Текст книги "Полиция нравов (СИ)"

Автор книги: Наиль Выборнов

Соавторы: Семен Гражданцев
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Я немножко лукавил – чоп-шоп я сдам Биллу. Если негр не соврал – он получит быстрое раскрытие. А мне это только в радость – он неоднократно мне помогал в самых разных делах, хоть чем-то ему отплачу за это.

– Нравы? – внезапно оживился угонщик. – Точно, я знаю, что тебе нужно.

Ну посмотрите, какой проницательный. Ага, «я вижу твое желание».

– Ну, попробуй удивить меня еще раз, – сказал я. – Но это последняя попытка.

Я наклонился, чтобы проверить замок, в котором он ковырялся, убедился, что внутри ничего не осталось, и открыл его ключом, чтобы проверить, что все работает.

– Я знаю, где проходит кокфайтинг!

Я аж икнул. Что проходит? Я очень живо представил, как два… обнаженных джентльмена сходятся в честном бою, чтобы скрестить свои… шпаги.

Помотал головой, прогоняя эту картину из головы. Тьфу ты блин, и как теперь это развидеть?

– Кокфайтинг? – все же спросил я у него. – Это когда два мужика дерутся на… ну… этом самом?

Он несколько секунд смотрел на меня с недоумением, а потом до него дошло, что я имею в виду. Он скривился, глянув на меня, как на больного.

– Фу, нет! Что с тобой не так, мужик? Это когда боевые петухи дерутся.

Твою мать. Вот что бывает, когда английский язык тебе не родной. А ведь я мог и сразу догадаться, что тут имеются в виду петухи, а не…

Я задумался. Хм, а ведь петушиные бои – это азартные игры. Это прямая юрисдикция отдела нравов. Ну, нужно будет еще офицеров, которые занимаются жестоким обращением с животными, привлечь, но дело все равно будет наше. Это уже интересно.

Я подумал и сказал:

– Хорошо. Если твоя информация подтвердится, я сделаю вид, что никогда тебя у своей машины не видел. Но если ты соврешь… – я покачал головой. – Я запишу твои данные, а потом не просто приду и арестую тебя за попытку угона, но и подброшу тебе что-нибудь такое, чтобы тебя лет на двадцать закрыли. Ты меня понял?

Парень выпучил глаза и часто закивал – поверил.

– Клянусь, детектив, это чистая правда, – он переглотнул и продолжил: – Бои проходят каждую пятницу в десять вечера в боксе на Манчестер, недалеко от перекрестка с Мейн.

– Так там же жилой район, – прикинул я примерное расположение по памяти Соко.

– Там большое угловое здание, поделенное на несколько рабочих боксов автомастерских. Оно стоит чуть в стороне от домов, там толстые стены и никого не бывает по ночам. А если нужно заглушить посторонние звуки – всегда можно включить музыку или электроинструменты – никого это не удивит. Бои проходят во втором боксе с краю, если считать от Манчестер. Но, насколько я понял, им и оба соседних бокса принадлежат.

Я прикинул. Если здание действительно стоит чуть в стороне от жилья, тогда понятно, почему нет жалоб от соседей. Рядом широкая дорога с постоянным плотным движением, шум которой тоже помогает скрыть крики петухов. Вполне возможное место. Хотя я, конечно, ожидал какого-нибудь отдаленного частного дома.

– Допустим, – кивнул я. – Кто там организатор? Имя, внешность?

– Понятия не имею, – покачал он головой. – Там рулит парочка латиносов, но не мексиканцы. То ли сальвадорцы, то ли еще какие понаехавшие, я в них не разбираюсь. Я бывал там один раз и недолго – зрелище так себе, скажу я. Не понимаю я этого.

Я кивнул. Ну, в общем-то, информации более чем достаточно. Наклонился, поднял с земли бумажник угонщика, который сам же бросил туда во время обыска. Достал водительские права.

– Так, значит, Стюарт Нельсон, – я достал из кармана блокнот и внимательно переписал его данные. – Живешь по адресу в правах?

Он кивнул, а я записал заодно адреса чоп-шопа и петушиных боев, убрал блокнот, достал ключи и расстегнул на парне наручники. Он поморщился и потер запястью, повернулся ко мне.

