Текст книги "Там, где лежит вина (ЛП)"
Автор книги: Миа Шеридан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 23 страниц)
ГЛАВА 18
Джози выглянула в окно и увидела, как офицеры Хортон и Фогель негромко разговаривают с детективом Коуплендом, который держал в одной руке большую коробку с пиццей. При виде высокого красивого детектива сердце ее забилось, а в животе заурчало от голода. Девушка предпочла проигнорировать первое и признать второе. Она так ничего и не съела на ужин. Чувствуя себя неловко в присутствии Хортона и Фогеля, несмотря на то что они казались приятными мужчинами, она поднялась наверх, чтобы уединиться. Джози попыталась немного поработать, но ее мысли упорно блуждали, и она продолжала зевать. В конце концов прилегла ненадолго. Она была измотана тем, что не выспалась накануне, рано проснулась, а затем справлялась с тревожными и хаотичными эмоциями, которые нахлынули на нее после обнаружения прикрепленных статей и удручающей гаражной распродажи. Да еще и те люди, которые пришли поглазеть на нее...
Джози наблюдала, как детектив Коупленд сказал Хортону и Фогелю несколько слов на прощание, после чего они сели в свою полицейскую машину и выехали задним ходом с подъездной дорожки, а он стоял перед ее крыльцом и смотрел им вслед. Держа пиццу в одной руке, мужчина поднялся по ступенькам ее дома, и она услышала, как внизу открылась и затем тихо закрылась входная дверь.
Девушка отперла замки на двери своей спальни и прошла по коридору в ванную, где быстро приняла душ, собрав волосы в беспорядочный пучок на макушке. Выйдя из ванной, почувствовала себя более бодрой, отдохнувшей от физической работы, проделанной ранее в тот день. Вернувшись в комнату, натянула джинсы и футболку и направилась вниз по лестнице, на запах пепперони.
Она прошла на кухню, где детектив Коупленд стоял вполоборота к ней, разглядывая кастрюли и сковородки на полу, в каждой из которых была вода. Капля попала в одну из них, и мужчина поднял голову, разглядывая пятно на потолке.
– Привет, – сказала она, и он быстро обернулся, на его лице появилась улыбка.
– Привет. Небольшая протечка, да?
– Была небольшая. Теперь... стала больше. – Когда это только началось, ей приходилось ставить только одну емкость, но теперь их стало шесть. Очень скоро можно будет использовать кухню как душ.
Девушка сделала несколько шагов по комнате, проверяя уровень воды в каждой.
– У меня есть приятель, который занимается ремонтом крыш. Возможно, он сможет приехать в ближайшие несколько дней и взглянуть. Я с удовольствием ему позвоню. Сейчас, наверное, не самое лучшее время, чтобы принимать в своем доме незнакомцев.
Джози отвела взгляд.
– О, ну, в любом случае, сейчас это не самое главное в моем списке. – Она прочистила горло, щеки запылали. Ей совсем не хотелось обсуждать свое плачевное финансовое положение с этим человеком, который, вероятно, и так считал ее жалкой практически во всех отношениях. – Я чувствую запах пиццы?
Когда подняла на него взгляд, то увидела, что мужчина внимательно изучает ее, в его глазах читалось понимание, но он быстро сменил выражение лица и посмотрел туда, где поставил на стол коробку с пиццей.
– Надеюсь, ты любишь пепперони?
– А кто не любит, детектив?
Зак рассмеялся, сверкнув белыми зубами, и у нее внутри все сжалось. Боже, он действительно был потрясающе красив, и пока она стояла и смотрела, как он достает из шкафа две тарелки и начинает раскладывать кусочки пиццы, ее охватило легкое чувство... изумления. В некотором смысле ее реакция на детектива стала откровением. Она все еще могла физически реагировать на мужчину. И не важно захочет ли Джози когда-нибудь сделать следующий шаг. Стало очевидно, что она не была сломлена окончательно. По крайней мере, теперь она так не думала.
