Текст книги "Ученица пироманта (СИ)"

Автор книги: Ната Ли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

Глава 3

Только когда дверь за Давиной с отцом захлопнулась, Мораг ощутила всю щекотливость своей ситуации. Рука с недоеденной лепешкой замерла в нескольких сантиметрах от открытого рта, когда за дверью кладовой послышался подозрительный шум. Девушка нервно сглотнула, резко отложив еду в сторону. Бойд очнулся? Святая дева, как же невовремя! Она вскочила со стула и, стараясь ступать как можно бесшумнее, подошла к двери. Приникла к деревянному брусу и буквально обратилась в слух. Тишина. Неужели послышалось?

Мораг успела убрать голову вовремя, так как уже через секунду дверь заходила ходуном от мощного удара с противоположной стороны. Бойд не только пришел в себя, но, очевидно, сразу же начал предпринимать очень активные попытки выбраться на волю. Девушка подскочила на месте, от страха не зная, что делать: то ли пытаться сдержать пленника, то ли кинуться на поиски сестры. Ведь это у Давины был четкий план дальнейших действий, а не у нее! На ее прелести освободившийся Бойд уж точно не позарится, а своей внезапно пробудившейся магии Мораг довериться не могла: она и в прошлый раз с ястребом ничего подобного не планировала. Неизвестно, чем обернется повторная попытка поколдовать!

– Выпустите меня! Давина, стерва ты эдакая, дай только добраться до тебя!

Мораг заломила руки, малодушно решив, что в критический момент просто грохнется в обморок. Или же сделает вид, что грохнулась, если по-настоящему не получится. С каждым следующим ударом дверь все больше подавалась вперед и петли скрипели все громче. Давина выбрала самый идеальный момент, чтобы вернуться обратно в магазин.

– Что здесь происходит? – спросила, нахмурив свои идеальные тонкие брови, и в эту же секунду Бойд окончательно снес хлипкие двери с петель. Мораг ошарашенно округлила глаза и вжалась в стену, забыв, как дышать. Но Бойд на нее даже не смотрел. Озверевшие налившиеся кровью глаза парня, не мигая, смотрели на Давину. Ее сестра резко побледнела, но больше никак не выдала своего страха. Да уж, подобной выдержке можно было позавидовать.

– Нам придется отдельно обсудить, когда именно ты вернешься в магазин, чтобы починить нашу дверь, – невозмутимо проговорила Давина и, словно не коронованная принцесса, гордо прошествовала к своему прилавку. Состояние Бойда она упорно не замечала. Вернее, делала вид, что не замечает. От подобной наглости молодой человек порядком опешил и на мгновение растерялся. Давине только это и требовалось, чтобы пойти в дальнейшее наступление.

– Чего ты столбом стоишь? Мы сегодня идем гулять или нет? Мне еще магазин закрыть надо и переодеться, а ты задерживаешь вместо того, чтобы и самому уйти собираться. Или ты прямо в этом виде вместе со мной решил перед всеми показаться? – Давина окинула простую рубаху и рабочие штаны парня откровенно неодобрительным взглядом, а затем недовольно поджала губы, как будто вынесла окончательный неутешительный приговор.

Мораг ждала, когда Бойд начнет возмущаться, вспомнит о причинах своей злости, возможно, хотя бы об огромной шишке на своем затылке, но ничего из этого не происходило. Вместо этого лицо бедного парня буквально за одну минуту успело сначала побледнеть, а потом залиться похотливым румянцем. Затем он сделал несколько шагов вперед и заключил красавицу в свои крепкие объятия.

– Ты не пожалеешь, клянусь! – пробормотал неразборчиво из-за внезапно нахлынувших чувств, а затем прямо на глазах Мораг впился в губы сестры жадным мокрым поцелуем. У нее даже рот от удивления приоткрылся, когда она поняла, что Давина не сопротивляется, а равнодушно позволяет этому чурбану себя целовать. Похоже, Бойд настолько увлекся, что даже не заметил полного отсутствия отклика у своей партнерши. Изменившимся от радости голосом он пролепетал:

– Буду ждать тебя вечером у старого дуба!

А затем, окрыленный новой надеждой, быстро выскочил из магазина. Давина проводила его загадочным взглядом, но стоило хлопнуть двери, брезгливо вытерла свои скривившиеся губы обратной стороной рукава платья.

– Идиот, – вердикт был вынесен окончательно и бесповоротно.