– Значит так, Стюарт Нельсон, – сказал я. – Я вижу, ты неплохо знаком с криминальным миром района. Теперь у тебя, как в анекдоте, два пути. Либо ты становишься моим информатором и, когда я буду приезжать к тебе домой, будешь рассказывать мне то, что я хочу знать… – я намеренно выдержал паузу, чтобы он как следует понял, в какой ситуации оказался. – Либо я рассказываю всем в районе, а особенно ребятам из чоп-шопа и с петушиных боев, которых мы задержим, что ты – стукач.

Он резко побледнел. Потом несколько раз открыл рот, молча хватая воздух, как рыба. А затем запричитал:

– Но ты же обещал, что отпустишь меня! Ты обещал!

– А я и отпускаю тебя. Ты никогда не пытался угнать мою машину и не оказывал сопротивления при аресте, – я постучал ногтем по блокноту, – если, конечно, твоя информация подтвердится. А помощь полиции – твой гражданский долг. И я надеюсь, что ты окажешься достаточно умен, чтобы исполнять его как следует.

Парень замолчал, его глаза были широко открыты. Осознал, что соскочить не получится. Он уже сдал местных дельцов, и даже не одних. И если слух об этом разнесется – его просто пристрелят в какой-нибудь подворотне.

Он сжал кулаки, опустил голову и сказал:

– Хорошо, я все понял.

– Вот и молодец, – сказал я. – А теперь вытрись, стоишь весь в кровище, как будто я тебя бил.

Он снял бандану и принялся вытирать ей лицо, попутно пробормотав:

– А ты как будто этого не делал…

– Я тебя не бил, – поднял я вверх палец. – Я тебя задерживал. И если ты продолжишь пререкаться – сделаю это снова. А теперь скройся с глаз моих, чтобы я тебя больше никогда рядом с моей машиной не видел. В следующий раз пристрелю без предупреждения. Все, иди, пока я не передумал.

Парень закончил вытирать лицо, засунул окровавленную бандану в карман, собрал с асфальта свои вещи, которые я разбросал при обыске, и быстрым шагом вышел из переулка.

Я же опустил глаза, наклонился, поднял с земли банку кофе, осмотрел. Да уж, ничего себе ее помяло – от души я приложился. Крепкая у парня башка.

Снял крышку, которая чуть приоткрылась от удара, но до конца не слетела. Алюминиевая мембрана под крышкой, которая герметизировала банку, тоже слегка отслоилась в одном месте, и я оторвал ее. Заглянул внутрь – почти весь кофе на месте, совсем немного высыпалось. Надо же, даже тут повезло.

Закрыл изуродованную банку крышкой – дома пересыплю кофе в целую– и положил ее между сидений. Завел двигатель и выехал из переулка, направившись в сторону Карсона.

Глава 15

В «Пять долларов» мы встретились в обед. Да, именно так, мы с Ником собирались пить пиво в обед, и кто нам мог запретить это? Ведь у нас законный выходной, когда мы можем делать вообще все, что угодно. Не нарушая при этом закона, естественно.

Барменша, та же, что и в прошлый раз, заметила нас с порога и сразу же подошла к кранам. Посмотрела на Ника, потом на меня, после чего сказала:

– Майк, ты сегодня очень хорошо выглядишь.

– Спасибо, – кивнул я. – А откуда ты мое имя знаешь?

– Ник сказал, – беззастенчиво ответила она и надула большой пузырь жвачки, который тут же лопнул. Но она собрала ее в рот и продолжила пережевывать. – Нет, правда. В прошлый раз ты ломаный-переломанный был, а теперь вот хорошо. И приоделся и, кажется, даже в плечах раздался немного.

– Тренируюсь, – кивнул я.

Она засмеялась и сказала:

– Ну да, конечно, от тренировок. Я, кстати, Памела.

Я достал из кармана бумажник. Внимание ее мне было приятно, конечно, но… У меня ведь Сара есть, и мне совсем не хочется заводить роман еще где-то на стороне. Потому что я не хотел бы того же самого от нее. А мне с детства говорили: не делай того, чего не хочешь, чтобы сделали с тобой.

– Пэм, можно нам кувшин «Миллера»? – сказал я, а Ник молча положил на стойку купюру прежде, чем я успел открыть бумажник. Точно, он ведь сегодня проставляется за то, что уснул на операции.

