Текст книги "Власть книжного червя. Том 2 (ЛП)"

Автор книги: Miya Kazuki

сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 67 страниц)

– Тули, аты разве не пойдешь с сиротами? Я собиралась передать в качестве благодарности за это часть собранных фруктов.

Это было бы уж слишком, оставлять Лютца во главе столь большого количества детей. Поэтому я и придумала на ходу план по передаче части собранных паруз в качестве платы за помощь в руководстве при их сборе.

– Это просто замечательно придумано! – Воскликнула Тули и у нее заблестели глаза:

– Хух, ая уже была уверена, что не видать мне этой зимой пирогов с паруэ.

Для нашей семьи это было уже традицией выжимать сок из парузэ, отделять от него масло и из остатков фруктов печь пироги. Я собиралась сделать то же самое для всего приюта и именно для этого я и купила огромные металлические противни.

– Ученица, а что такое «паруэ»? – С любопытством в голосе и на лице спросил Дамуэль, явно не понимая, о чем мы говорим. Похоже, аристократы не ходили «охотится» напаруэ.

Я представила, как аристократ пытается взобраться на дерево и не смогла сдержать улыбку. Традиционные для одежды аристократов длинные рукава явно не приспособлены для подобного.

– Это фрукты которые получается собирать утром ясного дня зимой. Они широко известны в нижнем городе благодаря своей сладости.

– Сестра Мэйн, они и вправду настолько сладки?

Дети, тем временем собравшиеся вокруг Вильмы услышали магическое для них слово «сладость» и тут окружили уже меня, с сияющими от предвкушения глазами. Слишком много ртов требовалось прокормить в приюте и потому им очень редко перепадало что то сладкое и поэтому при одном упоминание о сладких паруэ у них побежали слюнки.

– О да, они и впрямь весьма сладки. Я и сама их очень люблю.

– Ох, не могу их дождаться!

– Тули, возьми и нас с собой!

Дети сгрудились вокруг Лютца и Тули, желая отправится на «охоту» вместе с ними. Моя сестра улыбнулась в ответ и произнесла:

– Яне против, но для этого нам придется встать очень рано, что бы оказаться в лесу пораньше. Вы готовы на это?

– Да! Готовы!

И наконец, после нескольких дней напряженного ожидания, погода наконец прояснилась. С самого утра на снег упали сияющие солнечные лучи, отражаясь от него и наполняя мир при этом сверкающей яркостью что была заметна даже через задернутые шторки балдахина моей кровати.

Я соскочила с кровати раньше чем Делия пришла будить меня и выбежав к лестнице, перегнулась через перила и закричала вниз, на первый этаж:

– Гил! Гил! Сегодня день сбора паруэ! Срочно буди и собирай детей! Быстро! Быстро! Гил, который уже проснулся и оделся, тут прокричал в ответ:

– Понял! – И бросился прочь из своей комнаты. Делия с яростным выражением лица тоже выскочившая из своей комнаты, схватила меня за руку:

– Сестра Мэйн! Пожалуйста оставайтесь в постели пока я не приду вас будить! И вы не в коем случае не должны перегибаться через перила будучи одеты в ваши ночные одеяния! О Боги! Ну сколько еще раз мне надо будет вам повторить?!

– Делия, сегодня день сбора паруэ. Скоро здесь будут и Лютц с Тули, поэтому, мне надо побыстрее переодеться.

Люди из нижнего города сегодня будут почти что бежать к городским воротам, что бы занять очередь перед ними, дожидаясь когда те откроются со вторым колоколом. Можно не сомневаться, вскоре в приют заскочат и Лютц с Тули. Но Делия в ответ на мои слова лишь сузила глаза а ее голос стал еще резче:

– В вашем расписании на день ничего такого не упомянуто!

– Ясные дни посреди зимних метелей зависят от настроения Эвиглибе, а подобное Никто не может предсказать и значит, заранее внести в расписание.

Подгоняя Делию я как можно скорее переоделась и принялась дожидаться Тули и Лютца. Завтрак может и подождать до тех пор пока я с ними не увижусь. Фран, видя как я нервничаю тоже принялся готовится к приему гостей.