– И ты на самом деле собираешься с ним идти куда-то вечером? – недоверчиво уточнила Мораг.

– А разве у меня есть выбор? Нужно сделать все возможное, чтобы он забыл сегодняшний день. Я немного поморочу ему голову, а затем брошу. Ты же знаешь, я в этом деле прирожденная мастерица.

– Тогда я пойду с тобой, – постановила Мораг.

– Ты же всегда избегала общих собраний. И по своей воле на это подпишешься? Мы же не разойдемся до самой темноты.

– Ради тебя потерплю! – правда, решительности в голосе ей при этом все же не хватило.

В назначенное время сестры вышли из дома, одетые в свои лучшие и самые нарядные платья. Давина и в грязных тряпках бы осталась красавицей, а вот Мораг для уверенности этого штриха обычно недоставало. На случай ветра и вечерних холодов она предусмотрительно прихватила с собой два больших теплых платка. Давина, конечно же, надеть его на себя отказалась, а вот сама Мораг укуталась, едва вышла за порог. Темно-желтое платье с рукавами-фонариками можно было по праву считать главным достоянием ее скромного гардероба, но, честно говоря, Мораг ужасно стеснялась открывающегося вида в вырезе на груди. И, вроде, тот был не сказать, что сильно глубоким… Почему-то у Давины зона декольте всегда выглядела соблазнительно, но абсолютно в рамках приличий, тогда как у нее какая-то пара лишних сантиметров ниже обычного уже безвозвратно пересекала тонкую грань с вульгарностью. Возможно, проблема крылась в изначально различных объемах, но Мораг точно не собиралась никому позволять пялиться на свою оголенную грудь. Подцепить жениха таким примитивным способом она надеялась в самую последнюю очередь, когда станет точно известно, что никого не прельстили все остальные ее немногочисленные достоинства.

– Волнуешься? – уточнила Давина, когда они завернули за последний поворот, где уже заканчивались дома поселения и тонкая тропинка уводила прямо в густой бескрайний лес. Сегодняшним вечером сестра выглядела особенно прелестно, и только Мораг, наблюдая за ее тщательными сборами дома, точно знала, что к этому образу невинной нимфы было приложено немало усилий.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ты думаешь стоит? Мне кажется, в зоне риска из-за Бойда этим вечером именно ты. Я же иду исключительно для того, чтобы уберечь тебя от его грязных посягательств. Впервые за два года он добился от тебя поцелуя, а с его огненным темпераментом уверена – долго выжидать, чтобы заполучить и все остальное он не станет.

Давина звонко рассмеялась.

– Ты думаешь, я не сумею управиться с этим деревенщиной?

Мораг ответила сестре угрюмым насупленным взглядом, давая тем самым понять, что именно это она и думает. Увлекшись своей перепалкой, они не заметили, как вышли на поляну, где уже развлекалась местная молодежь. Конечно же, здесь был Бойд. Он дурачился, изображая противоборство со своим младшим братом Ангусом. Оба черноволосые и рослые, они вели себя не лучше двух петухов, что распустили свои пышные хвосты в курятнике. Рядом на бревне под размашистыми ветвями огромного величественного дуба сидела Беилиг – в отсутствие Давины именно эта миловидная блондинка брала на себя роль королевы компании, поэтому, стоило появиться сопернице, ее лицо мгновенно скисло. Неужели Бойд никого не предупредил?

– О, Мораг, и ты здесь. Вот это неожиданность, – обратился к ней Алэнн, который также сидел на бревне. Сердце девушки мгновенно пустилось вскачь, ведь именно светловолосого брата Беилиг она с недавних пор избрала главным объектом своих тайных любовных страданий. На взаимность она, конечно же, никогда не рассчитывала, но украдкой любоваться им издалека ей ничего не мешало.

– Да… Решила подышать свежим воздухом перед сном, – с трудом переборов внутреннее стеснение, тихо ответила Мораг. А вот Давина никакого дискомфорта в присутствии других не испытывала, потому как вместо приветствия искренне возмутилась:

– Вы и Долаг сюда притащили? Кто из вас, умников, решил, что маленькому ребенку здесь место?

Только после ее слов Мораг заметила четырехлетнюю малышку, которая увлеченно играла с длинной веткой невдалеке от бревна.

– Ох, Давина, зачем делать проблему из ничего? – проговорил Бойд, резко прервав свои игрища с братом. – Ангус тоже захотел прийти. Что в этом такого?

