355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Ната Чернышева » Момент бури (СИ) » Текст книги (страница 3)
Момент бури (СИ)
  • Текст добавлен: 6 января 2018, 20:00

Текст книги "Момент бури (СИ)"


Автор книги: Ната Чернышева



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц)

Я глянул на девочку. Она поджала губы. Ее ручонки, цеплявшиеся за мою одежду, начали наливаться запредельным жаром. Она боец, наша Кристина, что там ни думай о ее подлинном возрасте. Она привыкла разрешать проблемы исключительно силовым методом. Как, впрочем, и я…

– Не глупи, Манфред,- предупредил меня Весенин. Он больше не улыбался и в его глазах стыл почти такой же колючий холод, как и у Чужого. – Постарайся обойтись без глупостей, хорошо?

Интересно, что он понимает под глупостями? Разве самооборона – это такая уж глупость?

– Не убивай их и не калечь слишком сильно! Мне неприятности с Чужими ни к чему! Они способны разнести в пыль все Побережье.

Как, впрочем, и я. Только меня ты почему-то не боишься, бизнесмен. А зря. У меня нервы, между прочим, не железные!

– Манфред!

Ладно, обойдемся без убийств. Хватит Рихарда: тот в самом деле заслужил. А эти Чужие, хоть и Ми-Грайоны, – пока еще неизвестно. В общем-то, я нормально к их расе относился. С уважением.

Попробуем вначале отбрехаться.

– Я жду,– с усмешкой напомнил мне Чужой.

– Моя жена,– холодно заявил я,– не откроет лица в присутствии посторонних мужчин.

– Варвары,– с великолепным презрением вздохнул Ми-Грайон, делая грустное лицо.– Совершенно не уважаете права женщин…

– А вы не уважаете наше право жить так, как нам хочется, тарг,– заметил я и добавил с отвращением.– Цивилизация!

– Мы хотим выяснить истину, уважаемый господин О'Коннор, и мы ее выясним. Я утверждаю, что ваша жена – разыскиваемая преступница Тэйну Тойвальшен. Докажите, что я ошибаюсь.

– Она не откроет лица перед посторонним мужчиной,– зло сказал я.– И я абсолютно ничего не обязан вам доказывать, Ми-Грайон. Вы не планетарная полиция и не служба областной безопасности. Ваши требования, строго говоря, вообще незаконны, поскольку вы не являетесь гражданином Земного Содружества и не имеете права голоса.

– За то недолгое время, проведенное здесь,– задумчиво проговорил Чужой, как бы невзначай касаясь пальцами оружия,– я уже успел убедиться, что на вашей аморальной планете неукоснительно соблюдается лишь один-единственный закон – закон силы. Вы не кажетесь мне достойным противником, уж простите. У вас и оружия-то при себе нет, как я погляжу. Поэтому не советую вам лишний раз… как это вы выражаетесь? Лезть на рожон?

– Мое оружие всегда со мной,– ответил я, начиная нервничать. Уж слишком много времени мы тратили на пустые разговоры, мне это не нравилось.– А вашу хлопушку можете потереть о голову и засунуть в задницу, я ее не боюсь. И дайте нам пройти, черти б вас забрали! Я всю ночь не спал, устал как собака, хочу есть и, вдобавок, мне надо в туалет!

– Ваша наглость просто поразительна,– с восхищением сказал Ми-Грайон.– Вы называете хлопушкой аннигилятор "шайерх-на'ситан"?– он достал оружие из кобуры и положил его на ладонь.– Сомневаюсь, что он войдет в вашу задницу, уважаемый господин О'Коннор, – явно не ваш размер. Но, может быть, стоит попробовать?

– Эй,– подал голос молчавший до сих пор Айр,– только не надо мне аннигиляторов в моей гостинице! Никакой стрельбы в моей гостинице! Хватит с меня того придурка в холле!

А я посмотрел на тарга другими глазами. Чужой с чувством юмора, это надо же! Опасный враг, нельзя такого недооценивать.

– Итак, – сказал Ми-Грайон, продевая пальцы в рукоять аннигилятора,– я повторяю первоначальную просьбу: ваша жена убирает с лица тряпку и, если я ошибся, может идти с вами, куда вам заблагорассудится. В ином случае, уж извините, вы с нею расстанетесь.

– Надолго?– не удержался я от иронии.

– Шутник!– одобрительно сказал мне тарг и ответил на мой вопрос, – Навсегда, разумеется.

