Текст книги "Лидия. Головная боль академии. Книга 2 (СИ)"

Автор книги: Натали Лавру

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)

Глава 13. Несчастливая

Лидия

Помните, я говорила, что моё сердце пока не разбито? Так вот, «пока не» можно зачеркнуть.

Эдриан посмотрел на меня, как на таракана-русака, обнаруженного на кухонном столе, и бросил, будто прибил:

– Ты чего здесь греешь уши? Скройся с глаз моих! – затем развернулся и вышел из коридора вслед за папулей.

Я прислонилась к стене и принялась успокаивать себя, что ещё не всё потеряно. Не всё ведь? Я для него лишь проблемная адептка, не более, все мои потуги внедриться в его сознание и поселиться в сердце жеребцу под хвост.

Из допросной вышел Карл Дорсет и скрылся в том же направлении, что и папа с Эдрианом.

– Зайди обратно, Лия, – позвал дедуля под личиной весьма похожего на него эльфа.

Я нехотя поплелась, но страха не было, потому что деда Терн с дядей Ардом не станут громко осуждать меня.

– Значит, к этому индивиду у тебя любовь-судьба?

– Угу, – угрюмо кивнула.

– Вот теперь я вижу, что ты вся в мать! – заключил деда и насмешливо посмотрел на своего старшего брата, дядю Арда. – Скажи, да?

– Определённо есть сходство, – подтвердил Его Императорское Величество.

– В чём сходство-то? – не выдержала я.

– Обе устраиваете мезальянс! – хохотнул дядя. – Всю репутацию императорскому роду попортили. Законов на вас не хватает!

– Но ты всё же лучше. Ректор академии, да ещё и военный... Дикий, правда, но это поправимо, – просиял деда. – Твоя мать вообще подыхающего бродяжку из канавы в дом притащила и женила его на себе. Так что ты ещё молодец.

– Че-е-его-о-о? – мне кажется, я попала в какой-то сюр. Ещё пять часов назад у меня были неплохие шансы умереть в камере смерти, а теперь творится какая-то чертовщина. Что за бред я тут выслушиваю?

Может, я умерла, и это всё агония умирающего мозга? Похоже на то.

– Чего-чего, – вздохнул дедуля, – напасть у вашего рода такая – влюбляться в проблемных мужчин, и чем хуже, тем лучше. Если бы мы с Ардом не вернули твоего папашу с того света по прихоти Домми (я считаю, что гуманнее было отпустить его в мир иной), то тебя бы, ещё одной ходячей проблемы, не было.

Не успела я бурно возмутиться, как в допросную влетел папа в своём истинном облике и мужской одежде.

– О, мы как раз о тебе говорили, – усмехнулся дедуля.

Но папе было плевать, он смотрел исключительно на меня.

– Ли-и-иди-и-ия... – сквозь зубы прошипел мой родитель.

– Прежде чем ты меня отчитаешь, знай: это мог быть последний секс в моей жизни, и я ни о чём не жалею!

– Это не повод выставлять себя легкодоступной девкой! – папа был зол.

– Моё тело – моё дело. Спасибо за участие, конечно, но я как-нибудь сама разберусь! – мне отчаянно захотелось убежать и прореветься где-нибудь в тёмном углу.

– Он не эльф, Лия! Твои действия только оттолкнут его от тебя. Далеко не каждый способен простить ложь, тем более после спектакля, который мы тут устроили!

– Надеюсь он не заразил тебя тьмой во время поцелуя? – участливо поинтересовалась я.

– Эу, – поморщился дедуля. – Открой мне ауру, я просканирую.

– Я в порядке.

– И всё же я настаиваю! – с дедой лучше не спорить.

Пока папулю сканировали, он продолжил:

– Ты не можешь вести себя как попало, Лия. Сама подумай, какие тебе сейчас отношения? Ты капризная девчонка во взрослом теле!

Дядя Ард с дедой Терном согласно молчали.

– И как же я, по-твоему, должна была поступить?

– Отучиться в академии и завязать с ним общение уже после окончания. Сейчас ты слишком юна и импульсивна, у тебя впереди долгая жизнь. Куда ты торопишься взрослеть?

– А ты не думал, что для меня эти пять лет превратятся в каторгу? Я уже запечатлена на нём, значит, сейчас самое время для отношений.

