Текст книги "Пропаданка (СИ)"

Автор книги: Миято Кицунэ

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц)

В общем, очень скоро все стали выглядеть настолько красиво, что Варя ощущала себя настоящей эльфийской принцессой и с нетерпением ждала отправки в Пятый мир.

– Ого! В том фильме они не выглядели настолько огромными, – пробормотал Серафима, когда из новых бесконечных коридоров они вышли в огромный высокий зал. Варя начала считать смотровые кольца: на одном из таких она однажды была с экскурсией. Когда они стояли сверху, Звёздные Врата тоже не выгляди такими большими. Смотровых колец вокруг зала было целых десять. Значит, высота зала была больше её дома.

Звёздные врата были словно огромная рамка для выдувания мыльных пузырей: внутри переливалось и блестела нефтяная плёнка. Внизу деловито расхаживали техники и учёные.

– А где?.. – спохватилась Варя. – Где Владимир Илларионович? Ну, с которым мы… – «должны отправиться» она не закончила, потому что к ним подошёл импозантный мужчина-блондин «эльфийской наружности».

– Всё готовы? – весело спросил он и Варя с девчонками нестройно закивали. – Вот и отлично! Отправляемся через пару минут.

Глава 3

Переброска

Честно говоря, имя отчество их работодателя Варя выучила благодаря Паше, который несколько раз повторил, как зовут «босса», и сейчас вытянулся, словно на параде, и передал планшет, в котором «эльф» поставил размашистую подпись.

– Вещи упаковали?

– Да, приготовили к отправке.

– Хорошо. Проконтролируй. А здесь дальше я сам, – отпустил Пашу «босс».

– А вы Владимир Илларионович, да? – уточнила Варя, разглядывая повернувшегося к ним эльфа. На вид ему было лет сорок. Волосы ниже плеч такого же пшеничного оттенка, как у Деметры. То есть, можно сказать, натуральный блондин с аккуратной причёской, когда основная длина только на затылке. Яркие сине-голубые глаза, прямой тонкий нос и чётко очерченные фигурные губы, которые разошлись в приятной белозубой улыбке.

– Так точно, а вы?..

– Варвара, – сказала своё имя Варя, немного смутившись. Несмотря на то, что Владимир Илларионович был старым, он правда оказался очень красивым, подтянутым и спортивным, а ещё высоким – выше неё на полголовы точно, а таким могли похвастаться далеко не все парни её возраста.

– Деметра…

– Серафима.

– Роза-Аврора.

– Александра.

– С-софия, – представились и все девчонки.

– Замечательно, все в сборе, – покивал Владимир Илларионович. – Тогда прошу за мной, барышни.

И они пошли следом, словно утята за мамой-уткой.

Их «босс» выглядел очень спокойно и как будто всех знал. С ним здоровались техники и учёные, им желали успеха. У Вари сложилось впечатление, что Владимир Илларионович уже не в первый раз посещает Пятый мир. Возможно, он там наладил какие-то взаимодействия с местными и теперь ему нужно показать кому-то свой гарем или что-то такое. Серафима пыталась спросить у Паши, но тот ответил, что детали им расскажут уже на месте. Впрочем, Варя и так прекрасно знала, что во многих древних культурах женщина, её красота и даже количество женщин у мужчины – это нечто статусное. Как ни прискорбно подобное осознавать, но это неоспоримый факт. Их наняли на работу, а не для развлечения, и они будут играть роль сопровождения и «гарема» и делать, что скажут. Так что хорошо, что Владимир Илларионович хотя бы не противный и не страшный, а приятный на вид человек-эльф. Так что, кажется, работать с таким будет не слишком-то сложно.

– Ну что, девушки готовы? – деловито спросила у Владимира Илларионовича женщина и по голосу Варя узнала Вениамину Юрьевну, которая их встречала в «салоне красоты». Сейчас на ней был надет бесформенный комбинезон и защитные очки с маской, словно ей предстояла работа с рентгеновским излучением или какими-то радиоактивными изотопами.

– Готовы, – ответил за них Владимир Илларионович.

– Тогда проходите на платформу пять-шестнадцать, – махнула рукой Вениамина Юрьевна.

