Текст книги "Лидия. Головная боль академии. Книга 2 (СИ)"
Автор книги: Натали Лавру
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 21 страниц)
– Иди к себе, там тебе и объяснят, и о скорой свадьбе напомнят, если запамятовал!
– Какой ещё... – он фыркнул и мотнул головой. – Хорошо. Ты идёшь со мной, – и меня снова схватили, презрев угрозы.
Тут лавина ярости вперемешку с душевной болью вырвались наружу, и я, извернувшись, ударила Эдриана по тому органу, который ещё вчера ласкала... Так, не будем об этом!
Мой сердцеразбиватель согнулся и застонал.
«Розочка, помоги! Скорее унеси меня отсюда!» – взмолилась я, и уже через пару мгновений обнаружила себя сидящей в нашей с Кэт комнате.
Об ноги назойливо тёрся Дарси, как бы пытаясь поддержать меня и отвлечь.
Не помню, чтобы я когда-нибудь с таким упоением рыдала. Взахлёб, душой и телом отдаваясь этому увлекательному занятию.
Розочка сочувственно замерла в углу под потолком, Дарси запрыгнул ко мне на кровать, а Кэт гладила меня по спине и каждую минуту предлагала выпить водички.
***
Эдриан Дарс
К моменту, когда влетел к себе, он уже знал, что застанет там матушку. А вот обнаружить у себя на диване Анну Эдриан никак не ожидал.
– Значит, так: я говорю, а вы обе слушаете меня очень внимательно, потому что дважды я повторять не буду! – голос его звучал негромко, но очень зло. – Мама, ты не имеешь права вмешиваться в мою личную жизнь. Если ещё раз ты влезешь в моё личное пространство, отправишься жить в маленький уютный домик в Нортморе! – судя по тому, как вздрогнула матушка, слова до неё дошли. Эдриан продолжил: – Анна, в своих письмах я не раз чётко тебе обозначил, что мы друг другу не пара. И твоя назойливость меня раздражает!
Раньше Эдриан обращался к матери исключительно нежно и уважительно, с благодарностью за то, что в минуты отчаяния она всегда была с ним, не бросила, не отказалась. Но сегодняшний случай перешёл все пределы допустимого.
Анна всхлипнула, но нашла в себе силы ответить:
– Прости, но в тех письмах, которые я получала от тебя, были только сетования на отсутствия свободного времени и заверения, что ты пригласишь меня на свидание, как только выдастся выходной. Ты просил простить твою вечную занятость...
Эдриан бросил сердитый взгляд на мать и ответил:
– Это были не мои письма.
– О, богиня... – проблеяла Анна и густо покраснела от шеи до ушей.
– Ты совершаешь ошибку! – осмелилась подать голос мама. – Анна воспитанная, достойная женщина! Чего тебе ещё не хватает? Я пыталась тебе помочь! Я твоя мать, я тебя вырастила с таким трудом и лучше знаю, что тебе нужно! – в ход пошли слёзы и срывающийся голос.
– Я займусь поиском подходящего жилья для тебя, – принял решение Эдриан. – А теперь прошу вас удалиться.
– Эдриан, ты отказываешься от матери ради испорченной адептки? Разве ты не видишь, что она уже рушит твою жизнь? – плакала мать.
– На выход. Обе, – он едва сдерживался, чтобы не повысить голос.
В прихожей матушке стало дурно, но срочно вызванный из лазарета целитель в считанные секунды исправил ситуацию и дал пациентке успокоительного.
Только Эдриан оказался один, как в подземелье сработала сигналка хаотической активности.
Подозрительно, почему прорывы происходят, когда Эдриан чем-то расстроен и на взводе? Он обязательно это выяснит.
***
Лидия
Магвестник застиг меня, когда я топила в слезах четвёртый платок. Ну, ладно, не в слезах. Ибо когда плачешь, обильнее всего течёт влага из носа.
