Текст книги "Разлом (ЛП)"

Автор книги: Мэтт Джеймс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 17 страниц)

– О, Боже, – сказала Сара, широко раскрыв глаза. – Я читала об этом вчера вечером. Никто в НАСА тоже не имел ни малейшего представления о том, что должно было произойти. Что действительно произошло... – oна потерела лицо обеими руками. – До сих пор я об этом даже не задумывалась.

Ной двинулся вперед, направляясь к задней части ротонды, к входу, ведущему в Зал африканских млекопитающих.

– Думаешь, это и стало причиной всего этого? – спросила Сара, идя рядом с ним.

– Думаю, совершенно очевидно, что именно так и было. И теперь звери мелового периода здесь – с нами.

Она прикусила губу и оглянулась через плечо. – Думаешь, это глобальная проблема?

– Я серьезно сомневаюсь, что пострадал только Манхэттен.

– Верно, – сказала Сара, выдыхая длинный вздох, – даже у нас нет такой удачи.

Ной бросил на нее взгляд, но она была погружена в раздумья – в воспоминания. Это "мы" не включало его. Очевидно, это слово было зарезервировано для нее и ее семьи.

Что, черт возьми, случилось с этими людьми?

4

Три высоких арочных прохода служили выходами из ротонды Рузвельта. Правый выход вел в коридор, проходящий слева направо. Прямо напротив самой арки находилась экспозиция под названием "Оранжерея бабочек. – Но если повернуть налево и пройти по длинному, выложенному плиткой коридору, то можно было пройти под вывеской "Центр Роуза по изучению Земли и космоса. – Левый выход из ротонды вел посетителей в Зал азиатских млекопитающих, и, как и предыдущий коридор, он также представлял собой выложенный плиткой проход, ведущий глубже в музей – к другим экспозициям.

Ной и Сара не направились ни туда, ни сюда. Они продолжили идти прямо через зал, к Залу африканских млекопитающих. По пути к нему они прошли между двумя длинными кассами. Ной чуть не прошел мимо них, не обратив внимания, но какой-то шепот привлек его внимание.

– Ной.

Он остановился и повернул направо, в сторону голоса. Хрупкая фигура выползла из-под одной из касс, отодвинув при этом офисное кресло на колесиках. Затем человек встал на дрожащие ноги.

– Конни? – спросил Ной. Он направился прямо к ней и обнял пожилую женщину. – Ты в порядке?

Глаза директора музея были широко раскрыты, а взгляд – испуганный. Она кивнула и ответила: – Нет, а ты?

Ной покачал головой, затем оглянулся на Сару – у него появилась идея. – Нам, собственно, не помешала бы твоя помощь. – Эти слова, казалось, помогли Констанс собраться.

– В чем? – спросила она.

Ной протянул руку, приглашая Сару подойти. – Сара Рэкстроу, это Констанс Фарр, директор музея. Нам нужно найти ее детей, Конни, и никто не знает это место лучше, чем ты. – Он кивнул в сторону выхода из ротонды. – Думаешь, сможешь нас провести?

Констанс бросила взгляд на Сару, а затем снова подняла глаза на намного более высокого Ноя. Он буквально возвышался над ней. – Конечно. Да, конечно. – Она прочистила горло и отряхнула платье.

– Ладно, – сказал Ной, обращаясь к Саре, – "так куда, по-твоему, они могли пойти? Есть какие-нибудь догадки?

Сара снова прикусила губу. Ною было ясно, что это было ее выражение лица, когда она думала. Затем она снова заправила ту же прядь волос за ухо. – Да, залы с динозаврами. Это любимые залы Бекки.

Констанс глубоко вздохнула. – Ладно. Это будет четвертый этаж, но...

– Но что?

Она понизила голос и сказала: – Причина, по которой мы прятались, – Ной посмотрел мимо нее и заметил еще людей, прячущихся под соседними кассами. Что-то напугало их и заставило спрятаться, – ...в том, что здесь, с нами, что-то есть.

Ной выпрямился, а мысли проносились у него в голове со скоростью миллиона миль в минуту. – Опиши его. Как можно подробнее.

