Текст книги "Судьба и страсть Арсения Фельцова (СИ)"
Автор книги: Милана Масалова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)
Вон каким славным мальчиком стал Петя после того, как Фельцов начал заниматься с ним: и учится хорошо, и спортом занимается, и ходит гордо, не сутулясь… Правда, в последнее время Лида начала замечать, что Петя стесняется, когда она хочет его приласкать или поговорить с ним, сюсюкаясь, как с малышом, но ведь мальчик уже ходит в школу, может быть, так и нужно, чтобы он не стал таким безвольным, как его покойный отец?
***
…Уже смеркалось, когда Лида, наконец, поднялась с пола и пошла готовить ужин, надеясь успеть к тому времени, когда явятся Фельцов с Петей. Она успела и еду приготовить, и себя в приличный вид привести, чтобы не пугать сына и не нервировать Арсения своим заплаканным лицом, но Фельцова и Пети до сих пор не было.
«Они, наверное, в спорт-бар пошли», – успокаивала себя Лида, зная, что Фельцов обожает смотреть автогонки и Петю к этому приучает.
Но когда время приблизилось к восьми вечера, а Фельцов и Петя всё ещё не вернулись, в душу Лиды начало закрадываться беспокойство. Девять часов. Десять… Лида в панике ходила из комнаты в комнату, заламывая руки от отчаяния. У неё не было телефона, чтобы позвонить Арсению или Пете и узнать, где они. Даже окна их квартиры выходили на сторону, противоположную входу в подъезд, поэтому Лида была лишена возможности смотреть в окно, ожидая приезда машины Фельцова. Всё, что ей оставалось – это сидеть под входной дверью и прислушиваться к редкому в такое позднее время гулу лифта и шагам в общем коридоре, надеясь, что на этот раз вернулись Арсений с Петей.
***
Так она и просидела до утра, ни на минуту не сомкнув глаз и чем дальше, тем больше убеждаясь, что с Фельцовым и Петей что-то случилось. Наверняка, они попали в аварию и сейчас, в лучшем случае, лежат в какой-нибудь больнице…
«Господи, только бы они были живы! – рыдала она. – Я больше никогда даже думать не буду о том, чтобы уйти от Арсения, что бы он ни сделал в дальнейшем, только бы с ним и Петей ничего плохого не случилось…»
В таких терзаниях прошёл весь день, а под вечер Лида похолодела от мысли, что никто, кроме Фельцова, не знает о том, что она закрыта в этой квартире. Если с ним что-то случилось, а Лида в этом уже не сомневалась, то её ждёт медленная смерть от голода. Она провела ревизию всех съестных припасов в квартире и подсчитала, что сможет продержаться не больше месяца при их экономном употреблении.
А потом она нервно рассмеялась, поняв, что к тому времени уже давно сойдёт с ума от горя, и в лучшем случае, соседи, устав от Лидиных безумных криков, вызовут наряд милиции, который взломает двери и отвезёт Лиду в дурдом. Если к тому времени она не выбросится из окна, устав от постоянной неутихающей боли в своей душе…
И снова бессонная ночь. И снова Лида бесцельно бродит по комнатам, постоянно глядя на часы и прислушиваясь к любому шороху в коридоре. А под утро она, вконец обессилев и физически, и духовно, прилегла на диван и забылась тяжёлым сном.
***
Проснулась Лида от щелчка открывающегося замка на входной двери. Она резко вскочила с дивана и побежала в коридор. Дверь открылась, и в квартиру зашёл Фельцов. Лида бросилась ему на шею, даже не дождавшись, пока он закроет за собой дверь.
– Сеня, – плакала она от избытка переполнивших её чувств, целуя его небритые щёки. – Сеня… Я ведь чуть с ума не сошла от тревоги за вас с Петькой…
Она гладила его плечи и руки, прижималась к его груди и абсолютно не обращала внимания на то, что он даже не пытается хоть как-то ответить на её ласки.