Амавер. Я снова срочно понадобилась ему.
«Лия. Мне нужна твоя помощь в организации одного мероприятия. Маякни, когда освободишься.»
После того судьбоносного разговора с Мартиной я уже осчастливила кузена новостями, и теперь он активно искал способ наладить контакт с орочьей наследницей.
Как тут не помочь? Погоревать я и в другое время могу. Мне сейчас жизненно важно чем-нибудь отвлечь себя.
Ай, гори огнём, сессия! Чёрт с ними, с экзаменами!
Бац! – и я в шикарных до неприличия покоях Амавера.
– Лия, ты что, плакала? – заметил кузен мой припухший вид.
– Да нет, тестировала слёзное зелье, – пошутила я, но, похоже, мою шутку восприняли всерьёз.
– Сохрани рецепт. Возможно, мне пригодится для одного дела, – ответил он.
Блин! Теперь придётся изобретать эту фигню.
Вот, интересно, для чего наследному принцу слёзное зелье? Кого-то разжалобить? Я бы на это посмотрела...
– Я придумал, как мне соединиться со своей половинкой! – торжественно объявил Амавер.
– И как же?
– Приглашу её с семьёй во дворец и сделаю предложение.
– Ты же понимаешь, что её отец не гордится, что у него вместо сына дочь?
– Он будет счастлив узнать, что я выбрал Мартину в жёны.
– А если нет? – задала я резонный вопрос. – Сам посуди: орки – самобытный народ, и тут нарисовался ты с желанием объединить земли.
– Если потребуется, я готов сразиться в поединке, – заявил влюблённый дурень-максималист.
– Амавер, я тебя, конечно, люблю, но... всех орков тебе не победить.
– Что тогда ты предлагаешь?
– А мы созовём совет из соседних стран и попутно устроим смотрины, якобы ты выбираешь себе невесту.
– В чём суть? Мне-то нужна лишь Мартина, – не догнал он.
– Ажиотаж и рекламная кампания поднимут твою ценность в глазах гостей. Орки любят побеждать. Дух соревнований у них в крови. Ну, а когда ты выберешь дочь степи, они будут счастливы! И даже если Таршшет Арршез будет против объединения земель, он воспользуется победой.
– Если он будет против объединить земли, я откажусь от трона и уйду в степь.
– Сдурел что ли? Клами тебе шею свернёт за такую подставу!
– Я и так всю жизнь был главной мишенью стервятников-наставников, Лия. Пусть теперь сестра отдувается.
– Помимо отказа от трона есть разные формы владения и распоряжения. Можно, к примеру, организовать содружество, снизить налоги на трафик товара и расширить торговлю.
– Да, это выход, – задумался кузен. – Спасибо, Лия.
– Пока не за что. Эта невеста тебе в любом случае обойдётся дорого.
– Знаю, – как-то обречённо ответил он.
– Что случилось?
– Я рассказал родителям. Отец с Лионелем вчера напились.
– Оу. Никогда не видела дядю Арда пьяным.
– И я не видел. А вчера они распили крепкую эльфийскую настойку и жаловались друг другу на жизнь.
– Со стороны твоих родителей было бы глупо препятствовать вашему союзу.
– Они и не будут. Но эмоции никуда не денешь. Орчанка-полукровка – это тебе не принцесса Киалии.
– Да уж, – вынуждена была согласиться я.
О красоте принцессы Латариллы ходили легенды. Лично я не видела её в живую, но Амавер сказал, что она влюбляет в себя с первого взгляда. А в прошлом году король Вернстонской империи заполучил эту красотку себе в жёны, и теперь Латарилла – правительница воров и бандитов. Вот такая злая судьба.
Итогом нашего мозгового штурма стали разосланные приглашения лидерам соседних государств и решённые организационные вопросы по празднику.
И лишь вернувшись к себе в комнату, я позволила себе вновь предаться унынию. Слёзы сами себя не поплачут.