Вышедшая на пенсию палеонтолог презрительно фыркнула. – Ты что, меня совсем не знаешь...  – oна выдохнула. – Небольшой теропод – чуть ниже меня – длиной тоже около восьми-девяти футов. Ах да, и он был покрыт перьями

– Теропод? – спросила Сара, переводив взгляд с одного на другого. – Кто-нибудь из вас может мне быстро освежить память?

– Да, – ответил Ной, слегка кивнув головой, все еще погруженный в раздумья. Он моргнул, а затем объяснил: – По сути, это означает "лапа дикого зверя". Это обширная группа динозавров, у которых три пальца на лапах и три когтя на, э-э, руках, если так можно их назвать.

– Плотоядные? – спросила Сара, нервно оглядываясь по сторонам.

– Да, некоторые из самых известных были именно такими.

– Например, твой рекс?

Он снова кивнул. – Ага.

Плечи Сары опустились. – Замечательно.

– Что ты имеешь в виду под его рексом? – спросила Констанс, поглядывая на Сару.

Она осторожно положила руку на плечо Ноя. – Расскажи ей, что ты видел в саду.

Констанс резко обернулась к Ною и чуть слишком громко спросила: – Ты видел тираннозавра на улице?

– Тсс! – одновременно шикнули Ной и Сара.

Женщина вздрогнула, но извинилась, кивнув.

– О, я видел гораздо больше, чем просто нашего тираннозавра.

Ной быстро рассказал о том, что видел, описывая все в ярких подробностях. В конце концов, это было трудно забыть. Он также знал, что это будет преследовать его еще некоторое время – скорее всего, навсегда. Он никогда не видел, как кто-то теряет жизнь. Даже его собственный отец скончался, когда Ноя не было рядом. Главное отличие от смерти Кеннета Кларка заключалось в том, что та была ожидаема. А смерть женщины, сбитой рексом, была внезапной – неожиданной – и жестокой.

– Ну, что бы вы здесь ни видели, – сказал Ной, сдерживая нарастающее беспокойство, – давайте надеяться, что мы с этим не столкнемся. – Он сделал шаг в сторону, но остановился и оглянулся на обеих женщин. – И давайте надеяться, что это не плотоядное.

Констанс заглянула в центральный выход, затем вытерла каплю пота со лба. – Идите за мной, пожалуйста. – Она отошла. Звук, издаваемый ее каблуками, напоминал серию выстрелов в тишине музея.

Ной схватил ее за плечо и посмотрел на ее ноги. – Подожди. – Констанс повернулась к нему, а затем тоже посмотрела на свои ноги. – Придется их снять, Конни.

Директор подняла взгляд на Ноя, а затем снова опустила его на свои ноги. Ее плечи слегка опустились, но она не стала спорить и сняла туфли. Теперь она стала еще ниже, если это вообще возможно. Констанс наклонилась и подхватила туфли на каблуках, намереваясь взять их с собой.

– Еще один вопрос, – тихо сказала Сара. – Раз динозавры теперь здесь, вместе с нами, людьми, есть ли окаменелости, подтверждающие подобную активность в Нью-Йорке?

– Я думал о том же, – ответил Ной. – И нет, не думаю. Конни?

Она покачала головой, и ее короткая стрижка качнулась из стороны в сторону. – Я всю жизнь здесь живу. Даже писала реферат на эту тему целую вечность назад. – Она махнула рукой и объяснила: – Неподходящие условия коренных пород, эрозия, древняя ледниковая деятельность, городское строительство... Я точно знаю, что в Нью-Йорке никогда не находили костей динозавров. Во всем этом нет никакого смысла.

– Какая часть? – спросила Сара.

Констанс бросила на нее взгляд. – Все это.

– Я знаю, правильно? – добавил Ной. – Я только что видел стадо Галлимимусов, убегающих от Тираннозавра. А потом меня загнал в здание Птеранодон.

– А было бы это необычно шестьдесят пять миллионов лет назад? – спросила Сара.

Ной замедлил шаг, когда они приблизились к коридору за ротондой. Он выглянул из-за угла и успел заметить, как светильники начали мигать.

Да ладно, серьезно?