– Чуть с ума не сошла, говоришь? – абсолютно бесстрастным голосом произнёс Фельцов, и Лида почувствовала, что обнимает неподвижную каменную статую. – Теперь ты поняла, как оно, когда тебя бросают одного…
Лида посмотрела в его холодные глаза и увидела там столько ненависти и презрения к себе, что невольно отодвинулась от Фельцова, почувствовав себя доверившейся проходимцу и мошеннику, который подло обманул её.
– Ну, давай, расскажи, каково это – умирать от тревоги из-за того, что самые дорогие для тебя люди вдруг куда-то исчезли, – произнёс Фельцов, легонько оттолкнув от себя Лиду. – Расскажи, как это – понять вдруг, что тебя кинул тот человек, которому ты полностью доверяла…
Лида немного успокоилась, поняв, что если Фельцов жив-здоров и опять «строит» её, то и с Петей, наверняка, ничего страшного не случилось. Но как же жестоко поступил с ней Арсений…
– Сеня, – проговорила она, стараясь не заплакать от обиды. – Я же двое суток ни на секунду не могла успокоиться… Я ведь уже самое ужасное предположила… А ты… Ты просто решил… Но нельзя же так со мной!
Громко выкрикнув последнюю фразу, Лида ушла в комнату и, упав на диван, зарыдала.
– Нельзя, говоришь? – услышала она голос Фельцова у себя возле уха и почувствовала его руку на своём плече. – А со мной так можно поступать? Меня можно было так кинуть? – он схватил Лиду за плечо и развернул к себе, глядя в её заплаканные глаза. – За моей спиной, месяцами собираться сбежать с Петькой… А я ведь всё для вас делаю…
Был почти полдень, комната была залита ярким солнечным светом, и Лида впервые за несколько последних месяцев увидела Арсения при дневном освещении. Бледное небритое лицо с немного дряблыми щеками и подбородком, наполовину седая голова, неизвестно когда ставшая сутулой спина. И залоснившаяся толстовка вместо водолазки и отглаженного пиджака, в которых он ходил в Москве. Она увидела перед собой немолодого уже человека, который отдал всё, что имел, за право быть рядом с ней…
– А ведь ты любишь меня, Сеня, – медленно проговорила Лида. – Только любовь твоя какая-то… убитая…
Фельцов шумно выдохнул, толкнул её на диван и молча вышел из комнаты. Лида побежала за ним, боясь, что он опять закроет её одну в квартире.
– Сеня, прости, – заглядывала она ему в глаза. – Сеня, я не хотела такое говорить. Сеня, я больше никогда…
– Я вечером Петьку привезу, – глухим голосом произнес он, пытаясь не смотреть на неё. – Я сказал ему, что ты всё это время гриппом болела…
***
…И опять сидит Лида целыми днями взаперти, ждёт когда вернутся Арсений с Петей и потихоньку сходит с ума от одиночества. Весна пришла, кругом зелень, каштаны цветут, а она из дома выходит только тогда, когда у Фельцова выходной выпадает.
– На базар я тебя больше не пущу, – объяснил ей Арсений. – Бухгалтером в банк или фирму тебе нельзя – они о тебе могут начать наводить справки в России, да и законодательства украинского ты не знаешь…
А через пару месяцев безвылазного сидения в квартире Лида заметила, что боится находиться на улице, даже если рядом с ней Фельцов, и стремилась как можно скорее вернуться в свою тюрьму-крепость: ведь только там она чувствовала себя в безопасности.
Лето наступило, Фельцов отправил Петю в лагерь и перешёл на другой график, работая до полуночи. Лида первое время ждала его с работы, а потом стала раньше ложиться спать, оставляя ему ужин на столе. Виделись они теперь только по утрам, когда завтракали, после чего Фельцов уезжал на весь день.
– Я тебе работу у нас в таксопарке нашёл, – сказал он однажды утром во время завтрака. – Нам на склад кладовщица нужна. Потянешь такое?
