Текст книги "Будет вам Злодейка! (СИ)"

Автор книги: Натали Лансон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 17 страниц)

Глава 10. Мастерица на все руки

Я не была уверена, что Шахрияр действительно придёт, как обещал. Наместник империи – человек, чья жизнь расписана по минутам, и в отсутствие императора именно он держал в руках всю власть. У него полно дел, забот и интриг, а Шалара – та, кто всё это время вставляла ему палки в колёса, мешала на каждом шагу. Казалось бы, зачем ему тратить время на неё?

Но он пришёл!

И не просто пришёл, а выглядел при этом спокойным и, я бы даже сказала, приветливым.

Шахрияр вошёл в комнату тихо, словно старался не нарушить хрупкий покой, в котором нуждалась нагиня, потерявшая очень важную половинку себя.

Его лицо было уставшим, но глаза – внимательные и мягкие. Он не спешил, не торопился. Словно хотел разделить со мной этот момент, чтобы я почувствовала его поддержку.

Это меня подкупило. Если вспомнить, что я подчерпнула из воспоминаний Шалары, этот мужчина многое пережил в обществе нагов, пока рос. Наш земной школьный буллинг тут и рядом не стоял! Мать исчезла, отец измывался, пытая своего единственного ребёнка, чтобы тот обрёл змея поскорее… Только дядя-император и брат Альтаир относились к Шахрияру по-человечески.

Когда владыка Родай Шиарис узнал, что его брат делает со своим сыном, он отобрал мальчика, а Шарха сослал в дальнюю провинцию. Да! Ему не досталось! Всё, как и у нас! «Небожителей» не наказывают даже за подобную жестокость!

Тем не менее Родай вырастил племянника в уважении и любви к себе. Я видела глазами Шалары, как несколько слезинок скатилось по щеке Шахрияра на похоронах императора. А ведь к тому времени он уже стал генералом. Мощный нагом без зверя и магии, у которого только подаренный владыкой меч высекал огненные молнии, поражая любого змея!

Именно это меня удивляло: как может скрываться за этой мрачной маской безразличия понимание и доброта?! Ведь именно они привели Шаха к его коварной супруге, чтобы поддержать эту гадюку в её трудный час!

Мы сели за небольшой стол, который Элейн успела накрыть к обеду. Еда была простой из-за выписанной мне диеты, но свежая и ароматная – кусочки манго, лепёшки с травами, немного сыра, тёплый бульон и чашки с горячим чаем.

Я как раз взяла кусочек манго и, откусив, смущённо подняла взгляд на вошедшего.

– Приятного аппетита, – пожелал мне Шиарис, бесшумно приближаясь и садясь напротив, в мягкое кресло. – Как ты себя чувствуешь? Я слышал, что ты позвала к себе мастера из гильдии…

– Эм… да. Решила немного отвлечься. Целитель сказал, что восстановление займёт целую неделю. Советовал воздержаться от светской жизни. И даже запретил принимать гостей, так как иммунитет у меня сейчас совсем слабый.

– Да. Я знаю… – Шах кивнул с серьёзным выражением на лице и потянулся за кусочком манго. – Ммм… Сто лет не ел.

– Кхм. Угощайся. Это всё докт… целитель прописал.

– Я знаю.

Шахрияр очень внимательно посмотрел в мои глаза.

Я задержала дыхание, почувствовав какой-то странный ступор, который мурашками разбежался по моему телу.

Первой оборвала зрительный контакт, отпивая из пиалы бульон.

– Мне нравится.

– Я рад.

Я прислушалась к себе. Со мной происходило что-то странное.

Нет, я много мужчин встречала на своём пути, в конце концов, к братьям друзья-парни толпами ходили! Но конкретно этот мужчина действовал на меня совершенно по-другому. Не как все.

Я посмотрела в окно.

Чтобы как-то сгладить затянувшееся молчание, задумчиво протянула:

– Не перестаю удивляться тропическому климату столицы. Здесь всегда тепло и влажно… а три-четыре часа полёта на крылатых конях – и ты попадаешь в суровую зиму!

