Текст книги "Город падших ангелов (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Соавторы: Семен Гражданцев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 16

Утром я ехал на работу с легким ощущением безнадеги. Потому что знал, что сегодня придется снова выезжать по жалобе старика Грэма. Да, я жалел пенсионера, но даже за мою недолгую карьеру в нравах уже успел так пресытиться его закидонами, что шутка о том, чтобы скинуться на киллера, перестала казаться мне такой уж дурацкой. Потому что перспектива потратить половину дня на то, чтобы кататься по району и исследовать очередной угол, за которым курили две студентки, казалась мне просто бредовой.

Надеялся я лишь на то, что сейчас мы придем на брифинг, и Левандовски объявит какую-нибудь срочную операцию или даст нам с Ником интересное дело, на которое надо будет срочно выехать. И тогда работу над заявлением Грэма можно будет хотя бы отложить.

Но надежды мои не оправдались. Интересное дело действительно было – появились данные о крупном подпольном казино. Вот только досталась эта папка Сэму и Рэю. А больше у Левандовски дел не оказалось. Я, пожалуй, впервые расстроился, что на брифинге нас оставили без работы.

– Ну что, едем? – обратился ко мне Ник, когда Левандовски ушел.

– А что нам остается? – вздохнул я.

– Ну, вообще в выездах на жалобы Грэма есть один несомненный плюс, – вдруг влез в разговор проходивший мимо нас Домингес.

– Это какой же? – спросил я, стараясь скрыть недовольство в голосе.

– Сколько бы я на них ни ездил, в меня там ни разу не стреляли, – хохотнул Рэй.

– Зато в меня стреляли, – невесело отозвался из-за дальнего стола Свонсон.

– Да ладно? – повернулся к нему Ник. – Я не слышал этой истории.

– Потому что ты тогда еще тут не работал, а Грэм еще не был ночным кошмаром нравов. Хотя уже было понятно, что у деда с головой нелады, – сказал Том. – Это была пятая или шестая его жалоба, и все предыдущие, по доброй традиции, оказались бредовыми. Вот мы и приехали расслабленные на очередное заявление о якобы нелегальном казино, ввалились туда в надежде быстро осмотреться и поехать разбираться с более важными делами.

– И что там? – спросил Ник.

– А там нелегальное, мать его, казино, – сокрушенно ответил Свонсон. – И дуболом-охранник с револьвером. Это был первый случай, когда заявление Грэма оказалось правдой. Поэтому с тех пор я относился к ним серьезно. Потому что если бы в тот раз я вел себя ответственно, а не ввалился внутрь как к себе домой, можно было бы избежать перестрелки. Повезло еще, что стрелять тот охранник учился у штурмовиков из «Звездных войн». Четырежды промахнуться по мне – это задача со звездочкой, – Свонсон похлопал себя по животу, и все в кабинете рассмеялись.

А я задумался – Том говорил правильные вещи. Я ведь изначально тоже подходил к этим заявлениям так – мало ли, когда старик действительно заметит что-нибудь стоящее. А сегодня… Наверное, я просто волновался из-за предстоящего нам вечером захвата Крауза.

Мы с Ником пошли на парковку, сели в мою машину и поехали по указанному в жалобе адресу. Ехать было довольно далеко по меркам района – до Девяносто Первой улицы. Это практически южная граница нашей юрисдикции.

– Есть новости, – сказал я Нику.

Он сразу посерьезнел от моего тона, заглянул мне в глаза и сказал:

– Она согласилась.

Не спросил, а именно утвердительно произнес.

– Да. И мы уже назначили встречу Краузу.

– Когда? – нахмурился Ник.

– Сегодня, в десять вечера, на парковке на Оушен-авеню в Санта-Монике. Нужна твоя помощь.

Касселс посмотрел на меня серьезно и сказал:

– Ну, спрашивать о том, понимаешь ли ты все риски этого мероприятия, уже поздно. Поэтому расскажи сразу, какой у нас план.

– Я думаю, что мы особо мудрить не станем. Припаркуем машину на не слишком подозрительном месте, недалеко от въезда. Роуз будет ждать Крауза прямо рядом с ней, а мы засядем внутри. Как только он достаточно явно обозначит свои намерения, берем его.

