Текст книги "Судьба и страсть Арсения Фельцова (СИ)"
Автор книги: Милана Масалова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)
Поэтому она и отказалась жить у тёти, объяснив той, что не хочет часами добираться на работу и обратно, поэтому и пыталась, приводя Петю в больницу к Андрею Сергеевичу, быть приветливой к Фельцову. Именно поэтому сегодня она в отчаянии от того, что Арсений абсолютно не обращает на неё внимания, сделала вид, что у неё сломалась машина и готова была смотреть на мотор хоть до самого вечера, когда Фельцов будет ехать ночевать к себе домой.
Но он не заставил её долго ждать и даже обещал приехать к ней вечером. Сказано это им было слегка высокомерно и презрительно, но Лида убедила себя, что это естественная манера поведения Фельцова по отношению к ней. Зато она поняла, что он всё время следил за ней, а это что-то, да значит…
***
Приехав домой, Лида убрала квартиру и сварила стандартный комплексный обед: суп, плов и кисель, решив, что Фельцову после работы не нужно особых разносолов. Подготовившись таким образом к его приходу, Лида включила ноутбук и начала читать очередной дамский роман, в котором юную девушку выдали замуж за немолодого и нелюбимого мужчину, но со временем он стал для неё самым близким и желанным человеком. Чем не пример для Лиды?
В шесть вечера ей позвонил Фельцов.
– Я уже выезжаю, – объявил он. – Скажи мне свой точный адрес и как туда быстрее доехать…
А через полчаса Лида уже открывала ему входную дверь. Он явился с пустыми руками и вёл себя, как рок-звезда мировой величины, осчастливившая своим присутствием сельский Дом Культуры.
– Валяй! – ответил Фельцов на предложение Лиды поужинать и, пока она накрывала на стол, бродил по квартире и рассматривал обстановку комнат, засунув руки в карманы брюк и что-то мыча себе под нос.
Затем он, не поднимая головы, ел всё, чем угощала его Лида, изредка делая вид, что слушает, о чём она с ним разговаривает. А Лиде было очень неловко за такое поведение Арсения, поэтому она почти без остановки говорила о том, как она провела последнюю неделю, о вечной пересортице на работе, о том, как себя вёл всё это время Петя… А ещё она нервно улыбалась, уже сожалея о том, что так настойчиво искала встречи с Фельцовым.
А он смотрел на неё и думал, какими дурами становятся бабы, когда хотят заполучить мужика. Ведь какая Лида раньше была! Нежная, хрупкая, пугливая… Именно по такой Лиде сходил он с ума. А суетящаяся, постоянно заискивающе заглядывающая ему в глаза и глупо улыбающаяся Лида ему стала неинтересна. Поэтому и он и вёл себя сегодня с ней так по-хамски, решив, что после сегодняшней встречи он полностью выздоровеет от совершенно ненужной ему страсти, заставившей его сделать кучу поступков, едва не сломавших его жизнь.
Ведь если бы не Лида, Фельцов никогда не стал бы спаивать Костю, а, наоборот, сделал бы всё, чтобы тот не делал никаких глупостей и со временем стал достойным преемником своего отца в деле управления фондом и обеспечения безбедной жизни его, Арсения Фельцова.
Если бы не Лида, он не сбил бы её дружка, который, наверняка, до сих пор лежит в больнице, и из-за которого Фельцов ежеминутно ждал прихода следователя, интересующегося его местонахождением на момент наезда.
Если бы не Лидино решение отключить Костю от системы жизнеобеспечения, у Андрея Сергеевича не случился бы инфаркт, поставивший под удар так хорошо материально устроенную жизнь Фельцова и заставивший его стать нянькой своему хозяину.
Думая обо всём этом, Фельцов допил кисель.
– Благодарю! – сказал он со своей обычной презрительной гримасой, прервав на полуслове о чём-то рассказывающую ему Лиду, встал из-за стола, пошёл в комнату и стал смотреть в окно.
– Арсений… – услышал он за своей спиной голос Лиды.
– Сеня, – сказал Фельцов, повернувшись к ней и схватив её руками за плечи. – Зови меня просто Сеня.