На плече у Чужого вдруг вспыхнул оранжевый огонек. Раздался тоненький пронзительный писк. Мальчишка дернулся и тут же замер, остановленный взглядом старшего.

– О, – Ми-Грайон поднял палец,– телепатическое воздействие! Дарлен, вот уж не думал, что вы проявите подобное легкомыслие!

Таня вдруг прижала ладони к вискам, в ее эм-фоне отчетливо вспыхнула лимонно-желтая полоса жестокой боли. Слыхал я о защитных приборчиках, изобретенных Чужими! Эти штучки блокировали телепатические пси-волны в широком диапазоне. При интенсивном воздействии они генерировали ответную ударную волну, вполне способную выжечь мозги у любого телепата независимо от ранга. Честное слово, не верил я до конца в подобные байки. Как может раса, никогда не рождавшая телепатов, создать что-либо подобное? Теперь я видел, что ошибался. А ведь техническое решение данной проблемы должно быть достаточно простым!

– Оставьте Манфреда в покое, тарг,– мрачно проговорил Айр.– Вам он не по зубам.

– Это угроза?

– Это ценный бесплатный совет.

– В таком случае считайте, что я его выслушал и принял к сведению, спасибо. А теперь попрошу вас не мешать, и считайте мою просьбу так же добрым советом. Бесплатным, естественно.

– Ну, все, хватит, – обозлился я.– Мне надоело пререкаться с вами. Освободите дорогу!

– Какой вы прыткий, – осуждающе проговорил Чужой, вскидывая руку с оружием.

Наверное, он принадлежал к числу тех идиотов, которые ненавидели землян как класс. О чем он думал, угрожая мне таким оружием? Аннигилятор-шайерх Чужих – страшенная дрянь, хуже которой нет ничего на свете. Рихард – тупица, ему простительно было не соображать, какую мощь он отпускает на свободу простым нажатием кнопки на корпусе краденого шайерха. Но этот тарг, как мне кажется, должен был понимать, что синтез и последующая аннигиляция антиматерии даже в ничтожно малом количестве вполне способны превратить половину гостиницы Айра в радиоактивную дыру, которая будет фонить потом столетиями! А может, он просто решил напугать нас, чтобы вели себя сговорчивее? Ему-то последствия радиационного облучения, как видно, не грозили. Иначе с чего бы ему на полном серьезе понадобилось хвататься за шайерх? Надо ли говорить о том, что у врага ровным счетом ничего не получилось?

Я ударил плоскостью внешнего поля по руке Чужого, выбивая так и не успевшее выстрелить оружие. Аннигилятор завязался узлом еще в падении, звонко стукнулся о ребро ступеньки и весело запрыгал вниз. Кристина обхватила плечи руками, бросив на меня обиженный взгляд.

– Снова. Ты. Все. Делаешь. Сам.

– Спокойно, девочка,- тихий телепатический шепоток Айра прозвучал с изрядной долей ехидства. – Им и без тебя будет весело, не переживай.

Чужой молча прыгнул на меня с немалым мастерством. Меня изрядно насмешило выражение его физиономии, когда он наткнулся на выставленный барьер из психокинетического поля. Багровым пламенем взметнулись в ментале боль, обида, растерянность и бешеная ярость, и это выглядело еще смешнее. Здоровый мужик, воин, а ведет себя как ребенок. Я оттолкнул его прежде, чем он успел броситься на меня еще раз, и хорошенько приложил головой о перила. Мальчишка взвизгнул и принялся палить из плазмера: испортил одну из статуй и чуть не попал в Кристину, лопух. Пришлось дать по башке и ему.

Шум и треск выстрелов напугали малыша, тот проснулся и заорал. Всем пришлось в спешном порядке зажимать уши. Крик нашего малыша не каждый способен выдержать, тут нужны особо крепкие, тренированные уши, поскольку в спектре его голоса присутствуют инфразвуковые частоты. Побочное следствие мутации, надо думать.

Таня с Кристиной тут же устроились на одной из ступенек и попытались было успокоить ребенка, но у них мало что получилось. Малыш орал так, будто его живьем резали на части. Айр бросился к опустевшему постаменту и склонился над осколками. Вокруг него всколыхнулась волна отчаяния и самого натурального горя. "Проклятый ублюдок… искаженный образ Ми-Грайона тарга в короне черного пламени искренней ненависти… что же ты натворил, скотина!" К счастью, среди Чужих не бывает телепатов, и тарг не стал обижаться на то, чего не мог услышать. Мальчишка-Чужой лежал без движения с полудохлым видом. Я в тревоге глянул на него, но потом заметил, что он дышит, и успокоился. Жить будет.