Ник задумался, потом оглянулся.

– Машину надо будет ставить задом к месту встречи, и садиться на заднее сиденье. У тебя передние стекла не тонированы, зато зад закатан практически в ноль. В десять вечера будет уже темно, и мы сможем следить за всем через заднее стекло, оставаясь невидимыми.

Я кивнул – в этом была своя логика. Все же мы планируем прятаться фактически в нескольких метрах от преступника.

– А на чем Роуз поедет? – спросил Ник.

– Все вместе поедем на моей, – пожал плечами я.

Но Касселс внезапно покачал головой:

– Нет, идея говно.

– Почему? – не понял я.

– Есть риск, что за парковкой начнут следить. Поэтому нам надо ехать туда отдельно, причем нам двоим – сильно заранее, чтобы не вызвать подозрения. Часа за два – это как минимум. Так мы, глядишь, приедем раньше, чем наблюдатели от Гольдберга.

Я задумался – а ведь и правда. Не только мы ведь такие хитрые – Крауз легко может отправить кого-то следить за парковкой, и сразу узнает, что Роуз кто-то привез. А даже если побоится кого-то привлекать к убийству – может и сам засесть где-нибудь поблизости.

– А если мы сразу укроемся на заднем сиденье, а Роуз поведет?

– Это лучше, но могут возникнуть вопросы, откуда у бедной девочки такая машина, – ответил Ник.

Мне пришла в голову логичная мысль:

– А если дать ей мой «Шеветт»? Так мы сможем приехать на место заранее, а она – припарковаться прямо рядом с нами. Он не тонированный вообще, будет сразу видно, что она приехала одна, и это может спровоцировать Крауза на действия.

– А вот это хорошая идея. А он заведется? – чуть засомневался Ник.

– Должен, с божьей помощью, – пожал плечами я.

Ник чуть улыбнулся:

– Ладно, это должно сработать. Главное – не расслабляться и не дать ему навредить ей.

– Мы будем совсем рядом и начеку. В самом крайнем случае я пристрелю его прямо сквозь стекло – если ситуация все же выйдет из-под контроля. Хотелось бы, конечно, взять его живым на покушении, но безопасность Роуз в приоритете.

– Да, безопасность в приоритете, – кивнул Ник.

Тем временем мы доехали до нужного места. Это была небольшая крытая автомойка на два бокса за невысоким забором. Где, по мнению старика Грэма, конечно же работали проститутки.

Я остановил машину напротив въезда в один из боксов, ворота которых сейчас были закрыты. Небольшая дверь рядом с ними тут же отворилась, и навстречу нам вышел белый мужчина лет тридцати в белой рубашке и серых брюках. Мы вылезли из машины ему навстречу.

– Добрый день, – поприветствовал нас он. – Чего изволите?

Я увидел, как Ник потянулся к отвороту пиджака, чтобы достать значок, но в голове вдруг всплыли слова Тома о серьезном отношении к заявлениям Грэма.

– Нам бы машинку помыть, – доброжелательно улыбнулся я под слегка удивленным взглядом Ника, который явно собирался просто показать жетон и попросить осмотреться.

– Конечно, господа, – кивнул нам сотрудник. – А у вас есть карточки нашего закрытого клуба?

Мы с Ником переглянулись. Это уже интересно. Какие такие карточки закрытого клуба на автомойке?

– Нет, – покачал я головой. – А что они дают?

– О, они дают доступ к особым услугам от нашей компании, – сотрудник многозначительно улыбнулся. – Членство стоит тридцать долларов в месяц. Но уверяю вас, оно того стоит. Наши сотрудницы вас приятно удивят.

– А без карточек нельзя воспользоваться вашими услугами? – спросил Касселс.

– Разумеется можно, – ответил мужчина, продолжая доброжелательно улыбаться. – Но только обычной мойкой, без дополнительного сервиса. И, к сожалению, без карточек вам придется подождать окончания мойки снаружи – вход только для членов клуба.

