Текст книги "Муж моей подруги (СИ)"
Автор книги: Мила Младова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)
Глава 8
Лето 2010 года
К тому времени, когда Рите исполнилось три, я чувствовала себя ответственной, состоявшейся женщиной.
И все же мне было… Я не скажу, что мне было скучно. Мне не было скучно. Но часть меня не была удовлетворена. Кира была для меня находкой с ее сарказмом, колкими замечаниями и честной похотью. То, что у нас было двое детей одного возраста, которым нравилось играть друг с другом, казалось хорошим предлогом для сближения.
Было бы слишком оптимистично надеяться на то, что наши мужья понравятся друг другу. Я обдумывала идею пригласить Степановых на ужин; я могла бы накрыть стол, Митя и Рита могли бы поиграть. Но когда я однажды случайно встретила Владимира Степанова на дне рождения нашего общего знакомого, я быстро отказалась от этой идеи. Если Кира выглядела как модель, то ее муж выглядел как Аполлон. Высокий, стройный и красивый; у него были светлые волосы и узкое благородное лицо. Просто глядя на него, я чувствовала себя маленькой, неказистой и косноязычной. Он был на три года старше меня, что заставляло его казаться гораздо более искушенным и зрелым. Не помогало и то, что он был очень сдержанным. Кира говорила мне, что эта черта его характера сводила ее с ума и была главным источником всех их ссор.
– Я так рада наконец с Вами познакомиться. Кира все время говорит о Вас. Ну, оно и понятно, она ведь Ваша жена, – пробормотала я, когда мы пожали друг другу руки.
– Я тоже рад с Вами познакомиться, – спокойно ответил он.
– Рита очень любит играть с Митей.
– Да, Митя без ума от Вашей дочери.
Максим сидел за столом и пил вино; я пожалела, что не могу прямо сейчас сделать большой глоток, чтобы снять напряжение. Кира разговаривала с каким-то статным мужчиной.
– Кира сказала мне, что Вы адвокат.
Он кивнул. Его взгляд был добрым, но напряженным.
– Вы сейчас ведете какие-нибудь интересные дела?
– Я не могу Вам рассказать о них.
Наш разговор зашел в тупик. Я судорожно пыталась найти какую-то тему для разговора, но ничего не выходило.
В отчаянии я сказала:
– Я видела ваш дом. Он прекрасен.
– Спасибо.
Он не выглядел скучающим и было не похоже, что я досаждаю ему. На самом деле он казался довольно дружелюбным. Он просто был очень тихим.
Тут появился Максим, и я чуть не бросилась ему на шею от облегчения.
– Максим, это Владимир Степанов, муж Киры.
Они пожали друг другу руки.
– Я слышал, вы живете в своем доме. Как вам жизнь загородом? – спросил Максим.
– Нам нравится, я устал от шума.
Я внимательно наблюдала за жидкостью, которую отхлебывала из своего бокала. Я искренне надеялась, что эти двое не возненавидят друг друга. Максим был таким же красивым, как Владимир, но он был ниже ростом, и в тот момент это казалось недостатком.
Максим сказал:
– А я все детство провел в деревне и решил, что ни за что туда не перееду.
– Почему?
Максим наморщил лоб, размышляя.
– Зимой надо чистить снег, летом косить траву. Я ни за что не променяю городскую жизнь на чистый воздух и тишину.
Владимир рассмеялся.
Двое мужчин завели разговор о плюсах и минусах загородной жизни. Я стояла ошеломленная и совершенно влюбленная в своего мужа. Он был неотразим. Он мог разговорить любого. Я взглянула на Киру, она кивнула в сторону наших мужей и подмигнула мне. Произошло еще одно чудо.
Я пригласила Киру и Митю провести пару недель со мной и Ритой в Сочи, в доме тети Тани. Она с радостью согласились. Наши мужья не смогли поехать с нами из-за работы, но пообещали приезжать по выходным. В душный августовский понедельник мы с Кирой и детьми отправились на вокзал. Поездка на электричке до Сочи заняла чуть больше четырех часов, Митя и Рита ужасно капризничали все это время. Нам казалось, что мы едем вечность. Дети все время были на взводе, им хотелось бегать наперегонки по вагону, хотелось заглянуть в каждое окно, хотелось делать все, что угодно, только бы не сидеть на месте.