Возможно, кому-то стороннему это объяснение ничего бы не сказало, но Мораг сразу поняла, что именно он хотел донести. Их родители снова развлекались, позабыв о своих детях, поэтому Ангус и притащил младшую сестру с собой. Здесь за ней присматривали уж точно тщательнее, чем дома. А вот Давину его ответ не слишком устроил, но, понимая, что ничего поделать не сможет, она лишь громко недовольно фыркнула.

– Под вашу ответственность, учтите. Даже не думайте, что я захочу с ней возиться!

На самом деле ее сестра не была той стервой, какой сейчас старательно хотела показаться, но устоявшийся образ приходилось поддерживать изо всех сил. По крайней мере, Мораг искренне в это верила. Поэтому решила, что с Долаг поиграет сама. Подкралась незаметно сзади и присела рядом с девочкой на корточки. Однако ребенок был настолько увлечен своим занятием, что не обратил на нее никакого внимания.

– Ты рисуешь солнышко?

Долаг, не поднимая головы, утвердительно кивнула.

– Очень красиво. Ты – умничка, – похвалила, так как почувствовала, что малышка крайне редко слышит одобрение от окружающих взрослых. Мораг обернулась, чтобы увидеть, как собравшиеся инстинктивно разбились на маленькие группки, и только они с Долаг остались будто сами по себе.

– Хочешь, я покажу тебе, как нарисовать дерево? – бесхитростная уловка, к счастью, подействовала, и уже через несколько секунд они вдвоем увлеченно чертили палками на земле вместе.

Внезапно Мораг обратила внимание на звуки шевеления в кустах. Смеркалось и в опустившемся сумраке ей было сложно разглядеть что-либо дальше своей вытянутой руки. Однако кроме нее, кажется, больше никто ничего не услышал. Бойд с Алэнном и Ангусом успели развести костер, и теперь что-то возбужденно обсуждали, то и дело заглушая звуки стрекота сверчков своим раскатистым грубым смехом.

В кустах снова что-то зашевелилось, и в этот раз уже затрещали ветки. Чтобы это ни было, оно приближалось.

Мораг схватила Долаг за руку, но прежде, чем успела оттащить в сторону, из кустов напротив показалась огромная морда вепря. Черные маленькие глазки смотрели прямо на них. А затем животное обнажило два длинных острых клыка.

Долаг пронзительно закричала от страха, и на поляне начало происходить нечто невообразимое.

Глава 4

Мораг в одно мгновение подхватила девочку на руки и кинулась бежать к костру со скоростью, которую никогда у себя не подозревала. Вот только парни вместо того, чтобы помочь и защитить их от взбесившегося животного, сами бросились врассыпную. Подобной трусости ни от Аллэна, ни тем более от Бойда она никак не ожидала. Хоть вес Долаг в ее руках практически не ощущался, бежать с ней вместе было ужасно неудобно. Уже через несколько секунд Мораг споткнулась о корягу и упала, растянувшись всего в нескольких шагах от костра. Долаг снова принялась кричать, отчего у девушки едва не заложило уши. Она успела отстраненно подумать, что именно эта сцена теперь будет являться ей в ночных кошмарах. При условии, конечно, что они все сегодня выживут.

Тогда Мораг перевернулась на спину и посмотрела в глаза своей смерти. Вепрь подошел к ним вплотную и сейчас его свирепую морду с ее перепуганным лицом разделяли считанные сантиметры. Она закрыла глаза, накрыв собой сжавшуюся от страха в комочек Долаг, и приготовилась к худшему.

– Отвали от них! – словно во сне до нее донесся голос Давины. Резко распахнув глаза, Мораг увидела позади вепря хрупкую фигуру сестры, в ее руках была толстая длинная палка. Нет, невозможно!

– Нет!!

Святая дева, неужели ее сестра не понимала, что разделаться с опасным хищником будет не также просто, как с Бойдом? Куда она лезла?

– Ну же, иди сюда, – поманила указательным пальцем зверя к себе Давина, в которой внезапно проснулись явные суицидальные наклонности. Нет, Мораг определенно точно не собиралась молча наблюдать за всем происходящим со стороны! Она пошарила ладонью в траве поблизости себя и на ощупь выбрала булыжник побольше. Затем откатилась в сторону от Долаг и с размаха кинула камень в вепря. Особой меткостью она никогда не отличалась, но то ли так звезды сошлись, то ли расстояние на самом деле было не таким уж большим – удар пришелся ровно по цели. Животное завыло от боли и, не долго думая, кинулось на нее. Мораг прикрыла голову руками, успев подумать, что от сестры будет явно намного больше толку, чем от нее. Жертва не будет напрасной.