Они направились к чему-то очень похожему на грузовой лифт без стенок и стали спускаться в шахту.

– Калибровка происходит по высоте местности, – начал пояснять Владимир Илларионович, перекрикивая гул, который создавали лифт и какие-то установки вокруг. – Врата установлены на сопке. Высота здесь около трёхсот семидесяти пяти метров над уровнем моря. Всё, что вы видели сверху, – лишь сам генератор полей, действующий наподобие камертона, пробивающей ткань миров. В общем, если совсем просто, чтобы выйти в нужном месте, нам нужно войти в нужном месте. И нужный нам вход находится… Здесь.

Их лифт остановился напротив тоннеля, который заканчивался обычной на вид серой железной дверью, точь-в-точь как в подъездах, даже цифровая панель домофона сбоку имелась.

Они прошли около пятидесяти метров до этой двери, и Владимир Илларионович нажал несколько цифр, словно хотел попасть к кому-то в гости. Варя переглянулась с Серафимой. Они ожидали чего-то на грани фантастики, но это…

– Старые технологии и обычная проводная домофонная система оказалась самой надёжной, – покосившись на них, пояснил Владимир Илларионович.

«Вы на месте?» – раздалось на той стороне «квартиры».

– Да, мы на месте. Открывайте.

«Запускаю установку по заданным координатам».

– Дрэго эдро! – провёл рукой Владимир Илларионович, и подъездная дверь попросту исчезла, за ней мигнуло что-то тёмное, которое начало наливаться знакомыми нефтяными переливами.

Варя закрыла рот и уставилась на их работодателя.

– Простите, девчата, не удержался, – хохотнул тот. – Обстановка располагала для синдарина.

– Что?

– Синдарин – это язык эльфов, – пояснила Деметра.

– А ты откуда знаешь? – спросила её Серафима, на что Деметра чуть поморщилась.

– Играла в одну аутентичную игру, – всё же пояснила она. – Насколько я помню, «дрэго» это что-то вроде «исчезни», а «эдро» точно «откройся».

– О, как мило, современные дети, знающие синдарин, – отечески улыбнулся Владимир Илларионович. – В моём детстве…

– Ой, смотрите! – прервал их разговор возглас одной из близняшек – кажется, Сони, – и они посмотрели на проявившуюся за «плёнкой» картинку с зелёными кустами и деревьями.

– Вперёд! Коридор открывается совсем ненадолго, – скомандовал Владимир Илларионович. – Бегом!

Варя порадовалась, что им выдали удобную обувь: это не на каблуках бежать. Так что они побежали друг за другом коротким коридором – буквально пару метров – и выскочили на солнечный свет. Последним был Владимир Илларионович.

– А… наши вещи? – спохватившись, спросила Серафима оглянувшись – никакого коридора за ними не оказалось.

– Перенос живых и неживых объектов разный по структуре, так что ваши вещи сразу переправили на базу, – успокоил их Владимир Илларионович, – нам же придётся добраться туда пешком.

– Значит, мы уже в Пятом мире⁈ – спросила Варя, оглядываясь: вокруг были холмы и разноцветные поля.

– Да. Примерно в десяти километрах от базы. Я вижу знакомую гряду.

– Сейчас сезон Первых Даров? Я читала, что это что-то типа нашего июня, – уточнила Деметра, которая, похоже, тоже интересовалась, куда их закинет.

– Да, похоже на то, – принюхался Владимир Илларионович. – Цветёт звездоцвет, местные называют его «макипу», чуете такой горько-сладкий запах? Во-о-он те белые цветы на том полосатом поле. Его широкие листья чем-то похожи на табак, но здесь его не курят, а, скорее, окуривают помещения, одежду и даже некоторые фруктовые культуры, чтобы избавиться от разных насекомых-вредителей. В корнях макипу много фосфора и калия, так что это используют и для обогащения почв.

Варя с интересом осматривалась. Получается, что появились они буквально из ниоткуда, примяв спиралью траву вокруг.

– Пойдёмте! Не терпится всё увидеть! – улыбнулась Серафима.