– Не такую каторгу, как если бы ты жила без надежды увидеть объект своего обожания, – покачал головой папа.

– Не хочу ждать!

– Что ж, Лия, это твоя жизнь. Но как ты думаешь, почему я даю тебе советы?

– Потому что считаешь, что твой опыт поможет мне.

– Да, Лия. Любовь-судьба – это дар богини. Но дар этот легко потерять, – папа посмотрел на Терна.

– Твой отец прав, Лидия, – высказался дедуля. – Богиня устраивает адские проверки силы чувств. Иногда испытания смертельны. Я тоже советую тебе подождать.

Я слышала историю деды Терна и бабушки Беатрис. Бабулю когда-то полюбили сразу два эльфа, и у обоих была любовь-судьба. Первому принцесса Беатрис ответила взаимностью, но вскоре их разлучили, и спустя двадцать лет, уже после гибели её возлюбленного, бабушку спас принц Тернариэль. Далеко не сразу бабуля полюбила дедулю, но сейчас у них всё хорошо. Зато эта история печально кончилась для первого бабушкиного возлюбленного.

Папа прав: импульсивность может оставить меня с разбитым корытом. Но и стать не собой я не могу, мне хочется, чтобы Эдриан полюбил именно меня.

Что ж, для начала устраним Дию, с которой он изменил мне. И горько, и смешно: изменил мне со мной же. Затем выжду время, хоть это и будет непросто. Эдриану надо остыть, осознать, что Дии больше нет в его жизни, и тогда я буду тут как тут.

– Лидия, я надеюсь, ты не планируешь привязать его к себе ребёнком? – озвучил папа самый глупый вопрос на свете.

– Нет, папа. В ближайшем будущем дети мне не нужны, – ответила ему, с трудом вынырнув из размышлений.

– Насколько ближайшем?

– Лет двадцать точно. Карьера непревзойдённого зельевара – вот моё детище.

– Двадцать лет?!

Я уже не слушала.

Папа, увидев, что я ушла в себя, перестал меня допекать и повёл за руку к выходу.

– Стойте! – окликнул деда с пиджаком в руке. – Лидия, передай это своему ректору, он забыл на спинке стула, – и протянул мне чёрную форменную вещь.

Пришлось кивнуть, хотя получить новую порцию негатива от любимого мужчины мне хотелось меньше всего. Завтра я обязательно оклемаюсь, буду бодра и весела, но сейчас... Прореветься бы, да некогда. Доклад Фенеку к завтрашнему дню ещё готовить, тезисы эти, будь они неладны.

Как только я оказалась в академии, ноги сами понесли меня в кабинет господина Дарса. И плевать, что меня в плечо толкнула Шиара, явно заметившая, чей пиджак я несу. Плевать, что кто-то обозвал меня подстилкой ректора.

Я шла, как на казнь.

На стук в дверь никто не ответил, хотя секретарь ректора сообщила, что тот на месте.

Приоткрыла дверь, заглянула...

– Я же просил убраться с глаз моих! – злобно крикнули мне.

– Простите, вы забыли в допросной пиджак, – я вошла и повесила вещь на вешалку у входа.

– Будьте добры как можно реже попадаться мне. Для вашего же блага.

У меня не вышло даже промычать в ответ. В горле встал ком и всё рос, рос, рос...

В коридоре, стоило отойти на несколько метров, меня накрыла истерика, тихая, ведь она не напоказ, и мне не хотелось бы, чтобы кто-то застал меня в таком состоянии.

«Розочка? Ты можешь прийти? – мысленно позвала я, и спустя пару секунд паучиха постучала мне невидимой лапкой по плечу. – Доставь меня в комнату?»

Ещё несколько мгновений – и рыдай сколько хочешь, подушка всё стерпит.

Из нашего с Кэт обиталища я вышла прежней Лией, сделала в библиотеке доклад для Фенека, отработала свою повинность в зале для поединков и уснула сном мертвеца, не забыв на этот раз артефакт.

***

Эдриан Дарс

Отчаяние и муки совести не давали сосредоточиться на работе. Первым его наградила Диа, красноречиво показав, что их секс ночью был для неё лишь мимолётной забавой, и она не хочет иметь с ним ничего общего. Неужели он был так плох ночью? Или переусердствовал? А может, у неё дурные ассоциации, связанные с камерой смерти? Почему? Почему Диа не желает его больше знать?

