Текст книги "Развод в 55. Простить нельзя уйти (СИ)"

Автор книги: Мира Спарк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 33

Надежда

Демидов наклоняется еще чуть ниже и накрывает ладонями мои руки.

Оторопевшая я, даже не сразу реагирую и просто удивленно смотрю на него.

– Ты ведь знаешь, я люблю Бориса… как брата, если не больше, – глаза Демидова таинственно мерцают в мягком освещении кафе.

Начало меня уже тревожит – срабатывает женская интуиция, и пусть говорят, что все это ерунда.

Ничего не ерунда, и, я считаю, что к тревожным звоночкам в сознании стоит прислушиваться.

– Мы с ним знакомы тысячу лет… я даже сходу и не вспомню в каком году это было…

Я мягко высвобождаю свои руки из-под его слишком тесного нажима.

– Мы росли вместе: в прямом и переносном смысле. Мы делаем вместе бизнес…

Ага, кажется, я начинаю понимать куда клонит этот хитрый лис.

– А бизнес – штука жесткая… жестокая…

– Да, я в курсе, Кость, – перебиваю я, вспоминая сюрприз от Бориса.

Или это был его любящий урок на тему жестокости в бизнесе?

Он удивлено вскидывает брови, мол, откуда я – женщина могу быть в курсе таких вещей.

Смотрю на него не менее удивлено.

– Кость, у меня фирма по проектированию и дизайну, ты что забыл?

Его лицо разглаживается, будто он ожидал услышать что-то другое.

– Ах, да… это, – он даже не пытается завуалировать пренебрежение. – Понимаешь, я говорю сейчас о действительно серьезном бизнесе. У тебя безусловно замечательная… эм… фирма, но… В общем, если что-то ударит по Борису, то и ты, конечно, не устоишь.

Его слова задевают меня куда сильнее, чем я могла бы подумать.

Он действительно считает, что мой бизнес – это только игрушка для скучающей обеспеченной жены мужчины?

Ничего, что я создала фирму сама, без помощи Бориса?

А его участие в качестве партнера – это было моим подарком для него.

Символичным.

Мне хотелось похвалиться, продемонстрировать ему, что я тоже способна обеспечивать нас и способна добиваться поставленных целей.

И теперь это выходит мне боком – Борис имеет слишком много рычагов воздействия на меня.

– Что ты хотел, Кость? – не пытаюсь скрыть холодность в вопросе.

Он мгновенно улавливает это и стреляет в меня пронзительным взглядом.

Но как заядлый эгоист и бабник – не понимает сути перемены.

– Сейчас, когда на него все так навалилось…

– Ой, – морщусь я, – хватит причитать, Кость. Навалилось на него… Что на него навалилось? Молоденькая смазливая девчонка с пониженной социальной ответственностью? Уж прям зашибла нашего Бореньку! Он, бедняга, отбивался изо всех сил, но куда там справится… Или что ты имеешь в виду под своим «навалилось»?

Демидов улыбается, но не глазами.

Он все больше похож на огромную змею, которая неслышно шелестя подкрадывается к зазевавшемуся кролику.

Только я не кролик. И никогда им не была.

– Так я о том и говорю, Надюш! Вам надо заняться собой и решить накопившиеся проблемы. Сейчас у нас важный проект. Большие деньги. Очень большие, Надюш. Я переживаю за Бориса и боюсь, что он может не выдержать. В этой ситуации я прошу тебя поговорить с ним, может быть дать ему еще один шанс.

Он делает глоток и поверх края бокала смотрит, отслеживая реакцию – попадает или нет?

Натягиваю маску невозмутимости, хотя сердце колотится как бешеное.

– Шанс? – изгибаю бровь.

– Да, – кивает он. – Шанс перенести, пережить тяжелый период жизни. Поговорите, пожалуйста…

Он смотрит так умоляюще, что я почти верю: бровки домиком, глаза как у олененка Бемби…

– Я даже готов… настаиваю, чтобы он пока отложил дела – я могу подхватить, подставить плечо…

Маленькие тревожные колокольчики превращаются в набат.