Глава 18. Я без тебя не умру
Лидия
Утром я проснулась и решила, что морально не готова встретиться с разбивателем моего сердца.
«Амавер, забери меня отсюда!» – кинула я клич и была такова.
Если душа болит, надо сделать телу приятно.
– Где там твой хвалёный спа-салон? Мне жизненно необходимо райской наслаждение! – заявила кузену, выбравшись из портала.
– У тебя же сессия? – он изогнул бровь, заподозрив неладное.
– Они там и без меня справятся, – отмахнулась легкомысленно, но обмануть Амавера не удалось. – Экзамены – скука.
– Хватит юлить. Рассказывай, из-за чего плакала вчера?
– Эдриан скоро женится на другой, а меня использовал как зельевара и постельную грелку, – без увиливаний излила я свою боль.
– Не верю, – кузен нахмурился. – Бред полнейший. С чего ты это взяла?
– В покоях Эдриана сидели его мать и женщина, с которой я видела его осенью прогуливающимся под ручку. Мне прямым текстом объявили, что она невеста, а я – временное развлечение.
– А что сам Эдриан тебе сказал?
– Ничего. Он только стонал, когда я пнула ему между ног.
– Поговори с ним. Обсудите. Возможно, всё не так, как тебе кажется.
– Всё! Я не хочу больше от этом! Ещё слово – и я зареву так, что будет не успокоить! Веди меня к своим волшебным эльфийкам!
– Понял. Идём, – и открыл портал в рай.
Эх, жаль, я так не умею и ещё не скоро научусь.
Конечно, есть порталы-артефакты. Как раз над таким сейчас работает Катарина. Если испытания пройдут успешно, мы сможем настраивать координаты куда захотим и путешествовать сами, без папиной помощи. Это будет кайф!
Тем временем узкоглазые эльфийки в национальных цветастых одеяниях сопроводили меня в обитель наслаждения, а Амавер отчалил, сказав, что после окончания процедур заберёт.
И началось...
Контрастный душ, обмазывание меня маслом, массаж, причём на удивление приятный, хоть и глубокий, затем тёплый бассейн, благоухающий травами, чай с десертом, секвойная паровая бочка, снова бассейн, погружение в бочку с жидким детокс-составом, прозрачный, как моя притворная слеза, сладковатый коктейль, обёртывание и под конец нашаркивание меня мылом под тёплым душем.
Полдня пролетело, как стая гусей, улетающих на юг. После обители удовольствия чувствовала я себя выскобленной до блеска, промассированной, лёгкой и... сонной! Мысли в голове не задерживались, будто я выпила не литр цветочного чая, а бутыль коньяка.
«Вот бы проветриться», – подумалось мне. Я тогда ещё не подозревала, насколько пророческими окажутся мои мысли.
Ну, а пока к моему разуму взывал Амавер, которому снова требовалось моё участие.
– Все пять королевств откликнулись и обещали прибыть в назначенный день.
– Даже орки?
– Они крайне заинтересованы в увеличении товарообмена между нашими государствами. Поэтому да. Вождь, его новая жена и наследник тоже будут.
– То есть вождь написал о своей дочери в мужском роде? – не поняла я.
– Да. По идее я должен думать, что Мартина – мужчина.
– И если ты объявишь, что твой выбор пал на наследника Орочьей степи, то опозоришься на весь свет, – догадалась я.
Амавер кивнул.
– Поэтому я вызову орков на приватный разговор между нашими семьями. Мне очень важно, чтобы Мартина поддержала моё решение, и я прошу тебя поговорить с ней.
– Ладно. Сделаю.
– Спасибо, Лидия, – он невесело улыбнулся. – Понимаю, у тебя сейчас трагедия в личной жизни, но моя судьба в твоих руках. Я на тебя рассчитываю.
– Сказала же, сделаю! Не драматизируй! Всё, отправляй меня назад. Хочу подышать отрезвляющим воздухом севера!