– Да, конечно, – ответила она и принялась наливать. – Кстати вы как сегодня, на весь вечер?

– Нет, – ответил я. – У нас еще дела.

– А я заканчиваю к часу ночи… Как раз должна закончить с уборкой.

Она поставила кувшин и бокалы на поднос. Я взял его, после чего кивнул и сказал:

– Памела, спасибо за пиво.

И мы двинулись в сторону столика в углу. В баре было почти пусто, день все-таки, да еще и рабочий. Но нас это не касалось, так что мы расположились и Касселс сразу же наполнил наши бокалы из кувшина, и проговорил:

– Интересно наблюдать за тем, как ты обращаешься с людьми, которые к тебе неравнодушны. Она о тебе, между прочим, спрашивала еще с прошлого раза.

– Я не сказал ей ничего такого, – ответил я, принимая бокал. Сделал глоток и добавил: – Я вежливо поблагодарил ее за пиво.

– Ты ее проигнорировал, – сказал он.

– Я ее не проигнорировал. Я поблагодарил и пошел за стол. Именно так поступают вежливые люди.

– Она явно рассчитывала на другое, – Ник усмехнулся.

– Ник, – сказал я. – У меня есть Сара.

– Понятно, – кивнул он. – Кстати, ты о ней ничего не рассказал.

Я отпил еще пива, осмотрелся по сторонам. На телевизионных экранах повсюду шел спорт: на одном бейсбол, на другом баскетбол, где-то американский футбол. Вот его правил я тоже не знаю, а придется разбираться же. Мало ли, вдруг у меня родится сын, и его придется воспитывать. И тогда точно придется отдавать его на футбол, растить спортсменом, чтобы он получил спортивную стипендию и пошел в колледж. Потому что с зарплаты детектива за обучение я заплатить точно не смогу.

Хотя у этого тела есть сын. Надо будет выделить время, съездить в Вашингтон и хоть познакомиться с ними, что ли. Или хотя бы позвонить. Разорюсь на междугороднем звонке, конечно, но все же.

– Да нечего рассказывать, в общем-то, – сказал я. – Хорошая девчонка, работает координатором мероприятий в Уорнер Брос. Любит кино и бейсбол. Мы с ней проводим время.

– И у вас все серьезно?

– Время покажет, – ответил я.

– Понятно, – он ухмыльнулся. – А у нее нет подруги? Ну, такой же нормальной девчонки?

Я посмотрел на него. Ну да, Ник сейчас один, он рассказывал, что с девушкой они расстались из-за работы. Как, в общем-то, и я с женой.

– Ты хочешь, чтобы я попросил свою девушку познакомить тебя с кем-то? – спросил я.

– А что, – сказал он. – Звучит неплохо.

– Это звучит как-то, о чем я просить не буду.

– Почему нет?

– Потому что мы с ней знакомы всего неделю. Если не считать первой встречи.

– Ну и что, – пожал он плечами и отпил еще пива. – Это нормально.

– Это не нормально, – ответил я. – Ты сначала подожди, когда у нас все устаканится, а потом, может быть, встретимся в общей компании. Расскажешь им о том, какие мы с тобой героические копы, и все девчонки будут твои.

– А когда у вас все устаканится? – тут же спросил он.

– Понятия не имею.

Мы какое-то время сидели, попивая пиво. В бар тем временем приходили люди – по-видимому, те, кому не надо на работу сегодня. Работяги в большинстве своем, в простой одежде, на их фоне Ник сильно выделялся. Да и я тоже – я же рубашку надел, несмотря на то, что выходной. Надо бы, кстати, постираться съездить.

– Кстати, она сама-то в курсе, что ты участвовал в производстве кино? – спросил он.

– Чего? – не понял я.

– Ну, я же устроил тебя консультировать киношников. Они, кстати, заканчивают скоро, говорят, что получается неплохо. Аутентично.

Я чуть не расхохотался, вспомнив о том, какая аутентичность у них должна быть. Я ведь им наговорил самой разной чуши. Но я это посмотрю, пожалуй. Интересно, кинотеатральный прокат будет, или придется брать на прокат в видеосалоне? Хотя у меня и кассетника-то нет.

Хотя, наверное, у Сары есть, и можно будет сходить к ней. Почему бы и нет?

