Давида и римского императора Константина и заявили о кровном родстве с самим Христом. Вот только такое же происхождение имеет любая горничная и конюх. Но нарисовать документы о древних корнях стоит денег, которых у конюха нет.

На это Себастьян выпучил глаза и хотел что-то сказать в ответ, хотя сам он уже почти забыл, как стал идальго в Испании и чего это стоило его семье. Но Уама все продолжал гневно бросать в него свои злые слова:

– Короли будут жениться на сестрах и племянницах и подарят своим наследникам сумасшествие и уродливый подбородок. Богатства Нового мира не принесут процветание испанской короне, через век она потеряет всё и будет прозябать в нищете.

А знаешь, в чем причина упадка твоей Испании? Чванливая гордость за старую христианскую касту и ее голубую кровь, ленивая знать, глупое предубеждение к торговле и производству всего нового, сохранение старой аристократической этики, фанатичное подчинение власти и церкви. А главное – крах испанской короне принесут проклятое золото и серебро, щедро политые кровью индейцев. Именно индейское проклятие разрушит твою страну в будущем.

А насчет бога, несколько лет испанские богословы и юристы будут решать, есть ли у индейцев душа. Ты можешь себе представить, что индейцы, отдавшие вам в жены своих дочерей, усомнятся в том, что вы люди, и объявят, что вы животные? Ты можешь себе представить, что индейцы придут в Навидад и заставят испанцев верить в своих индейских духов и работать на их полях за еду? Представь, что за плохую работу индейские господа будут отрубать испанцам руки, а ваших детей накалывать на свои ножи.

Себастьян Перейра схватился обеими руками за голову и закричал:

– Ты лжешь, Уама! Этого никогда не будет! Ты дьявол, извергающий темные слова! Я тебе не верю! Откуда ты можешь всё это знать? Этого не случится, как не случилось того, в чем вы нас обвиняли!

Ярость переполняла Себастьяна, эти люди говорили страшные вещи. Уама и Пако удивленно посмотрели на главу новоиспанцев и рассмеялись…

– Ну да, вы не смогли сделать то, что хотели, потому что мы не позволили. Вот только, если бы вы благополучно уплыли в 1492 году, то как раз именно это вы бы сделали на острове, который называется Эспаньола. Мне кажется, Себастьян, ты хороший человек, ты спас своих людей, не кичишься своей властью, мирно живешь с индейцами. Тебя ждут тяжелые испытания. Придется участвовать в том, что будут делать твои соотечественники. Очень скоро сюда хлынут ваши священники, я советую при первой же возможности окрестить ваших женщин и детей, освятить браки, чтобы они были в безопасности.

Себастьян Перейра понимал, что Уама больше не вернётся, и потому решился задать вопрос:

– Кто вы? Никто не может так точно предсказывать будущее, а язык моего народа отличается от вашего.

Уама и Пако переглянулись, и Уама отрицательно покачал головой:

– Мы видим будущее, и большего тебе не нужно знать. Я не прошу тебя скрывать наши возможности, пусть наш враг знает и боится. Можешь даже превратить и преувеличить. Береги себя и своих людей. Предупреди своих родственников-индейцев, чтобы они не доверяли белым и сразу же уходили подальше. Прощай, Себастьян, и пусть твой бог хранит тебя.

Уама и Пако ударили себе кулаком в грудь и ушли на свою чудную лодку в окружении великанов, как всегда вооруженных арбалетами.

«Конкиста» началась 25 декабря 1492 года, в день празднования католического Рождества. Именно в этот день 39 испанцев из команды Колумба добровольно остались на одном из островов – острове Эспаньола, ныне Гаити, не пожелав возвратиться в Испанию со своим адмиралом. Колонистами овладела «золотая лихорадка». У местных индейцев они увидели пластинки и небольшие слитки золота; индейцы рассказывали об изобилии золота на ближайших островах и даже об одном из них – «сплошь золотом».