Совесть изъедала его по поводу Лии, ведь он незаслуженно выплеснул на девчонку свой негатив. Благодаря её фамильярам Эдриан и Диа не замёрзли во льдах. Они живы! Но вместо благодарности адептка удостоилась грубости. Влюблённая в него адептка. Надо бы попросить прощения.

Когда Лия вышла из его кабинета, Эдриан включил экран следилки в коридоре и увидел, как девушка прислонилась к стене и закрыла рукой нижнюю часть лица. Сначала Эдриану показалось, что эта оторва смеётся, но вскоре понял: её плечи сотрясаются от рыданий, настоящих, не наигранных.

Следилка тут же была выключена.

Извиниться. Надо извиниться перед Лией.

***

Лидия

Лёд моей безысходности тронулся на следующий день: Эдриан извинился. Сухо, пятью словами, но всё же «Простите, я был не прав» лучше, чем ничего.

А я собрала волю в кулак и завела под шумок тему, над которой думала всю ночь:

– Господин Дарс, у меня к вам жизненно важный разговор, и желательно вести его там, где никто не подслушает.

– У меня нет времени вести личные беседы.

– Эта беседа личная только для вас, – я набрала побольше воздуха в грудь и выдала: – потому что отныне я ваш зельевар.

Он даже отшатнулся на полшага.

– При всём уважении, у вас не тот уровень квалификации, – мою новость восприняли скептически.

– О, об этом не волнуйтесь. Можете поинтересоваться у профессора де Грасс и профессора Фенека, они в этом вопросе более компетентны.

– Идём, – кивнул ректор и увёл меня к себе в кабинет.

В его рабочем обиталище царил хаос: кипы бумаг занимали почти весь стол, покоились на комоде, взгромоздились на стуле, что мне даже некуда было сесть.

Я не стала комментировать беспорядок. Зачем раздражать человека ещё сильнее? Он явно не рад обстановке.

– Слушаю вас. Говорите, адептка.

– Со вчерашнего дня вы больше не работаете с Дией. Она уехала и никому не сообщила, куда. У меня есть рецепт зелья, которое вы принимаете. Завтра вы получите пробную порцию и сравните, соответствует ли мой продукт оригинальному. Первая бутылка бесплатно, далее двести монет, как и раньше.

– Вижу, вы хорошо осведомлены, адептка, – прозвучало как-то издевательски.

– Более чем, – кивнула я. – Будьте уверены: я превзойду ваши ожидания. Над разработкой вакцины против тьмы также продолжу работу я.

– И об этом знаете?

– Диа желает вам добра.

– Мне нужно поговорить с ней лично.

– А вот тут я вам не помогу. Боюсь, даже у меня не получится связаться с ней, – нет, ну, правда, Диа в прямом смысле канула в небытие.

– Зачем вам это, адептка?

– Зельеварение – это моё призвание. В скором времени я стану лучшим зельеваром этого мира и рекомендую доверять мне.

– Амбициозно.

– Не вижу смысла скрывать свой талант. Отныне можете обращаться ко мне с любым заказом. Для меня не существует невыполнимого.

Ректор на меня даже не смотрел. И лишь когда я попрощалась с ним и открыла дверь, чтобы выйти, спиной ощутила тяжёлый, полный недоверия, взгляд.

Что ж, посмотрим, кто кого... очарует.

***

Эдриан Дарс

На вкус новая дрянь показалась ещё хуже, чем старая. Оно и понятно: адептка-второкурсница с завышенным самомнением могла напутать с рецептом.

Эдриан в тот же день отнёс зелье на анализ к Келтону Гравису, и тот вынес вердикт:

– Абсолютно идентичные зелья, как будто сварены одним человеком в одном и том же котле.

– То есть это зелье, – Эдриан указал на новую бутылку, – изготовлено тем же зельеваром, и адептка Ферб пытается обмануть меня, выдавая его за свою работу?

– Нет, это свежее, ещё не почернело. Могу точно сказать, что сварено оно не более суток назад.

– Хм. Спасибо. То есть я могу его принимать?

– Можешь. Девчонка в самом деле талантлива. Если уж сам Фенек покровительствует ей, можешь себе представить масштаб личности юного дарования. Ювелирная точность исполнения. Будь ты зельеваром, испытал бы экстаз.

