Текст книги "Инициум. Том II (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Инициум. Том II

Глава 1

– Алекс, давай-давай! У нас осталось не больше двадцати секунд! – крикнула Ирис, так и не обернувшись. – Он сейчас взлетит, и заберет нас в Изнанку!

– Да я уже понял, понял!

Мы с трудом выбрались наружу, и кое-как успели занять места в аэробайке, срываясь на максимально ускорение вперед, да так резко, что кресла не успевали компенсировать колоссальную перегрузку. Ещё мгновение назад под нами мелькал разорванный борт Таронского крейсера, из которого мы каким-то чудом смогли выбраться, а теперь двухкилометровая туша стремительно удалялась, скрываясь за стволами и влажными кронами. По корпусу массивного корабля прошла ощутимая дрожь. Ирис, тем временем, выжимала из нашего транспорта все и даже больше.

– Семь! – Ирис почти легла на дугу управления, компенсируя собственной физикой перегрузку. – Если перевод не врёт, уже шесть!

Я оглянулся на крейсер, но Ирис тут же дёрнула управление, из-за чего его силуэт окончательно смазался.

Наемница резко сместила байк, чудом проскакивая между двумя исполинскими деревьями. Ветер нещадно бил в лицо, плащ за спиной рвануло, но его серебристая изнанка сама стянулась ближе к телу. Хорошо, что перед Таронским кораблём я всё-таки переоделся в найденный комплект. Матово-пепельная плёнка нанокостюма плотно облегала тело и уже успела доказать свою полезность в сражениях с химерами.

– Четыре!

– Включай щит, я пока сформирую свои!

Потянувшись к пси, выругался, потому что постоянное использование не сильно способствовало восстановлению резервов. Каналы отзывались болью, как если бы внутри меня вместо энергетических узлов находились раскалённые металлические шарики. Бой с химерами, вскрытие того чертового переходного сердца, постоянные барьеры и другая работа внутри корабля сделали своё дело. Резерв ещё оставался, но не тот, которым хотелось встречать взрыв реакторов крейсера длиной в два километра, и шириной не менее восьмисот метров. Однако выбора всё равно не было.

Сначала вокруг байка сложился плотный многогранник, прямо поверх включенных щитов самого аппарата. Следом появился второй слой, чуть шире, чтобы не принимать удар прямо на корпус. Третий я вытянул назад длинным конусом, надеясь рассечь хотя бы часть ударной волны и смягчить проникающую способность. Энергия уходила чудовищно быстро, в таких количествах мне не доводилось тратить её только на защиту. Поэтому сейчас по рукам распространялись судороги, а во рту появился металлический привкус крови. Мир вокруг на секунду стал невероятно ярким.

– Два километра! – крикнула Ирис, обозначив дистанцию, на которой случилась детонация. – Алекс, держись, удар!

Позади стало не просто ярко, а светло, словно кто-то разом с помощью пламени, выжег день добела. Все, что успел увидеть, так это как тени от деревьев вытянулись перед нами на десятки метров вперед. Физика тут не сильно отличалась от земной, поэтому звук пришел следом. Низкий, тяжёлый, такой глубокий, что его скорее почувствовало тело, чем услышали уши. Земля вздыбилась под джунглями, кроны за спиной сложились в одну сторону, а между ними поднялось огромное бело-фиолетовое полушарие.

– Сейчас!

Ударная волна догнала нас чуть раньше, чем я успел закончить свою мысль. Первый из выставленных барьеров прямо на глазах промялся до самого байка, второй лопнул, поглотив некоторую часть импульса, а в третий я вливал все остатки, что ещё были внутри пси-центров.

– Помоги же! – крикнул своему Аспекту, осознавая, что сейчас мы находимся невероятно близко к смерти.