Мои ожидания полностью оправдались и Тули вбежала как раз тогда когда я ела завтрак, если бы не отложила его. Позади неё я судивлением увидела фигуру отца.

– Доброе утро Мэйн! Папа идет с нами, у него сегодня выходной.

– Папа, я так тебя рада видеть!

В ту секунду что я увидела Папу входящим в обеденный зал я подбежала к нему и прыгнула в его объятия. Поймав меня он тут же поднял вверх, пока мое лицо не оказалось на одном уровне с его. Я провела ладоням по его бороде.

– Мэйн, похоже, у тебя все хорошо. Надеюсь, ты от горячки в последнее время не страдала?

– Ни разочка. Фран загоняет меня в кровать сразу же, как только я начинаю чувствовать себя плохо, и когда я по настоящему плохо сплю из – за подступающей болезни он вынуждает меня пить отвратительно горькое зелье. Горячка просто не успевает укоренится во мне.

– Приятно слышать. – Довольно заулыбался Папа, когда я рассказала ему про свои дела. Тули тем временем достала из кармана маленький горшочек:

– Мэйн, ты говорила что у тебя вот это вот кончилось, верно?

Папа поставил меня на ноги, что бы я смогла осмотреть горшок. Это был один из тех, в которые я в прошлом году заложила некультивированные дрожжи. Тули присматривала за ними, пока меня не было дома.

Я обняла слегка теплый горшочек:

– Спасибо, Тули.

– Мы зашли что бы только передать его тебе и поздороваться прежде чем уйти на сбор паруэ. Лютц уже в приюте!

– Хорошо, постарайтесь собрать их побольше! Я приготовлю для вас на обед многомного мягкого, пышного хлеба. Я проводила их прочь, и затем прижала ладони к щекам, счастливо улыбаясь. Даже столь небольшое количество времени проведенное семьей согрело мне сердце. А теперь настало время готовится к выжиманию сока из паруз и готовки из них самих пирогов.

– Фран, не мог бы ты отнести вот это к Элле? И сообщи ей что я буду обедать с Тули, Лютцем и Папой. Я хочу что бы она сделала мягкого хлеба.

– Будет сделано. Как только Фран с дрожжами в руках ушел, я повернулась к Розине:

– Розина, как только мы закончим практиковаться на фэйспиле, отправляйся к Вильме и скажи что бы она начала готовится к готовке пирогов с паруз.

– Как пожелаете, Сестра Мэйн.

Я практиковалась в игре на фэйспиле до третьего колокола, затем отправилась к Верховному жрецу, что бы как обычно помочь ему с документами. Он же, едва поздоровавшись со мной, рассказал мне, что я сейчас выгляжу необычайно счастливой, до такой степени, что даже тревожно. Я ответила ему что так и есть и принялась за работу. Мне было достаточно вспомнить что я буду сегодня обедать с Тули, Лютцем и Папой за одним столом, что я начинала светится от радости.

Вскоре прозвучал четвертый колокол, обозначая что наступил полдень. Дамуэль сопроводил меня до моих покоев, а затем собрался идти обратно в кабинет Верховного жреца:

– Я сейчас пообедаю, а вы в это время, пожалуйста, не покидайте свои комнаты пока меня нет с вами рядом.

– Хорошо, Сэр Дамуэль.

Дамуэль обедал в кабинете Верховного жреца, так как в моих покоях на кухне не было достаточных запасов еды, что бы прокормить еще одного взрослого человека, который так внезапно добавился к моей свите.

Элла передала что обед готов и я ерзала от нетерпения на сиденье, ожидая пока соберутся все мои любимые.

– Мэйн, мы вернулись! И у нас куча пару?э!

– Да!

У всех троих были на лицах широкие, довольные улыбки. Тактика использования большого количества сборщиков полностью оправдала мои ожидания, и они и вправду собрали множество паруэ. Мы накинулись на мягкий, пушистый хлеб, сделанный с помощью дрожжей принесенных Тули и болтая о планах на послеполуденное время.

