Текст книги "Журнал Наш Современник №7 (2001)"

Автор книги: Наш Современник Журнал

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 20 страниц)

А. К.: Как Вы видите развитие отношений России и Молдовы?

В. В. (задумавшись): У меня есть ответ, но я бы не хотел говорить высокопарно. Трезвые, здравомыслящие граждане Молдовы (а их большинство) поняли, что на Западе, кроме красивых витрин, нас ничего не ждет. Мы нужны друг другу: Молдова Украине, России, нам Россия очень нужна! Экономически, политически, стратегически. Свой первый визит как президент я совершил в Россию. И вместе с президентом России подписал – впервые в нашей истории – Соглашение о стратегическом партнерстве и сотрудничестве с Российской Федерацией. Дружба, взаимные гарантии сотрудничества должны быть положены в основу наших отношений.

Не скрою, задавая последний вопрос, я рассчитывал услышать слова о вхождении Молдовы в Союз России и Беларуси. Однако после избрания Воронин предпочитает говорить всего лишь о партнерстве с Россией, в основном экономическом... В связи с чем в российской прессе молдавского президента начали упрекать в непоследовательности и даже неискренности. “Можно ли ему доверять?” – задает вопрос журналист “Независимой газеты” (12.03.2001). Для “Завтра”, похоже, и вопроса нет: ее автор ставит крест на ожиданиях, которым еще недавно предавалась редакция с безоглядностью, присущей этому изданию. Выразительна перекличка газетных заголовков. “Оппозиция, пей молдавские вина!” – призывал Проханов сразу после избрания Воронина. “Молдавские вина – яд для ПМР”, – заявляет его сотрудник три месяца спустя...

Признаюсь, я рад, что Александр Проханов – авторитетнейший идеолог левой оппозиции – в конфликте между партийной солидарностью и патриотическими принципами готов выбрать патриотизм. Однако убежден, что в данном случае до конфликта дело не дошло. Вопрос выбора не стоит, во всяком случае, не стоит так остро. Скорее, здесь следует говорить о том, что после эйфории победы наступают будни, а вместе с ними – отрезвление. Тут не столько вопрос искренности Воронина, сколько проблема экзальтированности журналистов.

В политике опасно ручаться за кого бы то ни было. Хотя Воронин произвел на меня впечатление по-крестьянски цельного человека. Понятно, я мог и ошибиться. Но дело не в этом. На мой взгляд, сегодня н е т о с н о в а н и й подозревать молдавского лидера в нежелании выполнять предвыборные обещания. Аргументы статьи “Молдавские вина – яд для ПМР” (“Завтра”, № 21, 2001) не кажутся мне убедительными. Более того, зачастую претензии автора попросту несерьезны. Воронину, к примеру, ставят в вину заявления о “выполнении всех международных обязательств Молдовы” и о стремлении улучшить отношения с Румынией (обострившиеся после ухода со сцены национал-демократов). Представим, как бы развивались события, если бы молдавский президент продекларировал нечто противоположное! Дескать, не признаем договоров реакционного буржуазного правительства, выходим изо всех международных организаций, а Румынии – что, объявляем войну? Или товарищ из “Завтра” готов позволить Воронину погодить до другого раза...

Несерьезны и попытки изобразить Кремль в качестве наивного поклонника кандидата коммунистов. “Воодушевленный Кремль поверил в молдавского коммуниста и безоговорочно поддержал победу Воронина”. Неужто забыли о десятилетней борьбе той же кремлевской администрации с коммунистами в самой России? Конечно, Кишинев не Москва, и все же... В том-то и дело, что газета не желает замечать проблемы, которая представляется настолько значимой, что я посвятил ей эту главу. Готовы ли Путин и команда ультралибералов в правительстве поддержать интеграционный процесс, неразрывно связанный с левой волной?

Не думаю, что ответ очевиден. В сущности здесь же камень преткновения в интеграции с Беларусью. О чем не раз с циничной откровенностью говорили московские “демократы”: как же мы будем объединяться с Беларусью, если Лукашенко – сторонник социализма? Вот если бы подождать... И разве не видно – ждут, до последнего, до неприличия оттягивая создание дееспособных союзных структур. Прежде чем Молдову принимать в Союз, неплохо бы реанимировать связи с Беларусью.