Она не стала бы прибегать к старым дурным привычкам: искать внимания мужчин, чтобы самоутвердиться, искать любовь в неподходящих местах. Не станет. Тем более что отношения с человеком, которому поручено защищать ее безопасность, скорее всего, приведут к конфликту интересов. Джози уже ходила по этому пути, и ничем хорошим это не закончилось. И в любом случае, не похоже, чтобы он был заинтересован в ней, зная то, что ему известно. Впрочем, неважно. Осознание того, что она все еще может испытывать прилив сексуального влечения, когда уже и не надеялась, что будет способна на это, вселяло в нее... надежду. Делало ее счастливой. Как будто она что-то отвоевала.
– Ты улыбаешься, – заметил он.
Джози удивленно посмотрела на Зака и поднесла пальцы ко рту, сглаживая улыбку, о которой и не подозревала.
Зак рассмеялся, в его глазах плясали огоньки.
– Я имел в виду, что это хорошо. Ты должна делать это чаще. – Его улыбка стала еще шире, отчего парень стал выглядеть еще привлекательнее, чем казался ей раньше.
Джози тихонько засмеялась, когда он поставил тарелки на стол и перенес коробку на стойку.
Напитки. Им понадобятся напитки.
– У меня нет газировки, – смущенно сказала она и направилась к холодильнику. – Но есть чай со льдом и вода.
– Чай со льдом – было бы здорово, – сказал он, садясь.
Наливая чай в два стакана, Джози думала о том, что всего два дня назад делала то же самое для этого человека, а казалось, что это было целую жизнь назад.
Несколько минут они сидели и ели в тишине, потом он взял салфетку из корзинки, стоявшей в центре стола, и вытер рот, наблюдая за тем, как она жует, но, казалось, о чем-то размышляя.
– Нужно установить здесь сигнализацию.
Джози отложила пиццу и вытерла салфеткой пальцы и уголки рта. Она не была против, более того, хотела установить такую систему, когда только переехала в Оксфорд. Но опять же... финансы. Она открыла рот, чтобы сказать ему об этом, но Зак заговорил раньше.
– Я подам заявление в департамент. Мой босс хочет, чтобы кто-нибудь лично присутствовал здесь, пока... – Он сделал странную паузу. – Пока все не прояснится, но, если кто-то попытается вломиться снова, это поможет предупредить тех, кто здесь находится. – Мужчина посмотрел в сторону, а затем снова на нее. – Ты никогда не думала о том, чтобы завести собаку?
Она выдохнула, прикусив губу.
– Не сейчас. Я слишком занята обустройством этого дома. И... – Она перевела взгляд, уставившись на шкафы позади него. – Если здесь ничего не получится и мне придется переехать обратно в квартиру, это усложнит поиски жилья, где можно было бы содержать домашних животных.
– Я не сомневаюсь, что у тебя все получится, если захочешь.
Джози снова встретилась с ним взглядом, решив, что не собирается пытаться приукрасить свои обстоятельства.
– Я делаю все, что в моих силах, детектив...
– Зак.
Их взгляды встретились.
– Зак. – Она сделала паузу. – Я делаю все, что в моих силах, но правда в том, что, возможно, я пытаюсь прыгнуть выше своей головы. Возможно, у меня нет того, что нужно, чтобы все получилось. – Она думала об этом весь день и весь вечер, размышляя, действительно ли будет так уж плохо, если продаст это проклятое место Арчи, переедет обратно в Цинциннати в маленькую квартирку, где какой-нибудь домовладелец позаботится о протекающих крышах, проблемах с водопроводом и всем остальном. Она могла бы позвонить в компании, для которых занималась расшифровкой текстов, и снова начала работать на дому. Это была безрадостная работа, но оплачивала счета и занимала ее мысли.
– Джози, – сказал он, его глаза были очень серьезными. – Девять лет назад твоя жизнь... пошла под откос самым худшим образом, и я уверен, что в некоторые дни, а может, и во многие, ты чувствуешь, что только начинаешь, в то время как другие люди твоего возраста уже освоились в жизни. В карьере. – Он смотрел на нее так серьезно, так искренне, что у нее перехватило дыхание. – Но у тебя в мизинце больше смелости, мужества и решимости, чем у кого-либо другого, кого я знаю. Так что да, я не сомневаюсь, что у тебя все получится, если ты захочешь, – повторил он.
