Текст книги "Там, где лежит вина (ЛП)"

Автор книги: Миа Шеридан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц)

Зак поднял руки и обхватил ее бедра, большим пальцем нащупав шрам на ее бедре. Подняв голову, посмотрел на место, которое нащупала его рука, и сердце упало, когда он понял, что это то самое место, где были написаны обвиняющие слова. Casus belli.

О, черт. Джози.

Она отшлепала его руку от своего покрытого шрамами бедра, и на мгновение на ее лице отразилось что-то вроде паники. Девушка издала тихий задыхающийся звук, отчасти раздраженный, отчасти всхлипывающий, схватила его за руки и прижала их к бокам, ее движения стали дергаными и нескоординированными. Зак замер, наблюдая за ней, когда выражение ее лица изменилось, а пальцы впились в мягкую кожу его рук, возвращая его в настоящее.

– Джози, эй, все в порядке. Мы не должны...

– Нет, – громко сказала она, подпрыгивая на нем, ее движения были неистовыми, а выражение лица слегка диким.

Зак попытался пошевелить бедрами, сесть, обнять ее, успокоить, предложить утешение. Она не была готова к этому. Проклятье. Он слишком увлекся, не сумел правильно понять ее.

– Нет, пожалуйста, – почти всхлипывала она, в ее глазах вспыхнула паника. – Пожалуйста. – Она опустила голову и поцеловала его грубо, небрежно. – Пожалуйста, – прошептала она ему в губы, продолжая двигать бедрами.

Он почувствовал, как по ее щекам потекли слезы, и его сердце сжалось от ее печали, от того, что это, очевидно, причиняет ей такие глубокие страдания.

– Пожалуйста, Зак, – снова прошептала она.

Джози хотела этого, нуждалась в этом. Возможно, чтобы доказать себе, что она может, возможно, чтобы развеять свои воспоминания. Он был в замешательстве, не зная, как правильно поступить. Зак хотел лишь уменьшить ее боль. Быть рядом с ней так, как она в этом нуждалась. И все же, несмотря на все это, его тело продолжало реагировать на нее, на ее тепло, окружавшее его, на ее запах, на нее саму.

Он колебался, не зная, что делать, но затем, следуя инстинктам, взял ее за запястья и перевернул на спину. Девушка закрыла глаза, слезы все еще текли по ее щекам. Ее трясло.

– Посмотри на меня, Джози, – нежно сказал он, начиная медленно двигаться, вращая бедрами. Она открыла глаза, выражение ее лица все еще было страдальческим, растерянным. – Посмотри на меня, в мои глаза. Ты в безопасности. Мы можем остановиться в любой момент, когда ты захочешь. Даже сейчас. – Он вошел в нее и отстранился. – Я никогда не хотел никого больше, чем тебя, но остановлюсь, если ты захочешь. Ты ведь знаешь это, правда?

Джози моргнула, и выражение ее лица прояснилось, смягчилось. Она кивнула головой и медленно обхватила его бедра ногами, пока он двигался в ней.

Он не смог сдержать стон, вырвавшийся из его груди.

– Вот так. Почувствуй меня, Джози. Здесь только мы, больше никого. Только мы. И я остановлюсь, если ты этого захочешь.

Она смотрела на него какое-то мгновение, скользя взглядом по его лицу, слезы прекратились. Затем, приоткрыв рот, испустила небольшой вздох. Ее внутренние мышцы были так напряжены, что крепко обхватывали его, когда он входил и выходил, задавая медленный, но устойчивый ритм. Их взгляды встретились, и он наблюдал за выражением ее лица, пытаясь уловить хоть малейший намек на страдание. Но выражение ее лица оставалось спокойным, взгляд доверчивым, сердце и душа прямо в ее глазах. Боже, как это было интимно. Он чувствовал, что связан с ней всеми возможными способами. Зак никогда не испытывал такого глубокого единения, как в этот момент. Это потрясло его до глубины души. И делало ощущения невероятно интенсивными. Его яйца подтянулись, мышцы живота напряглись. Он собирался кончить. Зак пытался сдержаться, пытался дать ей больше времени, но ничего не мог с собой поделать.

– Джози, о, боже, – выдохнул он.

