Текст книги "Возлюбленная для чемпиона (СИ)"
Автор книги: Маша Кужель
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 18 страниц)
Маша Кужель
Возлюбленная для чемпиона
Пролог
Аня
Мне было семь лет, когда я по уши влюбилась в Илью Корнева.
Он был на четыре года старше меня. Еще он был лучшим другом моего брата Кирилла, но для меня это не имело абсолютно никакого значения. Я никогда не считала его слишком взрослым для себя.
Когда я упала с велосипеда и разодрала ногу в клочья, мчась по улице за своими братьями, именно Илья подбежал, чтобы помочь мне. Илья отвел меня домой и помог мне очистить колено от гравия, а затем промыл его перекисью водорода. Илья, который превратил мои слезы в смех, рассказывая мне о том, как мой брат Кирилл терял дар речи всякий раз, когда в класс заходила девочка, в которую он был влюблен.
Именно тогда я решила, что выйду замуж за Илью Корнева. Потому что мне было семь лет, и я не представляла, какие перипетии может подкинуть нам взрослая жизнь. Потому что тогда Илья еще не стал тем Ильей Корневым. И поскольку я все еще верила в сказки, я отчаянно верила, что выйду замуж за этого мальчика со светло-каштановыми волосами и сине-зелеными глазами.
Это был мой секрет.
Я поклялась хранить его при себе до тех пор, пока не придет время.
Илья ничего не знал о моих планах.
И я понятия не имела, что он разобьет мне сердце.
Глава 1
Аня
Тринадцать лет назад
– Аня! – Илья поднимает рюмку и протягивает ее мне. – Будешь текилу?
Кирилл поворачивается к нему и хмурится.
– Ты совсем охренел?
– Блин, точно, – говорит Илья, кидая на меня озорной взгляд, – Я всегда забываю, что она еще маленькая.
Алкоголь, видимо, ударил ему в голову, иначе как еще можно было объяснить его похотливый взгляд? Глаза Ильи останавливаются на моих губах, и тепло разливается по мне. Если бы я не знала его лучше, я могла бы подумать, что…
Нет. Не может быть. Это Илья. Я просто младшая сестра его друга, но Илья – он для меня все. Все девчонки сходят по нему с ума: подающий надежды хоккеист на пороге славы, ему стоит только щелкнуть пальцами и любая окажется у его ног.
Кирилл берет пиво и выходит из кухни, чтобы присоединиться к тусовке. На кухне остаемся только я и Илья. В компании с бутылкой текилы и полной рюмкой, которая он все еще держит в руке.
Илья бросает взгляд в сторону комнаты.
– Твой брат до сих пор не в курсе, что ты уже давно не маленькая девочка, да? – спрашивает он, медленно сокращая расстояние между нами.
Я прикусываю нижнюю губу. Моя кожа горит, когда он находится так близко, и я могу поклясться, что он снова смотрит на мои губы. У меня что-то на лице?
Я незаметно вытираю рот рукавом толстовки.
Илья ухмыляется, как будто знает, что заставляет меня стеснятся, и кайфует от этого.
– Ты когда-нибудь пробовала это раньше?
У меня в голове проносятся тысячи вариантов ответов на этот вопрос – большинство из них связаны с рукой и ртом.
– Пробовала что?
Илья поднимает рюмку.
– Текилу.
Я пожимаю плечами. Естественно я пробовала алкоголь раньше, в моей семье никогда не было строго запрета на него.
– Эмм…?
Ухмыляясь, он протягивает мне рюмку и берет солонку. Он подносит мою руку ко рту и облизывает внутреннюю сторону запястья. Я забываю как дышать от ощущения его горячего языка на моей коже. Я хочу закрыть глаза, но он наблюдает за мной, и я боюсь, что он рассмеется, если поймет, какое влияние оказывает на меня.
Все еще ухмыляясь, он посыпает солью влажный участок кожи, прежде чем поставить рюмку и взять дольку лимона со стола позади меня.