***
Меня встретила вздрогнувшая при моём появлении подруга.
– Лия, тебя ректор искал! Дважды заходил! И Гарри велел передать, что профессор Фенек поставил тебе неуд за экзамен.
Ох, ну, конечно! Стоило пропасть на денёк, как проблемы полились на меня из рога изобилия.
Ни о чём не жалею! Ещё недавно я расслабленно лежала в бассейне, опираясь на круглый мозаичный бортик, и страдания мои были сладки и даже чем-то приятны. Не то что в этих угрюмых серых стенах. А когда тебе массируют каждый пальчик на ногах, становится вообще не до переживаний.
Так что я лишь усмехнулась:
– Ой, да и насрать три кучи! Чтоб этот изменник из гальюна неделю не вылезал! Чтоб он бубенцы себе отморозил! – это я про Эдриана. – А Фенек тоже хорош! Мог бы заочно поставить мне «отлично». Я это заслужила!
– Ли-и-ия! – Кэт растерянно захлопала серыми глазищами.
– Что Лия?! – я завелась. – После предательства Ромери я дала себе слово, что больше никогда не дам себя обмануть! Ни-ко-гда! И что в итоге? Эдриан, мать его, тупо использовал меня, чтобы жениться на другой бабе! Где? Где на мне написано, то мне можно изменять?
– Лия, ну, перестань...
– Перестану! Если ты перестанешь напоминать мне о всяких там мерзавцах!
– Ладно, ты только не кричи...
Я принялась делать бесячую дыхательную гимнастику. Вдох-выдох, вдох-выдох. Как-то не помогает.
– Что там у тебя с порталом? – поинтересовалась, чтобы увести тему от кобелей.
– Настройка завершена. Для начала я решила применить его на минимальном расстоянии внутри академии. Вроде координаты верные, но мне всё время кажется, что я что-то упустила в плетении.
– Вот давай это и узнаем.
– Ой, Лия, я что-то боюсь...
– Не ссы, подруга. У меня как раз рисковое настроение. Так что сейчас или никогда!
Кэт нервно мяла собственные пальцы и кусала губы, глядя на меня. Хотела остановить, но знала, что это бесполезно. Я уже полна решимости.
– Я настроила телепорт в наш коридор, но мало ли... – пискнула она и протянула мне плащ с меховой подбивкой. – Теперь нажми на кнопочку на кругляше.
Я нажала, и меня будто слизало потоком ледяной воды и шмякнуло оземь.
Надо ли говорить, что коридором нашей женской общаги и не пахло? Пахло морозной свежестью, как я и заказывала.
Судя по всему, телепорт выплюнул меня где-то в окрестностях академии, так как повсюду белым-бело и холод собачий.
М-да. Первое испытание Катарининого телепорта прошло с отрицательным результатом. Недаром она чувствовала, что что-то где-то забыла. Чуйка – вещь важная.
Я огляделась. На небе за облаками не видать ни намёка на полярный солнечный диск. Хоть дни зимой длинные, всё равно вокруг царит жутенький полумрак.
А стоять нельзя – холодно. Вот я и побрела, куда подсказывает интуиция.
Конечно, я рискую максимум заработать себе плохое настроение. Меня найдут.
Кстати, надо сообщить Кэт, где я. А то она в панике вызовет моего папулю и оторвёт его от мамы в столь редкий на его веку выходной. Эх, бедный папулечка. Сначала ему не повезло с женой, потом с дочерью...
Да-да! Чтоб вы знали: со следующего полугодия папа будет учиться со мной в академии, чтобы пасти бедовую восемнадцатилетнюю меня. По той же причине у мамы с папой нет других детей.
И вот я снова попала.
Ещё хуже будет, если Кэт побежит к ректору. Вот уж кого я хочу видеть в последнюю очередь.
«Я где-то в ледяной пустыне. Ориентиров нет. Вызволяй меня. И не смей проболтаться мерзавцу!» – отписалась я подруге.