Он вошел в нее в последний раз и замер, ее внутренние мышцы втягивали его, доя его до последней капли. Мужчина протяжно и громко застонал от сильнейшего наслаждения, вызванного оргазмом, и его кожа покрылась мурашками.

Какое-то время он просто дышал ей в шею, чувствуя, как ее сердце бьется в такт с его, пытаясь прийти в себя от того, что не мог описать словами. Затем отстранился от ее тела и поднял голову, глядя ей в глаза и стирая большим пальцем последние следы слез с ее щеки. Их глаза встретились, и между ними возникло нечто мощное – понимание, связь, которая только что была создана. Он чувствовал это и знал, что она тоже это чувствует. Ее губы приоткрылись, и она улыбнулась ему так сладко, что его сердце разорвалось на две части. Его охватило какое-то чувство, которому не мог дать иного названия, кроме как любовь. Но для этого было слишком рано, не так ли? Слишком... опасно. Слишком сложно. И все же у него было ощущение, что их жизни неразрывно связаны с той ночи восемь лет назад, когда он стоял на страже у ее больничной палаты, и сейчас он знал, что это правда. Эта женщина под ним изменила в нем что-то фундаментальное, и какая-то отдаленная часть его сознания понимала, что, как бы все это ни сложилось, он уже никогда не будет прежним.

Зак опустил голову и поцеловал ее, на этот раз медленно. Она взяла его лицо в свои ладони и провела большими пальцами по грубой щетине на его челюсти, пока они целовались, долго и глубоко.

Он почувствовал, как ее соски затвердели напротив его груди, и протянул руку, чтобы расстегнуть лифчик и провести большим пальцем по одной из вершин, туда и обратно, слушая, как учащается темп ее дыхания. Опустив голову, взял ее сосок в рот и обвел его языком. На мгновение показалось, что она застыла на месте, пока он продолжал нежно сосать ее грудь. Но через минуту ее тело расслабилось, и, когда он перешел к другой груди, девушка застонала от удовольствия, когда его рот сомкнулся вокруг соска, и запустила пальцы в его волосы, прижимаясь к нему грудью. Он провел так долгие минуты, а затем опустился ниже, целуя атласную кожу ее живота и проводя носом по ней.

– Ты такая красивая, – прошептал он. – Такая совершенная.

Джози казалась немного нерешительной, когда он переходил к каждой части ее тела, но он ждал, пока она расслабится, ждал звуков, которые говорили ему о том, что она находит удовольствие в том, что он делает, прежде чем перейти к другому месту. Он поцеловал шрам на ее бедре и почувствовал, как она вздрогнула, но не остановила его. Он не торопился, и когда наконец опустил голову между ее ног, она открылась ему, застонала, запустила руки в его волосы, пока он обводил языком набухшие нервы на вершине ее бедер. Он переходил от медленного облизывания к нежному посасыванию, пока она не начала издавать тихие звуки нетерпения, приподнимая бедра навстречу его рту. Тогда Зак увеличил темп. Ее бедра затряслись, девушка вскрикнула, обхватила его голову руками, и она тихонько застонала, когда кончила.

Через мгновение она затихла, и он двинулся вверх по ее телу, нежно целуя в губы, а она смотрела на него остекленевшим взглядом, в глазах было что-то похожее на удивление.

Зак быстро снял презерватив, который все еще был на нем, и завернул его в салфетку из коробки на прикроватной тумбочке, прежде чем накрыть их обоих одеялом и заключить Джози в объятия. Он погладил ее по волосам, поцеловал в лоб и крепко прижал к себе. Всего через несколько минут он почувствовал, что ее дыхание изменилось, и понял, что девушка уснула. Только тогда Зак тоже закрыл глаза и позволил себе погрузиться в дремоту.

Ночью она повернулась к нему, раздвинув ноги и принимая его в свое тело. Их занятие любовью во второй раз было медленными и нежным. Джози скользила руками по его коже, изучая изгибы и плоскости его тела. Ее доверие к нему возросло, а может, это было доверие к себе, но что бы это ни было, грудь Зака наполнилась радостью. Эта умная, чуткая, красивая, поврежденная женщина нашла исцеление за то время, что они были вместе. Он дал ей это. Больше всего на свете он хотел быть тем человеком, который подарит ей этот мир и исцеление. Любовь.