Потому ли Воронин перестал говорить о присоединении к Союзу, или причина в ином – не знаю. Но то, что названная причина достаточно серьезна, бесспорно. Надеюсь, всем памятно решение югославского парламента о вступлении в Союз – и что из этого вышло... Опять-таки, это не означает, что Югославию тогда следовало принимать, рискуя ввязаться в конфликт с объединившимся Западом. К чему, кстати, призывала газета “Завтра” – с той же безоглядностью. Это означает одно: в политике не бывает простых проблем, которые решаются одним махом. Особенно на постсоветском пространстве – запущенном, да к тому же и заминированном...

“Яд для ПМР”, для Приднестровья – это куда серьезнее! Позиция Воронина по отношению к непризнанной республике достаточно жесткая. Вот и в нашей беседе я чувствовал, как накаляется атмосфера, как только речь заходила о лидерах Тирасполя. Принять такую позицию русские патриоты не могут. Понять – должны.

Воронин тоже патриот. Молдовы. К тому же президент Республики. Он о б р е– ч е н добиваться присоединения левого берега к Бессарабии. Упрекать его за это неразумно, по меньшей мере. А вот предложить выход необходимо. Он очевиден: воссоединение Молдовы и Приднестровья в рамках Союза. Здесь и гарантии для Приднестровья – более существенные, чем записанные в Конституции Молдовы, которую очередной парламент может в любой момент переписать. Тут и стимул для Кишинева активизировать интеграционный процесс.

Убежден, Кишинев и Тирасполь и сами придут к этому варианту. Любой другой просто нереалистичен: кто же добровольно откажется от суверенитета, завоеванного в боях? Понимание придет, когда ажиотаж после победы на выборах утихнет и наступят рабочие будни. Уже сейчас необходимость будничной работы заставила Воронина и Смирнова сесть за стол переговоров и подписать пакет важнейших соглашений, в частности, снимающих таможенные барьеры между странами и обеспечивающих признание приднестровских документов на правобережье Днестра. За что Воронина – крайности сходятся! – уже критикуют молдавские националисты, обвиняя его в том, что он “берет курс на фактическое признание Приднестровья” (“АиФ”, № 21, 2001).

Торопя молдавского президента с выполнением предвыборных обещаний, опасно забывать, что национал-демократы достаточно сильны. Они представлены в парламенте. Их поддерживают из-за рубежа. К слову, о румынском факторе. Победа коммунистов вызвала взрыв ярости в Бухаресте. “Законы, которые примет в срочном порядке новоизбранный парламент, уже написаны – их только надо перевести с русского, а один из них будет иметь в виду статус российских военных баз на территории Молдовы”, – кликушествует газета “Зиуа”. Ей вторит “Адевэрул”: “Начиная с понедельника 26 февраля, через десять лет после крушения СССР, Румыния может снова иметь на Пруте границу с российским пространством... Наступление Москвы на Запад продолжается, а результаты ощутимы. Пала Украина (?), теперь очередь Молдовы. Но до Румынии очередь не дойдет, потому что Румыния никогда не будет русской” (цит. по: “Независимая газета”. 28.02.2001).

А ведь влияние на положение в Молдове оказывает не только Румыния, но и Турция, МВФ, ОБСЕ, Запад в целом. И, конечно, Украина. Югославский опыт и здесь поучителен: мы помним, как российская гуманитарная (!) помощь не могла пробиться в Белград ни по земле, ни по воздуху. Не пропускали соседи! И Воронин помнит – наверняка. Не случайно в первую очередь говорит о восстановлении единой энергетической и транспортной системы, в которой Украина, отделяющая Молдову от России и от Беларуси, – ключевое звено.

Конечно, тут процесс двусторонний. Не только Украина влияет на степень и темпы интеграции трех республик, но и они, их воля к сближению неизбежно будут оказывать влияние на нее. И все же в известной мере ключ от Союза находится сегодня в Киеве. Неверном, уклончивом Киеве, который и сам стал ареной борьбы за влияние как внешних, так и внутренних сил.

Из Кишинева я решил направиться в украинскую столицу. Тем более что хотелось своими глазами увидеть противостояние оппозиции и президента, острейшие моменты которого вот уже больше полугода тиражируют все мировые СМИ. Тот, кто хоть однажды видел Смуту, вошедшую в города, – враз пустеющие площади, перекрытые металлическими заграждениями, машинами с мигалками и цепями людей в форме, и надвигающийся вал флагов, плакатов, людских тел, слитых в едином порыве, объединенных надеждой ли, злобой, вдохновленных или одурманенных, но прущих, сминая все на своем пути, тот, наверное, всегда будет рваться, едва заслышав зов борьбы, чтобы ощутить, а придется, так и на своей шкуре почувствовать ее накал.

