Текст книги "Сиятельный феодал (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 16 страниц)

Глава 30

ГЛАВА 30

Брат с сестрой после рейда за чёрную Пелену восстановили большую часть своих запасов амулетов. В том числе и тех, которые наделяют скрытностью в астральном плане. Воспользовавшись темнотой, эльф и эльфийка тенями скользили мимо дозоров джунгаров, мимо спящих и рядом со сторожевыми псами, которых налётчики не чурались использовать для охраны табунов, бивуаков и выслеживания добычи. Как четвероногой, так и двуногой. Сами собаки были не крупными, но от них и не требовалось биться с волками один на один. Главное вовремя подать голос и определить место, где укрывается враг, а там уже на помощь прибегут пастухи и сторожа.

Охранные амулеты шаманов также не смогли зацепиться своими сторожевыми нитями за ведьмоловов. А духи, мелькавшие тут и там и прекрасно видимые для глаз эльфов, не замечали их, даже если пролетали всего в шаге.

«Тцц, свиньи, – недовольно подумала Лукерья, едва не угодив в кучу того, что днём было едой, оставленную кем-то из джунгар, – есть же у вас туалеты для этого».

С чистотой в лагере у налётчиков существовали серьёзные проблемы. Ещё во время разведки удалось выяснить, что двести тридцать воинов (плюс-минус дюжина) – это сборная солянка из трёх племён и двух отдельных родов и среди них нет особой дружбы. Открыто не враждуют, но мелкие пакости устраивают. Вот и эта кучка вполне может быть одной из таких, устроенной рядом с со спальными местами недругов.

Вокруг каждого из шатра шаманов имелась свободная зона примерно в десять метров. По её границе стояли несколько джунгарских воинов. Они отличались от большинства лесных налётчиков, которых можно было спутать и с бродягой, и с крестьянином, и с чернорабочим. На каждом был кожаный доспех и кожаный шлем-шапка с тремя «ушами», скорее всего, зачарованные на прочность. В руках каждый из них держал очень длинный кремневый мушкет с тонким стволом и мелким калибром. За широким поясом торчало по два пистолета, а на перевязи на боку висела кривая сабля.

«Амулеты ещё есть… а что за амулеты? – подумала Лукерья, разглядывая шаманских охранников, стоя в нескольких метрах от ближайшего в тени шалаша из тонких жердей, накрытых ветками и травой. – Хм, на одержимость и на кровавую ярость. А шаманы своих солдатиков не особо любят. Так ведь каждого на один раз всего хватит. Или амулеты только для последнего шанса, когда враги очень сильные и тогда воины убивают себя, чтобы шаман смог удрать? Да, скорее всего, так и есть».

С другой стороны шатра притаился Лукьян. Он, как и его сестра, внимательно следил за врагами и считывал магический фон вокруг шатра. К сожалению, жилище шамана было непростым. Каждая жердь и шкура, из которой состоял шатёр, были покрыты ритуальными зачарованными рисунками. И дополнительно шаманское жильё защищали и укрывали амулеты.

«Эх, сюда фальконет бы, – помечтал ведьмолов в ожидании сигнала от сестры. – Зарядить заговоренным или лунным серебром, навести на шатёр и поджечь фитиль. С такой дистанции да с таким зарядом даже высшему шаману не поздоровится. Но монсеньёра удар хватит, когда он услышит цену лунного серебра, охо-хо-хо».

Как воевать с шаманами Лукьян знал прекрасно. Его практика изобиловала подобными случаями. Иных требовалось лишь приструнить, других навсегда вычеркнуть из жизни, не дав им возможности вернуться обратно в виде духа или вселиться в животное. Шаманы и ведьмы в чём-то схожи. И те, и другие делают упор на ритуалы, заговоры с использованием посторонних ингредиентов, зелья. А ещё используют заёмную силу, так как собственной не хватает. Шаманы обращаются к духам. Ведьмы к тёмным силам.