Вот мы и пробились через витиеватые лживые кружева слов.

– Отложил дела? Что это значит?

Демидов откидывается на спинку и прищурив глаза изучает мое лицо.

Удерживаю безразличие изо всех сил.

– Сейчас ему надо сфокусироваться на здоровье, иначе он просто не вытянет нагрузку. Не вытянет нагрузку – все похерит, – жестко говорит он. – А все похерит, Надюш, это – катастрофа. Мы с ним вписались в серьезное дело. Очень серьезное. Там, – поднимает палец и многозначительно тычет вверх, – таких ошибок не простят…

– Как же ты справишься один? – делаю удивленное лицо. – Тебе ведь без Бори придется еще тяжелее…

Он пожимает плечами и разглаживает ладонью скатерть.

– Ради него, ради вас я готов напрячься. Расширю штат, найму спецов дополнительно, хоть это и не входило в планы… Потом сочтемся, ты не переживай! Главное его здоровье и ваша семья.

До конца не понимаю, что он все-таки замыслил, но в его искреннюю заботу не верю от слова совсем.

Все это очень дурно пахнет.

– Только прошу тебя, Надюш, о нашем с тобой разговоре – Боре ни слова. Я его знаю – он слишком гордый и никогда не примет помощь, все-таким мы всю жизнь дружим…

Машинально улыбаюсь и киваю как кукла.

– Я подумаю над твоими словами, Кость. Ты настоящий друг и, наверное, ты прав…

Он сияет улыбкой, и глаза его лучатся весельем и заботой.

Ему бы в актеры идти – был бы вторым Бельмондо, не меньше…

Мы болтаем о всяких пустяках еще минут пятнадцать, но видно, что интерес Кости к моей персоне сильно угас.

Потом он вскакивает, говорит, что опаздывает на встречу и слюнявит мне на прощание щеку.

Я провожаю его взглядом до тех пор, пока он не скрывается из виду.

Потом достаю телефон…

Глава 34

Надежда

Совсем не колеблясь набираю номер телефона Бориса.

Появление Демидова все меньше и меньше становится похожим на случайность. И я просто обязана предупредить мужа о… о чем? О том, что мне показалось?

Но гудок уже пошел, и я не успеваю ответит себе на этот вопрос.

– Алло, ну что, надумала? – в трубке почти тут же раздается холодный насмешливый голос.

Меня будто окатывают ледяной водой.

Чего это он такой самодовольный?

Мне неприятно слышать такие интонации в голосе, но… мы все-таки не чужие люди, как я считаю. Или были таковыми до недавнего времени.

По крайней мере у нас дети и, вообще, наша жизнь…

Эти мысли вихрем проносятся в голове, и я прикусываю язык чтобы не ответит резко.

– Не знаю о чем ты, но я звоню…

– Не знаешь о чем? – переспрашивает он, не дав мне договорить. – Ну ладно, поиграю с тобой в эту игру…

Какая игра? О чем он говорит?

Голова идет кругом. События меняются со страшной скоростью и становятся только более и более непонятными.

– Может дашь мне сказать?

– Да-да, конечно, – усмехается он. – Только запиши сначала адрес и время приема: Смольная пять в восемнадцать часов. В списки я тебя уже внес…

– Боря!

До этого я, видимо, слишком его любила, иначе у меня нет объяснения почему я раньше не замечала его эгоистичности.

Он удивлено замолкает, и в трубке слышится его обиженное сопение.

Не привык чтобы его прерывали.

Посмотрите-ка на него – его величество.

– Я звоню по другому вопросу.

– Неужели? И по какому? Опять трепать мне нервы этой девчонкой? Или что?

Он умудряется выбесить меня всего за несколько секунд телефонного разговора.

Он серьезно верит в свою непогрешимость? Действительно считает, что ни в чем не виноват?

Этот вопрос – один из самых важных в моей жизни, но обсуждать его я сейчас точно не готова – слишком устала.

