Текст книги "Будет вам Злодейка! (СИ)"

Автор книги: Натали Лансон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 22. Воскресная служба

Я стояла перед ростовым зеркалом, ощущая, как лёгкий холодок от мраморного пола пробирается сквозь тонкую ткань под ногами.

Моё платье было словно воплощение самой чистоты – белоснежное, как первый снег в безмятежном утре. Оно струилось по моему телу, мягко ниспадая и плавно обвивая талию, подчёркивая все женственные изгибы молодого тела.

Тонкая ткань переливалась в утреннем свете, будто сотканная из самой росы солнечных лучиков. По всей поверхности платья были рассыпаны бриллианты и жемчуг – они мерцали, играя всеми оттенками белого и серебристого, словно звёзды, упавшие с ночного неба и застывшие в ткани. Каждый камень казался живым, отражая моё отражение и придавая образу неуловимую магию.

Особое внимание привлекал нежно-фиолетовый алмаз, аккуратно вставленный под зоной декольте. Он был словно сердце платья – тихий, но мощный акцент, излучающий мягкое сияние, которое ласкало кожу и манило взгляд. Этот камень как будто хранил в себе тайны и силу, которые мне никогда не познать из-за скорого возвращения в родной мир.

Я провела рукой по ткани, ощущая её лёгкость и прохладу, борясь со странным чувством внутри – чувством печали, необъяснимой скорби.

Крепко зажмурившись, я стиснула покрепче челюсти, потом задрала подбородок и распахнула ресницы.

Подошла к секретеру и достала самострел с подвязками, которые подспудно служили мне вместо кобуры.

Зафиксировать надёжно пистолет на ноге – минутное дело, поэтому я быстро справилась с задачей, чувствуя себя немного нервно из-за предстоящей кражи. Самострел сейчас был тем, что хотя бы немного вселяло в меня уверенность в правильности происходящего. В правильности своего выбора.

– Ваша Светлость? – окликнула меня Элейн, приближаясь со стороны гостиной. – Всё готово. Наследницы уже во дворе. Делегация вот-вот выйдет на аллею.

Я открыла дверь и вышла навстречу камеристки.

– А где наместник?

– Он задерживается. Приказал лететь без него. Мол, догонит нас в небе. Буря Его Светлости очень быстрая!

– Что ж… Идём. Не будем заставлять хасаки ждать.

Я вышла первой.

В коридоре меня уже ожидало четверо адашей, которые пристроились за спиной, шагая след вслед до самой аллеи фонтанов.

Через десять минут наш крылатый картеж поднялся в небо.

На этот раз кареты были большими, как мини-пазики. И несли их не пара лунм, а целых восемь – по четыре с двух сторон огромного экипажа.

В один из таких «лимузинов» разместились наследницы и я. В другой посадили хмурых хасаки. Насколько я поняла, всё из-за того, что такой способ передвижения не особо нравился оборотням. Но кому это интересно?! До храма, в котором поклонялись обеим богиням, лететь не меньше часа! А если добираться по дорогам, так вообще полдня. Потерпят, не сахарные!

Я была настроена на не самую хорошую прогулку по небу, узнав, что наследницы будут сидеть в одном со мной экипаже, однако девушки удивили. Больше не было ни одного «фи» от этих красоток. Ни одного снисходительного взгляда! Девушки пытались незатейливо втянуть меня в свою беседу, интересуясь моим мнением по каждой сплетне, которую тихо смаковали, обсуждая последние новости Севиры. Создавалось такое чувство, будто со мной хотят подружиться. Только с какой радости?

Всё встало на свои места, когда рыженькая нагиня с веснушками на носу тихо поинтересовалась:

– А правда то, что Его Светлость принц Шахрияр признался вам в любви?

– Шатья!

– Ты что?!

– Неприлично о таком спрашивать! – возмутилось несколько нагинь, на деле же пытливо поглядывая на меня в ожидании ответа.

А рыженькая виновато смутилась.

– Простите… просто это… так романтично! Грозный генерал Шиарис наконец влюбился!

Я отвернулась к окну, жадно вдыхая прохладный воздух ночи. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди.

«Он любит меня! Любит… а я его брошу!» – эти слова словно камнем легли на душу, и я почувствовала, как дыхание перехватывает, словно я задыхаюсь от осознания простой, но жестокой истины.

На глаза набежали непрошенные слёзы.

Отчаянно заморгав, прогнала их, беря себя в руки.

