Текст книги "Сиятельный феодал (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

В мыслях я уже видел наивного парня, проткнутого насквозь. Но тот вновь удивил своей ловкостью. Он смог изогнуться и прикрыться своим клинком так, что шпага соперника прошла почти в притирку с телом, проскрежетав сталью о сталь.

Отбив подлую атаку, Стажарский то ли на автомате, то ли из мести рубанул шпагой, как тесаком по голове барона. Кровь из глубокой раны брызнула во все стороны. Но вряд ли удар убил его. Всё-таки дрались соперники на лёгких дуэльных клинках, которые предназначены для уколов и парирования таких же клинков.

Так и оказалось. Остермана оглушило на несколько секунд. А потом он зашевелился и стал подниматься с земли.

– Всё, хватит! – крикнул я и быстрым шагом пошёл вперёд. Движением руки поставил между поединщиками Ледяную стену. – Дуэль закончена неоспоримой победой дворянина Стажарского.

Барон уткнулся в ледяную глыбу, упёрся в неё обеими ладонями, постоял секунды две и сполз на землю, оставляя на льду кровавые полосы в лучших традициях голливудского триллера.

– Что стоим? – вновь рявкнул я, обращаясь к своему коллеге. – Помогай барону, пока он кровью не истёк.

К раненому бросились сразу несколько человек. В том числе и зрелая дамочка. А мой визави в это время просто стоял столбом, не зная, что ему делать дальше. Пришлось взять его под руку и отвести к Планше. Вручил ему пузырёк с гномовской лечебной настойкой, после чего забрал шпагу, всё ещё сжимаемую рукой, и вернулся к секунданту барона.

– Бой был честным. Сейчас я покидаю вас, и надеюсь, что среди вашей компании не найдутся горячие головы, которые решат отомстить господину Стажарскому, – произнёс я.

– Вы оскорбляете меня и моих спутников подобными словами, – встал в позу тот. Наверное, в любое другое время он попытался бы вызвать меня на дуэль, но вспомнил мою ледяную стену, недоступную слабым магам и промолчал.

– Прошу прощения, если невольно обидел, – равнодушным тоном ответил я ему, показывая, что это не более чем норма вежливости, а не искренние извинения. – И ещё раз хочется попросить помнить о чести. Ведь это может быть не последняя наша встреча.

И не став дожидаться ответа, резко развернулся на каблуках и пошёл обратно под деревья.

Глава 16

ГЛАВА 16 56 714

На обратном пути тоже не обошлось без злоключений. Сначала две ночи нас донимала волчья стая, пока с ней не разобралась чета охотников. А в ночь перед возращением на заставу на нас напала стая тварей. Какая-то смесь белки и летучей мыши размером с кошку и гротескно крупным черепом. Вместо шерсти их тела покрывало короткое густое оперение. Тварей особенно выделяло несоответствие между головой и телом. Что твой ротан. Тельце было тщедушное, а вот голова почти как у французского бульдога. Вывернутые наружу огромные ноздри вызывали отвращение, а крупные острые и тонкие клыки заставляли по телу бегать холодные мурашки. Стрелять по ним было невозможно. Попробуй в темноте поймай в прицел пусть и крупную тушку, но быстро двигающуюся по чудовищно ломаной и резкой траектории. Поэтому всем пришлось взяться за клинки. Деревенские мужики достали дубинки и гасило, оно же кистень, ну а я лупил магией. Лучшим и самым эффективным средством против летучих белкомышей оказалось моё заклинание Облако снежинок. Даже если ледяная крупа задевала тварь самым краем, всё равно сбивала ту с пути, после чего создание врезалось в дерево, падало на землю или запутывалось в ветвях. Добить оглушённую и раненую тварюшку не составляло особого труда.

После этого нападения я стал богаче на восемнадцать духовных камней. Хоть и мелких, размером с варёную фасолину и не очень сильно насыщенных энергией, но тоже профит. Серьёзных ран не получил никто, не считая лошадей. Собственно, твари и атаковали лишь их. Одно из животных погибло на месте, второе пришлось добить нам. Всё равно лошадь была не жилец из-за множества мелких ран, из которых кровь постоянно текла тонкими струйками. Что-то было в слюне монстров, не дающее крови сворачиваться. Все остальные обзавелись в основном порезами от когтей того или иного размера. Редкие укусы тут же прижгли головнёй из костра. Лошади дёргались и ржали от боли, но огонь разрушал антикогулянт. Правда, такой способ подходил для двух-трёх укусов. Если прижигать больше, то животное обезумеет от боли.