– Глядите, – злобно сказал я Ми-Грайону, поднимавшемуся на ноги.– Только поглядите, что вы натворили! Испортили произведение искусства, расстроили малыша!

Ощутив поддержку, ребенок испустил особенно громкий гневный вопль, гулким эхом заметавшийся по помещению.

– Да сделайте же что-нибудь, пусть он заткнется!– яростно зарычал Чужой, хватаясь за кобуру,– А не то я его парализую!

– Только попробуйте! – осатанел я, вырывая парализатор у него из пальцев и в ярости скручивая оружие в трубочку. – В пыль разотру!

– В чем дело? – раздался сверху чей-то властный голос. – Что здесь происходит?

Малыш сразу притих. А я даже вздрогнул. Дежавю. Однажды виденное. В моем случае – однажды слышанное. Я покосился на Айра. Но он вяло собирал в кучку останки разбитой статуи и не обращал на нас внимания.

Подняв голову, я увидел на верхней площадке еще одного Чужого. Престранный тип, я таких еще не встречал. Невысокий рост – для Чужих, конечно, – всего-навсего метра в два, даже немного меньше. Пышная высокая прическа… обычно-то они волосы распущенными носят, а этот оригинал умудрился превратить свою голову в подобие шлема от скафандра высшей защиты. Одежда – не стандартный, универсальный воиский черный комбинезон, а что-то вроде изящного делового костюма в благородных серо-зеленых тонах. Никакого оружия. В руке вместо аннигилятора странная штуковина, похожая на портативный голографический проектор, который никто не позаботился выключить. Пронзительный, проникающий в душу без всякой телепатии взгляд. И радостная – от уха до уха – улыбка. Не знаю, кому как, а у меня от этой улыбочки сердце в пятки ушло. И я даже знал почему. Где-то внутри, в том самом месте, где обитали внутренний голос и шестое чувство, всегда помогавшие в критических ситуациях, сработал датчик очень больших неприятностей.

А этот невозможный тип между тем задумчиво оглядел поле боя, потом перевел взгляд на тарга, поднимающегося на ноги.

– Арэль! – со снисходительной укоризной в голосе произнес Чужой. – Олми нашьес сэла!

Здоровенный воин опустил голову, точно нашкодивший мальчишка. Наш малыш разглядывал этого Чужого с опасливым любопытством. Кристина же повела себя еще более странно – вдруг, пригнувшись и тихонько перекочевав за спину Тани, уткнулась лицом себе в коленки. Ну и дела, однако!

– Уважаемый господин Весенан, – официальным тоном заговорил Чужой, – прошу простить моего брата. Он всегда был излишне импульсивен, к тому же техника самоконтроля никогда не являлась его любимой дисциплиной в Арх Геда

Брошенный таргом в мою сторону злобный взгляд показывал всю степень его несогласия с подобной оценкой.

– Я буду крайне признателен вам, уважаемый, – сквозь зубы процедил Айр, отвлекаясь от своих осколков, – если ваш брат в дальнейшем воздержится от посещения моей гостиницы.

– Так и будет, – кивнул Чужой, бросая на Ми-Грайона тарга странный взгляд, выражавший одновременно досаду и снисхождение.

– Кто он такой? – вполголоса поинтересовался я у Айра.

Чужой услышал мой вопрос и ответил мне сам:

– Орнари Ми-Грайон, инженер-социолог. Вообще-то, это далеко не точный перевод названия моей специализации, но основную идею он выражает. Я занимаюсь изучением общественных культур… если можно так выразиться. Язык, обычаи, история, легенды – все вместе.

– Понятно, – кивнул я. – Ученый, значит. И чем же заинтересовала вас наша несчастная Земля?

– Материнская планета вашей расы? – уточнил Чужой.– В инженер-социологии есть понятие "а'креатшасса" – постижение целого путем исследования условий, породивших это самое целое. Изучая мир, давший жизнь вашему народу, я стараюсь понять вас. Ваши стремления, желания, надежды. Страхи. Душу вашего народа. Это самое главное в моей профессии – понимать.

– Ну, Бог вам в помощь, – не удержался я от сарказма. – Потому как мы сами себя до конца понимаем не всегда!