Вот так и попала Лида на склад, где целыми днями набивала содержимое товарно-транспортных накладных в компьютер да выдавала комплектующие слесарям из ремзоны. В одном помещении с ней сидела вторая кладовщица – шестидесятилетняя Борисовна, которая выдавала материалы и инструменты, придирчиво рассматривая каждый возвращаемый ей назад резец или сверло и доносящая Фельцову обо всех мельчайших проступках Лиды.
Оксана
Оксане Притуленко всё в жизни давалось с большим трудом: она с трудом закончила технический ВУЗ, с трудом вышла замуж к двадцати пяти годам, с трудом родила дочку Дарину к тридцати годам, а ещё через пару лет её брак, всё это время удерживаемый ею с огромным трудом, всё-таки распался. Сейчас Оксане было уже слегка за сорок, и она до сих пор жила в одной квартире с мамой и дочкой, не теряя, однако, надежды устроить свою личную жизнь.
Время от времени у неё появлялся не то поклонник, не то любовник, но больше месяца такие отношения никогда не продолжались: ведь у Оксаны не было своей жилплощади, а её ухажёры почему-то не горели желанием привести в свой дом женщину с чужим ребёнком.
Последние годы Оксана работала инспектором по кадрам в таксопарке, сразу же направляя к начальникам подразделений автобазы понравившихся ей претендентов на рабочее место, в основном, интересных мужчин среднего возраста, и нещадно отказывая даже в беседе с непосредственным работодателям всем остальным, особенно молодым женщинам.
***
Когда в их таксопарк потребовались водители-таксисты со своими личными автомобилями, Оксана приметила среди претендентов на это рабочее место крепкого холёного и хорошо одетого мужчину средних лет. Она сразу же направила его на собеседование к бригадиру, набиравшему шоферов, хотя документы этого человека оставляли желать лучшего. Во-первых, он был гражданином РФ, получившим вид на жительство и разрешение на трудоустройство на Украине, а во-вторых, последние несколько лет он работал персональным водителем директора какого-то фонда, а не таксистом, так что не было у него опыта работы по требуемой специальности. Но в паспорте у этого интересного мужчины не было штампа о заключении брака, а так как он совсем недавно приехал из России, то вряд ли успел обзавестись спутницей жизни.
И Оксана начала потихоньку подбивать клинья к Фельцову Арсению Кирилловичу – а именно так звали этого нового таксиста. Был он человек молчаливый и нелюдимый, выглядел всегда чем-то недовольным и озабоченным, поэтому Оксана решила, что Фельцов – очень серьёзный и надёжный человек.
Чтобы чаще видеть Фельцова, Оксана каждое утро приходила на склад, якобы для того, чтобы побеседовать с пожилой кладовщицей Борисовной, которая в начале каждой смены выдавала таксистам корпоративные топливные скретч карты. Там Оксана время от времени пыталась завязать разговор с Фельцовым, довольно многообещающе глядя на него. Но Фельцов на контакт не шёл, а, вежливо выслушав очередной поток красноречия Оксаны, только гримасничал, кривя губы, и старался побыстрее уйти со склада. И Оксана сделала вывод, что Фельцов не бегает за каждой юбкой. А из разговоров других таксистов о Фельцове она узнала, что он предпочитает проводить вечера дома, а не работать до полуночи, надеясь заработать побольше денег.
«Серьёзный, домосед, не бабник – а что мне ещё нужно? – часто думала она про Фельцова. – И квартиру он, наверняка, отдельную снимает. А еще он – гражданин России, причём москвич, можно будет потом туда жить с ним переехать: ведь в России и зарплаты больше, и медицина бесплатная…»
***
Фельцов работал в таксопарке почти год, и Оксана всё так же безуспешно пыталась поближе познакомиться с ним. Однажды утром, придя к Борисовне на склад, она увидела там начальника отдела снабжения, который ругал кладовщицу за то, что она неправильно ввела в складскую программу какие-то данные.
– Ты что, не понимаешь, что пятьсот гаек с покрытием и пятьсот килограммов этих гаек – это совсем разное количество! – кричал снабженец. – Я тебе коробку с гайками передал, а ты что вбила в базу? Пятьсот килограммов – это же пять мешков! Где ты их видела здесь?