Я огорошил встречавших меня киевских знакомых. Они изумили меня. “Как прошла демонстрация, приуроченная к дню рождения Гонгадзе?” – спросил я, едва ступив на перрон. “Какая демонстрация?” – воззрились на меня гостеприимные хозяева. Представляю, как забавно смотрелась сценка со стороны: час ночи, пустой перрон (я был единственным, кто сошел в Киеве), пустынный город и оживленный разговор об акции, оказавшейся столь ничтожной...

Наутро сам мог лицезреть “непримиримую оппозицию”. Несколько палаток в старинном парке у здания Верховной Рады. Десяток молодых лбов, сильно смахивавших на студентов, удравших с занятий, в небрежных позах сидели в тенечке вокруг стола. На нем стояли термосы с кофе и графины с фруктовым соком. Время от времени ребята медленно тянулись за соком и меланхолически попивали. Красно-черные стяги УНА—УНСО бодро трепетали под теплым ветерком.

А на противоположном конце Печерска – этого каменного сердца Киева – осажденной крепостью высилось здание президентской администрации. Уже соседняя Лютеранская улица с двух сторон перегорожена шлагбаумами и блоками КПП. А сама Банковская, где расположен оплот Кучмы, забрана в двойной ряд железа. Редкая цепочка прохожих двигалась по противоположной стороне тротуара, подальше от здания.

Митинговая волна, полгода, как лихорадка, трепавшая страну, схлынула. Осталось разочарованное общество, разобщенные (в том числе и по принципу внешнеполитической ориентации) элиты, обозначилась угроза раскола страны на две, а то и три части.

Украина готовится к выборам. Парламентским, а возможно, и президентским – досрочным. Наиболее значительная поддержка у коммунистов – 19 процентов избирателей уже сегодня готовы голосовать за них. Разрыв с ближайшими конкурентами более чем двукратный. За “Батькивщину” (партию Ю. Тимошенко) собираются отдать голоса 7 процентов, за СДПУ(о) – объединенных социал-демократов (партию олигархов, к которой близок новый премьер А. Кинах) – 5, за ПРП (поддержавшую экс-премьра В. Ющенко) – 5, за социалистов А. Мороза – 5, за Рух – 3 процента (киевская газета “Сегодня”. 23.05.2001).

Объединившись, партии центра и правые могли бы потеснить коммунистов и обеспечить контроль над парламентом. Так они и поступили год назад, осуществив фракционный “переворот” в Верховной Раде. Но тогда они группировались вокруг Леонида Кучмы. Сегодня многие из них требуют отставки президента. Вряд ли на роль объединяющей фигуры может претендовать “технический премьер” А. Кинах. Во всяком случае, пока он воспринимается только как ставленник Кучмы. Все еще сильны позиции В. Ющенко, однако потеря административного ресурса ослабила их, а в роли публичного политика экс-премьер проявить себя не сумел. Скорее всего, его влияние будет с каждым месяцем падать. Несчастная узница и железная леди по совместительству – Ю. Тимошенко, наверное, могла бы иметь хорошие шансы. В любой европейской стране, кроме Украины с ее патриархальной ментальностью (слово “человiк” в украинском никакого отношения к женщине не имеет, оно обозначает именно и только мужчину). Как бы ни складывались будущие коалиции, ясно, что компартии Украины обеспечено важнейшее место в политической жизни республики.

Что это дает России? КПУ – наиболее последовательная сторонница интеграции. Коммунисты осуждают развал СССР как преступную акцию и выступают за стратегический союз с Россией. При их активном участии в Верховной Раде создано межфракционное депутатское объединение “ЗУБР” (“За союз Украины, Белоруссии и России”). В день моего приезда в Киев партийная газета “Коммунист” опубликовала отчет координатора “ЗУБРа” Павла Баулина о контактах с парламентариями Беларуси, где действует одноименное объединение. Характерно начало статьи: “Даже десять лет спустя после разрушения Союза совершенно противоестественной воспринимается граница (вполне серьезная граница, со всеми атрибутами проверок, паспортного контроля и таможен) между Россией и Украиной, между Украиной и Белоруссией” (“Коммунист”. 24.05.2001). Пожалуй, под этими словами подписалось бы 99 процентов русских людей.