И разговаривать о Демидове уже совсем не хочется… Беру свою волю в кулак и предпринимаю еще одну попытку.

– Послушай, речь идет о Демидове…

– О ко-ом?! – буквально взрывается Борис. – С какой стати ты решила поговорить о Костике?

Это его «Костик» меня всегда умиляло в их взаимоотношениях.

Борька и Костик.

Словно они по-прежнему мальчики третьеклассники в синеньких шортиках и панамках на головах.

Но теперь режет слух – так и веет какой-то фальшью от всего этого.

– Да, – не удерживаюсь от едкости, – о твоем Костике.

– И что ты хочешь мне сказать?

В его голове слышится недвусмысленное подозрение.

Неужели ревнует?

К кому? К Демидову?

День открытий просто.

– Кажется твой дружок и по совместительству партнер по бизнесу копает под тебя.

– Чего-о? Сдурела что ли?

Я вот тут же задумываюсь – зачем я все это терплю?

Ради чего?

Ради того, чтобы сохранить видимость семьи? Для кого?

Дети давно выросли…

Накатывает дикая усталость.

– Все, пока, Борь…

– Что значит «пока»? – взрывается трубка. – Что вообще означает твой звонок? Думаешь я должен поверить твоим каким-то там благим намерениям после того, как ты весь день игноришь меня с одной дурацкой просьбой?

– Да думай что хочешь, Борь. Мне уже все равно.

Кладу трубку.

Сил просто не осталось.

Тяжелейший день и не самое приятное общение высасывают из меня всю энергию.

Борис тут же перезванивает.

– Надь, прости, я погорячился. Был не прав.

Замолкает, словно подбирает слова.

– Так что там с Костей?

Я выдыхаю и убеждаю себя, что все это на благо нашей семьи.

Пусть и полуразрушенной.

Передаю ему в общих чертах разговор с Демидовым и тот посыл, который он вкладывал в слова. Как себя вел.

– Да ну нахер, не может быть. Тебе показалось, – ставит он точку над моим рассказом.

Негодование вновь поднимается волной.

– Мое дело предупредить, – холодно говорю я. – На этом все.

– Погоди, а как насчет моего дела?

Я в первый момент даже не могу сообразить о чем он?

Какое еще его дело? С замедлением до меня доходит.

– Ты такой наглец, – не выдерживаю я, – сначала унижаешь меня…

– Ой, да кто тебя унижал… Нашла тоже что выдумывать…

– Постарался доставить мне проблем сегодня.

– Я-я? – изображает из себя невинность Борис.

– А теперь ждешь от меня какой-то помощи? Ты нормальный вообще?

– Вполне нормальный. Прекрасный даже. Мы семья и ничто этого не изменит чтобы ты себе там не думала, – неожиданно жестко реагирует Борис. – Сегодня я тебе только слегка продемонстрировал какой может быть жизнь без меня, без моей поддержки. Надеюсь, урок ты усвоила…

Как быстро меняется тональность его разговора!

Я сижу в шоке и ругаю себя последними словами – ну и зачем я звонила ему? Чтобы что? Помочь?

Или подставиться тряпочкой под грязные ботинки?

Разве мало он потоптался в моей душе?

– Усвоила, Борис, не сомневайся, – кладу трубку и тут же отключаю телефон.

Как-то слишком много времени и сил я потратила для решения не своих проблем.

Все тяну по привычке, до конца не признаваясь себе, что это уже давно лишнее.

Оглядываю стол – он пустой. Я провела так много времени в кафе и даже ничего не поела.

Аппетита давно уже нет, поэтому я бросаю на стол несколько купюр – чаевые официанту за неудобство, поднимаюсь и иду к выходу.

Ноги словно налиты свинцом.

В голове пульсируют неприятные мысли.

Ощущение такое будто надо мной сгущаются тучи…

Хотя… куда уже все может быть хуже?

Глава 35

Надежда

Весь следующий день я плотно занимаюсь рабочими вопросами – это позволяет мне отвлечься от гнетущих мыслей.