– Хм… странное наблюдение. Таков климат нашей Севиры. Нагини твоего возраста не придают этому значения. Ты – странная. Как та человечка из Алиры.

Я прикусила язык от досады.

Шиарис склонил голову набок, изучая меня.

Губ мужчины коснулась улыбка.

– Мне нравится…

– Что нравится? Человечка из Алиры?

Шах качнул головой.

– Нет. Изменения, произошедшие в тебе.

– Пф! Неужели? Даже с учётом того, что во мне больше нет змея, которого ты собирался заграбастать себе?

Шах поморщился, и опасно милый момент сразу был разрушен, но я не стала пенять себе, наконец, делая нормальный вдох.

– На Севире природные зоны устроены необычно, – пробормотал наг, продолжая поддерживать незатейливую беседу. – Они словно лучи солнца расходятся от столицы, охватывая контур материка. В Шалле – тропики, а всего в трёх-четырёх часах полёта на лунмах начинается зима. Такое соседство кажется странным, но очень красивым.

Я задумчиво посмотрела в окно, где за стеклом мерцали зелёные листья и яркое солнце.

– Мне нравится думать, что в этом есть своя гармония, – тихо прошептала я. – Как будто разные стихии учатся сосуществовать, несмотря на все различия.

Шах кивнул, и в его взгляде мелькнула искра заинтересованности.

– Согласен с тобой.

Незатейливая беседа продлилась недолго. Шахрияр сказал, что ему пора и ушёл, ещё раз пожелав мне приятного аппетита.

Вот так, за простым обедом и разговором о погоде, мы стали ещё на несколько градусов лояльнее друг к другу.

«Ещё чуть-чуть и я рискну ему выложить правду о себе!» – посмеялась над своим настроением.

Встреча с резчиком из гильдии мастеров прошла идеально несмотря на то, что их старший отправил на мой запрос совсем не мастера, а подмастерье.

Паренёк, Рушан, выглядел хилым, не старше двенадцати лет, и при этом знатно дрожал, боясь даже оторвать глаза от носочков своих башмаков, как будто его позвали только за тем, чтобы им с наслаждением отведала самая ужасная злыдня столицы!

Я не стала обращать на это внимание, разговаривая с мальчиком как со взрослым. В этом возрасте они это любят – так мама всегда говорила. К тому же, я – не Шалара. Вот она бы здорово возмутилась на такого «мастера», и мало этой гильдии точно не показалось бы!

Для меня же главным было то, что парнишка принёс образцы почти всех типов деревьев и (о Боже!) клей. Инструменты тоже захватил, чем я не преминула воспользоваться – отобрала всё, что пригодится для моей смертоносной "поделки".

Рушан смотрел на мою радость с лёгким недоумением, а, когда уходил, всю дорогу оборачивался.

Это меня знатно развеселило.

Отправив Элейн отдыхать в её комнатку, которая находилась почти рядом – напротив моих покоев, я устроилась за столом в спальне и разложила перед собой все принесённые материалы.

Образцы древесины были разного сорта – от лёгкой и гибкой сосны до плотного и твёрдого дуба. Клей пахнул терпко, но обещал надёжное сцепление. Единственная пружина, которую я смогла выудить из инструментов подмастерья, была маленькой и тонкой, но, как мне казалось, именно она и станет сердцем моего самодельного пистолета.

Сначала я тщательно выбирала древесину для корпуса – нужна была лёгкая, но прочная основа. Сосна подошла идеально. Аккуратно вырезала заготовки, придавая им нужную форму. Руки работали уверенно, несмотря на слабость после болезни – в этом деле я чувствовала себя живой. Как будто снова сижу за столом своей комнатки нашей тёплой квартиры… мама готовит на кухне сногсшибательны ужин, а папа стоит за моей спиной, ненавязчиво контролируя.