«Ничего! У него впереди целая жизнь. Найдётся другая достойная нагиня. Только… Печать лимриха. Нельзя возвращать её Шаларе. Не стану меняться обратно с Шаларой телами! Пусть забирает моё… Она же хотела быть девственницей! А печать угаснет со временем, и тогда Шахрияр будет свободен. Не женат…»

Подбородок задрожал от досады.

Я вскинула взгляд, чтобы забыться хотя бы на мгновение, разглядывая облака, но…

Шахрияр летел рядом с моим окном.

Он хмурился, пристально вглядываясь в моё лицо.

Я, наконец, смогла сделать глубокий вдох.

Немного неискренне, но улыбнулась, мысленно отодвигая все проблемы в сторону.

Шах кивнул в сторону двери, и я встала, быстро продвигаясь внутри высокого экипажа.

– Госпожа!

– Встретимся у храма, – остановила Элейн, открывая дверцу летящей машины.

Шахрияр подхватил меня и посадил перед собой под восхищённые вздохи наследниц.

Убедившись, что я надёжно сижу, мужчина поцеловал меня в висок и свистнул Буре.

Лунма бросилась вперёд, быстро работая мощными крыльями.

– Я соскучился! – через мой крик признался Шах, целуя мою шею, щёки.

«И я! Я буду ужасно по тебе скучать!»

Я зажмурилась, прижимаясь лбом к основанию шеи Шахрияра.

Крепко обняла его за узкую талию.

– Лара?

– Прости меня…

– За что?

– За всё.

– Брось, – Шах качнул головой, приподнимая мой подбородок так, чтобы наши взгляды встретились. Он выглядел встревоженным. – Ты – другая. Не та, что была раньше. И я рад тебе… такой особенной, доброй и чуткой… Немного язвительной, но… моей. Знаешь, рядом с тобой я как будто чувствую магию. Чувствую змея, хотя это невозможно.

«Я никакая не особенная! – отчаянно сжимая пальцы на крае шёлковой рубашки, быстро заморгала, чтобы не уронить не слезинки, которые набежали на глаза непрошенной влагой. – Такая же, как Шалара! Собираюсь бросить тебя».

– Осторожно, – подмигнул наг, отвлекаясь на управление. – Мы почти у цели. Снижаемся.

Когда копыта Бури мягко коснулись земли, я уже взяла себя в руки, расставила приоритеты и смирилась с неизбежным.

Следом за нами приземлились три «лимузина» с важными особами этого мира и несколько десятков всадников-стражей.

Пока Шахрияр организовывал гостей и придворных, я любовалась необычным собором двух богинь: Кары Небесной и Алианы Пресветлой. Почему необычным? Потому что на одной его половине, где стояла женственная фигура из тёмного оникса, преобладали монолиты чёрного цвета, а на второй – белого, оттеняя своим фоном тоненькую соблазнительную фигуру белоснежной богини.

Чёрная и белая статуи возвышались по обеим сторонам от парадной двери, снисходительно глядя вниз на тех, кому веками суждено приходить к ним на поклон.

Я сделала пару шагов, и внутри что-то завибрировало, проникновенно отзываясь на величественность архитектуры.

Остановившись, часть задышала. Неестественный трепет перебил восхищение. Он, почему-то, больше пугал. Очарование растаяло, словно его и не было.

«Наверное, это из-за магии. Я так и не привыкла к ней. Божественное присутствие на Элероне ощущается слишком реалистично!»

– Лара?

– Напугал, – охнула я, поворачиваясь к подошедшему Шаху.

– Прости. Идём? Все почти вошли… Надо поторопиться. Кажется, Искра Кары Небесной вот-вот подарит народу новое благословение.

Мне хотелось спросить, как это происходит, и когда было «старое» благословение, но все эти вопросы выдали бы мою личность.

«Наверное, то, что я чувствую, и есть божественная сила. Возможно, именно она поможет мне почувствовать нужный "кирпичик"! Было бы славно!»

Я немного нервно улыбнулась, вложила в предложенную руку свои пальчики и пошла за Шахрияром.

С каждым шагом гул в груди нарастал. Сложно подобрать сравнение! Как будто меня придавило аппаратом для вибромассажа.

На верхней ступени похолодели конечности, на глаза набежали слёзы… словно я вот-вот окажусь дома.

«Но ведь всё так и есть… Разве нет?»