Меньше всех пострадала лошадёнка Фрола. Плотный шерстяной покров прекрасно защитил животное от клыков и когтей летающей пакости. Да и сама она не давала себя в обиду. Приземлившихся ей на спину и вцепившихся в бока и ноги монстров она скидывала разными способами – от катания по земле, до пробежки сквозь заросли кустов.

Как только я добрался до заставы, сразу же приказал солдатам топить баню. Отмылся до скрипа. А когда оделся в свежее бельё – это был экстаз!

Дядька и десятник стрельцов прибыли с докладами сразу после помывки. По их словам, на территории заставы ничего за время моего отсутствия не случилось. Поблизости в лесах тоже. Из деревень гонцов не было. Позже сравню их слова со словами егерей. А пока меня ждал Светоч, склад и гном.

На складе за время моего отсутствия (дорога туда и обратно с проживанием в Боровске) скопилось три пуда серы, три пуда древесного угля и три пуда селитры. Каждый минерал ровно того сорта, который требовался гному. А главное всё было чистеньким-чистеньким, прям сразу в производство можно пускать. Каждый ингредиент лежал в плотных холщовых мешках, и это было хорошо. В мыслях я уже представлял, как придётся собирать ресурсы с каменных плиток пола с помощью совка и метелки.

С доставкой мешков со склада до гномовского логова помогли солдаты. Вот тоже универсальная и бесправная служивая сила. Так будет и в будущем, когда солдат срочников станут гонять на всяческие хозработы. В Советском Союзе на картошку, на посевную, на государственные стройки. В РФ на дачи генералов и тому подобное.

– Мой тан, – передо мной как из-под земли вырос гном, когда я вошёл внутрь его дома-лаборатории.

– Добрый день, Горкобин, – поприветствовал я его. – Снаружи стоят мешки с селитрой, углём и серой. Попробуй сделать из этого хороший порох. А ещё мне нужны капсюли для мушкетов. Это…

– Прости, тан, что перебиваю, но я знаю, что это такое, – вежливо вклинился в мою речь алхимик.

– Вообще хорошо, – спокойно кивнул я. – Что тебе для этого нужно?

– В первую очередь серебро или ртуть. Ещё мне понадобится азотная кислота и этиловый чистый спирт, – перечислил гном. – Остальное поищу по своим закромам.

– А серебро тебе зачем? Оплата? – слегка удивился я.

– Тан! – гном нахмурил свои огромные брови и подбоченился, демонстрируя нешуточную обиду. Через несколько секунд сдулся. – Прости, тан. Я не подумал, что ты далек от прекрасной алхимии и фульминат серебра тебе ни о чем не говорит.

«Вот же жук, – хмыкнул я про себя. – Так меня дураком ещё никто не называл».

Пришлось тащиться обратно на склад и выставлять новые характеристики. Через три дня я должен получить по ведру – это оказалась мера для жидких и некоторых сыпучих веществ – кислоты и ртути. Ведро – это принятый стандарт для жидкостей на Руси. В литрах будет около двенадцати с небольшим. Немного удивился, что так много получу ртути, но после небольшого размышления признал, что всё логично. Ртуть ведь, в целом, не такой редкий минерал, как платина или золото.

Только я решил помедитировать у Светоча, как ко мне подошли два егеря.

– Ваше благородие, дозвольте обратиться, – отчеканил один из них, который выглядел постарше и обладал более густой бородой.

– Дозволяю. Что у вас?

А у них было ЧП. Во время моего отсутствия лесной патруль обнаружил умело замаскированный схрон. А в нём три трупа, много дорогого оружия, припасов для длительного рейда или засады, маскировочной одежды и кое-что ещё более любопытное.

– Похож, – пробормотал я, держа в руке лист из плотной самую малость зеленоватой бумаги примерно пятнадцать на пятнадцать сантиметров, на котором чернилами было нарисовано моё лицо. – Вот же киллеры средневековые, – насмотревшись на портрет, я поднял взгляд на егерей. – Ведите меня на место.