Тряхнув головой, сосредоточилась, приступая к механизму. Пружина должна была создавать достаточное натяжение, чтобы выстрелить стрелой или маленьким болтом. Я проделала в корпусе узкий канал, где разместила пружину, закрепив её клеем и деревянными штифтами. Механизм взвода получился простым, но надёжным – я проверяла его несколько раз, сжимая и отпуская курок. Зафиксировала это дело саморезом, которому спилила шляпку.

«Она понадобится мне на верхнем слое пистолета…»

Для ствола использовала плотную древесину, выточив внутри гладкий канал. Он был коротким, но достаточным для того, чтобы направить снаряд. Я вставила туда тонкую металлическую трубку, найденную среди инструментов – она придавала конструкции дополнительную прочность.

Когда всё было собрано, я осторожно взяла пистолет в руки и проверила баланс. Он казался лёгким и удобным, а механизм – отзывчивым. Это была не просто игрушка, а оружие, которое могло спасти мне жизнь. Что-то среднее между пистолетом и арбалетом.

Я улыбнулась себе – несмотря на все трудности, я смогла создать то, что казалось невозможным!

Чтобы все слои «пистолета» хорошо проклеились, я зафиксировала их зажимом, похожим на струбцину. После этого занялась изготовлением пуль, которыми стали обычные гвозди. Правда стачивать их пришлось конкретно, чтобы они стали похожи на смертоносные мини-снаряды.

Я работала до позднего вечера. Наточила около двухсот пуль, пока Элейн не рискнула возмутиться, погнав меня отдыхать. Не знаю, куда столько… но хотелось запастись конкретно! Чтоб, если что, я весь серпентарий перещёлкала! Жалко змеек, конечно, но эта их человеческая оболочка… Не придворные у Шахрияра, а высокомерные сволочи!

«Пистолет» с «пулями» я закрыла в секретере и с довольной улыбкой отправилась спать, мысленно потирая руки.

«Завтра надо пристреляться. Давно меткость не тренировала».

Глава 11. Знакомство с Элероном

Проснулась с отличным настроением! Особенно оно взлетело вверх, когда я открыла секретер и увидела результаты моих вчерашних трудов.

«Мне не приснилось… – расплылась в улыбке. – Папа может мной гордиться!»

И самострел, и пульки из гвоздей лежали на месте, аккуратно сложенные и готовые к испытаниям.

Завтрак был изысканным – свежие фрукты, тонкие лепёшки с мёдом, ароматный травяной чай и нежный сыр.

Я медленно ела, всё время поглядывая в сторону секретера, и улыбалась.

Сердце билось быстрее от предвкушения.

Наконец, я не выдержала и взяла в руки карандаш, чтобы нарисовать мишени на большом листе бумаги. Нужно было понять, на какую дальность способен мой самодельный пистолет и насколько точна моя меткость.

Чтобы не было свидетелей, я спровадила Элейн под благовидным предлогом – попросила подобрать для меня разного рода литературу: от учебных пособий до лёгких бульварных романов.

Горничная с радостью согласилась и быстро ушла, оставив меня одну.

Я закрыла дверь на ключ, сообщив стоящим в коридоре адашам (так называли стражей из личной гвардии императора), чтобы меня никто не беспокоил, и приступила к испытаниям.

Взяв пистолет в руки, я осторожно зарядила первую пулю – небольшой сточенный гвоздик, тщательно заточенный до полного внешнего сходства с пулей. Сделала глубокий вдох и выстрелила. Пуля пролетела со свистом, ударившись о стену с громким стуком. Однако мимо мишени.

Я нахмурилась, но не отступила, и следующий выстрел был чуть точнее, но всё ещё далёк от идеала.

Я повторяла попытки, прислушиваясь к звуку пружины, ощущая отдачу в ладони. Через полчаса тренировок круги на мишенях начали поддаваться моей меткости – пули попадали всё ближе к центру, а я всё больше уверялась в своих силах.

Правда, обои в комнате пострадали – куча дырок и следов от пуль напоминали о моих первых неуклюжих выстрелах. Но это было мелочью по сравнению с тем, что я смогла создать и освоить.