– Мэйн, как по твоему, где следует выжимать сок из паруэ – в мастерской или в обеденном зале? – Спросил Лютц.

– Для выжимки сока отлично сгодится и обеденные зал, но я думаю что получится побыстрее отжать масло если мы используем прессы в мастерской?

В мастрексой были прессы используемые для отжимки воды их бумажной массы и с помощью со стороны Папы и серых жрецов нам не надо будет давить паруэ молотами что бы добыть из них масло. Но Лютц, услышав мое предложение, неожиданно заколебался.

– Паруэ, когда они на морозе, довольно твердые, ав мастерской сейчас холодно. Мне кажется, будет удобнее сделать это в теплом обеденном зале с помощью молотов.

– Да, стаким количеством людей, мы сможем все сделать и в обеденном зале, верно? Главное, что бы хватило молотов. – Приняв предложение со стороны Папы и Лютца, мы решили заниматься паруз в обеденном зале. Тули же больше интересовало то, что последует после выжимки сока, поэтому она смотрела на меня с напряженной готовностью во взгляде:

– А пироги из паруэ мы будем делать в подвале здания для девочек и ли в мастерской?

– Я хотела бы использовать для этого подвал. Если Элла узнает рецепт приготовления и распространит его по городу, у всех кто кормит свой скот жмыхом из паруэ, будут серьезные неприятности.

– Дауж, это точно, – поморщился Лютц, вспомнив о курицах что его семья держала у себя дома.

Жмых из паруэ был отличным кормом для домашней живности в зимнюю пору. Если люди узнают что из него можно делать такие вкусные вещи вместо того что бы практически бесплатно отдавать его на прокорм скота, то каждый кто держал домашнюю живность окажется в неприятном положении. Так что, будет намного лучше, если пирогами из паруэ будем наслаждаться только мы, секрет приготовления пирогов останется и дальше секретом, если мы будем готовить их в подвале приюта.

– Давайте поделим собранные паруэ, на доли, сколько причитается Лютцу, Папе и приюту и подготовим их к обработке.

– Согласна! – Воскликнула Тули, – а затем я научу девочек, как делать паруэ пироги.

После того как мы закончили обедать, все трое поспешили в приют что бы начать работу. Мне правда пришлось подождать пока не вернется обратно Дамуэль, прежде чем я тоже смогла последовать за ними. Как обычно, Делия была единственной кто осталась в моих комнатах, Так как она не хотела идти в приют.

– Ученица, да что здесь во имя богов здесь такое происходит?

Оглядевшись по приходу в приют, Дамуэль напрягся. В одном углу дети пробивали В паруэ дырки и выливали через них в чашки а в другом несколько жрецов в сером неистово разбивали сочные фрукты молотами. Для кого-то незнакомого стем как обрабатываются паруз, это было весьма смущающим зрелищем.

– Мы добываем из паруэ сок, затем, те фрукты из которых его уже слили, давятся молотами что бы извлечь из них масло. После чего, остатки фруктов будут использованы что бы приготовить вкуснейшую сладость, уверена, девочки в подвале уже вовсю трудятся над этим.

Судя по тому как в воздухе распространился сладкий, щекочущий ноздри запах, поднимаясь из подвала, урок по готовке что собралась преподать Тули увенчался успехом. Должно быть они уже делают пироги с паруэ на масле, для приготовления которых я заранее утром попросила Вильму смешать козлиное молоко и яйца, а теперь туда еще добавился и сок паруэ с его жмыхом. Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, втянув всей грудью сладкий запах.

Вскоре, после того как я попросила Розину и Франа подготовить тарелки, по подвальной лестнице поднялась Тули, неся на тарелке пирог.

– Ох, вы уже все подготовили? Замечательно. А мы тоже уже наготовили множество пирогов, и сейчас делаем еще больше.

За спиной Тули показалась одна из ее учениц, тоже старелкой, накрытой пирогом. Они обе поставили тарелки на стол передо мной.

– Мэйн, проследи пожалуйста, что бы никто не схватил и не съел их, пока мы не сготовим их все. – Сказала Тули на что я ответила улыбкой и согласным кивком.