Я ничего не понял, кроме того, что тут творится что-то странное. Кажется, в этот раз старик Грэм не ошибся. Я достал из кармана бумажник, вытащил из него тридцать долларов и сказал:

– Мы хотели бы стать членами вашего клуба.

– О, это верный выбор, – ответил представитель мойки. – Вынужден обратить внимание, что членство оформляется отдельно на каждого человека, не на машину.

После секундной паузы Ник тоже сунул руку в карман, выуживая бумажник. Сотрудник взял деньги и у него, и сказал:

– Одну минуту, господа, можете подождать меня в машине.

Мы сели обратно в «Пятую Авеню» и я спросил у Ника:

– Ты что-нибудь понимаешь?

– Кажется, начинаю… – проговорил напарник, но не успел я задать следующий вопрос, как представитель появился снова. Он протянул нам две черные карточки из плотного картона, на которых был логотип автомойки и надпись «Частный клуб», а ниже еще одна – «Сентябрь».

– Проезжайте, господа, – он указал рукой вперед, и я увидел, что ворота действительно поднимаются.

Я загнал «Крайслер» внутрь, огляделся и сразу понял, что чутье меня не подвело. Внутри оба бокса оказались одним большим помещением, просто с двумя въездами. Второе место сейчас было занято красным «Шевроле Камаро». Машину мыли две стройные девушки, одетые в короткие джинсовые шорты, шлепанцы… и все – верха на них не было.

Я указал на них Нику, и обрадованно произнес:

– Вот тебе и старик Грэм – в этот раз не ошибся. Берем их!

– Погоди, – внезапно ответил Касселс. – Мы же в Калифорнии, ты чего?

– И что? – не понял я. – Тут же девки полуголые – явно наш профиль.

– Да так-то оно так, только как ты думаешь, зачем он нам эти карточки втюхал?

– Да какая разница? – не понял я. – Это шестьсот сорок седьмой параграф, обнажение в общественном месте.

– В том-то и дело, что нет… – покачал головой напарник и поднял в пальцах карточку. – Вот как раз из-за этого.

– В смысле? – не понял я. – Мы же на автомойке, это общественное место, они тут услуги оказывают.

– Формально это закрытый клуб, частная территория. Он ведь сразу сказал, что если мы членство не оформим, то он нас внутрь не пустит. А ходить топлесс на частной территории законно.

Я посмотрел на Касселса удивленно.

– То есть если бы они просто мыли машины за деньги – это было бы преступлением. А раз они продают «членство в клубе» – то это законно?

– Формально да, – пожал плечами Касселс. – Это дыра в законе, многие про нее знают, но никто ее латать не спешит. А в бикини вообще можно хоть на улице машины мыть – это абсолютно легально.

В этот момент к нам подошел представитель мойки.

– Господа, для членов клуба первая мойка от наших прекрасных сотрудниц включена в стоимость месячного членства. Вы можете подождать в машине или в зоне отдыха, – он указал на два кожаных диванчика с журнальными столиками у дальней стены. – Девочки освободятся через пять минут.

– Хорошо, спасибо, – кивнул я ему.

Повернулся к Нику и увидел, что тот смотрит через боковое стекло за тем, как моют «Камаро». Ну да, ничего удивительного – девочки и правда были красивые. А когда они начнут мыть мою машину, изнутри вид вообще потрясный будет.

Я вдруг поймал себя на том, что мне немного совестно. У меня ведь есть Сара, и я понятия не имею, как она на такое отреагирует. У нее горячий южный темперамент, вдруг сочтет это изменой? Мы с ней такое не оговаривали. Нет, разумеется, можно просто не трепаться об этом и все, но мне хотелось быть честным даже не столько перед ней, сколько перед собой. И возможность пятнадцать минут попялиться на сиськи не стоит потери этой возможности.

– Ладно, наслаждайся, – я хлопнул Ника по плечу и открыл дверь.

– Ты куда? – удивился напарник.

– Пойду в зоне отдыха кофе попью. Чего я тут не видел?

Ник посмотрел на меня странно, а потом, видимо, все понял. Улыбнулся и сказал:

– Ну иди, джентльмен. А я останусь.