Я отложила пистолет-самострел и подошла к окну, чтобы проветрить комнату. Свежий воздух наполнил лёгкие, а мысли постепенно упорядочивались.

Через несколько минут в спальню, предварительно постучав, тихо вошла Элейн, держа в руках несколько книг и свёртков. Она осторожно поставила их на стол и улыбнулась:

– Я подобрала для вас кое-что интересное, Ваша Светлость. Учебные материалы и пару лёгких романов для отдыха.

Я благодарно кивнула, чувствуя, что даже в мелочах эта забота помогает мне. Чувствуя поддержку, не так страшно противостоять целому миру!

– Спасибо, Элейн. Ты можешь отдохнуть. Я почитаю пару книг в кровати.

Когда дверь закрылась, я снова села за стол и открыла одну из книг. Это была история змеиной расы. Точнее, появление нагов на Элероне. Оказывается, они тоже были когда-то попаданцами. И (мама моя дорогая!) в этот мир их привела не абы кто, а сама Богиня Тёмных – Кара Небесная. Именно ей поклонялись на трёх материках Элерона: Алире, Севире и Сильварине. Первый принадлежал людям, второй – нагам, а третий делили сильфиды (по описанию похожие на наших мифических эльфов) и хасаки. Последние были оборотнями разных хищных подвидов: от лис до шакалов, напоминающих египетского бога Анубиса. И, кстати, поклонялись хасаки Алиане Пресветлой! Как и люди.

Читать о быте этих рас было не менее увлекательно, чем сама история их появления. Сильфиды, например, жили в условиях, которые во многом напоминали наши современные реалии. Их города были настоящими шедеврами архитектуры – высокие здания с большими окнами, зелёные парки, развитая инфраструктура и технологии, которые позволяли им комфортно существовать в гармонии с природой. Образование, искусство, наука – всё это занимало важное место в их жизни. Сильфиды ценили свободу выбора и личное развитие, а их общество было устроено так, чтобы каждый мог реализовать свой потенциал без оглядки на пол или происхождение.

В то же время хасаки (по-нашему оборотни) придерживались более строгого и сурового уклада, основанного на животной составляющей их природы. В их поселениях, общинах и стаях царило право сильнейшего – жёсткие бои и ритуалы борьбы за власть между самцами были неотъемлемой частью жизни. Мужчины соревновались за лидерство, доказывая свою силу и выносливость в кровопролитных схватках, а только самый сильный и ловкий мог занять место вожака.

Несмотря на такую суровость, в обществе хасаки сохранялось глубокое уважение к женщинам – каждой хасисе поклонялись как принцессе, окружая заботой и почётом. Женщины имели право голоса и могли влиять на важные решения, но при этом их роль была чётко определена и уважалась всеми. Такой баланс между жестокостью мужской борьбы и почитанием женственности создавал уникальную структуру, где сила и честь шли рука об руку.

Жизнь хасаки была тесно связана с природой и древними традициями, где каждый ритуал и обряд имели глубокий смысл и служили укреплению стаи. В их мире выживал сильнейший, но при этом уважение и преданность были основой взаимоотношений внутри сообщества.

Люди, населявшие Алиру, вели образ жизни, во многом напоминавший времена нашего Средневековья. Их поселения были укреплёнными городами с каменными стенами и башнями, а повседневная жизнь строилась вокруг сельского хозяйства, ремёсел и феодальных отношений. В обществе царили строгие иерархии, где дворяне и рыцари обладали властью и привилегиями, а крестьяне трудились на земле, обеспечивая пропитание всем слоям населения. Религия и традиции играли важную роль, а праздники и ярмарки становились редкими, но яркими событиями, объединяющими общину.

Однако с появлением колонизации Алиры со стороны Севиры – материка нагов – жизнь людей начала постепенно меняться. Наги представляли собой продвинутую расу с развитой культурой и технологиями, которые казались людям Алиры почти волшебными.