– Я понял тебя. Спасибо, – ректор забрал обе бутылки и покинул лабораторию товарища.

Похоже, в профессиональном плане адептке Ферб можно доверять, а что касается остального... Нет, про свои сны он не готов ей рассказать. Пока ещё нет.

***

Лидия

За ужином мы с Кэт остались без компании Лессара. Он начал встречаться с первокурсницей с целительского факультета и променял нас на неё. И правильно: пора жить дальше.

И мне тоже пора.

– Привет, красотка! – над нашим столом материализовался кучерявый демон Тагир де Таргор.

– Привет, бакулюм, – припомнила я его пятничное хвастовство в гримёрке.

– Это сейчас было грубо.

– Есть причина, по которой я должна миндальничать с тобой?

– Как тебе осознание, что перед тобой стоит высший демон? Догадываешься, что это значит?

– Ага. Папенькин сынок, который с детства кушал золотой ложкой.

– Обижаешь! Ложка у меня была платиновая, с бриллиантами.

– Ужас. Представляю, какая она была тяжёлая и неудобная. Чистое издевательство над ребёнком! – откровенно издевалась я над его попытками придать себе значимости.

– О, что ты! Я с детства люблю роскошь. И ты полюбишь, как только прикоснёшься к ней.

– Спасибо, я, пожалуй, откажусь.

– Обычно девушки мечтают получить билет в высший свет, а здесь, в академии, собраны самые крепкие и перспективные маги со всего цивилизованного мира. Не прикидывайся, что противоположный пол тебя не влечёт.

Влечёт! Ещё как влечёт!

– А ты, значит, ходишь по столовой и заманиваешь всех в свою постель билетом?

– Не всех – только тех, кто понравился.

– И многих уже осчастливил? – насмешливо поинтересовалась я.

– У меня большой опыт.

– Поздравляю. Иди делись им с кем-нибудь другим.

– Я понял, понял, что с тобой стандартные методы не прокатывают.

– Демон, ничего ты не понял. За нашим столом тебе нечего ловить, – на пальцах разъяснила я.

– Не спеши прогонять меня. Ты на самом деле понравилась мне, так что позволь реабилитироваться в твоих глазах, я умею быть другим. Это была проверка на доступность. Доступные девушки – они как бабочки-однодневки – яркие, но пустые. А ты особенная.

Во как запел! Так я и поверила!

– В прошлый раз наше знакомство как-то не задалось. Позволь представиться ещё раз: Тагир де Таргор, высший демон из древнего рода.

– За что сослан сюда? – поинтересовалась невинно.

– Я выбрал это место, чтобы закалить свой характер, – безбожно врал демоняка, но до чего же у него обворожительная улыбка! Хочется смотреть и смотреть. Влюбилась бы, но вруны не в моём вкусе.

– А мне известно, что ты трахнул новую жену своего отца, и за это тебя почти лишили наследного титула, – об этом мне поведала тётя Санта, когда мы переписывались с ней в субботу.

– Откуда тебе... В смысле, признаю, был неправ, но уже раскаялся, это место изменило меня. Мне нужна по жизни избранница, с которой мне не захочется смотреть на других. И я счастлив, что нашёл тебя.

– И то, что я якобы любовница ректора, тебя не смущает?

– Мы же оба знаем, что это не так.

Ха!

– А что если так? – я подняла на него дерзкий взгляд.

– Докажу, что я лучше. Я умею добиваться своего, – и снова улыбка, навевающая мне комплекс неполноценности. До чего красив, паршивец!

– Что ж, докажи. Для начала дай нам с Кэт спокойно поужинать.

– Какие планы потом?

– Учёба.

– М-м-м... Умные девушки – это так сексуально!

– Парни, знающие, когда вовремя отвалить – и вовсе на вес платины!

– Понял. Просто... Трудно устоять. Ты как фарфоровая куколка. Такая белая кожа! Чем отбеливаешь?

– Ничем. Она у меня от природы такая. Всё, демоняка, иди хвастайся победами перед кем-нибудь другим, – я приметила проходящую мимо Шиару. – Вот, она свободна и ждёт своего героя.

– Но она не...

– Сдрисни, – бросила я ему, вконец потеряв терпение.

Тагир оскорбился таким обращением и отправился покорять проклятийницу.

– Лия, – зашипела Кэт, выпучив на меня глаза. – Ты же герцогиня!