– Это – опечатка, – оправдывалась Борисовна. – Я количество вбила, а единицы измерения не посмотрела. И, вообще, я на компьютере не ахти как работаю…
– Я тебе давно предлагал ещё одну кладовщицу взять, чтобы ты передала ей комплектующие и весь складской учёт… – напомнил начальник.
– И что я тогда на полставки заработаю? – огрызнулась Борисовна. – А ведь проверять инструменты и перевешивать материалы мне придётся…
– Тогда я буду вычитать у тебя из зарплаты стоимость этих пятисот килограммов гаек, – объяснил ей начальник отдела снабжения. – И сиди здесь хоть до смерти: пока не рассчитаешься за них – не уволю…
– А Вы ещё попробуйте найти нормальную кладовщицу! – стала пугать снабженца Борисовна. – Сейчас такие работники пошли, что за неделю всё со склада вынесут…
– Оксана, – увидел начальник снабжения инспектора по кадрам. – Срочно дай объявление о том, что нам нужна кладовщица со знанием ПЭВМ на склад комплектующих и малоценки…
Оксана согласно кивнула.
– Нет, ну и урод, – начала она защищать Борисовну, когда снабженец ушёл. – Можно подумать, что Вы здесь миллионы получаете…
В это время на склад зашли несколько таксистов, среди которых был и Фельцов.
– Здравствуй, Борисовна! Оксанка, привет! – поздоровались они.
Борисовна начала выдавать им топливные карты под роспись, а Оксана подойдя к таксистам, спросила:
– Слушайте, у кого-нибудь есть знакомая, которая ищет работу кладовщицы? А то не хочется чужого человека к нам на склад брать.
– У меня жена – бухгалтер, – ответил Фельцов. – Украинского законодательства она не знает, но на складе вполне сможет работать…
Такого жестокого удара Оксана не ожидала. Сначала она хотела категорически отказать Фельцову, объяснив, что человека, работающего не по специальности, вряд ли возьмут на работу. Но потом ей стало интересно посмотреть на ту, которая смогла добиться расположения такого шикарного мужчины, и Оксана назначила на утро следующего дня собеседование жены Фельцова у начальника отдела снабжения.
***
На следующее утро Фельцов привёл в кабинет Оксаны стройную бледную светловолосую девушку, которой было около тридцати лет. Девушка держалась очень скромно и говорила с начальником отдела снабжения тихим голосом, опустив глаза. Фельцов при этом ни на шаг не отходил от неё, а когда снабженец согласился взять его жену на работу, он сам подал Оксане все её документы для того, чтобы сделать их ксерокопии.
«Селезнёва Лидия Михайловна», – прочитала Оксана в паспорте, начав делать копии. А перевернув несколько страниц, увидела там штамп о заключении брака с… Селезнёвым Константином Андреевичем. Причём, было это восемь лет назад. И ещё у этой «жены» был семилетний сын Селезнёв Пётр Константинович... Интересно, где этот сын теперь? В Москве со своим отцом остался или эта Лида его с собой на Украину привезла?
«Вот тебе и парочка, – Оксана, выпроводив Лиду с Фельцовым из кабинета, обхватила голову руками и начала внимательно пересматривать ксерокопии документов её и Фельцова. – Муж и жена, называется! Они несколько лет работали на одной работе – в благотворительном фонде „Милосердие“. Там, скорее всего и сошлись, а потом Фельцов увёз чужую жену в другую страну, чтобы законный муж не мог её там найти и вернуть. Вот это любовь!»
И Оксане очень сильно захотелось, чтобы и её так сильно полюбили, и чтобы таким человеком стал именно Фельцов. Поэтому она решила отправить Лиду к её законному супругу, а самой занять освободившееся место.
***
Для достижения своей цели Оксана первым делом решила завязать с Лидой приятельские отношения, благо она каждый день приходила на склад к Борисовне, где теперь работала и Лида. Очень скоро она узнала, что законный муж Лиды больше года назад разбился, а Фельцов, которого Лида называла Сеней, помогал ей, а потом они сошлись и уехали из России, забрав с собой и Петю, чтобы начать здесь новую жизнь.