«Нет! – ответила сама на свой же вопрос, переступая порог храма, чей большой зал был разделён, как и две половинки парадных ворот, на белую и чёрную зону. В правой, белой части, стояли хмурые хасаки, а в чёрной, озираясь по сторонам, замерли советники со своими семьями и наследницы из гарема. – Я уже дома!»

В моменте этого понимания храм задрожал. Прихожане аж присели. Кто-то закричал.

А потом вспыхнул ослепительный свет!

Сияние его, сформированное у алтаря, всей своей массой, больше похожей на белое пламя, полетело над радостными лицами нагов. Хасаки ничего не перепало, так как божественная магия полыхала на тёмной стороне храма.

Я заставила себя расслабиться, будто вижу нечто вполне естественное и привычное для себя, но волнение нарастало. Наверное, причина была в том, что сияние приближалось ко мне, обманщице, выдающей себя за Шалару… воровке, которая пришла украсть народную реликвию когда-то живой Богини!

Шах отпустил мою ладошку, поднимая обе руки, как все остальные наги.

А потом свет достиг меня и всем своим естеством ударил в моё солнечное сплетение, растворяясь в нём.

Лица всех присутствующих, обращённые к свету, удивлённо вытянулись. Жрецы тревожно зашевелились, взволнованно глядя на старика в чёрно-золотой сутане. Хасаки поражённо пооткрывали рты.

А Шахрияр отшатнулся от меня, непонимающе хмурясь.

Происходило что-то из ряда вон!

Старший храмовник сделал шаг по направлению ко мне и воскликнул:

– Дочь Кары вернулась! Искра признала родственную душу! Возрадуйтесь, патальцы! Потомок нашей спасительницы вернулся домой!

– Лара? – прошептал Шахрияр с вопросительной интонацией. Он недоверчиво тряхнул головой, шокировано моргая.

– Нет, – я повторила его реакцию, отчаянно мотая головой и отступая назад. – Этого не может быть. Никакая я не дочь… Я просто…

Врата в храм распахнулись, напугав ещё больше.

Я резко обернулась на звук.

Народ за моей спиной поражённо охнул.

На площади перед храмом поднялся невероятно сильный ветер, колокола зазвенели в тревожном перезвоне…

По небу летело семь ярких вспышек, таких же, как та, что врезалась в меня недавно.

Я словно приросла к зеркальной чёрной плитке, часто дыша от испуга.

Понимание, жуткое и совершенно дикое, накатывало волнами:

«Мама родная! Неужели, это правда?! Я? Я – потомок?! Потомок украденной дочери Кары?!»

Вспышка за вспышкой врезалась в моё солнечное сплетение, приподнимая меня над полами храма на добрые пять метров, почти к самому куполу.

Молнии пробегались по моей коже, ударяя редкими разрядами прямо в плитку, кроша её в мелкие стёкла и пугая собравшихся внизу зверолюдов.

Алмаз на платье засветился, словно проводник, принимая на себя частичку божественной силы.

В небе загрохотали раскаты грома, хотя не было видно ни тучки!

Между моими пальцами пробегали искорки белого пламени.

Потом всё вдруг прекратилось: ветер резко стих, гром исчез, а я, больше не светясь, словно новогодняя ёлка, полетела вниз.

– Поймал, – выдохнул Шиарис, ловя меня почти у самого пола.

Затем наг побежал к выходу со мной на руках, игнорируя окрики старшего жреца.

Закинул меня на Бурю, прыгнул в седло позади, и лунм взмыл в небо.

_______ Сегодня получилось много артиков! 💖 Любуйтесь, кому такое нравится, как мне 💖

Глава 23. Маски сброшены

Внутри меня творился лютый кавардак!

Мысли метались, как тараканы по кухне нерадивой хозяйки. Я никак не могла сконцентрироваться, в шоке от случившегося.

«Я – потомок настоящей Богини! Разве такое возможно?! Разве так бывает?!»

Я сидела, вцепившись обеими руками в гриву Бури, и мне было страшно глянуть на Шахрияра.

«Наверняка, он понял, что Шалара – вовсе не Шалара… Если раньше наши с Хасис различия казались просто странными, то после произошедшего дураку понятно: в теле Шалы другая "начинка". Только другую душу Искра могла признать потомком Кары!»

– Значит, я не сошёл с ума, – мягко протянул Шах у моего уха, крепко прижимая меня за талию.