Он смотрел ей в глаза и ухмылялся, а она не знала, куда деть свой взгляд.
– Лида, – он не переставал ухмыляться и чуть ли не облизывался. – Ты же ждала меня?
Лида молча кивнула, закрыв глаза, и Фельцов прижал её к своей груди и начал лохматить её волосы.
– Тогда иди, кровать расстели, – сказал он, ослабив свои объятия.
Лида выскользнула из-под его рук и начала трясущимися руками убирать покрывало с кровати.
«Это он специально так грубо ведёт себя со мной, – оправдывала она Фельцова. – Это такая игра, ему нравится роль плохого парня…»
– А теперь раздевайся и ложись, – услышала Лида за своей спиной его голос.
Она обернулась и увидела, что Фельцов уже снял свою рубашку и совершенно спокойно расстёгивал брюки.
«Где же твоя животная страсть, Арсений? – подумала Лида, с которой Фельцов обычно самостоятельно сдирал всю одежду так же, как и с себя.– Неужели у нас сегодня будет банальный дежурный секс, когда никому ничего особо не хочется, но признаться в этом ни я, ни он даже не собираемся?»
Она так же спокойно, как и он, разделась и даже аккуратно сложила свою одежду, а затем юркнула под одеяло к лежащему на кровати Фельцову и осторожно легла на его плечо и прижалась к его боку, положив свою руку ему на грудь. Так они и лежали некоторое время, потому что Фельцову вдруг почему-то стало удивительно спокойно на душе из-за того, что к нему вот так доверчиво прижалась Лида, и он понял, что она так и осталась прежней, но из-за боязни остаться одной, делает глупость за глупостью.
Он крепко обнял Лиду, подмяв её при этом под себя, и, глядя ей в глаза, очень серьёзно сказал:
– Ты теперь всё время будешь со мной, поэтому тебе нужно кое-чему научиться…
… И больше не было никакого насилия со стороны Фельцова, ведь Лида не сопротивлялась ему. Она поняла, что он не любит, когда женщина проявляет хоть какую-то инициативу, хотя он требовал, чтобы она отвечала на его ласки. Ему не нравилось, когда Лида висла у него на шее, но он был очень доволен, когда она прижималась к нему всем телом. А ещё она убедилась в том, что он не выносит никаких разговоров…
– Ты делай с собой что-нибудь, – сказал ей Фельцов, уходя утром. – А то мне надоело постоянно за процессом следить. Да, и вечером не забудь приехать Петю забрать.
Кризис среднего возраста
Фельцов ехал в особняк Селезнёва. На работу. К восьми утра. В воскресенье. И такая жизнь у него была почти каждый день, из месяца в месяц, из года в год, различие было лишь в том, на каком участке пути он выключал фары дальнего света в зависимости от времени года.
В салоне автомобиля на полную мощность звучит «Лед Зеппелин». «Вальгалла, я иду!» – слышит Фельцов и мрачно улыбается. Он тоже сегодня чувствует себя завоевателем. Для того, чтобы взять себе женщину, он избавился от её мужа и любовника. А теперь он едет к хозяину, из которого должен выжать как можно больше, пока его не свалил очередной инфаркт.
***
Фельцов по жизни был довольно прижимистым: после возвращения из армии он сразу же бросил курить, пил только тогда, когда ему бесплатно наливали, и почти каждый месяц гонял машину на диагностику, чтобы экономить бензин и не влететь на крупный ремонт. В квартире у него были только самые необходимые вещи, питался он самой простой пищей, по утрам делал зарядку на спортплощадке близлежащей школы, чтобы не платить за тренажёрный зал.
Зато у него были нехилые суммы на депозитах в разных банках и в разных валютах, поэтому даже если Селезнёв отойдёт от дел, с голода Фельцов не умрёт. Но только с голода…
А тут ещё Лида… Что ему с ней делать? Не может же он просто так приходить к ней ночевать, требуя причитающиеся ему тепло и ласку? Даже если каждый раз приносить ей какой-нибудь гостинец типа конфет или вина, а ещё время от времени хотя бы в кафе водить, не говоря уже о ресторане, то дешевле будет проститутку снять… А ведь Лиду ему придётся одевать-обувать, и не мешало бы и квартиру ей оплачивать, и на отдых время от времени возить. Правда, рядом с ней он чувствует ни с чем не сравнимое моральное удовлетворение, но стоит ли оно таких трат?