Основанный первыми испанскими поселенцами Нового Света поселок Навидад (Рождество) просуществовал всего несколько недель, но даже за столь короткое время его хозяева успели обнаружить свою сущность, которую потом покажут во всей красе. Возвратившийся на следующий год Колумб не застал в живых ни одного из первых 39 колонистов. Из путаных рассказов аборигенов смутно вырисовывалась картина бесчинств обитателей Навидада. Они грабили индейцев, вымогали у них золото, брали в наложницы каждый по нескольку женщин. Бесконечные грабежи и насилия вызвали взрыв и привели к расправе над испанцами.

Глава 45 Голубая кровь

Ознакомительная информация.

Испанская королевская семья и дворянство всегда гордились тем, что их происхождение восходит к вестготам, и никогда в их роду не было мавров, которые проникли в Испанию из Африки. В отличие от смуглокожих простолюдинов, их бледная кожа была пронизана синими венами, что придавало им особый шарм. Именно поэтому они с гордостью называли себя «голубая кровь». Это выражение, которое стало синонимом аристократии, распространилось во многих европейских языках.

С самых ранних этапов развития человечества существовала первая элита, которая обладала реальной властью. Обычно она состояла из воинов и харизматичных лидеров. Когда эта элита передавала свою власть следующему поколению, она становилась наследственной аристократией.

Генетика – это игра случая, и нет никакой гарантии, что потомки аристократов унаследуют их черты. Чтобы обеспечить свою преемственность, наследственная аристократия должна была полагаться на миф о высшем дворянстве.

Чтобы скрыть свою посредственность внутри благородного сословия, аристократы использовали унаследованное богатство и неравные возможности, одновременно преувеличивая свои реальные способности. На протяжении всей истории религия была главным источником распространения мифов об аристократическом превосходстве.

Карл II и его семья Габсбургов в Испании представляют собой самый известный пример современной истории аристократии, когда религиозный миф о собственном превосходстве привёл к генетической деградации. В течение нескольких поколений между 1500 и 1700 годами внутрисемейное скрещивание разрушило их род.

По мнению Габсбургов, их семья не только обладала божественным правом на правление, но и выполняла важную миссию, предусмотренную свыше.

Чтобы сохранить свою власть над огромной империей, Габсбурги обратились к помощи ученых. Они хотели доказать, что ведут свой род от библейских и исторических личностей, таких как Адам, царь Давид и римский император Константин. Кроме того, они утверждали, что имеют кровное родство с самим Христом.

Интересно, что согласно статистике, в тех местах, где жили эти исторические личности, Габсбурги действительно могли иметь от них генетическое происхождение, как и многие другие люди, включая их слуг. Однако генеалогия подразумевает создание задокументированного происхождения, на что у слуг, вероятно, не было достаточно средств.

Габсбурги успешно завершили свою божественную миссию по расширению территорий с помощью браков. За время своего правления они объединили множество независимых империй. В эпоху Габсбургов власть Испании достигла своего пика как в Европе, так и в Новом Свете. Однако, стремясь сохранить своё наследие и чистоту своей божественной родословной, они начали всё чаще вступать в браки между собой.

За 200 лет 8 из 10 браков Габсбургов были между дядей и племянницей или двоюродными братьями и сестрами (вплоть до троюродных братьев). В результате с 1527 по 1661 год у Габсбургов было 34 ребенка, 10 из которых умерли в первый год жизни, а 17 умерли до 10 лет.

Последним королем испанских Габсбургов был Карл II. Из-за своих врожденных рецессивных генов он был физическим инвалидом, обезображен и умственно отсталым. В цитировании Британской энциклопедии 1911 года говорится, что «в его почти отсталом уме не было места для чего-то большего, чем детские суеверия, безумная гордость от рождения и интерес к придворному этикету». Он также был импотентом и не произвел на свет детей от двух своих браков. Когда он умер в 1700 году, вместе с ним умерла и божественная линия испанских Габсбургов.

Глава 46 Человек или тварь дрожащая

Ознакомительная информация.