Пространство перед ладонями дрожало, плечи выворачивало, но защита держалась ровно до тех пор, пока в неё не ударила набитая землёй и обломками воздушная стена. Щит исчез, байк подбросило вверх, левый стабилизатор вспыхнул облаком голубых искр и нас хаотично закрутило. Все, на что хватало времени и сил – накрыть Ирис остатками поля. Тело же чувствовало, как нанокостюм мгновенно уплотнился в зоне жизненно важных органов.

А потом джунгли ударили по нам всей своей силой.

Сознание возвращалось медленно и очень неохотно. Когда я наконец открыл глаза, ночной лес качнулся куда-то в сторону, поэтому пришлось сразу закрыть их обратно и несколько секунд просто лежать, прислушиваясь к собственному усталому дыханию.

– Великолепно… – голос прозвучал так, словно горло изнутри шлифовали песком часов двадцать.

Голова гудела так, что правая рука совсем не слушалась, левую ногу сводило от бедра до икры, а где-то под лопаткой сидела тупая боль, усиливающаяся с каждым новым вдохом. Но на первый взгляд ничего не выглядело и не ощущалось сломанным. Правда насколько вообще об этом можно было судить, лежа лицом в мокром мху – это серьезный вопрос.

Первые мысли были не о том, как нам удалось выжить, а о том, где моя напарница, где Ирис? Поэтому я перевернулся на бок, переждал набежавшие перед глазами тёмные пятна и заставил энергию двинуться наружу, раскидывая сети моей сферы восприятия. На её поддержание должно было хватит того, что успело восстановиться. К слову, энергии было почти половина резерва! Значит лежал я не так уж и мало.

Прокинув нити энергии дальше, смог найти девушку валяющейся метрах в пятнадцати, у основания огромного корня. На мою удачу, внутри неё до сих пор теплилась жизнь. Она жива.

Она. Была. Жива.

Сердце билось неровно, дыхание оставалось тяжёлым, но стабильным. Рядом с ней валялся наш аэробайк, вернее то, что от него осталось. Переднюю часть машины вогнало в грунт, боковые панели отсутствовали, а задний блок был развёрнут почти поперёк корпуса. Вот наш первый труп.

– Ну да, конечно. А чего я вообще ожидал после такого полёта? – тихо выругался сквозь зубы, и попробовал встать.

Подняться получилось только со второй попытки. Нанокостюм сразу подтянул повреждённый участок возле бока, а по его поверхности прошла едва заметная волна, словно материал проверял, где ещё необходимо поддержать жесткость. Плащ выглядел гораздо хуже. Один край обгорел и был покрыт грязью, другой почти полностью отсутствовал, но он стоически продолжал держаться. Если этот плащ пережил такой удар, превративший байк в груду металлолома, значит, Ирис была неправа. Он нам определённо был нужен.

До девушки дошёл, цепляясь рукой за корни, и соорудив нечто похожее на костыль из ближайшей ветки. На её восстановленном доспехе тоже хватало следов от удара, но щит, судя по пустому индикатору под грудью, успел сработать как надо. Самое плохое оказалось то, о чем уже давно не думал. Раненая рука, после схватки с химерами. На ней проступили темные пятна. И, либо это был какой-то яд, либо даже не знаю, что это могло быть.

– Ирис. – коснулся её шеи, проверяя пульс пальцами. – Эй, давай ты не будешь меня пугать? Просыпайся!

Ответа не было, а оставлять её посреди леса даже на несколько минут не хотелось. Крупных существ рядом не чувствовалось, но тишину я давно перестал считать доказательством безопасности. К счастью, пока шел к ней, приметил небольшую полость, похожу на пещеру и спрятанную между камнями и толстыми корнями. По идее, внутри должно было быть сухо, да и с воздуха всякая гадость не увидела бы нас.