И Селезнёв. Старик ещё сколько-то времени продержится, а дальше? Фельцову придётся искать себе нового хозяина… Но как это делать, Фельцов не знал, ведь на каждую предыдущую работу его приглашали знакомые или благодарные клиенты.
…Ко времени приезда к Селезнёву в голове у Фельцова сложился довольно практичный план, следуя которому можно и Лиду иметь, когда заблагорассудиться, и почти не тратиться на неё.
– Андрей Сергеевич, – обратился он к Селезнёву, когда после завтрака тот привычно начал изучать документы, которые ему привозили в течение недели руководители подразделений фонда. – Вы бы пока сильно не напрягались по работе: сердце – дело серьёзное. Может, съездите на месяц в санаторий для реабилитации после инфаркта? У Нас в Подмосковье есть несколько таких: лес сосновый, речка рядом, специалисты квалифицированные… И Петю с собой можете взять, ребёнку свежий воздух всегда нужен…
***
На следующий день Фельцов купил две путёвки в санаторий и отвёз туда Андрея Сергеевича с внуком. Вечером, вернувшись из поездки, он без приглашения приехал к Лиде.
– Собирайся, – с порога объявил он к ней. – Будешь жить у меня, пока Петя в санатории. На работу и с работы я могу тебя возить, если тебе самой облом…
…А вечером он впервые просто лежал с Лидой в своей постели, обнимая её и убеждая себя в том, что он сегодня, наверное, слишком устал, и впервые радуясь тому, что его любовница обладает весьма вялым темпераментом. Вот и сейчас она тихонько прижалась к его тёплому боку и, зная, что он не любит, когда по его телу шарят чужие, хоть и нежные женские руки, молча лежала до тех пор, пока не заснула.
Так и стали проходить для Фельцова день за днём: утром он отвозил Лиду на работу, потом целый день без дела шатался по городу, просто, чтобы убить время, затем привозил Лиду с работы, они молча ужинали, после ужина Фельцов смотрел телевизор, а Лида хлопотала по хозяйству. В десять вечера они ложились спать. Просто спать, и обоих, похоже, это абсолютно устраивало…
Лида с каждым днём оживала: она ходила с гордо поднятой головой и даже иногда улыбалась, после сорока дней после смерти Кости она сняла с головы чёрный платок и стала ходить не в чёрной, а просто в тёмной одежде. Иногда по вечерам она сидела перед ноутбуком и доделывала бесконечные отчёты, но старалась всё успевать на работе, видя, как мрачнеет Арсений, глядя, как она занимается посторонними, с его точки зрения, делами.
А Фельцов мрачнел и мрачнел. Он впервые за много лет был предоставлен сам себе. Первые дни он отсыпался, а затем начал без дела слоняться по городу, пока Лида была на работе. Да, он сейчас был в отпуске, но, находясь среди людей, которые куда-то спешили или что-то делали, чувствовал себя выброшенным из жизни: ведь так же будет он бродить среди толпы, никому не нужный, когда Селезнёву больше не понадобятся его услуги.
И дома ему легче на душе не становилось, особенно, когда Лида с умным видом сидела за ноутбуком и занималась своими бухгалтерскими изысканиями. Вот уж кому повезло – так это ей: пока мозги не высохнут, всегда можно будет найти работу, не то, что ему.
***
…В пятницу вечером, садясь в машину после работы, Лида радостно сообщила Фельцову:
– Сеня, нас завтра Наташа-расчётчица пригласила к себе на День Рождения. Вся наша бухгалтерия будет…
Фельцов недовольно засопел.
«Она что, каждому встречному рассказывает о том, что живёт со мной? – рассердился он. – А если кто-то из фонда узнает и Селезнёву доложит?»