В чём-то эти две категории опаснее высших вампиров и старших демонов. Те действуют с позиции грубой силы, часто недооценивая противника, играя с ним. Ведьмы с шаманами почти никогда таких ошибок не совершают. Начиная с самых низов, трясясь над каждой каплей силы, они учатся хитрости, коварству и построению многоплановых ходов. Вот как эти шаманы, например. Они снабдили свою охрану амулетами, которые многократно делают их сильнее и живучее, превращая в одержимого берсерка. Такой, возможно, будет продолжать некоторое время сражаться даже без головы и с вырванным сердцем. Даже если их убить из засады, тело всё равно поднимется, ведомое духом из амулета. Или взять шаманские шатры. Вполне возможно, что их владельцам по силам отрезать кусочек этого мира и переправить в астрал, чтобы там скрыться от врагов. И ждать он там может очень долго. Либо договориться с каким-нибудь сильным астральным жителем, чтобы тот увёл его тропами в безопасное место.

От размышлений Лукьяна отвлёк короткий звук в амулете, наклеенном на кожу за ухом. Эта костяная пластинка размером с ноготь большого пальца была предназначена только для одного: подавать и принимать сигнал от другого такого же.

«Пора. Сестра начала действовать».

Лукьян достал из кармана небольшой медный колокольчик. Его язычок был зажат прищепкой. Отцепив её, эльф аккуратно взялся за язычок, размахнулся и метнул колокольчик в сторону шатра.

Дзиньк-дзиньк-дзиньк…

Перезвон был едва слышен. Но это здесь, в реальном мире живых, а вот в астрале вокруг него на сотни метров всё всколыхнулось, словно взорвали пороховую мину глубоко в воде. Жидкость превращается в каменную стену, срывается с места и несётся, снося всё на своём пути, перекручивая мягкую плоть, заставляя лопаться сосуды, сминая всё, что хоть как-то можно смять. У духов плоти и сосудов нет, но легче им от колокольного звона не было.

Вся духи, сидящие в амулетах и витающие в воздухе, охраняя лагерь, мгновенно потеряли привязку. Энергия астрала хлынула в мир живых, а потом вернулась назад и вместе с собой затянула почти всех освободившихся духов. Лишь некоторые остались. Это были самые сильные астральные существа, вскормленные шаманами годами, а может и десятилетиями. Колокольный звон привёл их в неконтролируемую ярость, доведя почти до безумия. В таком состоянии и так не являющиеся адекватными создания становились смертельно опасными для всех поблизости. Без исключений. И для шаманов, которые их кормили, тоже.

Элитным воинам также досталось от взрыва в астрале. На их телах точно должны быть татуировки либо ритуальные шрамы. Они открывали прямой путь духам, заточённым в амулетах одержимости. Сейчас эти знаки горели словно только-только нанесённые раскалённым железом.

С дикими криками боли джунгары попадали на землю, где принялись корчиться, пытаясь сорвать с себя броню и одежду, под которыми вздувалась пузырями кожа.

Хлоп! С громким звуком голова одного из них взорвалась. Это было результатом атаки взбесившегося духа.

Полог шатра откинулся в сторону, явив шамана.

– Аттаи-кари-ма! Кираш! Саар ли аттаи-кари-ма! – прокричал он и ударил кончиками указательного и среднего пальца по бубну.

«Это ты зря, дядя, – усмехнулся Лукьян. Эльф неподвижно лежал на земле, став молчаливым зрителем происходящего в стане джунгар. Но когда в поле зрения появился шаман, он начал действовать. В руке у него появился револьвер, „мушка“ легка на грудь дёргающегося в ритуальном припадке джунгара, щёлкнул отведенный назад курок и грохнул выстрел. Заговорённая пуля из сложного сплава дороже золота вошла точно в сердце шаману. Его ритуальный речитатив мгновенно прервался, а сам шаман упал на пороге шатра как подкошенный. – Первый готов».

В это время обезумевшие духи расправлялись с личными охранниками покойного. Один за другим те гибли. Их смерть была страшной. Джунгар рвало на части, крутило и отрывало конечности. У них лопались глаза, а внутренности прорывали живот. Даже привычные к смерти и изуродованным телам ведьмоловы отводили взгляды от этой картины.