Она выдохнула, задержав дыхание, пока он говорил, и покачала головой, но не могла отрицать, что его слова ободрения согрели ее, придали сил, вселили в нее ту решимость, которая, по его словам, у нее есть. Правда заключалась в том, что, когда она росла, никто никогда не выражал ей такой страстной веры. И, как ни смешно, она наконец обрела то, чего никто не давал ей – внутреннюю силу в недрах ада, когда ждала смерти. После этого тетя помогла ей удержать то, за что она ухватилась кончиками пальцев на том промозглом складе. По крайней мере, на какое-то время. Но теперь, когда ее не стало, Джози все еще пыталась удержать то, за что так упорно боролась. Она не могла выразить, что значили для нее его слова.
– Спасибо, детек... Зак, но...
– Никаких «но». – Он печально улыбнулся ей. – Я хочу тебе кое-что сказать. – Сделал паузу, отпив глоток чая, когда она наклонила голову. Мужчина выглядел слегка обеспокоенным. – Восемь лет назад, когда был новичком в полиции, меня назначили охранять дверь твоей больничной палаты.
Джози моргнула и сглотнула.
– Ох, – выдохнула она и отвела взгляд. Воспоминания о том дне нахлынули на нее.
Внезапная свобода.
Надежда.
Отчаяние.
Душераздирающее горе.
Травма.
В памяти всплыли обрывки ее пребывания в больнице, и она чуть не застонала вслух от нахлынувших эмоций. Но сделала глубокий вдох, глядя в глаза человеку, который охранял ее безопасность в ту ночь и охраняет сейчас. Несмотря на эмоциональный натиск, на ее губах появилась улыбка.
– Мой личный телохранитель, – пробормотала она.
Он улыбнулся, и она могла поклясться, что под бронзовой кожей его скул проступили два красных пятна.
– Не совсем. В тот день тебя прикрывали многие хорошие люди. Но Джози, ты единственная, кто выжил, кто выкарабкался, и ты никогда не должна переставать отдавать себе должное в том, чего заслуживаешь. Ты удивительная.
В груди у нее разлилось тепло, но она чувствовала себя неловко, не заслуживая такой высокой оценки. Да, она сделала то, что должна была сделать, но любой другой человек поступил бы также, если бы у него были подобные возможности в той тяжелой ситуации. Но факт оставался фактом: ей не удалось сделать то, что действительно имело значение. Она не спасла своего ребенка. Не сдержала обещание, данное своему маленькому мальчику.
По крайней мере, пока.
Джози улыбнулась ему.
– Спасибо, Зак.
Мужчина внимательно посмотрел на нее.
– Слышал, гаражная распродажа сегодня прошла не слишком удачно.
Она внутренне содрогнулась. Ей было неприятно, что человек, который только что похвалил ее и заставил почувствовать гордость, знает о ее неудаче.
– Да уж. Детектив Кин рассказал о статьях, прикрепленных к моим листовкам? – Она почувствовала стыд, как в тот момент, когда впервые увидела объявление в продуктовом магазине, и осознала, что это такое.
Зак кивнул.
– Да. Думаешь, это сделал твой кузен?
Она пожала плечами.
– Это мое лучшее предположение. Даже если кто-то другой подбросил ту крысу в мой дом, чтобы напугать меня или... не знаю, послать сообщение, ни у кого, кроме Арчи, нет причин пытаться выгнать меня из города.
– Не позволяй ему, Джози. – Его тон был невероятно серьезным.
Девушка встретилась с ним взглядом, и ее охватило изумление.
«Он болеет за меня», – подумала она с болью в груди от осознания этого. – «Этот человек здесь не просто для того, чтобы защитить меня, он на моей стороне».
На ее коже расцвел румянец тепла. Джози совсем не знала его, но его вера в нее значила так много.
– Ты сражалась и в более трудных битвах, чем эта, – сказал он, многозначительно глядя на нее.
Это было преуменьшением века.