Но прошла секунда. Две.

Девушка поняла, что трагическая развязка почему-то затягивается. Чуть сдвинула руки, чтобы открыть себе обзор, и приоткрыла рот от удивления. Вместо вепря перед ней стояла высокая фигура в длинном черном плаще. Стояла спиной, поэтому, что именно происходило, было сложно разглядеть, но Мораг почему-то была уверена, что именно этот человек заслонил собой ее от нападения зверя. Однако когда незнакомец развернулся к ней передом, слова благодарности замерли в горле. Потому что из темного капюшона на Мораг смотрела сама чернота. Только сейчас девушка поняла, что платок с ее груди куда-то подевался, и испытала стыд, почему-то уверенная, что незнакомец смотрит куда угодно, но не на ее лицо.

– Руеридх! – послышался чей-то шепот, и все внутри нее заледенело от панического ужаса. Святая дева, кажется, прямо сейчас она начнет молить о милости умереть от зубов дикого вепря! Потому что какая угодно смерть была лучше встречи с темным колдуном! О Руеридхе в их поселении за последние годы ходила очень недобрая молва. Слухи разнились, часто утверждая практически противоположные вещи, но абсолютно все сходились в одном – этот похититель детей обладал воистину черным сердцем! Похищение ни в чем не повинных малюток было его излюбленным занятием, а уж что приключалось с ними после – и подумать было страшно! Кто-то клялся, что Руеридх был людоедом, кто-то куда менее уверенно шептался о годах жизни, которые он забирал у детей во имя собственного бессмертия. Одинаково от любого расклада у Мораг кровь в жилах стыла. Она взмолилась, чтобы колдун не заметил Долаг. Но тщетно.

– Что такая крошка делает в лесу в такой поздний час? – произнес колдун, склонившись над девочкой. Когда он отошел в сторону, Мораг увидела в двух шагах от себя неподвижно лежащую тушу вепря. Животное было мертво. Волоски на шее девушки зашевелились от страха. Однако в этот самый момент Ангус решил неожиданно вспомнить о своем долге старшего брата перед младшей сестрой. Он выбрался из кустов, но дальше двинуться не посмел.

– Пожалуйста, не трогайте ее, – заплетающийся неуверенный голос мало походил на его обычные бахвальские интонации. Только колдуна такая перемена совсем не тронула, а, кажется, даже разозлила.

– Нужно было раньше о ней думать! Тогда, когда вы решили тащить с собой маленького ребенка в дикий лес. Что это было, как не открытое приглашение? С какой стати я должен от него сейчас отказываться?

Позднее Мораг часто вспоминала эти мгновения, но так ни разу не смогла внятно описать голос Руеридха. Единственное, что она точно помнила – тот звучал хрипло и будто бы приглушенно.

– Пощади, – присоединился к мольбам Бойд. Никогда прежде Мораг не доводилось видеть его настолько жалким и беспомощным. Страх явственно читался в темных глазах, но, несмотря на то, что колдун был значительно ниже ростом, аура безоговорочной силы и властности исходила именно от него. Бойд же выглядел поверженным гигантом и сдался без боя. Но, конечно же, на поляне нашелся один единственный человек, который просто не смог промолчать. Кажется, у Давины инстинкт самосохранения атрофировался еще при рождении.

– Не смей ее трогать, колдун!

Мораг закатила глаза – благо в темноте можно было позволить себе, не боясь, открыто проявлять эмоции, и в который раз поразилась то ли бесстрашию, то ли глупости своей старшей сестры. Однако фигура в черном плаще резко замерла, как будто заинтересовавшись ее словами. Или, что более вероятно, обратив внимание на привлекательную внешность девушки. Мораг бы ни капли не удивилась, если перед чарами Давины не устоял даже могущественный маг. Вот только она очень сильно сомневалась, что такого рода интерес в принципе стоило вызывать у опасных незнакомцев. Уверенности в том, что ими руководят не исключительно гастрономические пристрастия ни у кого ведь не было. Вот только самоуверенной Давине почему-то это было невдомек.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ты вела себя храбро. Как и другая девушка, – произнес после некоторой паузы Руеридх. Святая дева, неужели он говорил про нее? К счастью, в ее сторону колдун не смотрел, иначе Мораг бы точно поседела от страха. Было что-то такое в очертаниях черного плаща и вкрадчивых интонациях приглушенного голоса, отчего невольно тряслись поджилки. Не хотелось бы ей встретиться с ним один на один в похожей ситуации. Да и просто встречаться больше никогда не хотелось.