Я кивнул и прошел на диванчик, сел на него. Взял бумажный стаканчик со столика и налил себе кофе из кофейника, что стоял тут же. Отпил, посидел минут пятнадцать, осматривая помещение. Ничего интересного, обычная мойка – выложенный кафелем пол с канализационными решетками, шланги, стойка с химией для мытья. Зона отдыха, в которой я расположился, и деревянная дверь с табличкой «только для персонала» рядом с ней. И даже кофе на удивление сносный – я налил себе вторую кружку.

Сделал еще один глоток и подумал, что старик Грэм снова ошибся, а я только что потратил тридцать баксов на мойку. И в этот момент дверь рядом со мной открылась, и изнутри вышел парень лет двадцати пяти. Он был одет в светлые джинсы и черную рубашку.

– Чао, Люси, я еще заеду на неделе, – сказал он, прежде чем закрыть дверь. Ту самую, с надписью «только для персонала».

А потом он остановился, опустил взгляд вниз и, неловко усмехнувшись, застегнул ширинку. И только в этот момент я понял, что не видел внутри «Камаро» водителя, хотя его передние стекла не были тонированы. Не было его и рядом со мной в зоне отдыха. А значит…

– Эй дружище, – обратился я к парню, понимающе улыбаясь. – Ну и как тут… особый сервис?

Я закинул удочку просто на дурака. И дурак сразу же клюнул.

– Братан, это балде-еж, – протянул он. – Мне кажется, она из меня душу высосала, если ты понимаешь, о чем я.

Парень довольно усмехнулся, и я решил попробовать сразу получить показания, которые не позволят владельцу этой «мойки с бонусами» отвертеться.

– И дорого? А то я тут в первый раз, – я изобразил легкое смущение.

– По-божески, – расплылся в улыбке парень. – Если надо по-быстрому, то рот за тридцатку. И даже это у Люси получается офигенно, но если есть бабки и время, лучше возьми «все включено» за сотню. У нее такая задница, брата-ан… – мечтательно протянул он, закатив глаза. – Я только ради нее машину так часто мою.

Парень глупо заржал, а я услышал все, что мне нужно. Быстро огляделся – девочки уже переключились на мою машину, Ник сидел внутри, а представитель, который впустил нас, придирчиво осматривал «Камаро» – видимо, проверял качество мойки.

– Дружище, пойдем на минутку к моей машине, показать тебе кое-что хочу, – сказал я парню и пошел в сторону своего «Крайслера». Мельком глянул назад – парень пожал плечами и поплелся за мной.

Я подошел к машине, с которой девочки уже заканчивали смывать пену. Наклонился к Нику и быстро шепнул ему на ухо:

– Это бордель, помогай.

Тот сперва поднял брови, но быстро сообразил, что к чему – его лицо посерьезнело, он пару секунд посмотрел мне в глаза, после чего кивнул и вылез наружу. Хозяин «Камаро» как раз догнал меня и спросил немного недовольно:

– Ну и чего ты показать-то хотел?

– А, точно, – кивнул я.

А потом сунул руку во внутренний карман куртки, достал оттуда значок и негромко, но уверенно проговорил:

– Департамент полиции Лос-Анджелеса, отдел нравов. Положите руки на машину.

Я повернулся к замершим девочкам и добавил:

– Дамы, вас это тоже касается. И побыстрее.

И парень, и девочки, конечно, обалдели, но через несколько секунд все же выполнили приказ. В голове мелькнула мысль, что они сейчас залапают только помытую крышу.

Я оглянулся – сотрудник, который продал нам членские карточки, естественно, тоже услышал мои слова. И сейчас быстро оглядывался, пытаясь решить, куда ему рвануть: наружу или в помещение, где клиентов принимала та самая Люси. Его дилемму разрешил Касселс – он достал из-за отворота пиджака револьвер и проговорил:

– Сэр, держите руки на виду и оставайтесь на месте. Делать глупости не рекомендую.

Сотрудник посмотрел на него испуганно, но через пару секунд опустил голову и поднял руки вверх.

Мы быстро упаковали всех – вот и пригодились стяжки, которые я натаскал из оружейки и возил с собой в бардачке.