Я подхватил девушку под здоровую руку и потянул на себя, чтобы закинуть на плечи. Сделать это красиво не получилось, все ж таки ноги у меня самого подкашивались. Но и наемница, вместе с броней и поклажей… не была пушинкой. Весила она прилично, под килограмм сто. Поэтому первые метры мы преодолели с достоинством двух мешков, набитых под завязку картошкой. Чувствовалось оно так, будто их тащит один единственный грузчик, и тот пьяный.

Примерно на середине пути, со стороны Ирис раздался протяжный стон, а через пару шагов её глаза наконец приоткрылись. Белые точки зрачков несколько секунд бессмысленно плавали, прежде чем остановились на моём лице.

– Алекс?.. Мы… Неужели мы живы?

– Пока ещё да. И если ты сейчас скажешь, что я неправильно тебя несу, клянусь, швырну на землю, потому что ещё одну попытку моя спина не переживет.

Она попробовала оглядеться, поморщилась и после короткой паузы совершенно спокойно вынесла вердикт.

– Мы в заднице. Мы в беспросветной заднице. Прошу, скажи, что байк в порядке. Умоляю. – попросила она.

– Извини, мне жаль тебя расстраивать, но он ещё хуже, чем мы. Кажется, на него пришелся основной удар.

Девушка слабо рассмеялась, тут же зашипела от боли и снова прикрыла глаза.

– Командир, извини, я вообще без сил. Надеюсь, ты меня не бросишь. А все остальное позже… – выдохнула она, и, все ж таки обхватила шею сильнее, прижимаясь ко мне всем телом.

– Да пожалуйста, подруга, мы своих не бросаем…

Когда дошли, уложил девушку к каменной стене, и решил проверить себя. У меня нашлись несколько сильных ушибов, приличных размеров ожог на шее, и, возможно, трещина в одном из рёбер, но нанокостюм плотно обхватывал корпус, благодаря чему дышать удавалось без особого труда, но и без резких движений. А вот у девушки дела выглядели хуже в основном из-за старой раны. Новых переломов не обнаружил, зато поврежденная рука отекла, а её персональный анализатор выдал предупреждение о перегрузке внутренних тканей.

– Надеюсь, там ничего критичного? – спросил у неё. – А то выглядит так, словно она скоро отвалится.

– Нет, все нормально. – слабо улыбнулась наемница. – Просто особенности моего организма, главное больше не драться с химерами, и не попадать под взрывы крейсеров, которые по идее уничтожают все на десятки километров рядом с собой.

– Кстати, почему мы ещё живы? – спросил у неё, понимая, что ситуация выглядела и правда странно.

– У меня одно объяснение… точнее одно предположение. – набрав в грудь воздуха, и подтянув ноги к телу, она продолжила говорить. – Сработала детонация не всех зарядов, или из-за старости, или из-за того, что мы активировали лишь часть. Но судя по повреждениям и зоне поражения… В общем нам повезло, что сработало оно процентов на десять.

– Ты не смотри так на меня. – хмыкнул в ответ, улавливая осуждающие взгляды. – Крейсер взорвался не по моей инициативе. И вообще, вычислительный узел мы вытаскивали по заданию Астериона, так что предлагаю виноватым сделать учителя.

– Вот это полностью на тебе. – качнула девушка грязными волосами. – Обязательно расскажешь ему эту версию, тебя он не тронет… а что после таких слов сделает со мной… даже представить страшно.

– С чего это ты так решила? – удивленно вскинул брови, не понимая, к чему она клонит.

– Ну ты ведь его ученик. – как о само собой разумеющейся вещи ответила девушка.

Когда стало ясно, что прямо сейчас никто из нас не умирает, пришлось заняться насущными вещами. Самым важным было понять, что стало с контейнерами. Оставив Ирис с пистолетом, я доковылял до обломков байка и нашёл один в кустах между корнями. Корпус оказался поцарапан, один угол смяло, но внутреннее поле работало. Пока что.

– Какая хорошая штука. – пробормотал, поднимая его. – Молю, только не развались сейчас. – к моей удаче, он и правда не стал разваливаться. Поэтому пришлось идти, и разыскивать остальные вещи, что могли уцелеть в этой передряге.