Правда, в отличие от Молдовы, где ПКРМ выступает единственной сторонницей интеграции с Россией, КПУ не одинока в ориентации на Москву. Можно даже говорить о конкуренции. Ее ведут самые разные силы, в том числе партия власти во главе с президентом. В какой-то мере справедливо мнение, что Кучма удержался у власти благодаря поддержке Кремля. Впрочем, Кремль вряд ли мог найти партнера менее надежного. И дело даже не в личных качествах Леонида Даниловича, а в самом геополитическом положении “незалежной” Украины. Будучи независимой, она обречена оставаться страной-лимитрофом, расположенной на границе между Востоком и Западом. Ее судьба, рецепт выживания – в заключении краткосрочных союзов то с той, то с этой стороной. При этом каждый последующий призван защитить от подавляющего влияния предыдущего союзника.

Так было и в XVII веке, что привело к почти полному разорению страны. Ибо всякий разрыв связей заканчивался вторжением обманутого союзника, разрушением городов, гибелью и уводом в полон тысяч людей. Богдан Хмельницкий пошел “под высокую руку” московского царя не из-за особых симпатий к России, а потому, что Украине нужна была передышка после бесконечной череды опустошительных нашествий. Только совершив окончательный выбор между Западом и Востоком (в XVII веке еще и турецко-татарским Югом, чье влияние опять угрожающе нарастает), страна могла обрести хотя бы относительный покой.

Сегодня Кучма пытается играть в старую игру. Каждая встреча с Путиным автоматически активизирует контакты с президентом Польши А. Квасьневским (15 марта, когда в Киеве прошел митинг левой оппозиции под лозунгом “Со-вет-ский Союз! Со-вет-ский Союз!”, Кучма срочно прервал отпуск и вылетел в Варшаву просить Квасьневского стать посредником между ним и правоцентристской “непримиримой” оппозицией. Поляки согласились – в прессу попал комментарий: “...Чтобы не допустить восстановления Советского Союза”. – НТВ. 15.03.2001). Любая клятва верности России сопровождается действиями, наносящими нашей стране ущерб. Так на фоне знаковой встречи Путина и Кучмы в Днепропетровске (в самый трудный для украинского лидера момент) Национальный банк Украины принял инструкцию, относящую Россию к странам с повышенным кредитным риском. Результат – “российский рубль вытесняется из взаиморасчетов, украинские банкиры избегают операций, так или иначе связанных с российской валютой” (“Независимая газета”. 9.02.2001). Такая дружба...

За активизацию контактов с Россией выступает значительная часть олигархов, группирующихся вокруг партии объединенных социал-демократов во главе с вице-спикером Рады Медведчуком и владельцем футбольного клуба “Динамо” Суркисом. К ним близок новый премьер Анатолий Кинах, являющийся президентом Украинского союза промышленников и предпринимателей. Промосковским олигархам противостоит другая олигархическая группа: Лазаренко—Тимошенко—Ющенко. Газета “Вечерние вести”, которую в Киеве называют рупором Тимошенко, пугает украинцев тем, что союз с Россией обернется союзом олигархов двух стран. В статье, выразительно озаглавленной “Мертвая хватка братских объятий”, утверждается: “Возрастающее влияние России на ситуацию в Украине вновь актуализировало вопрос о союзе двух государств. Если раньше сторонниками воссоздания Союза выступали левые ортодоксы, то теперь подобные настроения все более популярны у политиков, выражающих интересы финансово-промышленно-административных кланов. Круги, заинтересованные в углублении интеграции с Россией, умело играют на ностальгии значительной части украинских граждан по советскому прошлому... Недаром некоторые партии, представляющие крупный украинский капитал, выступили прямо-таки с коммунистической инициативой: “С Россией – в Европу” (“Вечерние вести”. 23.05.2001).

А далее – привычные русофобские страшилки в новой “социальной” аранжировке: “Это раньше для господства на чьих-то территориях необходимо было их присоединять. Сейчас же достаточно задавить соседа экономически и заставить работать в своих интересах. Вкалывает, к примеру, сталевар в Запорожье. А контрольный пакет акций его работодателя – в Москве. И прибыль там же. А зарплату можно платить раза в два ниже, чем “своему”. Вот при таких раскладах и рискует Украина стать настоящей колонией России”.