– Кстати, – вспомнил я о том, что хотел высказать ему предъяву. – Ты зачем мне наврал, что связан с киноиндустрией?

– В каком смысле? – не понял он. Или просто прикинулся, что не понял.

– Да ты говорил, что знаешь людей, – сказал я. – Только вот это не голливудский фильм, они снимали какое-то дерьмо.

– Ну, смотри, – он поднял перед собой руки и принялся загибать пальцы. – Они – люди, так? Я их знаю – это два. И они делают кинопродукт. Какой из этого вывод? А такой, что я знаю людей из киноиндустрии. И это факт, который у тебя опровергнуть не получится.

– Ага, очень логично, – кивнул я.

– И я познакомил тебя с нормальными людьми, – сказал он. – С настоящими. Из серьезных продакшнов.

– Ты познакомил меня с человеком, который снимает фильм про майора Виктора Чернобыля.

– И что?

– А то, что это ерунда, – я махнул рукой и подлил себе еще пива в бокал. Недрогнувшей рукой, так сказать, всем трезвенникам назло. – Я в следующий раз скажу им, что советские милиционеры ловили преступников верхом на медведях. И думаю, они даже этому поверят.

– А что ты им наговорил? – спросил он.

Я вкратце пересказал, и пока рассказывал, лицо Ника мрачнело все сильнее и сильнее. Похоже, что он решил, что я испортил ему репутацию, наговорив ерунды. Однако когда я закончил, он посмотрел на меня и спросил:

– А разве это не так?

Я не выдержал и расхохотался в голос так, что все посетители посмотрели на меня. Поймал заинтересованный взгляд Пэм, не выдержал, отвел свой, посмотрел снова на Ника и сказал:

– Нет, конечно. Там примерно такая же жизнь, как и тут. Ну победнее, да. Но там и фильмы в последнее время начинают снимать такие же. «Фанат» там или «Игла».

– А что за фильмы?

– Ты их тут все равно не посмотришь, – я махнул рукой. – Нет, я не в претензии, Ник, они честно заплатили тысячу долларов. Правда, я ее тут же спустил на взнос на ту гонку, которую мы проиграли.

– О как… – он помолчал немного, и я вдруг понял, что ему стыдно. – Жалко. Тебе ведь поработать пришлось за эту тысячу.

– Легко пришло – легко ушло, – махнул я рукой. – Только я навоображал себе, что ты знаешь там Мела Гибсона или еще кого-то.

– Неа, – он покачал головой. – Обычного детектива из нравов туда не подпустят.

– Ну не скажи, – я неожиданно для самого себя самодовольно улыбнулся. – Ты знаешь, с кем я познакомился вчера?

– И с кем же? – он явно заинтересовался.

– С Франко Коломбо.

Он посмотрел на меня с непониманием. Похоже, что не знал. Ну а чего такого, никто ведь не говорил ничего о нем.

– А кто это? – спросил он.

Да, в бодибилдинге Ник, очевидно, не разбирался.

– Он терминатора играл в «Терминаторе», – сказал я. – Не помнишь, что ли?

– Погоди… Его же Арнольд играл.

– Да не главного, – сказал я. – Второго, в сцене из будущего. Когда он разносит убежище Сопротивления.

– А, этот маленький, что ли? – спросил он. – Со злобным взглядом?

– Ага, – кивнул я. – Только он не маленький в жизни совсем.

К тому времени мы уже прикончили кувшин и Ник сходил за вторым. Настроение было хорошее – я не опьянел, естественно, мне гораздо больше надо, чтобы опьянеть, но расслабился.

По дороге Ник уставился в экран, где показывали бейсбол. Не знаю, что там за команды играли, но судя по счету, матч был не таким скучным, как тот, на котором я был. Хотя этот спорт – само по себе зрелище унылое.

Он сел, поставил на стол поднос с пивом и закуской – с орешками солеными. Я сразу взял горсть и отправил себе в рот. Взял кувшин и принялся разливать по бокалам.

– А вот кстати, про все это, – сказал Ник. – Ты как, следишь за спортом? За чем-нибудь конкретным?

– Не особо, – я покачал головой. – Времени нет. И кабельного нет, чтобы спорт смотреть, у меня всего пять эфирных каналов и все. А на больничном я из трейлера практически не выходил.

