Текст книги "После того как мы упали (СИ)"

Автор книги: Мила Любимая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 26 страниц)

Глава 43. А надо было раньше!

/Аврора/

А уже всё! А надо было раньше!

Проигнорировав очередной входящий от Сотникова, я поставила телефон на беззвучный и убрала его в сумку.

Нет, я не веду себя как обиженная девочка. Если только совсем чуть-чуть.

Во-первых, если захочет найти, то сделает это, из-под земли отроет. А во-вторых, пара по криминалистике уже начинается. Не до Яна. Новый препод оказался крайне мерзким старикашкой с прогрессирующим синдромом бога в последней стадии. Ромашка по сравнению с ним просто ангел во плоти. Святой!

Вот зачем, спрашивается, семейка Кирьяновых в Москву свалила? Но это все лирика.

И мне конспектировать бы прилежно лекцию, но никакая криминалистика не могла задержаться в моей голове, все мысли занимал чертов Ян.

С чего он решил, что со мной можно вести себя ТАК?

Как долбаный мудак, вот как!

Я, конечно, его люблю, но и себя не на помойке нашла.

А ведь он даже не позвонил... сообщения несчастного не написал.

Почему не приехал, что случилось...

Я ведь ждала, переживала! Если бы ещё и приготовила романтический ужин, было бы вдвойне неприятно.

Но мне все равно обидно!

Ну просто, вы же все понимаете, да?

Такой козел этот ваш Ян!

Кое-как отсидев первую пару, вышла из аудитории. Впереди меня вышагивали Милана и Вика, обе на высоченных шпильках.

На месте последней я бы сто раз подумала, надевать каблуки или нет. Всё-таки она в положении.

Ян пусть мне и сказал, мол «все хорошо». Только вот непонятно, что именно хорошо и каким образом. Степанова правда от него беременна? И если да, то дальше он что предпринимать собирается?

Уверена, Ян не такой уж подлец, чтобы забить на своего ребенка. От случайных связей бывают некоторые последствия. Слишком наглядные, если уж честно.

Заводить детей в двадцать лет, не имея никакой твердой почвы под ногами – это глупо. По меньшей мере.

Тот разговор Степановой с Дейко я запомнила прекрасно. Особенно дикий план этой беременной дуры привязать Яна к себе с помощью ребенка. Бедный малыш... он ещё не родился, а мамаша уже использует его. Хотя должна просто любить.

Почувствовав на себе тяжёлый, по-настоящему неприятный взгляд, подняла глаза.

На меня смотрела (нет, даже зыркала Степанова), не скрывая своего враждебного настроя.

Ну только этого мне для полного счастья и не хватало!

Растянув губы в самоуверенной улыбке, я прошла мимо. Клянусь, Вика почти прожгла дыру в моей спине. Если бы людей можно было поджигать взглядом, Вика была бы одной из лучших в этом деле. Первое место я делить ни с кем не собираюсь.

И я сейчас не только про огонь.

Как и следовало ожидать, игрой в гляделки противостояние с Викой не закончилось. Я будто спинным мозгом ощущала исходящую от нее неприязнь. Впрочем, волны, что она испускала, словно мощный магнит, больше напоминали чёрную, жгучую ненависть.

Последние полгода я не могла не замечать, как изменилось отношение Степановой ко мне. Мы с ней никогда подружками не были, но получалось оставаться на нейтральной стороне. Чисто однокурсницы.

Но теперь...

Теперь Степанова как будто меня в злейшие враги записала. И знаете, что? Видимо, эта девчонка так сильно втрескалась в Яна, что любовь буквально ослепила её.

Раз уж она решилась ребенка родить, чтобы только с Яном остаться, излишние комментарии не требуются...

Так, что у нас там дальше по расписанию? Вот, физподготовка совместно с четвертым курсом.

Ууу, не самое любимое мое занятие, честно говоря

Спорт никто не отменял, но покажите мне человека, который реально его любит?

Знаете вот этих все девочек: «я встала в шесть утра, сходила на пробежку, приготовила полезный завтрак, сделала растяжку и теперь бодра, позитивна и активна...»

Я проснулась в семь тридцать и чувствую себя, как трехсотлетнее умертвие злобной ведьмы.

И философские якобы мотивирующие слоганы «привычка вырабатывается за двадцать один день» нифига не работают.