Лукьян коснулся амулета связи, подал в него крошечный импульс силы, отбивая нужный сигнал: ко второму шатру. После этого достал из подсумка пороховую гранату. Это был самый обычный чугунный шар размером с яблоко с торчащим коротким куском фитиля, вставленного в небольшое отверстие. На его боках сплавом из электрона были нанесены несколько усиливающих рун. Щёлкнув пальцами, эльф подпалил его, затем размахнулся и из положения лёжа, лишь чуть-чуть приподнявшись на локте второй руки, метнул снаряд внутрь шатра. Спустя несколько секунд там полыхнуло. Стенка шатра надулись от взрывной волны, её рвануло осколками. Если кто-то там был, то ему не поздоровилось.

Шум схватки у шаманского шатра взбаламутил весь лагерь. Ближайшие джунгары вскочили со своих подстилок и выскакивали из шалашей. Самые неосторожные безоглядно мчались к шатру. Там они попадали в невидимые объятья духов, которые всё сильнее распалялись от проливаемой крови и отнимаемых жизней.

«Фьюить, – мысленно присвистнул Лукьян, незамеченным отходя ко второму шатру, – как бы потом не пришлось успокаивать этих астральных гадов. Или вовсе вылавливать по окрестным лесам».

В отличие от своего коллеги второй укротитель духов наглухо заперся в своём шатре. Его телохранители уже валялись в виде изломанных куч из мяса, тряпья и железа. И не только они. Духи из амулетов, расправившись со своими несостоявшимися сосудами. набрасывались на всех, кто оказывался в зоне их досягаемости. Они не использовали человеческие тела так, как задумывалось шаманами. Вместо нормальной одержимости астральные существа уничтожали их с особой жестокостью.

В лагере воцарился настоящий ад.

Прошло уже несколько минут с начала диверсии, а джунгары всё ещё не понимали, где враг и что случилось. Кто куда-то стрелял. Чаще всего по теням куда-то в направление леса. Но несколько раз пули прилетали в их товарищей. То ли случайно, то ли воины из враждующих племён сводили счёты. Их командиры только-только взялись наводить порядок, действуя где кулаком, где нагайкой, а где и саблей, используя плоскую сторону, они постепенно ликвидировали самые сильные очаги паники.

– Как ты? Цела? – спросил Лукьян свою сестру, когда они встретились рядом с шатром шамана.

– Всё хорошо. А ты?

– И я.

Действуя в суматохе, они несколько раз стреляли в шатёр. Но шкуры были зачарованы на совесть. Даже магические пули не брали их.

– Проклятье, – шёпотом чертыхнулся Лукьян. – Теперь эту тварь оттуда не выковырнешь.

– Зато и в астрал он не сможет уйти, – успокаивающе произнесла его сестра. – Ты там такую бурю поднял, что проще в шторм в море на плоскодонке выжить, чем опытному шаману там. Лучше давай займёмся джунгарами, пока есть отличная возможность подчистить их ряды в этом бедламе.

В этот момент от леса раздался мощный залп из мушкетов. В темноте среди деревьев засверкали вспышки выстрелов. По джунгарам прошлась свинцовая коса смерти. Замертво упало не менее десятка. Ещё с полдюжины громко закричали от боли от ран.

Неожиданное нападение сыграло в чём-то положительную роль для лесных налётчиков. Они, наконец-то получили чёткую цель: враг вон там. Командиры принялись сбивать паникующую вооружённую толпу в боевой отряд.

Первые группы устремились в темноту, освещая себе дорогу факелами. Лучшие стрелки за их спинами натягивали луки или наводили стволы немногочисленных мушкетов на деревья, из-за которых минуту назад сверкали вспышки выстрелов. Им навстречу вышел… один человек. Слитный залп из не менее сотни стрел и пуль обрушился на него и не причинил вреда. Но когда часть снарядов – причём совсем небольшая в сравнении с выпущенной массой – попала в неизвестного, вокруг него всё засверкало. Словно его окружала хрустальная пелена. Или ледяная. Ни одна из пуль и стрел не пробила её.

«Монсеньёр? Как же по-мальчишечьи! – с раздражением подумала Лукерья. – Куда остальные смотрят? Почему его одного отпустили?».