В 1550 году, спустя 58 лет после открытия Америки, в испанском городе Вальядолиде развернулись интересные религиозные дебаты. Речь шла о том, есть ли у индейцев душа. Этот спор был инициирован Карлом V, императором Священной Римской империи и королём Испании. Этот диспут вошёл в историю как «контроверза в Вальядолиде».

Обвинителем на этом процессе выступал священник и личный исповедник императора Карла V – Хуан Хинес де Сепульведа. Он был известным богословом и специалистом по истории народов.

На стороне защиты интересов индейцев выступил доминиканский монах Чиапас Бартоломе де Лас Касас. Его отец принимал участие в первой экспедиции Христофора Колумба, а сам Лас Касас организовал в Америке христианскую колонию из испанцев-переселенцев и местных индейцев, которых крестил.

В качестве арбитров в этом споре также участвовали 15 судей, 4 монаха и 11 королевских юристов.

Вопрос о наличии у индейцев души имел большое экономическое значение. До этого испанские конкистадоры не считали индейцев людьми из-за их непохожести на европейцев. Они относились к ним даже не как к дикарям, а как к животным, что было выгодно для испанской короны. Их можно было использовать как рабов, а убийство не считалось грехом.

Пока количество колонизаторов было маленьким, довольно выгодно было просто нападать на индейские города, убивая индейцев и отнимая у них золото, не задумываясь особо над их статусом.

Однако со временем началась постепенная колонизация Америки. Нападать на индейские поселения и грабить их стало не так просто, крупные индейские государства уже были разрушены и пришли в упадок. Встал вопрос о том, как взаимодействовать с местным населением.

Было два варианта освоения Америки: продолжать насильственную колонизацию, делая индейцев рабами, или попытаться использовать местное население более «культурно», как низкооплачиваемых рабочих, что фактически означало бы их статус «людей второго сорта».

В ходе спора в Вальядолиде были предложены разные подходы к колонизации. Сепульведа и его сторонники считали, что у индейцев, которых они покорили, есть душа, а значит, они являются людьми. Из этого следовало, что их необходимо крестить, а затем нельзя просто так убивать, делать рабами или эксплуатировать бесплатно. Поэтому им нужно было платить за работу, хотя бы минимальное вознаграждение.

С другой стороны, сторонники Лас Касаса осознавали, что если относиться к индейцам с добротой и обратить их в христианство, то можно привлечь большое количество новых последователей католической церкви. А с этих новых верующих можно будет взимать налог в виде «церковной десятины».

Спор, продолжавшийся с сентября 1550 года по май 1551-го, достиг своей кульминации. Обвинители, утверждавшие, что у индейцев нет души, приводили убедительные доказательства: некоторые из них были людоедами, некоторые племена совершали человеческие жертвоприношения, все они не верили в христианского бога, а также предавались «Содомскому» греху, что по тем временам считалось сексуальным извращением.

Высказаны самые неожиданные аргументы. Например, утверждалось, что индейцы не могли самостоятельно избавиться от своих жестоких правителей, поэтому им пришлось помочь. Также говорилось, что у них нет души и они не являются полноценными людьми. При этом факт, что впоследствии многие из них были убиты или стали рабами, предпочитали не замечать.

Лас Касас, отстаивая интересы индейцев, утверждал, что, несмотря на их примитивные обычаи, они всё же являются людьми. По его мнению, их необходимо крестить, чтобы они «прикоснулись к истинной вере» – конечно, католической.

В итоге, было признано, что… индейцы не имеют души и они не люди вообще. Однако судьи потребовали, чтобы конкистадоры избегали жестокостей и бесполезных убийств. Решение это было чисто экономическое – приток от награбленного золота в Испанию был еще велик и король Испании побоялся вводить какие то новшества. А выгоды от использования местных в качестве дешевой наемной рабочей силы не так очевиден.

Самое забавное, что через какое-то время индейцы были объявлены людьми, и американская католическая община стала и до сих пор остается самой многочисленной и верной Ватикану.

Глава 47 Мрачные вести

Беда, которую ждали, пришла так же внезапно, как приходит первый снег. К Уаме привели гонца с дальнего дружественного карибского острова, когда-то кубинцы доставили туда спасенных с португальского судна индейцев таино и заключили союз с касиком того племени по имени Магуа.

