Текст книги "Сиятельный феодал (СИ)"

Автор книги: Михаил Баковец

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

ГЛАВА 4

Этот мир сильно походил на мой родной восемнадцатого века. Даже куча исторических совпадений нашёл. Например, здесь также был царь в начале восемнадцатого века, который прорубил «окно» в Европу и поставил с ног на голову весь русский уклад. Только звали его не Петром, а Павлом. Павел Первый.

Отличий тоже хватало. И самыми главными была магия, фэнтезийные расы и Чёрная пелена. Сначала появилась последняя, а из-за неё возникла первая парочка.

Чёрная пелена проходила вдоль нескольких меридиан. К счастью, не сплошной стеной, а кусками. Где-то она тянулась на десяток километров, а где-то и вся сотня наберется. Пройдя сквозь Пелену можно было оказаться в ином измерении. Там была вотчина магии и монстров. Последние, к слову сказать, регулярно приходили к нам на Землю. Так называемая Пещера, в которой Гриша получил свой дар и меня в довесок, тоже часть Чёрной пелены. По крайней мере, их связывают вместе. В Российской империи таких мест около сотни. В них происходит львиная доля инициации сиятельных. Меньшая часть одарённых рождается в семьях магов и сиятельных.

Жаль, что интернета ещё не придумали, так как очень хотелось узнать про Пещеры и Пелену. Увы, мне были доступны крохи знаний, получаемых на уроках в университете. И из библиотечных книг.

Про Чёрную пелену здесь знают совсем мало, хотя времени с её появления прошло как бы не век с гаком. В университете до нас доводили, что никто так и не понял, что представляют собой территории за ней. Целые миры или их кусочки, так называемые осколки? Почти всегда вышедшие из неё земляне оказывались в безлюдном месте. На десятки километров от точки выхода можно было встретить только диких зверей или тварей. Только в редких случаях, которые никак не удавалось высчитать, экспедиция попадала в место, где жила небольшая группа разумных созданий. Анклав. Практически всегда они встречали нежданных гостей в штыки. Главная ценность таких походов заключалась в сборе энергетических кристаллов из тел местного зверья, монстров и разумных жителей. Иногда попадались руны с заклинаниями для магов или с постройками для сиятельных феодалов. Ещё редкие и не встречающиеся на Земле растения с минералами. Минус был том, что каждый раз Пелена выводила или в новый мир, или в старый, но в новое место, далёкое от прежнего. Поэтому разведку приходилось проводить с начала. И не всегда место награждало трофеями.

Кристаллы можно было забирать с тех тварей, которые регулярно выходили из чёрной Пелены и разоряли поселения. Также энергетические камни добывались из тел вполне себе разумных созданий, которые тоже достаточно регулярно наведывались на Землю. Но что у них, что у тварей под действием энергетики нашего мира через некоторое время кристалл внутри рассасывался без следа. Только благодаря этому на Земле такое разнообразие рас. В ином случае даже самых миролюбивых давно бы вырезали, как в моём мире белых носорогов ради их рогов.

Благодаря Чёрной пелене не было череды постоянных кровопролитных войн в Европе. Где-то удобные дороги для крупных армий перекрывала она. Где-то небольшой отряд магов и стрелков с амулетами легко перекроет удобный проход для десяти тысяч мушкетеров с сотней пушек. Да и сама Чёрная Пелена потребляла огромные ресурсы в качестве защиты от своих проделок. Иногда из неё выходила настоящая орда, с которой с трудом справлялась крупная армия. Но даже так войнушки случались, куда же без них на старушке Земле. Просто без наполеоновского размаха.

Теперь что касается фэнтезийных рас. Часть их появилась среди людей из тех орд вторженцев. Очень-очень редко Чёрная пелена выпускала не безумных монстров и демонических созданий, а разумные расы. Орков, гоблинов, эльфов, гномов, псоглавцев, зверолюдей, джиннов и многих других. Выжившие из таких отрядов либо попадали в плен, а потом превращались в рабов и холопов, либо скрывались в самых труднодоступных частях планеты, чтобы потом или там сгинуть, или создать крошечный анклав. Ещё чуть реже иномирцев приводили экспедиции из чужого мира через Пелену. А вот меньшая часть представителей иных рас появлялась на Земле стараниями сиятельных феодалов. Такой же класс и у меня.