– Нам вон в ту сторону, за тем холмом уже будет виден лес мэллорнов, – показал Владимир Илларионович. – Нам туда.

– Мэллорнов⁈ Правда? – переспросила Деметра. – Это же деревья эльфов или вроде того?

– Именно так. Когда началась разведка территории, была очень популярна тема эльфов. К тому же местные, встретив светловолосых красивых людей, повели себя определённым образом. Так что как-то так повелось, а потом прижилось и начало специально культивироваться. Эльф – это звучит гордо, – усмехнувшись, пояснил Владимир Илларионович. – Мэллорны вырастили искусственно на базе разработок с биокомпьютерами, изначально как дубликат наших систем, но в итоге срок работы всё определил. Они правда очень похожи на деревья из саг, с которых начался исход эльфов в тот легендарный мир – и получается, что и в этот.

– То есть то, что началось вроде как в шутку и по приколу?.. – протянула Роза-Аврора.

– Да, начало самостоятельно жить в другом мире. Только «старшая речь» звучит как русский язык, синдарин используется лишь в некоторых узконаправленных моментах и то не всегда и не везде.

Они спустились к белому полю и вышли на еле заметную тропинку.

– Они правда похожи на звёзды, – Саша сорвала цветок с краю и, понюхав, передала сестре. – Вкусно пахнет. С какими-то нотками то ли корицы, то ли мускатного ореха.

– Мне вообще кажется, что гвоздика, – отозвалась Соня. – Но точно какая-то пряность.

– Ой, а это очень на картошку похоже, – удивилась Варя, заметив растения на следующем поле. – У моей бабушки есть небольшой огородик, и там почти такая же картошка растёт.

Девчонки столпились, рассматривая посадки.

– И окучена, как картошка. Смотрите, эти звездоцветы полосами посажены между…

– Не буду вас интриговать, это на самом деле картошка, – подтвердил их догадки Владимир Илларионович. – Климат для выращивания подходящий. Наши по этому незаменимому овощу скучали, да и говорят, что тяжело просто на сухпайках в первое время было. В итоге договорились с деревней недалеко от базы о выращивании картофеля. Постепенно культура разошлась по всему континенту. Называют её по-местному «эльфийский хлеб» – эльфоку. Оку – это хлеб, хотя тут это больше на лаваш похоже, что-то вроде лепёшек. Местные крестьяне любят готовить что-то вроде зраз из картошки, с начинкой из лука и моркови, эти культуры тоже здесь прижились.

– А я поняла, когда вы сказали «эльфоку», я одновременно услышала и вас, и словно над ухом перевод, – дёрнула себя за мочку Варя. – А… Как мы будем говорить?

– На базе есть амулеты-переводчики. Некоторые местные из ближайших поселений неплохо говорят на «старшей речи», то есть по-русски. Да и рядом с вами всегда будут люди, говорящие на местных языках. В конце концов, понимание – уже ключ к возможности договориться.

– И то верно, – согласилась Серафима. – Это всё так интересно узнать, как тут всё было пятьдесят лет назад и как всё изменилось за годы открытия…

– Да, насчёт этого… – замялся Владимир Илларионович. – Простите, девушки, но мы вас немного обманули.

Варя замерла, вытаращившись на их «босса» и вспомнив всё, о чём переживала мама.

– Обманули? – в образовавшейся тишине переспросила его Деметра. – Это как? Нам не заплатят?

– Нет, вам заплатят, – вздохнул Владимир Илларионович. – Всё дело в том, что время в Пятом мире не равно временному отрезку в нашем. Вы должны вернуться через неделю, в воскресенье. И вы вернётесь. Но здесь времени пройдёт больше из-за искривления…

– Насколько больше? – перебила его Серафима.

– Намного, – Владимир Илларионович выглядел виновато. – На самом деле, ангажировать вас всего на неделю не имело смысла. Слишком мало времени, особенно если принять во внимание местную неспешную жизнь и время в дороге даже с учётом некоторых… наших технологий. Да и на такой большой срок нам бы не одобрили смету. Проект побочный. А о том, что время серьёзно различается, знают далеко не все. Это, можно сказать, государственный секрет. Так что у нас получается некая договорная казуистика. Мы не могли предупредить вас раньше в силу некоторых обстоятельств.