– Сначала лизни соль, а потом лимон.
– Сначала соль, потом лимон, – я кивнула. – Поняла.
Его зрачки расширяются, делая его сине-зеленые глаза почти черными.
– Давай, я хочу посмотреть, как ты это сделаешь.
Я с трудом держусь на ногах. Илья Корнев заигрывает со мной? Я не хочу быть дурой, которая верит, что это может быть правдой. Я не хочу быть тупой толстухой, которая поверила, что такой парень, как Илья, может увлечься ею.
Мою кожу покалывает в том месте, где он лизнул ее, и у меня пересыхает во рту.
– Хочешь, я покажу как? – спрашивает он хрипловатым голосом.
Я киваю.
Он берет мое запястье и подносит его ко рту, слизывая соль. Волна удовольствия проносится по моему телу.
По моему позвоночнику пробегает дрожь, а в животе порхают бабочки. Он даже не забирает у меня текилу – он просто обхватывает мою руку своей и подносит рюмку к своему рту, чтобы опрокинуть ее в себя. Затем он закидывает дольку лимона в рот и корчит мне глупую рожицу от кислого вкуса.
– Поняла? – спрашивает он, все еще щурясь.
– Ага, сейчас.
Он снова наливает текилу, и затем опять кидает взгляд в сторону комнаты.
– Ты боишься, что Кирилл зайдет? – спрашиваю я. – Не бойся, он знает, что я пила раньше. Он просто волнуется, что я буду пить с тобой.
– Я не хочу, чтобы он злился на меня, – говорит Илья, пожимая плечами.
– Ты же сам только что сказал, что я уже не маленькая.
Он медленно отводит взгляд от двери и поворачивается ко мне.
– Да уж, уже не маленькая для…
– Для чего?
Он очень пристально смотрит на меня. Он всегда так смотрел?
– Ничего, забей, – он качает головой. – Иначе Кир реально прибьет меня.
– Ты смешной.
– Что? Почему?
– Ты один из самых крутых парней в этом городе, тебя только что пригласили в континентальную хоккейную лигу, и ты ведешь себя так, будто я тебе нравлюсь.
Его взгляд скользит по мне.
– Какое отношение одно имеет к другому?
Я не понимаю, что здесь происходит. Я сплю что ли? Или он выпил больше, чем я думаю?
Я решаю выпить свою текилу, прежде чем потеряю самообладание, но совершенно забывая о соли.
Меня передергивает.
– О, Боже! Это отвратительно! Ну и гадость!
Илья засмеялся.
– Потому что ты все сделала неправильно.
Меня все еще передергивает, но, каким бы ужасным ни был вкус, тепло начинает разливаться в моей груди.
Илья обходит меня и наливает себе еще одну рюмку.
На этот раз он не заморачивается с солью и лимоном. Просто выпивает залпом. Даже не поморщившись. Он кладет руки на стол и опускает голову.
Его настроение меняется в мгновение ока.
– Что случилось?
Он пожимает плечами.
– Ничего.
– Ты мне врешь.
Он проводит рукой по волосам и наконец поворачивается ко мне.
– Ты умеешь хранить секреты?
– Конечно.
Он колеблется, видимо прикидывая стоит ли мне доверять.
– Я никому не рассказала, когда застукала тебя за просмотром порнушки сто лет назад.
Илья ухмыляется.
– А я и забыл об этом, – он проводит рукой по лицу. – Ладно, тебе точно можно доверять. Это дорогого стоит!
– Дорогого стоит? Ты издеваешься надо мной? Я бы могла тебя шантажировать все детство! Я хотела использовать этот козырь, когда ты встречался с той противной девчонкой.
Он хмурится, пытаясь вспомнить, о какой именно девчонке идет речь.
– Ира, – напомнила я ему.
– Я не знал, что она тебе не нравилась.
– Она назвала меня жиробасиной!
– Что? Ты никогда не говорила мне этого.