В результате половина из них осталась выключенной, отбрасывая повсюду интересные тени.

Он повернулся к Саре и объяснил, что его беспокоит. – Ладно, значит, тираннозавр и птеродактиль могли бы встретиться. Они оба были из одной и той же местности здесь, на территории, которая со временем стала Северной Америкой, а именно из Юты, Вайоминга, Дакот... Но Галлимимус – его останки найдены на другом конце планеты, в современной Монголии и некоторых частях Китая.

– О, но как?

Ной почесал подбородок и пожал плечами. – Понятия не имею. Но что бы ни заставило наших доисторических друзей оказаться в будущем – сверхновая или что-то другое – этому было все равно, где они находились изначально.

– Похоже, это их перепутало, – добавила Констанс, кивнув в знак согласия.

– А это также означает, что территории и поведение тоже будут перепутаны.

Сара нервно оглянулась в сторону ротонды.

– Это не к добру, да?

– Нет, – ответил Ной, снова привлекая ее внимание, – не к добру. Каждое живое существо, принесенное сюда, будет крайне дезориентировано, а главное – нервно и злобно.

– Включая крупных травоядных, я уверена, – сказала Констанс.

– Да, даже их. Как и современный бегемот, доисторические травоядные были одними из самых опасных существ, когда-либо существовавших.

– Дела идут все лучше и лучше, – пробормотала Сара, вздыхая.

Ной вышел в коридор.

– Все зависит от того, что еще было сброшено на город, – он указал на пол, – включая то, что оказалось внутри музея.

Сара держалась рядом с ним, как и Констанс.

– Приходит в голову что-нибудь ужасное? – спросила мать двоих детей.

– Да, – ответил Ной, кивнув.

– Не хочешь поделиться?

Он бросил на нее быстрый взгляд. – Нет, я бы предпочел не вызывать их к жизни своими словами. – Затем Ной посмотрел на свою давнюю подругу. – Конни, если ты можешь?

Она кивнула. – Хорошо, лестница – вот туда.

5

Кайл был вне себя от ярости. Когда произошло то, что произошло, он мельком заметил, как его сестра выбежала через один из выходов ротонды. Понимая, что в ее уходе будет виноват он сам, он решил последовать за ней, борясь при этом с приступами тошноты и невыносимой головной болью.

Сначала ему с трудом удавалось не отставать от нее. Он прислушивался к ее торопливым шагам, пока они карабкались вверх по лестничным пролетам. Кайл даже окликнул ее, надеясь, что она ответит, но полагая, что скорее всего не ответит. И, конечно же, она не ответила. Тогда до него дошло, и он замедлил шаг. Он точно знал, куда она направляется, и у него не было причин спешить.

Именно тогда он заметил, что у него пропал один наушник.

– Глупая девчонка, – проворчал он, оглядываясь на свои ноги. – Это вычту из твоих карманных денег.

Он поправил свою бейсболку, надетую задом наперед, на которой был изображен стилизованный, наполовину механический они-демон из японского фольклора. Единственная причина, по которой он что-то знал об этих существах, заключалась в том, что это был символ вымышленной группы, которая занимала видное место в его любимой видеоигре Cyberpunk 2077. Группа, вдохновленная злостью, яростью и революцией против душащих корпораций игрового мира, называлась "Самурай.

Кайл замедлил шаг, дойдя до четвертого этажа. Он запыхался и был зол, но часть гнева со временем улетучилась. Теперь он был скорее раздражен – раздражен тем, что именно ему всегда приходилось присматривать за своей младшей сестрой.

Почему именно я...

Теперь он стоял в крыле динозавров имени Дэвида Х. Коха. Слева от него, в конце одного из нескольких лабиринтообразных залов музея, находился сувенирный магазин "Dino Store. – А за шесть футов до магазина был проход, ведущий в один из двух залов, посвященных динозаврам – выставочные залы. Но в Зале орнитоподобных динозавров он Бекки не найдет.

Кайл направился направо, а затем снова быстро повернул направо. Он миновал два лифта. Оба, судя по всему, были выведены из строя.

