Текст книги "Сарай (СИ)"

Автор книги: Михаил Антонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 8

8

Этими мыслями я поделился со Славой сразу после приземления на Плацдарм. Мы вышли из корабля, и он выслушал меня, почесав затылок.

– Артём, ну, я не вижу здесь проблемы. Администрация станции относится ко мне вполне лояльно. Более того, они довольны нашими поставками. Как говорится, все на этом зарабатывают. Я не думаю, что они вот так просто поломают бизнес.

– Слава, это всё понятно, – я покачал головой. – Но до той поры, пока объёмы и, соответственно, доход от сделки не достигнут такого уровня, где жадность победит разум. Ты наверняка слышал изречение про капиталиста и 300% прибыли. Так вот, я с этим уважаемым мыслителем абсолютно согласен. Они пойдут на любое преступление. Следовательно, нам надо подумать, как обезопасить себя, но не бросать такой высокомаржинальный бизнес.

– Артём, а если я буду менять маршруты движения? Ну, там, подключу алгоритмы рандомизации. Да, логистика усложнится, но всё же. Буду делать, как те зайцы, – петли и сбросы. И ещё, – Слава оживился. – Я как-то смотрел передачу про контрабандистов. Те же самые американские бутлегеры, которые накручивали свои тачки. Или вот сейчас – колумбийские и мексиканские, ну, те, которые морские, ставят на свои небольшие лодки по три-четыре 450-сильных подвесных мотора. А что, если нам на «Быстрый» поставить более мощные двигатели? И генераторы энергии. Да, возможно, придётся пожертвовать комфортом и даже чуть-чуть потерять в объёме груза. Но я уверен, ты точно придумаешь, как его модернизировать.

Я хмыкнул и обдумал его предложение. В нём был здоровый прагматизм. Не просто бежать и прятаться, а стать быстрее, хитрее и опаснее для любого, кто захочет встать на пути. Мысленно я обратился к Тёме:

– Тёма, проанализируй возможности модернизации курьерского корабля «Быстрый». Нужно кардинально увеличить скорость и манёвренность на импульсных двигателях и, возможно, дальность прыжка. Смени ходовые двигатели, генераторы, перепрошей ПО управления. Оговорочка: потребление энергии вырастет, но нас интересует прирост характеристик в разы.

Ответ пришёл практически мгновенно, и Тёма вывел на мой интерфейс схему корабля с подсвеченными узлами.

«Артём. Анализ завершён. Для корабля Вячеслава предлагается пакет модернизации.

Импульсные двигатели:

Замена штатных на трофейные двигатели более тяжёлого класса «Игла», имеющиеся в запасах на «Звёздном Утиле». Их тяга на 270% выше. Потребление энергии при максимальной нагрузке возрастает в 4 раза.

Энергетика:

Установка двух дополнительных компактных генераторов в грузовой отсек. Это даст необходимый прирост мощности.

Прыжковый двигатель:

Замена штатного на модифицированный «Фазовый Скачок». Дальность прыжка увеличивается на 40%, время перезарядки сокращается на 15%.

Программное обеспечение:

Полная перепрошивка бортового ИИ и систем управления. Внедрение алгоритмов экстремального пилотирования и рандомизации маршрутов, которые я разработаю. Корабль будет способен на манёвры, недоступные большинству серийных перехватчиков.»

Практически сразу выданный ответ Тёмы меня воодушевил.

– Так, Слава, твоё предложение принимается в работу, – объявил я, оборачиваясь к нему. – Считаю, что модернизация «Быстрого» необходима. Вкупе с алгоритмами рандомизации это позволит на какое-то время обезопасить наше торговое предприятие. Модернизацией твоего корабля мы займёмся на моём предприятии «Звёздный Утиль» в Мире Фатх. Поэтому у тебя будет пара дней разобраться с насущными делами дома, пока я провожу небольшой отпуск с семьёй. Я сообщу тебе, когда буду готов возвращаться.

Слава кивнул, и в его глазах загорелся азарт. Ему нравилась идея превратить свой корабль в нечто уникальное.