Когда солнце ударило ему в глаза, и он прищурился от золотистого утреннего света, Зак был один. Он быстро встал с постели и отправился на поиски Джози. И нашел ее на крыльце: она стояла у перил, укутавшись в другое одеяло, и наблюдала, как солнце поднимается из-за гор. Услышав его, она повернула голову, и легкая улыбка тронула ее губы.

– Доброе утро, – сказал он, обнимая ее за талию, его голос все еще был хриплым ото сна.

– Доброе утро, – мягко ответила Джози, прижимаясь к нему, а затем снова перевела взгляд на горы. – Спасибо, – сказала она. – Прошлая ночь была прекрасна.

– Думаю, это я должен благодарить тебя, – с улыбкой выдохнул он.

Она улыбнулась, повернулась и посмотрела ему в глаза.

– Нет, ты знаешь, что я имею в виду, – сказала она, обхватив его щеку рукой.

Его лицо посерьезнело. Он убрал прядь волос с ее щеки, любуясь тем, как мягкий желтый утренний свет подчеркивает ее красоту, окрашивая тени на ее лице в золотой цвет.

– Да, знаю.

Они обнялись, укутавшись в одеяло, наблюдая за наступлением нового дня.

ГЛАВА 32

Они провели день в пешем походе, окуная пальцы ног в холодные ручьи, которые попадались им на пути, и наслаждаясь покоем окружающей природы. Пейзаж был простым, необузданным, и в нем была та простая честность, в которой так нуждалась ее душа.

Джози чувствовала себя обновленной не только душевно, но и духовно. Душой и... телом. Она вспомнила вчерашний вечер, как сильно хотела Зака. Каким красивым он выглядел, когда обнял ее и улыбнулся ей. Как поначалу возбуждение было похоже на прилив энергии, заставлявший ее чувствовать себя сильной, живой. И как смех убедил ее поцеловать его. А ведь все могло пойти совсем не так, как хотелось бы, и она могла бы чувствовать себя еще более ущербной, чем прежде. Но в конце концов он понял, что ей нужно, и помог найти исцеление. Свет среди наступившей тьмы.

Зак каким-то образом понял, что она испытывает и что нужно сделать, чтобы привести ее в чувство, заставить доверять ему, позволить ему взять инициативу в свои руки.

Она долго ждала, когда почувствует, что готова позволить мужчине прикасаться к ней в сексуальном плане, доверить свое тело другому мужчине, который мог бы причинить ей боль, если бы захотел. И обнаружила, что боялась не только секса. Дело было в реакции ее тела, в воспоминаниях, которые вызывала каждая её часть. Она кормила грудью ребенка в ужасных обстоятельствах, ее живот растянулся из-за тяжелой беременности, на бедре были порезы, причинявшие боль и душевное страдание. Стыд. Каждая часть ассоциировалась с презрением и опустошением. Она боялась позволить кому-либо прикоснуться к себе, попытаться получить удовольствие от мест, которые все еще хранили столь мучительные воспоминания.

И все же... она обнаружила, что все еще может испытывать удовольствие. Она не была разрушена, как ей казалось раньше. И в этом смысле она больше не была жертвой. И да, ей придется научиться снова полностью доверять, но облегчение, которое наполнило ее в то утро от осознания того, что она не сломлена окончательно и бесповоротно, трудно описать. Пробуждение ее тела наполнило ее славным чувством надежды.

И да, это пугало ее, потому что ему открылось не только ее тело, но и сердце.

Они сидели на двух камнях на вершине тропы, по которой поднимались, солнце стояло высоко в небе, и Зак откусывал кусочек вяленой говядины. Он задумчиво пожевал, пожевал еще немного... и еще. Джози засмеялась. Зак посмотрел на нее с озадаченным, если не сказать слегка испуганным выражением лица, продолжая жевать.

– Думаю, тебе просто нужно заставить себя проглотить его, – сказала Джози со смехом в голосе, надеясь, что ей не придется делать ему искусственное дыхание здесь, в глуши.