– И в этом главная ваша беда. Но не будем отвлекаться, уважаемый…

– Манфред, – подсказал я. – Манфред О'Коннор.

Чужой благосклонно кивнул мне, принимая информацию.

– Уважаемый господин О'Коннор, что здесь произошло?

Я покосился на тарга, но тот молчал. И рот открывать явно не собирался. Внезапное искушение свалить всю вину на врага было велико. Перед моим внутренним взором мгновенно высветился длинный список гадостей в адрес тарга, начиная с простого определения "идиот" и заканчивая полной нецензурщиной. С превеликим сожалением я отказался от ругани. Невежливо, некрасиво, да и вообще… не годится ругать противника, который не пойми с чего защищаться и не думает.

– Ваш брат начал ко мне цепляться, – неохотно сказал я наконец.– Мы повздорили. Результат, как видите, налицо.

– О да, – охотно согласился Орнари Ми-Грайон, оглядываясь. – Сканер показывает, – он чуть приподнял прибор, – что в данном помещении один раз стреляли из аннигилятора и несколько раз из плазмера. Выстрелы из плазмера оставили свой след, – легкий жест в сторону осколков расстрелянной в упор статуи. – Вам, уважаемый господин Весенан, разумеется, будет выплачена соответствующая компенсация, а так же принесены официальные извинения от нашего рода за причиненный вред…

– Материальный и моральный, – мрачно подтвердил Айр. – Одно повторное хождение по марсианскому бюрократическому крысятнику чего стоит! Взятки, получение копии, оплата работ по реставрации, взятки, транспортные расходы, снова взятки, Филипп Снежин… Разве можно компенсировать такое?!

– Мда, – произнес Орнари Ми-Грайон с сочувствием. – Но, может быть, вы останетесь довольны, если мой брат понесет соответствующее наказание?

– Оставьте, – пренебрежительно отмахнулся Айр, источая беспросветную тоску. – Не надо никого наказывать. Что это изменит?

– Вы правы, – вздохнул Чужой, – это ничего не именит. В таком случае, закроем на время данную тему и вернемся к главному. К следам от аннигилятора. Что-то я их поблизости не наблюдаю, – и он огляделся, в надежде высмотреть вокруг себя хоть какие-нибудь следы.

– Вы не туда смотрите, уважаемый, – любезно подсказал я. – За перила гляньте, в холл. Следов там предостаточно.

Орнари Ми-Грайон с готовностью свесился через перила.

– Ого! – очевидно, с изуродованным бассейном еще не успели разобраться. Чужой навел на него сканер, поглядел на шарик голографического экранчика, затем на бассейн, снова на экранчик, на меня, и, в конце концов, одарил своего брата грозным взглядом. Тарг, кстати, даже не пошевелился и рта не раскрыл! Словно не его обвиняли в том, чего он не совершал.

– Стрелял не ваш брат, а другой придурок, – не удержался я от маленькой мести.

Каменная физиономия тарга не дрогнула, зато всплеск негативных эмоций выдал его с головой. Эм-фон мальчишки полыхнул оранжево-алым пламенем чистой ненависти, которая, впрочем, отчетливо проступила и на лице – пацану явно не хватало выдержки взрослых. Я слегка усмехнулся, вызвав в ответ очередной выброс злости. Мальчика можно было сейчас читать как раскрытую книгу, все его нехитрые мыслительные процессы умещались на одной-единственной страничке из школьной тетрадки в клеточку. Айр взглянул на меня и тоже усмехнулся. Он понял.

– Он далеко? – поинтересовался Орнари Ми-Грайон, отвлекая мое внимание. – Этот придурок?

– Он мертв, – ответил я. – А теперь, пожалуйста, позвольте нам пройти. Дорога была долгой и трудной, мы устали и хотим отдохнуть.

Какой-то бесконечный миг я думал, что тем и закончится. Воин даже не пытался открывать рот и распространяться насчет своих подозрений, а его странный братец уже было собирался кивнуть мне и посторониться, давая дорогу. Но в тот момент, когда ожившая в моем сердце надежда на лучшее превратилась в твердое убеждение, что все обойдется, вмешался мальчишка.

– Орнари талм'лейран энгарраш тахми ларойм'нэ исэй! – быстрой скороговоркой выпалил он, делая шаг вперед и не сводя с меня горящего ненавистью взгляда. – Тойвальшен'а-нкорай эн'лемере кин'лемере этбассап!