– У тебя другие планы на выходные? – по-своему поняла его недовольство Лида.
– Просто хотелось весь день с тобой побыть, – быстро ответил Фельцов, – а то почти не видимся, хотя и живём вместе.
– Тогда поехали, подарок Наташе купим, – не унималась Лида. – Она посуду обожает, а я знаю, где хорошие глиняные супницы продают…
– Лида, – резко перебил её Фельцов. – А ты не могла бы сначала у меня спрашивать, хочу ли я куда-то идти…
– Сеня, ну я же пообещала… – Лида недоумённо смотрела на него. – Тем более, что мы теперь вместе, так почему бы нам…
– А что я там буду делать? – зло спросил он её. – Пообедать я и дома могу…
– С мужиками будешь общаться, – успокоила его Лида, изо всех сил скрывая свой страх рассердить Арсения. – У Наташи муж – тоже шофёр…
Фельцов изо всех сил сжал руками руль, чтобы не сорваться. «Так, значит, я для тебя – просто шофёр, – думал он. – Просто обслуга…»
***
…В субботу они с Лидой всё-таки пошли на этот День Рождения, где Фельцов полвечера просидел на кухне вместе с хозяином квартиры Юрой, расхваливающим новый «Лендкрузер», на котором он возил своего босса. К концу вечера оба были изрядно пьяны…
А Лида в это время веселилась вместе с приятельницами с работы. Они что-то обсуждали, громко хохоча, а затем пьяными голосами пели под караоке. Домой Лида с Фельцовым возвращались на такси, оставив машину возле дома Наташи. Всю дорогу Лида не закрывала рта, рассказывая последние сплетни из жизни РСУ, которые она сегодня узнала и совершенно не замечала плохого настроения Фельцова, который всё больше и больше мрачнел и хмурился.
– А ты знаешь, что Наташин Юра – персональный водитель хозяина РСУ? – спросила она его, когда они уже вошли в квартиру Фельцова.
Арсений молча пожал плечами.
– Слушай, а ты сможешь заменить его на пару недель, а то Наташа с Юрой хотят поехать на море, а на место персонального водителя нужно только человека с опытом работы, а ты всё равно дома целыми днями сидишь…
Фельцов в это время сидел на кухне и цедил из стакана минеральную воду. С каждым словом Лиды он злился на неё всё больше и больше, а когда узнал, что она уже начала решать, чем ему заниматься, не выдержал. Не выпуская стакана из рук, он подошёл к Лиде и плеснул ей воду прямо в лицо.
– Остынь, – грубо сказал он, поставил стакан на стол и пошёл в комнату, где, не раздеваясь, повалился на кровать и заснул.
***
Утром он проснулся от сильной головной боли из-за выпитого вчера. Он лежал одетый на неразобранной кровати.
– Лида! – позвал Фельцов. – Ты где?
Он встал с кровати и пошёл на кухню. Пустота. «Наверное, на рынок за продуктами пошла», – подумал он, привёл себя в порядок после вчерашнего и поставил на плиту чайник.
…Прошло полчаса, час, а Лида всё не возвращалась. Фельцов позвонил ей на мобильник. Она сбросила вызов. Он позвонил ещё раз. То же самое. И тут, наконец, он почувствовал неладное.
Он быстрым шагом пошёл в зал и не увидел на столе Лидин ноутбук. Затем открыл комод, где лежали её вещи. Пусто.
– Ну и катись подальше! – прошипел он сквозь зубы он и спокойно отправился завтракать.
Облом за обломом
«Зря я так ужрался вчера», – думал Фельцов, десятый раз умываясь холодной водой, чтобы унять головную боль, а затем падая на кровать и прижимаясь лбом к прохладной подушке. Промучившись так до обеда, он спустился в аптеку и купил себе по совету провизорши цитрамона с анальгином.