– Только благодаря вам я сегодня ее не трону.

Руеридх сделал особенное ударение на слове "сегодня", и при этом его капюшон красноречиво повернулся в сторону Бойда и Ангуса. Словно предупреждая, что сегодня – не значит никогда. И в будущем он сможет вернуться и забрать с собой Долаг абсолютно в любой момент. Сказав это, колдун исчез. Мораг не поверила своим глазам, но незнакомец просто взял и растворился в воздухе, и сейчас о том, что он вообще им всем не привиделся, напоминал лишь хладный труп вепря.

– Кто-нибудь объяснит мне, что это только что вообще было? – нарушил затянувшуюся тишину надломленный голос Беилиг. Молодые люди наконец-то вышли из укрытия кустов, и Долаг тут же, рыдая, кинулась на руки к Ангусу. Кажется, все собравшиеся будто в унисон осознали, какой смертельной опасности только что избежали.

– Давина, детка, не знаю, как тебя и благодарить, – произнес Бойд и кинулся обнимать девушку.

Мораг медленно поднялась на ноги и стала отряхивать платье. В темноте это занятие было довольно бесполезным, но ей требовалось некоторое время, чтобы унять волнение и совладать с внезапной дрожью в руках.

Их компания начала потихоньку разбредаться с поляны по домам: уже пережитого стресса более чем хватало как для одного вечера. Мораг завернула к тропинке и настолько погрузилась в себя, что заметила пропажу Давины только через несколько минут ходьбы, когда уже практически вышла к жилым домам. При этом она точно помнила, что сестра точно шла за ней позади, поэтому никак не смогла бы обогнать. Паника снова охватила ее с головой, захлестывая волной пуще прежнего.

– Давина! – громко окликнула, но никакого ответа не последовало. Не разбирая дороги, Мораг кинулась бежать обратно в лес. Нет, только не это!

– Давина!!

Лес обступил ее со всех сторон, внезапно превратившись в грозного и пугающего противника. Опасность, казалось, подстерегала на каждом шагу и таилась за каждым кустом, за каждым деревом и даже под ногами в густой траве. Мораг практически отчаялась, когда внезапно услышала странный шум, а затем знакомый голос неподалеку. Облегчение, которое она испытала, не поддавалось описанию. Девушка кинулась на звуки, но застыла, словно громом пораженная, когда наконец-то увидела их. Их, потому что Давина была не одна, а с Бойдом. Парень навалился на нее всем телом, бедрами раздвинув девичьи ноги. Одна мускулистая рука силой удерживала сомкнутые девичьи запястья, которые выглядели особенно тонкими на контрасте, а другая в это самое время неуклюже пыталась разорвать корсаж платья. Неудержимая ярость застлала красной пеленой глаза Мораг. Этот мерзавец навсегда запомнит день, когда решил взять силой ее сестру! Прежде чем она успела до конца осознать свои действия, магия сорвалась с ее пальцев, устремившись серебряными лентами вперед. Но Бойд перевернулся набок буквально в последнюю секунду, трусливо прикрывшись телом Давины, словно живым щитом. Прямо на глазах Мораг сестра превратилась из прекрасной двадцатилетней девушки в белоснежного хорька. Маленький зверек удивленно пискнул и тут же вырвался из рук мужчины.

– Ведьма!! Будь ты проклята, ведьма! – закричал Бойд, словно вознамерившись окончательно добить ее. Тело Мораг одеревенело. Она просто не могла поверить в то, что только что наделала. Своими собственными руками обратила сестру в животное!

– Ты поплатишься за это! В поселении все узнают о твоей сущности!

Было видно, что Бойд с большим удовольствием продолжил бы свои оскорбления, но страх за свою жизнь заставил его трусливо пуститься в бега. Однако Мораг не собиралась его преследовать. Она медленно опустилась на колени, и хорек сразу же залез к ней на руки, принявшись ластиться.

– Давина? – спросила сдавленно, но в ответ снова послышался тонкий писк. Осознав, что натворила, она горько заплакала.