Лида оказалась приветливой и трудолюбивой девушкой, причём она очень грамотно вела все складские программы, за что сразу же нажила себе врага в лице Борисовны. А ещё с появлением Лиды на складе, там начали постоянно ошиваться слесари из автомастерской, которые пытались обратить на себя внимание молодой и симпатичной кладовщицы. Лида, выдавая им по пять раз на день необходимые комплектующие, вежливо выслушивала их и старалась не вступать с ними в беседу.
– Замужем она, – объясняла такое поведение Лиды Борисовна. – Так что не смущайте девку.
Но это не мешало слесарям проводить всё свободное время на складе, где они якобы изучали ассортимент запчастей и крепежа, а ещё они часто угощали обеих кладовщиц жареными семечками или конфетами.
Через некоторое время Лида начала чувствовать себя гораздо уверенней и с удовольствием рассказывала о жизни в Москве Борисовне и Оксане, а также улыбалась шуткам слесарей. Но стоило зайти на склад Фельцову – и Лида сразу же пыталась спрятаться за монитором своего компьютера, где начинала что-то сосредоточенно набивать в складскую базу.
Фельцов, зайдя на склад, всегда подходил к Лиде и интересовался, как дела. Она улыбалась ему, что-то щебетала, но Оксана сразу заметила, что Лида боится Фельцова.
– Чего ты перед ним так заискиваешь? – спросила она однажды Лиду. – Можно подумать, что ты перед ним в чём-то виновата.
– Нет, – Лида покачала головой. – Просто Сене не нравится, когда я с чужими людьми общаюсь, даже если это – по работе.
– Так он – просто собственник, – объяснила Оксана. – И как ты с таким можешь жить?
– Так и живу, – грустно улыбнулась Лида. – Ведь если хочешь с кем-то жить, то надо принять, как должное, все недостатки этого человека.
– Нет, я бы так не смогла, – призналась Оксана. – Я бы ему объяснила, что здесь не семнадцатый век и не мусульманский Восток, и пускай потом идёт жалуется на меня, куда хочет…
– Нет, у нас с Сеней совсем другие отношения, – объяснила Лида. – И я не хочу так унижать его…
Перехитрить себя
…Наступила осень. Однажды утром на склад зашёл довольный сварщик и угостил Борисовну, Оксану и Лиду шоколадными батончиками.
– Мне вчера вот такой жирный клиент попался, – развёл он широко в стороны руки. – За работу хорошо заплатил…
Через некоторое время после ухода слесаря на склад зашёл Фельцов за топливной картой. Увидев на столе у Лиды батончик, он изменился в лице.
– Лида, – позвал он её с порога. – Выйди на минуту…
Лида, дрожа, поднялась из-за стола, и, низко опустив голову, вышла за Фельцовым на улицу. Оксана подошла к неплотно прикрытой двери склада и стала подслушивать.
– Откуда у тебя на столе шоколадка? – монотонным голосом спросил Лиду Фельцов.
– Это Валера-газосварщик угостил всех нас, – объяснил она. – У него заказ хороший был…
– А тебе не кажется, что он всех остальных угостил только из-за того, что они тогда вместе с тобой в комнате были? – продолжал давить на психику Лиды Фельцов.
– Сеня, ну а что мне нужно было делать? Сказать: «Забирай свой батончик, потому что меня потом муж «строить» будет? И, вообще, как-то невежливо было отказывать: человек же от всей души…– пыталась оправдаться она.
– Безответная ты наша, – язвительно произнёс Фельцов. – Смотри, как бы тебе в каком-нибудь закоулке на складе под кем-нибудь не оказаться, ты ведь всех вокруг обидеть боишься. Всех, кроме меня…
– Сеня… – хотела что-то сказать в ответ Лида, но Фельцов перебил её.