– Так насколько отличается это время? – спросила Варя.

– Следующий коридор в наш мир откроется примерно через семь местных месяцев, – ответил Владимир Илларионович.

– Ого! – воскликнула Роза-Аврора.

– А дома пройдёт неделя? – на выдохе переспросила Деметра. – Так… Подождите, так если неделя это семь месяцев, то… Сколько наша база здесь находится и разве разведчики не должны были умирать… через пару лет от старости?

– Вот в этом и кроется главная перспектива Пятого мира, – улыбнулся Владимир Илларионович. – По необъяснимым причинам старение наших посланцев происходит по нашему времени. То есть и вы, несмотря на то, что проживёте здесь почти год, биологически изменитесь лишь на время нашей недели.

– Так мы… В смысле, наши эльфы в каком-то роде и правда стали теми долгоживущими прекрасными созданиями из сказок и легенд? – удивилась Деметра. – Сколько живут местные люди?

– Примерно в сорок лет у них наступает старость. За пятьдесят лет у нас здесь минуло много времени, но средняя продолжительность жизни аборигенов увеличилась лет до пятидесяти пяти, – ответил Владимир Илларионович. – Да, наш Серебристый Лес стал чем-то вроде государства в государстве.

– Так вы никакой не миллионер-турист? – вырвалось у Вари и их «босс» весело засмеялся.

– Нет, сейчас туристки тут только вы. Я руководитель проекта по Пятому миру. Мои родители были среди первооткрывателей Пятого мира. Они даже думали, что про их экспедицию забыли, что с Вратами случилось что-то ужасное. Что назад дороги нет. Экспедиции стараются делать автономными на всякий случай. Так что они приняли решение жить и выживать, сделать этот мир своим домом. Им повезло, что уже тогда коридор открывали по датчикам-пеленгаторам, потому что они значительно удалились от места своего десанта. Я и мой брат родились на Земле, а были зачаты здесь.

– Так вам что… Пятьдесят лет? – моргнула Варя. – А на самом деле гораздо больше?

Владимир Илларионович весело засмеялся.

– Да. Что-то вроде того. Но в свою защиту скажу, что не жил здесь так долго, в отличие от…

Его перебил удивлённый возглас Серафимы, которая ушла чуть вперёд к бело-чёрно-красному полю.

– Тут подсолнухи! Это точно подсолнухи, только какие-то странные. Идите скорее!

Варя поспешила к подруге и увидела просто невероятно здоровый подсолнух, только совсем невысокий, не выше, чем до колена и с красными лепестками. Семечки у него были просто огромные, круглые, словно в мясистый овал большим диаметром в полметра воткнулись толстые лоснящиеся жуки. Между низенькими и коренастым подсолнухами тоже рос звездоцвет.

– Правда семечки, – Серафима уже присела, выковыряла семена с краю и с наслаждением грызла. – И такие вкусные! Это тоже сюда наши завезли?

– Можно сказать, что это гибрид местной культуры с подсолнухом, – кивнул Владимир Илларионович. – Называют «эльша».

– Эльфийское солнце, – поняла Варя благодаря встроенному переводчику. – Ша – это солнце. Классно, так действительно можно легко язык выучить, когда всё понимаешь.

Семечки и правда оказались очень большими, даже после очистки кожуры размером с очень толстую тыквенную семечку, а на вкус было больше похоже на орешек кешью.

Они остановились, чтобы поесть эльшу. Даже Владимир Илларионович не удержался. К тому же, как выяснилось, мало кто позавтракал, а до отправки их не кормили. Так что для организма уже точно обед наступил или как минимум второй завтрак.

Пока Варя ела, она думала над словами Владимира Илларионовича по поводу обмана с другим течением времени. С одной стороны, вроде плохо, что не сказали, а с другой – у них будет полно времени, чтобы всё посмотреть без спешки. Семь месяцев – это, конечно, вроде очень долго, но зато можно столько всего тут сделать и с костюмами для показа, и вообще… посмотреть нормально. И мама не будет волноваться: просто не успеет.