– А с чего ты вообще взял, что это бордель? – спросил Ник, когда мы усадили всех задержанных на пол вдоль одной из стен.

– А потому что вон за той дверью, – я указал рукой в нужную сторону, – принимает некая Люси. И вышедший оттуда джентльмен любезно сообщил мне ее расценки.

Услышав это, владелец «Камаро» дернулся, как от удара током – понял, что сам себе создал проблемы. А администратор мойки, повернув голову, посмотрел на него, как на врага народа.

– Попробуй быстренько провести контрольную закупку для пущей ясности, – предложил я Нику. – Мне кажется, она нас отсюда не слышала.

Ник кивнул и пошел в указанном направлении, а я присел перед задержанными и тихо, но отчетливо проговорил:

– Пытаться ее предупредить не советую. Любой шум будет расценен, как препятствование сотруднику полиции при исполнении, и значительно увеличит ваше наказание. Большинству из вас – в несколько раз.

Никто кричать не стал, а Касселс скрылся за нужной дверью. И минут через десять вернулся оттуда, ведя под локоть девушку в такой же «униформе», что и те, что мыли мне машину. Я же за это время успел вызвать по рации в «Крайслере» подкрепление.

– Ну как? – спросил я, когда мы надели последней жрице любви стяжку на руки и усадили ее на пол.

– Идеально. Есть задержание на контрольной закупке, – улыбнулся Касселс.

– Отлично, – сказал я.

Оглядел задержанных, остановив взгляд на администраторе, который, вполне вероятно, может оказаться заодно и хозяином этого заведения. А вообще, это он ловко придумал – мало того, что проститутошную организовал, так поди еще и деньги с нее отмывает через эту же самую автомойку. Просто дописывает в бухгалтерские документы дополнительных несуществующих клиентов, и все.

Я усмехнулся – отмывать деньги на мойке. Иронично получается.

– Получается, не зря съездили, – проговорил Ник и потянулся, хрустнув спиной.

– Получается так. Значит, иногда и от старика Грэма бывает толк, – сказал я, услышав с улицы сирены подъезжающих патрульных машин.

Глава 17

К концу рабочего дня мы закончили с оформлением задержанных с мойки. Как я и предполагал, улыбчивый администратор оказался владельцем заведения. Он закрылся наглухо, вызвал адвоката и упрямо настаивал, что у него на мойке никаких интим-услуг не оказывали. Причем, судя по лицу его адвоката, делал он это по собственному убеждению. Любому вменяемому человеку было понятно, что если тебя поймали за руку на контрольной закупке, то отпираться бессмысленно и даже вредно. Тем более что остальные задержанные ситуацию поняли правильно и без проблем пошли на сотрудничество.

В начале шестого мы подшили документы в папку и поехали в сторону Карсона. Вдвоем, на моей машине. Потому что в случае успеха все равно предполагалось везти Крауза в отдел, так что гнать «Порше» Ника сначала в Карсон, а потом обратно не было никакого смысла.

Про то, что будет в случае неудачи, думать не хотелось, потому что права на нее у нас просто не было – в этот раз на кону стояли не только наши жизни, но и жизнь гражданской. К которой я, признаться, уже успел привязаться.

Мы заехали ко мне, выкатили мой «Шеветт», еще раз проверили, что он заводится. Два раза подробно проговорили с Роуз план, начиная от того, во сколько ей выезжать, заканчивая тем, где ей парковаться и как вести себя с Краузом.

Она сперва запротестовала, когда я сказал, что она поедет одна – испугалась, что ее перехватят где-нибудь по дороге. Но когда я объяснил, зачем это нужно, и добавил, что эту машину все равно никто не знает и идентифицировать ее никак не сможет, успокоилась. Ведь переживать действительно было не о чем – люди Гольдберга понятия не имеют, что она живет у меня и приедет на моей машине, иначе даже разговаривать бы с ней не стали. Так что им однозначно придется дождаться, пока она приедет на место встречи и обозначит себя.