– Да нет, я это не к тому, – сказал он. – Я по поводу того, чтобы угадать результат матча какого-нибудь. Ну, как в прошлом месяце.

Я думал об этом, если честно, и даже были кое-какие наклевки. Но там я либо кроме результата ничего не помнил, а коэффициент был бы не такой большой, чтобы заработать хоть сколько-нибудь серьезно, либо вообще не помнил, чем кончился бой или матч. К тому же мне не хотелось больше связываться с нелегальными букмекерами. Потому что если вскроется – это все. Конец карьеры. Отстранят точно, а могут и вообще уволить, несмотря на все предыдущие заслуги.

– Будет, – сказал я. – Но будет позже. В феврале. Так что копи деньги, очень много денег. А ты что, те, что мы заработали в том месяце, уже спустил?

– Не спустил, а потратил с пользой, – ответил он, назидательно подняв палец вверх, а потом вдруг наклонился и с надеждой в голосе спросил: – И много мы заработаем?

– Очень много, – ответил я. – Примерно в сто раз больше, чем наши ставки. Так что копи, каждый лишний доллар откладывай. Я, в общем-то, так и делаю.

– Ладно, – вздохнул он. – Тогда тут действительно не до девчонок. А то на них деньги улетают только так.

– Зато у меня есть кое-что другое, – сказал я.

– Как денег заработать? – тут же поднял он голову.

– Нет. Ну и да. По работе, кое-что интересное.

Он залпом допил содержимое своего бокала, снова наполнил его, после чего кивнул:

– Говори.

– Вчера один придурок пытался мою машину вскрыть.

– И ты не пристрелил его на месте? – удивился Касселс. – Ты же над ней трясешься, бережешь. Хотя я тебя понимаю, после твоей прошлой тачки, и после истории с тем «Шевелем»…

– Нет, не пристрелил, – я покачал головой. – И он мне рассказал кое-что интересное. Говорит, что каждую пятницу в десять вечера на Манчестер рядом с Мейн проходят петушиные бои. Там здание с боксами под автомастерские.

Ник некоторое время молчал, явно протрезвел. Потом кивнул:

– Это наш профиль, – сказал он. – Азартные игры. Придется привлечь парней из тех, что расследуют жестокое обращение с животными. Но там еще частенько оружие бывает. Так что если прикрыть их…

– Вот и я так подумал, – ответил я.

– Хорошая наводка, – снова кивнул Касселс. – Но одного информатора мало. Судья не подпишет ордер только за счет слов анонимного парня, которого ты поймал у машины. Ты же его отпустил, я правильно понимаю?

– Отпустил, естественно, – ответил я.

– Значит нужно наружное наблюдение. Надо съездить, посмотреть на место своими глазами. Убедиться, что адрес правильный. Если услышим петухов или увидим кровь, перья – этого будет достаточно, чтобы подтвердить все под присягой.

– Завтра можем?

– Завтра и поедем, – сказал он. – Ордер за один день все равно не выпишут, судьи – люди занятые. Посмотрим со стороны, внутрь не полезем. Если что-то увидим, то получим ордер. А в пятницу еще нагрянем. Это ты хорошо придумал, за раскрытие такой схемы нам еще и премию дадут. А кто владельцы – он не говорил?

– Говорил, – кивнул я. – Сказал, что латиносы какие-то. Но не мексиканцы – то ли сальвадорцы, то ли пуэрториканцы, кто-то из них, в общем. Но ставки делают, и народа собирается немало.

– Хорошо, – кивнул он. – Значит, завтра едем. Но не сегодня. Сегодня мы отдыхаем и пьем пиво.

– Пьем пиво, – согласился я, и мы чокнулись.

Дальше разговор пошел на посторонние темы. Поговорили немного о машинах, и я сказал, что своей американской вполне себе доволен. Он же предпочитал немецкие, а я вспоминал, что в мое время говорили про БМВ. Даже наклейки делали на машины со слоганом «Мы едем в сервис». Хотя сейчас, естественно, такими знаниями козырять не следует – сейчас в Советском Союзе правит «АвтоВАЗ». Ну и всякие «АЗЛК» и «Ижмаш». Так что хвалиться пока особо нечем. Да и в будущем тоже.