– Наверное, не так и плохо, если мы побудем здесь подольше, чем планировали, – словно услышав её мысли, сказала вслух Роза-Аврора. – Нас же обеспечат всем необходимым? Едой, одеждой, проведут экскурсии там?..

– Это несомненно, – отозвался Владимир Илларионович. – За снабжение не переживайте. И, думаю, мы придумаем, как компенсировать вам… Возможно, какие-то сувениры или ещё что-то кроме обещанного вам гонорара.

– Классно! – обрадовались близняшки.

Варя тоже обрадовалась и размечталась, как угостит маму какими-то местными деликатесами. Да даже такой подсолнух необычный притащит домой. Бабушка так точно обязательно захочет посадить эльшу на своём огороде. Так что, если не весь подсолнух, то, может, семечки хотя бы взять.

– Ой, там кто-то идёт! – заметила Саша приближающихся к ним… наверное, крестьян или каких-то охранников полей. – Надеюсь, нас не заругают, что мы тут покушали.

Варя спохватилась, что слопала почти половину головки эльши теперь светящейся светлыми проплешинами и даже почти что досыта наелась – семечки оказались весьма сытными.

Они оставили низкорослые подсолнухи и вернулись на тропинку.

Люди, подошедшие к ним, оказались очень маленькими. Варя даже подумала сначала, что это дети или гномы какие-то, так как у мужчины, который был ниже Саши и Сони, была короткая чуть всклокоченная борода. Другие были подростками – без бород, но ростом такие же мелкие. Они смотрели на них буквально открыв рот. На головах треугольные вьетнамские шапки, сплетённые из чего-то типа зелёной соломы. Одежда у людей была из ткани, похожей на мешковину, но светлая и чистая. По виду и крою напоминала каратэги с поясом из красно-белых ниток с какими-то интересными узорами – что-то среднее между кушаком и оби. Штаны достигали середины икры, а дальше шла ткань обмотки, на ногах определённо лапти, только без пяток. Возможно, летний вариант или что-то такое.

– Что привело вас к нам, добрые люди? – нарушил молчание Владимир Илларионович, и люди как будто с облегчением выдохнули, стащили с себя шляпы и несколько раз поклонились.

– Не сочтите за дерзость, прекрасные высокородные эльдар, – хриплым голосом сказал бородатый мужчина, – мы заметили знамение и поспешили сюда, чтобы услужить вам и проводить, куда скажете. Меня зовут Торд, а это мои сыновья Маргл и Хор.

– Они так смотрят на нас странно… – прошептала Варя Серафиме, но Владимир Илларионович услышал и пояснил.

– Они никогда не видели эльфийских женщин, да ещё таких красивых. Впрочем, честно говоря, иногда местные путают наших мужчин с женщинами, потому что думают, что мы слишком красивы для мужчин. А ещё из-за того, что мы бреемся.

Варя хихикнула, покосившись на озадаченную троицу. Кажется, эти «старшую речь» не понимали.

– Врата выбирают наиболее близкую к базе точку пространства, но из-за разницы во времени и движения планеты она смещается, и чаще всего приходится идти пешком. Нам повезло, что мы вышли все вместе. Бывали случаи, что группу свыше десяти человек раскидывало в разные точки пространства. Чтобы они не потерялись, местным жителям окрестных поселений были обещаны награды за сопровождение любого эльфа до Серебристого Леса. Перед проколом тут действительно появляются специфические признаки возмущения пространства, так что они знают, что где-то недалеко появились эльфы.

– О, тогда понятно, как они здесь оказались, – кивнула Серафима.

– И почему такие чистые и опрятные, – улыбнулся Владимир Илларионович. – С гигиеной у местных не очень-то было по началу. Но совсем неряхам отказывали в сопровождении. Иногда его лучше взять, чтобы они отгоняли других и объяснялись с местными. Эльфы считаются кем-то вроде высших существ, и в иерархии общества это накладывает определённые модели поведения.

– Они ждали, пока вы первый с ними заговорите, да? – поняла Варя.

– Верно, – кивнул ей Владимир Илларионович и обратился к пятимирянам: – Хорошо, мы согласны, чтобы вы проводили нас до Серебристого Леса.