В нескольких метрах от меня серело что-то, наполовину занесённое снегом.
Батюшки, труп!
Судя по эталонно острым, торчащим из белой шевелюры, ушам, жмурик был чистокровным эльфом. Только каким-то... эк он посинел! Не знала, что эльфы после смерти так темнеют. Этот бедолага будто год назад здесь замёрз.
Я переключилась на магическое зрение, и сердца у меня пропустило удар: а жмурик-то живой!
– Чтоб тебя, камикадзе недоделанный! Какого чёрта ты сунулся на север в летней одежде! – ругалась я, вытаскивая эльфа из снега и кутая в свой меховой плащ.
Как от сердца отрываю, чесслово!
Сама я на четверть эльф по папиной линии. Заносчивых чистокровок недолюбливаю, как и они меня, хотя мой дедушка – эльфийский принц, ненаследный, но ему и не нужен трон.
А этот вот эльф явно чистокровный, но непохожий на тех, кого я знаю. Разве бывают синекожие ушастики?
Метель немного поубавила силу, и в нескольких сотнях метров я разглядела скалы. Они у нас на севере невысокие, но в них вполне реально найти пещеру и укрыться от ветра.
Что сказать?
Пока тащила тушу вдвое крупнее меня, помогая себе левитацией, пока грела нас обоих тепловым пологом, пока искала углубление в скалах, пока осматривала и лечила тяжело раненого эльфа (который не помер исключительно из-за того, что на холоде кровь течёт медленнее), заработала магическое истощение. А когда такое дело, меня всегда вырубает.
Называется, подышала свежим воздухом после спа.
– Ну что, чувачок, делись плащом. Будем спать вместе, – объявила я вслух, как будто эльф мог меня слышать, нырнула к нему под бок и по ходу дела отключилась.
Проснулась я от бодрящего... нет, не какао – клинка.
Синюшный ушастик ожил.
– А! А! – чинно возмутилась я и подняла вверх указательных палец. – Я вообще-то жизнью рисковала, спасая тебя! А ну, убрал свой кухонный ножик!
Ножик был не кухонный, а вполне себе эталонная эльфийская сталь (и где он его прятал?). Но когда меня, Лидию, несёт, страдает всё: живое и не живое.
У входа в нашу мини-пещерку послышались едва различимые шаги, а через несколько секунд в сумрачном проходе возник папуля. Злющий.
Ну вот... А я только хотела повеселиться.
– Лидия, чтоб тебя... Дроу? Лидия, объяснись немедленно!
Дроу. Ага. Могла и сама догадаться: синюшный, беловолосый, да ещё и редкий гад неблагодарный.
– Пап, это не то, что ты подумал! – предупредила на всякий случай, пока папулю не хватил кондратий. – Я его не знаю! – и уже синюшному: – Да убери уже своё жало, пока я...
Вместо слов всегда лучше действия. Пятка моего массивного тяжёлого сапога врезалась ему по самому сокровенному (у меня колоссальный опыт в этом деле), а там уж выкрутиться из острых объятий – дело техники.
– Кто... вы... – впервые подал голос дроу. Со стороны было видно, что чуваку хреново, и не только из-за моей коварной пяточки.
– Твоё спасение. Или гибель. Выбирай, что по душе, – ответила я.
– У меня послание... человеческому императору...
– О, а это ты по адресу, – просиял папуля.
***
Лидия
Папулечка не нашёл варианта лучше, чем открыть портал... в нашу с Кэт комнату!
Моя бедная подруга начала икать от страха или... погодите-погодите! Я запрещаю ей влюбляться в дроу! Фу-фу!
– Катарина, на выход! – скомандовал мой родитель, толкнув синюшного гостя ко мне на кровать.
Кэт подскочила, неловко смела со стола чернильницу, та разбилась и разлилась по полу лужицей тьмы.