– Дома из тебя и слова не вытянешь, а здесь – щебечешь постоянно, когда меня рядом нет, а как я зайду – то сразу мордой в монитор втупилась… Ты что, думаешь, я ничего не замечаю? Или тебе опять захотелось несколько месяцев безвылазно дома посидеть? Так я тебе такое мигом устрою…
– Сеня, – Лида чуть не плакала. – Зачем ты так… Ты же знаешь, что я…
– Давай, пореви ещё здесь, – презрительно прокомментировал состояние Лиды Фельцов. – Чтобы весь таксопарк узнал, какая ты несчастная.
Лида молча глотала слёзы.
– Ну, чего стоишь, – спросил её Фельцов. – Беги на склад, а то вдруг там уже опять кого-то развлекать нужно…
И легонько толкнув Лиду в направлении двери на склад, Фельцов ушёл, а Лида вернулась на склад и, усевшись за компьютер, попыталась успокоиться.
– Лида, – подошла к ней Оксана. – Можно тебе задать нескромный вопрос?
Лида молча кивнула головой.
– Вы с Фельцовым, случайно, не сектанты какие-нибудь? – вежливо поинтересовалась Оксана.
– Нет, – возмутилась Лида. – С чего ты это взяла?
– Просто он ведёт себя, как какой-то религиозный фанатик, считающий женщин низшими существами, – объяснила Оксана. – Он же сейчас унизил тебя, причём у всех на виду…
– Ты не права, – перебила её Лида. – Просто Сеня намного старше меня, поэтому у него совсем другие взгляды на то, как должна вести себя замужняя женщина…
– А что, разве у вас в России «Домострой» до сих пор не отменили? – ехидно поинтересовалась Оксана. – И, насколько я помню, там ещё было написано, что муж обязан содержать жену, а не заставлять её работать.
– Я сидела дома первые месяцы после приезда сюда, – сказала Лида. – Но потом у меня началась депрессия, и Сеня нашёл мне работу…
– Сеня решил… Сеня нашёл… – передразнила её Оксана. – Такое впечатление, что он всю жизнь за тебя всё решал.
– Конечно, – подтвердила Лида. – Я за ним живу, как за каменной стеной.
– Знаешь, выражение «жить за каменной стеной» подразумевает находиться в абсолютной безопасности от всех невзгод в жизни, – не согласилась Оксана. – А тебе твой Сеня тюрьму «за каменной стеной» устроил, где малейшее нарушение дисциплины слишком строго карается.
И тут Лида не выдержала и заплакала, положив голову на свои сложенные перед клавиатурой руки.
– А, если честно, – вступила в разговор молчавшая до этого Борисовна. – Мужчина ведёт себя с женщиной так, как она ему позволяет. Я тебя понимаю: ты – вдова с ребёнком, кому ты, если честно, нужна? А Фельцов – мужик видный, ещё молодой, вот ты и вцепилась в него. А чтобы он тебя не бросил, ты один раз сделала вид, что не заметила его грубость, второй раз промолчала, когда он был неправ – вот он и решил, что тебя устраивает, как он себя ведёт…
– Да что же вы все меня так достаёте сегодня! – сквозь слёзы проговорила Лида и выбежала за дверь.
Оксана устремилась следом.
– Лидуся, – проговорила она, догнав Лиду в коридоре и взяв её под руку. –Не обращай внимания на Борисовну: она же тебе просто завидует. У неё дочке уже за тридцать, а она ещё – старая дева, потому что характер у неё такой же склочный, как у мамаши. А ещё Борисовна так и не освоила компьютер… А давай, ко мне сейчас пойдём, посидишь там, успокоишься…
И Оксана повела Лиду к себе в кабинет отдела кадров, где усадила на стул и налила ей стакан воды.
– Всё, здесь тебя никто доставать не будет, – сказала она, заперев дверь кабинета изнутри. – И хватит плакать из-за этой старой дуры…
– Да нужна мне эта Борисовна, чтобы ещё и из-за неё расстраиваться, – покачала головой Лида. – Просто Сеня меня так обижает… Чуть что не так – и начинает «доставать»… Я уже ни на кого не смотрю и ни с кем не разговариваю, и всё равно…
И она опять заплакала.