Спустя время, вернувшись в укрытие, мы вместе пересчитали всё, что смогло пережить падение: один накопитель Астериона опустел почти полностью, во втором осталось чуть меньше половины заряда, еды хватало, запас воды тоже был, винтовка Ирис, пара пистолетов – работоспособные.

Из находок неизвестного корабля сохранились оба компактных излучателя, несколько мелких энергоячеек для персонального оборудования, тот идиотский клинок, а в защищённом модуле пережили падение кристаллический блок, контейнеры из медицинского отсека и та хрень с мостика. Часть инструментов рассыпалась по лесу, но всё, ради чего мы задержались на том корабле, осталось при нас. Вполне отличный результат смертельно опасной ситуации.

Увы, когда пошел ещё раз посмотреть на аэробайк, то было ясно, его можно хоронить. Но я всё-таки попробовал активировать панель, как это делала напарница. Техника мигнула, из задней части вылетело небольшое пламя, и машина окончательно погасла. Стабилизатора больше не было, гравитационная пластина треснула, силовой контур…

– Выгорел. – закончил я вслух. Даже если Ирис внезапно окажется гениальным механиком, ремонтировать это было нечем.

Во второй раз в пещеру я вернулся нагруженный под завязку, да так, что шутка про мешки перестала казаться смешной. Девушка сидела, прислонившись спиной к камню. Перед ней светилась небольшая схема из наручного импланта, а здоровая рука сосредоточенно перебирала собственную поклажу, будто от неё зависела судьба всей галактики.

– Давай проверим оставшиеся контейнеры, если внутри все разбилось, то нам лучше не возвращаться… иначе нас убьет Астерион. – Ирис пододвинулась ближе, и по лицу было видно, насколько тяжело ей это давалось.

Я поставил его между нами и приложил палец к метке, по которой проходила авторизация владельца. Внутренняя полость развернулась мягким светом, и голограмма показывала лежащий фазовый резонатор. Он был в креплениях на прежнем месте. Рядом находился белёсый вычислительный узел, из-за которого все и пошло по одному месту.

Девушка облегченно вздохнула, и, кажется, впервые за последнее время действительно смогла расслабиться. Судя по показаниям, включая целостность содержимого, оба узла нормально пережили удар.

– Значит, все наши старания были напрасны. Хотя, конечно, хотелось бы это услышать от учителя. – точно так же, устало, пробормотал я, усаживаясь рядом.

– Не исключено, что так и будет. – она коснулась края контейнера. – Если резонатор окажется рабочим, Астерион получит то, что ему нужно для переходного контура. Вычислительный узел даст больше, чем мы рассчитывали. А данные с другого корабля… тут, правды ради, я вообще не знаю, как они повлияют.

– Главное, чтобы старик не заставил нас сразу идти обратно за остальным. Хотя, зная его, первым делом он спросит, почему мы вообще полезли в неизвестный корабль.

– А потом не увидит байк, и заставит его забрать, чтобы чинить при помощи грязи и палок. – Ирис подняла на меня невинный взгляд.

– У нас говорят говна и палок, говна и палок, Ирис. – почему-то решил поправить девушку я.

– Фу, Алекс, я пыталась быть леди. Ведь такие у вас стандарты для особей женского пола? – наклонила голову девушка, улыбаясь этой дурацкой ситуации. Заметил, что она начала испытывать некоторый интерес к людям, как к виду.

– Кстати… – я снял с запястья металлический браслет. – Спасибо, что напомнила насчет стандартов, Леди. – передразнил девушку. – Кажется, случай уже достаточно крайний, чтобы старик не придрался к инструкции «использовать только в крайнем случае».

– После взрыва двухкилометрового крейсера и уничтоженного байка? Не сомневаюсь. – моментально дошло до наемницы, что я хочу сделать.