Индеец, измученный дальним морским переходом, твердил выученные наизусть слова:

– Вождь Уама, белый враг пришел на двух больших лодках. Я увел женщин с детьми и стариков далеко от берега и спрятал, мои воины готовятся воевать.

Где-то далеко сейчас умирают их индейские братья, эта страшная новость быстро облетела весь остров и омрачила привычную жизнь. На совете вождей, который теперь стал военным, обсуждали слова вождя с далекого острова. Старые мудрые касики настаивали на невмешательстве, молодежь рвалась воевать на чужих дальних рубежах.

Слово взял Уама :

Белые люди пришли навсегда, их много, они сильны и вооружены лучше любого сильного индейского племени. Мы не сможем спасти всех индейцев, даже победив там сейчас, мы все равно будем воевать за свой дом, если отправимся на тот остров, наш останется без защиты, в опасности будут наши жены и дети. Хотите вы этого? Мы с Магуа договорились, если он поймет, что шансов победить у него нет, он посадит своих людей на каноэ и придет на Кубу.

На остров Свободы потянулись вереницы каноэ с беженцами. Поодиночке, семьями и целыми племенами они приплывали за защитой и безопасностью. Обезлюдели все близлежащие острова. Ожили легенды о белом враге, услышанные когда-то, теперь индейский народ столкнулся с жестокими чужаками реально. Белые люди, встретив холодный прием, быстро обнажили свою черную злую сущность, дикарей нужно покорить и показать их место. Индейцы не соглашались менять продовольствие и золото на стекляшки и колокольчики, отказывались помогать врагам, старались избегать их, покидали свои деревни, прятались и уходили так далеко, как только могли. Ошеломленный таким сопротивлением враг сжигал пустые жилища и древних идолов, а пойманных индейцев заковывали в кандалы и заставляли работать. Наблюдая этот ад из своих укрытий, индейцы пытались бороться с захватчиками, но силы были неравны.

От одного индейца к другому разносятся новости о победах и битвах с белым врагом.

Индейцы рассказывали друг другу о своем герое – вожде Атуэе. Он нашел единственно возможный новый способ борьбы, который позднее в военной истории стали называть партизанской войной.

Вождь увел своих воинов в глубину лесов, затаился среди скал и в чащобах. И оттуда нападал на небольшие вражеские отряды. Индейцы завлекли белых в болота и уничтожили там большую часть войска.

У индейцев не было равноценного оружия, но им помогали темный лес, глубокая река, непроходимые болота и, кроме того, смекалка и военный талант их знаменитого вождя. Не проведя с индейцами ни одного по-настоящему серьезного боя, белые люди теряли одного солдата за другим.

Но Атуэя сразила измена одного из тех, кто когда-то вместе с ним боролся. Как-то ночью испанцы бесшумно окружили лагерь и захватили вождя вместе с его личной охраной.

Победители, естественно, прежде всего подвергли своего пленника жестокому допросу. Их интересовало индейское золото. Но Атуэй хранил молчание о том, что золото было похоронено в одной из индейских рек. Европейцы всё равно бы не поверили, что можно добровольно, по собственной воле, лишить себя того, что для конкистадоров составляло смысл жизни, цель всех их усилий.

Так индейское золото, не досталось врагу. Но у них в руках оставался вождь индейцев. И теперь он должен был умереть. И умереть так же, как и королева Анакаона, которую ранее повесили, а ее вождей сожгли – торжественно, со всей европейской пышностью. На церемонии сожжения Атуэя должно было присутствовать как можно больше индейцев, поэтому на казнь аборигенов согнали откуда могли – из самых отдаленных областей острова.

Тщательно подготовленный сценарий казни изменил священник, который в последнюю минуту захотел тайно окрестить грешника дикаря.