Если коротко, то эта магическая способность сродни возможностям игрока из стратегических игр, например – ГМиМ. Это была моя самая любимая серия игр. Я сыграл с третьей части по последнюю. Истово ждал новую – «Старую эпоху», которую обещали выпустить вот-вот, но не срослось. Когда я услышал пояснения «Гендальфа» о возможностях колец, среди которых затесался феодальский перстень, то я загорелся идеей получить его несмотря ни на что. Рядом с этим кольцом и близко не стояли способности метать сосульки! Жаль, что я не имел права голоса в Пещере. И хорошо, что главный распорядитель решил совместить хотелки мои и покойного Гришки.

Сложности имелись, но вполне устранимые. Самое главное – это Светоч. Особый кристалл, который входил в резонанс с магическими возможностями мага-феодала. После этого он начинал расти, впитывая ману из окружающего мира. Накопленная энергия шла на постройки. Ещё для этого требовались специфические руны, которые добывались или за Чёрной пеленой, или передавались другими феодалами, создавшими их в своих светочах. Руны можно было разбирать и создавать из них иные. Но существовал огромный риск, что затея провалится, и тогда феодал потеряет и старую руну, и не получит новой. Можно было переносить их в Светочь, после чего они в нём закреплялись и тогда удавалось снимать копии. Но риск разрушения при переносе тоже существовал.

Здания из Руны можно было строить почти везде. Даже на огромном удалении от Светоча. Благодаря этому в крупных городах стоят телепорты, невероятные дворцы, казармы для гвардии, оружейные мастерские. А в степях торчали каменоломни, где добывают мрамор и малахит, угольные шахты, серебряные рудники. Когда ресурсные объекты истощаются, их можно перезагрузить с помощью вливания огромного количества маны или новой особой руны.

Светоч был и у меня. Ну, почти. Когда я пришёл со своим новым спутником к телепорту, там меня встретил десяток гвардейцев. Все наглаженные, наряженные и начищенные так, что прям хоть сию минуту на парад.

– Барон Дубов? – вперед шагнул один из них.

– Да, это я. С кем имею честь общаться?

– Барон Власов. Фендрик лейб-гвардии! – отчеканил тот и щёлкнул каблуками.

Я посчитал в голове классы. Выходит, что я выше его на один класс. Правда, с гвардейцами всегда сложности. Они вечно мнят себя лучше всех. И плевать на всё остальное. Зачем здесь эта компашка я знал прекрасно. В Тайной канцелярии просветили.

– Рад знакомству, господин барон, – кивнул я ему. И сразу перешёл к делу. – Вы привезли мне Светоч?

– Да. Он здесь, – лейб-гвардеец подбородком указал на большой сундук размером с высокий комод из моего времени.

– Вы сопровождаете меня до самого места? Или сразу вернётесь обратно, как мы попадём в Сибирь?

– Я и мои товарищи с вами до конца. До тех пор, пока вы не установите Светоч.

– Очень хорошо, – обрадовался я.

Телепорт был классический. Огромная круглая площадка из шлифованного камня, покрытого светящимися рунами. Момент перехода сопровождался чернотой в глазах и ощущением падения.

Здесь нас уже встречали.

– Господин Дубов? – ко мне с вопросом подошёл крупный пузатый мужчина с боярской бородой.

– Он самый, – подтвердил я.

– Губернский секретарь Антипов Иван Прохорович к вашим услугам, – слегка наклонил он голову. – Направлен к вам в помощь градоначальником Макаром Владимировичем.

– Рад знакомству, Иван Прохорович, – улыбнулся я ему и протянул ему ладонь для рукопожатия. Несмотря на разницу в возрасте я был выше его по всем остальным характеристикам социума. Поэтому всё шло от меня.

– Не изволите отдохнуть и откушать с дороги? Точнее перед дорогой. Рядом имеется прекрасная ресторация и там уже заказан стол для вас.

Я вздохнул и слегка наклонился в его сторону, создавая заговорщицкий этюд:

– Я бы с радостью. Да вон те лейбгвардейцы следят, чтобы я не сбился с графика, утверждённого Тайной канцелярией. Там подпись и личная печать стоит такого человека!

Выражение на лице губернского секретаря подувяло.

– Я чем-то вас расстроил? – решил спросить я. Мне было интересно с чем связано такое изменение эмоций.

– Градоначальник, уважаемый наш Макар Владимирович, очень просил вас задержать, чтобы он имел возможность свести с вами личное знакомство, господин барон, – вздохнул он почти также, как я минутой ранее. – Сам он отсутствует в городе. На охоте далече пребывает.