Перестрелки не планировалось, но я все равно собрал все запасные магазины к Беретте, проверил, что они полностью заряжены, и рассовал по карманам. В этом случае лучше перестраховаться. Касселс откуда-то притащил, конечно, бронежилет, происхождение которого объяснять отказался, а Роуз надела одну из привезенных Сарой курточек, под которой его не было видно. Но все равно придется действовать особенно внимательно и работать на опережение.

Когда все было готово, не выдержал и в третий раз проговорил план с Роуз – девочка понимала цену своей ошибки, поэтому выучила все назубок. А дальше мы уселись в мою машину и отправились к нужной стоянке. До назначенного времени оставалось еще больше трех часов, но ехать было далеко, а план прибыть заранее никто не отменял. По дороге заехали в магазинчик, купили воды в бутылках и пару сэндвичей, чтобы не так печально было сидеть два с лишним часа в закрытой машине.

К нужной парковке мы приехали без десяти восемь. Она отличалась от той, на которой мы ловили гонщиков на одной из квалификаций Коуча, хотя и была относительно недалеко от того места. Но она не тянулась вдоль моря, а выглядела как обычная парковка у супермаркета – просто большой огороженный асфальтированный прямоугольник с кучей машино-мест и редкими фонарями.

Еще одним ее отличием было то, что она оказалась платной – на въезде мы заплатили пять долларов за полный день. Большой удачей стало то, что Ник знал об этом и вовремя сказал, так что я выдал Роуз денег. Было бы очень тупо сломать все планы из-за того, что девушка не смогла заплатить пять баксов за въезд.

На город уже опустилась темнота, солнце давно закатилось, поэтому и заняты на парковке были от силы пять процентов мест. После заката здесь оставались лишь редкие любители ночной романтики.

Как и условились, мы проехали в дальнюю часть стоянки, остановились у ограждения рядом с небольшой группкой из трех машин. Я высунулся, посмотрел – на приборных панелях у всех лежали такие же билетики, как нам выдали на въезде – на полный день. Ну и хорошо – если бы они оплатили почасовую стоянку, было бы больше шансов, что они уедут раньше, чем нам нужно. А мне бы не хотелось стоять вдвоем с Роуз в пустом углу парковки – так наша машина сразу же вызовет подозрения. Поставили «Крайслер» задом к предполагаемому месту встречи, перелезли на заднее сиденье и принялись ждать. Дневная жара уже спала, сиденья были удобные, так что сидеть в засаде было довольно комфортно.

Без четверти десять на парковку въехал мой «Шеветт». В принципе, я мог даже не смотреть – его было слышно издалека. Мой самодельный ремонт глушителя то ли начинал прогорать, то ли изначально был не так хорош, как мне хотелось.

Роуз увидела нас, проехала мимо и встала через одно место – так предполагалось сделать, чтобы улучшить нам обзор и не перегораживать машиной путь мне, когда я буду выскакивать с заднего сиденья. Девушка припарковалась, выключила фары, включила внутренний свет в салоне. Сделала вид, что поправляет макияж, вышла наружу и села на капот. Свет в салоне остался гореть, облегчая ее поиск на темной парковке и одновременно с тем показывая, что в салоне больше никого нет. Молодец, девочка.

А без одной минуты десять появился автомобиль Крауза. Что это наш клиент, я понял сразу. Во-первых, в это время тут уже почти никто не ездил, а если и находился кто-то, то он обычно выезжал, а не наоборот. А во-вторых, на парковку въехал черный «Мерседес». S-класс, сто двадцать шестой кузов. Я его сразу узнал, потому что в эпоху бурной молодости, когда все хотели ездить на сто сороковых «Кабанах», как братки, я сам мечтал именно о таком. Но так и не накопил.

Роуз встала с капота «Шеветта» и сделала несколько шагов по парковке навстречу подъезжающей машине. Это тоже не случайность – она подошла ближе к моему «Крайслеру», вынуждая собеседника занять выгодное именно нам место.

Я напрягся, скинул предохранитель пистолета и прицелился в «Мерседес» сквозь заднее стекло. Касселс сделал то же самое. Мы оба понимали, что оставался пусть и совсем небольшой, но шанс на то, что в «Мерседесе» сейчас откроется окно, и из него откроют огонь.