– Хм, – пробормотал он, гадая, вызвал ли это тот странный туман. А может, это было из-за психоделического светового шоу: молнии, которые то появлялись, то исчезали, то ускорялись, то замедлялись, но, казалось, не наносили никакого ущерба.

Кайл пару раз в жизни "кайфовал" с друзьями, которых его мама не одобряла, но такого "трипа, – как тот, что он пережил всего несколько минут назад, у него еще не было.

Пройдя тридцать футов мимо лифтов, Кайл остановился и повернул налево. Он поднял глаза на табличку и прочитал надпись про себя.

Зал зауроподобных динозавров.

Кайл понятия не имел, что означает "зауроподобные, – да и что, черт возьми, означают "орнитоподобные, – тоже не знал. Единственная причина, по которой он вообще мог их произносить, заключалась в том, что он бывал здесь столько раз, что и сосчитать не мог.

Посмотрим. Два раза в год в течение вечности равно...

Кайл хотел бы, чтобы его мама иногда устраивала для него что-то подобное, но нет – Бекка и ее "расстройство" были на первом месте. Всегда. Независимо ни от чего.

Он вздохнул и шагнул через вход. Практически сразу за входом висела странная экспозиция, похожая на баннер. Он обошел ее и тут же обнаружил ту, кого искал: Бекку. Увидев ее, его прежняя ярость вспыхнула с новой силой. Он сосредоточил взгляд на ней и громко зашагал к ней.

– Черт возьми, Бекка, – прорычал он, – у тебя огромные неприятности.

И, как и ожидалось, она просто уставилась на экспонат – действительно впечатляющий скелет тираннозавра рекса. Кайл подошел к ней и с гневом уставился на нее. Но все, что она могла сделать, – это смотреть на этого хищника.

– Ты меня слышала? – громко спросил он. Он отошел и остановился рядом с другой витриной. – Только что произошло что-то странное, а единственное, что тебе пришло в голову, – это сбежать к своему парню, Рексу, и его другим тупым, мертвым друзьям-динозаврам! – Кайл ударил кулаком по второй витрине. Он отвернулся и громко топнул ногой. – Боже, как я ненавижу это место!

Когда он снова повернулся к сестре, по ее щеке скатилась одинокая слеза. Увидев это, Кайл мгновенно почувствовал себя подлецом.

– Альбертозавр, – наконец сказала она, все еще не отрывая взгляда от существа. Затем она указала на него. – Это тираннозавр.

Кайл внимательно посмотрел на сестру. У нее подергивалась нога, как и руки. Она была напугана, но не знала, как правильно выразить это. Поэтому она побежала в единственное место во всем музее, которое, как Кайл знал, успокоит ее, заставит почувствовать себя в безопасности и сделает счастливой.

– Черт, – сказал он, подойдя к ней. Он осторожно обнял ее за плечи, а затем терпеливо ждал, пока она сама сделает следующий шаг. Ей потребовалась секунда, но в конце концов она слегка прижалась к нему, хотя ее взгляд по-прежнему был прикован к тираннозавру.

– Слушай, прости, – извинился он, искренне веря в каждое слово. – Знаешь, заботиться о тебе нелегко. – Кайл поднял взгляд с макушки головы сестры на динозавра и, выдохнув длинный, полный боли вздох, произнес следующие слова. – С тех пор, как умер папа...

– Я скучаю по нему, – тихо сказала она, не отрывая взгляда. Те "зоны" – трансы, в которые она могла входить, – порой выглядели пугающе. Быть "отключенным от мира" – это было то, что Кайл знал слишком хорошо, когда дело касалось видеоигр или прослушивания музыки, но "зоны" Бекки порой были просто жутковаты.

Он прижал ее к себе сильнее. – Да, я знаю, я тоже.

Двое детей из семьи Рейкстроу некоторое время стояли в тишине, просто наслаждаясь обществом друг друга. Несмотря на то, что Кайл мечтал о нормальной жизни, у него и Бекки по-прежнему время от времени случались такие моменты. Он был почти уверен, что понимает, почему. Он был единственным мужчиной в ее жизни, и он был ближе к ней по возрасту, чем их мама. Но более того, Бекка в глубине души понимала, что их связывает узы на всю жизнь. Она доверяла ему, и ему нужно было об этом помнить.