Таня вздрогнула. Я почти физически ощутил взметнувшееся в ее душе отчаяние. Окаянный мальчишка!

…Блин, надо было приложить эту дурную головенку посильнее! Так, чтобы очухался только к завтрашнему утру! Нет же, пожалел сопляка! Пацифист несчастный…

Слова мальчика остались без ответа. Только взгляд и улыбка, но пацану хватило. Мальчишка тут же стушевался, одарив меня очередным злобным взглядом. Ми-Грайон тарг сложил руки на груди и оперся о перила. Его эм-фон расцвел салатными цветочками злорадного удовлетворения. А на губах медленно проявилась ухмылка: «Посмотрим, как ты теперь управишься с этим терранином братец Умник».

– Ваша жена понимает метаязык, – сказал Орнари Ми-Грайон. Улыбка его слегка увяла, зато в глазах появился нехороший стальной отблеск, а на лице вдруг проступило неприятное сходство с тарговой мордой. Братья все-таки, что тут скажешь!

– И что с того? – мрачно спросил я. – Разве это достойное основание, чтобы цепляться к моей женщине?! Да мало ли людей во всем Земном Содружестве понимают ваш метаязык?!

– Генетическая линия Тойвальшенов должна прерваться, – жестко заявил Чужой. – Уважаемый господин О'Коннор, заранее прошу прощения за возможные ущемления ваших прав. Данное дело затрагивает интересы не только нашего клана…

– То есть как это прерваться? – перебил я его. – Если вы объявите мою жену вашей… как ее там… то вы убьете не только ее, но и ребенка?!

– Генетическая линия Тойвальшенов должна прерваться, – снова повторил Ми-Грайон.

– И вы способны убить младенца? Вот так вот запросто хладнокровно убить грудного ребенка за преступление, которого он даже не совершал?!

Я чувствовал взметнувшиеся в окружающем ментальном фоне эмоции как свои собственные. Страх Тани – тонкий морозящий холод, заставляющий противно дрожать руки. "Не бойся, любимая, я сумею тебя защитить!" Гнев Кристины – чистый всесокрушающий огонь, ослепительное пламя, яростно рвущееся из ненадежных оков. "Не сейчас, девочка! Твое время еще не пришло…" Тревожное беспокойство малыша – он еще не понимал толком, что происходит, но уже чувствовал, что пахнет паленым. Негодование Айра – нет на Земле более гнусного преступления, нежели убийство ребенка. И над всем этим довлела холодная решимость Чужого.

Генетическая линия проклятого клана Тойвальшенов должна прерваться.

Ну уж нет!

– Мы способны убить младенца, не дожидаясь того времени, когда он станет взрослым и воспримет наследие памяти своего клана в полном объеме, – заявил Орнари Ми-Грайон. – И начнет плодить одну проблему за другой, во всех смыслах сразу! Уважаемый господин О'Коннор, ваша жена подходит под общее описание Тэйнуален Бэйль-алум Тойвальшен. Поэтому убедительно прошу вас если не оказать содействие, то хотя бы не мешать нам в процессе установления личности вашей женщины.

Это надо же было простой и понятный эсперанто так исковеркать – "в процессе установления личности"!

Он загнал меня в угол, этот вежливый и интеллигентный Чужой. Фактически он не оставил мне никакого выбора. Сказано: генетическая линия Тойвальшенов должна прерваться. У моей жены, как и у прочих многочисленных жертв экспериментов Ольмезовского, генов Тойвальшенов было предостаточно. У малыша и Кристины, скорее всего, тоже. Так что убьют всех троих безо всякой жалости. Я оценивающе взглянул на противника. Двое взрослых и сопляк, пусть и вооруженный. Я могу уничтожить их всех. Тарга – с удовольствием, его брата – с сожалением, мальчишку – с трудом, ребенок все-таки. Впрочем, пацану хватит ментокоррекции… "Первый круг защиты. Второй. Третий. Внешний купол. Внутренний". Надо быть готовым к любой гадости, вплоть до аннигиляционного взрыва. Мало ли что могло прятаться в карманах у воина!

– Что ты задумал, Манфред? - забеспокоился Айр.

Ты ж телепат. Сам не видишь, что ли? Сожалею, но иного выхода у меня и вправду нет…

– Не смей! Я тебе ЗАПРЕЩАЮ!