Но обошлось. Машина остановилась в десятке метров от Роуз, прямо посреди парковки, не заруливая в карман. Погасли фары и наружу вышел человек. На стоянке горели фонари, но мы намеренно выбрали слабо освещенное место, чтобы исключить риск того, что нас с Ником увидят сквозь стекло.

С одной стороны, это было хорошо, но с другой мы и сами видели через тонированное заднее окно не слишком четко. Но Роуз все же стояла чуть ближе к освещенной фонарем зоне. Так что Крауза я узнал сразу – не просто так ведь заранее запросил по нему все данные, включая фото.

Коротко стриженный крепкий блондин среднего роста. Квадратная челюсть, выдающиеся чуть вперед надбровные дуги, заметные скулы. Он был одет в голубые джинсы и белую рубашку, обтягивающие его заметную мускулатуру. Однако меня его одежда интересовала отнюдь не в эстетическом смысле – она была слишком обтягивающей, чтобы спрятать в ней пистолет. Не знаю, есть ли сейчас кобуры скрытого ношения, которые прячут за ремень внутрь брюк, но даже ее признаков я разглядеть не мог. Более того, его карманы были пусты – уж слишком сильно ткань натягивалась на бедрах, ничего толще кредитки туда бы просто не вошло.

А вот в руках у него был небольшой черный дипломат. И больше ничего. Он сделал несколько шагов, после чего, не останавливаясь, развел руки чуть в стороны, как будто хотел обнять Роуз. Или продемонстрировать, что у него нет оружия.

– Мисс Галета, – сказал он достаточно громко, чтобы расслышали даже мы с Ником – окна в машине были чуть-чуть приопущены как раз для этого.

Роуз чуть заметно дернула плечами – кажется, узнала его лицо. Но тут же взяла себя в руки.

– Дэниэл Крауз, – ответила она спокойно, оставаясь на месте, пока мужчина размеренным шагом подходил ближе. – Вы принесли то, что обещали?

– Разумеется, – он приподнял руку с дипломатом.

Да ладно. Не верю, что они все же решили откупиться. Да, двадцать тысяч для таких людей – это копейки. Уверен, что если бы Гольдбергу было надо, он бы и двести, и пятьсот заплатил за свое спокойствие. Вот только для них Роуз – фактор риска, который еще и показал зубы, потребовав деньги за молчание. Скорее всего, в дипломате оружие.

Хуже будет, если он сейчас попытается не убить ее, а похитить, затащив в машину. Это, конечно, тоже серьезное преступление, но не такое, как покушение на убийство, и колоть его будет сложнее.

Крауз тем временем подошел к Роуз вплотную, и я больше не мог разобрать, о чем они говорят – слишком сбавили тон. И без того сжатый как пружина организм напрягся еще больше. Я не сводил мушки пистолета с торса Крауза. Если пойму, что не успеваю помешать ему – пристрелю без колебаний. И момент истины должен был настать вот-вот.

И тут Крауз передал дипломат Роуз. Да ладно, неужели действительно деньги? Она посмотрела на него с сомнением, он что-то сказал и сделал жест рукой в воздухе. Девушка положила дипломат на левую ладонь, правой начав открывать замки. Крауз сделал шаг, вставая рядом с Роуз, тоже намереваясь заглянуть в чемодан…

А потом вдруг резко шагнул ей за спину, выхватывая что-то из левого рукава и набрасывая ей на шею. Удавка!

– Пошли! – закричал Ник, но я уже открыл свою дверь, пулей вылетая наружу.

– Стоять! Полиция! – заорал я, что было сил.

– Полиция! Руки! – крикнул рядом Ник.

Но Крауз не только не прекратил, но и сильнее поднял локти, затягивая веревку на шее Роуз. Та захрипела и засучила ногами, царапая ногтями собственную шею в тщетных попытках освободиться. Краем глаза я увидел, как Ник остановился и начал вскидывать револьвер.

Мне же понадобилось от силы секунды полторы, чтобы преодолеть расстояние до стоящего ко мне практически спиной Крауза и длинным прыжком броситься на него, беря его шею в захват левой рукой. Вот только я как будто на бетонный столб напрыгнул – он лишь слегка покачнулся, но даже не думал падать. Шея у него оказалась, как у быка.