Тела за минувшие дни уже стали портиться. Никто не подумал вытащить их наружу. Как и вещи. Всё лежало в глубокой земляной норе в ожидании моего возвращения. Люди, устроившиеся здесь, нашли природную пещерку и слегка её облагородили. А потом замаскировали так, что пройдёшь в пяти шагах и не заметишь прохода.

Или всё же здесь поработала магия? Слишком уж идеальное место и поразительно идеальная природная маскировка: кустики, высокая трава, нетронутый дёрн там, где его должны были обязательно повредить при расчистке норы. Значит, всё же магия.

Люди были одеты просто, по-охотничьи, но материал и крой одежды выдавал работу профессионального портного, который кроит наряды для высокосветских балов. На трёх человек в схроне мы нашли два небольших топора, три тесака, три кинжала, два копья-рогатины, два дорого отделанных охотничьих штуцера, один короткий мушкетон с калибром ствола как у крепостного ружья, аж девять пистолетов среднего калибра, и ещё длинноствольный штуцер калибром примерно четырнадцать плюс-минус миллиметров с примитивным снайперским прицелом в виде трубки и магическим батарейным замком. Вместо кремня там стоял огненный амулет, который в доли секунды накаливал до белизны короткую проволоку-запальник, от которой вспыхивал порох в стволе. Аналог капсюля, но лучше за счёт скорости зарядки оружия. И дороже. Сам штуцер также был укреплён магией. Не ошибусь, если предположу, что из такого оружия можно уверено бить по цели на полкилометра. Для современного развития оружейного дела – это невероятный результат.

Про себя отметил, что это была единственная магическая вещь. Больше ни единого амулета или зачарованного оружия в норе не нашлось. В том числе и амулетов. Возможно, их забрали убийцы, оставив только штуцер как особый знак.

«Вот и отметились мои враги. Быстро, однако», – подумал я, знакомясь с вещами убитых.

А троицу киллеров именно что прикончили. У каждого в сердце торчала короткая рукоятка стилета. И судя по этому знаку их убили показательно. Только для кого этот знак? Мне или тем, кто послал их сюда? Да и точно ли это мои несостоявшиеся убийцы? Ведь рисунок и штуцер можно подбросить. В этом времени, не сильно искушенном на тонкие интриги и подставы, такая простенькая хитрость любым будет принята за чистую монету.

Но я – это совсем другое дело. Моя паранойя вскормлена двадцать первым веком, тысячами фильмов и книг, где порой такие сюжеты закручиваются, что в конце просто сидишь и думаешь «а что это вообще такое было?».

Во время тщательного обыска были найдены два больших кожаных кисета с той самой кайенской смесью.

– Разденьте их, – приказал я егерям. Сначала отдал приказ, а потом подумал, а выполнят ли они его? Вдруг не по нраву такие действия? Но нет, не моргнув и глазом лесовики ловко и быстро стянули всю одежду с мертвецов. В том числе и исподнее. На телах всех троих имелись шрамы. Мне они ничего не говорили. Но солдаты признали в тех следы от клинков и ожоги, скорее всего от боевых заклинаний. На каждом буквально три-четыре старых отметины. По словам моих подчинённых шрамы ну очень старые, получены как бы не в юности. Оттого и не сведены были тогда или из-за порывов хвастаться ранами, или по причине отсутствия денег на дорогого мага-лекаря.

Стилеты, убившие неизвестных, выглядели обычно. Трёхгранный клинок длиной двадцать сантиметров с небольшой рукояткой из отростка лосиного рога. Но хотя внешний вид был простейшим до зевоты всё-таки что-то неуловимое выдавало в оружии особенность. И опять же – это знак для кого? Мне или тому, кто направил в мои владения убийц?

В общем, ничего не понятно… Хотя нет, всё-таки кое-что я для себя вывел из данной картины. То, что вокруг меня закручивается невидимая для меня цепь событий.

– Этих похоронить, – приказал я егерям. – Только как следует, чтобы звери и твари не разрыли могилу. Оружие ко мне в избу. С прочими вещами что угодно делайте.

На этом неприятные новости не закончились. Новую весточку с душком мне принесли охотники. Когда я вернулся на заставу, то увидел трущегося у моей избы Трофима.