Я пожимаю плечами. Когда Илья был с Ирой, мне было четырнадцать. Я по глупости верила, что он не заметит, что я толстая, если никто никогда ему об этом не скажет.
– Ты совсем не толстая, – говорит он.
Я сложила руки на груди и выгнула бровь.
– Да ладно, Илюх. Я может наивная и ужасно неопытная для своего возраста, но я не слепая.
Он поднял палец.
– Тогда, во-первых, послушай меня. Ты не толстая. Ты – милая. У тебя очень красивое тело.
Красивое.
Слова – они были и бальзамом, и лезвием. С одной стороны, я была рада, что он думает о моем теле гораздо лучше, чем я сама. С другой стороны, это такое клише называть толстых людей милыми! Но мне все равно хотелось верить, что он может считать меня красивой...
Очень глупо.
Он поднял еще один палец.
– И, во-вторых, что ты имеешь в виду под словами ужасно неопытная.
– Абсолютно, целиком и полностью.
– Поподробней!
Мое лицо краснеет. Почему я это сказала? Илья – последний человек, которому я хотела бы признаться в своей невинности.
Он подходит ближе.
– Я открою тебе свой секрет, если ты откроешь свой.
– Ты – первый, – выпаливаю я. Кого я обманывала? Все вокруг знают о том, что я никогда никого не целовала. И что у меня никогда не было парня.
На мгновение в лице Ильи мелькает что-то, очень похожее на боль.
– Я расстроился, когда меня пригласили играть в Москву.
Это точно не то, что я ожидала услышать. Илья мечтал о большом хоккее всю свою жизнь, и сегодня вечером мы отмечали его подписание контракта с Динамо.
– Зачем же ты согласился?
– Да нет, я, конечно, мечтал об этом, но я… – он замолкает на мгновение. – Я очень надеялся, что я останусь играть в Казани. Я никогда не хотел жить в Москве. Я понимаю, что это глупо, но...
– Это не глупо. Но ты ведь сможешь часто летать домой, правда? У тебя теперь будет куча денег и ты сможешь делать все, что захочешь. К тому же вы будете прилетать сюда на домашние матчи Казани.
Он уставился на свои ноги.
– Да. Конечно. Мне грех жаловаться.
– На самом деле это не так.
– Никому не говори об этом. Не хочу портить свой имидж крутого парня.
– Я могила.
Я сжимаю его запястье. Его кожа такая теплая. Я чувствую силу и мощь его больших рук. Сколько раз я представляла эти руки на себе?!!
Я отшатываюсь, но он хватает меня за руку, прежде чем я успеваю отойти.
– Твоя очередь, – говорит он, переплетая свои пальцы с моими. Что он делает? – Почему ты ужасно неопытна, Ань?
Дверь открывается и Кирилл оказывается прямо перед нами. Илья отскакивает и отпускает мою руку.
– Что вы двое тут делаете? – резко спрашивает мой брат. Он прошел через кухню и открыл холодильник. – Мы уже все решили, что ты втихомолку свалил в Москву.
– Прекрати психовать, Кирилл, – говорю я ему.
Он хмурится, переводя взгляд с меня на Илью.
– Мне не нравится, что вы здесь вдвоем.
Я фыркнула.
– Почему бы и нет?
Кирилл сканирует Илью подозрительным взглядом. Тот едва заметно качает головой, и Кирилл выдавливает.
– Потому что ты – моя младшая сестра, а этот персонаж – чертов Казанова.
Интересно, знает ли Кирилл, что я чувствую к Илье? Я никогда не говорила ему об этом.
– Мы просто разговариваем.
Кирилл хлопает Илью по руке.
– Так. Выходи давай. Мы тут в честь тебя собралиись, в конце концов. И вообще, эта рыжая девица объявилась и ищет тебя.
Илья идет в комнату вместе с моим братом.
– Так бы сразу и сказал!
Он открывает дверь и оборачивается, чтобы подмигнуть мне.