После принятых таблеток боль и гул в его голове начали понемногу утихать. И по мере того, как боль ослабевала, Фельцова опять начали отягощать мысли о его неопределённом будущем. А может, ему и вправду подменить Юру? По крайней мере, новые знакомые появятся, а ему это сейчас ох, как необходимо: ведь если придётся искать новую работу – к кому только не обратишься за помощью или протекцией… Тем более, что Селезнёв всё равно ещё три недели будет в санатории, а Лида от него ушла…
Вспомнив о Лидином уходе, Фельцов ощутил во всём своём теле нервную дрожь и даже задышал чаще, такой гнев охватил его. Он вскочил с кровати и стал ходить из комнаты в комнату, крепко сжав кулаки и время от времени поднимая свой взгляд к потолку.
– Спокойно, – сказал он сам себе. – А что такого случилось? Просто какая-то излишне самоуверенная баба ушла от меня после того, как я поставил её на место…
Но фраза «ушла от меня» так болезненно отдалась в душе Фельцова, что он упал на кровать лицом вниз и лежал в таком положении довольно долго, тяжело дыша и время от времени яростно ударяя кулаком о подушку. Его ещё никто в жизни так не обламывал.
Зависящая от него девка, которая безропотно терпела все его грубые выходки, а после смерти своего мужа откровенно предложившая ему себя, напилась на Дне Рождения у своей приятельницы и начала указывать, что ему делать… А когда он плеснул Лиде в лицо воды, чтобы она протрезвела и перестала молоть языком, она собрала вещи и хлопнула дверью, даже не попрощавшись.
Сейчас она, наверняка, сидит в своей съёмной квартире и ждёт, когда он придёт просить у неё прощения за вчерашнее и умолять вернуться. Так он сейчас придёт! Да, придёт и пинками пригонит её обратно…
Зловещие мысли Фельцова прервал телефонный звонок. Звонил Селезнёв.
– Здравствуйте, Андрей Сергеевич, – бодрым голосом поприветствовал его Фельцов.
– Приезжай сегодня ко мне, – без всяких предисловий начал Селезнёв. – Нужно обсудить одно важное дело…
Фельцов мигом оделся, вызвал такси и поехал к дому Юры и Наташи, возле которого он вчера оставил машину. А через полчаса он уже мчался по шоссе, включив «Celebration day» и будучи уверенным в том, что Селезнёв полностью выздоровел и решил, наконец, заняться делами фонда.
***
– Знаешь, что самое главное в любом бизнесе? – спросил Фельцова Селезнёв, когда они поздоровались и начали прохаживаться по берегу пруда недалеко от санатория.
Фельцов молча пожал плечами.
– Вовремя продать этот бизнес, – объяснил Андрей Сергеевич. – За очень приличную сумму я согласился освободить место директора фонда якобы по состоянию здоровья …
Фельцов собрал все свои силы, чтобы не выдать охватившую его ярость и разочарование.
– Да, здоровье важнее, – как можно спокойнее ответил он.
– И вот по этому случаю я хотел бы у тебя узнать, смог бы ты в дальнейшем заниматься чем-нибудь другим, кроме извоза?
Фельцов долго молчал, поняв, что Селезнёв решил его уволить за ненадобностью.
– Да куда я денусь, – наконец, проговорил он. – Выкручусь как-нибудь…
– Вот и хорошо, – Селезнёв даже обрадовался. – Ты приезжай на следующих выходных, у меня к тому времени… Петя, отойди от машины дяди Арсения! – прервал он свою речь и хотел направиться к автомобилю Фельцова, перед которым сидел на корточках Петя и тыкал пальцем в фару, подсчитывая грани отражателя.