– Барин, хочу поведать тебе нечто важное, – заговорщицким тоном сообщил он мне, когда я подошёл к нему.

– Говори.

– Один из солдатиков носит в лес записки.

– Кто? Опознать сможешь? – напрягся я.

– Я лису по хвосту опознаю. А уж человечка и подавно, – совсем немного возмутился охотник.

– Тогда пошли. Покажешь мне этого любителя лесных пасквилей. Только издалека, не нужно кричать во всё горло и тыкать пальцем…

С солдатом я всё провернул по-тихому. Узнав кто конкретно в стаде оказался паршивой овцой, я приказал егерям привести его в башню. Но сделать всё так, чтобы никто ничего не заметил.

Когда солдата буквально за шиворот затащили в башню, и он увидел меня, то упал на колени, оставив в руке егеря воротник кафтана.

– Ваше благородие, не губите! – завопил он и шустро пополз на коленях ко мне прижимая ладони к груди. – Богом клянусь – не хотел я! Заставили!

Оторопевшие в первые секунды лесовики мигом догнали проштрафившегося и уже скрутили ему руки, чтобы наверняка не вырвался.

– Кому письма носил?

– Я не знаю его, это дворянин какой-то. Ещё в Боровске ко мне пришёл какой-то дьяк и дал указание следить за вами. А если я заартачусь, то пообещал, что тати всю мою семью вырежут. От отца до малых сестрёнок. Пригрозил Чёрным Кудеяром!

– Ты грамотный?

– Читать, писать и счёту обучен, если несложное что-то нужно, – закивал он, выворачивая голову в бок из-за того, что ему завернули руки за спину и согнули почти к самому полу. – Я в десятке за писаря и счетовода значусь. В Сотне тоже им был. Но когда отряд для вас, ваше благородие, собирали, то и меня в него включили.

– Как выглядел тот, кому ты письма приносил?

– Всего один раз его видел во время патрулирования. Подкрался так незаметно, что его никто кроме меня не заметил. А если бы он этого не хотел, то и я не увидел бы его. Он описал место куда записки приносить. Дворянин он, ваше благородие.

– Узнаешь, если ещё раз увидишь?

– Да-да, опознаю! – закивал он вновь.

– Отпустите его, – приказал я егерям. Затем сказал солдату. – Сейчас спокойно идёшь с нами в лес. Покажешь место, где записки оставлял. И чтобы без дурных поступков. Пока у тебя ещё есть шанс уцелеть. Ты всего лишь защищал свою семью и не успел причинить мне вред…

– Так и есть, ваше благородие! Богом клянусь, что не чинил я вам вреда, – перебил он меня.

– Тихо!

Я сразу же повёл солдата к могиле троицы неизвестных. Пришлось её вскрывать. Этим занялся сам проштрафившийся. А потом вновь всё закопал обратно. Как и подозревал, тот «дворянин» был одним из обитателей безымянной братской могилы.

Что ж, в чём-то это даже хорошо. Не появились новые сторонние действующие лица в моём деле. Дьяка, который просто и бесхитростно завербовал стрельца, тоже нужно будет вычислить и как следует пообщаться. Возможно, от него дальше потянется ниточка. Ну, или она оборвалась на смерти трёх любителей дорогой охотничьей одежды и волшебного мушкета.

Глава 17

ГЛАВА 17

Где-то на второй день после возвращения из Боровска на моём холме появились новые гости. Об их появлении меня немедленно предупредили часовые.

– Ваше благородие, к нам солдаты едут! – крикнул в окно избы один из служивых. – С дюжину их там будет!

– Точно солдаты? – уточнил я.

– Так точно, ваше благородие.

Первой моей мыслью была та, в которой фигурировал отряд из Боровска. Мало ли кому-то понадобилось меня навестить. Малое число не удивило. Если там те же лейб-гвардейцы, то их и пятерых хватит, чтобы спокойно пройти по местным опасным землям.

Но я ошибся.

– Поручик Шадрин Павел Христофорович, – представился мне офицер, прибывший во главе отряда из обычных конных стрельцов. Даже не казаки или драгуны. Кажется, я начинаю догадываться, кто у меня в гостях. К незнакомому отряду пришлось выезжать лично. Солдаты в растерянности замерли у подножия холма, не видя за Пеленой мою заставу.