Зак сглотнул с видимым усилием и положил сушеную говядину обратно в рюкзак. Он встретился с ней взглядом, его губы дрогнули, прежде чем он рассмеялся. У нее внутри все перевернулось. Он был невероятно красив, его оливковая кожа была гладкой и блестела под лучами полуденного солнца, короткие волосы отливали иссиня-черным в изменчивом свете. Джози наклонила голову. Ей хотелось, чтобы все оставалось по-прежнему, но она знала, что это невозможно.

– Когда мы вернемся, все будет по-другому, правда? – спросила она, и сердце ее затрепетало от осознания того, что так будет не всегда, что это время здесь с ним – временное. И чувства Зака к ней тоже могут быть временными, хотя в то утро, стоя у перил и наблюдая за наступлением нового дня, она сказала себе, что постарается не грустить по этому поводу. Подарки, которые он уже преподнес ей, были такими ценными и многочисленными. И правда заключалась в том, что, хотя она и жаждала этого, возможно, не была готова к большему, чем то, что они уже разделили.

Она посмотрела на горизонт.

– Я не знаю. Я... все может оказаться сложным. Нам придется... – Он вздохнул, и она снова посмотрела на него, когда он провел рукой по своим коротким волосам. – Нам придется посмотреть, что к чему, когда мы вернемся.

Девушка кивнула.

– Эй, – сказал он, протягивая руку и беря ее руки в свои, очевидно, читая ее разочарование. – Я не могу позволить себе сделать ничего такого, что могло бы пожертвовать твоей безопасностью или помешать раскрытию этого дела. Когда все закончится, мы все решим, хорошо?

Джози снова кивнула.

– Джози, – сказал он. – Поверь мне.

Она снова посмотрела на него, скользнув взглядом по его красивому лицу.

– Верю, – честно ответила она. И что удивительно, так было с самого первого момента знакомства с Заком. Он смотрел ей в глаза и был честен, ничего не приукрашивая. Да, он был осторожен, но вместо того чтобы принижать ее, он действовал осмотрительно и инстинктивно, и она это ценила.

Они вернулись в хижину, где провели полдня, занимаясь любовью. Девушка не могла насытиться им, и тем, как он доставляет удовольствие ее телу – телу, которое, как она думала, не способно больше испытывать такое удовольствие. У них больше не было презервативов, но она принимала противозачаточные таблетки. На самом деле ей незачем было принимать их. Она ни с кем не спала уже восемь лет и думала, что, возможно, никогда и не будет. Но потом она призналась себе, что, принимая противозачаточные таблетки, она могла контролировать способность к зачатию... на всякий случай. Прием таблеток олицетворял страх, что с ней снова может случиться что-то плохое. Что жизнь непредсказуема, что ее безопасность всегда под угрозой. Вот что делает с человеком насильственное преступление. Оно меняет все его мировоззрение. Люди всегда говорили: «Все образуется» или «Этого не случится». Но что делать, когда ничего не образуется? Или, когда случилось немыслимое? Приходилось ходить с осознанием того, что жизнь в любой момент может выбить у вас почву из-под ног. Это было возможно, потому что так и было.

Джози могла открыто говорить с Заком о своих мыслях на эту тему, потому что он был не только детективом по расследованию преступлений, связанных с насилием, но и в его семье все пошло наперекосяк со смертью его младшего брата. Она чувствовала, что он ее понимает. Знала это. И это был еще один подарок, который он ей сделал.

Они выбрались из постели поздно вечером, проголодавшись и нуждаясь в пище. Они стояли у прилавка, ели сэндвичи и смеялись. Зак обнял ее за плечи, набивая рот, и, казалось, не переставал прикасаться к ней. Ее сердце согрелось от счастья.

Зазвонил телефон Зака, их взгляды встретились, лицо мужчины стало серьезным, он убрал руку и отложил свой сэндвич. У Джози возникло внезапное ощущение, что их маленький счастливый пузырь только что лопнул.

– Подожди, – сказал он, подойдя к столу, где лежал его телефон. – Джимми, – ответил он, взглянув на номер.