Спустя несколько мгновений хаотического метания подруги и оханья мы остались в комнате втроём.
– Как-то непохоже на императорский дворец, – съязвил наш полудохлик.
Папа, недолго думая, принялся ощупывать его в поисках скрытого оружия, ядов и прочих опасных вещиц.
– Имя?
– Ул Ламиравиан аль Гонтри-Амари, – озвучил тот нечто запредельное, да ещё и с нарочитым акцентом. – Если жалуетесь на память, называйте меня Ламиром, – снова издёвка.
– Что за послание императору?
– Передам лично, – крайне самоуверенно ответил тот, и ни один мускул на несветлом лице не дрогнул, когда папуля ощупывал содержимое его штанов.
– У меня есть кольцо, реагирующее на опасность, – сообщила я и достала артефакт из шкатулки. Что-то давно я не надевала подарок Лессара.
Мой палец ощутил пульсирующую вибрацию.
– Опасен! – вынесла я вердикт. – Колись, тёмный, что прячешь?
– А что, если оружие – это я сам?
Мы с папой переглянулись.
– Поклянёшься на крови, что не причинишь вреда императорской семье и её подданным.
– При условии, что вы поклянётесь, что не навредите мне, – полудохлый, а какой наглый!
– Мы тебя спасли, – напомнил папуля и кивнул эльфу на кинжал.
Наш снежноголовый гость с трудом поднялся, скрывая медлительность под маской неохотности. Глупить не стал: полоснул клинком по ладони, чётко произнёс слова клятвы, и богиня приняла её.
И тут я поняла, почему папа доставил нас сюда, в академию. Попади мы в императорский дворец или в замок де Фиарби, тёмный эльф мог поубивать кучу народа и получить доступ к секретной документации или чему-нибудь ещё тайному. Это я, конечно, утрирую, его бы быстро скрутили
Академия реагирует на любую чужеродную и враждебную магию, да и воровать здесь особо нечего, разве что пробраться к Глазу Хаоса. Вряд ли дроу знает о нём.
Так что пока мы тусовались в нашей с Кэт тесной коморке, папа успел и оценить ситуацию, и отправить сигнал дяде Арду, и влить немного энергии в несчастного тёмного эльфа.
– Информация срочная, – мрачно сообщил Ламир, давая понять, что достаточно вернулся к жизни, чтобы совершить последний рывок.
Папу долго уговаривать не пришлось, он уже открывал портал.
– Я с вами! – объявила сразу, пока меня не отодвинули в сторону. – Имею право! Я ценный свидетель.
И вовремя: за дверью послышались знакомые голоса. Один, взволнованный и писклявый, принадлежал моей верной Кэт, а второй – тому, кого я мечтала позабыть как дурацкий сон.
Давай, портальчик, миленький, проглатывай нас и выплёвывай подальше отсюда!
Во дворце нас уже ждали, и приём иноземного посланца, как правило, был официальным.
В большом рабочем кабинете за длинным прямоугольным столом сидел император Ардантариэль, по правую руку от него – наследный принц Амавертиэль.
Нам с папой тоже пришлось кланяться согласно этикету, ибо сейчас мы были не друзьями-родственниками, а в первую очередь подданными императора.
– Ул Ламиравиан аль Гонтри-Амари, – снова представился дроу, – старший сын верховного вождя Ул аль Гонтри-Амари. Я прибыл к вам с известием о надвигающейся опасности: наши земли атаковала нежить, с которой не справились даже лучшие воины.
– Если вы здесь, значит, ваша мать мертва?
Что? У них матриархат? Вот это да! А с виду такой суровый мужик...
– Да. Я последний из рода аль Гонтри-Амари. Позор рода. Получив смертельное ранение в бою, я попытался переместиться сюда, во дворец, чтобы попросить о помощи, но мой портал натолкнулся на магические искажения, и меня выбросило где-то в ледяной пустыне. Как только передам послание, совершу долг чести, убив себя.