Когда Атуэй уже был привязан к столбу, монах обратился к нему со словами о боге и принципах католической веры, о которых Атуэй раньше не слышал. И пока не истекло предоставленное ему палачом время, он обещал Атуэю вечную славу и спокойствие, если тот уверует в бога, а иначе – вечную муку. Атуэй задумался на какое-то время и спросил монаха, открыты ли и для белых врагов ворота в рай. И в ответ на его слова, что для хороших европейцев они открыты, Атуэй без колебаний сказал, что тогда он хочет попасть не в рай, а скорее – в ад, чтобы не жить вместе с такими жестокими людьми.

В этом варианте истории Атуэй не приплыл со своим племенем на Кубу с Эспаньолы (Гаити), он погиб, защищая свою родную землю.

Беженцы со слезами на глазах рассказывали о беспощадной европейской жестокости и адской тьме страха, ужаса и боли, затянувшей небо над Карибами. Тьма приближалась всё ближе. Глупо было надеяться, что под пытками индейцы не выдадут тайну существования большого богатого острова.

Уама создал штаб обороны, пропадал днями и ночами на заградительных рубежах, воины ежесекундно всматривались в бинокль в морскую даль, чтобы не пропустить вторжение, были готовы рвы, тайные ловушки и самострелы, преграждающие путь, все жители острова готовы встать плечом к плечу на оборону своей земли, каждый на своем, заранее известном месте, а самое дорогое, что есть у каждого, – семья, по сигналу уходит в безопасные, специально подготовленные укрытия.

Несколько кораблей уже подходили к берегу, но, получив письмо, отправленное метким лучником, составленное на нескольких европейских языках, даже на языке атлантов, с требованием удалиться, иначе корабли будут уничтожены, сопровождаемое выстрелами из пушек и уничтожением части корабля загадочным оружием атлантов, уходили в недоумении, разнося весть о непонятном народе, обладающем неизвестным мощным оружием.

Надеяться, что так будет всегда и их оставят в покое, было глупо. Европейцы искали золото и серебро, их фантазию будоражили рассказы индейцев о фонтане молодости. Это мифическое место искали несколько столетий, тем, кто напьется воды из этого источника, даруется молодость и долголетие.

Согласно легендам араваков, обитавших на западных островах Карибского бассейна, фонтан находился к северу от Кубы, на острове под названием Бимини. Сам фонтан можно было найти в густых джунглях, внутри пещеры, где вода поднимается вверх. Еще есть версия, что под фонтаном бессмертия на Карибах подразумевалось озеро на полуострове Флорида, среди индейцев озеро считалось священным, и они оберегали его от чужаков. Это фонтан искали и естественно не нашли.

Кто покорял Антильские острова, кубинцы не знали. Индейцы не знали языков, и все белые люди были для них одинаковы, были ли это испанцы? Возможно, а может, это португальцы или французы. На кубинское счастье, приплывали к берегам острова не огромные армады, а один-два корабля, высаживаться на неизвестный берег, ощетинившийся пушками и таинственным оружием, европейцы не решались. Возможность получить отпор отпугивала, тем более вокруг есть масса других, менее опасных и загадочных мест, хотя этот таинственный остров манил, соблазн обогатиться уступал страху неизвестного. Поэтому Куба оставалась девственной и неприступной, принимала к себе всех дерзнувших покинуть родину ради своего спасения индейских братьев и сестер, сохраняя и оберегая саму себя.

Валя вспомнила о существовании в Индийском океане острова-заповедника Северный Сентинел в Бенгальском заливе, там существует племя, развитие которого остановилось на уровне каменного века. Племя до сих пор готово встретить луками и стрелами любого, кто посмеет приблизиться к их острову. Сентинельцы уже стали загадкой антропологии, а их остров – своеобразной полевой лабораторией. 30 000 лет живет племя в изоляции, нынешнее «прогресивное человечество» позволило ему существовать и оставило в покое. Можно ли ждать подобного от средневековых европейцев? Скорее нет, чем да, им сейчас нужно дать отпор, показать свою силу.

Привычный ход событий, подчинённый сейчас обороне и спасению острова от захватчиков, нарушило появление гостей, которых никто не ждал.