Отпустив Славу, я не спеша пошёл к переходу на Землю, в голове уже крутились списки и планы. Проблема флота в Омега-9 упиралась в ресурсы и скорость. Что мне было нужно в первую очередь? Самый крупный и производительный промышленный синтезатор, способный печатать детали для кораблей. И ещё одна, более мощная мобильная верфь – чтобы ремонтировать и модернизировать не один, а сразу несколько кораблей параллельно.

Мысленно я обратился к своему стратегу и бухгалтеру в одном лице.

– Тёма, есть мнение, что для форсирования работ в секторе Омега-9 нам необходимо приобрести производительный промышленный синтезатор и максимально большую мобильную верфь. Прикинь, пожалуйста, о каком порядке сумм кредитов нам обойдётся данное приобретение?

Тёма ответил не сразу, что было признаком сложности запроса.

«Артём. Подобное оборудование не является товаром массового спроса. Предварительный анализ рынков Мира Фатх, Республики Рампала и теневых площадок даёт следующий осторожный прогноз:

Промышленный синтезатор класса «Гефест»:

Устройство, способное производить детали крейсерского размера из предоставленного сырья. Стоимость нового блока начинается от 40-45 миллионов кредитов. Б/у, но работоспособный, с выработанным 30% ресурса – от 25-28 млн. К этому необходимо добавить стоимость матриц для печати специфических деталей (двигатели, броня, вооружение) – ещё 5-10 млн.

Мобильная верфь класса «Арсенал»:

Автономный док-модуль, способный вместить корабль размером с лёгкий крейсер. Стоимость новой – заоблачная, от 120 миллионов. На вторичном рынке цена может колебаться от 70 до 90 миллионов кредитов в зависимости от состояния и комплектации.

Общая ориентировочная сумма: от 95 до 120 миллионов кредитов. Точные цифры можно будет определить только после выхода на конкретных продавцов в Мире Фатх или Республике Рампала. Отмечу: на пиратской станции «Демонов Ночи» тобой ранее была удачно приобретена мобильная верфь меньшего класса со скидкой почти в 60%. Повторить такой успех с оборудованием такого масштаба маловероятно, но возможно.»

Достав из кармана телефон, я набрал номер Славы.

– Слава, алло, ты меня слышишь?

– Да, Артём, слушаю тебя.

– Ситуация немного поменялась. Нам необходимо больше товара. Договорись с венесуэльцами и завтра-послезавтра слетай, приобрети у них ещё хотя бы полтонны.

В трубке наступила короткая пауза, но Слава быстро сориентировался.

– Понял, Артём. Сделаю.

Я зашёл в дом, и мысли о миллионах кредитов немного отступили, уступив место более насущному: чем бы побаловать семью? Перебрав в уме варианты, я остановился на пельменях. Настоящих, слепленных вручную. Это, наверное, единственное блюдо (ну, кроме роллов, которые они тоже обожали), ради которого мои девчонки прощали мне всё.

Открыл нижний отсек холодильника – морозилку – и стал копаться среди пакетов с ягодами и замороженными овощами. Нашёл: приличный кусок свиной лопатки и не менее достойный кусок говядины. Идеально.

Дальше начался почти ритуальный процесс. Мясо, размороженное в микроволновке, я аккуратно нарезал на кубики. Приготовил тесто – мука, вода, соль, яйцо – и замесил его. Пока тесто «отдыхало», достал электрическую мясорубку, установил её на столешнице. Гудящий механизм превратил мясо в однородный, сочный фарш. Добавил туда мелко-мелко порубленный лук, соль, перец.

Потом – раскатка. Большая алюминиевая скалка, горсть муки. Тонкий пласт теста. Стакан, которым я вырезал ровные кружочки. Ложка фарша на каждый. И вот оно, главное – лепка. Быстрые, точные движения пальцев, и бесформенная масса превращалась в аккуратный, с идеальной «косичкой» пельмень. Я складывал их на присыпанную мукой разделочную доску рядами.

Конечно, всё это можно было заказать у пищевого синтезатора. Но я помнил прошлый опыт: Эльза относилась к этому чуду техники с глубоким, иррациональным недоверием. А она у меня умная. И знала: когда я готовлю на кухне, там творится творческий бардак – разбросанная мука, крошки фарша, луковая шелуха. Следовательно, отсутствующий бардак привёл бы её к единственной мысли – я схалтурил. А я же хотел сделать вкусняшки от чистого сердца. Поэтому пришлось делать всё самому и руками.