Кайлу также нужно было помнить, что она не была обычной двенадцатилетней девочкой. Ее потребности сильно отличались от потребностей других девочек ее возраста. Бекке не нужно было, чтобы старший брат заменял ей родителей. Единственное, что от него требовалось, – это быть рядом с ней, чего он иногда не делал.

Черт, может, я и вправду козел?

Но тут не было никакого "может. – Кайл в глубине души знал, что иногда он мог таким быть, и что в последнее время эти "иногда" случались гораздо чаще. Он вытер слезу с глаза, желая, чтобы его отец стоял там с ними и утешал их обоих. Сейчас Кайлу он был нужен больше, чем когда-либо.

Шум заставил обоих детей затаить дыхание и резко повернуть головы влево, обратно к входу. Единственное объяснение тому, что услышал Кайл, – это то, что в коридоре за дверью этого зала рыскало какое-то зверье.

Рычание?

Затем второй шум заставил их отскочить назад – внезапный крик испуганного человека, вопившего, когда на него что-то набросилось. Последовал громкий удар, а затем – новые крики. Через три удара сердца мучительные вопли сменились влажными бульканьями и хриплым дыханием.

Наконец, самый ужасный звук, какой только можно представить: звук того, как какой-то крупный хищник ест – пожирает останки человека. Хруст и чавканье заставили Кайла сдавиться и с трудом сдержать подкатывающую рвоту.

– Нам нужно убраться отсюда и найти маму, – прошептал Кайл, оглядываясь по сторонам.

– Мы не можем, – сказала Бекка, уставившись на вход в зал.

Кайл отвернулся от него и посмотрел на сестру. – Почему нет?

– Потому что... – она подняла взгляд на тираннозавра, – он здесь.

– Что здесь? – спросил он, также взирая на высокого двуногого плотоядного.

Бекка снова сосредоточила внимание на нем, уставившись ему в глаза, и сказала: – Динозавр.

6

– Почти на месте, – сказала Констанс, ведя их на очередную площадку между лестницами.

Ной кивнул и с неловкостью поднялся по последнему пролету. Они дошли до этого места без конфликтов, что было больше, чем просто счастьем. Ной ожидал, что пернатый друг Констанс в какой-то момент покажет свою уродливую морду. Независимо от того, каким зверьем оно было на самом деле – плотоядным или нет, – он полагал, что оно легко уловит их запах и придет поискать тех странных существ, которых оно учуяло.

Они остановились на нижней ступеньке последнего пролета и сделали небольшую паузу. Ной дал отдых коленям, а Констанс помассировала нижнюю часть спины. Она была почти на двадцать пять лет старше его, и он сомневался, что она часто пользовалась лестницей при перемещении между этажами.

Неудобство, которое испытывал Ной, не было связано с его юными годами. На самом деле колени беспокоили его из-за его нынешней профессии. Походы по неровной местности, а также пребывание на коленях и лежание на грубом, твердом камне почти разрушили нижнюю часть его тела. К счастью, ему удалось сохранить здоровую физическую форму. Учитывая все обстоятельства, Ной все еще был в отличной форме, хотя и весил чуть больше, чем в колледже.

Полегче, Ной, – подумал он.Тебе уже за сорок, не забывай.

– Кто-нибудь еще видел молнию? – спросил он.

Констанс кивнула, но Сара покачала головой.

– Наверное, пропустила, пока была без сознания.

Ной пожал плечами. – Это было... нечто. – Он поднял подбородок в сторону ступенек. – Готовы?

Обе женщины подтвердили это небольшими кивками, и они двинулись вперед. Через мгновение они достигли вершины, но внезапно остановились, не дойдя до вершины еще на четыре ступеньки.

Ной поднял руку. – Подождите. Давайте сначала разберемся, куда мы идем, прежде чем шагнуть в неизвестность.

Констанс повернулась к Саре. – Где будет твоя дочь – в зале зауроподов или в зале орнитоподов?

Сара прикусила губу, а затем ответила: – Там, где есть череп T. rex.