Не было человека в приюте кто рискнул бы забрать еду у ученицы жрицы в синем, без её на то разрешения. А также им было известно что сделай они сейчас так и для них все ограничится только этим одним единственным пирогом.

– Ого, как же вкусно они пахнут!

– Я хочу пирог!

Несколько детей, сливавших сок, подскочили к столу, унюхав пироги.

– Никаких пирогов пока не их всех не спекут. Запомните: кто не работает, тот не ест.

После моего напоминания детишки тут же бросились обратно В Свой угол, торопясь продолжить сливать сок. Среди топотав их ножек я услышала как позади меня кто то с трудом сглотнул слюну. Я тут же обернулась и увидела Дамуэля, что уставился на паруэ пироги недвижимым взглядом.

– Ученица жрицы, что это такое….?

У него на лице было написано, что он так и хочет съесть один из них. Мне казалось, что как аристократу, ему должен был доступен сахар, а это значит, что сладости не были для него какой-то невиданной диковинкой, так что наверно, его скорей всего привлекла новизна незнакомой ему ранее еды.

– Паруэ пироги, сделанные из паруэ. Должно быть вы впервые их видите, раз вам незнакомы сами паруэ. Не хотите принять участие в общей трапезе?

– Ахем! Ну, мне и вправду немного интересно узнать что же едят в приюте, так как я буду в будущем сюда часто приходить.

Когда все пироги были сготовлены, самые маленькие дети и девочки перенесли в подвал оставшиеся сок, масло и жмых паруз а ребята постарше почистили а затем отнесли обратно В здание для мальчиков инструменты. Фран и Розина порезали пироги ‚„И принялись раздавать их детям, что с тарелками в руках выстроились для этого в очередь. Я попросила Гила передать несколько кусков пирога Делии, и отложила на тарелки пирог для сирот что помогали Элле на кухне в моих покоях.

Все расселись за стол в обеденном зале, перед каждым человеком стояла тарелка с пирогам. Для меня и Дамуэля Фран заранее подготовил тарелки и серебряные столовые приборы из моих покоев.

– Помолимся же.

По моему слову, дети скрестили перед грудью руки и начали читать молитву обязательную перед вкушением пищи:

– О могучие Король и Королева бесконечных небес, которые даровали нам свою милость в виде тысяч и тысяч жизней что нам дозволено поглотить. О могучие Вечные Пятеро, что властвуют над землями смертных, я направляю к Вам свою благодарность и молитвы И да примем мы участие в трапезе, милостиво дарованной нам!

Папа и Тули слушали отработанно произносимую молитву с немного затуманенными взглядами и оттого немного глуповатым выражения лиц. Я тоже зачла молитву и заметила, что Дамуэль произнес ее без всякого смущения или запинки. Похоже, аристократы использовали те же молитвы что и простолюдины.

После окнчания молитвы, дети принялись пихать пироги во рты с такой скоростью как будто они участвовали в гонке кто быстрее их съест. Я начала есть пирог по кусочкам, одновременно наблюдая за тем поведением детей за столом.

– Оооо, так вкусно1

– Такие сладкие!

Слыша возгласы детей, что вгрызлись в редкое угощение, Дамуэль, сидевший рядом со мной, наоборот же замер. Он проглотил кусок пирога, и с распахнутыми в удивлении глазами произнес:

– Ученица, неужели все в нижнем городе едят такое каждый день?

– Конечно же нет. Это кушанье только для нас. Вам понравилось? – Ответила я. Дамуэль медленно выдохнул:

– Очень вкусно. Даже слишком. Это просто мне так кажется или же эти дети живут как аристократы? Они едят подобные сладости и учатся грамоте…

– Это приют, ия думаю, они и близко не живут как аристократы. Они сами собрали эти паруэ в заснеженном лесу ранним утром. Эти фрукты можно собрать только утром ясного зимнего дня и это не тот товар, что можно купить на рынке.