– Я…

– Не может истеричная и эгоистичная стерва, срывающая свою ярость на зверолюдов, находящихся в её подчинении, так резко изменится. Но я молчал в своих догадках, давая тебе время открыться самой, довериться мне.

– Ты знал?! – охнула я, резко обернувшись так, чтобы удобно было смотреть в глаза Шиариса. Мои глаза широко распахнулись. – И… И «богиней» меня называл потому, что…

– Не глупи, – Шах засмеялся, заправляя выбившийся локон за моё ухо. – С «богиней» получилось случайно. – Наместник зацепил двумя пальцами мой подбородок и нежно почертил дорожку из лёгких поцелуев вдоль левой скулы. – Ты просто странно действовала на меня… И теперь понятно: почему. Сила Богини настолько могущественна, что способно пробудить зверя внутри даже обычного человека. Или заменить его на другого, ведь стая шакалов, которая похитила её дочь, до ярости Кары была стаей белоснежных волков.

– М?

– Она прокляла их, вытащив не самые их положительные звериные инстинкты наружу. Как тебя зовут?

– Лара.

– Я так и думал, – Шах довольно кивнул, немного выравнивая поводья так, чтобы Буря не сбивалась с маршрута и летела в сторону столицы, где далеко на горизонте, на возвышенности, уже виднелся белоснежный дворец императора. – Куда сама Шалара делась?

– Ушла в мой мир. Она поменяла нас телами, чтобы печать лимриха досталась мне. Насколько я поняла, его невозможно перенести на другое тело.

– Так и есть. В отличие от магии и змеи.

– Угу… Шалара почти полгода подсматривала за моей жизнью через ростовое зеркало в крепости Шанти. Она нашла дневник твоей матери в одной из башен. Ой! – вспомнилось мне. – Кстати, твоя мать скорей всего жива! Она сбежала в другой мир, но, чтобы не обременять двойника своей незавидной судьбой, она оставила магию при переходе. Вернула её Элерону. В её дневнике всё подробно описано. Очень сложный ритуал, но Шалара легко воспроизвела его часть, где открывается портал в другие миры.

Шахрияр слушал меня с мрачным выражением на лице, а потом сказал:

– Теперь понятно, почему нуары не прекратили появляться из прорывов несмотря на то, что Карнеон находился на своём месте. Эта дура разрывала материю почти полгода! А потом вообще совершила прыжок!

– Я… Я не…

– Понимаешь, Кара оставила поиски своей дочери не просто так! Алиана в одном не ошиблась, выдавая своё пророчество: разрывы материи ослабляют защитное поле нашего мира. Один раз в год осторожно полюбоваться через зеркало красотами других планет – это нормально, но не по пятнадцать-двадцать в месяц! И тем более не с полноценным переносом! Щит Элерона стал совсем нестабилен. Он не успевает восстанавливаться.

Я слушала Шаха, и моя спина покрывалась холодным потом от простого осознания:

«Моя попытка вернуться закончится плохо! Катастрофически плохо! Пророчество свершится! Я, потомок Кары, разрушу Элерон!»

Шиарис замолчал, всматриваясь в мои глаза.

В его взгляде вспыхнуло осознание.

– Ты хотела вернуться, – безжизненным шёпотом выдохнул наг, слегка отпуская поводья Бури.

– М… – в один миг я растерялась, не зная, что сказать.

«Такое неприятное чувство, как будто сейчас мне нужно оправдываться», – часто заморгала и отвела взгляд.

Только Шах не дал ни одного шанса увильнуть от противных метаний совести.

– А как же прошлая ночь? Я думал… Думал, что она – показатель. Да, ты не сказала, что разделяешь мои чувства, но девочки… вы же не спите с кем попало?! Или в твоём мире всё иначе? Постой! – Глаза нага увеличились вдвое, когда на Шиариса снизошло своеобразное озарение. – Та ночь… Она была прощальной, верно? – Шахрияр недобро прищурился, ловя любые изменения моей мимики. – Не хотела сожалений? – голос Шахрияра стал холодным, но в нём звучала и глубокая боль. – Ты знала, что уходишь, и поэтому решила оставить мне только воспоминания?

Я почувствовала, как сердце сжалось, будто кто-то сдавил его в тисках.

Взгляд Шаха пронзал меня насквозь, не оставляя ни малейшего шанса на оправдания.