– Это будет экспозиция зауропод, – сказала Констанс, указывая на правую сторону соседнего коридора. Она сделала шаг вперед. – Сюда.

– Конни, – сказал Ной, осторожно коснувшись ее руки. – Позволь мне сначала посмотреть, ладно?

Директор музея кивнула и отступила на две ступеньки, освободив место для Ноя. Он поднялся на четвертый этаж и заглянул налево, не увидев ничего необычного, кроме пустого зала музея. Затем он наклонился вправо, огляделся на 180 градусов в обратную сторону, и там, на полу в луже крови, лежал изуродованный человеческий труп. Он с трудом сдержал тошноту, еще мгновение пристально смотрел на труп, запоминая одежду и цвет волос, а затем вернулся к Саре и Констанс.

– Что ты увидел? – спросила Сара.

Он повернулся к ней, чувствуя, как лицо заливает краской от горя. – Твои дети... Что на них было надето?

– Почему? – спросила она, бросив на него недоуменный взгляд.

Ной упреждающе поднял руки в успокаивающем жесте, понимая, что ее реакция будет не из приятных. – На полу прямо за дверью, куда мы направляемся, лежит труп, и...

Сара проскользнула под его правой рукой и бросилась вперед, свернув за угол. Как только она увидела труп, она пошатнулась, прижав руки ко рту, а с глаз по щекам потекли слезы.

Ной помог ей сесть. – Мне так жаль.

По-прежнему прикрывая рот, Сара покачала головой. Опустив руки, она тихо вздохнула, а потом успокоилась. – Нет, все в порядке. Это не один из них.

– О, слава Богу, – сказала Констанс, заметно расслабившись.

Ной с облегчением выдохнул. – Ладно, хорошо, ну, за исключением того, кто бы это ни был. – Он повернулся к Констанс и спросил: – Есть еще один путь в эту зону, да? С задней стороны?

– Есть, – ответила она. – Правда, придется немного пройти.

Ной оглянулся через плечо и посмотрел на правую стену лестничной клетки. Он представил себе тело, лежащее на полу прямо за дверью их пункта назначения. Ни за что на свете он не пойдет туда.

– Иди впереди, – сказал он, поворачиваясь к ней. – Я бы предпочел избежать того, что бы то ни было, убившего того человека.

– Я тоже, – сказала Констанс. Ее взгляд переместился на Сару. – Ты в порядке, дорогая?

Сара кивнула. – Да... Увидев труп, я задумалась о том, что могло случиться с моим сыном и дочерью. В воображении я представила, как они лежат там вместо него. Это... на мгновение сломило меня. – Она подняла глаза на Ноя. – А ты как?

Ной протянул руку и помог Саре встать, отмахнувшись от вопроса. – Я в порядке. Конни?

Директор музея кивнула и на цыпочках вышла в коридор, держа туфли на каблуках в руке, и направилась налево, к магазину "Dino Store" и другой экспозиции. Следом за ней пошла Сара.

Ной на мгновение задержался. Он глубоко выдохнул и поднял руки, наблюдая, как они дрожат. Он сжал пальцы в кулаки, а затем расслабил их и энергично встряхнул. Ему было страшно. Это было невозможно отрицать. Перспектива такого события, когда люди и динозавры каким-то образом сойдутся вместе, была одной из причин, по которой он любил эту область науки. В детстве он часто представлял себе, как это будет. Ной знал, что жить бок о бок с доисторическими властелинами Земли было бы ужасающе, но он никогда не считал это возможным, даже с помощью генной инженерии.

Ничто не могло подготовить его к этому, даже то самое буйное воображение. Выжить в таком мире было бы практически невозможно, несмотря на технологические достижения человечества, особенно если это "вторжение" действительно было глобальным. Ной по-прежнему верил, что так и есть, и будет верить в это, пока не будет доказано обратное.

Они добрались до арочного проема, служившего входом в Зал орнитоподовых динозавров. Констанс подошла первой, но не переступила порог. Ной и Сара присоединились к ней и стали ждать. Насколько они могли судить, весь зал был пуст, как и большая часть музея, хотя они и не исследовали его до мельчайших уголков. Но Ной вспомнил толпы людей, проносившиеся мимо него, пока он боролся с изнурительным недомоганием, вызванным штормом, гадая, почему оно так сильно повлияло на него и даже на Сару.