И этот бородатый Торт и его сыновья закивали как китайские болванчики, явно обрадовавшись их согласию.

Глава 4

База

Обещанные десять километров до базы растянулись, кажется, на все двадцать. Варя много ходила пешком, гуляла с подружками и просто занималась на тренажёрах, установленных в их доме на этаже здоровья. Но, видимо, дело в переизбытке впечатлений. Плюс сначала полубессонная ночь от волнений, сборы, опасение, что проспишь, затем подготовка к их «десанту», потом переброска сюда, а тут всего полно и всё новое, неизведанное – много информации, много эмоций, и всё это на фоне путешествия пешком по пресечённой местности вокруг полей, холмов и лесопосадок.

Чужой воздух пах звездоцветами-макипу, другой землёй, иной водой. Они видели красивое и очень чистое озеро в небольшом леске и немного отдохнули возле него, но купаться в присутствии чужих не решились, к тому же Владимир Илларионович сказал, что там могут водиться водяные змеи. Змей боялись все, кроме Деметры. Та сказала, что у неё дома в питомцах живёт маисовый полоз, поэтому змей она любит.

И, конечно, Варя прекрасно знала, что незнакомый путь кажется длинней, чем знакомый, но потихоньку начала уставать идти, идти и идти неизвестно куда. Утешало лишь то, что семена эльши оказались очень сытными и после того, как они запили те водой из маленьких фляжек, которые им тоже выдали, в желудке как-то повеселело и перестало подвывать. К тому же она несколько раз успела испугаться за своё платье и убедиться, что одежда правда не пачкается, не рвётся и не мнётся.

Неудивительно, что их тут принимали за кого-то вроде полубогов. Она бы и в своём мире так подумала, наверное, если бы кто-то в белом платье в пол и балетках прошёл по жидкой грязи «аки посуху».

Торт и его сыновья рысили перед ними, показывая дорогу, а когда останавливались, чтобы подождать, так и смотрели на них, открыв рты. С такими зрителями как-то неудобно было ни много болтать, ни жаловаться, так что они почти всё время молча шли.

– Веселей, девушки. Мы почти на месте, – сообщил Владимир Илларионович, когда они обогнули полусрытый холм и вышли к опушке. Лес и правда был светло-серым и как будто блестел на солнце благородным серебром. Необычные деревья были похожи на очень большие грибы, – то ли как-то выстрижены, то ли такая идеальная крона сама по себе.

– Ну наконец-то! – эмоционально воскликнула Серафима. Остальные протяжно застонали в унисон, а потом засмеялись, переглядываясь друг с другом.

Варя сразу ощутила прилив сил.

– Это и есть мэллорны? – спросила Деметра, осматривая толстые деревья, росшие на опушке, к которым они приблизились. Надо сказать, они оказались гораздо толще и выше, чем представлялось издалека.

– Да, серебристое дерево – это наш мэллорн, – кивнул Владимир Илларионович.

– Они же посажены? Просто как по линейке, – предположила Саша.

– Мне кажется, что да. Чем-то похоже на драконовое дерево, оно в Африке растёт, – кивнула сестре Соня. – Только с обычными листьями, как у пирамидального тополя, а не почти колючками.

– Соня немного увлекается ботаникой, – шепнула им Саша, покосившись на их провожатых.

– Это замечательно, – кивнул Владимир Илларионович. – Думаю, здесь мы найдём, чем удивить твою сестру.

Варя подошла к первому дереву и потрогала ствол. А посмотрев поближе, увидела, что странная серебряная текстура, словно в узорах, это не совсем кора, а как будто белый лишайник, который облепил всё дерево.

– Тут что-то растёт. Это так и должно быть? – спросила она.

– Мэллорн – это что-то вроде симбиотического растения, – охотно пояснил Владимир Илларионович. – На его стволе особый мох, который помогает дереву выжить в сезон Суховея, а также не даёт засыпать в период холодов. Мы называем его серебряный ягель. Он, кстати, местный, но больше распространён в пещерах. А ещё этот ягель слабо светится в темноте и это решает проблему с освещением в допустимых пределах местных технологий.