– Так почему ты тогда от него не уйдёшь? – поинтересовалась Оксана. – Он же тебя до дурдома так доведёт своими придирками…
– Я хотела к тёте в Москву уехать, – разоткровенничалась Лида. – Да только Сеня узнал об этом и на всю весну закрыл меня дома. Деньги, которые я всю зиму на дорогу домой собирала, и документы мои и Петькины отобрал. А сейчас он мне и шагу ступить одной по городу не разрешает, только с ним, и моя зарплатная карточка у него…
Оксана подошла к окну и долго стояла, глядя на начавшие желтеть листья растущей за окном липы. Когда за её спиной стихли рыдания Лиды, она подошла к столу, села напротив неё и, глядя Лиде прямо в глаза, совершенно серьёзно спросила:
– Лида, скажи мне честно, ты хочешь вернуться в Москву?
Лида подняла на неё испуганные заплаканные глаза.
– Я могу помочь тебе, – продолжала свою речь Оксана. – Но об этом никто не должен знать, даже со мной нигде, кроме этого кабинета, об этом не разговаривай…
– Но как? – перебила её Лида. – У меня же ни денег, ни документов, а ещё Петька…
– У меня есть все нотариально заверенные копии твоих документов, а трудовая книжка у тебя здесь, вообще, настоящая, – объяснила Оксана. – Когда начнутся осенние каникулы, уговори Фельцова Петю твоего на склад брать, чтобы дома его без присмотра не оставлять. А потом ты напишешь заявление на увольнение, я тебе в трудовую книжку запись об увольнении поставлю, дам тебе все ксерокопии и отвезу в консульство России…
– Консульство? – удивлённо переспросила Лида.
– Да, – подтвердила Оксана. – А чего ты удивляешься? Ведь Харьков до 1934-го года был столицей Украины, поэтому у нас в городе есть консульство России…
И тут Лида зарыдала. Зарыдала от того, что не знала о том, что в Харькове есть консульство: ведь тогда не было бы и многомесячных сборов денег на билеты до Киева, и она с Петей в любой момент могла бы поехать туда и уже давно бы была в Москве у тёти.
***
…В конце октября Лида уговорила Фельцова разрешить брать с собой Петю на склад на период осенних каникул.
– Правильно, – согласился Фельцов. – Пусть пацан смотрит, как настоящие мужики работает, всё равно ему придётся техническое образование получать…
Полдня Петя пересчитывал и сортировал различные болты, винты и гайки, а после обеда его пригласили в ремонтный цех слесаря.
– Только на сварку ему смотреть не разрешайте, – предупредила их Лида и отпустила с ними сына.
Весь вечер потом Петя рассказывал о том, как ему было интересно на работе у мамы и дяди Арсения, чем очень порадовал Фельцова.
А на следующий день Лиде позвонила Оксана и попросила зайти к ней в отдел кадров.
– Пиши заявление, – положила она перед Лидой листок бумаги. – По собственному желанию с завтрашнего числа. А я пока приказ о твоём увольнении приготовлю и отнесу директору на подпись вместе с заявлением.
Лида быстро написала заявление об уходе, а затем с замирающим сердцем ждала в закрытом кабинете Оксану, которая ходила к директору подписывать приказ.
– Всё! – объявила Оксана, вернувшись с подписанным приказом и начала делать запись об увольнении в трудовой книжке Лиды.
Затем она открыла сейф, где хранила печати, поставила круглую печать на запись об увольнении в трудовой книжке и вытянула из сейфа небольшую пачку денег.
– Здесь тысяча гривень, – дала она деньги Лиде. – На два билета до Москвы должно хватить.
Потом Оксана положила трудовую книжку, копии паспорта, удостоверения на временное проживание на Украине, разрешения на работу и диплома Лиды, а также свидетельство о рождении Пети в прозрачный файл.
– Петя где сейчас? – спросила она.