Я чётко следил за временем, зная, что с минуты на минуту мои девчонки вернутся. Поэтому, когда за окном послышался звук подъезжающей машины, партия пельменей уже булькала в кастрюле, наполняя дом невероятным ароматом.

Дверь открылась.

– Ммм... Как вкусно пахнет! – голос Эльзы прозвучал, словно бальзам для моей души.

Она сделала вид, что не заметила лёгкого бардака на кухне – рассыпанной на столе муки, грязной мясорубки. Подошла, обняла меня сзади за талию и чмокнула в мою широко улыбающуюся морду.

– Голодные вернулись, – прошептала она.

И снова ведущим спикером за ужином была дочь, её милый, безостановочный щебет о школьных новостях, приключениях и злоключениях одноклассников ласкал мой слух, как самая лучшая музыка.

– Пап, ты представляешь, эта Маринка получила тройку за контрольную по русскому, а сама строила из себя отличницу! А у меня, между прочим, четвёрка! И у Васи – четвёрка! У нас у двоих из всего класса хорошие оценки!

– Доченька, не глотай, прожёвывай, – сделала замечание Эльза, а я только слушал и улыбался, кивая и поддакивая в нужных местах.

Потом была история про географию, а завершающим аккордом стал восторженный рассказ про физкультуру и игру в пионербол. Дочь первая покинула кухню – как я понял, хотела посидеть в телефоне до того момента, как жена приступит к домашнему заданию дочери. Я же, в свою очередь, предложил помощь в уборке. Супруга мыла тарелки, а я вытирал и складывал их в шкаф. И не надо думать, что я жадина какой-то – я предлагал купить посудомойку, но Эльза сама отказалась, сославшись на то, что у нас не так много посуды: «Мыть три тарелки да три чашки?»

Закончив с посудой, я отправился на диван перед телевизором. Включил Discovery, где показывали что-то про глубоководных существ, и мысленно обратился к своему молчаливому соратнику.

– Тёма, а чем ты таким занимаешься, что тебя стало слишком мало?

«Артём, в данный момент я задействую часть твоих вычислительных ресурсов на тонкую корректировку алгоритмов наших кластеров в «Пасифик Инда Банке», – ответил Тёма, и в моём внутреннем интерфейсе тут же замелькали строки кода и архитектурные схемы. – Вношу изменения в работу ядра нашей букмекерской конторы: оптимизирую алгоритмы расчёта коэффициентов в реальном времени для минимизации рисков и максимизации прибыли с учётом анализа миллионов социальных сигналов. Параллельно идёт тестирование нового дизайна её интерфейса – более агрессивного и вовлекающего.»

Я видел, как перед мысленным взором сменялись макеты сайтов, графики конверсии.

«Также увеличиваю количество и качество ботов в социальных сетях. Они теперь не просто спамят ссылками, а ведут сложные диалоги, вплетая упоминания о наших услугах в естественные беседы, продвигая одновременно: удобство криптоплатежей через «Пасифик Инда», эксклюзивный контент на нашей медиаплатформе и уникальные события в игровой метавселенной «Aethel». Цель – создать эффект «тихой осады», когда пользователь из разных источников постоянно получает позитивные сигналы о нашей экосистеме.»

Схемы сменились графиками роста – подписчиков, просмотров, регистраций.

«Одновременно идёт генерация и размещение «вирусного» контента – мемов, коротких роликов, статей – на популярных сторонних площадках. Этот контент мягко, но настойчиво замыкает цепочку внимания обратно на наши сервисы. Мониторинг показывает рост монетизации на 0,7% в час и увеличение ежедневных регистраций на 12% за последние сутки.»

Я слушал и удивлялся.

– Странно, а я и не чувствую, что ты пользуешься моими мощностями. Никакой нагрузки, никакого напряжения, как раньше бывало.

«Артём, я уже информировал тебя: вследствие симбиоза с нейропаразитом Империи Зудо, пропускная способность и устойчивость твоей центральной нервной системы увеличились в разы. Та часть ресурсов, которую я с твоего разрешения задействую, в настоящий момент для тебя несущественна – менее 3% от нового потенциала. Поэтому ты и не ощущаешь нагрузки. Ты стал более мощным носителем.»