– Зато действенно! Уж извиняйте, я росла с конюхами.

Не успели мы завершить ужин, как на меня налетела взбешённая Шиара:

– Куропатка! Подстилка ректорская! Если сама шлюха, это не значит, что все такие! Да чтоб тебя... – дальше пошли пожелания мне ярких и не очень приятных ощущений от занятия, которым люди обычно занимаются наедине.

– Как-как ты меня назвала, кошка драная?! – ну, всё. Я разозлилась и ударила блондиночку в нос. Сильно, аж самой стало больно.

Шиара взвыла.

На этом мы с Кэт обошли скрючившуюся от боли проклятийницу и покинули столовую. Невидимая Розочка, поглотившая сегодня целый тазик плова, шагала рядом с нами, виртуозно лавируя между адептами. Эх, знали бы они, что всего несколько сантиметров отдаляли их от огроменного паучищи... Стоит Розочке стать видимой, как начнётся массовая паника, тут бы сэр Гамильтон объелся энергии. Интересно, куда он пропал? Давно не видать старого пройдоху.

Ладно-ладно, с Шиарой я погорячилась. Не надо было натравливать демона на неё. Она же вроде как положила глаз на герцога Тео де Торвальди. Хотя Тео куда-то пропал в последние дни, вот я и решила, что Шиара снова в поиске.

Подозреваю, что мне в ответку прилетит что-то похлеще чесотки. Кажись, это война, и к ней надо быть готовой.

Глава 14. Есть контакт!

Лидия

Угадайте, что сделала эта... не знаю, как её назвать? Сыграла мне на руку, конечно же!

Шиара, вместо того чтобы пойти в лазарет или обратиться к адептам с целительского факультета, побежала заливать кровью и слезами кабинет ректора.

На беду нашего всея академии, он был на месте.

«Адептка Ферб! Немедленно в кабинет ректора!» – прогремело на весь замок так, что я, почти добравшись до лаборатории, где меня ждала парочка заказов, развернулась и потопала в административное крыло.

По месту назначения я увидела красномордую Шиару, размазывающую платком кровь по своей наглой харе, и злого ректора.

– Ваших рук дело, адептка? – мне мрачно указали на стукачку.

– Она за дело получила.

– Ах ты... – зашипела гадюка.

– Тихо! – ректор оборвал новый виток нашей перепалки. – Адептка Ферб ответит, за что она ударила адептку де Бо.

– Она при всех обозвала меня ректорской подстилкой и... – я с вызовом посмотрела на Шиару. – Как ещё, не напомнишь?

– Ты на меня демона натравила! – визгливо защищалась та.

– Ложь! Он, как тебя увидел, сам от меня отлип, – фыркнула я.

– Молчать! – злой и усталый голос ректора. – Наказание обеим. Неделю по очереди моете женские туалеты в общежитии.

Отлично. Теперь спать можно вообще не ложиться.

– Господин Дарс, но у меня же ещё отработка в зале поединков не кончилась... – напомнила я. Вдруг забыл?

– Судя по вашему поведению, у вас слишком много свободного времени, адептка, – ответил он мне.

Шиара скользнула по мне мстительным взглядом и сладким голоском обратилась к ректору:

– Прошу прощения за свою несдержанность в отношении этой... особы, но, возможно, я буду полезна в более приятных делах? Я графиня, и мне с детства прививали знания в высоких областях.

Да ладно?! Она его клеит? Реально, стоит с кровавой мордой и строит ректору глазки. Моему мужику!

– В Северной академии аристократы и крестьяне равны. Дежурный будет проверять качество вашей работы сразу после выполнения. Вы свободны, – сообщил он ей и обратился ко мне: – А вас, адептка Ферб, прошу задержаться.

Шиара оскорбилась, резко развернулась, тряхнув своими светлыми кудряшками, и вышла.

– Что за сплетни ходят по академии? – спросил таким тоном, будто это я на каждом углу болтаю о наших с ним рандеву.

– Это из-за пятницы, – ответила ему. – Адепты видели, как вы несли меня на руках, а я говорила всякие глупости, и мне присвоили звание вашей, кхм... ну, вы поняли.

– Ясно.

– В прошлый раз вы просили меня как можно реже показываться вам на глаза. Я могу идти?