Значительная часть джунгар после такой демонстрации неуязвимости противника изрядно струхнула. Многие из тех, кто бежал в первых рядах остановились, а другие принялись отступать. Лишь небольшая часть с упёртостью быка, увидевшего красную тряпку, продолжала бежать к одиночке, издавая на ходу боевые кличи и потрясая оружием. Именно они стали первыми жертвами мага, когда между ними дистанция сократилась до тридцати шагов. От него к джунгарам рванула широкая полоса тумана. Первые десять человек превратились в мгновение ока в промороженные статуи. Падая из-за инерции, они ломались на куски, теряли конечности, оружие, части одежды. Тем, кого чары мага коснулись лишь самым краем, тоже было не сладко. У кого-то нога или рука мгновенно стала куском льда, кто-то вдохнул промороженный воздух и после этого принялись страшно кашлять, пытаясь обмороженными лёгкими сделать новый вдох. У третьих конечности сохранились, но они от лютого холода потеряли чувствительность, а кожа пристыла к оружию. За какие-то две-три секунды более двадцати воинов из числа самых яростных и бесстрашных перестали существовать.

Эта демонстрация магических возможностей ещё более охладила пыл лесных налётчиков. Всё больше воинов останавливались или отступали за спины соплеменников. Не до конца задавленная паника вновь начала их захватывать в свою липкую сеть.

Весь боевой запал джунгар лопнул мыльным пузырём после очередного залпа из темноты леса. В этот раз стрельба была ещё более убийственно меткой. На земле оказались человек тридцать.

И тогда налётчики побежали. Весь их дух испарился после гибели шамана, беснующихся возле шаманских шатров духов, появления сильного вражеского мага и крупного отряда, состоящего из метких стрелков. Привыкнув к налётам на деревни и неукреплённые фактории, к противникам из числа крестьян либо слабо обученных гарнизонных солдат, джунгары бросились врассыпную, спасая свои жизни. Про шамана, укрывшегося в своём шатре, никто уже не думал. Каждый спасал свою шкуру.

Что же до брата с сестрой, то увидев разгром джунгар, они взялись за истребление безумных духов, чтобы к моменту подхода барона с драгунами и охотниками здесь было всё безопасно.

Эпилог

ЭПИЛОГ

Это была победа.

От раздирающих меня эмоций так и хотелось заорать в полный голос: «виктория!». И обязательно поднять руку с расставленными пальцами в виде буквы V. Но это смотрелось бы излишним ребячеством. Вообще в ночной темноте подобное выглядело, мягко говоря, нелепо.

Моя выходка, когда я пошёл один навстречу огромной толпе джунгар была авантюрной. Но я был уверен, что мой ледяной доспех сумеет защитить от простых свинцовых пуль и тем более стрел, которые обладали куда меньшей убойной силой. Так оно и случилось. А потом я подождал, когда пара дюжин врагов приблизится на дистанцию уверенного поражения моим самым мощным и новым заклинанием, и ударил. Эффект превзошёл все ожидания. Подобное я видел в некоторых голливудских фентезишных блокбастерах и в видео-заставках в играх-РПГ. Десятки людей превратились в ледяные фигуры или обзавелись промороженными частями тел, которые от них сами отваливались при резких движениях и падении. Даже не попавшие под прямой удар падали на землю и корчились, с кровью выхаркивая внутренности и раздирая обмороженные лица. При этом на меня магия не подействовала. Как и на Планше, который следовал за мной в трёх метрах.

Выпустив во врагов Ледяную Тропу, я дал отмашку своему сопровождению, укрывавшемуся за деревьями позади меня. Как раз и джунгары приблизились настолько, что даже самый неопытный стрелок смог бы выстрелить и попасть хоть в кого-то в их плотной толпе. У меня неопытных стрелков не было. Мощный залп снёс десятки врагов. Думаю, что некоторые пули из штуцеров и винтовок пробивали по два тела за раз с такого расстояния.

Это стало последней каплей. Непривычные к подобным потерям кочевые бандиты после устроенного ведьмоловами шухера – а там было что-то с чем-то, впечатления набрались мы все, наблюдая за светопреставлением издалека – бросились наутёк. Кто-то сначала к лошадям, но большая часть не стала тратить время на сборы и удирала на своих двоих.

Кто-то из драгун принялись громко свистеть им вслед.