Внезапный, давящий на психику ментальный приказ застиг меня врасплох. Первая ступень второго ранга. Психокинетической силой можно управлять лишь сознательно. Поэтому, пока я трепыхался, хватая ртом воздух, собранная в тугое копье мощь начала стремительно рассеиваться, растворяться в толстых слоях защитного кокона. Айр, скотина, что ж ты делаешь?!

– Спасаю собственную задницу! И твою тоже. Не дергайся, и я все улажу без всяких глупостей!

– Айр, я тебе это еще припомню…

– И на здоровье. Только сделаешь это ПОТОМ!

– Айр! Сволочь!

– МОЛЧИ!

И я замолчал. Что мне еще оставалось делать? Только сожалеть о том, что не догадался стащить у какого-нибудь Чужого прибор, защищающий от телепатического воздействия…

– Если вы убедитесь в том, что Татьяна О'Коннор не та женщина, которую вы ищете, вы оставите семью Манфреда О'Коннора в покое? – спросил Айр у Чужих, не догадывающихся даже, на каком тонюсеньком волоске висели их жизни считанные мгновения назад.

– Разумеется, – ответил Орнари Ми-Грайон.

– Что нужно сделать, чтобы отвести от жены Манфреда ваши подозрения?

– Полагаю, необходимо провести генетическое сканирование…

Я почувствовал прилив острой радости. Как просто-то! Генетическое сканирование – это пшик, мелочь. Справлюсь легко… достаточно просто подсунуть под сканер собственные ткани, для психокинетика это – пара пустяков. И пусть анализируют на здоровье!

– …и, поскольку нам известны методы подделки генома, широко распространенные в городах Юпитерианской Лиги, следует провести и визуальный досмотр.

Проклятье! Вместо Таниной физиономии свою не подставишь! А для наведения иллюзии я рангом не вышел… да и приборы эти проклятые!

– Говори, – разрешил мне Айр.

– Моя жена не откроет лица перед посторонним мужчиной! – выпалил я.

– То есть против генетического сканирования как такового вы не возражаете? – быстро уточнил Ми-Грайон.

– Если сканер впоследствии будет безвозвратно уничтожен на моих глазах – не возражаю. Но моя жена никогда не откроет лица перед посторонним мужчиной!

– Прекрасно, – сказал четвертый Чужой (Айр ведь говорил, что в его гостинице их четверо!), до этого тихо наблюдавший за нами из небольшой ниши в стене. – Я – женщина. Полагаю, мне ваша жена показать свое лицо может.

Да, этот Чужой действительно оказался женщиной. И какой женщиной! Лицо невероятной, неописуемой, завораживающей красоты. Огромные сине-зеленые глаза. Кожа смуглая, с голубоватым отливом. Полные, красиво очерченные губы. Нос прямой и тонкий, без обычной для большинства Чужих кошачьей приплюснутости. Великолепная, затянутая в черный комбинезон фигура, не испорченная чрезмерными физическими нагрузками, как у некоторых встречавшихся мне ранее женщин-воинов. Плавные, исполненные достоинства, грации и скрытой силы движения.

Где-нибудь в диких уголках Земли, скатившихся в варварство после последовавших за Великой катастрофой сумеречных лет, эту женщину почитали бы как ожившую богиню.

– Воркен Мин-лиа катарг, – назвалась она и улыбнулась.

Боже, что это была за улыбка!

Я понял, что погиб. Убить такую женщину просто рука не поднимется. Но и допускать, чтобы она приближалась к моей Тане…

– Айр, что мне делать?

– Соглашайся на их условия, естественно.

Образ подмигивающего глаза. Ехидное пожелание не бояться. Уверенность в успехе. Снисходительное превосходство – это тебе не психокинезом врагов по головам гвоздить!

– Иди ты…– красочный образ помойной ямы, типичной для коренных обитателей венерианских джунглей. – Почему сразу не поделился со мной своим хитроумным планом?!

– А ты стал бы меня слушать в тот момент?

Образ пустой черепушки без мозгов. Отдельно – образ мозгов, плавающих в той самой помойной яме.

Обидно, конечно. Но…

– Но давай не будем тянуть резину, хорошо?

– Отвернитесь все, – угрюмо предложил я. – И ты, Айр, тоже!

Они послушно отвернулись. Воркен подошла к моей жене, вынула генсканер… Таня слегка приподняла капюшон.

– Это не та женщина, которую вы ищете.