– Ничего страшного, – махнул рукой Фельцов. – Что с машиной может случиться? А пацану интересно, пускай изучает…
И он благодушно улыбнулся, глядя на Петю. Вот тот, кто обеспечит ему безбедное будущее и спокойную старость! Ведь всё немалое состояние Селезнёва, к которому прибавится ещё и вполне приличная сумма за отказ Андрея Сергеевича от руководства фонда, со временем перейдёт его единственному внуку. И если он, Фельцов, вовремя подсуетится…
А он подсуетится: он будет и дальше заботиться о здоровье Селезнёва и вернёт себе Лиду. И ещё он возьмётся за воспитание Пети, а так как сам он вырос без отца, то прекрасно знал, чем можно накрепко привязать к себе мальчика. Когда пройдёт год после смерти Кости, он женится на Лиде и усыновит Петю, а через некоторое время после этого Андрей Сергеевич Селезнёв тихо умрёт от инфаркта, как и главбух Рогов…
***
Попрощавшись с Селезнёвым, Фельцов поехал домой к Юре и согласился заменить его на время отпуска. В понедельник с утра он взял свой паспорт, военный билет, водительское удостоверение и поехал в фонд «Милосердие», где сделал ксерокопию своей трудовой книжки, а затем подъехал к ремонтно-строительному управлению на собеседование с владельцем РСУ, занимавшим должность генерального директора.
Этот директор оказался красноносым лысеющим дядькой с пивным животом, и был он ненамного старше Фельцова.
– Здравствуй, – поздоровался он с Фельцовым за руку и начал просматривать его документы. – Ничего себе – восемь лет на одном месте! А почему последние три года ты помощником директора числишься?
– А я ещё у Андрея Сергеевича обязанности курьера выполняю, – объяснил Фельцов.
– Иди в отдел кадров оформляйся, а завтра с утра приезжай сюда. Юра меня из дома привезёт, а потом ты его заменишь. Если до вечера будешь справляться с работой – то со среды я ему подпишу отпуск, а на тебя выпустят приказ о приёме на временную работу. Сейчас иди к Юре, он тебя в курс дела введёт…
После подробного инструктажа Юры по поводу нового джипа и постоянных маршрутов передвижения хозяина, которого звали Валерий Тимофеевич, Фельцов посмотрел на часы и понял, что Лида уже закончила работу и ушла домой. Не долго думая, он поехал к ней на квартиру.
Он позвонил в дверь, затем постучал. В квартире никого не было. «Где можно шляться?» – недовольно подумал Фельцов, стоя возле своей машины и выглядывая Лиду. Время шло, а она всё не появлялась. В десять часов вечера Фельцов понял, что Лида сегодня ночует где-то в другом месте...
Ниже плинтуса
Фельцов был профессиональным водителем, поэтому, садясь за руль и заводя мотор, он автоматически начинал следить за дорогой, забывая на это время обо всех отягощающих его мыслях. Вот и сегодня он абсолютно спокойно доехал до своего дома, но, зайдя в пустую квартиру, дал волю своему гневу.
Опять он ходил по квартире, не находя себе места, и проклинал Лиду, которая так быстро нашла ему замену. Этим она сильно задела мужское самолюбие Фельцова, и если бы не шкурный интерес к селезнёвскому капиталу, он бы с лёгкой душой плюнул бы на эту Лиду и стал жить, как прежде.
«Ничего, я теперь с ней на одной работе работаю, – успокаивал себя Фельцов. – Всегда могу подойти к Лиде и объяснить, почему ей лучше вернуться ко мне, а не искать приключений на стороне».
Только душу его, как и в то время, когда Лида была замужем за Костей, опять начала разъедать мысль о том, что Лида сейчас с другим, причём с тем, кого она сама выбрала для этого… И от этой мысли Фельцов начинал дуреть, как раньше, и строить планы уничтожения своего соперника: ведь теперь на кон было поставлено не только обладание Лидой, но и нехилые деньги Селезнёва. А ради денег Фельцов родную маму без гроша за душой оставил, не говоря уже о том, что хладнокровно «наводил» на жилища состоятельных людей грабителей.
***
…Утром к восьми утра он подошёл к проходной ремонтно-строительного управления и предъявил свой временный пропуск.
– Вам в хозяйственный отдел, – сказал ему дежурный охранник и объяснил, как туда дойти.
Хозяйственный отдел чем-то напоминал зал ожидания небольшой железнодорожной станции: курилка в предбаннике, затем – длинный коридор, по обе стороны которого расположены раздевалки и уборные, и только потом – диспетчерская: просторная светлая комната с со столами и скамейками, на которых сидело с десяток человек, в углу стоит холодильник, а на нём – СВЧ-печь. Рядом – стол с посудой и чайником. Часть комнаты отгорожена барьером, за которым расположен диспетчерский пульт и сидят две женщины.