– Нет, – прозвучало неожиданно. – Вы можете приготовить мне зелье для нормального сна?

– Вас мучают кошмары? Или бессонница?

– Скажем так: навязчивые галлюциногенные сновидения.

– Оу...

Если читать между строк, то я ему снюсь и уже порядком набила оскомину. С этим надо что-то делать. Как-то это вышло за рамки мести за хамство.

– Освобожу вас от отработки в зале для поединков, если поможете мне. Также продемонстрируете свою гениальность, – я так понимаю, он меня сейчас уговаривает.

– Это очень удобно: повесить на меня незаслуженное наказание и потом сделать заказ в обмен на частичную отмену повинности. Класс!

– Откажетесь? – и взгляд на меня, очень провокационный.

Я проигнорировала вопрос и задала свой:

– Товарно-денежные отношения между руководством и подчинёнными разрешены, а личные запрещены?

– Именно. Такое правило действует в каждой профессиональной сфере.

– Выходит, деньги людям важнее, чем личное счастье, – с грустью резюмировала.

– Это всего лишь философствование. Жизнь намного сложнее. Так что, Лия, вы берёте заказ?

– Беру, но на других условиях. Обойдёмся без бартера. Цена моей работы – один золотой. По рукам?

– По рукам, – кивнул он. – Но почему вы выбрали деньги?

– Чтобы у вас не появилось привычки наказывать меня по выдуманному поводу.

– Я не настолько корыстен, – на миг на его губах мелькнула улыбка.

Остановись, мгновение! Ради такой улыбки в мою сторону я готова... готова... да, вот, хотя бы избавить Эдриана от тьмы!

Эх... Он, наверное, сам не понял, что улыбнулся.

– Тогда зачем тянуть? Идёмте в лабораторию, я возьму у вас кровь, чтобы понять, какой галлюциноген вызывает навязчивые сновидения.

– А как же сплетни?

– Хуже уже не будет.

Как оказалось, бывает и хуже.

На опытном столе вместо колбочек и перегонной установки была разложена заочно знакомая мне девица с первого курса целительского. Прелестница была абсолютно голая, а над ней интенсивно трудился Лессар.

Я резко затормозила на пороге, Эдриан врезался мне в спину и тоже увидел это.

Кажется, мы не вовремя.

Рефлекторно толкнув ректора к выходу, я случайно задела ногой переполненную урну, и из неё на пол упала треснутая мензурка.

Эх, вот ленюсь я вовремя выносить мусор...

– А-а-а! – чаечкой вскрикнула девица, увидев нашу шокированную компанию и свалившись под стол в надежде укрыться.

– Лия, какого чёрта? – выругался Лессар и в мгновение ока натянул брюки.

– Здесь магическая академия, а не бордель, адепт Мейо. Вы используете лабораторию не по назначению. У вас минута, чтобы собраться и покинуть помещение.

Лессар, который плохо кончил, точнее, не успел завершить важное для тела дело, бросил на меня сердитый взгляд. Знал, зараза, что я сегодня собираюсь здесь поработать, и всё равно устроил траходром. Вот и получил. Что ему, комнаты мало? Выгнал бы соседа погулять на час, и делов-то! Зато теперь у нас проблемы. Как бы не лишиться насиженного местечка.

Мы с ректором вышли, захлопнув за собой дверь.

– Простите. Я и представить не могла, что в лаборатории такое.

– И часто она используется не по назначению?

– Вообще-то никогда. Точнее, я иногда здесь сплю, когда нет сил дойти до комнаты.

– Одна спите?

Это он на что намекает?

– Я поступила сюда учиться, господин Дарс, – с достоинством ответила ему. – Главная цель моей жизни – стать лучшим зельеваром в мире и прославиться важнейшими научными открытиями.

– Что ж, похвально.

Злой и не скрывающий этого Лессар и темноволосая голубоглазая девица вышли из лаборатории на лестничную площадку.

– Освобождаем, – процедил Лессар.

– Адепт Мейо, прямо сейчас отправляетесь в караул на ночь. Утреннюю тренировку можете пропустить. Подробности спросите у ответственного постового, – и ректор прямо на наших глазах накатал магвестник и отправил его.

– Слушаюсь! – нехотя отозвался мой кузен.

– Свободны оба.

А мы нырнули в уже прибранную лабораторию. О жарком сексе напоминал только характерный запах, навевая мысли о моей недавней ночи любви.