Активировался маяк не с первого раза. Пришлось дважды провести пальцем по внутренней кромке, прежде чем металл нагрелся и над ним вспыхнула маленькая точка. Затем устройство вытянуло из себя тонкую нить света, словно пыталось уловить координаты, и коротко завибрировало.

– Сигнал ушёл? И как можно понять, что Астерион его получил? – спросил у девушки.

Та наклонилась ближе, пытаясь детальнее рассмотреть устройство, и разобрать, что это был за импульс.

– Не уверена, но, кажется, передача прошла. – откинулась она обратно. – Вот только ответа не будет, как не крути, это аварийный маяк, не переговорное устройство. Астерион говорил, что сможет направить бот, если тот заведётся. Именно слово «если» сейчас мне нравится меньше всего.

– Тогда… На правах командира, как говорится, если до утра ничего не будет, пойдем пешком. Задерживаться на одном месте очень не хочется. – принял решение. – Если бот взлетит, не сомневаюсь, что он нас отследит по маяку. А сидеть здесь и надеяться на чудо я не собираюсь.

– Здесь есть русло. – Ирис увеличила участок территории, который мы просканировали по пути сюда. – Если оно не ушло под землю, сможем держаться вдоль воды и не продираться через самые плотные заросли. Потом выйдем к каменной гряде саванны, от неё уже будет очень просто идти.

– А сколько нам всего топать? – спросил, уже заранее не ожидая приятного ответа.

– Дольше, чем мне нравится, и намного дольше, чем понравится тебе с таким количеством груза за спиной. Точнее смогу сказать, когда выйдем к руслу и поймем, насколько карта актуальна. – она прикрыла глаза, и запрокинула голову, добавив. – Сам понимаешь, будь мы в нормальном состоянии, то все обошлось бы в пять, может, шесть, циклов. Все ж таки на байке мы ехали там, где не прошли бы пешком.

На этом диалог закончился, и к нему мы больше не возвращались. Огонь разводить тоже не стали, ведь наша одежда и без того хорошо удерживала тепло. А сообщать всему лесу, что здесь ночуют две подбитые разумные консервы с ценным грузом, желания никакого не было, даже если учитывать, что разумных кроме нас не было.

Перед отдыхом мы ещё успели умять по пайку, и запить их водой, впервые за много циклов ничего не делая.

Самое важное лежало в закрытом контейнере между нами. Мы нашли нужные узлы, и если Астерион не ошибся в своих расчётах, то получаем реальный путь с этой планеты. А на фоне этого даже погибший байк выглядел неприятной, но вполне переживаемой ценой.

– Почему ты улыбаешься? – тихо спросила Ирис, заметив мой взгляд в сторону местного неба. – После всего случившегося я ожидала от тебя чего угодно, только не довольной физиономии.

– Ну представь, насколько обидно было бы взорвать корабль другого вида, угробить байк и уйти с пустыми руками? – покрутил пальцем в воздухе. – А так у нас хотя бы есть достойное оправдание.

Ирис пару секунд смотрела на меня, затем устало и тихо засмеялась.

– Поспи, командир, пока ты не придумал, куда нам залезть следующим утром.

На этот раз я улыбнулся, поражаясь её, казалось бы, простоте. Хотя можно ли было считать это простотой? Или просто «долг» перед спасителем. В любом случае сейчас это не важно. Именно с такими мыслями я и лег спать.

Следующее утро встречало нас плотным и влажным туманом, который лежал между деревьями молочными слоями, скрывая корни и превращая ближайшие стволы в тёмные колонны, уходящие куда-то далеко вверх. После ночи тело всё ещё болело, но терпимо. Нанокостюм чуть-чуть ослабил хватку, и проверив, обнаружил, что ребро начало затягиваться.

Ирис выглядела хуже меня. Рука все ещё оставалась прижата к груди специальной петлёй, зато походка была уверенной, а в здоровой ладони лежал тот самый излучатель. Винтовку она закрепила за спиной, одной рукой использовать её на ходу явно было неудобно.