– Барон Дубов Григорий Мартынович. Сиятельный феодал и коллежский секретарь, – в свою очередь представился я. Затем приглашающе повёл рукой в сторону своей избы. – Прошу, господин поручик. У меня здесь не хоромы, но всяко лучше находиться под крышей.

– Соглашусь, господин барон.

– Позволите предложить вам перейти на более простое общение, господин поручик. Без чинов и титулов. Разумеется, если это вам не покажется оскорбительным, – с лёгкой располагающей улыбкой предложил я гостю.

– Буду только рад, Григорий Мартынович, – вернул он мне улыбку. А затем повернулся к своему сопровождению и зычно крикнул. – Прошка, сукин сын, тащи сюда короб с припасами. Григорий Мартынович, простите за мою запасливость. Вот решил наведаться в гости со своим, – он мне широко улыбнулся.

В комплект «со своим» входили несколько бутылок вина и самогона. Плюс копчёная нога косули с мясным пирогом в свином желудке из рубленных внутренностей с орехами, вялеными овощами и ядрёными специями.

– Много пить не буду, Павел Христоворович, – сразу предупредил я его, немного наведя тумана. Всё равно простые обыватели ничего не знают о таких как я. – На меня возложен жёсткий контроль Светоча, пока он в силу не вошёл. Не дай бог сознание излишне затуманится – беде быть. Тут вместо холма может появится шахта в недра земные, а вместо людей и лошадей такие чудища заморские, которые в той же Америке не сыскать. И среди них будем мы с вами бегать.

– Тогда только за знакомство и потом на посошок. Годится? – он вопросительно посмотрел на меня.

– Полностью, – резко кивнул я головой.

Внутренняя обстановка в избе его удивила. В том числе войлочные тапочки и чувяки-галоши для сапог, чтобы грязь с них не тащилась в комнату, когда не хочется разуваться. Чистый пол, стены, стол с табуретками, занавески на окнах. Особенно он засмотрелся на стены. В Боровске я купил дешёвой ткани, из которой Фроська уже успела нарезать широких «обойных» полос. Часть стен она с помощью своих детей, а также дочкой и женой охотников уже успела прикрыть ими.

– Богато живёшь, Григорий Мартынович. И красиво, – с лёгкой долей зависти сказал поручик. – А на меня начальству плевать. Лишней копеечки на фураж не выделят. Половину приходится на свои покупать. Солдаты, почитай, жалование и не видят совсем.

– С тварей трофеи в Боровске сдал и получил награду. На эти деньги купил кое-что, – ответил я ему, не став вдаваться в подробности. – Что же до фуража, то немного позже могу худо-бедно с ним помочь.

– Когда? – заинтересовался он.

– Через месяц, максимум два.

– Неплохо, неплохо, – довольно произнёс он. – Значит, твари у вас шалят?

– Постоянно. Видать чуют Светоч и лезут, да лезут к нему.

– То-то я гляжу, что вы к нам глаз не кажите.

Не стал говорить поручику, что банально позабыл про военную заставу со всеми свалившимися на мою голову хлопотами. Только увидев этот отряд, я вспомнил о гарнизоне вояк, который номинально числится на моём балансе. А офицер, не дождавшись меня, сам наведался ко мне с визитом вежливости.

– Так и есть. Уже две ямы с тушами тварей закопали. А тут ещё и всякие чернильные душонки требуют доклада в Боровске. Спать не дают совсем…

Поручик остался ночевать у меня. Выпил в одно лицо всё спиртное, что привёз с собой, чем изрядно удивил. У него не печень, а титановый фильтр не иначе. Попробовал приставать к Фроське, но отстал после моих слов, что такое поведение не красит офицера. Даже во хмеле сообразил. Утром отказался от завтрака, узнав, что алкоголя у меня нет и вчера ничего не осталось, быстро попрощался, забрался в седло с зеленым лицом и взялся за повод дрожащими руками.

– Григорий Мартынович, очень прошу побывать у меня в гостях. Посмотрите, как живёт гарнизон, расскажете, где тварей видели.

– Обязательно побываю, – заверил я его.