Как ни странно, Борис больше не заваливает меня сообщениями и звонками, хотя срок светского раута, на котором я ему нужна приближается.

А может быть он просто уверен, в том, что я пойду?

Мой банк извиняется и объясняет остановку транзакций техническим сбоем.

Я усмехаюсь, выслушивая витиеватые извинения менеджера.

Ага, а технический сбой зовут Борис Филатов. Так и я поверила.

Ну ладно, проблема решилась – и хорошо. Тем более, что перевод банка в другой банк, разделение счетов и вывод Бориса из числа собственников – процесс очень непростой.

Честно говоря, я даже не знаю как к нему подступиться.

Как заставить Бориса подписать необходимые документы? Не под дулом пистолета же…

После обеда, Алла приходит ко мне со сложенным листочком бумаги.

– Здесь список адвокатов, которых мне рекомендовали для вашего… – она запинается и бросает на меня быстрый взгляд. – Бракоразводного процесса?

Ее неуверенность и эти жалостливые взгляды меня раздражают очень сильно.

Будто я как-то неполноценная.

Я – та же самая. Даже стала еще лучше!

Ничуть не изменилась из-за факта измены мужа. Это его поступок и его вина.

Мне так и хочется объяснить это Алле, но я, естественно, этого не делаю.

Зачем? Так придется каждому бегать и что-то доказывать.

Это неэффективно. Гораздо лучше просто держать лицо и сохранять достоинство.

Появление Демидова, разговор с ним наталкивает меня на мысль, что одним адвокатом я не ограничусь.

Слишком подозрительная удавка стягивается вокруг моей семьи…

Мне нужен надежный профессионал… но в каком роде?

Частный детектив? Сыщик? Кто?

Обхватываю голову руками – это же не голливудский фильм все-таки…

Но действовать нужно. И без промедления.

Я благодарю Аллу и беру список адвокатов.

В нем не так много имен – всего пять.

Надеюсь, она хорошо поработала, ведь…

На душе как-то очень неспокойно.

Я не могу понять в чем дело, но… Такое ощущение, что я не могу доверять своим сотрудникам.

Причем ключевым.

Слишком легко и быстро Борис узнал о моих сложностях с бизнесом вчера.

Кто ему мог сообщить? Теоретически, любой сотрудник фирмы – это не скрывалось, и информация могла разнестись от участников совещания…

Только, Надя, ты сама понимаешь как это маловероятно.

Это кто-то из тех, кто сидел вчера за этим столом.

Я смотрю на листок с фамилиями адвокатов и… чувствую исходящую от него угрозу и недоверие.

Скомкиваю лист и отправляю в мусорную корзину.

Надеяться можно только на себя.

Я откладываю все дела и занимаюсь поиском адвоката. Да, их очень много и меня по-прежнему немного обескураживает выбор, но я упрямо сжимаю губы и выписываю себе контакты понравившихся.

Пусть это эмоциональный выбор. Пусть!

Я женщина и буду действовать как женщина, раз у меня нет другого выбора.

Я так увлекаюсь изучением информации, что не замечаю, как пролетает время.

Смотрю на файл куда я вписываю контакты заинтересовавших меня специалистов и вижу, что там набралось уже больше десятка фамилий.

Кажется, пора остановиться. С такой компанией можно провести не один бракоразводный процесс.

Так с кого начать? К кому обратиться?

Окидываю список еще раз. Выбор непрост.

Закрываю глаза и тыкаю пальцем наугад – Синельский Виктор Константинович.

Открываю сайт его адвокатской конторы и перехожу в раздел «О нас».

С фотографии на меня смотрит мужчина лет сорока с небольшим, черноволосый, с легкой сединой в висках.

Поза на фото отлично передает уверенность и спокойствие, только глаз не разглядеть.

Что ж, отличный выбор, по-моему. Настало время назначить встречу и познакомиться с Виктором Константиновичем лично.

Набираю номер телефона:

– Синельский и партнеры, здравствуйте, чем я могу вам помочь?