Ранее в тот день у нее уже возникала подобная мысль, но после практически провальной гаражной распродажи она не смогла удержать это чувство. Детектив Зак Коупленд помог ей вернуть его своей искренностью, и девушка была ему благодарна. Однако она чувствовала себя смущенной, выбитой из колеи, не в своей тарелке. Его слова поддержки имели для нее огромное значение, но отвечать на комплименты было непривычно для Джози, и она не знала, что сказать.
Она встала и собрала пустые тарелки, но, когда повернулась, Зак протянул руку и коснулся ее плеча. В месте соприкосновения их кожи возник заряд, и Джози вдруг почувствовала, что это единственное место, где она существует. Только там. Место, где их молекулы слились воедино.
– Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко, – сказал он, его взгляд переместился туда, где его рука лежала на ее плече, как будто он чувствовал ту же энергию, текущую между ними.
Она отступила назад, и он убрал руку.
– Это не так. Я ценю то, что ты сказал. Это много значит для меня. Я стараюсь видеть в себе выжившую, а не жертву.
– Так и должно быть, – сказал он, когда она отнесла тарелки в раковину.
Джози повернулась, опираясь на столешницу.
– Как долго, вы ребята, здесь пробудете?
Зак встал, собрал стаканы и поставил их на стойку рядом с раковиной, где она стояла. Когда откинулся назад, Джози уловила его запах – легкий одеколон, а может, просто дезодорант. Чистый. Мужественный. Приятный.
Мужчина посмотрел на нее с нерешительностью в лице.
– Мы нашли еще одну девушку сегодня вечером.
Она тихонько ахнула.
– Другую девушку?
Зак внимательно посмотрел на нее и кивнул.
– Боже мой. Так же... так же, как и другая?
– Да.
Джози сглотнула, ее охватил ужас.
– Где? – удалось ей спросить.
– В другом подвале заброшенного дома в Клифтоне.
– Такая же смерть? Кандалы? – Она чувствовала, что ее губы шевелятся, но голос звучал как-то отстраненно.
– Да.
Джози обхватила себя руками, чувствуя холод до костей.
– Кто она?
Зак сделал паузу.
– Мы пока не можем установить личность, но она молода.
– Что нужно этому парню? – спросила она, ее голос сорвался на последнем слове. – Зачем ему копировать Маршалла Лэндиша?
Зак прислонился к противоположной стойке, скрестив руки на груди.
– Судя по тому, что мы знаем об убийцах-подражателях, желание привлечь внимание прессы обычно является сильным мотивирующим фактором.
– Мое дело привлекло много внимания, но это было восемь лет назад.
– Неважно. Убийца позаботился о том, чтобы мы заметили сходства. Хотя никто в моем отделе не хочет делать из этого сенсацию, мы должны предупредить общественность. – Он снова сделал паузу. – Как я уже сказал, мы пока не можем установить личность второй жертвы, но думаем, что она могла учиться в Калифорнийском университете. Первая жертва тоже посещала там занятия, но бросила их за несколько месяцев до похищения. Мы не уверены в значимости этой связи, но администрация кампуса должна знать об этом.
– Он нацелился на студентов Калифорнийского университета? – Как и она. Как она раньше. Даже если это не имело никакого отношения к причинам, по которым Маршалл Лэндиш похитил и пытал ее в первую очередь. Это было сходство, которое этот новый псих мог скопировать. И копировал. Неверие охватило ее. Она не могла поверить, что это происходит на самом деле.
– Может быть.
– Какие еще причины для убийств подражателей?
Зак почесал затылок.
– Это одна из форм обезличивания. Убийца перевоплощается в другого человека, и это облегчает совершение преступления, потому что это не он, а персонаж. Это как воин, раскрашивающий лицо перед войной, чтобы принять новый облик перед тем, как идти в бой. Это помогает отделить его настоящего от образа и облегчает совершение агрессивных действий.
– Поэтому Маршалл продолжал носить маску, – пробормотала Джози, представляя себе его лицо в маске, и по ее позвоночнику пробежала дрожь. – Он не только скрывал лицо от меня, но и, таким образом, смог добиться обезличивания. Я смогла опознать его по другим признакам, но, надев маску, он смог спрятаться от самого себя.