Вот, знаете, мне уже не нравятся тёмные эльфы. Я его спасала-спасала, чуть сама кони не двинула, и всё это кобыле под хвост?
Внешне я не выдала беспокойства, лишь красноречиво посмотрела на дядюшку.
– Для начала беседа, – император был спокоен, собран и величественен в своей силе, как подобает монарху процветающего государства.
Рассадили нас на четвёртом, пятом и шестом местах по левую руку от Его Величества. Ближе всех сел папуля, потом Ламир, и замыкала троицу я.
На противоположной стене, как раз перед моим взглядом, висела огромная карта мира.
Латаран – государство, в котором живут и правят дроу, не имеет общих границ с моей родной Оросской империей (только морские, на севере). Оно соседствует с Тёмными землями, Эльфийской империей, Даратом, гномьими горными поселениями и парочкой мелких государств. А ещё Латаран славится тем, что северных границ он не имеет, просто потому что за горным хребтом, у подножия которого построены их крупнейшие города, никто не живёт. Никому не нужны вечные льды и убийственные морозы. Разве только... мертвецам. Хотя сомневаюсь, что они способны чего-то хотеть.
Тут моя чуйка отчаянно засигналила. Это она про мертвецов что ли? Ого...
Так, если верить интуиции, то нападение на дроу как-то связано с мертвецами. А что происходит с телами, когда они оказываются в вечной мерзлоте? Правильно! Они замерзают... И не разлагаются! А значит, их можно хранить так сколько угодно, не тратя магических сил на стазис.
Интересненько.
Но кому могла понадобиться армия мёрзлых тел? С Тёмных земель уже давно не исходит угрозы. Лет двадцать как минимум.
Чуйка вычленила два слова: «армия» и «мертвецов».
Итак, кто-то очень сильный собрался использовать земли дроу как склад для тел, чтобы однажды поднять мертвецов и направить эту армию против... кого?
Тем временем беседа продолжилась:
– Наш клан Амари самый северный из девяти. Не уцелел никто. Остальные восемь ещё можно спасти, если вы придёте на помощь, – голос дроу не дрогнул, когда он говорил про гибель всех, кто ему дорог, но теперь всё сильнее пробивался его акцент.
– Почему вы обратились ко мне, а не к граничащему с Латараном Дарату?
– Заключение договора с демонами – хуже смерти, – категорично высказался тёмный эльф.
Как по мне, зря он так. Вопрос-то серьёзный и касается всех нас.
– Во времена, когда я только принял правление, мою страну спас договор с Даратом, а именно с Сантаной де Грет, – припомнил мой дядюшка.
– Чего вам это стоило?
– Условия меня устроили, устраивают и сейчас.
Ну, ещё бы! Мама, тётя Эвелин и тётя Санта раз в месяц устраивают так называемые винные посиделки, после которых папа забирает маму вдрызг пьяную и весёлую. В общем, на условия никто не жалуется.
– Хм, – не поверил снежноволосый.
– Оросская империя окажет помощь только при содействии с Даратом. Это моё решение, – объявил дядя Ард. – Иначе я рискую потерять часть армии. Война с Тёмными землями была слишком кровопролитной.
Дроу закрыл глаза и сидел так минуту, затем как-то убито выдал:
– Согласен.
Ул Ламиравиан аль Гонтри-Амари, дроу
***
Эдриан Дарс
Лорена сжалилась над ним в этот раз, потому что вспышку активности Глаза Хаоса удалось потушить собственными силами.
– Как связано моё психическое состояние с этой чёртовой дырой Хаоса? – вслух произнёс лежащий на полу без сил Эдриан.
– Возможно, тьма в тебе подаёт сигнал? – ответил Барт, страховавший своего преемника.
– Это нелогично, – помотал головой тот. – До меня тоже были вспышки, ещё хлеще.