Их дворцы поражали великолепием: изящные колонны, мозаики из драгоценных камней, фонтаны с кристально чистой водой и сады, наполненные экзотическими растениями. Купальни нагов были настоящими произведениями искусства – просторные, украшенные резьбой и мрамором, они служили не только местом для омовения, но и центрами общения и отдыха.

Колонизация принесла с собой новые знания, ремёсла и торговые связи, что постепенно улучшало быт людей Алиры. Появлялись новые профессии, расширялись возможности для обучения и обмена опытом. Несмотря на первоначальное недоверие и культурные различия, взаимодействие с нагами открывало перед людьми новые горизонты, обещая светлое будущее, где традиции и прогресс могли сосуществовать и дополнять друг друга.

Так, на трёх материках Элерона существовали три совершенно разных, но в то же время удивительно гармоничных мира – мир людей, мир нагов и мир сильфидов с хасаки. И все они были связаны не только территорией, но и общей верой в богинь, которые направляли их судьбы и оберегали их народы.

Всё это было, конечно, очень увлекательно, но я не теряла надежды вернуться. Я слишком любила свою семью! Страх за родителей и братьев, рядом с которыми сейчас тёрлась Шалара, доводил меня до дрожи. Хотелось прямо сейчас бежать и разорять храм тёмной или светлой Богини! Но останавливал здравый смысл.

Глава 12. Острые грани доверия

Солнце заметно клонилось к закату.

Я отложила в сторону учебники и встала. Романчикам достался один скептичный взгляд. Я изначально не собиралась их читать. Чисто для конспирации попросила Элейн захватить эти книги, потому как моя двойняшка очень любила периодику подобного сорта.

Пуль заметно поубавилось – почти в половину, – поэтому я снова засела возле ящика с гвоздями и взялась за точило. Осторожно подносила каждый гвоздь к камню, стачивая кончик до острого и ровного наконечника. Работа была монотонной, но необходимой – от качества пуль зависела не только точность, но и эффективность моего оружия.

Я продолжала точить пули, погружённая в мысли о предстоящем вандализме. Каждый гвоздь, превращённый в смертоносный снаряд, приближал меня к цели – к тому моменту, когда я смогу выйти отсюда и под благовидным предлогом отправиться в храм тёмной Богини Кары. Естественно, после того, как местное светило медицины подтвердит, что я здорова. Не хочу вызывать подозрений и привлекать лишнее внимание, особенно в такой непростой период. Потеря внутреннего змея для нагов – очень трагическое событие, поэтому мне предстояло отыграть эту драму как следует!

«Только после этого я смогу отправиться в путь за божественной искрой и разобраться с открытием портала… Эх! Ещё бы мне книги по тёмной магии!» – я поостереглась просить Элейн принести мне учебники по тёмной стихии, потому что Шалара была мастером. Нагиня настолько виртуозно владела своими способностями, что моя просьба выглядела бы очень подозрительно, а я никак не желала привлекать к себе внимание.

Несмотря на то, что подобных мне попаданцев Севира принимала с распростёртыми руками, отождествляя их со своими богинями, которые умели перемещаться из одного мира в другой (и без всякого замещения!), я предпочла оставить своё появление здесь в секрете.

Почему? Сложно сказать. Наверное, из-за страха, что меня не отпустят обратно. Не то, чтобы я была такой самонадеянной и считала, что сразу всем тут понравлюсь! Просто… что-то подсказывало.

Наверное, дело в том, что у нагов не было разводов. Слишком большая вероятность, что как только генерал-наместник узнает, что на месте его жены теперь адекватный человек, ему может понравится такой расклад даже несмотря на то, что он хотел отобрать у своей жёнушки змея.

И тогда Шах сможет помешать моим целям.

«Шиарис, конечно, хорош, – с сожалением размышляла я, стачивая гвозди, – и при других обстоятельствах такой брутальный красавчик определённо зацепил бы моё внимание, но…»

Из задумчивого состояния меня вырвал нарастающий крик, который доносился со стороны гостиной.

– Да что там случилось? – недовольно пробормотала я, быстро распихивая своё «ручное творчество».