Место набившего оскомину лозунга “Москаль съел твое сало” пустовало недолго. На страницах националистических изданий красуется: “Москаль получил твою прибыль”. Впрочем, националистических ли? Что-то не видно в “Вечерних вестях” протестов против скупки украинских предприятий капиталом западноевропейским и заокеанским. Чем же немецкий или американский инвестор лучше? Почему прибыль, ушедшая в Москву – беда, а в Берлин или Нью-Йорк – благо?

Чьи интересы обслуживают “Вечерние вести”, выясняется из другой статьи – “Что ждет Украину при Черномырдине?” “Россия пытается сделать Украину политически зависимой от Москвы. И с этой целью в Киев едет Виктор Черномырдин”, – оглушает газета читателя. Тут же ссылка: “Так считают в американском центре стратегического прогнозирования “Стратфор” (Остин, штат Техас)”. Вся статья – изложение документа того же заокеанского центра. Почему мнение горячих техасских парней, обнародованное за тысячи километров от Украины, должно восприниматься как истина в последней инстанции при обсуждении отношений двух соседних славянских народов, газета не объясняет.

Впрочем, с русофобской прессой и так все ясно. Как и с теми, кто заказывает музыку – кланами Лазаренко, Тимошенко, Ющенко и стоящими за их спиной американскими стратегами. С одной лишь мыслью в этом ворохе заказных публикаций трудно не согласиться: союз олигархов России и Украины мало что даст народам наших стран. Как и союз с олигархами Запада – существенное уточнение.

Плохо верится в то, что Миллер и Кох, Чубайс и Аликперов, Фридман и Мамут станут проводниками и защитниками русских интересов на Украине. И дело не столько в фамилиях (согласитесь – достаточно выразительных), сколько в политике, проводимой ими. В том числе и за рубежом. В вопросе о разделе богатого нефтью каспийского дна В. Аликперов лоббировал интересы не России, а прямо противоречащие им интересы Азербайджана (как утверждали – естественно, на основании “непроверенных” слухов – журналисты, в надежде со временем занять пост президента этой закавказской республики). А как вы думаете, кто оплачивает дорогостоящие избирательные кампании русофобствующих националистов в Прибалтике? Российские концерны, гонящие нашу нефть и газ через Эстонию и Латвию на Запад...

Не вызывает доверия и позиция новоназначенного российского посла в Киеве. Черномырдин, конечно же, послан как представитель олигархов российских для укрепления контактов с олигархами украинскими. Однако его действия во время выполнения предыдущей дипломатической миссии в Югославии свидетельствуют, что он защищает скорее западные, чем российские интересы. Жаль по-человечески Кучму: каждый раз при встрече с Виктором Степановичем ему будет видеться призрак Милошевича, сидящий сам-третей...

Достойна внимания история с компроматом, озвученная сразу по назначении Черномырдина послом на Украину председателем думского комитета по международным связям Д. Рогозиным (“Вести”. РТР.15.05.2001). Якобы некоторые западные недоброжелатели готовы “засветить” Виктора Степановича в целях подрыва российско-украинских связей. Вряд ли это была утка – Черномырдин в свою очередь заявил, что ему известно о таких намерениях. Однако “слива” не последовало. Компромат приберегают, чтобы и дальше сохранить влияние на действия Черномырдина. В чьих интересах?

Любопытны и с п е ц и ф и ч е с к и е причины, побуждающие “денежные мешки” Киева и Москвы к тесному сотрудничеству. Они столь деликатны, что даже журналисты, эти профессиональные “разгребатели грязи”, с одной стороны границы предпочитают писать о проблемах авторитетов бизнеса исключительно с другой. Вот как московская “НГ” объясняет “евразийский выбор” украинских толстосумов: “Против многих олигархов возбудили уголовные дела, и они стали в принципе невыездными на Запад. Поэтому их бизнес связан с сотрудничеством с российскими финансово-политическими группами” (“Независимая газета”. 25.04.2001). А это взгляд с днепровских круч на московских партнеров: “Под личиной разговоров о славянском единстве в Украину рвется... хищнический российский капитал. В Европе его штучки уже не проходят, а кое-кого из новоявленных капиталистов жаждут видеть за решеткой. Украина же – великолепный плацдарм для отработки разных “новорусских экспериментов” (“Вечерние вести”. 23.05.2001).