Думаю, Илья все-таки не хотел знать мой секрет. Я спасена.
Так почему же я чувствую себя такой разочарованной?
________________
Дорогие читатели, добро пожаловать в мою новинку!!!
Очень надеюсь, что она вам понравится!)
На этапе старта для автора безумно важна ваша поддержка, отметки «мне нравится» и добавление в библиотеку
Приятного чтения!
Глава 2
Илья
– Илюх, хватит.
Мы вышли на балкон. Кирилл явно чем-то недоволен.
– Хватит что?
– Я уже говорил, чтобы ты к ней не лез.
Я ничего не говорю.
Я мог не видеть Аню по несколько месяцев, когда был на сборах. Так однажды и случилось. А потом я увидел ее летом на даче. Аня тогда внезапно стала… чем-то большим. Не то чтобы я раньше не замечал, что она хорошенькая. Она всегда была хорошенькой. Но вдруг она превратилась из хорошенькой младшей сестры моего лучшего друга в красавицу, от которой трудно отвести взгляд. Она больше не была просто сестрой братьев Нестеровых. Ее темные волосы, падающие на плечи, эта широкая улыбка и звонкий смех... Как я мог не замечать этого раньше? Потом я стал замечать все это слишком часто, потому что Кирилл постоянно ловил мой пристальный взгляд и сразу набрасывался на меня.
– Я уже говорил тебе, что я не сделаю ей ничего плохого, – напоминаю я.
Кирилл ворчит:
– Что-то слабо верится, – он вздыхает. – Она еще мелкая.
– Я знаю.
– И ты переезжаешь через три недели.
– Я в курсе.
– Ты знаешь, что у нее толпы поклонников, но она пипец как не уверена в себе и их даже не замечает?
– У нее... У нее есть парень? – спрашиваю я.
Кирилл пытается убить меня взглядом, и я поднимаю руки в воздух:
– Да я же не прошу твоего разрешения переспать с ней. Я просто спрашиваю, есть ли у нее парень. Что ты бесишься?
– Фильтруй базар, – рычит он. – Я даже не хочу, чтобы ты думал о моей сестре в этом смысле.
– Повторяю: я просто спросил есть ли у нее парень.
– Нет. У нее никого нет. Она вся в учебе. И переживает, что она... толстая.
– Господи. Да с чего она это взяла!
– Ирка твоя постаралась. А почему тебя вообще так интересует ее личная жизнь? – хмурится Кирилл.
– Кир, ты реально клише старшего брата-защитника, – я кладу ладонь ему на спину и подталкиваю его обратно в квартиру. – Иди обратно. Народ ждет.
Как я и подозревал, меньше чем через пятнадцать минут Кирилл полностью забыл обо мне, и я смог незаметно вернуться на кухню. Кирилл прав. Это был мой праздник. Сбылась мечта всей моей жизни. Но был только один человек, с которым я хочу отпраздновать это событие. Один человек с убийственно мягкими изгибами и красивой улыбкой, который должен мне свой секрет.
Ани не было на кухне, где мы ее оставили.
Я проверяю везде. Ее нигде нет. Я возвращаюсь на кухню и беру пиво из холодильника, затем сслышу звук льющейся воды.
Я подхожу к ванной. Едва я успеваю прислониться к стене и сложить руки на груди, как Аня выходит оттуда, вытирая полотенцем волосы. Она вскрикивает.
– Господи, Илья. У меня чуть инфаркт не случился!
На ней махровый светло-голубой халат. Он завязан на талии, но соблазнительно приоткрывается спереди, немного обнажая декольте. Ее мокрые волосы легкими волнами падают на лоб.
– Ну-ка прекрати пялиться на мою грудь!
Я глубоко вдыхаю и снова поднимаю взгляд, чтобы встретиться с ней глазами.
– Если ты забыла, то ты мне кое-что должна.
Она моргает.
– Что я тебе должна?
– Ты не помнишь?