– Вот же незадача. Я бы с огромным удовольствием остался и дождался уважаемого Макара Владимировича. Да только как бы и ему не досталось от… – я не договорил и поднял глаза вверх. Судя по понимающему выражению лица собеседника данный жест тут был в ходу.

– Я ему всё расскажу, обязательно расскажу, господин барон. Градоначальник у нас понимающий человек.

– Как только обустроюсь на месте, так сразу же нанесу визит господину градоначальнику. Для меня будет огромным удовольствием познакомиться со столь достойным человеком, – заверил я губернского секретаря.

Закончив с одним делом, я перешёл к другому.

– Дорогой мой, Иван Прохорович, а какую ещё помощь вам по силам оказать моей экспедиции? – поинтересовался я у мужчины.

– Все ресурсы города будут ваши. Готов обоз с мастеровыми и инструментами, подготовлен небольшой гарнизон. Все необходимые припасы подготовлены, – чётко ответил он. Даже добавил порядком пафоса, словно его Боровск едва ли не вторая Москва.

– Хм, и как давно вас предупредили о моём появлении?

– Около месяца назад Макару Владимировичу по секрету шепнули, что в наших краях скоро появится сиятельный феодал. А неделю назад назвали точную дату и ваше имя.

– Шустро подсуетились, – пробормотал я. Выходит, моё назначение было заготовлено сильно заранее. Недоброжелатели хорошо прям так подсуетились. Кажется, где-то два месяца назад ко мне перестали приходить прямые и завуалированные предложения от отпрысков самых сильных родов из тех, что учились в университете. Выходит, именно тогда и началась подготовка к моему наказанию. Какое-то время понадобилось на выбор местности, поэтому только месяц назад местный мэр узнал о решении сослать к нему строптивого сиятельного. Ну ничего, я ещё не раз растрою ваши танцы с бубнами и факелами вокруг меня. Сто раз пожалеете и сто один укусите себя за локоть от зависти.

Обоз внушал. Примерно сотня телег и фургонов, сотни три человек. Из них три десятка всадников на лошадях в однотипной тёмно-зелёной форме с белыми витыми шнурами на некоторых швах одежды. Ещё двадцать четыре пеших солдат с мушкетами и бердышами. У парочки были вроде как алебарды.

– Нашему краю очень нужен такой сиятельный как вы, господин барон, – вещал рядом со мной губернский секретарь. – Потому уважаемый Макар Владимирович очень расстарался.

– Да я уж вижу. Как долго мы будем добираться до места?

– С таким обозом дней за пять управитесь. Но не больше шести.

– Сколько⁈ – не поверил я услышанному. – В столице мне сказали, что от города до моих земель чуть ли не две недели топать.

– Наврали, – махнул рукой мужчина. – Небось по карте меряли расстояние. В обход болота да чащи. А обоз пойдёт напрямки. Благо дорога там есть накатанная. Опасно, конечно. Но даст Бог без потерь проскочите.

– Что за опасность?

– Да твари эти будь они неладны. И разбойнички, куда ж без них. Но каторжное отребье не рискнёт напасть на такой отряд, а вот твари страха не ведают.

– Ничего, пусть только сунутся, – усмехнулся я. Страха не было. Не знаю, что за хтонические чудовища должны объявиться, с которыми не справились бы лейб-гвардейцы, у которых, наверное, даже плюмажи на их начищенных шлемах зачарованы на защиту и урон. Они одни на голову выше той полусотни, которую придали мне местные чиновники.

Мои вещи были погружены в отдельный фургон, внутрь которого забрался Планше. Планше – мой орк телохранитель, которого я выкупил из тюрьмы. Изначально его звали Пунш. Кто-то в его племени или постебался, давая имя орчо́нку, или на тот момент подобное имя выглядело символом мужества и славы. Или на его родном языке оно означало совсем другое, а не земной горячительный напиток. Орк на смену имени согласился без проблем. Сам я тоже особо не терзал себе душу, что фактически стал рабовладельцем. Мне императорской волей пару сотен живых душ в личное пользование передали. Так значилось в документах, выданных в Тайной канцелярии.

Что ещё обязательно стоит сказать? Например, что среди работников и пехоты тоже мелькали крупные зеленые клыкастые рожи. В Сибири орков я видел даже на городских улицах. В то время как в Москве только в таборе в десяти километрах от столицы.