Называю себя и прошу назначить встречу с Виктором Константиновичем.

– Виктор Константинович, очень востребованный специалист и не часто лично берется за новые дела. Может быть, вы могли бы подъехать к нам в офис и обсудить с нашими специалистами?

Ого, какой занятой адвокат!

Во мне разгорается любопытство и какое-то ребяческое желание получить запретный плод.

Раз он такой занятой, значит я хочу себе именно его.

Вежливо соглашаюсь и обещаю подъехать примерно через час – нужно раздать последние указания по работе фирмы.

Девушка записывает мои контактные данные и желает приятной дороги.

Очень мило.

Через час с небольшим я вхожу в стильный офис адвокатской конторы «Синельский и партнеры».

Как специалист я могу оценить и модный, стильный дизайн и качество дорогих материалов отделки.

Дела у господина Синельского, видимо, идут очень хорошо, раз он может позволить себе такой офис в центре города.

И это прекрасно – мне нужна настоящая акула.

И теперь я точно не соглашусь ни на какую другую кандидатуру, кроме самого Виктора Константиновича.

Девушка на ресепшене встречает меня вышколенной приятной улыбкой и проводит в переговорку.

– Прошу вас, подождите, сейчас я приглашу к вам специалиста…

Улыбнувшись, киваю и перебиваю ее:

– Мне нужен сам Виктор Константинович, и никто другой не подойдет.

Выражение ее лица не меняется – она работает профессионально, этого нельзя не отметить.

Все с той же дежурной улыбкой сообщает мне, что Виктор Константинович редко берется сам за новые дела, но один из его младших партнеров с удовольствием поможет мне.

Я киваю:

– Не сомневаюсь. Но все же передайте Виктору Константиновичу, что я бы хотела поговорить с ним лично. И не забудьте сообщить имя моего супруга, которого я хочу сделать бывшим супругом – Борис Алексеевич Филатов. Спасибо.

Девушка кивает и удаляется.

А я почему-то сто процентно уверена, что вскоре встречусь с господином Синельниковым и проведу очень содержательную беседу.

Глава 36

Надежда

Минуты тянутся невыносимо медленно.

Я сижу в кресле, нервно постукивая ногой по полу, и начинаю сомневаться: а стоило ли так настаивать на встрече именно с Синельским? Может, действительно хватило бы и младшего партнера?

Но нет. Я резко встряхиваю головой, отгоняя слабые мысли. Если этот занятой адвокат откажется, я найду другого.

Во что бы то ни стало. Я не позволю Борису и дальше вертеть мной как хочет.

В тот самый момент, когда напряжение достигает пика, дверь открывается.

Девушка-ассистент приветливо улыбается:

– Виктор Константинович готов вас принять. Пожалуйста, пройдемте.

Она ведет меня по длинному коридору, ее каблуки четко отбивают ритм по паркету.

Стройная, молодая, с идеальной укладкой – я невольно ловлю себя на мысли, что такой уже никогда не буду.

Грустная мысль, но некогда разводить сантименты.

Кабинет поражает с первого взгляда.

Просторное помещение с панорамными окнами, дубовый стол, который явно стоит как хорошая иномарка, кожаные кресла.

Все дышит деньгами и влиянием.

Кажется я, совершенно случайно, с первого раза сделала правильный выбор.

И вот из-за того самого стола поднимается... удивительно молодой мужчина.

На фотографии он выглядел лет на сорок, а в жизни – едва за тридцать.

– Надежда Максимовна? – он выходит ко мне, протягивая руку.

Его рукопожатие твердое, уверенное.

Улыбка безупречна – белые зубы, правильные черты лица.

Но глаза... Глаза совсем другие.

Холодные, цепкие, изучающие. Как у хищника, оценивающего добычу.

Вот он – именно такой адвокат мне и нужен.

– Виктор Константинович, – киваю я, стараясь скрыть внезапное волнение. – Благодарю, что нашли время.

Он делает легкий жест рукой, приглашая сесть.