– О чем мы только думали? – спросила у меня Кира.
Когда мы добрались до места, Кира пошла за продуктами, пока я застилала кровати и прибиралась в доме. Мы приготовили праздничный ужин, пока дети бесились во дворе, как сумасшедшие.
Было почти одиннадцать часов, когда мы наконец рухнули на диван в гостиной после того, как наконец-то уложили детей спать.
– Так не может продолжаться все лето, – вздохнула Кира.
– Первый день всегда тяжелый.
– Я всегда мечтала пожить летом на море. Я никогда не представляла себе такой отдых.
– Ты не представляла себе отдых с трехлетним ребенком.
– Интересно, почувствую ли я себя когда-нибудь снова молодой, безбашенной и свободной?
– Я не думаю, что это входит в обязанности матери.
– Я так устала, Юля! Я так больше не могу!
Я на мгновение задумалась, а затем сказала:
– Кажется, у меня есть идея.
Глава 9
Лето 2010 года
Тур по местным дискотекам должен был стать нашим противоядием от рутины. Мы попросили соседку присмотреть за детьми и пообещали, что будем дома к полуночи.
Мы отправились в бар «Муза». По выходным там играла живая музыка. Как только мы вошли внутрь, наше настроение автоматически поднялось. Бар был битком.
Кира, более высокая, чем я, и более агрессивная, проложила путь сквозь толпу к барной стойке. Я последовала за ней.
– Две «маргариты», – крикнула она бармену.
Воздух в баре был пропитан запахом пота, алкоголя, дешевого одеколона и сигарет. Я пригубила свой напиток; на вкус он был сладким и крепким. Кира протиснулась сквозь толпу к краю танцпола.
Мы наблюдали за выступающей группой из пятерых парней в джинсах и рваных футболках. Темные волосы вокалиста мокрыми прядями свисали вокруг его лица. Его подбородок и скулы были такими острыми, что ими можно было резать бумагу.
– Какие красавчики! – крикнула мне Кира, и ее слова потонули в грохоте музыки.
– Согласна!
Я ужасно быстро допила еще один коктейль, пытаясь преодолеть свои комплексы с помощью алкоголя.
Все на танцполе казались мне молодыми, крутыми и беззаботными. Мне было двадцать семь, и я чувствовала себя древней. Вдруг мужское тело загородило мне вид на танцующих. Крупный парень, чуть моложе тридцати, с красным лицом и выгоревшими на солнце волосами и бровями, наклонился ко мне. Он что-то выкрикнул. Моей первой реакцией было замешательство. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что этот незнакомец хочет, чтобы я потанцевала с ним. Мгновение я балансировала на грани честности, трезвости и пристойности. Затем Кира ударила меня между лопаток и вернула в настоящее.
– Потанцуй с ним! – закричала она. – Дай мне свой стакан!
Я допила остатки коктейля, передала Кире бокал и поплелась за парнем на танцпол. Несколько мгновений я лишь робко покачивалась и шаркала ногами, но мой партнер был одним из тех мужчин, которые, несмотря на массивность и коренастость, отлично двигались. Он бил в ладоши, качал головой и подпевал. Это было ужасно заразительно. Какое мне было дело до того, что он думал обо мне? Я отбросила свою защитную броню и позволила музыке хлынуть внутрь, взбудоражив мою кровь.
Я посмотрела на Киру и ухмыльнулась. Потом с чувством совершенно незрелого удовлетворения осознала, что меня первую пригласили потанцевать. Хотя Кира была намного красивее и эффектнее, чем я. Вскоре после этого я увидела, как Киру ведет в центр толпы высокий и действительно симпатичный парень. Я помахала ей рукой и улыбнулась, а затем снова окунулась в безумие музыки.
Мой кавалер был неутомим. Я танцевала несколько часов, пока мои волосы, рубашка и нижнее белье не промокли насквозь и не прилипли к телу. Пот стекал по моей шее в лифчик. Сколько времени прошло с тех пор, как я танцевала вот так, была такой свободной, была самой собой? Никакие маленькие ручки не тянули меня. Никакие любопытные глаза не наблюдали за мной. Здесь я никому не была нужна, и это было все равно, что снова стать молодой и безрассудной. Здесь были только музыка и свобода.