Фельцов постучался, открыл дверь в диспетчерскую и поздоровался с присутствующими там людьми.
– Вам кого? – спросила его диспетчер.
– Моя фамилия Фельцов, – объяснил он. – Я – буду водителем Валерия Тимофеевича, пока Юра Ясинский в отпуске…
– Подойдите и распишитесь в табеле, – приказала ему диспетчер, а когда он расписался в табеле учёта рабочего времени, где напротив его фамилии диспетчер поставила время прихода на работу, объяснила. – Приказ о Вашем назначении будет завтра, а в страховой полис на машину Вашу фамилию уже внесли. Ожидайте…
Фельцов отвернулся от диспетчера и беглым взглядом осмотрел присутствующих здесь людей. За одним из столов четверо мужчин средних лет в рабочей одежде играли в домино, за их спинами стояли ещё двое, наблюдая за игрой. Возле стола с посудой сидело две довольно пожилых тётки в рабочих халатах, одна из них вязала, а другая пила чай с бутербродом. Возле окна аккуратно одетый парень читал газету. Фельцов решил подойти к нему.
– Арсений, – протянул он руку для знакомства.
– Дима, – парень немного привстал, пожимая руку. – Я тоже на легковой работаю: бухгалтера и снабженцев вожу…
В это время к ним подошли два мужика, которые наблюдали за игрой в домино и поздоровались с Фельцовым за руку, назвавшись при этом Лёшей и Витей и объяснив Фельцову, что они – грузчики.
– Похоже, у нас кворум есть, – сказал кудрявый крепыш Лёша. – Арсений, ты в домино играешь?
***
…Ближайшие полчаса они «забивали козла», рассказывая при этом Фельцову про организацию работы в РСУ. В хозяйственном отделе числились водители, грузчики, сантехники, электрики, уборщики, дворники и охранники. Они сидели в диспетчерской в свободные от работы промежутки времени, а два диспетчера выдавали им очередные задания.
Через некоторое время четырёх грузчиков вызвали на погрузку, затем куда-то ушла уборщица, а вместо неё пришло две другие и начали громко разговаривать, кого-то обсуждая… Часам к девяти в диспетчерской появился и Юра, который со всеми поздоровался и тоже включился в игру в домино, которая теперь пошла «на вылет».
– Фельцов, на выход, – крикнула диспетчерша.
– Ну, Сеня, давай, – подбодрил Фельцова Юра, передавая ему ключи от машины. – Но пасаран!
Фельцов вышел из хозотдела, подошёл к новому белому джипу, открыл заднюю дверь вышедшему из здания правления Валерию Тимофеевичу и, выслушав его указания, завёл мотор. Он повёз хозяина сначала в тендерный комитет, затем – на строительство многоэтажного жилого дома, потом хозяин обедал в кафе, а Фельцов в это время перекусывал на ходу пирожками с кофе. После обеда Тимофеич, как решил про себя называть его Фельцов, поехал в цех железобетонных изделий, а оттуда – на новостройку очередного торгового центра… При этом хозяин всё время или беседовал с кем-то по телефону, или слушал по радио песни каторжников, ошибочно называемые шансоном. В семь вечера Тимофеич поужинал в кафе, после чего Фельцов отвёз его домой. Оставив машину в подземном гараже, Фельцов спустился в метро и уже к девяти вечера добрался до съёмной квартиры Лиды. Там опять было пусто…
***
…И каждый день Фельцова стал похож на предыдущий. Утром – поездка на общественном транспорте до хозяйского дома, затем он вёз Тимофеича в РСУ, где тот проводил утреннюю планёрку, а Фельцов в это время полировал джип и смывал пятна от битума с белого кузова машины. Если планёрка затягивалась, он шёл в диспетчерскую и играл там в домино, слушая примитивные рассуждения грузчиков и сантехников о жизни. А после планёрки у Фельцова начиналось ралли по Москве и Подмосковью, где у Тимофеича была куча своих цехов и строящихся под заказ объектов. После такого насыщенного дня хозяин, который оказался дважды разведенным дядькой, любящим жизнь во всех её проявлениях, часто расслаблялся в бане или ресторане, отпуская Фельцова и добираясь потом до дома на такси. Фельцов отгонял джип в гараж хозяйского дома и каждый вечер приезжал к Лиде, надеясь застать её дома.