– Ну, раз так, Тёма, то продолжай в том же духе, – мысленно кивнул я, возвращая внимание к телевизору, где кальмар уворачивался от камеры батискафа.

И тут я заметил, что Эльза стоит в дверях гостиной и внимательно смотрит на меня.

– Элька, что-то случилось? – спросил я.

– Нет-нет, – она покачала головой, слегка смущённая. – Я просто... хотела посмотреть, как у тебя дела.

– Всё нормально, – улыбнулся я.

Она кивнула и вернулась к дочке.

Часа через два они обе пришли ко мне на диван, прижавшись с обеих сторон. В отличие от меня, погружённого в раздумья, обе уткнулись в экраны своих телефонов. Так мы просидели ещё около часа в тишине, нарушаемой лишь голосами из телевизора, пока Эльза не скомандовала: «Всем спать!»

Уже засыпая, чувствуя, как сознание уплывает, я почувствовал, как Эльза плотнее прижалась ко мне, обняла рукой и тихо, почти шёпотом спросила в темноте:

– Тебе уже нужно возвращаться?

Глоток воздуха. Правда была горькой, но необходимой.

– Возвращаться придётся. У меня довольно сложные задачи, от которых отмазаться не получится. И чем раньше я к ним приступлю, тем проще мне будет.

– Я понимаю, – её голос прозвучал устало. – Сколько?

– День или два, – выдохнул я. – Чем дольше я буду задерживаться, тем сложнее мне будет...

Окончание фразы – «...решать вопросы с Министерством Войны Мира» – я не произнёс вслух. Я лишь прокрутил её в своей голове, крепче обняв жену.

Проснувшись, я почувствовал, что мне так хорошо, что даже не хотелось вставать с кровати. Мягкий матрас, родной запах подушки, тепло тела Эльзы рядом. Что самое интересное – супруга тоже проснулась и просто прижималась ко мне, дыша ровно и спокойно. Не знаю, сколько времени мы так пролежали в молчаливом, блаженном единении, пока в спальню, как торпеда, не влетела наша фурия.

– Эй, родители! Что началось сегодня, так-то не выходной!

Эльза приподняла голову, посмотрела мне в глаза и жалобно, как ребёнок, сказала:

– Папулечка, а можно я не пойду сегодня на работу?

В этот момент я даже не знал, что ответить. Я только перевёл взгляд с её умоляющих глаз на глаза дочери, которая уже загорелась, как спичка.

– Эй! А что, так можно было? – воскликнула дочь и в следующее мгновение прыжком запрыгнула на кровать, пытаясь скопировать интонацию матери. – Папулечка, а можно я тоже сегодня не пойду в школу?!

Я смотрел с одной пары глаз на другую. В глазах жены – шалость и надежда. В глазах дочери – озорной, заразительный восторг. Медленно, с глубокой театральной серьёзностью, я произнёс:

– Можно.

Улыбки, расплывшиеся на их лицах, были от уха до уха, самые искренние и счастливые на свете.

– Так, Артём, мне сейчас надо срочно написать начальнице, взять отгул, – деловито высказалась супруга, уже хватаясь за телефон.

– Мам, ты, пожалуйста, моей классной тоже напиши, что у меня тоже... как там... отгул! Во-во, тоже отгул!

Эльза рассмеялась, обнимая дочь.

– Эх, дочка, какая же ты у меня язва!

А потом мы пошли завтракать. Вернее, сначала готовить завтрак, а потом есть его все вместе, без спешки, болтая о всякой ерунде.

Сразу после завтрака мы отправились на лёгкий шопинг. Коллегиально было решено, что сегодня мы устроим пикник на природе. Благо, погода радовала: середина апреля, а на улице – плюс 18°, солнце светило так ярко, что грех было не отметить это чудо.

Первым мы посетили «Магнит». Корзина быстро наполнилась: овощи, фрукты, свежий хлеб, уже замаринованный шашлык (на этот раз свинина-говядина), и, конечно же, праздничный тортик. Отдельным, стратегически важным пунктом шли соевый соус и банка острой аджики – именно это могло преобразить покупной маринад во что-то с душой. Также был приобретён дешёвый, одноразовый походный мангал. Я понимал, что он не переживёт и трёх поездок, но ему нужно было выполнить свою функцию хотя бы один раз. К мангалу прихватили мешок древесного угля.