– А это что между ними – осины? – спросила Серафима, которая прошла чуть поглубже опушки. – Похожи просто. У них такие характерные «глаза» на коре, мне ещё в детстве бабушка показывала. Вот, смотрите. Правда ведь похоже на глаз?

Местные пятимирцы аж удивлённо вскрикнули, когда Серафима очертила крупный «глаз» на дереве и осенили себя какими-то знаками, смешно скрючив пальцы.

– Да. Это осина. Очень хорошо и быстро тут растёт и почти не гниёт. Её мы здесь разводим и в медицинских целях, и для дров, и для строительства и разных поделок. Бани из осины рубим и местных учим гигиене тела. К тому же тут люди верят, что «дерево-взгляд» – орнхор – что-то вроде наблюдателей, которые отправляет донесения эльфам, – пояснил Владимир Илларионович.

– А почему?.. – удивилась Роза-Аврора. – Ладно, похожа кора на глаза, но… неужели тут настолько тёмный народ?

– Потому что это правда, – подмигнув, усмехнулся Владимир Илларионович и кивнул на лес. Оттуда шли двое эльфов в зеленовато-серебристых костюмах и с блочными луками за плечами. Высокие красивые молодые лю… эльфы, у одного были светло-русые волосы, у другого – рыжеватые. С учётом того, как неприглядно выглядели местные, неудивительно, что красивых парней с правильными чертами лица они принимали за девушек, хотя как можно спутать парня и девушку, для Вари было загадкой. У парней вон какие плечи и узкие бёдра. Оба были худощавыми, но явно жилистыми и атлетически развитыми.

Она машинально поправила причёску. Удивительно, но локоны, которые им сделали в НИЦ, каким-то чудом ещё держались, хотя её волосы обычно были менее послушны укладкам. Впрочем, стояла довольно приятная безветренная погода, а шли они спокойным прогулочным шагом примерно часа четыре с отдыхом.

Парни-эльфы светло им улыбнулись.

– Добро пожаловать в Серебристый Лес, прекрасные эльдар! – сказал блондин, даже исполнив что-то вроде небольшого поклона, прижав руку к сердцу. Выглядело это совершенно естественно и непринуждённо. Затем он подошёл к мнущимся Торту и его сыновьям и сказал на местном языке: – И вас приветствую, добрые люди. Примите в знак благодарности и позвольте проводить до границы нашего Леса.

– Интересно, что он дал Торту? – тихо спросила Варя у Серафимы. И та прыснула.

– Кому⁈

– Ну Торту, он же сказал, что его так зовут. Смешное для нашего уха имя, конечно, но это же другой мир всё-таки.

– Варь, его Торд зовут, – хихикнула Серафима.

– Ой, я, значит, плохо расслышала, – смутилась Варя. – Не очень хорошо у меня с запоминанием имён.

Пятимирцы быстро всем поклонившись, ретировались. Блондин и правда пошёл за ними, видимо, чтобы убедиться, что они уйдут.

– Мы даём местным в основном лекарства, – видимо, услышал её вопрос рыжий эльф. – Меня зовут Даниэль. А моего щедрого друга – Эфил.

– Очень приятно, я Варвара, Варя… А это мои подруги: Серафима, Александра, София, Роза-Аврора и Деметра, – представила всех Варя.

«Какой милый», – зашептались девчонки. Варя почувствовала, что щёки немного потеплели от смущения. Парни и правда были красивыми и высокими, а ещё явно разведчики и исследователи миров. Наверное у них очень интересная жизнь и куча историй. Блондин Эфил вернулся к ним и чарующе улыбнулся.

– Рад, что в Серебристом Лесу нашу компанию разбавят столь прекрасные девушки, – глаза Эфила, который вышел на свет, оказались ярко-зелёными, и Варя даже подумала, что это какие-то линзы.

– Но-но, павлины длинноухие, – усмехнулся Владимир Илларионович, – распушили тут хвосты. Давайте, пока не забыли, сверим часы, а то совсем неудобно, даже даты не знать, девушкам тоже это пригодится.