– Что значит, «никому не позволено тревожить»?! Это МОЯ ДОЧЬ!!! Почему ты, мерзавка, не доложила мне, родной матери, что наследница Хасис отравлена?! – в женском визгливом крике я моментально распознала сиру Альяни и поспешила на помощь к Элейн.

Бедная девушка пыталась остановить жену советника, но куда ей?!

– Элейн, всё хорошо, – успокоила я девушку, занимая мягкое кресло. – Распорядись, чтобы нам принесли чай. Матушка… рада, что вы заглянули ко мне, – с большим трудом растянула губы в улыбке, мысленно договаривая: «без папеньки. Вас двоих я бы не вывезла».

– Неуклюжая! – выпалила сира Альяни с ледяной яростью в голосе, едва мы остались наедине.

На самом деле оставаться с этой дамочкой один на один мне дико не хотелось. Особенно, когда мой самострел в соседней комнате остался. Но какие варианты?

– Ты не только чуть не погубила себя, разбив ту чёртову склянку, но ещё и орудие для отравления Шахрияра испортила! Как можно быть такой беспечной и глупой? Ты даже не представляешь, насколько поставила под угрозу все наши планы! Скажи, ты соблазнила его?! Было у вас хоть раз? По дворцу ходят слухи, что наместник не выпускал тебя из своих покоев больше трёх суток… Это правда?

Слова этой противной женщины меня невероятно раздражали. Просто поразительное безразличие к жизни и здоровью своего единственного ребёнка!

«Ей плевать на то, что Шалара едва не умерла, на её боль и страх! Для этой стервы важны только её злобные интриги! Её и ушлёпыша мужа! Или она не в курсе, что у меня признали отторжение зверя?»

– Ты вообще понимаешь, что сделала? – голос сиры становился всё резче, переходя в почти истеричный шёпот. – Теперь всё может рухнуть! Всё, ради чего мы так долго работали, может быть уничтожено из-за твоей неуклюжести!

Я не выдержала, отражая подачу эмоций женщины.

Поморщилась и процедила сквозь зубы:

– Моя неуклюжесть, как ты выразилась, маменька, не самая большая ваша проблема. Неужели целитель вам не сказал, что яд уничтожил во мне змея?

– ЧТО?! – воскликнула нагиня, опешив. Её глаза вспыхнули диким огнём, и в них не отразилось ни капли сострадания. – Что ты сказала?!

– Что я больше не выгодная жена. Теперь даже у наместника не появится никакого желания иметь от меня детей. Я…

– Ах ты дрянь!! – с криком, который эхом разнёсся по комнате, Альяни резко подняла руку и ударила меня по лицу наотмашь.

Удар был настолько сильным, что голова закружилась, в ушах зазвенело, и я чуть не потеряла равновесие, отшатнувшись. Прямо-таки ощутила, как кровь приливает к вискам.

Но если эта дамочка решила, что я просто так спущу ей рукоприкладство, она сильно ошиблась!

Потерев щёку, я прищурилась и шагнула к нагине почти вплотную.

Открыла рот…

И тут, в этот самый момент, в гостиную ворвался Шахрияр.

Его взгляд мгновенно ухватил происходящее, оценил след на моей щеке, нещадно пылающий так, что там наверняка уже отпечаталась рука «матери года», и лицо генерала исказила ярость, которую он с трудом сдерживал.

Шахрияр шагнул вперёд. Его глаза сверкали красным пламенем, а голос прозвучал с железной твёрдостью:

– Сира Альяни, у вас минута, чтобы покинуть покои моей жены!

– Ваша жена – моя дочь! – возмутилась, но весьма несмело нагиня.

– Ссссорок сссссекунд, – прошипел Шиарис, и я с изумлением вскинула брови, замечая, как зрачки у мужчины вытянулись.

«Но… Разве это возможно? У него же нет змея! Или…»

Сира тоже замерла, словно поражённая громом.

А потом она бросила на меня последний, полных злобы и презрения взгляд, и медленно, с гордым и оскорблённым видом, вышла из комнаты, оставляя за собой тяжёлое напряжение.