– Нет… – выдохнула я, голос дрожал. – Была бы моя воля – я бы никогда не ушла! Просто… просто в том мире осталась моя семья, и я боюсь. Боюсь за своих близких. Шалара там, с моими родителями и братьями! Она притворяется мной… Но что, если кто-то из них скажет что-то не так, или сделает что-то не то, и эта… эта психопатка нападёт на них?! Она умеет превращаться в змею! И магия у неё при себе! Я… я не хочу уходить, но… ты стал для меня дорогим, это правда, но я не могу просто так оставить их в опасности.

Шахрияр молчал, словно переваривая каждое моё слово. Его глаза смягчились, но в них всё ещё горела тревога.

– Ты боишься за тех, кого любишь, и это понятно, – тихо сказал он. – Но активировать переход, да ещё и божественной искрой – не выход. Если ты так уйдёшь, мы оба потеряем гораздо больше, чем думаешь. Если пророчество верно, то Элерон погибнет. Так же неизвестно, как отреагирует твой мир на божественную силу чужой Вселенной.

Закусив губу, я нахмурилась.

«Шалара ушла на Землю с искрой! Точнее с её крохотной частицей. Чем это грозит моему миру прямо сейчас – мне неведомо».

– Я не знаю, что делать… – прошептала, наконец, обретая голос.

Шахрияр приблизился, его голос стал мягче, почти ласковым:

– Останься, Лара. Позволь мне помочь тебе. Только чуть позже, когда защитный фон Элерона окрепнет, а амулет Кары восстановит баланс стихий. Тогда мы найдём выход вместе.

Я почувствовала, как напряжение внутри меня немного ослабевает.

Кивнула, сдаваясь. Всё равно я не представляла, как пользоваться магией, которой наградила меня местная Богиня, уходя в Индаль несколько тысячелетий назад.

«Надо же! Я – потомок!» – снова проскользнуло в голове, пока Шахрияр задумчиво присматривал внизу место для нашей посадки, едва мы влетели на территорию дворца.

Я думала, что он уже не вернётся к вопросу наших отношений, которые зависли в неопределённом состоянии, но этот мужчина был не из тех, кто боится говорить о чувствах.

– Насчёт прошлой ночи…

– Да, – набрав побольше воздуха в лёгкие, выпалила я, – она задумывалась, как прощальная. Не буду врать. Но… Это не значит, что я просто собиралась тебя использовать! Ты нравишься мне… Без…безумно, – запнулась на полуслове, видя, как стремительно чернеют глаза Шахрияра. Совсем, как прошлой ночью.

– Но недостаточно, чтобы признаться во всём, – мрачно закончил мужчина, легко спрыгивая на газон, едва Буря коснулась копытами земли. – И уж тем более недостаточно, чтобы выбрать меня. Я понимаю.

Едкое чувство, название которому я никак не могла подобрать, грызло меня изнутри, толкая на очередной виток никому ненужных извинений.

Пришлось прикусить себе язык, чтобы сдержаться.

Шахрияр помог мне спуститься с его лунма, на секунду задержав руки на моей талии.

Сделав шаг вперёд и не оставив между нами вообще никакого расстояния, наг властно сдвинул брови, глядя на меня сверху-вниз.

– Что ж… Придётся постараться, чтобы это исправить, верно?

– М? – мои мысли сбились в кучу, когда Шах взял двумя пальцами мой подбородок и подставил мои губы под свой шёпот.

– К моменту, когда тебе можно будет уходить, я сделаю всё и чуточку больше, чтобы ты не сделала этого… Не захотела сделать сама.

Сглотнув скопившуюся во рту слюну, я прикрыла глаза, не в силах смотреть в завораживающий чёрный омут, в котором сейчас сверкали красные прожилки молний.

Дыхание мужчины прошлось по касательной щеки, и Шах поцеловал меня в висок, сразу же отстраняясь.

Но руки моей не выпустил, потащил за собой, пытаясь быстро убраться с территории конюшен. В небе уже приближалось несколько всадников.

– Идём. Нам предстоит сложнейший диалог с хасаки. Их старосты и шаманы до сих пор свято трепещут перед предсказаниями убитой Алианы. Боюсь, возвращение потомка Кары их ой, как напугало. А потом ещё разбираться с побегом Хасиса.

– Что?! Отец Шалары сбежал? – удивлённо спросила я, едва поспевая за широким шагом наместника.