Дамуль продолжал есть свой пирог с ошеломленным выражением лица. Про себя он решил что теперь будет всегда приходить в приют солнечным зимним днем. Похоже, он влюбился в паруэ пироги.

И он был не один такой, такие же чувства испытывали все дети в приюте.

– Сетра Мэйн, это так вкусно.

– А когда будет следующий ясный день?

– У нас еще осталось много припасов, из которых мы сможем наделать еще пирогов, ответила я, – и эти остатки можно использовать и для других рецептов, так что это еще не конец.

Рецепт, который я дала семье Лютца теперь стал достоянием приюта, и энтузиазм при сборе паруэ среди детей достиг невиданных высот.

Том 2 Глава 162 Как сделать цветные чернила

Ряды стеклянных бутылочек, содержащих цветные чернила выстроились стеклянной радугой, и к каждой из бутылочек была прикреплена маленькая деревянная дощечка на которой была записана комбинация масла и красителя что привела к появлению этого цвета. Джозеф как раз был занят тем что перекладывал их в неглубокий деревянный короб.

Мы остановили опыты из-за того что у Хейди и Джозефа руки устали от часов почти непрерывного смешивания, а еще приближалось время обеда и имевшиеся у меня на руках два диптиха были полностью заполнены. Даже после того как я позаимствовала диптих Лютца, заполнив свой, не помогло в записи всех собранных данных. Я сейчас проглядывала диптихи, размышляя о полученных результатах.

– Плохо, что цвет практически никогда не удается предсказать.

– Но мы ведь все таки поняли кое-какие основные правила, не правда ли? И это же замечательно что мы так разборчиво смогли записать все результаты. Я о-о-очень рада, что вы были рядом и кроме этого еще и знаете грамоту, Леди Майн! Вы лучше всех! Воскликнула Хейди, с сияющей улыбкой глянув на мой диптих. Она могла понять из написанного несколько слов и букв как либо связанных сее ремеслом, но за исключением этого она была неграмотна. В прошлом, у нее не было другого выбора как полагаться на свою память чтобы запомнить числа и условия опытов.

– А лично по мне, то, что ты можешь запомнить результаты столь сложных и многочисленных опытов намного более впечатляюще.

– К сожалению, у Хейди замечательная память только когда дело касается её опытов. В других случаях она далека от впечатляющей. – Добавил Джозеф.

Лютц, поглядел на меня с насмешливой улыбкой:

– Это относится и к Майн тоже. Она старается, только когда в дело вовлечены книги.

Кажется, за время проведения опытов Лютц и Джозеф стали приятелями и чувствуя схожесть своих ситуаций они стали утешающее похлопывать друг друга по спинам.

Да, приятно найти схожих с тобой и потому симпатичных тебе людей. Ведь благодаря им каждый следующий будет немного легче и веселее.

– Так, думаю что к послезавтра я уже рассортирую результаты опытов.

– Спасибочки, спасибочки. Я не умею писать, так что все это придется делать молодой Леди.

В качестве прощания, Хейди и я пожали друг другу руки и обменялись улыбками. Я собиралась отправится прямиком домой что бы начать сортировку полученных результатов, но Гил немного колеблясь по виду, потянул меня за рукав.

– Гил, что-то не так?

– Сестра Майн, я тоже хочу себе диптих…. – Прошептал он, опустив глаза. Это напомнило мне что я раньше пообещала ему что раз он обучился грамоте то сделаю для него диптих когда наступит весна.

– Хорошо, тогда зайдем в кузнецу к Иоганну и закажем для тебя стилус. А после я пойду домой разбираться с результатами.

Чернильная мастерская находилась неподалеку от кузницы, так как они обе расположились на Аллее Ремесленников. Может Иоганн нам и не обрадуется, раз мы заявимся к нему прямо перед обеденным перерывом, но мы все равно направились в кузницу.

– Доброе утро, а Иоганн здесь?

Мастер что сейчас разговаривал с клиентом повернул к нам голову и посмотрел на нас. В тот же миг что он узнал меня выражение его лица изменилось, как будто он едва мог сдержать хохот. Смог, но не полностью. Смешливо зафыркав, он выдавил «Привет» и указал на пустое сиденье:

– Я сейчас позову вам Иоганна. – Сказал он. – Ээээй, Гутенберг! Твой покровитель здесь!