Ной заглянул в сувенирную лавку, просто чтобы убедиться, что она тоже опустела, но, наклонившись внутрь, услышал что-то, доносившееся из дальнего конца зала. Он медленно выпрямился и обернулся. Освещение по-прежнему было ненормальным. Некоторые лампы горели, другие – нет. В этом случае в поле зрения быстро вырисовывалась фигура в виде сгорбленной тени, и она приближалась со стороны трупа.

Какое бы существо ни убило эту бедную душу, оно все еще находилось здесь, вместе с Ноем, Сарой и Констанс.

– Давайте! – резко прошептал Ной, втягивая обеих женщин в магазин.

Никто не стал спорить. Они нырнули внутрь как раз в тот момент, когда фигура полностью вышла на свет – не то чтобы выжившие люди успели разглядеть, что это было. Они были слишком заняты поиском укрытия. К сожалению, магазин был небольшим и предлагал мало укрытий. Это было прямоугольное помещение размером с гостиную средних размеров, с единственной стойкой с товарами посередине. Вся остальная продукция была либо разложена на настенных полках, либо находилась на прилавке с кассовым аппаратом.

Придется этим довольствоваться, – подумал Ной.

Он схватил Сару за запястье и затащил ее за прилавок, высотой по пояс. Констанс следовала за ними по пятам. Ной прислонился спиной к прилавку. Сара опустилась на колени справа от него, а Констанс осторожно встала на оба колена и наклонила голову так низко, как только могла.

Легкие шаги становились все громче, по мере того как их владелец приближался. Ной приподнялся с пола настолько, чтобы заглянуть за прилавок. Он взглянул на верхнюю часть дверей и увидел ворота. Если бы ему удалось их закрыть, они, скорее всего, были бы в безопасности.

Но тогда они бы оказались в ловушке.

Он снова сел и повернулся к Констанс. – Есть ли отсюда выход... или хотя бы кладовая?

Она посмотрела мимо него, в левый задний угол помещения. Там, не дальше чем на двадцать футов от того места, где они стояли, находилась закрытая дверь без таблички. Ной проклял себя за то, что не уделил лишнюю секунду, чтобы осмотреться. Они могли бы быть там, за прочной преградой, а не здесь, молясь, чтобы их Охотник не наклонился просто над прилавком или даже не обошел его – ведь за этим прилавком не было никакой защиты.

Он снова поднялся с пола. Если ему суждено было умереть, он хотел увидеть, что на него надвигается, прежде чем это разорвет ему горло. Но когда он устремил взгляд на входную дверь магазина, его глаза упали на что-то, лежащее на прилавке. Там, выставленные как заманчивый товар у кассы, стояли три фигурки высотой шесть дюймов. А поскольку они находились в "Магазине динозавров, – эти игрушки, очевидно, были в виде динозавров.

Это всего лишь зверь. Ной снял со стойки среднюю фигурку – брахиозавра – и вернулся в свое укрытие.

– Приготовьтесь бежать к задней двери, – тихо сказал он.

– Что ты делаешь? – спросила Сара.

Ной просто поднял игрушку. Отсутствие ответа заставило Сару взглянуть на Констанс. Директор музея могла только пожать плечами.

Шаги стали еще громче. Ной понял, что их автор сейчас прямо за дверью. Зверь начал глубоко нюхать воздух. Он представил себе огромную собаку, прощупывающую воздух. Оно знало, что они здесь, но не могло точно определить, где именно.

И вот это случилось. Зверь вошел в "Dino Store" в поисках своей следующей добычи. Ной глубоко вздохнул и замер, представляя себе витрину магазина. Судя по звуку шагов зверя, оно находилось на противоположной стороне, возможно, за стеллажом с товарами, расположенным в центре. В зависимости от его роста, оно не смогло бы увидеть Ноя, когда тот тихо поднялся на ноги.

Когда он это сделал, он замер, увидев заднюю треть... динозавра.

О, Боже.