Все-таки хорошо, что среди Чужих не бывает телепатов! И хорошо, что им не пришло в голову сконструировать прибор, читающий телепатические пси-волны… И хорошо, что на мне рубашка с длинным рукавом. И вообще хорошо все, что хорошо заканчивается. Спасибо Айру.

А генетическое сканирование – это совсем не больно.

Какое-то время ушло на анализ генетического кода. Воркен глянула на шарообразный экранчик прибора и покачала головой, затем передала сканер Орнари Ми-Грайону. Тот очень долго нажимал какие-то кнопочки и сенсоры: видимо прогнал тест в нескольких вариантах. Потом сканер перекочевал к таргу. Мальчишка вытянул шею, стараясь разглядеть информацию.

– Приносим извинения, – подвел итог Орнари Ми-Грайон, разглядывая меня с легким любопытством. – Ваша жена – не та женщина, которую мы ищем.

– О чем я и говорил с самого начала, – мрачно буркнул я.

– Мы обязаны были проверить…

– Значит, мы можем идти? – уточнил я на всякий случай.

– Да.

– Результаты сканирования ни у кого не вызывают сомнений?

Сомнений результаты сканирования не вызывали ни у кого. Еще бы!

– Тогда извините.

Я поднял руку ладонью вверх, и прибор неторопливо проплыл по воздуху прямо мне в пальцы. Кристина оживилась. "Мне, мне, дай мне!" – отчаянно молил ее взгляд. "Ладно. Валяй".

Девочка передала малыша Тане, затем взглянула на висящий над моей ладонью прибор. Мгновение – и на его месте повис жаркий шарик плазмы. Сканер растворился в нем без следа. Я поднес ладонь к губам и слегка дунул. Под изумленными взглядами Чужих шарик рассыпался на сотни крошечных, быстро тающих в воздухе искр. Я улыбнулся, отвесил легкий полупоклон и двинулся наверх. Айр протянул руку Тане, помогая ей подняться. Малыш снова начал плакать, но как-то тихо и несмело: он еще чувствовал присутствие в ментале враждебных сознаний. Кажется, он напрудил в памперс сверх всякой меры и теперь жаловался на противную сырость.

А Кристина вдруг обернулась к Чужим, продолжающим ошарашено смотреть нам вслед, и показала им язык, всем четверым сразу.

– Зря, – негромко прокомментировал Айр, не замедляя шага.

– Что – зря? – удивился я.

– Твоя девчонка зря осмелела. Дразнить Чужих – опасное занятие. Тем более, показывать им язык. Могут и отрезать.

Кристина засопела, сверля затылок Айра злобным взглядом. "Тоже мне, ментор нашелся! Делаю, что хочу!"

Айр ответил ей телепатически, я его ответа не разобрал, да и не прислушивался особо, честно говоря. Впору бы радоваться, что все так хорошо обошлось, но радости не было. Датчик неприятностей продолжал мигать мерзким красным светом. Чем скорее мы уберемся из Аяна, тем лучше.

Пройдя под широкой, украшенной затейливой резьбой аркой, мы оказались в небольшом полукруглом помещении с диванчиками и пальмами. Здесь находились две запертых двери из красного дерева.

– Альфа-люкс, – пояснил Айр. – Эти номера всегда пустуют. Мало кому по карману оплачивать проживание в них. И полную конфигурацию я не оставлю даже тебе, извини.

– Нам и минимальной по уши хватит! – сказал я, – Айр, спасибо! Я рассчитывал на меньшее…

Весенин хлопнул ладонью по панели терминала инфосети, активируя сервисную программу. В воздухе развернулся плоский голографический экран, через мгновение заполнившийся самой разнообразной информацией. Время, погода, температурный режим, программа передач по стерео-ТВ, свежий выпуск новостей, меню, видеотека, план гостиницы в целом и данного номера в частности, масса рекламы – от новых жевательных резинок "Суперзимняя свежесть" до самых быстрых во всей Солнечной системе межпланетных яхт класса "Вихрь" от компании "Starkad Transportalie"…

Таня с Кристиной сразу занялись ребенком. Кристина живо раздобыла где-то чистых памперсов и тонких полотенец, вполне годящихся на пеленки. Я покопался в меню и заказал молоко, витаминные добавки и протеиновый коктейль. Не успел я опустить в щель приемника требуемую сумму в однодолларовых юпитерианских монетках, как громкий сигнал на линии доставки оповестил всех, что заказ прибыл. Кристина быстренько наполнила бутылочку, устроилась в кресле и стала кормить малыша. Таня скатала в тугой сверток грязную одежду мальчика.