Глава 9

9

Вернувшись домой, мы разделили обязанности: пока супруга виртуозно нарезала салатики, я занимался шашлыком. Разобрал всё на аккуратные, одинаковые кусочки, сложил в глубокую миску, залил соевым соусом и добавил полбанки острой аджики. Тщательно перемешал, накрыл крышкой – пусть пропитывается. Осталось только приготовить чай, налить в термосы – и мы, в принципе, были готовы.

В нашей местности альтернативы для пикника особо и не было – только берег Волги. Прекрасный вид, отличное место. И, несмотря на тёплую погоду, все эти приставучие насекомые ещё не проснулись. Выехали на стареньком «Матизе». Я не отказал себе в удовольствии и прихватил пару банок пива с клыкастым и рогатым зайчиком на этикетке.

Погода была идеальной. Солнце светило ярко, но не жгло, одаривая теплом, а ветер практически отсутствовал. Мы прекрасно разместились на песчаном берегу. Я разжёг угли в эрзац-мангале и, пока они покрывались благородной сединой, наслаждался видом: Эльза расстилала покрывало, Мира бегала по кромке воды, пуская «блинчики» из плоских камешков.

– Пап, смотри, пароход плывёт! – вдруг закричала дочь, указывая вдаль.

Я взглянул. И действительно, по гладкой, серебристой глади Волги медленно и величаво двигался наливной танкер. Моим почти идеальным, подправленным медициной зрением я различил название на борту: «ВОЛГАНЕФТЬ» и часть номера, который не смог разглядеть из-за расстояния.

– Прикольно, – улыбнулся я. – Пораньше, видать, навигация открылась.

Дочь, захлёбываясь от восторга, подпрыгивала на месте и махала рукой огромному судну. Добрые эмоции, доброжелательная атмосфера – всё было идеально. Всё было хорошо.

И вот, наконец, пришло время снимать пробу. Конечно же, первый кусочек я снял на вилку и протянул нашей мамочке.

– Ммм... Как вкусно! – она закрыла глаза от удовольствия.

– И мне, и мне кусочек! – немедленно заявила дочь.

– Подожди, горячий! Сейчас наколю, передам, – остановила её жена.

Я бережно стягивал с шампуров сочные, зажаристые снаружи и нежные внутри кусочки, выкладывая их на отдельную тарелку. Аромат стоял умопомрачительный. Ну вот, пришло время и для моего пива. Я взял кусочек позажаристей, с приличным прижарком, откусил, прожевал, наслаждаясь взрывом вкуса, и запил долгим, холодным глотком пива.

Пикник затянулся. Мы ели, смеялись над историями дочки, молча смотрели на воду, грелись на солнце. Дочь нашла длинную палку и устроила «раскопки» на песке, Эльза делала селфи на фоне реки.

Насытившись и нагулявшись, мы нехотя стали собираться. Аккуратно сложили остатки еды, собрали весь мусор (его было немного) в пакет. Мангал я, после недолгих раздумий, оставил прямо на берегу, аккуратно прислонив к коряге. Мало ли, может, кому-то пригодится. Частенько в молодости у нас с друзьями мангалами служили найденные неподалёку кирпичи, а тут – почти настоящий, всего раз использованный. А вдруг да и осчастливит кого-то?

Вернулись домой сытые, довольные и... если честно признаться, немного уставшие. Не знаю, с чем это связано, но отдых на природе по завершении оставляет серьёзное чувство приятной, ленивой усталости.

В общем, мы кое-как добрались до дивана. Я включил телевизор, выбрал свой любимый Discovery, где шла передача про ловлю гигантского сома где-то в дельте Амазонки. Эльза просто привалилась к моему плечу, а дочь устроила себе подушку из моих ног. Обе уткнулись в экраны своих телефонов, изредка перебрасываясь репликами. Я же, гладя жену по волосам и чувствуя под коленками тёплую спину дочери, наслаждался этим моментом абсолютного, безмятежного покоя. И, кажется, под мерный голос ведущего и ровное дыхание любимых, я ненадолго, безмятежно задремал.