Потом принялись обсуждать работу, он спрашивал, как мне в нравах, я сказал, что в целом нравится, правда трудно – рейды эти, что в бордель, что на пати-хаус. Я рассказал про качалку – он сказал, что неплохо было бы ему тоже туда записаться, на что я посмеялся и сказал, что форма у него не та. Он немного обиделся.

Около трех в зале стало намного громче – вошла компания, несколько человек, молодых и шумных. Они заняли два столика в центре зала, у самой стойки, заказали что-то и начали разговаривать. Я невольно покосился на то, как Пэм разливает пиво, и даже порадовался как-то – она это делала быстро и профессионально.

А минут через двадцать стало понятно, что двое из этой компании не очень-то ладят. Сначала просто говорили на повышенных тонах, потом один встал и сказал что-то резкое другому. Тот тоже поднялся и ответил по поводу того, что водил его маму в кино.

Остальные попытались успокоить их, но было понятно, что успеха они не добьются. Ник посмотрел на них и спросил:

– Видишь?

– Вижу, – ответил я.

Первый толкнул второго в плечо, второй толкнул в ответ. Остальные за столом отодвинулись. Памела только и успела сказать:

– Хватит!

Но ее уже никто не услышал. Первый замахнулся и врезал второму в ухо, и тот рухнул на соседний столик. Хорошо хоть за ним никто не сидел, и посуды не разбилось, но предмет мебели все равно опрокинулся.

Я вскочил с места, одновременно со мной встал и Ник. Похоже, что мы подумали об одном и том же.

– Полиция! – громко сказал Ник, доставая значок. – Всем стоять!

А первый тем временем подошел и пнул второго в живот. Тут я уже на месте стоять не собирался, подскочил к нему, навалившись сзади, перехватил за правую руку и резким движением завернул ее за спину.

И опрокинул на соседний столик. Наручников у меня, правда, не было, иначе уже заковал бы его. Тот дернулся, и я надавил сильнее – не так, чтобы сломать руку, но чтобы понятно было, что если он не прекратит, то будет хуже.

– Спокойно, – прошептал я ему на ухо. – Или руку сломаю.

Ник тем временем помог второму подняться и держал его за локоть.

– Значок покажи! – крикнул тот, которого держал я. – Значок покажи!

– Вот, – показал значок мой напарник. – Детектив Касселс, отдел нравов, Департамент полиции Лос-Анджелеса.

Народ в баре молчал, все как-то рассасываться стали, но никто не уходил. Памела смотрела на нас с выражением облегчения, но в глазах у нее было видно привычную усталость. Ну а что, по-видимому, не в первый раз такое происходит. Хотя бар, что тут еще сказать. Им бы вышибалу нанять, в самом деле.

– Вызови патрульных, Пэм, – сказал я ей.

Она отошла в сторону к телефону. Я посмотрел на Ника и тот самодовольно усмехнулся. Похоже, что ему понравилось разнимать драку в баре.

– У тебя наручники есть? – спросил я.

– Нет, – он покачал головой. – Только значок и пушка.

Я же даже пушки не взял. Зачем, в бар же ехали, а не на задание. Но ладно, значит придется ждать так.

Патрульные приехали минут через десять, этих двоих сразу же вытащили наружу, потом принялись опрашивать оставшихся. Взяли данные у нас.

Ник вернулся к столу и влил в себя остатки пива из своего бокала. Мой уже был пустой – я допил его перед тем, как встать.

– Ладно, поеду, – сказал Касселс подходя ко мне. – Классно посидели, надо будет повторить.

Он двинулся на выход. Я пошел было за ним, но услышал за спиной голос Пэм.

– Эй, Майк! – крикнула сзади барменша.

– Что? – я обернулся.

– Спасибо, – сказала она и снова принялась пережевывать жвачку.

– Да не за что, – я улыбнулся и вышел наружу.

Касселс уже успел прикурить, посмотрел на меня и без всякой зависти в голосе сказал:

– Везет тебе с женщинами.

– Это как сказать, – хмыкнул я. – Помни, что я разведен и треть зарплаты отдаю, как алименты.

– Ну да, ну да, – он усмехнулся. – Ну, увидимся завтра на работе.

– Увидимся, – кивнул я и пошел к машине.