Словом, избави Бог наши народы от таких друзей с той и другой стороны границы! На этом фоне коммунисты с их интеграционными устремлениями видятся особенно достойно. И солидно: в отличие от олигархических политобъединений, КПУ не меняет своих прорусских позиций, не подстраивает их под внешнеполитическую конъюнктуру. Вот почему моим собеседником в Киеве стал лидер украинских коммунистов, глава фракции КПУ в Верховной Раде Петр Симоненко.

 

ПЕТР СИМОНЕНКО: “ЛИБО К ВЛАСТИ ПРИДУТ СТОРОННИКИ ЗАПАДА, ЛИБО СТОРОННИКИ СОЮЗА С РОССИЕЙ”*

Александр КАЗИНЦЕВ: Петр Николаевич, в какой стадии находится сегодня кризис власти на Украине? В чем заключаются п о д л и н н ы е причины, приведшие к неожиданному для сторонних наблюдателей обострению обстановки на, казалось бы, патриархально спокойной Украине?

Петр СИМОНЕНКО: Вы правильно спрашиваете о подлинных причинах. Думаете, сменили правительство, и кризис закончится? Нет. Причины его гораздо глубже, чем об этом говорят СМИ. Дело не просто в ответственности или безответственности кабинета министров, Верховной Рады или администрации президента. Сама идея государственного строительства Украины, реформирования ее экономики, предложенная обществу после преступного (я уверен!) разрушения Советского Союза, не была адаптирована к украинским условиям. Она выражала интересы не народов нашей страны, а тех, кто сегодня пытается управлять миром и стремится превратить Украину не в субъект международного права, а, по сути дела, в объект манипуляции. В результате либерализации всех отношений утратили управляемость страной, кадровый потенциал, экономический и оказались в полной зависимости от зарубежного финансового капитала и транснациональных корпораций.

В вопросах государственного строительства были заложены крупнейшие ошибки, приведшие к сращиванию криминального капитала с властью. Сформирована олигархическая система, коррупция разъедает все уровни власти. Демократические технологии избрания власти превратились в ширму. Ошибочна и модель экономического реформирования общества. Под лозунгом либерализации – как и в России – была проведена так называемая бумажная приватизация, которая ничего не дала ни одному гражданину Украины, кроме тех, кто использовал ее, чтобы овладеть крупнейшими объектами. Сегодня идет перераспределение важнейших комплексов – энергетического и металлургического. Металлургический еще держится на плаву, потому что он производит – за счет экспорта – до 60 процентов ВВП. А в энергетическом комплексе в ходе приватизации, проводимой под диктовку МВФ, осуществляется разрушение единого хозяйственного организма. Я не раз говорил президенту: изучайте опыт Германии, Франции. Нигде не приватизируют передающие системы. Генерирующие мощности – пожалуйста, вкладывайте средства, становитесь собственниками части мощностей, установленных на той или иной станции. Но передающие приватизировать нельзя! Между тем облэнерго распродают, причем за бесценок, что ставит под вопрос энергетическую безопасность государства.

Разрушается информационное пространство. Оно, по сути дела, захвачено Гусинским, Фридманом, Березовским, Лаудером и нашими украинскими олигархами. Страна утрачивает свой информационный (и радиочастотный) ресурс. Мы можем оказаться в рамках какой-нибудь Кировоградской области, а потом постоянно ездить в Вену, чтобы нам дали разрешение на вещание той или иной станции. Это будет иметь колоссальные последствия для Украины! В то же время постоянно притесняют, ограничивают трансляцию радиостанции “Маяк”, ведут навязшие в зубах дискуссии о том, выполняются ли требования “50 на 50” вещания на украинском и русском.

На телевидении засилье поп-культуры. Разрушается духовность народа, морально-нравственные основы общества. Убивается самое святое – отношение к матери, к отцу. Уничтожается уважение к святыне Православной Церкви, которая всегда объединяла наши народы. Дошло до того, что ретивые языкознатцы предлагают изменить правописание украинского языка, чтобы на языковом уровне наши народы не были близки и понятны друг другу.

Таким образом, основа для кризиса была заложена с самого начала. Она предполагала отдаление Украины от России. Использование ее в геополитическом плане для борьбы с Россией. Эта идея реализовывалась и в контексте борьбы против славянской (и – добавлю – арабской!) цивилизации. В контексте концепции Украины как транзитного коридора на Каспий и в Закавказье. В контексте продвижения НАТО на Восток и создания Балто-Черноморской дуги противостояния с той же Россией.