– Да. Не стал тебе сразу говорить. Решил придержать информацию до вечера. – Шиарис поморщился. – Утром Шайтар «обрадовал» новостью. Во время рейда по территории земель лорда Хасиса была найдена лаборатория с весьма занимательным содержимым – нуарами в клетках и трупом моего отца, который был выкраден из семейного склепа Шиарисов. Когда отряд явился в поместье советника, обнаружили только… – очередная волна презрения не заставила себя ждать. – Называть Альяни «сирой» даже язык не поворачивается. Все, кто участвовал в оргии матери Шалары были арестованы, но Дашал словно сквозь землю провалился. Только визгливые выкрики Альяни, обещающие Дюри жуткие муки, заставляют нас ускорить процесс поимки Хасиса.

Я с ужасом слушала рассказ мужчины, даже не замечая, что мы почти подошли к покоям Шалары.

Правда в последнее мгновение Шахрияр решительно прошёл дальше, открывая дверь в свои покои.

– С этого дня живёшь здесь. Я велю Шайтару запечатать смежную дверь.

– Но…

– У меня дёргает в пупке от неприятного ощущения грозящей опасности, – Шах затянул меня в свои изумрудные покои и прижал спиной к двери. – Я должен держать тебя на виду «двадцать четыре на семь». Не спорь со мной, – прошептал мужчина мне в губы, проводя рукой по моей шее. – Это бесполезно. Сейчас распоряжусь перенести твои вещи. Только переоденусь для переговоров. Не у одного Барсиана Фирса титулованные костюмы!

Шиарис с трудом оторвался от меня, круто развернулся и рывком распахнул дверь в гардеробную, срывая с себя одежду.

Из шкафа достал что-то поистине боевое: с металлическими пластинами, кожаными вставками и красивой узорной чеканкой.

– Нам предстоит много работы, – ворчливо отметил Шах, облачаясь в невероятный воинственный костюм. – Ко всему прочему следует разобраться с твоей силой, которую ты вобрала в себя сразу и восьми священных храма, активировав печать Кары. А ещё посетить алтарь Карнеона. Ох, Богиня! За что мне всё это?! Почему Альтаир, настоящий император, сейчас наслаждается объятьями своей жены, а я в пролёте?!

– Ты… Ты хочешь наслаждаться объятьями императрицы? – со смешком спросила я, видя во всём происходящем какой-то истеричный юмор.

Меня наградили мрачным и очень осуждающим взглядом.

– Не издевайся, – Шах резко дёрнул ремни на металлическом жилете, застёгивая его. – И не провоцируй, а то ведь я могу и задержаться, чтобы показать тебе, чью жену я хочу, – кивком головы Шахрияр указал на моё тату, где ярко отливал золотом рисунок лимриха.

Я прикусила нижнюю губу, чтобы утихомирить взбунтовавшиеся гормоны.

Шиарис привязал к поясу ножны, в которых находился его магический меч, и подошёл ко мне.

Коснувшись большим пальцем моего рта, провёл по губе, освобождая её из плена.

«Если он и дальше продолжит так делать…»

– Хм… А ещё теперь понятно, почему я чувствую странное волнение в месте, где должен находиться магический источник змея. Сила Богини могла раньше пробудить зверя даже у ребёнка с дефектом. Я знаю, что Шалара сделала это ради себя, но… не могу не быть благодарным ей. Забросить тебя в мой мир, да ещё и с печатью лимриха – это лучший её поступок.

Шахрияр быстро подался вперёд, впиваясь в меня глубоким и властным поцелуем.

Моя плотина чувств не выдержала этого напора, я приоткрыла губы, позволяя языку Шиариса ворваться в себя и подчинить своей воли.

С трудом остановив это безумство, Шах отстранился, блестящими чёрными глазами изучая мои пылающие щёки и пьяный взгляд.

– Поможешь мне разбудить змея? – хриплый шёпот прозвучал настолько возбуждающе и провокационно, что я вздрогнула всем телом, пытаясь отдышаться.

– Да, – пообещала раньше, чем подумала.

«Хотя… Даже если бы подумала, всё равно согласилась! – призналась себе, садясь на банкетку и провожая довольного моим ответом мужчину мутным взглядом. – Шахрияр достоин быть счастливым! Что бы дальше с нами не случилось, достоин!»

– Никого не впускать, никого не выпускать! – услышала грозное распоряжение из коридора. – За потомка Богини Кары отвечаете головой. Ждите генерала Дюри. Отныне он отвечает за безопасность Лары из рода Карающей.

– Так точно, наместник!

Я вздохнула, погружаясь в тишину.