– Тебе обязательно говорить загадками?
– Твой секрет. Я рассказал тебе свой, так что теперь твоя очередь.
Ее лицо покрывается румянцем.
– Ты уже обо всем сам догадался. Мне нужно одеться.
Она поворачивается к своей комнате, и я хватаю ее за запястье, чтобы остановить.
– Хорошо, я предлагаю тебе компромисс, – говорю я, и она медленно поворачивается ко мне лицом. – Ты можешь просто открыть мне свою тайну, что было бы справедливо, поскольку у нас был уговор. Или мы можем сыграть в игру.
– В какую?
– «Я никогда не...», видел в одном фильме.
– Что это за игра такая?
– Мы по очереди говорим «Я никогда не...» и добавляем какой-нибудь факт. Если у тебя был такой опыт в жизни, то ты пьешь.
Она фыркает и складывает руки на груди.
– Серьезно?
Я поднимаю на уровень своих глаз бутылку пива.
– Можешь просто открыть свой секрет…
– Ладно, давай сыграем, но сначала я оденусь.
– Если ты так хочешь – можешь одеться, – говорю я.
Конечно, Кириллу это вряд ли понравится, но мы же не с водкой будем играть, так? Одно пиво на двоих – это мелочи. К тому же, если Аня действительно девственница, как утверждает, то пить буду, в основном, я.
Проходит минута, и Аня, одетая в пижаму, открывает мне дверь. Это не соблазнительная ночная сорочка. Нет. Просто серая майка с длинными рукавами и шорты в тон. Удивительно, но этот наряд делал Аню для меня еще привлекательнее.
Она замечает мой взгляд и хмурится.
– У меня из одежды тут только это.
– А я и не возражаю.
– Я знаю, – она снова хмурится. – Ты какой-то странный сегодня.
– Нет, я странный всегда. Ты просто забыла, потому что редко меня видишь.
– Наверно, – Аня кивает мне, приглашая заходить.
Я нервно сглатываю и захожу в ее комнату. Нестеровы не жили в этой квартире на постоянной основе. Несколько лет назад они купили дом для своей большой семьи и с тех пор квартира пустовала. Иногда, в виде исключения, мы устраивали здесь свои тусовки.
Как единственная дочка в семье, Аня одна имела собственную комнату.
– Раньше Кирилл завидовал, что у тебя есть своя комната.
– Ну, раньше я завидовала тому, что мои братья были друг у друга.
– А теперь?
Аня перекидывает волосы через плечо и заплетает мокрые пряди.
– Теперь я думаю, что моя семья идеальна такой, какая она есть. Точнее, совсем не идеальная. Просто идеальная для меня.
Острая боль пронзает мою грудь. Ревность. Их семья была невероятной. У меня не было братьев и сестер – по крайней мере я о них не знал, потому что мой отец кинул нас очень давно. У меня есть только мама. Мы с мамой были крепким тандемом. Но Нестеровы были настоящей командой. Гораздо легче играть в сплоченной команде, чем вдвоем.
– О чем ты думаешь? – спрашивает Аня.
Я качаю головой.
– О том, как вам всем повезло, – отвечаю я. – И как сильно я ненавижу своего отца. Выражение лица Ани становится печальным.
– Ты разговаривал с ним?
– Да, как только он узнал, что я подписал контракт, он тут же нарисовался.
В ее глазах вспыхивает гнев.
– Ну естественно!
– Поздравляю, сынок, – говорю я, насмешливо изображая голос моего отца. – Я всегда знал, что ты все сможешь. Тебе же передались мои спортивные гены!
– Он просил денег?
– Пока нет. Но я уверен, что это не за горами. Он не получит от меня ни копейки.
Пальцы Ани касаются моих. Она берет пиво у меня из рук, делает большой глоток и протягивает бутылку обратно.
– Тут и пить особо нечего, так что игра будет короткой, – говорю я.
– Значит, по очереди что-то говорим и пьем, если мы это делали?