Стоило избавиться от нежданного гостя, как я немедленно направился к Светочу. Энергии в кристалле накопилось достаточно, чтобы можно было «купить» руну с одной постройкой и без запаса строительных материалов, плюс кристаллы, взятые с тварей по дороге из Боровска. Выбор остановил на Малой мастерской гнома-оружейника. Внешне здание не сильно отличалось от Логова алхимика.

– Мой тан, рад тебя видеть в своём доме! – тряхнул бородой крепкий гном с классической внешностью. То есть невысокий, широкоплечий, с мощными ручищами, лицом, как топором вырубленным.

– Доброго дня, мастер. Как тебя зовут?

– Шодрун, мой тан. А моих подмастерий кличут Водруном и Астаруном.

Оружейная мастерская была ровно та, которая мне была нужна. Она пришла прямиком из фентэзийной игры, где раса гномов воевала на паровых танках, вместо рыцарей и магов строила несколько типов големов, а стрелки (аналоги эльфийских лучников и хумановских арбалетчиков) носили мушкеты. Из этой же игры можно взять строение для производства пушек и бомбард. Но скорее всего, данный тип оружия предпочту из построек, например, «Казаков». Там вариантов куда больше и выглядеть они должны намного современнее.

– Какое оружие можешь делать?

– Всё! – с непрошибаемой уверенностью заявил мне гном.

Меня после таких слов так и подмывало задать вопрос насчёт гатлинга или ядерного оружия. Но решил не бить так сильно по самолюбию мастера.

– А сможешь сделать лёгкие пистолеты и штуцер вот с такими нарезами под особую пулю да с капсюльным замком? – я попробовал в воздухе на пальцах изобразить чертёж.

– Водрун! – заревел гном. – Живо бумагу и карандаш! Да поживее, отрыжка дохлого камнееда!

Через минуту рядом с нами будто из-под земли выскочил молодой гном с короткой рыжей бородой. Он протянул мастеру свиток с бумагой и плоский кожаный чехол, из которого торчали кончики карандашей.

– Да не мне, а тану, бестолочь!

На бумаге я кое-как (сам не ожидал, что окажусь настолько корявым и бездарным художником и одновременно чертёжником) нарисовал оружие, которое в прошлом моего мира назывался люттихским штуцером. Пока ждал бумагу, решил не останавливаться на нём и пистолете, а озадачить гнома всем тем, что хранилось в моей голове.

– Пуля для него, вот такой формы. С ушками, которые вкладываются в нарезы. Чтобы ускорить заряжание на срезе ствола нужно сделать два паза. А ещё, возможно, дополнительно в пуле в задней части сделать выемку. При выстреле пороховые газы расширят эту свинцовую юбку и тем самым плотно вгонят пулю в нарезы, – попутно в процессе рисования рассказывал я.

– Сферо-коническая пуля, – пробормотал гном, внимательно следя за тем, что появлялось на большом листе бумаги. – Толк есть. Меньше калибр при том же весе пули. Кручение будет стабилизовать её, а острый конец улучшит полёт. А что за пистоль, тан?

– Я его решил назвать револьвером. Конструкция посложнее будет. Вот смотри, что я придумал, Шодрун…

Скромничать я не стал. Приписал собственному гению все изобретения из моего мира. Нарисовал пулю Минье, пулю Нейсслера и компрессионную пулю. А в конце мимоходом выдал, что и штуцер можно сделать револьверный, главное обеспечить безопасность зарядов в каморах, чтобы не происходило множественной детонации. Устройство унитарного патрона решил придержать в тайне. С гнома станется бросить всё и заняться только им.

Я полагал, что гном провозится не меньше недели. При этом считал, что мне ещё повезёт, если оружейник уложится в эти сроки и предоставит штуцер с револьвером. Но на следующее утро меня нашёл один из подмастерий гнома и сообщил, что его учитель будет рад увидеть меня у себя в мастерской для оценки нового оружия.

– Уже сделали? – поразился я.

– Да, мой тан.

В оружейной мастерской я увидел не только Шодруна, но и Горкобина.

– Тан, – едва я вошёл в помещение, как гномы наклонили головы в уважительном приветствии.

– Доброе утро, мастера. Показывайте, что у вас получилось.