Я резко проснулся в тот момент, когда Эльза попыталась встать с дивана. Конечно, она старалась сделать это очень аккуратно, но в последнее время моя чувствительность ко всему – к движениям, звукам, даже к изменению давления в комнате – возросла до почти неестественного уровня. Моё тело среагировало раньше сознания.

– Мам, ты куда? – сонно пробурчала дочь.

– Ужин готовить, – прошептала Эльза.

– Тебе помочь? – тут же спросил я, уже полностью проснувшийся.

– Сама справлюсь.

Спать на диване, да ещё в сидяче-лёжачем положении, мне никогда не нравилось – спина затекала. Поэтому я тоже поднялся, с хрустом размяв шею и плечи. Мельком глянул в окно – и замер. Во дворе, у калитки, стоял чёрный KIA Славы. Очень интересно. Когда мы возвращались с пикника, его машины не было. Значит, он прибыл пока мы были дома. Взглянул на часы – около трёх часов назад, не ранее.

– Пойду прогуляюсь до стоянки кораблей, – пробормотал я себе под нос. – Может, он уже успел вернуться.

Проходя мимо кухни, услышал вопрос жены:

– Артём, ты куда?

– Да выйду во двор, посмотрю, что там Славина машина стоит.

– Хорошо, сходи, посмотри. Славе привет передавай.

Вышел во двор. Вечерний воздух был прохладным и свежим после дневного тепла. Я сразу направился к переходу в сарае. Мгновение – и я уже на той стороне, на Плацдарме. Тёплый, почти летний вечер встретил меня запахом нагретой за день травы и далёким шумом реки.

Не спеша пошёл к тому месту, где оставил свою любимую транспортную платформу. Дойдя до неё, удобно устроился в кресле оператора, поднял платформу на метр от земли и бесшумно полетел к палаточному лагерю. Отсюда, с небольшого пригорка, открывался отличный вид на площадку, где парковались наши космические корабли.

И я прибыл как раз вовремя.

Сначала на фоне темнеющего неба появилась яркая, быстро растущая точка. Она превратилась в огненный след, прочертивший небо над долиной. «Быстрый» входил в атмосферу стремительно, почти как боевой истребитель, сопровождаемый низким, нарастающим гулом, который переходил в оглушительный рёв, сотрясавший воздух. Но затем, словно по мановению волшебной палочки, рёв оборвался, сменившись мягким шипением и свистом компенсаторов. Корабль, лишь секунду назад бывший падающей звездой, резко затормозил, завис на мгновение в воздухе и плавно, почти невесомо, опустился на отведённое ему место на поляне. Лёгкий ветерок поднял и разогнал небольшое облако пыли и примятой травы, взметнувшееся от посадки.

Я не стал ждать. Платформа мягко рванула с места и через несколько секунд уже зависала рядом с приземлившимся кораблём. Грузовая аппарель с шипением опускалась, и по ней, посвистывая, спускался Слава. Он был в своём рабочем комбинезоне, лицо усталое, но глаза горели удовлетворением.

– Слава, привет! Как прошло?

– Всё отлично, Артём, – он широко улыбнулся. – Ещё полтонны товара на «Быстром».

– Молодец. Значит, скоро мы отправимся на станцию «Демонов Ночи». Хотя, возможно, я останусь на орбитальной станции в Мире Фатх для приобретения узлов и агрегатов для модернизации твоего кораблика. Да, наверное, так будет правильнее. Сэкономим время.

– Артём, а когда мы полетим? Хотелось бы уточнить по времени.

– Я думаю… завтра с утра.

– Отлично! Тогда я останусь на корабле, переночую на нём, и утром буду тебя ждать. Что думаешь, Артём?

Я усмехнулся. Его энтузиазм был заразителен.

– Думаю, отметить это стаканчиком пива и закусить чизбургером.

Мы устроились прямо на транспортной платформе. Слава достал из окна выдачи пищевого синтезатора два стакана пива и два чизбургера. Во время небольшого перекуса он рассказывал, как прошла сделка: наркопроизводители были довольны, золота у них прибавилось, общались почти как старые друзья. «Одним словом, достойные люди», – заключил он.

После перекуса я предложил ему всё-таки переночевать в доме, но он категорически отказался.

– Не хочу вас стеснять. А здесь, на корабле, есть всё, что нужно – и душ, и диванчик. Мне и тут хорошо.