– Знаешь. – начала она разговор, пока мы обходили остатки байка. – Мне всё ещё не нравится твой плащ. Он слишком сильно привлекает внимание.

Я посмотрел за спину, и чуть-чуть вниз. Серебристая изнанка исчезла, внешняя поверхность подстроилась под зелёно-серую гамму леса и действительно делала край фигуры несколько размытым.

– Завидуешь? У меня есть умный плащ, а у тебя его нет. Да и, по-моему, работает прекрасно, а всё остальное уже вопрос культуры ношения.

– Вот именно твоей культуры ношения я и боюсь. – Ирис покачала головой и первой шагнула в глубокий туман.

Через несколько минут место нашей временной стоянки скрылось в тумане, а пеший маршрут быстро оказался хуже, чем представлялось ночью. Ровные участки карты оказались забиты растениями прямо по пояс, подобием болот, водой и цепкими лианами. Иногда приходилось делать большой крюк из-за чёрной трясины, напоминающей какой-то гудрон, или стены переплетённых стволов.

Мы не торопились. Сфера постепенно возвращала нормальную дальность, заранее отмечая крупные живые сигнатуры животных. Пару раз из-за этого пришлось пропустить особо опасных хищников, а однажды над головой прошлась невероятно огромная тень. Ирис без команды, на рефлексе прижалась к стволу, я же поднял барьер, но хозяин тени интереса к нам не проявил.

– Стой. – тихо обратился к девушке, которая незамедлительно выполнила команду.

Сначала ничего особенного не было. Вода впереди шумела всё так же, над листьями пищали мелкие существа, где-то сбоку потрескивала ветка. Потом звук повторился. Сквозь обычный лесной шум проступили частые шлепки, будто кто-то бежал босыми широкими ступнями по мокрой земле.

– Слева от нас. – Ирис подняла излучатель, но я уже чувствовал новые отклики впереди.

– Они уже не только впереди, часть обходит нас с нескольких сторон. – внес некоторой точности в её предположение, и сосредоточился, чтобы точно понять, что нам угрожает.

Это были маленькие сигнатуры, быстрые и слишком знакомые по размеру и странной форме тела, чтобы списать их на местную мелочь.

– Бг’лорги? – удивлённо прошептал, когда из-за куста вылетел первый коротышка.

Он мчался так, будто за ним гнался весь лес. Огромные уши были прижаты к голове, длинные ступни шлёпали по грязи, а костлявые руки с большими когтями судорожно раздвигали листья. Следом появился второй, третий, потом ещё несколько. На нас они даже не смотрели. Просто бежали вперёд, захлёбываясь своими свистящими криками.

– Они не на нас смотрят. Они убегают от кого-то. – Ирис чуть сместила оружие в сторону их следа.

Ответ появился почти сразу. За первой группой возникли десятки быстрых точек, которые не метались между корнями и не выбирали дорогу, а просто неслись напрямик. Мелькнула серая кожа, один из преследователей прыгнул на корень, замер на мгновение и повернул к нам огромную голову. Вместо чёрных глаз-бусинок в глубоких впадинах горели два фиолетовых уголька, а по шее тянулись тёмные прожилки. Ошибиться было невозможно.

– Это и есть зараженные…? – выдохнул я.

Первый из них дёрнул конечностями, заметил нас и издал короткий хрип. Почти сразу передняя часть стаи изменила направление, перестав преследовать своих здоровых сородичей. Ирис медленно перевела излучатель на приближающихся противников, а я уже видел, как из тумана выбегают всё новые фигуры.

– Алекс…

– Вижу.

Мы ещё не успели развернуться, когда заражённые Бг’лорги сорвались прямо за нами. Их отклики накладывались один на другой и быстро заполняли всю территорию.

Их было слишком много, чтобы считать.