Охотники вели методичную стрельбу, уничтожая одного врага за другим, чьи тёмные фигуры отлично виднелись на фоне брошенных факелов и горящих костров. Где-то в самом лагере вразнобой раздавались редкие выстрелы. То ли джунгары сводили между собой счёты под шумок, то ли от страха палили по каждой тени, видя в ней врага, то ли это мои ведьмоловы сокращали поголовье раскосых людоловов.

– Идём вперед к яме, – скомандовал я. – Не расходимся, джунгар не ловим. Сначала освободим наших людей, потом дождёмся рассвета. А то в темноте запросто нарвёмся.

Я торопился. Боялся, что налётчики даже торопясь сбежать от справедливого наказания попробуют отыграться над пленниками. Много ли надо времени и сил для того, чтобы пальнуть в яму или кинуть копьё?

К счастью, всё обошлось. Джунгарам было не до столь мелочной мести. Яма вблизи оказалась внушительной. Примерно четыре на пять метров и глубиной три. Вал отсутствовал. Вся земля была разбросана по округе и утоптана. Над ямой джунгары поставили самодельные решётки из длинных и толстых жердей, связанных толстыми верёвками и сыромятными ремнями. Ячейки были большими. В них свободно пролез бы подросток лет восьми-десяти, но таких в зиндане не имелось.

– Ого, а их тут много, – удивлённо сказал Потап, встав на краю ямы с факелом в руке и заглянув внутрь. – Точно не с одной нашей Барсуковки.

Услышав его голос, снизу немедленно загалдели.

– Ты наш?

– Наши!

– Помогите нам!

– Прошу вас, не бросайте нас здесь!

– А ну тихо! – рявкнул старший драгун. – Всем поможем, не бросим! А сейчас глотки не драть.

Один из младших командиров с половиной солдат пошёл со мной, второй с оставшейся частью отряда направился к табуну. Несколько сотен лошадей, даже невзрачных – это крайне ценный приз. Джунгары обязательно попытаются их отбить, как очухаются. Кто-то из них придёт в себя в ближайший час, поняв, что их не преследуют, поэтому их обязательно стоить ждать в гости и конкретно рядом с лошадиным загоном. Четвероногий транспорт для них имеет такую же важность и смысл жизни, как и для цыган.

Тех лошадей, которых мы отобьём, потом можно частью продать в Боровске, а что-то оставить себе. Здесь лошадь важнее, чем в моём времени автомобиль в большой семье. На ней пашут, таскают грузы, ездят в город и по окрестным посёлкам. А в лихую годину могут забить, чтобы на её мясе и шкуре протянуть до тех дней, когда станет легче.

Пленными занимались всего четверо солдат, остальные внимательно смотрели по сторонам, стоя подальше от костров и факелов.

Я же, убедившись, что с пленными всё хорошо, приказал заниматься ими старшему драгуну и ушёл к шаманскому шатру.

– Ну и что тут у вас? – первым делом спросил я Лукьяна, когда увидел ведьмолова.

– Сидит, собака. Носа не кажет, ваша милость, – ответил эльф.

– Стреляли? Или нельзя?

– Да что толку? – пожал он плечами, достал из кобуры револьвер, навел его на шатер и пальнул. Кожаная стенка слабо дёрнулась и это был весь эффект от попадания пули. – Никакие пули не берут эти шкуры. Шаман их, наверное, всю свою жизнь пропитывал магией от всего на свете. Сейчас перед нами неприступная крепость в миниатюре.

– А магией? Моей? – поинтересовался я.

Ведьмолов вновь пожал плечами:

– Вряд ли.

Но я не поверил на слово. Поочередно ударил по всем своим небольшим арсеналом по с виду жалким кожам, которые составляли стены шаманского жилища. От Ледяной Тропы стены слегка загудели, как барабан после лёгкого хлопка ладони. Это был весь результат.

– Я же говорю – крепость, – повторил Лукьян.

– Что можешь предложить? – спросил я совета у него. Эльф в магических делах и особенно в делах, касающихся борьбы со всем магическим, был единственным профессионалом.

– Отправить конца за магами в Хоббитовку, – предложил он. – А пока обложить шатёр караулами, нашими амулетами и ждать. Ближайшую половину суток шаман не сможет призвать духов и выйти в астрал. Максимум ему доступны те духи, которые вместе с ним сидят в шатре. Но наружу им тоже хода нет.