Я не стал его переубеждать. Попрощавшись, поднял свою платформу и полетел обратно к переходу. Вылетев во дворе собственного дома, я опустил аппарат на брусчатку двора и зашёл в дом.

Уже на подходе к кухне я понял по доносящемуся аромату, какое блюдо супруга презентует сегодня на ужин. Да, это была паста карбонара. И несмотря на недавний перекус чизбургером, этот великолепный, густой запах жареного бекона, пармезана и сливочного соуса с перцем раздразнил аппетит снова.

– Элька, уже пора?

– Да, садись, сейчас приступим. А как же дочь?

– Она не дотерпела и, пока я готовила, приготовила в микроволновке себе пару бутербродов. Так что ужинать с нами не будет.

Я сел, и передо мной появилась глубокая тарелка. Паста аль денте была щедро перемешана с золотистыми кусочками бекона и залита кремовым, бархатистым соусом на основе яичных желтков и сыра. Сверху – свежемолотый чёрный перец и ещё одна щепотка пармезана. Я намотал вилкой щедрую порцию.

Прекрасный ужин стал достойным завершением дня. В кровати, уже почти отключаясь, я услышал тихий, почти шёпот жены:

– Артём… если надо – то лети. Я не хочу, чтобы у тебя были сложности. Только очень тебя прошу… будь, пожалуйста, аккуратнее. И не попадай в аварии.

Единственное, что я мог выжать из себя в этот момент, было простое:

– Хорошо.

Утром я проснулся в тот же миг, когда с кровати поднялась жена.

– Артём, да спи ещё, рано. Я пока завтрак приготовлю.

– Похоже, я уже выспался. А завтрак я и на корабле употреблю.

Я встал, быстро забежал в душевую, умылся ледяной водой, почистил зубы и зашёл на кухню попрощаться. На столе уже стояла дымящаяся чашка крепкого чёрного чая.

– Артём, хоть чашечку чая выпей, – сказала Эльза, не оборачиваясь от плиты.

Я и выпил. Как говорит супруга – «на сухую», то бишь без закуски. Горячая жидкость обожгла горло, но взбодрила моментально.

– Всё, я побежал.

Я чмокнул жену в щёку, услышал в ответ приглушённое «Удачи» и вышёл из дома.

Заняв место на платформе, я поднял аппарат в воздух и вылетел через переход на Плацдарм. Транспортную платформу я оставил там же, где и в прошлый раз – подальше от посадочной площадки, поближе к палаточному лагерю. Осмотревшись, я заметил, как Слава возвращается с речки. Он выглядел довольным и счастливым, по-видимому, после утренних водных процедур. Я помахал ему рукой, он помахал в ответ и ускорил шаг.

– Доброе утро, Вячеслав. Как настроение?

– Здорово, Артём! Всё отлично, чувствую себя великолепно. Вода в реке слегка прохладная – самое то с утра.

– Это замечательно. Ну что, к полёту готов?

– Всегда готов!

Мы не спеша пошли к «Быстрому». Его грузовая аппарель была опущена. По ней мы и вошли на корабль. Я взглянул на аккуратно сложенные по сторонам грузового отсека стопки мешков.

– Кстати, Слав, ты успел позавтракать? А то я так, на бегу, чашку чая выпил.

– Не успел.

– Ну что, тогда по чизбургеру? Замечательно было бы, Артём.

Я мысленно отдал распоряжение Тёме, и через несколько секунд окно пищевого синтезатора выдало два двойных чизбургера и два стакана холодного пива. Слава подхватил свой завтрак и занял кресло пилота, а я устроился на диванчике позади него.

– Слава, как говорится, ключ на старт!

– Есть ключ на старт! – он с нажимом повернул виртуальный ключ на панели управления.

На главном экране перед нами ожил вид с внешних камер. «Быстрый» мягко оторвался от земли, поднимаясь всё выше и выше. Ландшафт Плацдарма быстро уменьшался, превращаясь в зелёное пятно, прорезанное серебряной нитью реки. Потом появилась линия атмосферы. Корабль вошёл в неё, и экран на секунду заполнился оранжевым свечением раскалённого воздуха. Лёгкая вибрация прошла по корпусу. Затем свечение исчезло, сменившись угольно-чёрным бархатом космоса, усеянным немигающими точками звёзд. Двигатели загудели глубже, и нас вжало в кресла – «Быстрый» разгонялся, набирая скорость для прыжка.