– Пффф! – Лютц и Гил поспешили зажать ладонями рты что бы удержаться от хохота. Похоже, что «Гутенберг» теперь было прозвищем Иоганна в кузнице.

– Прошу прощения что пришла прямо перед обедом. У тебя сейчас есть время чтобы принять заказ?

– …Я еще не закончил ваш прошлый заказ. – Ответил Иоганн с выражением неловкости на лице. Он все еще работал над дополнительными металлическими литерами, что я заказала, но это не было такой уж большой проблемой так как Верховный жрец уже сказал мне не спешить с запуском печатного пресса. Теперь у Иоганна на доделку этого заказа был запас времени в размере двух лет, а за это время он мог сделать еще уйму дополнительных литер.

– Пожалуйста, постарайся сначала выполнить этот заказ. Я хотела бы чтоб ты сделала и стилус для Гила, примерно такой же как те что я заказывала тебе раньше.

– Я сделаю! – Тут же ответил Иоганн, у которого лицо от моих слов почти что засветилось радостью. Он даже вскинул в воздух кулак:

– Как же давно я не занимался хоть чем-то кроме литер….Очень, очень давно…Пробормотал он себе под нос, расчувствовавшись настолько, что у него по щекам потекли слезы.

…Иоганн, извини, я правда не хотела.

Раз я была его единственным покровителем, ему не оставалось ничего другого как делать одну литеру за другой. Да вдобавок не только мастер но и все остальные кузнецы теперь вышучивали его из-за его титула «Гутенберг».

…Может мне стоит заходить к Иоганну почаще и давать заказы помимо литер?

– Я постараюсь заказать у тебя и другие вещи кроме литер. – Мне к примеру нужны будут утюги для производства восковки, еще стилусы и модельные ножи. Да у меня на примете была целая куча вещей которую я хотела бы чтоб он сделал для меня, но все они были инструментами для книгопечатания.

– Я с большим интересом жду ваших новых заказов что не будут связаны с производством литер. – Улыбка Иоганна при получении заказа на стилус заставила меня почувствовать себя немного виноватой; как бы он не пытался, от своей судьбы как Гутенберга ему было не убежать.

Заказав стилус Гилу, мы покинули кузницу как раз, когда прозвенел четвертый колокол:

– Ты ведь сейчас домой, верно, Майн?

– Угу.

– Я жутко голодный и потому хочу как можно скорее вернутся в магазин. Так что, забирайся, так будет быстрее. – Согнулся передо мной Лютц, подставляя спину. Похоже, если он опаздывал, ему доставалось меньше еды.

Понимая что по-другому я буду для него только балластом, я не говоря ни слова вскарабкалась ему на спину. Он выпрямился и почти бегом сорвался с места, направляясь к Колодезной площади.

– После обеда оставайся дома и занимайся упорядочиванием результатов опытов. Я потом проверю как дела в Мастерской Майн и затем доложу обо всем что сегодня было Хозяину Бэнно. Не выходи на улицу, хорошо? – Поставил меня на ноги на колодезной площади Лютц и вложил мне в руки свой диптих после чего не теряя ни секунды побежал в направлении где находилась компания Гилберта. Похоже он и вправду очень переживал за размер своего обеда. Проводив его взглядом, я повернулась к Дамуэлю и Гилу:

– Сэр Дамуэль, Гил, спасибо вам за вашу компанию Вы оба вольны вернутся в храм, раз я сегодня больше никуда не собираюсь выходить.

– Хорошо. Насколько я понимаю, вы собираетесь посетить храм завтра?

– Да. Мне бы очень хотелось вместо этого сходить в чернильную мастерскую но Розина будет очень недовольна, если я пропущу урок игры на фэйспиле.

Я положила диптих Лютца в свою корзинку для всякой мелочи и принялась взбираться по ступенькам лестницы.

– Я дома, – прошептала я, тихонько отворив дверь. Несмотря на это, скрипа ржавых петель избежать не удалось.