– Если говорить в общих чертах, я бы сказал, что это, вероятно, верно. У нас не было возможности допросить Лэндиша.
Джози подняла голову, встретилась взглядом с Заком и быстро отвела взгляд.
– Да, – пробормотала она, отталкиваясь от раковины, на которую опиралась. Маршал Лэндиш унес в могилу все свои секреты, включая местонахождение их ребенка. – Ты, наверное, устал, – сказала она, направляясь к дверям кухни. – Я могу устроить тебя в одной из гостевых комнат наверху, если хочешь?
– Я устроюсь на диване. Не хочу будить тебя, когда встану, чтобы провести одну из своих проверок.
Джози подумала о диване, на котором он спал накануне.
– Разве на нем можно как следует выспаться?
– По крайней мере, я немного отдохну, – сказал он, выходя за ней из комнаты.
Оглянувшись через плечо, Джози увидела, как Зак оценивающим взглядом наблюдает за тем, как она удаляется, и выражение его лица было явно... одобрительным. По коже разлилось тепло, и она снова быстро посмотрела вперед. Странно, но этот взгляд не заставил ее почувствовать себя испуганной, как бывало с подобными взглядами на протяжении многих лет, даже если те взгляды были брошены в очень публичных местах, таких как бакалейная лавка или библиотека.
Это ничего не значило. Мужчины по сути своей были визуалами. Но она могла считать это еще одной победой в деле своего исцеления. Конечно, в целом она чувствовала себя в безопасности рядом с ним – своим телохранителем, – но он все равно был больше ее, сильнее. И все еще мужчина. Тот факт, что она была рада его вниманию, был... приятен.
– В доме сейчас только один работающий душ, – сказала она, повернувшись к основанию лестнице. – Я заново укладываю плитку в двух других. Они должны быть готовы на следующей неделе, а пока... – Она взмахнула рукой в воздухе. – В любом случае, если хочешь принять душ, пожалуйста. Наверху. Вторая дверь слева.
– Я принял душ дома, прежде чем приехать. Но спасибо. – Он улыбнулся, слегка наклонив голову, выглядя по-мальчишески очаровательно.
В животе у нее затрепетало, и она поднесла к нему руку, словно бабочки могли порхать по коже, безумно хлопая крошечными крылышками. Конечно же, он принял душ. Когда он приблизился к ней, от него так хорошо пахло. Джози прикусила нижнюю губу, и его взгляд метнулся к ее рту. Воздух наполнился... чем-то... и она отступила назад по лестнице, ее рука все еще сдерживала бабочек, нервы вибрировали, но в приятном смысле.
Джози издала небольшой смущенный смешок, который тут же оборвала. Он показался неуместным. Почему она смеялась? Боже, иногда она может быть такой неловкой.
– Увидимся утром, – пробормотала она. – Я сказала маме, что навещу ее завтра.
– В какое время?
– Пораньше. В семь? Я хочу вернуться сюда и заняться перекладкой плитки.
Зак кивнул.
– Я поеду с тобой. Джимми не будет здесь до десяти или около того.
Джози заколебалась. Ей совсем не хотелось показывать этому мужчине, откуда она родом, или знакомить со старой ведьмой, которая была ее матерью, но решила, что должна смириться с тем, что у нее временно есть вооруженная охрана. Ей еще предстояло жить своей жизнью. И когда они приедут туда, она просто попросит его подождать в машине.
– Хорошо. Спокойной ночи, Зак.
– Приятных снов.
ГЛАВА 19
– Джози? – тихо позвал Зак, стоя у ее двери. Он прождал внизу до семи пятнадцати, а когда девушка так и не появилась, поднялся наверх, чтобы убедиться, что с ней все в порядке.
Он услышал возню внутри комнаты, звуки трех открываемых замков, а затем дверь распахнулась. Джози стояла на пороге, моргая, взъерошенная со сна, одетая в спортивные штаны и майку.