Мы обычные люди. А петербуржцы вообще ленивые создания. Мы любим кофе, книги и котиков. Какой спорт в космических дозах, алё?

Я обожаю танцевать, хожу по вечерам на пилатес и растяжку, даже пару раз в неделю бываю в бассейне. Я не собираюсь участвовать в марафонском забеге, на минуточку. Так что усиленные физические нагрузки мне вообще ни к чему.

Это я раньше рвала жопу, чтобы сдать все нормативы, когда мечтала после универа пойти работать в органы. По стопам отца. Но то ли Кирьянов соблазнил меня адвокатурой, то ли ещё что, но, кажется, я переболела.

Конечно, окончательного решения я еще не приняла. Отец по-прежнему не скрывает, что не разделяет моих стремлений, да и мама, как оказалось не в восторге. К тому же, бороться со злом можно не только с погонами на плечах, побеждать тьму нужно на каждом сантиметре нашей жизни.

Я долго думала, что будет значить для меня работа в прокуратуре или следственном комитете. Пришла к выводу, что частично отец прав. В последнее время я вообще многое переосмыслила. Дети часто смотрят на своих родителей, стремятся быть похожими на них, хотят, чтобы те ими гордились.

Что если, это даже не моя мечта? Что если, это все ради папы? Я его очень сильно люблю, восхищаюсь им. В детстве я говорила всем своим обидчикам: «мой папа тебя арестует». Когда не работал закон всемогущего арбалета.

Может быть, у меня сегодня какая-то болезненная депрессивная апатия.

Но заниматься я не хотела от слова "совсем". Что уж говорить про усиленную тренировку. Надеюсь, будет возможность просто поиграть в волейбол...

В переполненном спортзале яблоку было упасть негде, ни то что просочиться мне с моими скромными плюс сайз.

Кое-как добравшись до женской раздевалки, я застала внутри Вику и Милану. Последняя сидела с блокнотом и вслух зачитывала новую кричалку группы поддержки.

Степанова, увидев меня, показательно фыркнула и отвернулась. Милана же закатила глаза, с энтузиазмом принявшись обсуждать, словно сама с собой, программу танца на будущую игру баскетбольной команды.

Да, а со Степановой все будет чуть сложнее...

Быстро переодевшись и убрав свои вещи, я поспешила убраться подальше от женской раздевалки. Я не трусиха, да и на Вику мне плевать с Эйфелевой башни, но... многовато яда на квадратный метр, вы не находите?

Однако к концу пары я вообще напрочь забыла про Вику. Даже про Яна не вспоминала. У меня осталась только одна цель – не сдохнуть раньше времени. Ибо наш физрук и, видимо, тренер неизвестной никому марафонской сборной по совместительству, загорелся идеей выжать из меня все соки. У него получилось...

В такой спешке убегала после душа, что и про реферат по французскому запамятовала, который я оставила в раздевалке. Кому-то пора начинать пить таблетки для памяти.

Осенило меня уже после пар, когда я вместе с ореховым капучино двинула на выход и столкнулась с нашей француженкой Нелли Руслановной. Пришлось сдавать назад и по пути молиться, чтобы реферат чудесным образом не растворился в пространстве спортзала.

Несколько старшекурсников занимались на тренажёрах, очевидно пытаясь склеить девчонок из группы поддержки. Я ухмыльнулась, наблюдая за тем, как один из парней снял с себя футболку, да с таким выражением, словно он Деймон Сальваторе, не меньше.

– А эта корова зачем приперлась? – донеслась мне вслед недовольная реплика Степановой.

– Вика, заткнись.

А это уже сказала Марьяна. Помните сестринский кодекс? Ни то чтобы меня нужно было защищать от Вики, но сестер на подруг не меняют. Девчонки потеряли ко мне интерес, а я забрала свой несчастный реферат и тут же двинула назад. Уже на выходе столкнулась со Степановой. Уперев руки в бока, она преградила мне дорогу.

Началось в колхозе утро...

– Надо поговорить, Жарова.

– Надо?

– Что ты так вылупилась? – злобно сверкнула глазами Вика. – Ты же в курсе?

Нет, к такому жизнь меня не готовила.

– В курсе чего, Степанова?

– У нас с Яном будет ребенок. Не мешай нам, ок?

Чего?!