– С возвращением, Майн. Ты сегодня раньше чем обычно. – Сказала Мама, когда я проскользнула внутрь. Учитывая, что она стояла прямо перед очагом, похоже, она как раз занималась обедом, догадывалась я.

– Мам, как Камил? Он спит? Я его не разбудила? – вывалила я кучу вопросов и бросила взгляд на спальню.

– Не волнуйся, с ним все в порядке, – ответила Мама с легкой улыбкой и утвердительным кивком.

Я прокралась внутрь спальни, что бы взглянуть на лицо Камила, затем разложила по своим местам свои вещи, и после, помыв руки, вместе с Мамой села обедать. Мы были как раз на середине обеда, когда Камил стал плакать во весь свой слабенький голосок. Мама как можно быстрее доела свою еду и поспешила к нему.

– Извини, Майн, но не могла бы ты помочь мне с посудой?

Я перемыла всю посуду, и только после этого принялась за копирование с диптиха в свою тетрадь результатов наших сегодняшних опытов, делая это за кухонным столом. Кажущиеся неважными и не имеющими смысла результаты обрели больше смысла после того, как я их переписала столбиком.

При использовании льняного масла чаще всего получались чернила голубого и синего цветов, Мише – зеленый цвет и его оттенки, Бодуо – красные, и Айша желтые. Турм производил на первый взгляд совершенно случайное окрашивание, но конечный результат всегда был пастельного оттенка.

– Хмм. В этих закономерностях есть некоторые исключения, но кажется, я немного поняла как это все работает. Со всеми этими доступными нам комбинациями мы могли сделать удивительно большую палитру цветов. Все что для этого оказалось надо, это записать какое масло дает какой цвет.

– Майн, судя по твоему лицу, ты сейчас размышляешь над каким-то трудным вопросом. Над чем ты сейчас трудишься? – спросила мама вернувшись из спальни вместе с Камилом на руках. Младенец был обернут и продет в нечто, что по виду напоминало лямку на длинной перевязке. Его глаза были широко открыты, возможно, потому что его только что накормили досыта.

– Я хочу сделать для Камила новую книгой с картинками. Для неё нужны будут яркие цветные чернила, которые я сейчас и пытаюсь сделать.

– До тебя их никто не делал. Тогда наверное, на это уйдет много времени.

– Да, думаю это будет не быстрое дело. Камил, ну а ты как сегодня? – Спросила поглаживая его головку. Он не мигая уставился мне в лицо. Я, конечно, безусловно, уступала по «сестринской мощи» Делии, но то, что Камил не плакал в моем присутствии, было для меня достаточным утешением.

– Камил, Камил, это я, Майн, твоя старшая сестра.

Я потратила немного времени на игру с Камилом, пока у него не стали закрываться глаза. Я проследила как Мама уносит его обратно в спальню, после чего снова стала просматривать сделанный мною список.

– Ох? – Просматривая названия масел, я осознала что в списке не было так знакомого мне масла паруэ.

– С ним тоже стоит поэкспериментировать. Интересно, что же из него получится? Наверное, стоит отнести немного масла в мастерскую. А еще нам надо будет проверить, меняют ли наши чернила цвет при переносе на бумагу, и как они себя ведут с течением времени. Также важно выяснить, что происходит когда одни цвета накладываются на другие. – Я записала все до единой мысли, что мне пришли в голову на тему цветных чернил. В следующий раз как я увижу Хейди, я обязательно озадачу её этими вопросами.

На следующий день я отправилась в храм на мой ежедневный урок музыки, затем помогла Верховному жрецу с документами. После полудня я провела время с Делией, которая после того как Дирка относили в это время дня в приют, мучилась от безделья и апатии. Я попросила Лютца принести из мастерской немного бумаги и кистей, так как завтра я собиралась захватить их с собой в чернильную мастерскую для того что бы проверить на них чернила.