– Боже, мне так жаль. – Оглянулась и схватила халат с края кровати. – Я проспала. Такого никогда не было, – пробормотала она.
Зак шагнул в комнату, его взгляд привлек стол у стены, доски объявлений над ним, увешанные статьями, списками, фотографиями... Он просмотрел все это, завороженный увиденным. Это было похоже на крошечную версию комнаты для расследований, которую, Зак был уверен, они создадут сегодня или завтра в участке, чтобы собрать в одном месте улики по обоим преступлениям, чтобы их можно было визуализировать, сравнить и, по возможности, установить связи. Так поступали детективы.
Его взгляд быстро перебегал с одного предмета на другой: названия агентств по усыновлению, больниц, отдельных частных лиц. Задержался на наброске младенца, линии были простыми, неумелыми. Мужчина замер, осознавая, что это такое. Боже, его чертово сердце готово было взорваться. Джози Стрэттон все еще искала своего сына. Она никогда не останавливалась. Это была ее версия командного пункта.
– Я не умею рисовать ничего... стоящего. – Зак повернулся, и Джози стояла позади него, водя пальцем по бортику кровати, ее щеки раскраснелись от смущения. Она избегала встречаться с ним взглядом, выглядела так, словно он застал ее обнаженной. В некотором смысле, возможно, так оно и было.
– Прости, я вторгаюсь в твою личную жизнь.
Она покачала головой, ее взгляд метнулся к нему, а затем в сторону.
– Наверное, это выглядит... – Джози облизала губы, явно подыскивая подходящее слово, чтобы описать то, что было перед ним. – Как-то безумно.
– Это не выглядит безумным, – сказал Зак несколько удивленный тем, что она не прекратила поиски, хотя все специалисты, призванные помочь ей, уже давно сдались.
«…ребенок, должно быть, мертв. Тот больной ублюдок? Не могу представить, чтобы он подбросил ребенка на порог какой-нибудь милой старушки… Нет, скорее всего он выбросил ребенка на какую-то помойку и обращался с ним примерно так же, как с его матерью…»
– Это выглядит мужественно. – Зак снова посмотрел на рисунок ребенка, которого она так недолго держала на руках. – Ты дала ему имя? – спросил он.
Джози подошла ближе к нему, сложив руки под грудью, с любопытством посмотрела на него, ее щеки все еще слегка пылали.
– За все эти годы никто никогда не спрашивал меня об этом, – тихо сказала она, повернула голову и посмотрела на нарисованную от руки картинку. – Калеб.
Зак кивнул.
– Хорошее имя.
Он взглянул на нее, и она слабо улыбнулась, застенчиво, все еще немного смущаясь.
– Спасибо. – Их взгляды встретились, и он почувствовал весомость этого слова. Она жестом указала на ванную. – Я быстро. Встретимся внизу?
– Да.
Мужчина направился к двери, оглянувшись на доказательство неиссякаемой надежды Джози Стрэттон, несмотря на огромную вероятность того, что она никогда больше не увидит своего сына. Была большая вероятность того, что он погиб от руки своего отца много-много лет назад. Калеб.
– Я буду ждать.
Зак еще раз проверил окна внизу, хотя сделал это всего несколько часов назад. В основном для того, чтобы занять себя, пока ждал ее. Его нервы были натянуты до предела по какой-то причине, которую он не мог точно сформулировать для себя, но знал, что это было настолько же личным, насколько и его работа по обеспечению безопасности Джози Стрэттон. Стоя у окна ее кухни, он сцепил руки на макушке. Черт. У него появились к ней чувства. И он ничего не мог с этим поделать. Наверное, было бы лучше – наиболее профессионально, – если бы он передал работу по защите девушки другому детективу или офицеру, но мысль об этом заставила его стиснуть зубы. Нет.
Нет, он не бросит Джози прямо сейчас, зная, что она начинает доверять ему. И он не был слепым, чувствовал, как между ними вибрирует напряжение, которое всегда заставляло ее выглядеть слегка любопытной и немного испуганной. Проклятье, ситуация была очень щекотливой.
– Готова, если ты готов.