Мужчина сел на край деревянного стола, и несмотря на то что реальный мир только что вторгся в их счастливое пространство, она не преминула полюбоваться им. Его тело было скульптурным и подтянутым. Ее взгляд пробежался по его гладкой смуглой коже и опустился к поясу джинсов, где виднелся след темных волос. Всего несколько минут назад она касалась его губами, и при воспоминании об этом ее кожа зарумянилась. Она подняла взгляд на Зака и увидела, что он внимательно наблюдает за ней, его глаза потемнели. Он точно знал, куда ушли ее мысли.

– Да, – сказал он, очевидно, отвечая на слова Джимми, и его взгляд переместился с нее, когда беспокойство изменило его черты.

– Черт, – пробормотал он, проводя рукой по волосам. – Тринадцать лет? Как это возможно?

По позвоночнику пробежала дрожь, и Джози отложила сэндвич, жестом дав понять Заку, что сейчас вернется. Она внезапно замерзла, а на ней были только одна из его футболок и нижнее белье. Девушка пошла в спальню, натянула джинсы, носки и толстовку и отправилась в ванную.

Когда вернулась на кухню, Зак как раз закончил разговор. Он поджал губы, его глаза были полны беспокойства.

– Что случилось? – спросила она.

– Профессор Меррик наконец-то передал список из нескольких имен женщин, с которыми встречался на протяжении многих лет. Очевидно, он не может вспомнить все имена. – Его взгляд метнулся к ней и ушел в сторону. Он задумался, не причинило ли это ей боль? Ее уже давно не волновало, что думает о ней Вон Меррик. Она смирилась с тем, что он лишь использовал ее. Более того, она смирилась с тем, что позволила ему это сделать. Принятие ответственности за свою роль в отношениях, которые причинили ей боль, изменило ситуацию. Она сделала неправильный выбор. И точка.

– И? – спросила она, когда он на мгновение отвлекся.

Он снова посмотрел на нее и потер затылок.

– Первая в списке переехала за границу. Сейчас она живет там с мужем и двумя детьми. Вторая из списка бесследно исчезла тринадцать лет назад.

Глаза Джози расширились.

– Исчезла? – прошептала она, чувствуя, как ее охватывает ужас. Она сглотнула и прислонилась к стойке. – Думаешь, она тоже стала жертвой Маршалла Лэндиша?

Зак покачал головой.

– Не может быть. Маршаллу Лэндишу в то время было восемнадцать, и он только что поступил в армию. В то время он проходил базовую подготовку в Южной Каролине.

– Южная Каролина, – повторила она. – Разве он не мог поехать в Огайо на выходные?

Зак вздохнул.

– Южная Каролина находится в девяти часах езды от Огайо. И какая у него причина ехать в Цинциннати, похищать женщину и возвращаться обратно? Насколько нам известно, он никогда не был в Огайо, переехал туда только несколько лет спустя, чтобы быть ближе к сестре, которая недавно перебралась в Цинциннати, получив работу в «Проктор энд Гэмбл». – Он сделал паузу. – Но, если он действительно приехал в Огайо из Южной Каролины и похитил эту женщину, как бы маловероятно это ни было, что его связывало с ней и с Воном Мерриком? – Мужчина покачал головой. – Это не имеет смысла.

Джози прикусила губу. Похищение – и вероятная смерть – женщины тринадцать лет назад, ее собственное похищение и последние жертвы были схожи в том, что они были связаны с профессором. Это не могло быть совпадением. Но Зак был прав: как Маршалл Лэндиш связан с профессором, если вообще связан? С тяжелым чувством Джози прислонилась к стойке позади себя. Становилось все более и более правдоподобным, что человек, похитивший Джози, не был Маршаллом Лэндишем. Но ее разум все еще боролся с этой мыслью. Это был он. Она не знала его хорошо, но узнала его голос – не только заикание, но и интонацию, тембр, глубину, его запах, его тело и манеру держаться.

– У него был близнец? – спросила она Зака. – Или брат?

Зак покачал головой.

– Ни того, ни другого. Только сестра.

Джози отвела взгляд.

– Его сестра настаивала, что он этого не делал, – пробормотала она. – Детективы, которые первоначально занимались моим делом, тщательно допросили ее. Она хотела поговорить со мной, но… – она покачала головой, – я не могла. Боялась, что узнаю в ней его, и просто... – Она издала беспомощный звук. В тот момент она была слишком травмирована, чтобы подвергать себя еще большей травме. И без того чувствовала себя ходячей черной дырой.