Было двадцать минут первого, когда я взглянула на часы. Танцевавшая напротив меня Кира с дикой похоть терлась о своего партнера. Казалось, что еще минута и она трахнет его прямо там. Ее волосы полностью выбились из заколки и свисали мокрыми прядями вокруг раскрасневшегося лица.
– Нам нужно домой, – крикнула я ей.
– Нет! – закричала она.
– Да!
Я взяла ее за руку и потащила с танцпола.
– Какая ты злая! – закричала она.
Свежий воздух снаружи ударил нас, как пощечина.
– Не-е-ет, – простонала Кира. – Ты весь кайф обломала.
– Если бы мы не ушли сейчас, утром тебе было бы стыдно.
Мы побежали домой. Я поблагодарила соседку и проводила ее до крыльца ее дома. Вернувшись, я обнаружила Киру спящей на диване. Я тихо улыбнулась, укрыла ее одеялом и позволила ей поспать.
Глава 10
Лето 2021 года
– Классно выглядишь, мам, – говорит Рита. Она лежит на нашей кровати и смотрит, как я одеваюсь. Общий знакомый Максима и Володи позвал нас в ресторан отпраздновать свой День рождения.
– Спасибо, милая.
На мне облегающие черные брюки, черные туфли на высоких каблуках и бирюзовая блузка.
Когда мы с Максимом куда-нибудь уходим, Рита остается за старшую и нянчится с братом.
В двери поворачивается ключ.
– Папа приехал. – Она сползает с кровати, разглаживая покрывало.
Максим врывается в комнату. Он выглядит разгоряченным, уставшим и несчастным.
– Извини, что задержался. Я приму душ, переоденусь, и выходим.
– Тебе нужно побриться.
– Времени мало.
– Ты выглядишь потрепано.
Рита протестует:
– Мам, ты ничего не понимаешь. Так сейчас модно!
Максим хлопает дверью, прерывая наш разговор, и закрывается в ванной.
– И тебе привет, папа, – угрюмо говорит Рита.
С тех пор как Стас несколько дней назад рассказал Максиму об участии Павла Мартынова в махинациях с землей, Максим был мрачен, неразговорчив со мной, необщителен с Ритой и Ваней. Я могу справиться с его приступами депрессивного настроения, но меня бесит, что он выливает это на детей.
Я целую Ваню и Риту, в тысячный раз повторяю им правила, и тут Максим выходит из спальни. Он выглядит неотразимо, его черные кудри блестят после душа.
– Ну какие вы красивые! – кричит Ваня нам вслед.
Я вижу, каких усилий стоит Максиму преодолеть свою мрачную погруженность в себя, чтобы ответить:
– Спасибо, сынок. Веди себя хорошо.
Когда мы садимся в машину, я спрашиваю:
– У тебя все хорошо?
Он вздыхает.
– Не начинай.
– Максим, ты начинаешь вымещать это на детях.
– Они должны понять, что на них свет клином не сошелся. У взрослых тоже бывают свои проблемы.
– Тебя беспокоит что-нибудь, кроме этой проклятой “Искры”?
Он издает что-то вроде фырканья.
– Ты говорил об этом с Павлом?
Максим включает радио.
– Максим. – Я протягиваю руку и касаюсь его руки. – Не закрывайся от меня.
Он отдергивает свою руку и увеличивает громкость.
Пока Максим паркует машину и говорит с кем-то по телефону, я захожу в ресторан. У дверей я сталкиваюсь с Володей.
– Ты выглядишь потрясающе, – говорит он мне, слегка наклонившись. Его низкий голос и пристальный взгляд заставляют мурашки пробежать по моему телу.
Вдруг рядом с нами появляется Максим, и мы все вместе идем к столику, за которым уже собрались все гости.
– Как успехи на курсах по английскому? – спрашивает у меня Володя в перерыве между тостами.
Я перевожу взгляд на Киру.
– Курсы по английскому? – спрашивает Максим.
– Это была Юлина идея, – бесстыдно говорит Кира. – Она хочет смотреть сериалы в оригинале!
– Я не знал, что ты ходишь на курсы, – говорит Максим, поворачиваясь ко мне и наморщив лоб.
Я чувствую на себе взгляд Киры, ее крепкую хватку под столом. Одно неверное движение с моей стороны – и она упадет в пропасть.
– Я забыла тебе сказать, – говорю я. – Занятия только начались.
– Но когда ты успеваешь на них ходить?
– Это всего два часа в неделю по вечерам, – вставляет Кира, наклоняясь вперед. – По вторникам и четвергам.
– А как же Сочи?
– Мы можем подключаться онлайн.
Странно, но реакция Максима – его неодобрение – заставляет меня встать на ноги. Я ловлю себя на том, что усиленно защищаю ложь.
– Я очень давно хотела на них записаться, но никак не решалась. Кира предложила заниматься со мной, чтобы поддержать.
– А как же дети? – спрашивает Максим.
– Они в школьном лагере, – отвечаю я.
– Вечером? Я думал, лагерь заканчивается в три.
Кира смеется.
– Я разве сказала вечером? Оговорилась. Я имела в виду…
– Я рад, что ты занялась этим, любимая, – прерывает ее Максим. – Я знаю, что ты уже давно хотела поработать над своим английским.
Я улыбаюсь своему честному мужу, внезапно вспыхнув от любви к нему.
Я чувствую на себе осуждающий взгляд Володи.
– Кира! – радостно говорю я. – Не хочешь сходить в туалет?
– Да, давай.
Когда мы закрываемся в кабинке, она шепчет:
– Спасибо тебе огромное!
– Это должно прекратиться, Кира, – шепчу я в ответ.
– Это прекратится, – парирует она, выпрямляя спину. – Раньше, чем я хотела бы. Когда он умрет…
Я смотрю на свою подругу. Ее глаза затуманены от слез.
– Ты сломалась, – говорю я ей.
Глава 11
Лето 2011 года
В августе, когда Мите и Рите исполнилось четыре года, мы с Кирой снова отправились в Сочи. Мужчины пообещали присоединиться к нам на неделю в конце месяца.
Максим был погружен в свою работу. За прошедший год он стал экспертом во всех аспектах жизни города. Ничто не ускользало от его внимания: он заботился об очистных сооружениях, о том, в какие институты собираются поступать старшеклассники, кто женился, развелся или родил детей.
Это не оставляло ему много времени и энергии для семейной жизни. Максим почти сходил с ума от ощущения, что находится именно там, где всегда хотел быть. Я не возмущалась, меня все устраивало. Каждую неделю я писала одну-две статьи для газеты, когда это было нужно Максиму. Я была активным членом родительского комитета в детском саду. Я разговаривала с Кирой по телефону около десяти раз в день. Моя жизнь казалась мне очень насыщенной.
Кира же была сама не своя на протяжении всей поездки в Сочи. Когда мы уселись на свои места, она тут же уснула, оставив меня наблюдать за детьми, которые были вне себя от возбуждения и бегали по всей электричке, спотыкаясь о ноги пассажиров.
Когда мы наконец приехали, я спросила у Киры:
– Что с тобой?
– Я расскажу тебе вечером.
Когда мы наконец добрались до места, и я наконец рухнула на диван, Кира подошла ко мне с двумя стаканчиками мороженого. Один для меня. Один для нее. Это было необычно. Кира – модель, она никогда не ела мороженое. Она была буквально помешана на своей идеальной фигуре.
– Что с тобой происходит? – спросила я.
– Агентство расторгло со мной контракт.
– Ты шутишь! Как это возможно?
– Им нужны модели помоложе.
– Но… Кира! Как же так? Ты в такой превосходной форме, у тебя нет ни морщинки! Когда это случилось?
– Два дня назад. Я еще даже Володе не сказала.
– Я уверена, что ему будет все равно. Не думаю, что у вас проблемы с деньгами.
– Дело не в деньгах. Ему нравилось то, что я была моделью. Это же типо статус! Он такой крутой чувак с женой-моделью под боком. Я чувствую, что подвожу его.
– А разве у нас одно модельное агентство в стране?
– Не одно, но все же…
– Это правда неприятно, Кира. Они еще пожалеют о том, что потеряли тебя.
– Спасибо за поддержку. – Мы посидели в тишине, затем она сказала: – Знаешь, а я ведь никогда не хотела быть моделью. Эта работа просто свалилась на меня, когда я училась в институте, и с тех пор я продолжаю этим заниматься. Если честно, в глубине души я даже испытываю облегчение. Мне не придется больше сидеть ни на одной жесткой диете.
– И все же, – сказала я, – они уроды.
Она кивнула.
– Так и есть. Это обидно. Кажется, что все в один момент разлюбили меня.
Она тихо заплакала.
– Ой, Кирочка. Ну что ты! Никто из дорогих тебе людей не перестал тебя любить.
– Я знаю. Я знаю. Но я старею, Юль, и меня это пугает. Я становлюсь старой и уродливой.
Я расхохоталась.
– Пожалуйста, остановись! Иначе я умру со смеху.
Мы договорились устроить себе еще одну ночь танцев. На самом деле мы планировали это весь год.
Оказавшись в Сочи, мы постоянно думали о том, как пойдем на дискотеку и оторвемся там. Мы планировали подождать до конца отпуска, чтобы наградить себя за то, что все эти недели были идеальными мамочками. Но ожидание было невыносимым. Когда в первые выходные оба наших мужа позвонили и сказали, что не смогут приехать из-за проблем на работе, мы пригласили соседку присмотреть за детьми и отправились тусоваться.
В этом году в «Музе» было еще многолюднее. Невозможно было добраться до барной стойки, не протиснувшись сквозь сотни мужских тел. К тому времени, как мы допили первый коктейль, мы обе были влажными от пота, а голоса уже охрипли от криков.
На этот раз Киру первой пригласил потанцевать высокий парень с длинными волосами, собранными в хвост. Ритм музыки был настолько заразителен, что я практически танцевала с бокалом, когда кто-то подошел и вытащил меня на танцпол. Я чуть не упала в обморок, когда разглядела его получше: этот человек был таким страшненьким. У него были плохие зубы, кривые и желтые, а все лицо было покрыто оспинами. От него пахло так, как будто он не мылся неделю. Он был жутким, и я не могла поверить, что танцую с ним. Но где-то на подсознании мне безумно нравилось, что я была такой отвязной.
Мы танцевали всю ночь напролет. Он угостил меня коктейлем. Его звали Аркадий, и он работал дальнобойщиком.
Я сказала ему, что учусь на последнем курсе университета. Он поверил мне. Мне не терпелось рассказать обо всем Кире. Я чувствовала себя великолепной и молодой. Когда я посмотрела на часы, то обнаружила, что уже за полночь.
Я попрощалась с Аркадием и стала пробираться сквозь толпу. Кира все еще была с «Хвостиком», они оба промокли от пота, одежда прилипла к их телам. Она и «Хвостик» смотрели друг на друга, как зачарованные. Мне пришлось схватить ее и притянуть к себе, чтобы привлечь ее внимание.
– Уже больше двенадцати. Нам пора.
– Ты иди! – крикнула она. – Я вернусь домой позже.
– Бар закрывается в час.
Кира повернулась и одарила меня взглядом, который я не смогла истолковать.
– Я приду домой позже, – сказала она, отчетливо выговаривая каждое слово.
– Кира...
– Просто не закрывай входную дверь.
– Хорошо.
Когда я вышла на улицу, тишина и прохлада лишили меня присутствия духа. Весь вечер я мешала пиво и коктейли, так что мои ноги были слабыми, будто ватными. Я направилась к скамейке, чтобы перевести дух. Мне было немного неловко оставлять Киру в баре, но она была взрослой и вполне могла позаботиться о себе. К тому же я пообещала соседке, что мы вернемся к полуночи. Я встала и отправилась домой.
Дома было тихо и темно. Наша прелестная соседка уложила детей спать. Я подарила ей коробку конфет в качестве благодарности. Кира все еще танцевала. Я улыбнулась. Я не могла винить ее.
Я еще раз проверила, как там дети, а затем в изнеможении упала на кровать. Все мое тело было словно налито свинцом. Я отключилась, как только моя голова коснулась подушки.
Я проснулась в три часа ночи и села на кровати; сердце бешено колотилось. Я прошла по дому, Киры нигде не было. Я позвонила ей, но абонент был вне зоны доступа.