Его движения точны и лаконичны, без лишней суеты.

Когда он садится напротив, свет падает на его лицо, и я замечаю тонкие шрамы у виска – следы явно не от офисных разборок.

– Итак, – начинает он, сложив пальцы домиком. – Борис Филатов. Интересный случай.

Голос у него спокойный, почти дружелюбный.

Но в этих словах я слышу что-то еще – вызов, интерес охотника, почуявшего серьезную дичь.

Я глубоко вдыхаю и приступаю к рассказу. Игра началась.

Я вскидываю бровь:

– Неужели вам знакомо это имя?

Синельский лишь кидает короткое "Мм" и делает характерный жест рукой – ладонь вверх, пальцы слегка согнуты, будто приглашая продолжить.

Этот жест кажется отточенным до автоматизма.

– Расскажите, с чем вы пришли, – его голос ровный, но в нем слышится стальная нить.

Я начинаю объяснять ситуацию – о браке, который больше не имеет смысла, о неверности Бориса, о его нежелании отпускать.

Синельский слушает, изредка делая пометки в блокноте золотой ручкой.

Его лицо – маска профессионального внимания.

Мне очень импонирует такой профессионализм молодого адвоката.

– Борис, вероятно, будет против развода, – констатирует он, и я киваю.

– И будет препятствовать? – его глаза сужаются.

Я колеблюсь, затем снова киваю.

– Манипуляции? Деньгами, бизнесом? Детьми? – он бросает фразы, словно закидывает удочку.

– Да, – мой голос звучит тише, чем хотелось бы. – Полный набор…

Синельский откладывает ручку, складывает пальцы домиком.

– Стандартная тактика. Но... – он делает паузу, изучая меня, – есть что-то еще. Что-то, что вас особенно беспокоит.

Я закусываю губу.

Когда утихла перва острая боль после измены, во всей этой ситуации меня беспокоит только благополучие детей.

Понимаю, что лукавлю даже перед самой собой… Мне не хочется скандала.

Всего вот этого копания в грязном семейном белье.

А оно, учитывая масштаб личности моего мужа, несомненно будет.

Если уже не началось.

Не собиралась рассказывать о Снежане, но сейчас, под этим проницательным взглядом, слова вырываются сами:

– Есть... женщина. Которая угрожает, шантажирует.

Адвокат не меняется в лице, лишь слегка наклоняет голову.

– Шантаж – серьезное обвинение. Доказательства есть?

Я отрицательно качаю головой. О Демидове молчу – это слишком... свежо, слишком лично. Пока хочется повременить с этой информацией.

Синельский вдруг улыбается – впервые за встречу.

Это не теплая улыбка, а скорее оскал хищника, почуявшего добычу.

– Надежда Максимовна, позвольте быть откровенным. Ваш муж совершил стратегическую ошибку. Он дал вам мотивацию бороться. А женщина с мотивацией... – он делает театральную паузу, – самое опасное существо на свете.

Неожиданно мне хочется улыбнуться в ответ.

Этот человек говорит то, что я подсознательно чувствовала, но не решалась сформулировать.

– Итак, – он хлопает ладонями по столу, – начнем с главного. Вам нужен не просто развод. Вам нужен развод, после которого Борис Алексеевич будет думать трижды, прежде чем сунуть нос в вашу жизнь. Верно?

Задумчиво качаю головой.

– Виктор Константинович, я хочу справедливости. Только и всего. Справедливости и уважения.

Он смотрит на меня пронзительным взглядом, словно сканирует.

Потом кивает головой.

– Ну, хорошо. Согласен. Мы можем провести предварительную встречу. Только должен вас предупредить, Надежда Максимовна, я лучший. И беру за работу соответственно.

Я киваю, и впервые за долгое время чувствую – возможно, я наконец нашла того, кто действительно сможет помочь.

Синельский берет блокнот:

– Тогда расскажите мне все. Каждую мелочь. Даже то, что кажется незначительным.

И странное дело – я готова это сделать.