Мы, коммунисты Украины, считаем самым главным сегодня нести эту горькую правду людям. Чтобы они прозрели и ответили на вопрос: кто они на своей земле – хозяева, чьи потомки будут здесь жить и продолжать традиции предков, или изгои.

А. К.: После такой панорамной картины даже неловко возвращаться к вопросу о кризисе власти.

П. С.: Готов вернуться.

А. К.: Просматривается ли какая-нибудь закономерность в возникновении тактических союзов, направленных против президента или его поддерживающих? Какое место занимает в них КПУ?

П. С.: Давайте анализировать вместе. Когда я бываю в России, я всегда призываю к этому моих товарищей-коммунистов и всех, с кем встречаюсь, потому что убежден: стратегические интересы России и Украины совпадают.

Разграничим кризис системный и кризис, связанный с противостоянием двух политиков: Кучма – Ющенко. Первый – и об этом мы говорили – имеет объективную природу. Он будет развиваться и углубляться. Второй во многом спровоцирован воздействием внешних сил. Будем говорить начистоту (да это и так всем известно) – жена экс-премьера Ющенко, которого назойливо проталкивали в президенты, – офицер спецслужб Соединенных Штатов. Америка решала вопрос марионеточного президента. Соединенные Штаты показали, что они работают по короткой схеме удовлетворения своих интересов. Они создали плацдарм, они до такой степени довели зависимость Украины, что здесь никто даже головы не должен был поднять, они определили ключевые вопросы и фигуры. Во время споров вокруг Ющенко нагло, цинично вел себя посол Паскуаль.

Теперь об оппозиционных силах. Никто, кроме коммунистов, не может быть назван оппозицией в подлинном смысле слова. Оппозиция предлагает иной путь во всех сферах, иное видение проблем, причин и последствий. Что предлагали организаторы шумных митингов протеста? Иной путь? Свою экономическую модель? Ничего существенного! Да и не могли предложить, ибо антикучмовский блок объединил разновекторные политические силы – правых радикалов, стоящих на позициях бендеровцев, центристов, представляющих олигархические кланы Лазаренко и Тимошенко, и социалистов. Правильно говорят: если объединяются правые и левые, то выигрывают только правые. Левым, когда они идут на соглашения, приходится поступаться принципами. Это и сделал Мороз. Они ведь не провозгласили лозунг восстановления на Украине общества социальной справедливости. Требовали убрать одного и поставить другого. И у многих простых людей это находило положительный отклик – по одной причине: как говорится, вот здесь уже все правители находятся! От нищеты, безысходности, голода многие готовы поддержать любой протест. Но мы, политики, должны понимать, кто в о с п о л ь з у е т с я их протестом. Коммунисты с самого начала предложили – давайте договоримся о принципах объединения, конечных целях, о том, какие механизмы будут задействованы и (если решим, что это конечная цель) о механизмах передачи власти. Понятная задача? Но она не заинтересовала другие партии.

Лукьяненко, один из тех, кто начинал разрушение нашей великой державы, высказался откровенно: нас не интересует, как будут решаться вопросы, нас интересует, чтобы вместо Кучмы был Ющенко. А что творил Ющенко на посту премьера! Подписал с МВФ меморандум о закрытии 85 шахт, о продаже 6 облэнерго, о сокращении 300 тысяч рабочих мест, о прекращении социальных программ. В бюджет на нынешний год Ющенко заложил приостановление действия 14 законов, по которым ветераны получали льготы. Последние события подтвердили правильность линии КПУ в отношении так называемой оппозиции. Кто говорит о ней сегодня?! Они добились одного – укрепили, заставили укрепиться режим, который уже было пошатнулся. Он максимально использовал репрессивный механизм. Через кадровый потенциал, через финансирование. Силовые структуры финансируются на 100 процентов, а Академия наук не финансируется. Образование не финансируется, здравоохранение не финансируется, эпидемия туберкулеза никого не интересует.

И еще один результат – региональные кланы резко укрепили свои позиции. Не случайно в американском конгрессе поддержку получила идея Бжезинского о разделении Украины на три части. У нас ведь Запад ярко выраженный, Восток и Юг, имеющий стратегическое значение для всего постсоветского пространства.

Всякие неустойчивые, несбалансированные союзы и их акции могут привести только к укреплению режима. Мы, коммунисты, видим задачи оппозиции по-другому. Оппозиция должна четко ставить цели, объединять людей и добиваться выполнения задач.