Ах, как хочется вернуться... Не в камеру смерти, конечно же, а в ситуацию, где мы не скованы рамками.

– Закатайте рукав выше локтя, – попросила я, подготавливая стерильный шприц и съёмные колбочки – семь штук.

– Зачем вам так много?

– Опыты буду ставить.

– Мы договаривались только о зелье для сна! – в голосе промелькнуло раздражение.

– Не только, – вздохнула я и серьёзно посмотрела ему в глаза. – Ещё я разрабатываю вакцину против тьмы, если вы помните.

– Х-хорошо.

Он заметил, что я вогнала иглу ему в вену, только когда я её вынимала, заполнив все семь колбочек.

– У вас лёгкая рука.

– Ну, ещё бы! Я же целитель. Во мне сильна эльфийская кровь.

– Как давно вы варите зелья?

– Лет с семи. До этого я, как все нормальные дети, «варила» кашу из грязи и травы.

– И всё же почему вы выбрали деньги? – вернулся он к недавнему разговору. – У вашей семьи финансовые проблемы?

– Нет. Я из обеспеченной семьи, но уже взрослая и содержу себя сама.

– Значит, нелегальный бизнес за моей спиной?

– На данный момент у меня два заказа: один на долгосрочное улучшение памяти, второй для бодрости. Эти зелья разрешены к употреблению учащимися. Я читала закон.

– Дурманящее зелье тоже разрешено?

– Веселящее. В стандартной дозировке оно не пьянит, но в ту пятницу мне было не весело, и я увеличила дозу в десять раз.

– Напилась, в общем?

– Типа того, – пожала я плечами. – Хотите попробовать?

– Нет. Но от бодрящего бы не отказался, – он устало тряхнул головой.

– Из бодрящего могу предложить только контактную целительскую технику, так как зелье будет вариться полночи. Простыми словами, это массаж шеи и плеч, но с секретом.

– Это ведь не приставание?

– Господин Дарс, ещё раз напоминаю вам о цели моего поступления сюда.

– Хорошо. Что я должен делать?

– Ничего. Сидите, как сидите, – я зашла ему за спину, открыла барсетку, где лежит парочка запасных пастилок для бодрости, и приступила.

Я хз, если честно, как делается этот массаж. Могу просто поразминать мышцы, водя по ним то вдоль, то поперёк.

Пастилка незаметно скользнула ему за шиворот и приклеилась в спине, а я углубила нажатия на поистине богатырские мышцы под плотной чёрной рубашкой.

– Простите за нескромный вопрос... – мой профессиональный интерес не знает преград. – А вы в детстве не были толстым?

– С чего вы это взяли?

– Ваш организм склонен накапливать энергию. К тому же магия в вас проснулась рано, и как только начали соображать, боялись ею пользоваться, чтобы не пробудить тьму. Для борьбы с энергией Хаоса нужно, чтобы тело было сильным, поэтому вы взялись усиленно тренироваться. Плюс старое зелье было токсичным. Представляю, каких трудов вам стоило наработать такую физическую форму.

– Если и так всё знаете, зачем спрашиваете?

– Это были всего лишь догадки. Возможно, некоторые факты о вас приблизят меня к вакцине против тьмы. Расслабьте плечи...

– Как вы собираетесь её разрабатывать, если человек, обладающий иммунитетом к тьме, исчез?

– Ну, почему же исчез? Я здесь. Это моя кровь невосприимчива к тьме. Диа лишь выпила антидот. Сейчас покажу вам, – я завершила массаж, достала из шкафа магически усиленную закрытую колбу с тьмой, подцепила каплю и поместила её в другой сосуд. Затем новым шприцем взяла кровь из собственной вены и вылила к капельке тьмы.

Что началось!

Бой моей кровушки и тьмы, закончившийся гибелью последней.

– Я верю вам, адептка, но откуда у вас тьма? Вы в курсе, что за использование её без личного разрешения императора вас обезглавят без суда и следствия?

– В курсе, – спокойно кивнула, – поэтому разрешение у меня есть.

– Как вам удалось достать её?

– У моей семьи связи во дворце, – уклончиво ответила я.

– Это я уже понял, когда на допросе вы показали язык одному эльфу, а второй слишком по-доброму погрозил вам пальцем, – припомнил Эдриан.