– Ясно, значит, ждём.

Следуя совету эльфа, я отправил в башню с магами Трофима. Охотник в лесу – как у себя дома. Он вполне способен обвести вокруг пальца джунгар, которых в округе сейчас кишит, как ос в саду по осени. А пока его ждал, решил посмотреть на освобождённых пленных.

– Барин, счастье-то какое, – из небольшой толпы грязных оборванцев выскочил какой-то мужичонка с кудлатой ощипанной бородой и с фингалами под обоими глазами. Он упал перед мной на колени и попытался обнять за ноги.

– Цыц! – прикрикнул я на него, вовремя отступив и избежав столь неприятного для меня раболепия. – Встань.

– Как прикажете, барин, – мужичок медленно поднялся на ноги и застыл в позе, из которой был готов вновь бухнуться наземь.

Пленных оказалось куда больше, чем пропавших в моей Барсуковке. Всего тридцать два человека. Девятнадцать из них оказались случайными охотниками и караванщиками, которые объезжали сибирские фактории и скупали товары, очень ценимые на «большой земле». От добычи с тварей, приходящих из-за Чёрной пелены, и меховых шкурок исконных сибирских зверей, до женьшеня и ему аналогичных растений.

Мои маги пришли только за час до полудня. Всё это время мы сидели будто на иголках. Как я и подозревал, джунгары быстро справились с паникой и решили вернуться за своим. Или на помощь шаману. Сначала они бродили вдоль окраин своего бывшего лагеря, потом сразу несколько мелких групп попытались нахрапом выбить нас из него, но нарвались на наши залпы и сразу же откатились, оставив на земле с полдюжины убитых и тяжело раненых. А потом ведьмоловы устроили на них охоту в темноте среди деревьев, используя свои магические способности и амулеты, чтобы оставаться невидимками в тенях. Они прикончили ещё с десяток врагов, пока до тех не дошло, что ловить здесь им больше нечего. Но всё равно мы не расслаблялись до самого прихода магов.

– Лорд, мы прибыли. Я решила взять магов. Для защиты деревни хватит и простых солдат, – сказала мне Лии́на. – Приказывайте нам.

– Смотрите, – я ткнул рукой в сторону шатра. – Там сидит сильный шаман. Пробить имеющимся арсеналом его юрту мы не можем, но и оставлять гада в живых тоже не хочется. Уверен, что он потом вернётся и нагадит так, что нам долго расхлёбывать придётся.

– Ясно, – женщина внимательно посмотрела на шатёр. – Нам нужно время на оценку.

Сначала маги последовали моему примеру. То есть отстрелялись по кожаным стенкам заклинаниями. Те гудели куда сильнее, чем после моей Ледяной дорожки. Но результат вышел аналогичный. После этого они на целый час устроили диспут промеж себя. Одновременно что-то вычерчивая на листах бумаги, взятых с собой из башни, и что-то замеряя каждые десять минут амулетами.

Наконец, Лиина подошла ко мне.

– Мы кое-что проверили, лорд, и есть уверенность, что этот крепкий орешек мы сумеем расколоть, – сообщила она приятную новость.

– Отлично, – обрадовался я. – Что от нас требуется?

– Отойти как можно дальше.

А дальше я наблюдал за действиями магов, стоя примерно в двухстах метрах. Рядом со мной находились ведьмоловы, Потап с Трофимом, Планше, два егеря и два драгуна. Спасённые пленники вместе с основным отрядом отошли ещё дальше. До них от границы периметра разгромленного джунгарского лагеря, было с полкилометра. С собой они забрали непрезентабельные трофеи. В основном брошенное огнестрельное и металлическое оружие, самые лучшие луки со стрелами, порох со свинцом, продукты, металлические котелки, котлы, тарелки и тому подобное, самые презентабельные спальные коврики из шкур и войлока. А главное, они увели весь доставшийся нам табун. Стоимость всех лошадей в разы превосходила жалкий походный скарб и не менее жалкое вооружение раскосых налётчиков. Разумеется, трофеи были моими. Люди лишь носильщики.