Я киваю.
– У меня никогда не было секса. – выпаливает она.
Похоже, мы сразу переходим к делу.
– Тут главное не торопиться, Ань. Серьезно. Не позволяй никому принуждать себя к этому.
Она откашливается и сует мне в руку холодную бутылку.
– Пей.
– Хорошо.
Я делаю глоток, стараясь, чтобы он был как можно меньше – чтобы мы могли играть как можно дольше.
– Я никогда не был влюблен в подругу своего старшего брата.
– У тебя нет никаких братьев!
Я пожимаю плечами.
– Это не запрещено правилами.
Она делает глоток. У нее было два брата, и возможно она была влюблена не в меня, но что если…
– В кого?
Она хихикает.
– В эту игру играют не так, хитрец, – она прижимает палец к губам. – Я никогда не целовалась.
Я не могу поверить в то, что Аня действительно так невинна. Наверняка эту красивую, умную, забавную девушку целовали раньше. Но, когда я предлагаю ей пиво, она качает головой.
– Никогда, – шепчет она. – Это дикий отстой, да?
– Это не отстой. Просто... Просто удивительно.
Она усмехается.
– Что в этом такого удивительного?
Я открываю рот, но, прежде чем мне удается подобрать слова, меня прерывает звук, доносящийся из другой комнаты. Он напоминает мне, что братья Ани очень близко к нам, а я стою здесь, очень близко к ней, думая о том, каково это – быть первым мужчиной, который поцелует эти губы.
– Ты… – я моргаю. – А ты этого хочешь?
Ее лоб морщится, когда она вытягивает шею, чтобы заглянуть мне в глаза.
– А чего хочешь ты?
Я наклоняю голову, прижимаясь своим лбом к ее.
– Быть поцелованным.
Она прижимает руку к моей груди, и у меня перехватывает дыхание. Я жду, когда она сократит расстояние между нашими губами. Вместо этого она сильно толкает меня.
– Катись отсюда!
Я спотыкаюсь.
– Что? Почему?!
– Мне не нужны твои поцелуи из жалости, Илья.
Она избегает моего взгляда, но я вижу обиду, промелькнувшую на ее лице.
– Причем тут…
– Просто уйди.
– Илююх? Ты здесь? – голос Жени. Чееееерт. Только не сейчас.
Аня обходит меня и открывает дверь.
– Ань! – зовет Женя. – Илюха с тобой?
Женя просовывает голову в комнату.
– К вам можно?
Аня закатывает глаза.
– Естественно.
Женя улыбается, заходя в комнату.
– А вот и виновник торжества. Что вы тут делаете?
– Сплетничаем и красим ногти, – Аня натянуто улыбается. – А ты думал?
Женя ржет. В отличии от Кирилла, он совершенно не замечает моего влечения к Ане.
Кирилл врывается в комнату.
– Что здесь происходит?
– Я нашел его, – говорит Женя, обнимая меня за плечи и выводя из комнаты.
Я оглядываюсь на Аню, но она делает вид, что разглядывает покрывало. Неужели она действительно не чувствовала, что между нами происходит? Причем тут поцелуй из жалости? Как ей это в голову пришло?
– Все нормально, сестренка? – спрашивает Кирилл. – Что вы тут делали?
Мы с Женей уже выходили, когда я услышал ее слова.
– Мы трахались, Кирилл. Разве ты не видишь? Я со дня на день залечу от Ильи.
– Очень смешно, – говорит Кирилл, но я слышу, как напряжение уходит из его голоса.
Когда я поворачиваюсь к ним, Аня уже выталкивает Кирилла из комнаты и закрывает за ним дверь.
Никогда не целовалась. Как такое может быть?
Глава 3
Аня
Я пытаюсь читать, но ничего из этого не выходит. Да и кто может сосредоточиться, когда за дверью полным ходом идет пьянка и орет музыка?