– Отлично, что вы мне верите. Может, со временем и доверять начнёте.

– Хм... – прозвучало как-то скептически.

– На самом деле вы редкий везунчик, даже если вам так не кажется.

– И в чём же моё везение?

– Вы единственный живой и здравствующий заражённый тьмой. Остальных отлавливают, казнят, а из их крови делают выжимку в виде вот этой чёрной гадости, – я потрясла колбой с тьмой. – Так что радуйтесь жизни и верьте, что скоро вы излечитесь окончательно. Кстати, как ваше самочувствие?

– Удивительно, но будто выспался и только что встал, – меня снова одарили улыбкой. – Благодарю вас, Лия.

– Что ж, полагаю, вам пора. Ночь короткая, а работы много.

– Это точно. Доброй ночи, – он направился к выходу.

– Доброй ночи, – ответила я и не могла перестать улыбаться. Это первый наш реальный и нормальный разговор без масок.

Есть контакт!

***

Лидия

Когда Эдриан ушёл, я, пританцовывая, принялась готовиться к изготовлению зелий. Котлы намытые и высушенные, горелка, мешалки-поварёшки, склянки, формы для раскатывания и сушки будущих пастилок...

Почему-то ноги сами выплясывали, и не какой-нибудь котильон, а танго. Этот танец я разучила вместе с Амавером, когда мы готовились к балу. После скандала с трансвеститом Изабеллой мой монарший кузен крайне осторожно относился к девушкам, поэтому для бала выбрал гарантированно безопасный вариант – меня.

И отожгли мы танго!

Моё облегающее платье с открытой спиной и двумя разрезами на бёдрах шокировало всех. Зал не шелохнулся, пока не смолкли последние ноты оркестра.

Зато потом... Пошли слухи, что мы партнёры не только по танцу, но и по постели.

Родные философски восприняли наш эпатаж, так как знали, что мы просто дружим, но настоятельно рекомендовали не портить репутацию будущему императору.

С тех пор мы изредка по старой памяти репетировали наш страстный танец, и именно сегодня на радостях я выплясывала его в лаборатории.

Ночь прошла как на одном дыхании.

А утром... на меня показали пальцем. Потом ещё раз. И ещё.

«Что-то не так», – подсказала чуйка.

Так, блин! Что происходит?

В столовой я приступила к активной сплетнесобирательной деятельности:

– Кэт, свободный артефакт прослушки у тебя есть?

– Угу. А что?

– Нужен. Срочно.

К обеду у меня было пять артефактов-пуговок, и две из них уже покоились в карманах адепток, а беруши с динамиками – у меня в ушах.

Но не успела я дослушать теорию под названием «как определить красоту мужчины по его заднице», как суть главной сплетни дня мне поведал по-прежнему злой Лессар:

– Аманда рассказала подругам, что застукала тебя и ректора в лаборатории за этим делом.

– Вот... Манда! – ой, кажется, у меня глаз задёргался.

Как можно было так извратить и опошлить наш деловой визит в лабораторию? Ладно бы это ещё было правдой, а так... Всего лишь дразнилка, сплетня ради сплетни.

– Зачем ты притащила его туда? – зашипел мой незнатный кузен, считая, по-видимому, виноватой меня.

– Взять кровь для зелья. Теперь я его личный зельевар.

– И чем же он тебе платит за услуги? – прозвучал едкий сальный вопрос. Как будто я продажная девка.

Кровь в моих жилах закипела.

– Пересядь за другой стол, – бросила ему.

– Да ладно, Лия!

– Пошёл вон! – ещё немного и жахну по нему боевым заклинанием.

Ушёл.

– Дела... – вздохнула Кэт.

На этом мои злоключения не закончились. На выходе из столовой меня поймал Тагир, больно дёрнув за плечо.

– Это что такое было вчера? Ты зачем мне эту недотрогу подсунула? Она меня отшила! А я о-о-очень не люблю проигрывать и оставаться голодным. Поэтому мне достанешься ты! – сегодня он уже не стелился ковриком у ног.

– Отпустил!

– Пф! А то что?

– Пожалеешь.

– Милочка, я всю еду проверяю перед употреблением. Мне ты ничего не подсунешь.

– Демонёнок, я, что, неясно выразилась? Со мной лучше дружить.

– Так я и предлагаю дружить... телами.