И вот наступило завтра. Гил, Дамуэль, Лютц и я, направились в чернильную мастерскую, захватив с собой кисти, бумагу и остаток паруэ масла добытого зимой. Хейди нетерпеливо расхаживала перед мастерской. Было не трудно заметить, что она просто места себе не находила, так как в тот же миг когда она увидела нас ее лицо немедленно прояснилось и она с силой замахала руками:

– Доброе утро, леди Майн. Я так вас ждала!

– Доброе утро, Хейди. Вот рассортированные результаты. – Я передала ей лист бумаги как только мы оказались в мастерской. Она с энтузиазмом уставилась в него, но через секунду у неё грустно обвисли плечи:

– Я знаю, что вот эти и эти слова означают названия материала, но остальное я не могу прочитать.

– А еще, когда я составляла этот список, мне вот что пришло в голову… – Я начала перечислять все что мне хотелось проверить опытами, и ответом на это были частые кивки Хейди.

– Я не использовала паруэ масло так как его можно достать только зимой. Наверняка у нас получится что то интересное! Давайте пробовать!

Хейди и Джозеф стали смешивать различные красители с паруэ маслом. Хейди работала с красными красителями а ее муж с синими. Они их размешивали так, что получался маленький водоворот, пробовали разную величину помола красителей, но это никак не влияло на результаты – какой краситель смешаешь с маслом такого цвета чернила и получались.

– Невероятно, обе партии образцов с паруэ маслом стали того цвета, который от них и ожидался. – Озвучила я результаты, глядя на получившиеся чернила округлившимися глазами. Я настолько насмотрелась непредсказуемых изменений цвета, что подобный простой, логично предсказуемый результат смог меня настолько сильно удивить.

Впечатленная результатами, Хейди при виде того что получилось, удивленно присвистнула и добавила:

– И цвета получились такие яркие. Эх, если бы мы могли собирать паруэ не только зимой…

Хейди конечно же была права. Использовать масло паруэ у нас не выйдет, так как фрукты из которых оно добывается, собирают только в солнечный зимний день. Масло у них отличное, но, к сожалению, совсем не подходящее для крупномасштабного производства.

Пока я и Хейди утешали друг друга, Джозеф быстренько подготовился к следующему опыту:

– Давайте уже попробуем посмотреть, как поведут наши чернила попав на бумагу, ага? Хейди помогла Джозефу выставить на стол все сделанные нами вчера чернила, а я склонилась к Лютцу, не отводя взгляда от занятой семейной пары:

– Эй, Лютц. Как ты думаешь, у нас получится сделать бумагу из паруэ деревьев? Спросила я, полная надежды после того, как своими глазами увидела как замечательно работает паруэ масло. Тромбэ были фейрастениями и из них получалась хорошая бумага, так может и паруэ деревья тоже окажутся отличным материалом.

– Не-а, не сработает. Эти деревья просто растекутся и испарятся, стоит только огню коснуться их. Они полностью испарятся если ты попробуешь прокипятить их древесину, и из-за этого мы к тому же просто не сможем содрать с них кору.

–..Деревья паруэ настолько необычны? – так как я никогда не выходила в зимний лес, я никогда самолично не видела паруэ деревьев. Я слышала о том как они необычно выглядят, какие они красивые и появляются только солнечным зимним утром, но кроме этой малости я про них ничего не знала.

– Леди Майн, все готово.

Услышав Хейди, я подозвала Гила, и попросила его нанести чернила на бумагу используя кисть, которую он держал в руках. Я захватила с собой в мастерскую несколько бракованных листов бумаги, сделанной из тромбэ и волрина. Я не собиралась делать детские книжки из тромбэ, но все равно стоило проверить как эта бумага взаимодействует с чернилами.

– …ОГО.

И чему тут удивляться, после всего что уже было? Как оказалось, чернила меняли цвет еще в зависимости от того на какую бумагу их наносили. На тромбэ бумаге цвета в основном оставались те же самыми, но на бумаге из волрина они немного тускнели, хотя это не особо бросалось в глаза, если только ты не клал рядом два образца.

Сойдет, подумала я про себя. Но по мере того как проходило время и чернила высыхали на бумаге, их цвет становился все тусклее и тусклее.