– Были, да. Но никогда они так не синхронизировались с конкретным человеком. Возможно, ты теперь кто-то вроде стража. Да кто его знает, этот колодец, – старик сплюнул куда-то в тёмный угол. – Умысел Хаоса мы вряд ли когда-то поймём.
– Я не хочу быть привязанным к Глазу до конца своих дней.
– Я тоже не хотел, Эдриан, тоже. Думал, уйду в отставку, женюсь на какой-нибудь вдове и тихо-мирно доживу свои дни.
– Что ж ты не женился на моей матушке?
– Слишком стар для неё.
– Она не маг. Её век короткий.
– Серена никогда не видела во мне мужчину. Твоего наставника – да, но только не будущего мужа.
– А ты попробуй поговорить с ней? Ей сейчас одиноко.
– Сводник из тебя ещё хуже, чем ректор, – фыркнул старик.
Прозвучало обидно.
– С удовольствием сложу с себя полномочия, как только найдётся достойный преемник.
– Э, нет. С этой академией ты повязан навеки.
– У тебя возникало ощущение, что ты живёшь не свою жизнь? – Эдриана потянуло на философские вопросы.
– Я никогда не хотел быть одиноким, но прожил один всю жизнь.
– Жалеешь?
– Жалеть – душу травить. Я и отравлен, – тяжкий вздох. – Радует одно: ты, оболтус, был мне как сын, точнее, как внук.
– Я хочу жениться, – признался Эдриан. – Ты первый, кому я это говорю.
– Поверь моему стариковскому чутью: девица прячет от тебя такой сюрприз, с которым ты вряд ли готов смириться. Всплывёт правда, и будешь рвать волосы на своей бедовой голове.
– У Лии ко мне любовь-судьба, и до меня у неё не было мужчин. Это правда. Не думаю, что есть что-то ещё, способное заставить меня отказаться от неё.
– Любовь-судьба... – пробубнил себе под нос старик и уже чётче бросил: – Чего разлёгся на полу? Иди отоспись у себя. На любовь тоже нужны силы.
***
Эдриан Дарс
Утром Лия не явилась на экзамен, и оказалось, что её вовсе нет в академии.
– Ушла. С самого утра. Порталом из комнаты, – доложил сэр Гамильтон, едва различаемый на фоне тёмного шкафа с книгами и папками.
– Спасибо, – кивнул ректор, а сам нервно дёргал ногой под столом.
Надо было повесить на неё маячок, чтобы отслеживать её перемещения. Увы, с Лией это не так-то просто.
Он приходил к ней в комнату дважды, и оба раза соседка сообщала, что Лии нет. На третий раз адептка аль Тикси обнаружилась в коридоре. Она стояла, прижавшись спиной к стене и мечтательно разглядывая скучнейшего вида потолок.
– Адептка? Почему вы не в комнате?
– А... – Катарина вздрогнула, и глаза её испуганно заморгали. – Обстановку меняю.
– Ваша соседка вернулась?
– Нет! – явно соврала девица, покосившись на дверь и невольно придвинувшись к оной.
– Значит, она там, – догадался Эдриан.
– Лия... переодевается! Она не любит, когда на неё смотрят в этот момент! – как-то чересчур громко и старательно возвестила адептка.
Что там в комнате? Лия не одна? Или проводит какой-нибудь запрещённый ритуал? Или... что ещё?
В голове мелькали мысли одна бредовее другой.
– Сэр Гамильтон! – позвал ректор, и призрак тут же объявился прозрачной дымкой. – Загляни, что в комнате?
– Лия, её брат и полуголый тёмный эльф – сидит на кровати вашей кхм... – доложил призрак.
Тёмный эльф!
Смертоносные твари, которых с детства тренируют в нечеловеческих условиях! Психи на всю голову, помешанные на силе и чести.
Что голый дроу делает на постели Лии?!
Эдриан, представив самое худшее, вышиб запертую дверь плечом.
Комната встретила пустотой и измятой кроватью Лии.