Глава 5

ГЛАВА 5

В четыре дня дороги мы не уложились. Нужных мест мы достигли только к полудню пятого.

– Вон там Барсуково, а там Ежово, – помахал в воздухе губернский секретарь. Изначально он не собирался со мной ехать. Но потом вдруг резко передумал. Его присутствие оказалось кстати. Антипова побаивались все в обозе, в том числе казачий урядник. Уже в пути я узнал, что отряд всадников – это сибирские казаки. Они тут и бандитов ловят, и ханских воинов гоняют, и тварей зачищают. Среди них каждый пятый был полукровка или квартерон с гоблинской либо эльфийской кровью. Полуорки и квартероны в основном в пехоте обитали, в артиллерийской обслуге, в инженерных войсках. Там их массивные стати были кстати.

В мои деревни я решил пока не заезжать. Они лежали позади той области, где мне предстояло активировать Светочь. Да и что я там увижу? По пути я был уже в нескольких, вид так себе. Будто банда бомжей решила заселиться в дома в брошенной деревне. Что и было там новым, так это рвы и частоколы вокруг поселений. Но тут понятно всё. Без нормальной защиты никому не выжить. В один прекрасный день или ночь твари из Чёрной пелены вырежут всех до последней живой души. И людей, и животных.

Мне на выбор предложили два места для создания будущей базы. Огромный ровный луг, сходящий к реке с одной стороны и закрытый с двух сторон лесом, а с четвёртой расположилось болото. И невысокий голый холм, окружённый редким светлым ельником и большими песчаными проплешинами. На холме из поросли кустарника и травы торчали руины древней постройки. На карте ничего не значилось, но несколько обозных мужиков рассказали, что лет пятьдесят или больше назад здесь стоял крупный гарнизон, пока его не вырезали враги, пришедшие из Чёрной пелены. На какое-то время эти края лишились военного присутствия, а позже в нескольких километрах за нашими спинами была построена новая крепость. В этот раз из дерева. Одновременно с ней появились несколько деревень, но сейчас остались только две. Жители остальных или сбежали, или погибли.

Что же до Чёрной пелены…

«А вот и ты, моя родная», – пронеслась в моей голове мысль, когда я повернулся лицом к главному ужасу и одновременно тому, без чего этот мир не смог развиться до телепортов и амулетов связи.

Чёрная пелена походила на песчаную бурю, как её рисуют в различных киношках. неровная бурая стена от земли до неба, внутри которой постоянно идёт движение. Её было прекрасно видно с холма, хотя расстояние превышало два десятка километров. Это было очень близко.

– Не представляю, зачем в Москве решили так близко вас поселить, господин барон, – почему-то шепотом сказал губернский секретарь.

– Так деревни же стоят. И дозорная крепость тоже.

– Так то ж холопы и солдатня, их в государстве нашем хватает. А вот сиятельных феодалов в Сибири можно по пальцам пересчитать. Или вы поставите тут свои здания и уедете? – он вопросительно и с нескрываемой надеждой посмотрел на меня. – Можно у нас в Боровске остаться. Мы вам там домик организуем отличный.

– Пока приказа такого не было. А почему тут… – я сделал паузу. – Уж извините меня, Архип Прохорович, но эта тайна не моя и всего рассказать не могу.

Пусть сам придумает причину почему меня направили в это погибельное место. Вдруг додумается до такого и разнесет эту думку по чужим ушам, что от меня все отстанут и дадут возможность спокойно заниматься своими делами. Главное, чтобы не додумались до правды. Если сообразят, что меня в столице сделали не просто парией за непокорство, а смертником и показательной жертвой для других, то от меня Антипов отвернётся самым первым. А Макар Владимирович и вовсе запретит меня и моих людей в городе обслуживать. А чтобы этого не случилось, мне стоит себя как-то проявить. И заручиться поддержкой кого-то, кто более-менее имеет авторитет в этих краях.

Сам я только укрепился в мысли, что меня банально отправили на смерть. Причём кто-то пожелал сделать из неё показательное событие. Потом меня станут приводить в пример. Мол, поспрашивайте про некоего барона Дубова, сиятельного феодала, который решил, что ему можно жить, как самому хочется. Узнали? Ну и как вам его дальнейшая судьба? А ведь сделано по закону, как он сам хотел, ха-ха-ха!

Ну, ничего, справлюсь, выживу и наберусь сил. А потом вычислю эту гадину и прихлопну со всем гадючьим гнездом.