– Значит, Тэйну Тойвальшен, – негромко сказал Айр.

Жена замерла, затем резко обернулась и решительно убрала с лица вуаль. Сверток выпал из ее разжавшихся пальцев с глухим звуком.

– Я говорил, что ты пожалеешь, – угрюмо буркнул я, плюхаясь на диван и с наслаждением вытягивая ноги.

– Ты не знал! Ты на самом деле не знал, кто она такая! – возмущенно завопил Айр. – Проклятье, Манфред, да ее по всей Солнечной системе ищут!

В эм-фоне Айра царил полный бардак. Я первый раз в жизни видел, чтобы телепат второго ранга настолько утрачивал контроль над своими эмоциями. Даже с закрытыми глазами я мог разглядеть повисшую над его головой разноцветную яркую радугу самых простых и сильных чувств: гнев, ярость, злость на меня, сожаление, страх… Запоздалый страх – что было бы, если б Орнари Ми-Грайон раскрыл обман? Страх – что мог натворить сорвавшийся с цепи психокинетик (то есть я)? Страх – что учинили бы Чужие с Аяном, если б я прикончил Ми-Грайонов, и что учинят они со всей Землей, если выяснится вся правда о Тэйну Тойвальшен? Искаженный образ моей жены, окутанный отвращением и брезгливой ненавистью. Жалость. Сострадание ко мне – бедняга Манфред, он не понимает, что его используют… и как тонко и хитро используют! С учетом психокода, который ставила не Тэйну, психокода, внушавшего мне любовь к этой ужасной женщине, с учетом моей привязанности к ребенку, который еще не известно чей конкретно сын, с учетом моих особых способностей, защищающих даже от аннигиляторов, с учетом…

– Это ты Орнари Ми-Грайона наслушался, – спокойно заметил я. – А он, между прочим, лицо крайне заинтересованное в гибели всех Тойвальшенов. И, кстати, то, о чем он не знает, ему не повредит. А завтра нас здесь уже не будет.

– Манфред, я не знаю, что она натворила и знать не хочу, – от волнения Айр даже заикаться начал, – но одно я знаю совершенно точно: из-за нее у Земли будут огромные неприятности. Не у меня и не у Аяна даже – у всей планеты. А может и у всего Содружества! Чужие вот уже которую неделю на ушах стоят – ее ищут!

Айр по-прежнему не заботился о контроле, и поэтому мне удалось подсмотреть парочку вертевшихся в его черепушке нехороших мыслей.

– А вот об этом ты думать не смей! – немедленно взвился я.– Да что с тобой такое, в чем дело?! Чего ты боишься?

– Второго Содатума, – ответил Айр и впервые за время нашего разговора взглянул мне в глаза.

Конфликт на Содатуме начался с аналогичного случая. Я даже вздрогнул, внезапно осознав, насколько полной и точной была аналогия. Женщина-Чужая спрятала незаконнорожденного ребенка в семье врачей, преступив тем самым добрую половину законов своего государства: начиная с того, что вообще не имела права рожать без специального разрешения службы генетического контроля и, заканчивая тем, что оставила в живых ребенка с явно выраженным дефектом генома. Истина выплыла лишь много лет спустя, когда девочка подросла и нечаянно попалась на глаза кому-то из Ми-Грайонов. Приемные родители любили ее. И не пожелали отдавать явившимся к ним в дом воинам, ведь было ясно как день, что в живых ребенка никто оставлять не собирался. Небольшая стычка вылилась в кровопролитную войну планетарного масштаба, которая, впрочем, завершилась в считанные дни. И если уж Юпитерианская Лига, традиционно владавшая лучшим во всей Солнечной системе военно-космическим флотом, не сумела отстоять свою колонию, то что говорить о Земном Содружестве? Задыхающийся в песках Марс, снабжавший продовольствием половину системы, не покорившаяся Венера, утопающая в болотах, с отравленной стриновыми испарениями атмосферой, и Земля с разрушенной, агонизирующей экологией и Луной, до сих пор не сумевшей перейти на полное самообеспечение. Три планеты. Три жалких планеты против громадного межзвездного конгломерата Чужих, насчитывающего в своем составе не одну сотню солнечных систем с благоустроенными мирами. Это было бы смешно, наверное. Если б не было так страшно.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю