Текст книги "После того как мы упали (СИ)"

Автор книги: Мила Любимая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 26 страниц)

Глава 51. Когда счастье стучится в двери

/Марьяна/

Восемь месяцев спустя

– Ну как?! – слышу нервный крик Авроры.

Сестра нервно расхаживает по коридору, жутко раздражая меня каждым своим шагом.

Потому что я сама в глубоком шоке. Не знаю, за что хвататься, рвать на себе волосы или грызть ногти.

У меня долбаная задержка.

Я очень не хочу залететь. Мне только двадцать два недавно исполнилось. Ну какой мне ребенок? Серьезно…

Совсем недавно универ закончила, начала работать по специальности. Открыла свою небольшую студию ландшафтного дизайна. Я обожаю свою работу! Свою жизнь!

С Русланом все замечательно… мы встречаемся уже больше года, снимаем вместе квартиру, недавно купили рыбок. Вообще-то Руслан хотел кота, но шерстяной клубок счастья – это такая огромная ответственность.

Все только стало нормально! Я с сестрой помирилась. Ну… более или менее. Наши отношения, конечно, пока не стали прежними. Но у меня снова есть моя любимая младшая сестра, моя лучшая подруга. А еще родители снова сошлись. Они сейчас в отпуске в Сочи, в самом разгаре букетно-конфетного периода.

И вот теперь это…

Пожалуйста, пусть у меня будет гормональный сбой. Ну ради всего святого!

Это мое наказание.

Точно!

За все мои грехи, коих великое множество. Должен же был бумеранг возмездия обратно когда-нибудь вернутся, правильно? Но не так же! Ребенок в чем виноват?

– Марьяна! – с нетерпением тянет Аврора, дергая дверную ручку.

Как Ян только терпит ее? Моя сестра любого в могилу сведет. А мертвеца вынудит подняться из нее.

– Подожди! – кричу я. – Вот сама окажешься в подобной ситуации, вспомнишь про меня.

– Типун тебе на язык! – тут же принимается чертыхаться Аврора. – Надо же такое ляпнуть…

– Ну вы с Яном тоже не в кукол играете.

– В карты, – огрызается сестра из-за двери.

– Знаю я эти карты, – усмехаюсь, отвлекаясь на наш лишенный всякого смысла разговор. – На раздевание.

Аврора саркастически смеется, пока я пытаюсь успокоиться. Руки дрожат. Пожалуйста, хоть бы не…

– Ты там провалилась, что ли? Делай тест, тряпка!

– Я буду над тобой издеваться, – клятвенно обещаю я. – Главное, не забудь залететь.

– Мне двадцать один, – отмахивается она. – Рано еще о детях думать.

Эй!

Она нормальная?!

– Если ты забыла, у нас разница с тобой всего год.

– Капец ты старуха.

– Малолетка.

– Марьяна, давай, расслабь булки. Тест сам себя не сделает. Или ты думаешь, если забить, то все само пройдет, как глупый грипп?

Нет, конечно. Но было бы неплохо!

– Легко тебе говорить.

Аврора не сразу отвечает, но, когда она снова заговаривает, голос ее звучит мягко, успокаивающе.

– Я знаю, что тебе страшно.

– Спасибо, что приехала. Таак… я смотрю…

– Ну что там, пронесло?

Жмурюсь, сжимая тест в руках.

Один…

Два…

Три!

Все, была не была.

– Марьяна, подожди, ничего не говори!

– Если ты собираешься сбегать за шариками, то пока не актуально, – ворчу я, резко открываю глаза и как полная идиотка смотрю на дурацкий красный плюсик.

Нет!

Нет! Нет! Нет!

Надо сделать еще один!

– Пока беременна! – кричу Авроре и распаковываю новый тест.

– Что?

Вопрос меня пугает.

Вернее, голос. А если быть совсем откровенной, то тот, кому этот голос принадлежит.

Руслан…

Как давно он здесь? Что успел услышать?

Боже!

Почему Аврора меня не предупредила? То орет как пожарная сирена, то словечка не дождешься.

Руслан принимается дергать дверь уборной, угрожая вынести ее к чертовой бабушке.

– Полегче там! Мне нервничать нельзя.

Ну а что?

Раз я залетела, то надо пользоваться хоть какими-то преимуществами.

Все-таки нужен еще тест.

Чтобы наверняка.

Я делаю второй.

За ним третий.

И даже четвертый…

Словно с каждым разом моя вероятность оказаться беременной должна как-то сократиться.

Мамочки!

Мамочки!!!

БЕРЕМЕННА.

Что мне делать? Как быть дальше? Что говорить?

Хотя насчет последнего можно не переживать особо… по ходу я уже сказала все, что должна была.

Ладно.

Ладно!

Для начала стоит выйти из туалета. Выпить кофе… но, кажется, кофе мне нельзя. Полчаса как узнала, а быть беременной мне уже не нравится. Ведь я очень люблю кофе.

Когда я появляюсь на кухне, Аврора с Русланом сразу смотрят на меня как на восьмое чудо света.

Конечно, беременная женщина просто редкость в нашем мире.

Мне надо успокоиться. Веду себя как истеричная беременная в каком-то там триместре, когда бесит все вокруг. Включая воздух, которым все дышат.

Руслан выглядит странно спокойным. Смотря сейчас в его глаза, чувствую какое-то облегчение. Уже не так страшно.

Выбрасываю тесты и упаковки из-под них в мусорное ведро, слишком тщательно мою руки и сажусь за стол рядышком с Авророй и напротив своего парня.

– Ну… я беременна.

– Вам поговорить надо, – Аврора обнимает меня. – Я пойду.

– Нет уж! – стискиваю сестру в объятиях. – Оставайся.

– Может, я запишу нас к врачу? – предлагает Руслан.

Он не показывает вида, как обеспокоен, но я знаю, что он нервничает.

Я тоже.

– Ты знаешь к какому? – усмехаюсь я.

– Моя сестра недавно родила.

Да, и вышла замуж за прекрасного парня. Я безумно рада за нее. После такой психологической травмы не каждая бы оправилась, причем так быстро. Но Кира очень сильная девушка и брата своего любит. Мы с ней сразу нашли общий язык.

К слову, ее обидчик заплатил сполна за содеянное. Ни то чтобы сполна… не думаю, что за такое существует полностью оправданная кара, но… правосудие свершилось и все злодеи наказаны и будут еще очень долго гнить в тюрьме.

– Все напоминаешь, как ты потерял сознание на ее родах?

– Она рожала дома, в джакузи! – в который раз поражается Руслан.

Мужчины такие смешные… особенно когда дело касается беременности.

– Пойду руки вымою, – Аврора спешит ретироваться, оставляя нас одних.

Я бы чувствовала себя куда лучше, если бы она осталась. Спокойнее. Теперь мы с Русланом наедине и мне очень страшно.

Что дальше будет? Мы никогда не обсуждали наше будущее. Не говорили о нем. Нам просто хорошо вместе. Я точно знаю, что нашла своего особенного человека. Мужчину, который открыл лучшую версию Марьяны Жаровой.

До него я была такой сукой…

Ни то чтобы сейчас я девочка-одуванчик, но сама чувствую, как сильно изменилась с ним. Как он изменился. Хотя Руслан совсем не похож на парня, кому нужны серьёзные отношения.

Она накрывает мою руку своей, смотрит пристально в глаза, словно в самую душу заглядывает.

– Ну и… как мы дальше?

– А ты еще сомневаешься? – усмехается он.

Разумеется, я сомневаюсь! Ну что за глупый вопрос!

– Рус…

– У нас будет ребенок, – пожимает он плечами. – Я не был к этому готов. Все неожиданно, стремительно, быстро…

– Но?

– Но мы справимся.

– Ты… не против его оставить?

– А ты?

– Из меня такая паршивая мать получится, честное слово.

– У наших детей будут лучшие в мире родители.

Попридержите коней, молодой человек!

– Ты не сильно разогнался? Речь про одного ребенка.

– В идеале, неплохо было бы и девочку, и мальчика. Ты так не считаешь?

Он хочет двоих детей. Он хочет детей!

Нет, ну я в шоке.

– Голова кругом.

– В хорошем смысле, я надеюсь?

Не знаю…

Я буду мамой.

Не верю!

Но, знаете, я ведь ни на секунду про аборт не задумалась, что вообще допускаю мысль поступить сейчас как-то иначе, кроме того, чтобы родить этого ребенка.

Боже мой, но мне всего двадцать два года! Если я не справлюсь?

– Хотел подождать до твоего дня рождения, – вдруг говорит Руслан и крепче сжимает мою руку.

– Ты сейчас о чем? – непонимающе щурюсь я.

– Станешь моей женой?

Честно говоря, я не поняла, что я ответила и ответила ли вообще, потому что все потонуло в радостном вопле моей младшей сестры. Кстати, она принялась исполнять танец городской сумасшедшей. Кажется, именно за это я ее и люблю.

Когда мы остаемся одни, Руслан пересаживается на диванчик рядом со мной и обнимает.

– Ты ничего не ответила.

– Правда?

– Но за тебя проголосовала Пожарова.

Закатываю глаза.

От Яна своего понабрался.

Но я рада, что Руслан и Ян снова дружат. Я чувствовала себя главной виновницей их разлада.

– Милый, поговорим, когда у меня будет кольцо.

Нет, я вовсе не продажная, но, во-первых, у меня в животе его будущий ребенок, а во-вторых, про лучших друзей девушек тоже забывать нельзя.

– У тебя все равно нет шанса сказать «нет».

– Почему это?

– Я тебя люблю.

– Я тебя тоже люблю, но какие еще причины?

– Той, что ты здесь, со мной, вполне хватает… – он гладит меня по еще плоскому животу. – Вы со мной.

Это правда так мило или на меня влияют гормоны?

К черту.

Я все равно скажу «да».

И уже вижу, как все замечательно будет.

Мы поженимся.

У нас будет самая романтичная свадьба в греческом стиле на берегу Финского залива. Медовый месяц на жарких островах.

Потом родятся чудесные двойняшки – Арина и Демьян.

А крестными станут Ян и Аврора.

Если это не счастье, тогда что?

Глава 52. На полной скорости

/Ирэн/

Еще два месяца спустя

«Привет, меня зовут Ира и я эскортница»

В смысле, бывшая эскортница.

Шучу, мы с моим психологом слишком долго работаем, чтобы я каждый раз представлялась ей и каялась во всех своих темных грешках.

Да-да, я все еще хожу к мозгоправу. Пусть моя жизнь и кажется нормальной с первого взгляда.

Я люблю своего мужа, обожаю своего двухмесячного малыша. Малышку, вернее. Которую мы с Ромой решили назвать Авророй.

Она очаровательная. Просто прелесть! Наша маленькая воинственная принцесса. Наверное, есть в этом имени что-то по-своему дерзкое.

Маленькая Ава очень бойкая, несмотря на свой еще крохотный возраст. Если вы увидите ее, точно влюбитесь. У нее синие-синие, почти василькового цвета глаза, пухлые губки бантиком, нежная фарфоровая кожа и забавные белокурые кудряшки.

Если я должна была пройти по дороге из колотого стекла ради такого счастья, то оно того стоит. Всегда будет стоить.

Сегодня. Завтра. Через месяц и через два… через сто лет!

У меня лучший муж в мире.

С каждым днем, кажется, я влюбляюсь в него все крепче, все сильнее. мой мир раскололся на двух людей. Дочку и любимого мужчину.

У меня замечательная работа. Ведь я действительно занимаюсь тем, чем хочу. Так прекрасно найти дело своей жизни, в которое ты можешь вкладывать всю себя.

Кто сказал, что семейная жизнь – это скучно?

Я знаю, что завтра будет новый день и в нем я буду еще счастливее, чем сейчас.

Но иногда я вспоминаю свою прошлую жизнь. Не знаю, чем я заслужила такое счастье, свою чудесную семью и друзей, каких у меня никогда особо не было.

Мы с Ромой не так давно переехали обратно в Санкт-Петербург. Не понимаю искренне, как можно оставить этот город. Все дороги ведут не в Рим. Они ведут в город на Неве.

Есть какая-то своя особая прелесть в Северной Венеции. В петляющих улочках и переулках, приятном запахе кофе и свежей выпечки, в очень коротком лете и вечной осени.

Я здесь дышу и не задыхаюсь в каменных джунглях. В Москве тоже было здорово, но, сдается мне, это просто не мой город.

Когда я брожу по набережным со стаканчиком кофе, этого чувство нельзя передать в полной мере. Здесь мы на своем месте. Думаю, наша дочь тоже полюбит Санкт-Петербург всем своим сердечком.

Бежала отсюда, чтобы спрятаться от воспоминаний и призраков собственного прошлого. Думала, новое место поможет начать все с чистого листа. Не получилось…

Ночную тишину пронзает пронзительный плач дочки.

Я не скажу, что нам легко. Вообще-то грудной ребенок – это очень сложно. Мы не высыпаемся, поочереди дежурим возле ее кроватки. Рома мне очень помогает. Даже взял отпуск на работе, что помогать мне. Он чудо!

Думаю, ни для кого не секрет, что мужчины редко становятся помощниками в воспитании детей. Не говоря о том, когда они совсем крошки и их просто даже страшно на руки взять, ведь они такие крохотные, такие беззащитные… жутко… а вдруг что-то не так сделаешь?

Я очень боюсь материнства. Стараюсь читать книги, не паниковать и вникать во все эти премудрости. У меня не было хорошего примера перед глазами. Но, кажется, я справляюсь. Мы справляемся.

Даже научились спать, пока Ава спит.

Когда я вхожу в детскую, то вижу у кроватки Рому. Он напевает нашей дочке какую-то колыбельную, тихо покачивая люльку.

Боже, это так сексуально.

И я люблю его еще больше.

Сейчас, видя его с Авророй, наблюдая за тем, как он убаюкивает ее, сколько нежности и теплоты при этом в его взгляде, все мое сердце распирают от светлого, самого прекрасного в мире чувства.

От любви.

Страсть может затухнуть очень быстро, а вот настоящая любовь… с годами она только крепнет… и, если она спокойна и безмятежна, это вовсе не значит, что она исчезает.

Наоборот, любовь набирает силу.

Любовь исцеляет.

Ведь именно любовь к Роме и дочке помогает мне, не дает совершенно спятить с ума. Сложно быть хорошей, когда ты всегда была плохой девочкой.

Но у меня получается.

Самым большим страхом было то, что меня однажды потянет назад. Говорят, бывших шлюх, как и алкоголиков не бывает. Но… как хорошо, что у каждого правила есть исключения.

Всегда.

Рома подходит ко мне на цыпочках, чтобы не разбудить Аву, обнимает меня.

– Кофе? – шепчу я тихо-тихо.

– Всегда да.

Когда мы приходим на кухню, за нами увязывается Барри. Он бросается Роме под ноги и начинает тереться об него, выпрашивая лакомство. Знает, что от меня не допросишься. Ну а что? Коты же бездонные. Сколько не дай, все равно мало будет.

Мы счастливая семья. У нас есть ребенок, кот и мы. А еще кофемашина и бар с сиропами.

Муж делает нам кофе. Мне карамельный капучино без кофеина с маршмеллоу, а себе миндальный латте.

Рома раньше отрицал существование кофе и все пытался подсадить меня на чай, а получилось все в точности до наоборот. Теперь мы семья двух кофеманов.

Сделав несколько глотков горячего ароматного напитка, прижимаюсь к Роме, устроив голову у него на плече. Господи, как хорошо, уютно.

Мне нравится наслаждаться каждой секундой нашего счастья, неторопливо смаковать его.

– Знаешь, что я подумала? – поднимаю на мужа глаза.

– Как хорошо, что из всех я выбрала именно тебя.

– Мне казалось, это я выбрал тебя, – усмехается он, прижимая меня крепче к себе.

– Мы выбрали друг друга.

– Нашли компромисс.

Муж нежно целует меня в губы. Поцелуй получается сладко-горьким, с оттенками кофе, миндаля и карамели.

Нас затягивает в его водоворот. По коже проносится сноп раскаленных искорок, поджигая фитиля. Мы воспламеняемся как по команде, синхронно сгорая друг в друге.

Не разрывая поцелуя, я сажусь верхом на Рому, и он углубляет поцелуй. Языком дразняще проходится по моей нижней губе, по зубам, стихийным торнадо врывается в мой рот.

С губ срывается стон.

Кажется, это наш общий стон.

Тихий, осторожный, чтобы не разбудить дочку, но полный наслаждения.

Его сильные и горячие руки ласкают мое тело, я осыпаю поцелуями его шею, кусаю за плечо, тянусь к резинке спортивным штанов.

– Может, в спальню? – отрывается от меня Рома, раздевая меня догола одним своим взглядом.

Словно у него не глаза, а артефакт – сканер, подаренный ему суккубами… или инкубами, черт разберет кем конкретно. Суть вы уловили.

– Может, в спальню?

– Шутишь? – усмехаюсь я. – Когда ты меня взглядом уже трахнул?

– К черту! Я хочу тебя.

– К черту! – я люблю тебя.

– Больше всего на свете, – рычит Рома, насаживая меня на себя.

Я откидываю голову назад, покачиваясь в такт его быстрым, ритмичным движениям.

Дьявол, да!

Это любовь!

Наши руки сплетаются, мы смотрим глаза в глаза и несемся на полной скорости прямо в Рай.

Эпилог. Эта песня о нас

Когда наши качели

взлетают,

Мы крыльями

До Рая достаем,

От любви в животе

Бабочки порхают,

Ведь мы с тобой

Официально

Вдвоем.

/Аврора/

Лето следующего года

– Вопрос номер один. Это, значит, все твои друзья? – спрашиваю у Яна, когда самолет взлетает.

Да, кстати, ему пришлось уговаривать меня на полет очень… очень долго!

Потому что (без понятия почему) я смертельно боюсь самолетов. Вроде бы это называется аэрофобией.

Но мы решили провести отпуск вместе.

Отдохнуть впервые как пара (поездки в деревню к моим бабушке и дедушке и к родителям на дачу, чур, не в счет).

Тем более и повод был уважительный. Мы с Яном оба защитили дипломы и выпустились с юридического.

Нам жизненно необходимо расслабиться, выпустить пар, хорошенько пожариться под солнышком на белом песчаном пляже посреди Индийского океана.

И привет, Бали!

Так что… пришлось чем-то жертвовать.

Нервами, своими, например.

Если отпуск у океана выйдет паршивым, мне просто придется убить своего парня.

Не говоря о том, что нам едва удалось уболтать Марьяну и Руслана, чтобы они взяли к себе на этот месяц Яна Сергеевича (я про черепашку, если что) и Зефира (кличку псу Сотников придумывал, запомните это).

Если однажды он притащит домой кошку и назовет ее «Пастилой» или «Халвой», не удивляйтесь.

А что будет, когда у нас дети появятся?

Страшно представить… нет, я просто не позволю ему давать нашим детям имена.

Сохраняем спокойствие, я не беременна и детей мы тоже пока не планируем.

Но в будущем они у нас, конечно, появятся. Мальчик и девочка.

Будет классно, если двойняшки или близнецы. Чтобы рожать не пришлось два раза.

А пока… мы слишком молоды.

Нам по двадцать одному году, мы только окончили университет и ступили твердо во взрослую жизнь. Счастливое студенчество осталось позади, пришло время открыть новую страничку, где все будет только лучше!

Часто нянчимся с нашими крестниками и моими племянниками по совместительству.

У Марьяны и Руслана родились чудесные двойняшки – Арина и Демьян.

А совсем недавно выяснилось, что мама беременна третьим ребенком.

Кажется, у нас с Марьяной появится еще и младший братик.

С сестрой у нас наладились отношения. Насколько это вообще возможно в нашей ситуации.

Мне понадобилось много времени, чтобы осознать все, по полочкам разложить, попытаться понять сестру.

Честно, я всегда понимала, почему она поступила именно так.

Но не могла смириться со средствами, какие она использовала для достижения своих целей.

Порой людей нужно прощать. Особенно близких. Что было бы, если бы я не дала шанса нам с Яном? Не хочу думать, как мы шагали бы врозь по этому миру.

Не ошиблась в своем выборе. В нем не ошиблась. Может быть, именно это и есть взросление.

Любовь спасет мир. Почему бы не позволить ей сделать это?

Обожаю своих родителей.

Безумно счастлива, что они теперь вместе, по-настоящему. Что несмотря на все, через что им пришлось пройти, они осознали, как ценят друг друга, как любят и как сильны они единым целым.

– Димаса ты знаешь, – Ян крепко держит меня за руку, поглаживает большим пальцем по тыльной стороне ладошки.

Приятно, черт возьми.

– Ага, мудак бывший моей лучшей подруги.

И меня совершенно не волнует, что они снова вместе.

Он навсегда останется мудаком бывшим.

Да, если вы что-то пропустили, Маша и Дима помирились и даже обменялись двумя видами колец. Сначала мармеладными, а потом настоящими.

Про последнее мы все узнали буквально только что.

Маша зажала нам отвязный девичник. Дима мальчишник. Впрочем, на последнее мне фиолетово. Вообще тихо расписались, надели друг другу кольца и рванули в медовый месяц на море. Счастливые!

Хотя, надо признать, я преклоняюсь перед Машей Савельевой.

Она обязательно должна написать книгу, что-то вроде «Руководства по перевоспитанию мудаков».

У меня не хватило сил так издеваться над Яном, над собой, над нами. Я просто поняла, что мы либо вместе, либо никак, и рискнула.

Но я все равно рада за Машу и Диму. Ведь они любят друг друга и должны… нет, просто обязаны быть вместе! Как Росс и Рейчел из сериала «Друзья», за воссоединением которых следили все преданные фанаты, затаив дыхание.

Маша и Дима – идеальная пара… чокнутых. Я их шипперила, каюсь.

Но это, разумеется, не помешает мне запустить стрелу из арбалета прямо в задницу Димы Сотникова, если он только посмеет обидеть мою Машу еще раз. Я из него гуся в яблоках сделаю, честное слово.

Все вокруг женятся, детей заводят, а у нас с Яном… у нас с Яном все классно.

Мы живем вместе, у нас есть песик и черепашка, а еще фальшивое свидетельство о браке из виртуального ЗАГСа.

Возвращаясь к мармеладным колечкам, это чисто по-Сотниковски, устраивать фальшивые свадьбы, да?

Нет, все же Маша была права.

Сотниковы – это болезнь. Неизлечимая.

И, кстати, я очень рада, что Ян наладил общение со своими братьями.

С Марком они хорошо общаются, созваниваются по видеосвязи раз в неделю, переписываются. А Ян и Дима зарыли топор войны. Раньше между ними и черные коты боялись пробегать, теперь же они стали друзьями.

Разве не классно?

Кто молодец? Аврора и Маша, конечно.

– Это Ник и Мира, – кивает Ян в сторону парня и девушки, сидящих в параллельном ряду.

Девушка настоящий ангел. Милая блондиночка с голубыми глазами в сиреневом коктейльном платье. Волосы ее украшает ободок с цветами. Вся такая фея.

С Мирой я знакома не так давно. Лучшая подруга Маши, хорошая девчонка. Одна из тех фиалочек, кого тянет на всяких придурков.

Недавно мы познакомили Миру с Ирэн. Вангую, испортим девку.

Помните, как Ирэн однажды сказала, что у нас соберется целый ковен ведьм?

Розочка, фиалка, одуванчик и кактус. Кажется, мы нашлись.

А рядом с Мирой и знаменитый Ник. Великий и ужасный практически. Всякий придурок, собственной персоной.

Потому что про него я хорошо наслышана, но еще не видела ни разу. Только на каких-то фотках доводилось.

Ну что ж, не было бы у меня Яна, я бы тоже на нем залипла.

Все девочки любят плохих парней.

Сильнее этого только – перевоспитывать плохих парней и верить, что твоя любовь исцелит их от тьмы. Не всегда работает, но иногда случаются чудеса.

Хорош, гад…

Да не смотрю я, не смотрю!

– Наш одуванчик тоже встречается с говнюком? – щурюсь я, разглядывая зеленоглазого брюнета с татуировкой на шее.

– Нет, – смеется Ян в ответ. – Она замужем за ним.

Идите вы!

А ну точно. Ведь на их торжестве между Димой и Машей снова все загорелось.

Сейчас что, тренд на свадьбы?

Выйди замуж до двадцати пяти и получи… что там предлагают, стриптиз в подарок? Любовника? Беспроцентную ипотеку?

– Бедная девочка! – сочувствующе вздыхаю я.

– С чего ты вообще взяла, что он не пай мальчик?

Мой парень умный. Но иногда мой парень просто идиот.

– Тогда я балерина.

– А я кто?

– Ты фигурист, конечно.

– Конечно?

Ян заливисто смеется, а хохочу вслед за ним, так что обе сладкие парочки вопросительно смотрят на нас, как и добрая половина пассажиров.

– Мне не пойдет трико, Булочка.

– А мне пачка, – хмыкаю я. – Хо-ооо-тя…

– Представила себя в пачке?

– Нет, – от смеха у меня живот уже болит. – Тебя, в обтягивающих лосинах.

– И как?

– У тебя классная задница, Ян Сергеевич. Я бы в тебя влюбилась.

Ян хватает меня за шею и притягивает к себе.

– А сейчас что, не любишь?

– Сейчас я не могу дышать.

– Без меня?

Он все-таки меня целует.

В грудной клетке привычно сладко саднит и между нами сверкают грозовые молнии. Каждый раз горим, как в первый.

Я люблю его. Безумно люблю.

– Я знаю, что ты любишь.

– А я знаю, что любишь ты.

– Боже, меня сейчас вырвет! – раздается со спины голос Димы. – Вы всегда такие рахат-лукум?

– Завидуй молча! – Ян сгребает меня в охапку и притягивает к себе.

Как хо-ро-шо…

Вы хотите спросить, как же вышло, что мы летим отдыхать все вместе?

На самом деле, мы ничего такого заранее не планировали.

Ну, либо я просто не в теме.

В любом случае, даже если Сотников все подстроил за компанию со своими друзьями (которым доверия нет, да! Учитывая их незавидную привычку спорить по поводу и без), то он очень виртуозно отыграл свою роль. Невыносимо правдоподобно. Все-таки их с Димой мама – актриса театра. Научила сыновей уму-разуму.

– Какой второй вопрос?

– Знаешь, – задумчиво тяну я, вдыхая его запах. – Я передумала его спрашивать.

– Так не честно.

– Слушай, ну ты скажешь, что это поездка не случайна, я расстроюсь, а Маша сломает тебе нос…

– За что?

– Она может! – вставляет свои пять копеек Ник. – По-моему, мой до сих пор кривоват.

– Ты сломала ему нос?! – поворачиваюсь к Машке. – Почему я этого не видела?

– Ведьмы…

– Ян, а, Ян! – Маша приподнимается и дергает моего парня за волосы.

Ничего странного, просто у них дружба такая. Если она врежет ему, я совсем не удивлюсь.

– Отстань.

– Откуда ты знаешь, чего я хочу? – притворно обижается Маша.

– И чего?

– Итак, как главный говнюк этого года…

О нет.

Знаете эти игры в доктора?

Так вот, Маша, конечно, не играет в журналистку.

Но иногда порядком достает своим блогерством. Я очень рада за подругу. За ее успехи в журналистике, за ее блог, пользующийся бешеной популярностью, но… мы так-то отдыхаем от работы. Дай ей волю, она бы круглыми сутками вкалывала.

– Я не дам интервью для твоего блога, Машенька.

Не так давно Ян заключил контракт с издательством, теперь он у меняя рисует комиксы и графические романы. Вот Маша и пытается у него взять хоть коротенький блиц.

– А если я очень хорошо попрошу, Янчик?

Дохлый номер.

– Никогда не предлагай мне подобных вещей в общественных местах, – усмехается мой парень. – Иначе твой ревнивый бойфренд сломает мне челюсть.

– Вообще-то муж, – возражает Маша.

– И не только челюсть, – угрожающе обещает Дима.

– Эй, я для вас шутка? – притворно обижаюсь.

– Не бесись, – Ян целует меня в щеку. – Я слишком красив, чтобы жертвовать своей милой мордашкой.

Мы с Мирой смеемся, а Машка недовольно фыркает. На самом деле рассержено пыхтит, как ретро-паровоз.

– Заносчивый индюк!

– Я не понял, – Ян поворачивается к ней. – А почему я говнюк, когда есть Дима и Ник?

– Я ей не интересен, – произносит Тарасов. – Подумаешь, по клавишам иногда пальцами бью.

– Прости, но Эдвард Каллен в мои планы не входит, – Маша умоляюще смотрит на Диму. – Ты же обещал хранить и оберегать меня, уговори его!

– А мои песни тебя уже не устраивают?

– О! – Маша принимается хлопать в ладоши. – Вы слышали его новую песню? Она просто потрясающая!

Дима тихо включает демо-запись своей последней песни. Ник и Мира встают со своих мест и подходят к нам, чтобы послушать.

И эта песня, стихи, музыка…

Она о всех нас.

Не только о Маше и Диме.

А еще обо мне и Яне.

О Мире и Нике.

О каждом, кто любил и по расплавленному лавой стеклу шел к своей судьбе.

О любви с ароматом грушевого латте.

О любви и блинчиках с черникой.

О любви со вкусом полыни и апельсинового рафа.

О нас.

Раненных птицах, влюбившихся друг в друга.

А мы с тобой Как раненые птицы, Мы с тобой Были обречены Друг в друга влюбится. Пеплом по стеклу, Дождем в душе, Я все так же Тебя ищу, Любовь моя В неглиже. А мы с тобой Как раненые птицы, Двое под луной, Этой ночью нам Снова Не спится....

– А ты всего лишь художник, – шепчу я Яну.

– Не знал, что сходишь с ума от музыкантов.

– Я схожу с ума по тебе, Сотников.