Я приготовился лицезреть красивую картинку падения неприступной шаманской твердыни, но всё пошло по одному месту. Уже через пять минут после начала магического натиска на шамана, мои маги вдруг нервно засуетились. Даже далекому от их работы дилетанту вроде меня тут же стало ясно: подкрался полный песец. А когда вся четвёрка вдруг развернулась в мою сторону и припустила бегом, перебирая ногами со всей возможной скоростью у меня вырвалось:

– Вот же жопа Новый год.

– Дальше, уходите дальше! – донеслись до меня крики Лиины. – Быстрее! Там Чёрное Пятно!

Меня будто током ударило. В университете на занятиях мы изучали Чёрную Пелену и Чёрные Пятна. Если первая была условно опасна и её даже сумели поставить на вооружение, так сказать, то второе несло только чистый вред в производственных масштабах. Войти в Чёрное пятно если и можно, то выйти из него не было ни единого шанса. Это примерно, как реакторный зал четвёртого энергоблока ЧАЭС сразу после аварии в восемьдесят шестом году.

Из Пятна постоянно выползают твари, которым обитатели Чёрной пелены и в подмётки не годятся. Территория вокруг него кардинально меняется, умирает и перерождается в адовый сюрреализм, который начинает отравлять землю дальше. Изменённые бывшие растения и тем более животные разносят ядовитые споры всё дальше и дальше. Мало того, неизвестным способом Чёрное Пятно манит к себе живые организмы. Птицы могут прилетать к нему за десятки километров, животные приходят со всех окрестных лесов. Хищники и травоядные бегут буквально плечом к плечу, не помышляя о нападении друг на друга. После заражения происходит всё с точностью наоборот. Уже не звери, а твари стремительно разбегаются во все стороны подальше от Пятна, заражая всё и вся. Раненые ими животные и люди сами начинают меняться. А там, где тварь сдохнет, местность начинает понемногу умирать.

На уроках нам давалась информация про некоторые Чёрные Пятна. Европейское, Испанское, Южнорусское, Китайское, Индийское. Это самые крупные аномальные образования, занимающие сотни квадратных километров.

И вот сейчас одно из таких появилось на моих землях.

Проклятье!

Я со своим сопровождением и прибежавшими магами отошёл на максимально возможное расстояние, откуда можно было наблюдать за шатром шамана. Тот ещё двадцать минут выглядел прежним и вдруг раз! И словно сжался в точку. Всё пространство в том месте стянулось едва ли не в ноль и в том месте появилась пустота. Нет – Пустота. Абсолютная чернота. Отсутствие любого намёка на материю. На наших глазах окружающий мир вокруг Пятна стал стремительно меняться. Краски исчезали, трава чернела, начинала хаотически расти, ломаясь и изгибаясь под немыслимыми углами, обзаводясь шипами и отростками. Насекомых постигла та же участь. От сердцевины пятна волна изменений растянулась метров на сто пятьдесят. Но отравление земли пошло и дальше. Растения вблизи границы Пятна съеживались, темнели, какие-то падали наземь и стремительно сгнивали, превращаясь в отвратительную на вид слизь. Другие начинали медленно меняться, приобретая формы и цвета, чуждые нашему миру.

– Нужно ставить кордон, – произнёс я. – Лиина, ты с магами сейчас начинаешь выжигать всю траву и кусты вокруг Пятна. Выставляете ловушки и боевые амулеты, чтобы они останавливали всю живность, которая обязательно полезет в эту черноту.

– Слушаюсь, мой лорд.

Такой же приказ получили почти все мои люди. Драгуны и егеря принялись патрулировать вокруг Пятна. Охотники отправились в леса искать логова зверей, стаи кабанов и стада косуль, чтобы отогнать их как можно дальше или перебить. Эх, достанется теперь местной фауне. Лишь малую часть дичи удастся взять, а всё прочее останется валяться на поживу червям. Чёртовы джунгарские шаманы. У себя бы открыли Пятно и посмотрели, как жить рядом с ним «хорошо».

Сам я в сопровождении Планше и ведьмоловов погнал верхом на лошади на заставу. У меня теплилась надежда, что среди сотен построек в списке Светоча удастся отыскать что-то способное помочь с Чёрным Пятном.

Иначе нам всем конец.

КОНЕЦ 1-го ТОМА