Смерив Вику внимательным взглядом, я ответила:

– Да, я знаю, что ты залетела, Степанова.

– Будь человеком, Аврора. Пойми меня, как женщина... ребенку ведь нужен отец.

Боооже!

Я ведь всегда считала Вику нормальной девчонкой. А сейчас реально дура какая-то. Влюбленная непонятно во что. Разве же это любовь? Заставлять кого-то быть с тобой, используя еще не рождённого малыша? Это все что угодно, но не любовь.

– Ему нужен отец или муж для его матери?

– Не передергивай...

– Что ты, – делаю глубокий вдох и примирительно поднимаю руки воздух. – И в мыслях не было.

Прищурившись, Вика прикрыла за собой дверь. Затем опустилась на скамейку, закинув ногу на ногу.

– Тебе скакать сейчас разве можно? – спросила я, показывая на помпоны.

– Это я как-нибудь сама решу.

П-ф-ф...

– Тогда пока, я спешу.

– К нему? – в голосе Вики ясно прозвучала ревность.

– А если и да, что?

– Я тебя по-хорошему попросила, – процедила она сквозь зубы.

Не лезь, хуже будет. Я люблю его и тебе не уступлю.

– Я тоже его люблю. Как бороться будем?

Вика вскочила со своего места, обвинительно тыча в меня указательным пальцем.

– А ты представь, что будет, если я, например, всем скажу, что Ян силой затащил меня в постель?

Дурдом на выезде...

Она сейчас это серьезно вообще?

– Ты дура?

Хотя зачем я спрашиваю, правда?

– Думаю между мной и тобой Ян все же выберет меня.

– Лечиться тебе надо, Вика.

Впрочем, не уверена, что с такой протекшей крышей она ещё до сих пор не обращалась к мозгоправу.

– Думаешь, что ты особенная, да? Не такая как все для него? Так вот, ты точно такое же мясо, как и я.

Черт, не будь она в положении, я бы ей уже врезала.

– Изыди, нечистая.

Я отодвинула Вику в сторону и, наконец, вышла из раздевалки. Честное слово, от всего этого бразильско-мексиканского колорита голова уже пухнет.

Но на этом мои приключения не закончились. С той стороны двери, подперев стенку плечом, меня поджидала Марьяна.

Сестра скрестила руки на груди и посылала мне красноречивые сигналы в стиле «Чип и Дейл спешат на помощь».

– Ты как? – спросила она, принимаясь вышагивать рядом со мной.

– Ещё чуть-чуть и стану героиней сериала «Отчаянные домохозяйки».

– Она реально от него беременна?

– Похоже на то.

– Жееесть.

Ни то слово...

– Так вы с Яном снова встречаетесь?

– Грабли созданы для того, чтобы на них наступать.

– Я слышала, они ходили на свидание, – задумчиво протянула Марьяна.

Да нет...

Какое свидание?

Да, Ян встречался с Викой. Но как иначе? Им же надо было поговорить.

Но злобная богиня ревности принялась нашёптывать мне всякие ужасные вещи, пытаясь прорастить зерно сомнения в моей душе.

Не выйдет, милочка!

Мы с Яном через столько прошли не для того, чтобы я подозревала его в неверности на постоянной основе. Так у нас просто ничего не получится.

– Я знаю, что они встречались, Марьяна.

– Рор, можно совет?

И я почти уверена, что услышу.

– Я не до такой степени тебя простила. Держаться подальше от Яна, угадала?

– Нет, – сестра подмигнула мне. – Если вы любите друг друга, все получится. Сколько бы падений не было.

Фальшиво беззаботно улыбнувшись и помахав помпонами на прощание, Марьяна убежала, оставляя меня наедине со своими мыслями. Но на внутренний конфликт времени уже не осталось, я ужасно опаздывала на работу в кофейню. Сашка там заждалась...

Четыре часа вечерней смены пролетели незаметно. От клиентов отбоя не было. Я только и успевала, что обслуживать посетителей и одновременно собирать заказы. Даже с Машкой, которая заходила за глясе и профитролями, поговорить совсем не удалось. Только парой слов перебросились...

Под конец дня я с ног валилась от усталости. Слишком напряжённый день выдался. И морально, и физически.

Кофейню закрыла только без двадцати десять, задержавшись аж на сорок минут.