– Черт возьми, Кира! – прошептала я. Что мне делать? Что я могла сделать? Позвонить в полицию? Меня там пошлют далеко и надолго. Наверняка, она пошла в какой-нибудь другой бар или клуб, чтобы еще потанцевать.
Я залила водой таблетку шипучего аспирина и свернулась калачиком на диване, кипя от злости. Как безответственно с ее стороны, как эгоистично, как самонадеянно! Я чувствовала себя ее мамашкой, переживающей, что ее убили или изнасиловали. Смогу ли я описать парня, с которым она танцевала? Он был высоким. У него был хвостик. Черные волосы или светлые? Было слишком темно, я не разглядела. Он был симпатичным… Да, это точно поможет следствию. Я застонала.
А что если Кира переспала с этим парнем? Мои глаза распахнулись от ужаса. Кира никогда бы так не сделала. Она любила Володю. У нее был счастливый брак. Что если этот парень напал на нее? Возможно, мне все-таки следует позвонить в полицию. Но они ничего не станут делать сейчас. Прошло слишком мало времени. Я решила, что, если она не вернется домой к утру, я точно позвоню в полицию.
Я посмотрела на часы. Было почти пять. Во рту было сухо. Мои щеки горели. У меня кружилась голова. Мне нужно было принять душ. Мне нужно было почистить зубы. Мне отчаянно нужно было поспать. Я позволила своим глазам закрыться.
Глава 12
Лето 2011 года
– Юлька, – тихо произнес кто-то.
Я открыла глаза. Надо мной склонилась Кира. Половина моего тела лежала на диване, половина сползла с него, моя шея и рубашка были мокрыми. Я сел, откидывая назад солому, которая когда-то была моими волосами, и пытаясь сориентироваться в этом мире.
– Где ты была? – Я посмотрела на часы. – Уже половина седьмого. Где, черт возьми, ты была?
– Юленька, не горячись, я была в гостях.
Я уставилась на нее. Кира выглядела по-другому. Она сияла.
– Я места себе не находила от беспокойства, – сказала я. – Я не могла уснуть.
– Я вижу, – сказала она с кривой усмешкой.
– Черт возьми, Кира, это не смешно! Я чуть не позвонила в полицию! Я думала, что тебя похитили!
Выражение ее лица мгновенно изменилось.
– Прости, Юль. Мне было так весело, я даже не подумала...
Я фыркнула.
Кира села рядом со мной и успокаивающе положила руку мне на плечо. Ее одежда была измята. Ее щеки порозовели. Стоп! Только не это…
– Куда же ты ходила?
– Я же тебе говорила. В гости.
– Что ты там делала?
– А как ты думаешь? – Она встала. – Мне нужно помыться.
Я тоже поднялась.
– Кира, ты не можешь просто так уйти. Нам нужно поговорить.
Она обернулась. Улыбка на ее лице была какой-то снисходительной.
– Хорошо. Поговорим.
– Ты поступила со мной неправильно. Я понятия не имела, где ты. Ты ведь даже не позвонила мне. Ты могла хотя бы позвонить. Я очень волновалась.
– Да ладно тебе, не будь такой занудой. Я уже взрослая тетка.
– Я знаю. И я не строю из себя зануду. Ты оставила здесь своего сына, разве ты не подумала о нем?
– Конечно, подумала. Я знала, что он с тобой. Я знала, что с ним все хорошо. Мне было весело. Я так чудесно провела время, Юлька, и я не жалею об этом.
– Я хочу услышать объяснения!
– Я не обязана тебе ничего объяснять.
– А мне кажется, что обязана.
– Что ж, я сказала тебе все, что собиралась сказать. У меня была чудесная ночь, и я не собираюсь рассказывать тебе о ней, когда ты в таком плохом настроении.
Я уставилась на Киру, мое сердце бешено колотилось.
– Я думала, что хорошо тебя знаю…
– Мамочка?
Мы обе обернулись. Митя стоял у дверей и смотрел на нас.
– Доброе утро, сыночек, – сказала Кира. – Мы тебя разбудили?
– Угу.
Митя потер глаза.
– Знаешь что, Кира? – сказала я фальшиво веселым голосом. – Ты оставила меня одну заботиться о детях, не посоветовавшись со мной. Теперь я возвращаю тебе должок. Я иду спать. Я собираюсь спать, пока не опухну.