– Вот! – надуваясь от гордости, Шодрун на подушечке поднёс мне револьвер. Это был почти классический револьвер из линейки капсюльных моего мира. Что его отличало – это невероятная подгонка деталей и украшения. Гном не только менее чем за сутки создал оружие, но и украсил его узорами, превратив револьвер в настоящее произведение искусства.

Пули для револьвера оказались остроконечные с поясками для нарезов в стволе. Как сказал гном сферо-конические. В барабане располагались пять штук калибра двенадцать миллиметров. Когда я взял его в руки и решил пощёлкал курком, то испытал шок. Барабан оказался не просто с идеальной подгонкой, он ещё имел специальные выступы, которыми насаживался на ствол. А ведь я вчера только мимоходом обмолвился про устройство «нагана». Не мог и подумать, что Шодрун из короткого описания не просто поймёт принцип, но и сумеет реализовать его. Может, не так, как это сделали в моём мире братья Наган, но на эффективности это никак не сказалось. Главное, чтобы из-за изумительной подгонки после нагревания барабана и ствола не случались задержки и клины́.

Но это было ещё не всё. Я полагал, что гном сделал револьвер всего за день. Нет! Всего за день он сделал револьвер и люттихский штуцер. Наверное, на складе в его лавке лежат запчасти и детали, ничем другим такую скорость работы я не смогу оправдать. Или поработала гномская магия? Как и револьвер, ружьё было богато украшено. Хоть прямо сейчас в какой-нибудь известный оружейный музей отправляй.

Обязательно стоит сказать, что прикладистость что у револьвера, что у штуцера была на максимальной высоте. Будто это часть моего тела, а не инородный предмет. Возможно, за это стоило благодарить руны, наложенные на оружие. Гном с их помощью уменьшил вес, отдачу при выстреле и прочность.

– Тан, я назвал их оружие твоим именем. Пистолет Дубова и штуцер Дубова, – торжественно сообщил мне оружейник.

– Польщён, Шодрун.

Выяснилось, что хоть оружие и было сделано, но обстрелу ещё не подвергалось. При этом гном уже установил прицельные устройства и там, и там. Аргументировал свой поступок он тем, что благодаря опыту ему не составило труда высчитать средние данные по весу пули, её форме и пороховой навеске. Все тонкие настройки обещал сделать позже.

Для штуцера Горкобин накрутил бумажные патроны. Каждый цилиндрик содержал пороховую навеску, свинцовую пулю и картонный толстый кружочек. Бумага гильзы была пропитана алхимическим составом, из-за которого при выстреле она сгорала без следа. Рвать зубами и высыпать в ствол её не требовалось. Патрон вкладывался в ствол согласно ориентации «ушек», которые легко прощупывались. Картонный кружок был чуть-чуть шире канала ствола. Он играл роль пыжа, не дающего выпасть заряду из оружия. Патрон направлялся с помощью шомпола и чуть-чуть приминался, чтобы гильза с порохом заполнила всё свободное пространство.

Честь сделать первые выстрелы я предоставил гномам. Сначала пострелял Шодрун. По итогам выставил прицельные метки на револьвере и штуцере. Затем передал оружие Горкобину. А тот, предварительно почистив револьвер со штуцером, передал уже мне.

Что я могу сказать по итогу стрельб? Зачарованное оружие – это вещь! Отдача слабая, прикладистость невероятная. Точность на высочайшем уровне. На ста метрах я из штуцера уложил пять пуль в щит из жердей размерами два метра на метр. То есть практически в ростовую фигуру «орк». Звук выстрелов не бьёт по ушам, благодаря соответствующей руне.

Последним опробовал новинки Планше.

– Тан, а нет ли у вас ещё каких-нибудь интересных идей? – спросил после стрельб Шодрун.

– Есть, как им не быть…

В мастерской я нарисовал коряво-угловатую схему винтовки Фергюсона.

В голове крутились мысли насчёт переломных ружей, игольчатых и табакерочных винтовок. К примеру, очень кстати к патронам Горкобина подошёл бы мушкет «обезьяний хвост». Но всё это проекты далекого будущего, сейчас же мне нужно, чтобы гном наладил производство штуцеров. И по остаточному принципу револьверов. А первым стоит в очереди на них Планше.