И мне бы отдохнуть, выпустить пар, но нет же!

– Привет, – как гром среди ясного неба обрушился на меня голос Яна. – Ты не отвечаешь на мои звонки.

Стоять, вороные.

Кажется, я хотела сбросить пар, да?

Погнали!

Глава 44. Любовная любовь

/Аврора/

– Что там Париж? – спросила я, прищурившись.

Какой арбалет, девочки? Мало, слишком мало!

Будь у меня под рукой бабушкина чугунная сковородка, которой лет уже больше, чем мне и Яну вместе взятым, я бы непременно заехала по его наглой морде.

Чисто мартовский котяра. Припёрся одичалый, гладь его теперь и корми. Ну и люби, само собой.

Я, видите ли, трубки не беру. Нормально ему?!

И сегодня своим самомнением стратосферу пробил Ян Сотников, открыв тем самым новую галактику...

– В смысле? – не понял Ян, воззрившись на меня будто чистый и наивный оленёнок Бэмби.

– Париж, Ян. Французский Париж. Куда ты целые сутки добирался, чтобы купить булочки.

– Ась?

– Или вино и круассаны. Иной причины нет.

– Пожарова, я обязательно свожу тебя в Париж и поцелую под мостом Мари.

Запрещённый приём.

Был бы, если бы мне хотелось романтики и чувствовать себя девочкой– девочкой, а я сейчас как Китнис Эвердин во время жатвы.

– Грязно играете, Ян Сергеевич.

– Знаю, я мудак.

– Ещё новости будут?

– У меня реально была причина.

– Где-то пожар? Кто-то умер?

Повисло молчание. Как мне показалось, крайне неловкое, затянувшееся.

Могу ошибаться, но складывается ощущение, словно в жизни Яна произошел маленький апокалипсис. Как минимум.

– Мамы больше нет, – пожал плечами Ян. – Так что... да, Ванга.

Кто-то умер...

Черт.

Такой отбитой сукой я ещё никогда в жизни себя не чувствовала. Бабушка бы сказала: «язык без костей!»

– Как это случилось? – сделав шаг к нему, взяла за руку. – Ты в порядке? А Дима как?

Ян учащенно заморгал, будто пытаясь прогнать слезы.

Мужчины не плачут – это все брехня.

Порой они ревут почище любой девчонки. Да и ситуации бывают разные, правда? Не представляю, что было бы со мной на месте Яна. Я просто сошла бы с ума от горя! Это ведь мама!

– Дима? – Ян сжал мою руку своей, и мы неспеша двинули вперёд по тротуару, направляясь к моему дому. – При чем тут... аааа... нет, это касается моей настоящей матери, биологической. В смысле, касалось. Ее ведь больше нет.

– Как ты?

– А как я.… я ее не любил. Я понятия не имею, что чувствую.

– Ян... не знаю, что сказать. Но я тебе сочувствую. Это такое горе...

– Аврора, у меня внутри каменная глыба. Я не испытываю того, что должен испытывать. Мой эмоциональный диапазон ниже максимально холодной температуры в нашей долбаной вселенной. Я должен скучать, я должен грустить, я должен рвать на себе волосы от того, что не успел с ней попрощаться. Да, я сожалею... Но этого ничтожно мало, Аврора. Как будто не моя мать умерла, а чужой человек. Так она и была чужая. Понимаешь?

– Все переживают по-своему. Не обязательно показывать всем как тебе плохо, чтобы горевать. Я знаю, что тебе плохо, Ян.

– Откуда? – он остановился, смотря мне прямо в глаза. – Я сам не знаю себя...

– Хочешь поговорить об этом?

– Теперь ты звучишь как дурацкий мем.

– Прости...

– Мудак – я, извиняешься – ты. Так вообще не пойдет.

– Знаешь, я понимаю, почему ты не приехал. Но да, позвонить стоило. Неужели ты думаешь, что я бы не поняла?

– У меня сел телефон.

Детский сад, вторая четверть...

– Я собиралась убить тебя.

– Уже отпустило?

– Не совсем, – улыбнулась я. – Желание треснуть чем-нибудь никуда не ушло.

– Давай поужинаем?

– Сейчас?

– Почему нет?

Действительно...

– Не знаю, Ян.

– Я ведь должен загладить вину.

Можно, например, погладить меня.