Зак повернулся, опустив руки, досадуя, что так глубоко погрузился в свои мысли и не услышал, как девушка спускается по лестнице.
Если хочешь быть достойным стражем, Коупленд, нужно быть более внимательным.
– Да, готов.
Мать Джози жила в обветшалом доме в Эддистоне. Зак подъехал к обочине, его пикап работал на холостом ходу, пока он разглядывал маленький домик с облупившейся краской, одна ставня болталась, а другая полностью отсутствовала. Двор зарос сорняками, и, по сути, тот, кто здесь жил, либо был совсем неудачником, либо ему было просто наплевать. Он повернул ключ, выключив зажигание.
– Я ненадолго, – сказала Джози. – Подождешь здесь?
– Нет. Я зайду с тобой.
Девушка потянулась и положила руку на его руку. Ее кожа была прохладной и гладкой, и, черт возьми, даже это легкое прикосновение вызвало у Зака дрожь во всем теле.
– Это необязательно. Со мной все будет в порядке, и я быстро.
– Джози, это моя работа. Прости, но я должен держать тебя в поле зрения. – Это было не совсем так. Никто бы не стал его винить, если бы он подождал в машине, не сводя глаз с фасада дома, пока Джози заходила внутрь и навещала мать, но возле соседнего дома толпились какие-то парни, кто-то сидел в машине на другой стороне улицы и смотрел на них, и его режим защиты был поднят на самый высокий уровень.
Ее плечи опустились, и она прикусила губу.
– Хорошо, но моя мама... она... ну, она может быть очень... грубой.
– Я постою в стороне. Ты даже не заметишь моего присутствия.
Джози слабо улыбнулась. Затем повернулась и открыла дверь машины, а когда выходила, он услышал, как она пробормотала: «Поверь мне, это не то место, где хочешь находиться».
– Мама? – позвала Джози, когда поднялась по трем шатким ступенькам к входной двери и, повернув ручку, приоткрыла ее.
– Ну, входи, – раздался один из самых хриплых женских голосов, которые Зак когда-либо слышал.
Джози взглянула на него и открыла дверь пошире, чтобы они оба могли войти.
Гостиная, в которую они вошли, была мрачной и унылой. В воздухе висели клубы дыма и пахло сигаретами, хотя пожилая женщина, сидевшая в кресле перед телевизором, в данный момент не курила. Она подняла голову и, увидев Зака, скривилась.
– Кто ты?
Зак обошел Джози и протянул руку.
– Мэм, я детектив Зак Коупленд из департамента полиции Цинциннати.
Она пожала его руку, ее хватка была слабой, кожа тонкой, как бумага, а взгляд оценивающими.
– Диана, – пробормотала она, недоверчиво глядя на него. – Полиция, да? Я не люблю полицию.
– Мама, в последнее время было совершено несколько преступлений, похожих на мое. – Джози провела руками по бедрам, словно нервничая из-за того, что затронула эту тему в разговоре с матерью. – Кто-то вломился в мой дом пару дней назад, и детектив Коупленд и несколько его коллег следят за тем, чтобы мне не угрожала опасность.
– Опасность? Какая опасность?
– Мы не знаем, мэм, и надеемся, что это просто мера предосторожности, но пока не узнаем наверняка, за Джози будут присматривать. – Он быстро улыбнулся девушке, стараясь, чтобы ситуация звучала как можно более обыденно.
Мать Джози снова посмотрела на него, слегка фыркнув.
– Могло быть и хуже, – сказала она Джози, которая притворилась, что не слышит, и взяла с дивана одеяло и сложила его.
– Мам, пойдем со мной на кухню. Я приготовлю тебе что-нибудь поесть, пока буду убираться.