– Я не против, – сказала Кира срывающимся голосом. – Я все равно не хочу спать. Митя, давай поваляемся на диванчике и почитаем сказку.
Я разделась и упала в постель. На этот раз, когда сон пришел за мной, я позволила ему поглотить меня.
Я проснулась в час дня, чувствуя слабость и похмелье. Небо было затянуто тучами, воздух был прохладным. Я выглянула в окно и увидела Риту и Митю, играющих в мяч. Мне стало интересно, как держится Кира.
Я нашла ее в кресле-качалке на крыльце. На ней были спортивные штаны и длинная белая футболка, волосы собраны в хвост. Никакой косметики. Она выглядела потрясающе.
– Выспалась? – спросила она.
Я кивнула.
– Как дети?
– Довольны как удавы. Я водила их на аттракционы.
Я устроилась рядом с Кирой.
– Хочешь поговорить? – спросила она.
– Конечно.
Кира обернулась на детей. Они были увлечены игрой. Кира сказала:
– Я переспала с ним.
– Этого не может быть.
– Может. – Кира встретилась со мной взглядом. – Юля, это фантастика.
– Я в это не верю.
– Но это правда. Я сделала это, и это было лучшее, что я сделала для себя за последние годы.
– Кира... Кира, кто он?
Кира рассмеялась.
– Его зовут Сережа. Ему двадцать четыре. Он работает официантом и наслаждается жизнью.
– Надеюсь, ты хотя бы предохранялась, – огрызнулась я.
– Не волнуйся, мам. Мы использовали презерватив. Я даже скажу – презервативы. – Кира наклонилась ко мне, ее лицо сияло. – Юля, это было просто так круто. У меня никогда не было такого секса. Я никогда не чувствовала себя такой раскрепощенной. Мы занимались любовью всю ночь напролет.
У нас с Кирой сложился своего рода заговор, не столько против наших мужей, сколько во имя того, чтобы оставаться женщинами. За прошедший год, по мере того как мы становились все ближе и ближе, мы жаловались на недостатки наших мужей и высмеивали их некоторые особенно забавные привычки. Но мы любили их. Мы были счастливы в браке. Да, наша сексуальная жизнь не была уж очень разнообразной. Это нормально.
– Я не знаю, что сказать, – наконец призналась я.
– Ты удивлена?
– Да.
– Я никогда не делала так раньше, Юлька. Никогда не изменяла Володе. Я не хочу, чтобы ему было больно. Ему не обязательно это знать.
Я подумала о Володе. За прошедший год они с Максимом подружились; но тогда Максим мог дружить практически с кем угодно – и дружил. Мы с Максимом часто обсуждали Володю и Киру, и я была уверена, что они обсуждали нас.
Володя всегда любил активный отдых и, наверно, поэтому мне всегда казалось, что он должен быть довольно хорошим любовником.
– Разве ты не счастлива с Володей? – спросила я у Киры.
– Конечно, счастлива, – сказала она. – Это не имеет никакого отношения к Володе.
– У него тоже были романы на стороне?
– Послушай, прошлую ночь вряд ли можно назвать романом.
– А как бы ты ее назвала?
Кира откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Она улыбнулась.
– Терапия, – сказала она. – Давай назовем это терапией.
Максим и Володя приехали в следующие выходные. Когда они зашли в дом, левой рукой Максим подхватил Риту, а правой притянул к себе и крепко поцеловал в губы.
– Я скучал по тебе, – сказал он, его теплое дыхание коснулось моей шеи.
Володя посадил сына себе на плечи, и целомудренно и коротко чмокнул Киру в губы.
Пока мы ждали прибытия наших мужей, Кира сказала мне спокойным, даже бесцеремонным тоном:
– Не рассказывай Максиму о моей маленькой интрижке, хорошо?
Я не ответила. Мне нужно было подумать об этом. Я рассказывала Максиму все.
– Я не хочу, чтобы он думал обо мне хуже, – продолжила Кира. – Ты же знаешь, именно так и будет.
Это было правдой. Он бы стал думать о ней хуже.
– Хорошо, – сказала я Кире. – Я ничего ему не расскажу.
Это был первый раз, когда я сделала выбор между моим мужем и моей лучшей подругой.