– Артём, корабль готов к прыжку, – доложил Слава, его голос был сосредоточенным.

– Прыгаем, – подтвердил я.

Мы вышли из прыжка в пустой, холодной промежуточной системе. На экране замигали данные телеметрии. Слава, уже как опытный пилот, быстро просматривал показания, проверяя системы, одновременно запуская процедуру накопления энергии для следующего прыжка. Я допивал своё пиво, с интересом наблюдая за его действиями. У него было прекрасное, почти интуитивное взаимодействие со своим искином – движения были экономными и точными.

– Артём, все системы корабля в штатном режиме. Осуществляю разгон для следующего прыжка, – отчеканил он.

– Действуй, Слава.

Нужно было отдать ему должное – вычислительные способности у моего подчинённого были на высоте. Расчёты были безупречны. Следующий прыжок выбросил нас практически на окраину системы Мира Фатх, в непосредственной близости от центральной планеты.

Мгновение – и вот Вячеслав уже передавал идентификационные коды диспетчерской службе станции. Нас опознали, и разрешение на сближение тут же появилось на экране. «Быстрый», сбавив скорость до крейсерской, плавно двинулся к гигантской сияющей громаде орбитальной станции, нашему следующему пункту назначения.

Кораблик, подходя к гигантской станции, сбросил скорость. Мы, как и в прошлый раз, медленно, почти торжественно, проплыли через массивные шлюзовые ворота в ангар «Звёздного Утиля». Слава аккуратно посадил «Быстрый» у ближней стенки, в стороне от основной производственной площадки. По опустившейся грузовой аппарели я вышел из корабля. В кармане лежали три обезличенных кристалла – добровольно и без лишних вопросов переданные мне Вячеславом.

Как только я скрылся за дверью, ведущей в офисный модуль, «Быстрый» под управлением Славы должен был снова подняться и, получив разрешение, покинуть станцию, взяв курс на станцию «Демонов Ночи». Ещё в полёте я поставил ему задачу: через Бонара Лючаса выйти на контакт по поводу самой производительной мобильной верфи и промышленного синтезатора. А также прикупить пару десятков дройдов-монтажников.

– Тёма, напиши сообщение на нейросеть Славы, пусть дополнительно поинтересуется насчёт двадцати дройдов-монтажников.

«Артём, сообщение Вячеславу направлено.»

В офисе меня встретили знакомые лица – Брон и Сити. Сити, в элегантном, подчёркивающем её стройную фигуру комбинезоне нежно-розового цвета, выглядела деловито. Брон же был облачён в свой обычный комбинезон и сиял улыбкой. В отличие от радушного Брона, Сити казалась немного напряжённой из-за моего внезапного визита.

– Всем привет! Не ждали, а вот он я!

– Артём, я рад тебя видеть! – бросился ко мне Брон, пожимая руку.

– И я, – добавила Сити, кивнув с лёгкой, профессиональной улыбкой.

– Отлично выглядите, ребята, я тоже очень рад вас видеть. А где Начо и новенькие?

– Начо на производственной площадке, – ответила Сити, её голос был чётким, как отчёт. – А новенькие в медблоке – устанавливают новые базы знаний и обновляют уже имеющиеся. Всё согласно твоим распоряжениям.

– Правильно. Знания – это хорошо. Ладно, занимайтесь, а я прогуляюсь до Начо.

Я вышел из офиса и сразу направился в сердце предприятия – на производственную площадку. Пройдя глубже в ангар, я окинул взглядом кипящую деятельность. Огромные, многосуставные дройды с резаками вместо рук, словно хирурги, вскрывали повреждённые элементы корпусов разбитых кораблей. Другие, на гусеничных платформах, вытаскивали из их недр целые блоки – двигателей, энергетических установок, панели управления. Третьи, с множеством манипуляторов, проводили быструю диагностику, определяя степень повреждений. Одни детали сразу отправлялись на конвейер, ведущий к дробилке и плавильным печам. Другие, более целые, аккуратно переносились в зону ремонта, где уже ждали свои очереди сварочные аппараты и принтеры для печати запчастей.