– Его ребята на мойку повели посмотреть, – сказала Лида.
– Чудесно! – Оксана была довольна. – Борисовна будет думать, что ты у меня, а Петька – у мойщиков. А мы тем временем до консульства доберёмся…
***
Забрав Петю, Оксана с Лидой вышли за ворота таксопарка, сказав на проходной, что идут в поликлинику, и спустились в метро. Уже через час Оксана привела Лиду с Петей к зданию Генерального консульства Российской Федерации.
– Как домой доберёшься – позвони обязательно, – попросила Оксана, отдавая Лиде документы и записывая на вырванной странице из своей записной книжки номер своей банковской карточки. – А деньги перекинешь мне на карточку, когда сможешь. Ну, с Богом!
Она посмотрела, как Лида и Петя скрылись за воротами консульства, и с глубоким вздохом облегчения поехала обратно на работу. Теперь между ней и Фельцовым никто не стоял.
Несколько часов Оксана пребывала в состоянии полной эйфории, а под конец рабочего дня к ней в кабинет зашёл Фельцов и протянул ей заявление об уходе по собственному желанию.
– Хорошо, – Оксана изо всех сил старалась не выдать охватившего её отчаяния. – Я завтра передам Ваше заявление директору. Но Вы же знаете, что по закону Вам всё равно придётся ещё две недели работать здесь?
Фельцов молча вырвал из её рук своё заявление и вышел из кабинета, хлопнув дверью. А через десять минут Оксане позвонил директор таксопарка и приказал уволить Фельцова с завтрашнего дня, потому что он вечером в Россию срочно возвращается. Оксана держалась из последних сил, когда печатала приказ об увольнении Фельцова и делала ему соответствующую запись в трудовую книжку. Но когда за ним закрылась дверь её кабинета, она не выдержала и расплакалась.
***
Плакала она и весь вечер дома, объяснив маме, что у неё в метро вытянули тысячу гривен, которые она сняла в банкомате и положила в кармашек сумки вместе с карточкой.
А утром её вызвал к себе директор таксопарка, в кабинете которого сидел майор милиции.
– Оксана Антоновна, – попросил он её. – Расскажите всё, что Вы знаете о Фельцове Арсении Кирилловиче.
И Оксана рассказала о том, как приняла Фельцова на работу и о том, как вчера вечером он уволился. А затем она целый день сидела на складе у Борисовны и плакалась ей в жилетку: ведь Фельцов оказался особо опасным преступником, совершившим ряд преднамеренных убийств, за что его больше года назад объявили в Федеральный розыск…
– Как я могла допустить, чтобы такого страшного преступника взяли к нам на работу? – рыдала она, якобы терзаясь муками совести за свой непрофессионализм, как инспектора кадров, а на самом деле оплакивая свою непутёвую жизнь, заставляющую её цепляться за любого более-менее прилично выглядящего мужика.
…Потом она напрасно ждала звонка от Лиды, а когда через неделю не получила назад денег на свою карточку, то решила, что Лида с Фельцовым на пару просто «развели» её на тысячу гривень.
Консульство
Возле входа в консульство находился пост охраны, в котором сидел лейтенант в форме погранвойск Российской Федерации. Лида протянула ему в окошко ксерокопию своего российского паспорта.
– Я документы потеряла, – начала она объяснять лейтенанту свою проблему. – Как мне теперь вернуться в Россию?
– Вам нужно написать заявление на получение свидетельства на возвращение в Россию, – ответил пограничник. – Сейчас к Вам подойдёт работник консульства и всё объяснит.
Он набрал номер по внутреннему телефону, стоящему у него на посту и проговорил в трубку:
– Посетитель с утерянным паспортом… Селезнёва Лидия Михайловна, 1985 год рождения, регистрация – город Москва, Селезнёв Пётр Константинович, 2007 год рождения. Имеются нотариально заверенные копии паспорта и свидетельства о рождении ребёнка…
Буквально через пару минут к Лиде с Петей подошла строгая женщина средних лет.