– Вас давно не было, Владиил, – как будто смиксовал имя и отчество Владимира Илларионовича Даниэль, но Варе понравилось. Звучало интересно и как-то по-эльфийски. – У нас прошло уже три с лишним года с вашего последнего визита.

– Ну видишь, обещанного три года ждут, – развёл руками их босс.

– Просто у нас всё несколько поменялось, – протянул Эфил. – Но мы всегда вам рады. И прекрасным гостьям тоже конечно же.

– А как мы сверим часы и разве они у нас есть? – спросила Деметра.

– Наручи, которые вам выдали, оснащены гибким дисплеем. Заряд идёт от солнечной активности, – сказал Даниэль.

– Сейчас покажу, – Эфил протянул руку к наручу стоящей рядом Вари и провёл по нему пальцем, словно свайпнув экран или что-то стряхнув со своего широкого браслета.

– Ой! – удивилась Варя, заметив, что узор изменился и в цветочных мотивах замаскировано что-то вроде экрана, который начал показывать дату и время.

«32.03.1521 17:50»

– Тысяча пятьсот двадцать первый год? – переспросила Варя. – А от чего это считается?

– От первого исхода, – ответил Даниэль. – То есть, от появления эльфов на этой земле.

Варя потёрла надпись и она сменилась «52°03′ с. ш., 47°23′ в. д».

– Тут ещё и координаты? – спросила Серафима, не давая Варе толком удивиться и проникнуться такой цифрой.

– Да, чтобы в случае чего можно было с нами связаться и сообщить, где вы находитесь, – пояснил Эфил. – Также там есть и встроенный компас и что-то вроде простейшей карты.

– Карты? А как ею пользоваться? – поинтересовалась Деметра.

– Для этого нужно пролистать до компаса и вербально назвать место, куда вы хотите попасть. Правда, покажет лишь направление на него. Это ещё в доработке, чтобы с учётом имеющихся дорог. Так что при планировании путешествий надо чётко знать путь на всех отрезках, а то можно пойти до Арвейнта и упереться в Чёрные горы, тогда как через Синтхон добраться туда гораздо проще.

– А-а… понятно, – моргнула Варя, и эльфы засмеялись.

– А месяц, значит, третий? Первый раз вижу, чтобы была дата тридцать второе, – спросила Саша, которой парни тоже запустили её браслет.

– Да, заканчивается первый месяц сезона Первых Даров, завтра начинается второй месяц Первых Даров, – кивнул Эфил.

– А названий месяцев что, нет? – спросила Серафима.

– Мы называем, как принято у вас. Да и здесь календарное разделение у людей, можно сказать, было перенято у эльдар, – хмыкнул Даниэль. – Так что третий месяц – это март. Но Новый год здесь начинается с первым днём весны и с сезона Пробуждения. Май и июнь – это сезон Суховея с пылевыми бурями и жарой, июль и август – сезон Второго урожая, сентябрь, октябрь у нас осень, или Сезон Благодати, ну, а ноябрь, декабрь – самые холодные зимние месяцы, или Сезон Холода.

– Почти как у меня дома, только вместо сезона Холода дожди и попрохладней, – усмехнулась Деметра.

– А откуда ты? – спросил Эфил.

– С западного берега Чёрного моря, – многозначительно улыбнулась Деметра.

Эльфы удивлённо переглянулись.

– Ребята не в курсе нашей геополитической ситуации в последние лет тридцать, – пояснил Владимир Илларионович. – У них тут своя геополитика, и новости они особо не отслеживают.

– Это точно, – согласно кивнул Даниэль, который по-мальчишески улыбнулся и потёр шею.

– Я как-нибудь расскажу, как наша необъятная стала ещё больше, но сейчас пора проводить девушек на базу, – сказал Владимир Илларионович. – Им следует немного отдохнуть.

– Да, на вечер назначена церемония, – Даниэль подал руку, за которую уцепилась Варя, чувствуя себя чуть смущённой от внимания и задумавшись о том, сколько же этим эльфам лет. Ведь даже если им лет по тридцать, то это значит, что на самом деле они могли быть значительно старше. Выходит, что один земной год равен тридцати годам здесь. Так что, они старше того, как выглядят, минимум раза в три.