Вслух я этого, конечно, не сказала, но представила во всех красках. В рейтинге строго восемнадцать плюс.

– И куда мы пойдем? – протянула я. – Уже половина десятого.

– Рядом есть торговый центр с шикарным фудкортом.

Бургеры на свидании – это что-то новенькое. Но, знаете, важно ведь не место, а то, что мы будем вместе.

На наше счастье ТЦ работал до полуночи. Так что времени у нас было вагон и маленькая тележка. Поднявшись по эскалатору на второй этаж, мы обогнули пару магазинчиков брендовой одежды, чтобы пройти к лестнице на третий, где располагался фудкорт.

Тут-то у Яна загорелись глаза, и он потащил меня к красной будке с пугающей надписью «Виртуальный ЗАГС».

Впихнув меня внутрь, Ян зашёл следом и задернул шторку.

– Ты с ума сошел?

– Давно.

Ян нажал кнопочку на приборном меню, вставил в купюроприемник аж целую тысячу рублей (о, ужас, на эти деньги можно было покушать нормально!) и заявил:

– Для фальшивой невесты ты выглядишь слишком озадаченно.

Чего?

– Во-первых, я не согласна.

– А, во-вторых?

Раздался приглушённый марш Мендельсона и не улыбнуться в этот момент оказалось очень сложно.

– Почему фальшивая?

– Ты мне как-то сказала, что не дашь положительный ответ на подобные предложения.

Припоминаю...

– Поэтому ты забыл спросить?

– Бинго, Пожарова.

Раздался шум, похожий на работу принтера, Ян протянул руку и показал мне небольшую картонную карточку красного цвета с надписью «Свидетельство о браке».

– Теперь я могу тебя поцеловать.

Давно пора.

– Считаешь?

– Фальшивую жену можно, – прошептал он и притянув меня к себе, впился в губы самым порочным поцелуем.

Этот поцелуй был из разряда порно. Детям меньше двадцати одного повторять запрещено.

И не удивительно, что в итоге он плавно перетек в нечто большее. Похожее на реплику первой брачной ночи.

– Ян, только не в кабинке виртуального ЗАГСа.

– Нет? – он прикусил меня за шею, руками сжимая ягодицы.

А я была не уверена уже ни в чем!

Кроме того, что люблю этого дебила.

Девочки, если ваш парень когда-нибудь предложит вам заняться сексом в кабинке виртуального ЗАГСа, ни в коем случае не ведитесь на подобную фигню. И не забудьте позвонить в дурку!

Во-первых, неудобно и тесно.

Секс в спортивной машине, когда ты бьёшься головой об крышу в пылу страсти, и то комфортнее. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Все познается в сравнении и прочее.

Во-вторых, никто не отменял камеры, правда? Мне остаётся лишь надеяться, что мы не стали актерами любительского фильма для взрослых. Только двадцать один плюс.

Вы не подумайте, я вовсе не озабоченная. Просто... Все произошло так стремительно! Я реально не поняла, как мы начали это делать. Да я и кончила за какие-то несчастные пару минут, никогда такого не было...

Наверное, я слишком долго ждала этого придурка.

В-третьих, если чуть-чуть перестараться, то это картонное сооружение просто упадет и вы вместе с ним. Не в самом презентабельном виде.

И нет, ничего не рухнуло, оргазм на острых ощущениях вышел ещё слаще и головокружительнее обычного, но...

А почему собственно «но»?

Все уже случилось! Будет, что внукам в старости рассказать, но лучше не надо.

– Ты как? – Ян потерся носом о мою щеку.

– Коленки подгибаются. И я хочу есть.

Он почти подхватил меня на руки, но я успела вовремя остановить это безумие. Не хватало ещё, чтобы меня из виртуального ЗАГСа вперёд ногами выносили.

– Стесняешься? – прищурился Ян.

Ещё чего...

– Сотников...

– А если я хочу?

– А я нет.

– Какие-то тупые женские загоны вроде «не надо, я толстая»?

Бессмертный.

Кощей.

Сергеевич.

Даже если девушка непрошибаемо уверена в себе и своем внешнем виде, это не значит, что надо говорить: «не волнуйся, у тебя просто кость пушистая».

– Когда ты так сверкаешь глазами, меня накрывает еще сильнее, Пожарова.