Рабочие трудились от зари до зари. Могли бы и ночью работать, но свет от костров и факелов, которых понадобилось бы очень много для стройки, виден очень далеко. Серьёзно вырастет риск, что к нам заглянут какие-нибудь твари.

Мастера накопали глубоких котлованов у подножия холма, из которых брали глину. От далекой реки возили песок и камни. Где-то нашли выход известняка, который долбили в мелкую щебенку, а потом прокаливали их в сделанных здесь же кустарных печах с поддувом кузнечными мехами, пока камешки не рассыпались в пух. Для печей использовались дрова только из бука, ясеня и… граба, кажется. Так они получали негашёную известь, которая затем шла для изготовления известкового раствора. Лиственных деревьев, да ещё данных пород росло мало. Люди уходили всё дальше и дальше в чащу в их поисках. Здесь было царство хвойных. На костры, для шалашей и палаток шёл молодняк вокруг холма. По моей просьбе, или скорее приказу, люди сносили деревца под корень. Чтобы и пенька не торчало наружу. Пахать я тут ничего не собираюсь, но лучше иметь как можно больше открытого пространства вокруг своего жилища.

Рабочие пустили в дело старые камни, оставшиеся от старой крепости. Почти все они были уже обработаны. Знай бери и укладывай в стену.

За десять дней тяжёлой работы на пределе возможностей была поставлена прямоугольная башня со сторонами десять на пятнадцать метров и толщиной стены в полтора. Высота семь. Получилось два этажа. Крышу поставили высокую деревянную «шатром». Покрытие – дранка. Позже мне были обещаны железные листы, но я в это не особо верил. Придётся как-то самостоятельно укреплять самую слабую часть построек. К башне пристроили одноэтажное каменно-деревянное здание размерами семь на двадцать. Это казарма. Если бы не сохранившиеся фундаменты от старых построек, то о таком результате даже не стоило бы и мечтать! Пришлось бы всё строить из дерева.

Дополнительно, но уже только из бревен, мастера поставили склад, конюшню, небольшую избу для меня и общую баню. А ещё обнесли вершину холма пятиметровым частоколом из брёвен. Возле двух стен вверх поднялись десятиметровые вышки для караульных. Бортики для них построили очень хитро: две стенки из горбыля внахлёст выполняли роль опалубки, а внутреннее пространство примерно в пятнадцать сантиметров было заполнено крупной галькой из реки. Со слов солдат такая защита отлично держит мушкетную пулю. Падёт она только тогда, когда все доски будут измочалены. Но столько времени торчать на вышке никто не станет.

Ближайший лес из-за стройки серьёзно пострадал. Вернее, серьёзно пострадал ареал деревьев с самой прочной древесиной. Под конец работ за дубами и лиственницей мужики уходили вглубь от опушки на пять-шесть километров. Елкам с соснами повезло намного больше. Попутно холм окончательно лишился всей минимальной растительности в виде молодой поросли деревьев и кустов, а местность вокруг него превратилась в луг.

Обязательно стоит упомянуть, что нас почти никто не беспокоил. Обычные звери старались держаться подальше от холма, а тварей было мало и все они оказались слабыми. Казаки прекрасно справлялись с их уничтожением и зачисткой обнаруженных лежбищ.

Наконец, настал миг активации Светоча. Гвардейцы затащили ящик на второй этаж башни, срезали все пломбы и сняли хитрые замки. Фендрик лейб-гвардии вручил мне небольшую кожаную сумку с плечевой лямкой.

– Это тоже вам, господин барон, – сказал он. После чего ушёл с сослуживцами, оставив меня наедине с ящиком.

– Ну, с богом, – пробормотал я откинул крышку. Внутри оказался ещё один ящик, распёртый кольями и клиньями между стенок основного и заложенного клоками шерсти. Внутренности его заполняли мешочки, полные смеси из песка и опилок. И вот среди них я увидел мутный полупрозрачный кристалл размером с моё предплечье. Что делать дальше я знал благодаря занятиям в университете.

Взяв в руки кристалл, я принялся входить в резонанс с ним своей силой сиятельного. Спустя несколько минут внутри него засверкала искра, которая принялась мигать в такт биению сердца. С каждой минутой она становилась всё крупнее, а частота мерцания усиливалась. И наконец кристалл вспыхнул, словно в моей руке лежала огромная колба-лампа ватт эдак на пятьсот.