Я опёрлась на стол, пытаясь прийти в себя после удара и пережитого потрясения.

Шахрияр подошёл ко мне, его лицо смягчилось, но в глазах всё ещё горела тревога… и вытянутый зрачок.

– Ты в порядке? – тихо спросил он, осторожно касаясь моей скулы.

Я кивнула, заворожено глядя в красные глаза Шиариса.

«Как же он хорош!»

– В порядке, – кивнула, опомнившись, когда одна из тёмных густых бровей нага слегка изогнулась, придавая его лицу задумчивое выражение. В комнате стоял лёгкий тропический ветерок, который играл занавесками и приносил с улицы запахи цветущих растений и влажной земли. – Ты сейчас сделал доброе дело: спас мою маменьку от её неуравновешенной дочери.

Вместо того, чтобы усмехнуться в ответ на шутку, которая шуткой вовсе не была, Шахрияр нахмурился.

– Не смешно. Во-первых, тебе нельзя перенапрягаться. Ты не до конца восстановилась после потери внутренней сущности. А во-вторых, даже с твоей магией дать отпор полноценной нагине будет очень непросто.

– И не слова о том, что дать в нос матери – это не этично?!

Вот от этого вопроса усмешку Шахрияр не удержал.

– Я – не тот наг, который имеет право давать советы по этике подобного рода. Если ты помнишь, я два раза вызывал своего отца на дуэль.

– Нам с тобой достались не самые лучшие родители, верно? – глубокомысленно пробормотала я, и градус иронии понизился, ввергая нас в не самое радостное настроение.

– Верно, – после глубокого тяжёлого вздоха согласился Шиарис, а потом забавно встрепенулся. – Ох! Для чего я, собственно, пришёл?! Целитель сказал, что за любимым делом ты быстрее восстановишься. Вот я и явился лично, чтобы сообщить тебе: через два дня наша столица принимает делегацию хасаки. Представителей знати сразу девяти стай! Это небывалое событие!

Он сделал паузу, глядя в окно, где уже начинал сгущаться вечерний сумрак.

– До этого мы имели дело лишь с хасаки-отщепенцами. Они, как гнойный нарыв их общества, демонстрировали весьма паршивые стороны своей расы, занимаясь браконьерством в Севире и Алире, но сейчас дело другое. Девять альф со своими бетами желают заключить мирный договор с нами. Сначала они хотели лично встретиться с императорами, но Альтаир направил их к нам. – Шахрияр поморщился. Его губы сжались в тонкую линию. – Братец оберегает свои новые владения. Видимо, боится, что люди не выстоят, если хасаки придут с обманом и чёрными мыслями.

Я слушала внимательно и… ощутимо чувствовала, как холод забирается под кожу.

– Хорошо… наверное, – нервно покусала губу, склонив голову набок. – Только при чём тут я и советы целителя?

Шахрияр повернулся ко мне. Глаза нага блестели в полумраке комнаты.

– Как «при чём»? – хмыкнул он. – Ты же обожаешь устраивать балы! Вот и займись подготовкой мероприятия.

– А? – паника подкатила незаметно.

– Сейчас велю распорядительнице явиться к тебе. Занимайся. Одна только просьба: не злобствуй, как на нашу официальную свадьбу. Ты со своей маменькой загоняла всю столицу… Пожалей сиру Хамсат.

Отнекаться или убедить нага, что моя тяга к организации балов прошла, я тупо не успела.

Пока открывала и закрывала рот, чтобы возразить, Шиарис, довольный собой, круто развернулся и покинул мои покои вслед за истеричной мамашей Шалары, разборки с которой точно ещё не получили свою жирную точку.

«Это я ещё о советнике Дашале не вспомнила! Ох… Кажется, этот мир с каждым днём затягивает меня в свои события всё сильнее! Я как будто в болото увязла! – с досадой стукнула по столику и плюхнулась на диван, закрывая лицо руками. – Нет. Так не пойдёт! Надо начинать уже действовать! И скорее!»