Это был теропод, как и описывала Констанс, и он был покрыт перьями повсюду, за исключением области вокруг лап, точно так же, как современная птица. Но на этом сходство с его потомками заканчивалось. К сожалению, палеонтолог не мог разглядеть его туловище или голову, поэтому точно идентифицировать его было невозможно. Но это должно было отойти на второй план по сравнению с их выживанием – и так и произошло.

Ной выбросил игрушку брахиозавра за дверь, а затем украдкой вернулся на место между Сарой и Констанс. Результат не заставил себя ждать. Зверь рыкнул, затем перенес вес и, по-видимому, отвернулся. Ной представил себе, как это происходило. Когтистые лапы динозавра поворачивались, а затем впивались в плиточный пол, издавая резкий скрежет, пока искали опору. Подошвы его мозолистых лап делали то же самое, скользя по полу, как наждачная бумага по камню.

Сара и Констанс обе прижали головы к груди, прикрыв лицо руками. Ной этого не сделал. Он был слишком поглощен тем, что происходило за его спиной, чтобы это сделать. Да, он немного сгорбился, но его глаза были широко раскрыты, устремленные сквозь стену перед ним. Он отдал бы все на свете, чтобы увидеть, что там происходит... кроме своей жизни.

И жизни других.

Он выдохнул, взяв себя в руки. Ной не был привычен к тому, чтобы помогать другим так, как это делали бы полицейский или солдат, но его воспитали так, чтобы он заботился о тех, кто не мог постоять за себя. В детстве это означало более маленьких и застенчивых одноклассников. В те времена у Ноя был талант ставить хулиганов на место.

Во взрослом возрасте все было не так. Он не ходил и не избивал взрослых придурков, хотя встречал немало тех, кому не помешала бы хорошая порка. Нет, Ной просто пытался помочь любому, кто в этом нуждался, так, как умел. Как сейчас, с Сарой и Констанс. Позаботиться о них было правильным поступком, поэтому он и оказался здесь.

Шаги зверя продолжали приближаться к двери, а затем, после мгновения обнюхивания – вероятно, чтобы осмотреть безжизненного крошечного брахиозавра – плотоядный теропод исчез.

– Похоже, оно обходит Зал орнитоподобных динозавров стороной, – сказала Констанс с надеждой в голосе.

Ной закрыл глаза и кивнул. В его памяти всплыла собственная встреча со смертью. В тот день пума была так близка к тому, чтобы полакомиться им.

Не сейчас, Ной.

– Наверное, возвращается к своей добыче, – сказал он, выдыхая длинный вздох.

– С тобой все в порядке? – спросила Сара.

Он открыл глаза и улыбнулся. – Да. На секунду отвлекся. Нервы на пределе. Такое ощущение, будто я только что забил решающий гол.

– В баскетболе?

– В футболе, – ответила Констанс. – Наш Ной в детстве был настоящим спортсменом. Позже из него вырос очень перспективный кандидат в университетскую команду.

Сара слегка приподняла правую бровь. – И тем не менее ты большую часть жизни проработал палеонтологом. Я...

Ной поднял руку, чтобы остановить ее. – Я расскажу тебе позже. Пошли.

Не успели ни одна из женщин ничего добавить, как он поднялся с пола. Констанс с радостью приняла его помощь, чтобы встать с твердого пола, а Сара легко поднялась сама. Ной приложил палец к губам и легкой походкой направился к выходу. Как бы ему ни хотелось залезть в кладовую и спрятаться, у них все еще была миссия. Им нужно было найти детей Сары.

Пока не стало слишком поздно. Он заглянул в коридор, но ничего не увидел. Затем он оглянулся на Констанс и Сару, задержав взгляд на последней на долю секунды дольше. Он махнул им рукой, приглашая идти вперед. Если, конечно, еще не поздно.

7

Кайлу было наплевать на то, что динозавр обошел их экспозицию и продолжил путь по внешнему коридору. Он схватил Бекку за руку и чуть ли не тащил ее все дальше и дальше. Бекка все это время оглядывалась по сторонам, и не потому, что боялась умереть. Кайл знал, что она больше всего на свете хотела увидеть, что это за динозавр, даже больше, чем беспокоилась о их безопасности.