Я поставил его прямо на мешочки с песком в ящике, и стал смотреть, как Светоч стремительно растёт, превращаясь в огромную друзу. При этом он поглощал и наполнитель, и тару. Где-то спустя четверть часа в центре просторного помещения стояла друза кристаллов высотой с мой рост и шириной в основании не меньше двух метров. Стены, пол и потолок едва заметно сверкали искрами, как будто в них проникли частички кристалла. Думаю, что так оно и есть. Без всяких будто. В университете преподаватели говорили, что постройка после активации в ней Светоча становится в несколько раз прочнее. Каменная превращается в несокрушимую твердыню, которую и пушками не разбить и при перестройке – это можно было сделать лишь с помощью руны из этого же Светоча – свою прочность не теряла.

Друза ярко блистала, но не слепила. От её света мне стало легко, в теле появилась лёгкость и бодрость, голова очистилась, ушли все тревожные и тяжёлые мысли. Мана в теле стала стремительно пополняться. Сейчас бы мне помедитировать здесь, следуя советам преподавателей из университета. Всего несколько часов медитации (самые первые дни после инициации Светоча особенно ценны) рядом с кристаллом заметно укрепят мои энергетические каналы и повысят общий резерв маны, но пока нужно отложить это занятие. Меня ждут люди снаружи.

– Ах да, сумка, – шлёпнул я себя по лбу ладонью. – Что тут у нас? Хех, ожидаемо.

В сумке лежала шкатулка, а внутри неё четыре руны в виде кристальных линз с вырезанными на ними рунами. Руны оказались до слёз знакомыми и примитивными. Их я и пара других сиятельных феодалов заучивали на занятиях. Одна позволяла построить обычную конюшню. Вторая маленькую лесопилку. Из третьей должна родиться сторожевая вышка из дерева. А с помощью четвёртой мне было доступно создание пекарни.

С моих губ сорвался нервный смех. Недоброжелатели от души постарались, чтобы лишить меня возможности закрепиться и выжить, но они не учли кое-что ещё. Я не просто просидел за университетской партой двенадцать месяцев. Каждый свободный миг я понукал ещё живого Гришку искать любые знания, а потом собирал их сам. И сейчас я знал несколько нестандартных рун, которые не показывали преподаватели на уроках.

Осадная подвижная башня с двумя десятками арбалетчиков. Тайное убежище лесовиков с пятью рейнджерами, вооружёнными луками и кинжалами, которые способны спрятаться среди растительности в считанные секунды и с пятидесяти шагов попасть вёрткой белке в глаз. Казарма легионеров, где раз в месяц можно призывать две контубернии вояк в старинных доспехах с мечами и копьями.

Эти руны считались сильно устаревшими, именно потому и удалось отыскать информацию по ним в библиотеке. Против современных войск арбалетчики и латники выглядят совсем уж бледно. В прямом бою против равных сил они, скорее всего, проиграют. Современная фузея метко била на дистанцию до ста пятидесяти метров. Стрелец перезаряжал её за тридцать секунд. Арбалет с деревянной дугой – а именно такими были вооружены воины в рунах – уступал ей и в дальности, и в точности, и в скорострельности.

Но вот со слабыми тварями или в сражении с воинами сибирских ханов, которые сами вооружены луками и копьями в основной массе легионеры и арбалетчики должны справиться без проблем.

Как я уже однажды упоминал руны можно разбирать с помощью Светоча и создавать из них другие. И если у меня выйдет разменять четыре бытовых руны хотя бы на две боевых из моего секретного списка, то я буду счастлив. Правда меня сильно пугал тот факт, что я хорошо знал лишь теорию. На практике всего дважды удалось провернуть этот трюк, да и то тогда меня и парочку других «творцов вселенных» контролировал опытный преподаватель, а сами руны были элементарнейшими. Буквально создание кристалла-руны с заключённым внутрь него деревянным забором или курятником без наличия в них искры жизни. Но в моём положении приходилось идти на серьёзный риск потерять всё в попытке получить хоть что-то.

Взяв первую линзу в ладонь, я приложил её к светящейся друзе. Она тут же прилипла, как магнитная пластина к стальному листу. Затем повторил эту же операцию со второй, с третьей и с четвёртой.

Теперь оставалось войти разумом в светоч и заняться игрой в лего, сначала разобрав уже готовые руны, а затем собрав из них новые. Надеюсь, у меня всё получится.

Вот только едва я осуществил задуманное, то моему сознанию предстало нечто невообразимое, заставившее в полный голос воскликнуть:

– Как такое может быть⁈