– Усмири своего маленького Кроноса, потому что сладкого ты ещё долго не увидишь.

– Как же супружеский долг?

– Это ненастоящий ЗАГС, милый.

Ян с силой шлёпнул меня по заднице, вынуждая прижаться к нему. По ходу, мое тело восприняло сей жест, как жаркое продолжение с элементами наивного БДСМ.

– У меня и так крыша протекает из-за тебя.

– Ян Сергеевич, твоя крыша сделала ручкой уже давно.

– Потому что ты взорвала к чертям фундамент.

Нет мне, конечно, безумно приятно, что это мой личный псих, но если мы пойдем с ума вместе, то мир просто не выдержит новых Джокера и Харли Квин.

– Снова признаешься в любви? – я обхватила его за шею, непроизвольно поднимаясь на цыпочки.

– Я ещё не разобрался как работает эта ваша любовь и сколько принято говорить о ней, глядя в глаза той, кто поджигает одним взглядом фитили, смоченные бензином.

Ва-ууу.

Чертов романтик!

– Я тоже тебя люблю.

Наши губы почти встретились в очередном поцелуе, как шторка разъехалась и на нас уставилась очередная влюбленная парочка. Подростки, лет по восемнадцать.

– Извините, – прошептала рыжая девчонка с веснушками и смешными пучками, заметно смущаясь.

– Все в порядке, – улыбнулась я.

– Да, – кивнул Сотников. – Телефонная будка уже скрепила наши черные души и раненные сердца нерушимыми узами брака.

Вот же болтун...

Громко хохоча (ну невозможно же иначе!), мы вывалились из кабинки, запрыгивая на эскалатор.

Ян прижал меня к себе, оставляя на губах целомудренный поцелуй.

– Может, переедешь ко мне?

Что?

Если это шутка такая, то вообще не смешно.

У меня даже тахикардия началась. Сердце принялось исполнять смертельные трюки, заставляя всю грудную клетку содрогаться от страха и адреналина.

– Скажи, что я ослышалась.

– Нет. Переезжай. Сейчас.

– А как же Вика?

– Она тут причем?

Действительно.

Всего лишь мать его ребенка.

Пока я не услышу четкие ответы на свои вопросы, я ни то что чемодан не начну собирать, даже в гости на чай не зайду.

– Сотников, она беременна от тебя.

– И что?

– И что?!

Мы едва не споткнулись, ибо эскалатор доставил нас прямиком на третий этаж, но вовремя спохватились и синхронно направились к ресторанному дворику.

– В смысле, не я отец ее ребенка, Аврора. Закроем тему, ок?

Вот же кобра!

В банку закатать, и того будет мало.

Какая сучка...

А ведь ещё сегодня заливала мне, чтобы я им с Яном не мешала! Если бы не природное воспитание, я бы реально ее в бараний рог скрутила.

Коза, ну правда?

– Допустим, это так.

– Не доверяешь мне? – усмехнулся Ян, останавливаясь у террасы итальянского ресторанчика и выдвигая передо мной стул.

– Доверяю, – вздохнула я, падая на горизонтальную поверхность. – Конечно, доверяю.

Ян чмокнул меня в щеку, уселся напротив и принялся листать меню.

– К чему такая спешка?

– С чем?

– Ты предложил переехать к тебе.

– Да, – он посмотрел на меня в упор. – Я понял, что только и делаю, что зря теряю время. Не вижу смысла тянуть, переезжай. Но сначала я сниму квартиру. Потому что мама и папа вряд ли оценят.

– Ты живёшь с родителями?

– А ты думала где? В пафосном пентхаусе с видом на финский как Димас? – он улыбнулся. – Да, было дело. Но мама готовит обалденный брусничный пирог.

– Прежде, чем съезжаться, обычно знакомятся с родителями.

Ян накрыл мою руку своей, заразительно улыбаясь.

– У меня такое чувство, что ты хочешь меня продинамить.

– Есть шанс?

– Сомневаюсь, Пожарова. Значит... если я познакомлюсь официально с твоим отцом, то ты согласна?

– Удиви.

– Совсем меня не любишь? – Ян захлопнул меню, откидываясь на спинку стула. – Твой отец меня пристрелит.

– Но это не точно, – подмигнула ему я. – И я очень тебя люблю.

Если бы ты только знал, как сильно...