Зак подошел к ней, обнял и крепко прижал к себе.

– Я все понимаю. Тебе не нужно было с ней разговаривать.

Она откинулась назад.

– Иногда я думаю, а не расспросить ли мне ее тоже, вдруг... вдруг она действительно что-то знает о моем сыне. – Но детективы заверили Джози, что сестра Маршалла ничего не знала. Они были убеждены в этом, и убедили ее тоже. Что бы Маршалл ни сделал с ее ребенком, он не сказал об этом ни единой живой душе. По крайней мере, никто не признался.

Если это вообще был Маршалл...

Зак пригладил ее волосы и поцеловал в висок.

– Над твоим делом работали лучшие детективы нашего отдела. Люди, которые знают, как определить, что кто-то лжет.

Джози кивнула, но все еще чувствовала себя неуверенно.

– Джимми сейчас более тщательно изучает прошлое Лэндиша, – сказал Зак. – Поскольку в то время все улики указывали на него, и предполагалось, что ты была его единственной жертвой, не было необходимости проводить углубленный поиск информации о его прошлом. – Он сделал паузу. – Джимми все же получил его медицинскую карту из армии и обнаружил одну уникальную вещь.

– Что? – спросила она, ее мышцы напряглись.

– Он был дальтоником.

Она нахмурилась.

– Дальтоник. Что... что это значит?

– Ничего такого, что можно было бы отличить визуально. Это просто означало, что он не мог выполнять определенные обязанности в армии.

Сердце Джози сжалось.

«Разве ты не для меня надела эти к-красные трусики, шлюха?»

Ее взгляд метнулся к Заку. Она покачала головой.

– Не думаю, что мужчина, похитивший меня, был дальтоником. – Она рассказала ему все, что помнила.

Его челюсть сжалась, а глаза потемнели, когда она произнесла слова, которые Маршалл Лэндиш – или человек, которого она считала им, – сказал ей в ту ужасную, страшную ночь. Зак отвел взгляд, явно раздумывая.

– Ты уверена?

– Да. Я перебирала эти воспоминания, Зак. Я... позволила своему разуму вернуться... туда.

Его челюсть снова дернулась.

– Он никак иначе не мог узнать цвет твоей... одежды?

Девушка слегка пожала плечами.

– Я не понимаю, как.

На мгновение они оба замолчали, Джози мысленно вернулась к тому моменту. В отличие от предыдущих дней, она не просто прокрутила в памяти тот момент, а задержалась на нем, вспоминая, как он рвал на ней одежду, и как потом выглядел, стоя перед тем окном, залитым светом. Что-то было в этом моменте... что-то, но она не могла понять, что именно.

Все, что приходило ей в голову, казалось неполным или косвенным, как будто воспоминания, которые не совсем подходили друг другу, все еще можно было объяснить. Ее охватило разочарование.

– Мне нужно поговорить с его сестрой, – сказала Джози. – Тогда у меня не было эмоциональной возможности. Но сейчас мне это необходимо.

– Тебе не нужно. Я могу поговорить с его сестрой. Джимми может поговорить с ней.

Она покачала головой.

– Нет, нет. Я должна сама. Если я ошибалась насчет него. Если это был кто-то... Я не знаю, кто-то выдававший себя за него или... – Она разочарованно вздохнула. – Я не знаю, но мне нужно посмотреть ей в глаза и поговорить с ней о ее брате. О том, кем он был. Зак, я должна.

Его взгляд – эти добрые, выразительные, красивые глаза – на мгновение задержался на ее лице, прежде чем он кивнул.

– Хорошо. Я все устрою.

Джози положила руки на его голые плечи.

– Спасибо.

Она задавалась вопросом, не были ли ошибочными все пути, по которым она шла, чтобы найти своего сына. Если ее похитил не Маршалл, то и ребенка у нее забрал не он.

– Нам нужно ехать. Я… должна это сделать. Этот парень, возможно, ищет свою следующую жертву прямо сейчас, пока мы разговариваем, и, если у меня есть ключ, который может открыть дверь, ведущую к его поимке, мы не можем терять времени.

Она что-то упускала, чувствовала это нутром.