Пожилая женщина не спеша потянулась за пачкой сигарет и взяла одну из них в руку. Затем сунула сигарету в рот, Зак заметил, что на нижней губе у нее есть впадинка – курение в течение всей жизни буквально оставило след на ее теле. Он присутствовал на нескольких вскрытиях, где покойный был заядлым курильщиком. Такие фотографии надо показывать в школе – никто бы никогда больше не взял в руки сигарету. Разумеется, это было просто пустые мечты. Всегда найдутся люди, которые будут саморазрушительными, слабыми и слишком зависимыми от пороков, способных буквально убить их. Заку стало интересно, каково было Джози расти рядом с этим ожесточенным существом. Казалось невозможным, что кто-то вроде Джози – чувствительная, утонченная, красивая – была создана женщиной, находящейся перед ним.
Она поднялась с кресла. Ее темно-бордовый халат был весь в пятнах и помят, и казалось, что она не мылась... слишком долго. Однако на ее изможденном лице Зак разглядел следы былой красоты. Это вызвало у него странное чувство, которое он мог описать только как грусть. Работа Зака предоставляла множество возможностей столкнуться с тем, как плохо люди поступают друг с другом, но столь же часто она демонстрировала и то, как плохо люди поступают самими с собой.
Диана, прищурившись, посмотрела на него и повернулась, следуя за Джози через распашную дверь, которая, должно быть, вела на кухню.
Зак сел на стул у окна и выдохнул. Слегка приоткрыл тяжелую штору. Солнечный свет осветил комнату. Лучше. Хоть немного. Он достал телефон и быстро отправил Джимми сообщение. Из соседней комнаты послышался звон посуды и голос Дианы, ясный как день.
– Ты с ним трахаешься? С этим детективом? – спросила она, явно жуя, пока говорила.
– Мама, – прошипела Джози тихим голосом, но не настолько, чтобы Зак не услышал.
– Держу пари, он хорош в постели. – Она издала хриплый насмешливый звук. – Только на это они и годятся, – сказала ее мать, как будто Джози и не говорила. – Особенно с таким красивым личиком. А тело? Он выскочит за дверь прежде, чем успеешь сказать «бу-у-у».
Посуда зазвенела громче – Джози явно пыталась перекрыть голос матери шумом.
Зак поежился от ее слов.
– Ты все еще ищешь этого своего ребенка? Будет сложнее найти мужчину, особенно такого, как этот, если будешь с ребенком на руках. Поверь мне, я знаю. Наверное, было бы лучше...
– Не надо, – сказала Джози, и даже из другой комнаты Зак услышал предупреждение в ее голосе. Сталь. Ее мать явно переходит черту.
После этого пожилая женщина замолчала.
Зак остался сидеть на своем месте, переписываясь с Джимми, у которого не было никаких важных новостей, и время от времени выглядывая в окно, чтобы убедиться, что его машина в безопасности. Джози ходила взад-вперед, нося белье, мусорные баки, прибирая всякий хлам, который был разбросан по всему дому. Ее мать ушла в комнату в задней части дома, и Зак услышал, как включился телевизор, по которому играла драматическая музыка и часто показывали рекламу. Скорее всего, смотрела мыльную оперу. Зак наблюдал за передвижениями Джози. По сути, она выполняла роль домработницы для своей матери, и ему было интересно, как долго она этим занимается.
Примерно в девять тридцать Джози пошла в заднюю часть дома, он услышал короткий разговор, а затем девушка вошла в гостиную.
– Готов?
Боже, как же он был готов. Зак кивнул и вышел за ней из дома на яркий дневной свет, где можно было дышать полной грудью.
Они сели в его машину, и, пока он заводил двигатель и отъезжал от обочины, Джози продолжала смотреть в окно. Она казалась подавленной и злой.
– Как часто ты у нее убираешься?
– Раз в две недели, – пробормотала она ровным голосом.
Через минуту девушка посмотрела на него, а он – на нее. Ее взгляд скользнул по его лицу, прежде чем Зак снова посмотрел на дорогу.
– Тебе нужно принять душ, чтобы избавиться от запаха.
– От меня пахло и похуже, чем сигаретным дымом. – Он обратил внимание на классическую красоту ее профиля, изящные линии подбородка, носа, изгиб ресниц и снова задался вопросом, как возможно, что Джози разделяла ДНК с женщиной, которую называла мамой. – Похоже, это не делает тебя счастливой – убирать за ней. Зачем ты это делаешь?