Я переворачиваюсь и зарываюсь лицом в подушку. Не могу поверить, что я сказала Илье, что никогда не целовалась. Надо было соврать. Он бы никогда не узнал правду. Но хуже всего то, что помимо этого я призналась, что влюблена в одного из друзей моих братьев.
Надо будет как-нибудь выкрутиться, если он снова спросит об этом. Иногда нам приходится врать, чтобы защитить себя, и я знаю, что лучше не оставлять свое сердце незащищенным перед Ильей Корневым.
Я прижимаю к своей груди вторую подушку, моя кожа покрывается мурашками от воспоминаний о нем. Его тело было совсем рядом, когда он прикоснулся своим лбом к моему и спросил, хочу ли я, чтобы он меня поцеловал.
Зачем я продолжаю прокручивать все это в своей голове? Я совершенно недостойна его. Он – будущая звезда хоккея, его уже пригласили играть в команду из КХЛ. Мы можем быть вместе только в какой-то параллельной реальности.
В этой реальности это был бы вовсе не поцелуй из жалости, а то, чего он хочет так же сильно, как и я.
Он бы не спрашивал моего разрешения. Он бы просто поцеловал меня, а я бы даже не подумала его отталкивать. Он был бы нежным, а я бы от природы хорошо целовалась. Настолько хорошо, что он бы стонал мне в рот, как это делают герои любовных романов.
Я снова переворачиваюсь в постели, хныча от разочарования.
Дверь моей спальни скрипит, и я смотрю на нее в темноте. Кирилл проверяет меня? Не знаю, почему его вдруг так беспокоит, что мы с Ильей остались наедине. Наверное, потому что у меня появилась грудь. Наконец-то.
– Анют? Ты спишь?
Я слышу до боли знакомый хриплый шепот, заставивший все мои внутренние органы сжаться.
– Нет. Что случилось?
Дверь широко открывается и заходит Илья. Поток света из коридора проникает в комнату.
– Можно мне посидеть с тобой?
О, черт. Я знаю эту интонацию в его голосе – едва уловимую дрожь беспокойства, которая иногда так сильно бьет по самому Илье, что он не может ничего делать. Я готова на все, чтобы помочь ему, но, к счастью, для этого не нужно многого.
Я перелезаю на край кровати и похлопываю рядом с собой.
Илья испускает протяжный вздох, и свет снова гаснет, когда он закрывает за собой дверь. Он ложится на спину поверх одеяла.
– Прости, – шепчет он.
Я кладу руку ему на грудь, прямо на колотящееся сердце.
– Я рядом. Все хорошо.
Он кладет свою руку поверх моей.
– Спасибо.
Прошли те времена, когда он сам себя презирал за эти приступы тревоги. В первый раз, когда я увидела, что с ним это случилось, я не знала, что делать, поэтому просто села рядом с ним и взяла его за руку. В конце концов он успокоился настолько, что с ним такое случается далеко не в первый раз.
После того случая он нередко искал меня в трудные минуты. По какой-то причине мне всегда удавалось привести его в норму. Он говорил мне, что его успокаивает то, что я рядом с ним, когда ему приходится переживать полноценный приступ.
– Просто дыши, – я придвигаюсь ближе, держа руку на его груди.
Я слышу, как он пытается справиться с учащенным дыханием, и его сердцебиение постепенно замедляется.
– Спасибо.
– Постарайся уснуть, Илюш. Посреди ночи все кажется гораздо хуже и сложнее.
Я лежу рядом, желая, чтобы мое спокойствие просочилось в него, пока ровное биение под моей рукой не убаюкает меня.
Я то погружаюсь в сон, то выхожу из него, думая о нашей с ним игре и о нашем предыдущем разговоре.
Когда я в очередной раз проваливаюсь в сон, я слышу голос Ильи:
– Этот поцелуй был не из жалости.
Он действительно только что произнес это или это простые игры моего влюбленного воображения?
___________
Дорогие, буду очень благодарна за поддержку моей музы лайками и комментариями!