Через пару дней он увидел свет в окнах её квартиры, облегчённо вздохнул и решительно нажал на кнопку звонка.
– Кто там? – послышался из-за двери мужской голос.
Фельцов молча развернулся и начал, не спеша, спускаться по лестнице.
…А дома он бесился, осознав, что между Лидой и этим мужиком, голос которого он слышал сегодня, довольно серьёзные отношения, раз Лида живёт с ним в своей съёмной квартире. И он, Фельцов, ничего не мог сейчас предпринять для того, чтобы вернуть Лиду себе, ведь новая работа связала его по рукам и ногам так, что он не мог выкроить время, чтобы встретиться с Лидой.
Работа… Вот оно – его место в дальнейшей жизни: за рулём чужой дорогущей машины, и страшно даже подумать, во сколько он влетит, если попадёт на ней в аварию. А в свободное время – компания грузчиков и уборщиц, обсуждающих вчерашние сериалы и обедающих принесённой из дома едой в полулитровых банках. Да он за две недели такой работы деградирует настолько, что начнёт использовать в своей речи ненормативную лексику!
И заместитель главбуха Лида по сравнению с ним казалась теперь ему аристократкой с голубой кровью и белыми косточками, и становилась она всё более и более недоступной для такого мужлана, как он…
Искусство быть смирным
В пятницу вечером Фельцов отвёз Тимофеича на базу отдыха, где тот собирался провести все выходные, вымыл джип в автомойке и отогнал его в хозяйский гараж. После этого он поспешил к Лидиному дому, решив, наконец, разобраться с ней и её мужиком.
Он позвонил в дверь и, убедившись, что дома никого нет, стал ожидать прихода Лиды на скамейке возле дома. Опять безрезультатно. В половину одиннадцатого ночи он поехал домой, решив заняться Лидой с завтрашнего утра.
…И опять он бесцельно бродит по комнатам, сжимая кулаки и скрипя зубами, но на этот раз из-за того, что понял: Лида не просто ушла от него, а ушла к другому. А это значит, что она общалась с этим другим в то время, когда жила с ним, Фельцовым…
«Плюнь на Лиду, – уговаривал он сам себя. – Ты скоро инфаркт получишь, если будешь продолжать так накручивать себя из-за неё … А после инфаркта тебя даже водителем никто не возьмёт на работу. Ну, подумаешь, оказалась Лида гулящей девкой, так ты всю жизнь спал с гулящими бабами и абсолютно спокойно себя чувствовал по этому поводу. Сейчас для тебя главное – чтобы Селезнёвские миллионы не ушли от тебя…»
В шесть часов утра Фельцов уже ехал на своей машине к дому Лиды. Он поставил автомобиль так, чтобы одновременно видеть и вход в подъезд, и окна Лидиной квартиры, и начал наблюдение. За весь день Лида так и не появилась ни одна, ни в чьём-нибудь обществе.
«Скорее всего, этот тип повёз её куда-нибудь отдыхать на выходные», – подумал Фельцов, когда уже стемнело, и поехал домой, решив продолжить свои наблюдения завтра.
***
…Был уже полдень воскресенья, когда у Фельцова, с утра занявшего свой вчерашний наблюдательный пост, зазвонил мобильник.
«Селезнёв, – с досадой подумал Фельцов, поздоровавшись. – Как же я мог забыть, что он сегодня ждёт меня…»
– Ты через час-два подъезжай ко мне, – приказал ему Андрей Сергеевич.
Фельцов бросил прощальный взгляд на окна Лидиной квартиры и завёл мотор. Он ехал на огромной скорости, потому что кроме встречи с Селезнёвым ему сегодня нужно было ещё и привезти Тимофеича с базы отдыха.