И лишь когда я со всей дури дважды рубанул его рукоятью Беретты по затылку, он наконец отпустил Роуз. Девушка упала на асфальт и схватилась за шею, судорожно пытаясь вдохнуть. А я вдруг почувствовал, будто меня по ребрам справа огрели кувалдой – это Крауз с размаху ударил меня локтем освободившейся руки. А потом схватил за предплечье и начал наклоняться, пытаясь перебросить меня через себя. Несмотря на то, что выглядел он не намного крупнее меня, сил в охраннике Гольдберга оказалось, как в карьерном экскаваторе.

Поняв, что Ник сейчас наверняка держит нас под прицелом, я отбросил Беретту как можно дальше, освобождая вторую руку и безбожно вцепляясь ей в ухо противника. А когда мои ноги оторвались от земли во время его наклона, нанес удар коленом. Черт его знает, куда я попал в такой суматохе, но Крауз тихо застонал и снова выпрямился, после чего попытался оторвать мою правую руку от своего уха.

Я же только этого и ждал – тут же отпустил ухо и схватил правой рукой два его пальца. Отпустил из захвата его шею и сразу же чуть присел, одновременно выкручивая ему руку и нанося удар своим коленом под его колено. Почувствовал сильное сопротивление, но захват за пальцы есть захват за пальцы – его рука пошла куда мне нужно. Освободившейся левой рукой я толкнул и так потерявшего равновесие от удара по ноге мужчину между лопаток, опрокидывая его лицом в асфальт.

Но даже падая он попытался вывернуться, так что я бросился на него сверху, жестко упав коленом на поясницу противника. Перехватил его за запястье еще и второй рукой и что есть силы рванул вверх и вперед. Послышался хруст, заведенная за спину рука встала почти перпендикулярно туловищу, а Крауз заорал на всю парковку. Кажется, я перестарался. Но без этого я бы вообще не факт, что справился с этим гребаным Халком.

Пока он не пришел в себя, я быстро завернул за спину и его левую руку, защелкнув на запястьях наручники. Фух, это было тяжело. Потер ушибленный бок – надеюсь, он мне хотя бы ребра не сломал. Быстро обыскал охранника, но ничего не нашел. Поднялся, не выдержал и пнул его.

Крауз лежал на асфальте и уже не кричал – только сдавленно стонал сквозь зубы. Я обернулся назад – в пяти метрах от нас стоял Касселс с револьвером в руках, а из-за его плеча выглядывала Роуз – на ее шее была ярко-красная полоса, кожа местами была содрана до крови. Но она стояла сама, хотя на ее щеках и были отчетливо видны мокрые следы от слез.

– Роуз, ты как? – выдохнул я. – В больницу нужно?

– Нормально, – ответила она. Ее голос был хриплым и осипшим – удушение не прошло даром. Я покрутил головой и увидел лежащую на асфальте тонкую черную веревку, напоминающую длинный шнурок от ботинка.

– Ник, усади это дерьмо в машину, – я встал с Крауза, еще раз посмотрел на Роуз, и вдруг, сам того не ожидая, со всей силы зарядил задержанному ботинком в бок. Он застонал, чуть согнувшись на земле, Касселс рванул ко мне, но я поднял перед собой руки, показывая, что все нормально, и меня не надо оттаскивать. Просто снова увидел след на шее девушки и не сдержался.

– Только осторожно, – я рывком поднял Крауза на ноги. – Он силен, как стадо быков. Не подходи близко и не спускай с него прицела. Если дернется – прострели ему колени.

Крауз обернулся и злобно посмотрел на меня через плечо, но ничего не сказал. На его лице красовалась свежая ссадина от удара об асфальт, а волосы на затылке спутались от крови – и как только не вырубился от двух ударов рукоятью пистолета по башке?

Ник повел задержанного к моей машине – вызывать подкрепление мы не будем, потому что Роуз не хочет светиться в полиции. Я подошел к девушке, посмотрел ей в глаза.